Апелляционное постановление № 22-2079/2024 22-58/2025 от 29 января 2025 г. по делу № 1-131/2024

Председательствующий Зверева Н.В. Дело № 22-58/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курган 30 января 2025 г.

Курганский областной суд в составе

председательствующего Меньщикова В.П.,

при секретаре Туговой А.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО1 – адвоката Плотниковой Л.Д. на приговор Шадринского районного суда Курганской области от 23 октября 2024 г., по которому

ФИО1, родившийся <...> в <адрес>, несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 143 УК РФ к 2 годам лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы заменено принудительными работами на срок 2 года с удержанием в доход государства 10 % из заработной платы, с лишением права занимать должности на государственной службе и в органах местного самоуправления, связанные с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий, сроком на 1 год.

Мера пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения.

По делу разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

В удовлетворении гражданского иска ПМА о компенсации морального вреда отказано.

Заслушав выступление осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Плотниковой Л.Д., поддержавших доводы апелляционной жалобы, выступление прокурора Виноградова О.А., представителя потерпевшей ПМА – адвоката АТС, просивших приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

по приговору суда ФИО1 признан виновным в нарушении требований охраны труда, совершенном лицом, на которое возложены обязанности по их соблюдению, повлекшем по неосторожности смерть двух лиц.

Преступление совершено в <...> г. в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 виновным себя по предъявленному обвинению не признал.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 – адвокат Плотникова Л.Д. просит приговор отменить как незаконный и необоснованный, ФИО1 оправдать в связи с отсутствием в деянии состава преступления. Считает, что судом первой инстанции не дано должной оценки показаниям работников <адрес> (далее – <адрес> о том, что вентиляция в помещении на момент обнаружения без сознания потерпевших ЖОЛ и УИА не была включена. При этом все лица, участвовавшие в оказании помощи погибшим на месте происшествия, пояснили, что, доставляя пострадавших из фекального отделения, чувствовали себя с физической точки зрения нормально, удушья не испытывали, хотя значительное количество времени провели в данном помещении. Аналогичные показания были даны участниками осмотра места происшествия из числа сотрудников правоохранительных органов и иных лиц, которые спускались в фекальное отделение насосной станции. Судом оставлен без внимания тот факт, что потерпевшие ЖОЛ и УИА систематически спускались в фекальное отделение насосной станции не включив вентиляцию, хотя они надлежаще были проинструктированы о необходимости соблюдения этой меры безопасности.

Суд не дал оценки действиям сотрудников правоохранительных органов, которые пытались сфальсифицировать показания допросов свидетелей относительно работы вентиляции в момент происшествий. В частности, свидетель УЕВ показал, что следователь умышленно исказил суть сказанного им при допросе на предварительном следствии.

Ссылаясь на п. 6 постановления Пленума Верховного суда РФ от 29 ноября 2018 г. № 41 «О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных или иных работ, либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов», указывает, что в ходе рассмотрения уголовных дел данной категории подлежит установлению и доказыванию не только факт нарушения специальных правил, но и наличие или отсутствие причинной связи между этим нарушением и наступившими последствиями, что должно быть обосновано в обязательном порядке. Отмечает, что обязанности машиниста насосной станции отражены в должностной инструкции и в инструкции по технике безопасности, которые были доведены под роспись до работников <адрес> Считает, что наличие газоанализаторов не может предотвратить несчастный случай, поскольку использование газоанализатора – это предупредительная мера рекомендательного, а не обязательного характера.

Отмечает, что суд ссылается на данные о причинах смерти потерпевших, в том числе от отравления сероводородом. Однако его концентрация в воздухе не была установлена. Наличие сероводорода в организме потерпевших не зафиксировано, в том числе и путем гистологических исследований. Обращает внимание, что в первоначальной судебно-медицинской экспертизе указано на наступление смерти потерпевшей ЖОЛ из-за полученных при падении травм. В последующей комиссионной экспертизе указано в качестве причины смерти острое отравление. Акцентирует внимание на том, что причина смерти ЖОЛ, указанная в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, в выводах судебно-медицинской экспертизы не упоминается.

Просит учесть, что ходатайство стороны защиты о признании первичной и комиссионной судебно-медицинских экспертиз по исследованию трупа ЖОЛ недопустимыми доказательствами не было разрешено судом.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника государственный обвинитель Усольцев А.В. и представитель потерпевшей ПМА – адвокат АТС просят приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и сделал обоснованный вывод о доказанной виновности осужденного ФИО1 на основе объективной оценки исследованных в судебном разбирательстве дела убедительных, достаточных и допустимых доказательств, содержание и анализ которых приведены в приговоре. Достоверными обоснованно признаны те из них, которые соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждены другими доказательствами.

Всем доказательствам дана надлежащая оценка, соответствующая положениям ст. 17, 87, 88 УПК РФ, достоверными обоснованно признаны те из них, которые соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждены другими доказательствами.

Тот факт, что данная судом оценка доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом первой инстанции требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене приговора.

В соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ приговор содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанными, с указанием места, времени, способа его совершения, в нем изложены доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности осужденного.

Уголовное дело рассмотрено судом всесторонне, полно и объективно, с соблюдением принципов презумпции невиновности и состязательности сторон.

Как следует из протокола судебного заседания, суд создал сторонам необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Сторона обвинения и сторона защиты активно пользовались правами, предоставленными им законом, в том числе исследуя представленные доказательства, участвуя в разрешении процессуальных вопросов.

В подтверждение вывода о виновности ФИО1 суд обоснованно сослался в приговоре на показания потерпевших, свидетелей, экспертов, специалистов, а также показания самого осужденного в части, не противоречащей показаниям свидетелей и потерпевших, письменные материалы дела.

В судебном заседании ФИО1 пояснил, что с <...> он является директором муниципального предприятия <адрес><...> на насосной станции предприятия в результате несчастного случая умерла машинист насосной станции ЖОЛ После происшествия дал указание о перекрытии технологического проема у лестницы, ведущей на нижнюю площадку фекального отделения. <...> от диспетчера узнал о смерти работника УИА, которая также была обнаружена без сознания в фекальном отделении. Было установлено, что вентиляция в фекальном отделении в момент происшествий включена не была. Он спускался в фекальное отделение, при этом никаких трудностей с дыханием не испытывал. В помещении насосной станции был установлен вентилятор, мощность которого в пять раз превышала требуемую для данного помещения. Дополнительной и аварийной вентиляции в помещении насосной станции не было. Из средств индивидуальной защиты на предприятии имелся противогаз ПШ-1. В <...>. в ходе специальной оценки условий труда рабочего места машиниста насосной станции, был выявлен вредный фактор – загазованность помещения, с результатами оценки работники и мастер ОСВ были ознакомлены. Инженером по технике безопасности ДВА был разработан план дополнительных мероприятий, включающий в себя в том числе, и увеличение времени работы вентиляции до 30 минут перед началом работ, назначены ответственные лица. В <...> г. с работниками регулярно проводился инструктаж по технике безопасности. Со слов машиниста насосной станции ШАЮ ему известно, что машинисты, вопреки требованиям охраны труда, спускались в фекальное отделение без включения системы вентиляции, что и явилось причиной несчастных случаев. Второй возможной причиной гибели сотрудниц считает несанкционированный слив на очистных сооружениях химических отходов, о котором ему стало известно от свидетеля ШАЮ Решением специальной комиссии Государственной инспекции труда по расследованию несчастных случаев, которое он не обжаловал, виновными были признаны он и мастер ОСВ Очистные сооружения были признаны негодными к эксплуатации еще в <...> г., а в <...> г. было подтверждено их аварийное состояние. Докладных записок по поводу неисправной вентиляции ему не поступало. Лестница и перила в помещении насосной станции соответствовали тому ГОСТу, по которому проектировалось и строилось здание.

Из показаний потерпевшей ПМА, данных в суде, следует, что ее мать – ЖОЛ работала машинистом насосной станции <адрес>». <...> ЖОЛ погибла на рабочем месте, отравившись парами газов. В день смерти матери стояла жаркая погода. Со слов матери ей известно, что система вентиляции в фекальном отделении была ржавой, фактически не функционировала. Средства защиты органов дыхания машинистам насосной станции не выдавались.

Согласно показаниям свидетеля ЖАВ, данным на предварительном следствии, <...> мастер участка <адрес> ему сообщил, что его супруга - ЖОЛ находится без сознания и ее увезли в больницу. Супруга скончалась в машине скорой помощи. У ЖОЛ хронических заболеваний не было, жалоб на здоровье она не высказывала (<...>).

Согласно показаниям потерпевшего УВЮ, данным на предварительном следствии и в ходе судебного разбирательства при предыдущем рассмотрении дела, его жена - УИА, работала в <адрес> в должности машиниста насосных установок очистных сооружений. <...> супруга, уходя на работу, жалоб на здоровье не высказывала. Днем ему позвонил сын и сообщил, что УИА умирает. Его жену обнаружили без сознания на нижней площадке фекального отделения насосной станции. Он с сыном и двумя мужчинами вытащили УИА на улицу, затем ее доставили в больницу, где она скончалась. В фекальном отделении насосной станции система вентиляции была сгнившая (<...>).

Свидетель ДВА в суде пояснила, что в <...> г. она занимала должность инженера по технике безопасности <адрес><...> и <...> на предприятии в результате несчастного случая погибли машинисты насосных установок очистных сооружений ЖОЛ и УИА Для всех должностей были разработаны инструкции по технике безопасности, один раз в квартал мастером очистных сооружений ОСВ проводился текущий инструктаж машинистов, один раз в год проводилась проверка знаний по технике безопасности в форме экзамена. Для должностей, на которых работали погибшие, средств индивидуальной защиты органов дыхания предусмотрено не было, указанные средства им не выдавались. В помещении фекального отделения имелась вентиляционная система, которую работники должны были включать в соответствии с инструкцией перед работой в указанном отделении. Проверка эффективности системы вентиляции в ее обязанности не входила. На протяжении восьми лет ее работы на предприятии, вентиляционная система не менялась, производился ее текущий ремонт. В ходе проведения специальной оценки условий труда машинистов насосной станции было установлено наличие в помещении фекального отделения вредного фактора (3.1) - превышение вредных веществ. Был разработан план проведения дополнительных мероприятий, который был утвержден ФИО1, включавший в себя увеличение времени работы вентиляционной системы перед входом в фекальное отделение, закупку средств индивидуальной защиты органов дыхания для машинистов. Срок исполнения указанных мероприятий был установлен – «в рабочем порядке», ответственные за исполнение лица назначены не были. Она докладывала ФИО1 о необходимости установки на объекте газоанализаторов, а также аварийной и предупредительной сигнализации, аварийной вентиляции.

Свидетель ВАС, главный инженер <адрес> в суде пояснил, что из средств индивидуальной защиты машинистам выдавалась только спецодежда, иных средств защиты не было. В наличии имелась лампа ЛБВК, предназначенная для определения загазованности воздушной среды, и противогаз, которыми пользовались при аварийной ситуации. Вентиляционная система при наличии следов коррозии и сквозного отверстия, работала достаточно эффективно. После гибели женщин, предприятием были приобретены газоанализаторы со звуковой и световой сигнализацией, которые используются в настоящее время. Государственной инспекцией труда проводилось расследование несчастных случаев, нарушений техники безопасности погибшими установлено не было.

Свидетель ОСВ, мастер очистных сооружений <адрес>, в суде пояснил, что машинисты насосной станции ежеквартально проходили инструктаж по технике безопасности, им разъяснялась необходимость использования вентиляции за 30-40 мин. до спуска в фекальное отделение. Жалоб о неисправности вентиляции от работников не поступало. Средствами индивидуальной защиты органов дыхания погибшие не обеспечивались. Имевшаяся на очистных сооружениях лампа ЛБВК, предназначенная для определения загазованности окружающей среды, использовалась слесарями только при проведении аварийных работ в заглубленных сооружениях. Для использования противогаза ПШ-1, с учетом его конструкции, требовалось участие как минимум трех человек. После смерти ЖОЛ было обнаружено, что герметичность системы вентиляции была нарушена, газы из системы частично выходили наружу. Работоспособность вентиляции проверялась визуально, путем ее включения, эффективность работы не проверялась. После смерти УИА по решению ФИО1 система вентиляции была заменена на новую. После смерти ЖОЛ, по указанию осужденного, технологическое отверстие возле лестницы в фекальном отделении было заварено металлическими прутьями.

Согласно показаниям специалиста ЖОС, <...> г. ею были проведены исследования воздуха рабочей зоны фекального отделения насосной станции очистных сооружений <адрес>. В результате были отобраны пробы воздуха на наличие сероводорода и аммиака, при этом первая из трех проб воздуха на наличие аммиака показала превышение нормы предельно допустимой концентрации, остальные пробы были в норме. После получения первой пробы состав воздуха исследуемого помещения поменялся, так как продолжала работать система вентиляции, и были открыты двери помещения.

Свидетель УЕВ в ходе предварительного следствия пояснил, что он с <...>. до <...> г. работал машинистом насосных установок. При спуске в фекальное отделение использовал личный противогаз. <...> узнал, что ЖОЛ упала в фекальном отделении на нижний уровень и получила травмы. После случившегося, по указанию ОСВ, проем возле площадки лестницы был заварен. <...> он не смог дозвониться до своей матери – УИА, которая в тот день работала на насосной станции, поехал ее проверить. Обнаружил УИА лежащей без сознания на полу фекального отделения. При этом слышал, что работает вентиляция. Он вызвал отца, затем вызвали скорую помощь (<...>).

При дополнительных допросах на предварительном следствии свидетель УЕВ пояснил, что когда он <...> спустился на нижний уровень фекального отделения, ему самому стало плохо, т.к. дышать было трудно. Вентиляция в помещении фекального отделения насосной станции была гнилая, не вытягивала газы. О неисправности вентиляции знал директор ФИО1 Противогазы и контрольно-измерительные приборы на предприятии не выдавались, замеры концентрации газов и температуры не проводили (<...>).

Свидетель УЕВ в судебном заседании <...> пояснил, что на первом допросе он говорил о включенной вентиляции с целью того, чтобы ответственность за несчастный случай не возложили на его мать. При повторном допросе он не говорил следователю, что вентиляция была включена. Настаивал на том, что в момент обнаружения им матери система вентиляции в фекальном отделении включена не была (<...>).

Свидетель КЕВ, оператор <адрес> в ходе предварительного следствия пояснила, что <...> около <...>, придя на насосную станцию вместе с ДНВ, обнаружили ЖОЛ на полу нижней площадки фекального отделения. На верхней площадке перед лестницей находилось ведро. Система вентиляции была выключена (т<...>).

Свидетель КСН, слесарь <адрес>, в ходе предварительного следствия пояснил, что <...> в <...> час. ему позвонила свидетель КЕВ и сказала, что работник ЖОЛ упала на нижний уровень фекального отделения насосной станции через технологический проем. ЖОЛ вытащили на улицу и положили в автомобиль скорой помощи, где она скончалась (т.<...>).

В судебном заседании <...> свидетель КСН пояснил, что когда он <...> зашел в фекальное отделение насосной станции, то вентиляция включена не была, возможно, он ее включил (<...>).

Из показаний свидетеля ШАЮ, машиниста насосных установок <...>, следует, что во время инструктажей работникам разъяснялось о необходимости включения вентиляции в фекальном отделении перед началом работ. На момент смерти УИА газоанализаторы не выдавались. В летний период времени дышать в фекальном отделении насосной станции было очень тяжело, запах был очень резкий. Запрета на работы при высоких температурах не было. Система вентиляции надлежаще не функционировала, так как ее труба была ржавая, в некоторых местах были сквозные дыры. Из-за неисправности вентиляции у нее с ФИО1 произошел словесный конфликт. После несчастных случаев в <...> г. работникам выдали газоанализаторы с сигнализацией (т<...>).

Согласно показаниям свидетеля МВВ, она работала фельдшером станции скорой медицинской помощи <адрес>. <...> при осмотре в приемном покое потерпевшая УИА находилась без сознания, в нижней трети левого предплечья имелась небольшая припухлость, но перелом не подтвердился. Причина комы пострадавшей была неясна, поэтому пациентку госпитализировали в отделение реанимации <...>).

Согласно показаниям свидетеля МНН, заведующего лабораторией ООО «<адрес>», в <...> г. он с помощью газоанализатора проводил отбор проб воздуха рабочей зоны машиниста насосных установок на нижнем уровне фекального отделения насосной станции <адрес>. По результатам измерений было зафиксировано превышение допустимой нормы содержания в воздухе сероводорода в 1,3 раза, был составлен протокол оценки химического фактора, где был указан класс опасности - 3.1. Состояние вентиляционной системы он не осматривал, на момент его работы она была включена (<...>).

Согласно заключению эксперта №, смерть ЖОЛ наступила от сочетанной тупой травмы головы и грудного отдела позвоночника: субарахноидального кровоизлияния в области больших полушарий головного мозга в виде геморрагического пропитывания без лейкоцитарной реакции; травматического разрыва межпозвонкового диска в грудном отделе с повреждением спинного мозга; непрямого перелома остистого 2-го грудного позвонка с кровоизлиянием в окружающие ткани; ушибленной раны теменной области справа; крупноочагового инфильтрирующего кровоизлияния в мягкие ткани теменной области, двух ссадин лица, которая образовалась от ударного воздействия твердым тупым предметом или при ударе о таковой, возможно при падении с высоты выше собственного роста на твердую поверхность в срок от нескольких десятков секунд до одной минуты перед наступлением смерти (т<...>).

Согласно заключению эксперта №, смерть УИА наступила в медицинском учреждении <адрес><...> в 21:20 час. от отравления парами аммиака (т.1 л.д. 169-171).

Согласно показаниям эксперта КВВ, данным на предварительном следствии, смерть ЖОЛ наступила в период до 1 минуты после получения указанной в заключении эксперта № травмы (т<...>).

При предыдущем рассмотрении дела в суде эксперт КВВ пояснил, что при исследовании трупа ЖОЛ были зафиксированы признаки отравления парами аммиака и сероводорода. Иные отравляющие вещества не могли дать такую же клиническую картину. Потеря сознания при остром отравлении происходит после вдыхания и накопления в организме отравляющего вещества (т.11 <...>).

Согласно выводам заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы № (экспертиза по материалам дела), имеющиеся у ЖОЛ телесные повреждения получены от воздействия твердых тупых предметов, вероятно, при падении с высоты и носят прижизненный характер, получены в пределах нескольких десятков минут до наступления смерти. Смертельный исход при указанных повреждениях наступает в результате восходящего отека спинного мозга, который развивается в течение нескольких часов или суток. Смерть ЖОЛ наступила в результате острого отравления, вероятно аммиаком и сероводородом. Об этом свидетельствуют признаки общетоксической картины смерти (багрово-синюшная окраска трупных пятен, темная жидкая кровь в полостях сердца, отек легких и головного мозга, кровоизлияния в легочной плевре и эпикарде). Тяжелые отравления, влекущие смерть, расцениваются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Позвоночно-спинальная и черепно-мозговая травма оцениваются в совокупности как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, и в прямой причинно-следственной связи со смертью не состоят (т. <...>

Согласно выводам заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы № (экспертиза по материалам дела), смерть УИА наступила в результате острого отравления, о чем свидетельствует установленная клиническая картина и морфологические данные. Тяжелые отравления, влекущие за собой смерть, расцениваются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. При судебно-медицинской экспертизе трупа телесные повреждения не отражены. Однако, согласно данным осмотра больной фельдшером скорой помощи, были зафиксированы ссадины на животе и конечностях, а также признаки открытого перелома костей левого предплечья. Эти же повреждения отражены в протоколе осмотра трупа УИА от <...> Применительно к живому лицу, переломы костей предплечья относятся к категории повреждений, влекущих вред здоровью средней тяжести, а ссадины к категории повреждений, не влекущих вреда здоровью (т<...>).

Эксперты ДПЛ и ВДА в ходе предварительного следствия, разъясняя выводы заключений комиссии экспертов №№, №, указали, что вывод о причинах смерти УИА от острого отравления сделан на основании клинической картины острого отравления, зафиксированной в медицинских документах при поступлении пострадавшей в медицинское учреждение, а также на основании установленных при исследовании трупа морфологических данных, указывающих на общетоксическую картину смерти. Морфологические данные, указывающие на отравление аммиаком и сероводородом, схожи. Отравляющими факторами являлись аммиак и сероводород. Хронические заболевания не могли способствовать накоплению в организме паров аммиака, сероводорода, ухудшению самочувствия и соответственно смерти. Вывод о наступлении смерти ЖОЛ в результате острого отравления также сделан на основании установленных при исследовании трупа морфологических признаках, указывающих на общетоксическую картину смерти. Отравление аммиаком и сероводородом относится к тяжелым отравлениям, сопровождается быстрой глубокой потерей сознания, в связи с чем обнаруженные у ЖОЛ телесные повреждения могли образоваться после потери сознания при падении при обстоятельствах, установленных в ходе следственного эксперимента, то есть при падении с площадки верхнего уровня между перилами ограждения на нижний уровень помещения (т<...>).

При предыдущем рассмотрении дела в суде, эксперты ДПЛ и ВДА пояснили, что выводы о смерти ЖОЛ и УИА в результате отравления аммиаком и сероводородом сделаны на основании признаков отравления, которые отражены в медицинских документах. Телесные повреждения ЖОЛ получены прижизненно, о чем свидетельствуют данные гистологического исследования. Телесные повреждения у потерпевшей ЖОЛ получены при падении с высоты, в течение нескольких десятков минут до наступления смерти, в причинной связи со смертью не состоят, поскольку смерть от таких травм могла наступить не ранее нескольких часов или суток (<...>).

Специалист ШАЮ, главный внештатный специалист-токсиколог <адрес><адрес>, в ходе предварительного следствия и при предыдущем рассмотрении дела в суде показал, что аммиак относится к веществам токсического действия. Сероводород также токсичен, в больших концентрациях ядовит. К падению ЖОЛ с высоты и получению ею травм могло привести отравление парами аммиака. Одним из действий, которым обладает аммиак, является нейротоксическое воздействие на центральную нервную систему человека, которое влечет головокружение либо потерю сознания. Причины смерти ЖОЛ и УИА схожи, имеются признаки отека головного мозга, участки острой эмфиземы и очаги альвеолярного отека легких. Аммиак и сероводород оказывают удушающее действие, что отражено в клинической картине при исследовании трупов пострадавших. Имеет место отравление пострадавших именно парами аммиака или сероводорода, либо комбинированно обоими веществами. Оба данных вещества очень быстро метаболизируются в организме человека, в связи с чем определить их содержание в организме невозможно. Температура окружающей среды существенно влияет на интенсивность выделения паров аммиака и сероводорода. Чем выше температура окружающей среды, тем быстрее растворенный в жидкости газ (аммиак, сероводород) выделяется в атмосферу. Острое отравление наступает в течение нескольких минут. Время наступления смерти зависит от концентрации газов и от особенностей организма человека (т<...>).

Специалист БСВ в ходе предварительного следствия (т<...>) и при предыдущем рассмотрении дела в суде (т<...>) показал, что по окончании расследований несчастных случаев, произошедших с ЖОЛ и УИА, было установлено, что причинами несчастных случаев являются: неприменение работниками средств индивидуальной защиты вследствие необеспеченности ими работодателем, выразившееся в нарушении требований пп.4,5 Межотраслевых правил обеспечения работников специальной одеждой, специальной обувью и другими средствами индивидуальной защиты, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 1 июня 2009 г. №290н, а также нарушение требований ст. 212 ТК РФ, п. 187 Правил охраны труда в жилищно-коммунальном хозяйстве, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 29 октября 2020г. №758н, в части отсутствия в фекальном отделении насосной станции прибора-газоанализатора, аварийной предупредительной сигнализации и аварийной вентиляции. Кроме того, причиной, вызвавшей несчастный случай с ЖОЛ, является неудовлетворительное техническое состояние зданий, сооружений в части не обеспечения перекрытия проема в фекальном отделении насосной станции очистных сооружений, куда было допущено падение ЖОЛ В должностных инструкциях главного инженера и инженера по технике безопасности предприятия отсутствовали конкретные пункты, которые бы позволяли указать на их ответственность за случившееся. В результате проведения специальной оценки условий труда на рабочем месте машиниста насосных установок в фекальном отделении было установлено наличие превышения вредных веществ в воздухе. Фактически ФИО1, как директор <адрес>», был обязан предпринять меры по приобретению приборов-газоанализаторов, аварийной предупредительной сигнализации (звуковой, световой) и аварийной вентиляции, а также должен был назначить лиц, ответственных за установку данного оборудования и последующее его обслуживание, однако, этого не выполнил. <...> Государственной инспекцией труда в <адрес> вынесено предписание № № об устранении выявленных нарушений по результатам проверки. Руководитель предприятия - единственное лицо, которое отчитывается за выполнение требований предписания перед Инспекцией. Поэтому осужденный является лицом, нарушившим требования охраны труда в части не обеспечения работников коллективными средствами защиты. У мастера очистных сооружений ОСВ, согласно его должностной инструкции, не имеется обязанностей по установке необходимого оборудования.

Специалист КДД в ходе предварительного следствия (<...>) и при предыдущем рассмотрении дела в суде (т. <...>) показал, что согласно п. 2.6 СП 2.2.3670-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям труда», в помещениях, где в воздухе рабочей зоны существует риск формирования загрязнения веществами с остронаправленным механизмом действия, уровень которого превышает гигиенические нормативы, производственный контроль таких веществ должен осуществляться постоянно в автоматическом режиме и в случаях превышения их допустимого уровня должен сопровождаться подачей звукового и светового сигнала. Эти требования действуют с <...>

Согласно протоколам осмотра места происшествия от <...> и осмотра предметов, зафиксирована обстановка на территории участка очистных сооружений <адрес> осмотрен труп ЖОЛ, находящийся в автомобиле скорой медицинской помощи; осмотрены помещения насосной станции и установлено, на полу фекального отделения обнаружены следы вещества бурого цвета, похожего на кровь, и пара женской обуви, которая изъята и в последующем осмотрена (<...>

Согласно протоколу осмотра места происшествия от <...>, зафиксирована обстановка на участке местности и в помещениях насосной станции очистных сооружений <адрес>», в том числе расположение металлической лестницы с перилами, системы вентиляции (<...>).

Согласно протоколам следственных экспериментов, проведенных в фекальном отделении насосной станции <адрес> было установлено, что падение ЖОЛ возможно с площадки верхнего уровня фекального отделения в технологическое отверстие через проем ограждения – между горизонтальными элементами конструкции перил (т<...>).

Согласно решению <адрес> по иску ПМА к <адрес> и Государственной инспекции труда в <адрес>, указано, истец оспаривала в суде акт о несчастном случае на производстве по факту смерти ЖОЛ, настаивая на том, что виновным лицом, кроме указанных в акте лиц, является также и инженер по технике безопасности ДВА В удовлетворении исковых требований было отказано, апелляционной инстанцией судебное решение оставлено без изменения (т.<...>).

Суд обоснованно положил в основу приговора вышеизложенные доказательства, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

Допустимость и достоверность доказательств, положенных судом в основу обвинительного приговора, а также достаточность их совокупности для вывода о доказанной виновности осужденного в совершении преступления сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Показания потерпевших, свидетелей тщательно исследованы судом и оценены в приговоре. Оснований для оговора потерпевшими и свидетелями осужденного из материалов дела не усматривается и в судебном заседании не установлено.

Наличие у ФИО1 указанных в приговоре управленческих полномочий, их осуществление в инкриминируемый период, выполнение служебных обязанностей, делегирование ему специальных прав по принятию от имени организации решений, имеющих правовое значение, подтверждается Уставом <адрес>, согласно которому единоличным исполнительным органом данного муниципального предприятия является директор (т<...>); трудовым договором от <...>, согласно которому ФИО1 назначен на должность директора <адрес> на срок по <...>г. и к его обязанностям отнесены мероприятия по охране труда и обеспечению безопасных методов производства (т. <...>); дополнительным соглашением от <...> о продлении срока действия трудового договора до <...> (<...>); должностной инструкцией директора <адрес>», согласно которой на осужденного возложены обязанности по обеспечению условий труда в соответствии с действующим законодательством (т. <...>).

Факт того, что смерть работников ЖОЛ и УИА наступила во время исполнения ими своих должностных обязанностей, подтверждается трудовым договором от <...>, согласно которому ЖОЛ принята на работу в <адрес> на должность машиниста компрессорной установки (т<...>); приказом от <...> о переводе ЖОЛ на должность машиниста МНС (т<...>); дополнительным соглашением к трудовому договору от <...>, которым должность ЖОЛ переименована на «машинист насосных установок» (т<...>), копией трудовой книжки ЖОЛ (<...>); производственной характеристикой на ЖОЛ, из которой следует, что погибшая характеризуется положительно, дисциплинарных взысканий не имеет, имеет награждения (<...>); трудовым договором от <...>, согласно которому УИА принята на работу на должность подменного машиниста ОС (т<...>); дополнительным соглашением к трудовому договору от <...>, которым должность УИА переименована на «машинист насосных установок» (т.3 л.д.133, т.4 л.д.137), копией трудовой книжки УИА (<...>), производственной характеристикой на УИА, из которой следует, что погибшая характеризуется положительно, дисциплинарных взысканий не имеет, имеет награждения (т<...>); графиком дежурств, согласно которому на рабочей смене находились машинисты насосных установок: ЖОЛ - <...>, УИА - <...> (<...>).

Вопреки доводам апелляционной жалобы причина смерти потерпевших ЖОЛ и УИА – острое отравление сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

В судебном заседании эксперты ДПЛ и ВДА полностью подтвердили выводы проведенных ими судебно-медицинских комиссионных экспертиз, в том числе и выводы о причинах смерти потерпевших. Эксперты пояснили, что вывод о причинах смерти сделан в связи с наличием клинических признаков острого отравления, зафиксированных в медицинских документах (коматозное состояние, расширение зрачков, гипертонус конечностей, признаки отека легких и головного мозга), а также на основании установленных при исследовании трупа морфологических данных, указывающих на общетоксическую картину смерти (багрово-синюшные трупные пятна, отек легких и головного мозга, мелкоточечные кровоизлияния в легочной плевре и эпикарде).

Вопреки доводам жалобы клинические признаки и морфологические данные, указывающие на наличие у потерпевших острого отравления, отражены не только в выводах заключений комиссии экспертов №№, №, но и в исследовательской части этих заключений. Эти же клинические признаки и морфологические данные, свидетельствующие о причинах смерти от острого отравления, зафиксированы в заключениях эксперта №№, № по результатам первичных исследований трупов потерпевших и документах медицинских учреждений, в которые потерпевшие были доставлены после отравления.

Экспертами КВВ, ДПЛ и ВДА даны пояснения о причинах того, почему содержание аммиака и сероводорода не установлено при исследовании трупов потерпевших.

Пояснения экспертов о том, что ввиду высокой летучести и способности соединяться с различными веществами в организме человека, определение количества аммиака и сероводорода в трупе невозможно, суд апелляционной инстанции расценивает как убедительные, поскольку они согласуются пояснениями специалиста-токсиколога ШАЮ

При этом комиссия экспертов категорически исключила возможность наступления смерти ЖОЛ от обнаруженных у нее телесных повреждений.

То обстоятельство, что экспертами не был дан категоричный ответ на вопрос о том, от отравления каким именно газом – аммиаком или сероводородом – наступила смерть потерпевших, существенного значения для разрешения данного уголовного дела не имеет. Как следует из пояснений экспертов КВВ, ДПЛ и ВДА, специалиста-токсиколога ШАЮ, клинические признаки указывают на отравление аммиаком либо сероводородом, либо обоими веществами вместе, поскольку они имеют сходное токсическое отравляющее действие.

Судебная коллегия не находит оснований считать заключения проведенных по делу экспертиз недопустимыми доказательствами, поскольку они соответствуют требованиям ст. 200, 204 УПК РФ. Выводы, изложенные в заключениях экспертов, в достаточной степени аргументированы и основаны на результатах объективных экспертных исследований, проведенных в соответствии с правилами и методиками проведения экспертиз соответствующих видов.

Оснований сомневаться в квалификации экспертов судебная коллегия не усматривает, так как эксперты имеют необходимое образование и значительный стаж экспертной работы в соответствующей области.

То обстоятельство, что при первоначальной экспертизе по результатам исследования трупа ЖОЛ экспертом КВВ было указано на наступление смерти потерпевшей от сочетанной тупой травмы головы и грудного отдела позвоночника не свидетельствует о недопустимости данного экспертного исследования. Именно в указанном заключении № эксперт зафиксировал клиническую картину, нехарактерную для наступления смерти в результате полученной от воздействия твердых тупых предметов травмы: наличие единичных точечных кровоизлияний под эпикардом, отек легких и отек головного мозга, множественные кровоизлияния под легочной плеврой, расширенные зрачки. Результаты данной экспертизы позволили комиссии экспертов в последующем обосновать и аргументировать свой вывод о том, что смерть потерпевшей ЖОЛ наступила в результате острого отравления.

С учетом пояснений экспертов и специалистов, допрошенных в судебном заседании, суд обоснованно предпочел выводы заключения экспертов № о причинах смерти ЖОЛ выводам заключения эксперта № в указанной части, не выходя при этом за пределы предъявленного ФИО1 обвинения.

Свидетель стороны защиты ШАЮ при предыдущем рассмотрении дела в суде пояснил, что в <...> г. незнакомый мужчина предлагал ему произвести слив в очистные сооружения <адрес> кислоты, а также о том, что кто-то из ассенизаторов ранее уже производил откачку кислоты с предприятия незнакомого мужчины (т. <...>).

Свидетель стороны защиты ПВВ при предыдущем рассмотрении дела в суде пояснил, что возможной причиной смерти потерпевших мог быть слив в очистные сооружения <адрес> химических веществ, кислоты (т<...>).

Основанные на показаниях свидетелей ШАЮ и ПВВ доводы стороны защиты о том, что в исследуемый период времени на очистные сооружения могли сливаться вредные химические вещества, что могло повлечь отравление данными веществами потерпевших, правильно расценены судом как не нашедшие своего подтверждения. Никто из допрошенных свидетелей не пояснял о том, что <...> и <...> в фекальном отделении <адрес> имелись какие-либо признаки того, что в систему очистных сооружений сливались химические вещества или отходы химического производства, способные вызвать острое отравление.

Как следует из выводов заключений судебно-медицинских экспертиз, признаков воздействия на организм потерпевших иных отравляющих веществ установлено не было. Из пояснений специалиста ШАЮ также следует, что в случае воздействия хлора должен иметь место ожег легких, признаков которого не установлено.

Судом правильно установлено, что осужденный ФИО1, в силу должностного положения, являясь лицом, на которое возложены обязанности по обеспечению безопасности и условий труда работников, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, в нарушение требований охраны труда, указанных в ст. 22, 212, 221 Трудового кодекса РФ, п. 77 приложения к Приказу Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 9 декабря 2014 г. №997н «Об утверждении типовых норм бесплатной выдачи сертифицированных специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты работникам жилищно-коммунального хозяйства, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением», пп.4,5 приложения к Приказу Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 01 июня 2009 г. №290н «Об утверждении межотраслевых правил обеспечения работников специальной одеждой, специальной обувью и другими средствами индивидуальной защиты», пп. 5, 7, 11, 187 Правил по охране труда в жилищно-коммунальном хозяйстве, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 29 октября 2020 г. №758н, не обеспечил безопасность труда машинистов насосных установок насосной станции <адрес>», не принял мер к оборудованию помещения фекального отделения вентиляцией, обеспечивающей оптимальные или допустимые параметры воздуха рабочей зоны; не принял мер к оборудованию помещения фекального отделения приборами-газоанализаторами и аварийной предупредительной сигнализацией и аварийной вентиляцией, не обеспечил приобретение и выдачу работникам за счет средств работодателя средств индивидуальной защиты органов дыхания.

Положения пп. 5, 7, 11, 187 Правил по охране труда в жилищно-коммунальном хозяйстве, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 29 октября 2020 г. №758н, прямо указывают на обязанность работодателя обеспечить исправное состояние помещений, сооружений, технологического оборудования и безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования и осуществлении технологических процессов; осуществление контроля за состоянием условий труда на рабочих местах и соблюдением требований охраны труда. При организации выполнения работ, связанных с воздействием на работников вредных и (или) опасных производственных факторов, работодатель обязан принимать меры по их исключению или снижению до уровней допустимого воздействия, установленных требованиями соответствующих нормативных правовых актов; назначать лиц, ответственных за организацию и обеспечение безопасного выполнения работ; обеспечить охрану труда работников применением средств индивидуальной и коллективной защиты работников.

Как установлено судом, нормы и требования по охране труда осужденным ФИО1, как руководителем муниципального предприятия, не соблюдались.

Согласно акту проверки Государственной инспекции труда в <адрес> и предписанию № ОХ от <...>, в ходе проверки <адрес> выявлены различные нарушения норм охраны труда и указано на необходимость обеспечить работников средствами индивидуальной защиты, в инструкциях по охране труда работников изложить требования об организации работы насосной станции в обычном и аварийном режиме, указано на необходимость использования контрольно-измерительных приборов и системы вентиляции (<...>).

Как следует из материалов уголовного дела, в ходе проведения ООО «<адрес>» <...> оценки условий труда рабочей зоны машиниста насосных установок <адрес>, выявлено несоответствие гигиеническим нормативам фактического уровня вредного фактора, установлено превышение предельно допустимой концентрации сероводорода на 30 %. (т. <...>).

Достоверно зная о превышении допустимой концентрации вредных веществ, содержащихся в воздухе рабочей зоны машиниста насосных установок, зафиксированной при проведении специальной проверки условий труда, осужденный ФИО1 <...> утвердил перечень мероприятий по улучшению условий и охраны труда работников – машинистов насосных установок (т. <...>), которым предусмотрено увеличение времени работы приточно-вытяжной вентиляции в фекальном отделении насосной станции с использованием при работе в указанном отделении средств индивидуальной защиты органов дыхания (СИЗОД).

При этом конкретные сроки выполнения указанных мероприятий установлены не были, не были назначены конкретные ответственные за выполнение мероприятий лица, каких-либо изменений в должностную инструкцию либо инструкцию по охране труда машинистов насосных установок относительно увеличения времени работы системы вентиляции в фекальном отделении насосной станции внесено не было. Как следует из личных карточек учета выдачи средств индивидуальной защиты (т<...>), а также из показаний потерпевших ПМА, УВЮ, свидетелей ДВА, ОСВ, УЕВ, ШАЮ, на момент исследуемых событий средствами индивидуальной защиты органов дыхания машинисты насосной станции обеспечены не были.

Согласно пп. 5, 187 Правил по охране труда в жилищно-коммунальном хозяйстве, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 29 октября 2020 г. №758н, работодатель обязан обеспечить исправное состояние помещений, сооружений, технологического оборудования и безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования и осуществлении технологических процессов; осуществление работ в помещениях канализационной насосной станции, где возможно выделение токсичных и взрывоопасных газов, должно проводиться при постоянном контроле содержания таких газов с помощью приборов-газоанализаторов, а также при функционирующей местной аварийной предупредительной сигнализации (звуковой, световой) и аварийной вентиляции.

Однако мер к оборудованию помещения фекального отделения вентиляцией, обеспечивающей допустимые параметры воздуха рабочей зоны, предпринято не было, какой-либо контроль за тем, превышает ли концентрация в воздухе аммиака и сероводорода предельно допустимую норму, на насосной станции предприятия отсутствовал. Помещение фекального отделения насосной станции приборами-газоанализаторами, а также местной аварийной предупредительной сигнализацией и аварийной вентиляцией оборудовано не было.

Оценивая в совокупности исследованные доказательства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что ФИО1 допустил нарушение требований охраны труда, являясь лицом, на которое возложены обязанности по их соблюдению, а наступившие общественно опасные последствия - смерть работников <адрес> ЖОЛ и УИА, находятся в причинно-следственной связи с имевшими место нарушениями требований охраны труда осужденным ФИО1

Согласно актам о несчастных случаях на производстве от <...> №№, №, составленным Государственной инспекцией труда в <адрес>, причинами несчастных случаев, произошедших с ЖОЛ и УИА, явилось неудовлетворительное техническое состояние зданий, сооружений, выразившееся в нарушении нормативных требований в части необеспечения закрытия технического проема в фекальном отделении насосной станции очистных сооружений, куда было допущено падение ЖОЛ; а также неприменение работниками средств индивидуальной защиты вследствие необеспеченности ими работодателем, неприменение средств коллективной защиты в части не обеспечения наличия в фекальном отделении насосной станции прибора - газоанализатора, местной аварийной предупредительной сигнализации (звуковой, световой) и аварийной вентиляции. Лицом, допустившим нарушение указанных требований охраны труда, является директор муниципального предприятия ФИО1 (<...>).

Результаты проведенных расследований несчастных случаев на производстве подтвердил специалист БСВ, указав при этом, что разработанный план мероприятий по улучшению условий охраны труда на насосной станции, ФИО1 утвердил, но сроки выполнения этих мероприятий не установил, ответственных лиц за их выполнение не назначил, в должностные инструкции и инструкции по охране труда работников соответствующие изменения не внес, в связи с чем данный план остался без исполнения. В связи с этим, ответственность за реализацию плана и его исполнение должен нести руководитель предприятия.

При этом осужденный ФИО1 также не устранил нарушения в имеющихся на предприятии инструкциях по охране труда, касающиеся эксплуатации контрольно-измерительных приборов, систем вентиляции, технологического и другого оборудования, указанные в предписании от <...> №, вынесенном Государственной инспекцией труда в <адрес>.

Как следует из показаний свидетеля ДВА, она докладывала осужденному ФИО1 о необходимости закупки газоанализаторов, установки аварийной предупредительной сигнализации, но приборы- газоанализаторы были приобретены только после смерти работников предприятия ЖОЛ и УИА, до этого времени возможность определения превышения концентрации опасных веществ в воздухе фекального отделения насосной станции отсутствовала.

Имевшаяся на очистных сооружениях лампа ЛБВК, предназначенная для определения загазованности окружающей среды, согласно показаниям свидетеля ОСВ, использовалась только при проведении аварийных работ, а для использования противогаза ПШ-1, с учетом его конструкции, требовалось участие как минимум трех человек.

Из показаний свидетелей ЗВВ, ГНА, ХЛЕ следует, что финансовая возможность для приобретения средств защиты как индивидуальных, так и коллективных, у предприятия имелась, однако каких-либо указаний на приобретение дополнительных средств защиты для работников насосной станции от директора ФИО1 в финансовый отдел муниципального предприятия до начала <...> г. не поступало. Все финансовые операции предприятия производятся только с личного разрешения директора ФИО1 (<...>).

Наличие у муниципального предприятия финансовой возможности для приобретения средств защиты работников от воздействия вредных факторов, подтверждается информацией о финансовом состоянии <адрес>, согласно которой данное предприятие с <...> по <...> гг. имело остаток денежных средств на конец каждого года в размере свыше одного миллиона рублей, на конец <...> г. – свыше двух миллионов рублей (<...>).

Таким образом, закрепленные в утвержденном ФИО1 локальном нормативном акте - плане мероприятий по улучшению условий охраны труда на насосной станции, меры остались нереализованными в силу того, что осужденным в плане не были указаны ответственные за исполнение мер лица и сроки исполнения мероприятий, контроль за исполнением плана ФИО1 не осуществлялся.

Установление актами о несчастном случае на производстве помимо руководителя предприятия ФИО1 другого лица, ответственного за произошедшие несчастные случаи на производстве, не имеет значения для установления виновности осужденного в совершенном преступлении.

В силу положений ч. 1 ст. 252 УК РФ суд апелляционной инстанции оставляет без рассмотрения доводы об ответственности иных должностных лиц <адрес> за наступившие общественно опасные последствия.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает показания специалиста БСВ в части того, что в должностных инструкциях главного инженера муниципального предприятия ВАС и инженера по технике безопасности ДВА отсутствуют конкретные обязанности, невыполнение которых позволяло указать на ответственность этих лиц за произошедшие несчастные случаи на производстве, а в должностной инструкции мастера очистных сооружений ОСВ не указаны обязанности по установке оборудования – средств коллективной защиты работников.

Суд апелляционной инстанции не принимает доводы стороны защиты о том, что <...> и <...> имели место несчастные случаи, которые произошли только вследствие небрежного поведения самих пострадавших ЖОЛ и УИА

Согласно приказу от <...> и протоколам заседаний комиссии по проверке знаний требований охраны труда работников, машинисты ЖОЛ и УИА прошли обучение и проверку знаний по технике безопасности (т<...><...>

Согласно копий журнала регистрации инструктажа, личных карточек работников, машинисты ЖОЛ и УИА <...>г., <...>, <...> проходили инструктаж по технике безопасности (т<...>

Согласно должностной инструкции машиниста насосных установок, установлены должностные обязанности, права, ответственность работника (т<...>).

Согласно инструкции по охране труда для машиниста насосных установок, утвержденной ФИО1, работник перед началом работ должен проверить наличие, исправность средств индивидуальной защиты и привести их в рабочее состояние, а также включить вытяжную вентиляцию. С данной инструкцией ЖОЛ и УИА были ознакомлены (<...>).

На основании исследованных доказательств суд пришел к выводу о том, что потерпевшая ЖОЛ при производстве работ в фекальном отделении насосной станции <...> не включила систему вентиляции.

Как следует из показаний свидетеля УЕВ, данных в ходе предварительного следствия <...>, в момент обнаружения потерпевшей УИА в фекальном помещении насосной станции он слышал шум вентиляции (<...>).

При последующих допросах в ходе предварительного следствия, указанный свидетель категоричных утверждений о том, что система вентиляции была включена, не высказывал (<...>).

При предыдущем рассмотрении уголовного дела в суде при допросе <...> свидетель УЕВ категорично утверждал, что вентиляция включена не была. Пояснил, что в первоначальных показаниях он сообщил о включенной вентиляции, поскольку не хотел, чтобы ответственность за несчастный случай возложили на саму пострадавшую (<...>).

В соответствии со ст. 14 УПК РФ все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном указанным кодексом, трактуются в пользу обвиняемого.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает установленным, что <...> работник УИА также, как и работник ЖОЛ <...>, перед началом работ в фекальном отделении насосной станции, в нарушение инструкции по охране труда, не включала вытяжную вентиляцию.

Однако данное обстоятельство не является главной причиной наступления общественно опасных последствий в виде смерти ЖОЛ и УИА

Суд обоснованно не принял показания осужденного ФИО1, свидетелей ВАС, ОСВ в части того, что для безопасной работы в фекальном отделении насосной станции достаточно включения установленной на тот момент системы вентиляции.

Как следует из протокола осмотра от <...>, после смерти работников и до момента ремонта системы вентиляции <...> специалистом ЖОС в фекальном отделении насосной станции очистных сооружений <...> произведен отбор проб воздуха на концентрацию аммиака и сероводорода (т.1 л.д.109-114). Протоколом лабораторных испытаний и заключением Шадринского филиала ФБУЗ «<адрес>» установлено превышение допустимого содержания вредных веществ в воздухе рабочей зоны на рабочем месте машиниста насосных установок: содержание вещества аммиака – 41 мг/м3 в воздухе, что превышает нормативную величину (20 мг/м3) более чем в два раза и не соответствует требованиям СанПиН 1.2.3685-21. Измерения проводились при температуре воздуха +18,5 градуса, при работающей на протяжении 30 минут системе вытяжной вентиляции (т<...>).

Из показаний потерпевших ПМА, УВЮ, свидетелей УЕВ, КСН следует, что система вентиляции в фекальном отделении наносной станции была сгнившая, фактически не функционировала.

Из показаний свидетеля ШАЮ также следует, что из-за неисправности вентиляционной системы между ней и осужденным ФИО1 произошел словесный конфликт.

Из показаний свидетелей ДВА, ОСВ следует, что проверок эффективности работы системы вентиляции в фекальном отделении насосной станции не проводилось, вентиляционная система длительное время не менялась, производился только ее текущий ремонт подручными средствами.

О наличии повреждений системы вентиляции поясняли свидетели ВВА, ТВЮ (<...>

О ненадлежащей эффективности системы вентиляции насосной станции в связи с наличием множественных повреждений на момент ее замены в <...> г. также поясняли свидетели ЧМИ и КАА (т<...>).

Согласно протоколов осмотра места происшествия от <...> и дополнительного осмотра места происшествия от <...> фекального отделения насосной станции <адрес>, металлические части системы вентиляции: нижней части кожуха электродвигателя, трубы воздухоотвода имеют сквозные следы коррозии, отсутствуют металлические фрагменты, в местах изгиба выходной трубы также имеются сквозные следы коррозии. Части воздухоотводов затянуты плотной тканью, которая имеет сквозные повреждения (<...>

Согласно выводам заключения комиссионной строительно-технической судебной экспертизы, вытяжная вентиляционная система, используемая <...> и <...>г. в фекальном отделении насосной станции <адрес>, не соответствовала установленным требованиям, с выявленными дефектами во включенном состоянии не могла обеспечивать установленную нормативную циркуляцию воздуха. Металлические части вентиляции, кожуха электродвигателя, трубы воздухоотвода имеют сквозные следы коррозии. Части воздухоотводов обтянуты тканью, которая имеет повреждения (<...>).

Суд апелляционной инстанции отмечает, что при эксплуатации системы вентиляции насосной станции не была предусмотрена дифференциация по времени ее включения с учетом температуры воздуха, при том, что согласно показаниям специалиста ШАЮ при повышении температуры увеличивается выделение аммиака в воздух. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что согласно информации <адрес> ЦГМС в <адрес><...> в <...> час. температура воздуха составляла +30,6 градуса; <...> в <...> час. температура воздуха составляла +24,6 градуса (т. <...>). Более того, из содержания инструкции по охране труда для машиниста насосных установок следует, что в инструкции вообще отсутствуют какие-либо указания о периоде времени, на который необходимо включение системы вентиляции перед началом проведения работ.

Исследованные доказательства свидетельствуют о том, что установленная на насосной станции <...> система вентиляции даже при ее включении в соответствии с требованиями локальных нормативных актов по соблюдению условий охраны труда не обеспечивала надлежащего снижения концентрации ядовитых газов в помещении фекального отделения насосной станции.

Таким образом, небрежность допущенная потерпевшими, не освобождала осужденного ФИО1 от обязанности обеспечить безопасность труда работников в процессе их трудовой деятельности.

Именно нарушение осужденным ФИО1 нормативных предписаний по охране труда явилось главной непосредственной причиной и необходимым условием наступления общественно опасных последствий в виде смерти двух работников возглавляемого им предприятия.

Судом дан анализ доказательствам, на основании которых судом сделан вывод об обстоятельствах получения травм потерпевшей ЖОЛ непосредственно перед наступлением ее смерти.

Из показаний свидетелей КЕВ, КСН следует, что на момент обнаружения тела ЖОЛ в помещении насосной станции на нижнем уровне, ее рабочий инвентарь с результатами очистки решеток в фекальном отделении находился на верхней площадке, что свидетельствовало о том, что до момента падения ЖОЛ выполняла работы по очистке решетки и по их окончанию поднялась на верхнюю площадку. Из протокола осмотра места происшествия от <...> следует, что технологическое отверстие возле площадки верхнего уровня ничем не закрыто. Высота от пола нижнего уровня фекального отделения насосной станции до верхнего уровня составляет 2,9 м., на полу нижнего уровня под технологическим отверстием обнаружены пятна вещества, похожего на кровь.

Согласно результатам следственного эксперимента, падение ЖОЛ могло произойти с площадки верхнего уровня фекального отделения насосной станции в технологическое отверстие через проем ограждения - между горизонтальными элементами конструкции перил: падение с лестницы либо с нижней площадки лестницы - исключено (т<...>).

С учетом данных доказательств, а также показаний специалиста ШАЮ о токсическом воздействии аммиака и сероводорода на организм человека, вызывающем потерю сознания, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда об обстоятельствах получения травм потерпевшей ЖОЛ непосредственно перед наступлением ее смерти.

Таким образом, в результате исследования доказательств нарушение осужденным ФИО1 п. 82 приложения к Приказу Министерства труда и социальной защиты РФ от 16 ноября 2020 г. № 782н «Об утверждении правил по охране труда при работе на высоте», согласно которому проемы, в которые могут упасть (выпасть) работники, закрываются, ограждаются и обозначаются знаками безопасности, нашло свое подтверждение.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу и указал в приговоре, что обвинение подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу, вследствие чего постановил обвинительный приговор, правильно квалифицировав действия ФИО1 по ч. 3 ст. 143 УК РФ.

При этом суд признал ФИО1 виновным в нарушении п. 19 приложения к Приказу Министерства труда и социальной защиты РФ от 27 ноября 2020 г. №833н «Об утверждении правил по охране труда при размещении, монтаже, техническом обслуживании и ремонте технологического оборудования», согласно которому лестницы у технологического оборудования должны оборудоваться перилами высотой не менее 1,1 м.

Однако как установлено судом, падение ЖОЛ могло произойти с площадки верхнего уровня фекального отделения в технологическое отверстие через проем ограждения – между горизонтальными элементами конструкции перил, а не поверх перил.

При указанных обстоятельствах допущенное нарушение в части установки в помещении фекального отделения насосной станции перил высотой менее 1,1 м. в причинной связи с падением ЖОЛ с площадки верхнего уровня не состоит.

Признавая ФИО1 виновным в нарушении пп. 21, 22 приложения к Приказу Министерства труда и социальной защиты РФ от 15 декабря 2020 г. № 901н «Об утверждении правил по охране труда при производстве строительных материалов», суд не принял во внимание, что данный нормативный правовой акт регламентирует требования охраны труда в совершенно иной отрасли производственно-хозяйственной деятельности, нежели отрасль жилищно-коммунального хозяйства.

В связи с этим, нарушение ФИО1 положений п. 19 приложения к Приказу Министерства труда и социальной защиты РФ от 27 ноября 2020 г. №833н, пп. 21, 22 приложения к Приказу Министерства труда и социальной защиты РФ от 15 декабря 2020 г. № 901н, выразившееся в том, что он не обеспечил необходимую высоту и установку дополнительных ограждающих планок, обшивки ограждений площадки у технологического отверстия, предназначенную для прохода через технологическое оборудование или коммуникации, а также высоту перил лестниц с данной площадки на нижний уровень, высотой не менее 1,1 м, подлежит исключению из осуждения.

При описании преступного деяния, признанного доказанным, суд в качестве последствия преступления указал на получение УИА в результате падения телесных повреждений в виде открытого перелома костей левого предплечья, ссадин на животе и конечностях.

Однако в первоначальной судебно-медицинской экспертизе по результатам исследования трупа УИА эти телесные повреждения не отражены. Признаки этих телесных повреждений отражены в документах осмотра больной фельдшером скорой помощи и протоколе осмотра трупа УИА, о чем указано в выводах комиссионной судебно-медицинской экспертизы №.

При этом свидетель МВВ, работавшая фельдшером ГБУ <адрес>», в суде пояснила, при поступлении УИА в отделение скорой помощи при осмотре потерпевшей была обнаружена небольшая припухлость нижней трети левого предплечья, однако перелом конечности впоследствии не подтвердился.

Кроме того, никто из допрошенных лиц, которые поднимали УИА с нижнего уровня фекального отделения насосной станции, не пояснял о наличии у потерпевшей каких-либо видимых телесных повреждений, времени и причине их образования.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что получение УИА телесных повреждений в виде открытого перелома костей левого предплечья и ссадин в результате падения после отравления ядовитыми веществами не нашло своего подтверждения.

При указанных обстоятельствах указание суда на последствия преступления – получение потерпевшей УИА телесных повреждений в виде открытого перелома костей левого предплечья и ссадин, подлежит исключению из осуждения.

В соответствии со ст. 6, 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, с учетом положений Общей части УК РФ, которое должно соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, исходя из обстоятельств его совершения и личности виновного, наличия смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, позволяющих при назначении осужденному наказания применить положения ст. 64 УК РФ, из материалов дела не усматривается и судом не установлено, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Принимая во внимание все имеющиеся по делу обстоятельства, суд пришел к правильному выводу о невозможности исправления осужденного без изоляции от общества, в связи с чем назначил ему наказание в виде реального лишения свободы, не усмотрев оснований для применения положений ст. 73 УК РФ. Мотивы принятого решения в приговоре судом приведены, в достаточной степени обоснованы и сомнений не вызывают.

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления и степени его общественной опасности, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменения категории преступлений на менее тяжкую.

Учитывая сведения о личности ФИО1, смягчающее наказание виновному обстоятельство, суд пришел к обоснованному выводу о возможности заменить лишение свободы принудительными работами в соответствии с положениями ст. 53.1 УК РФ, полагая, что данный вид наказания в полной мере будет отвечать целям наказания, предусмотренным ст. 43 УК РФ, принципу справедливости, закрепленному в ст. 6 УК РФ, а также способствовать целям исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

В то же время установление обстоятельств, смягчающих наказание виновного лица, имеет значение для правильного решения вопроса об индивидуализации наказания.

По настоящему делу эти требования закона должным образом не выполнены.

Как следует из приговора, в качестве смягчающего наказание ФИО1 обстоятельства суд признал наличие у него трех малолетних детей, учел его положительные характеристики с мест жительства и работы.

Однако, решая вопрос об обстоятельствах, которые следует признать смягчающими, суд не принял во внимание, что согласно материалам уголовного дела причиной наступления общественно опасных последствий, помимо несоблюдения осужденным правил охраны труда, явилась и небрежность, допущенная потерпевшими, не включивших систему вентиляции при производстве работ.

Между тем согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 3 п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2018 г. № 41 «О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных или иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов», в том случае, когда последствия наступили в результате как действий (бездействия) подсудимого, вина которого в нарушении специальных правил установлена судом, так и небрежности, допущенной потерпевшим, суду следует учитывать такое поведение потерпевшего при назначении наказания.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ при назначении наказания в качестве смягчающих могут учитываться и обстоятельства, не предусмотренные ч. 1 ст. 61 УК РФ. Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости признания небрежности, допущенной работниками ЖОЛ и УИА, в качестве смягчающего наказание ФИО1 обстоятельства.

Все иные обязательные, а также имеющие значение при решении вопроса о размере наказания обстоятельства, учтены. Оснований для признания иных обстоятельств смягчающими наказание осужденного суд апелляционной инстанции не усматривает.

С учетом указанных обстоятельств и вносимых в приговор изменений, основное наказание, назначенное ФИО1, подлежит смягчению в пределах, соответствующих всем обстоятельствам дела, данным о личности виновного и требованиям справедливости.

Согласно ч. 1 ст. 47 УК РФ, лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью состоит в запрещении занимать должности на государственной службе, в органах местного самоуправления либо заниматься определенной профессиональной или иной деятельностью.

Назначая ФИО1 дополнительное наказание в виде запрета занимать должности на государственной службе и в органах местного самоуправления, связанные с осуществлением административно-хозяйственных и организационно-распорядительных функций, суд обосновал свое решение данными о личности осужденного и установленными обстоятельствами преступления.

Поскольку указанное дополнительные наказание не является обязательным, необходимость его назначения осужденному должна быть мотивирована.

Однако, как следует из приговора, судом назначение дополнительного наказания, по существу, никак не мотивировано, приговор не содержит указаний на данные о личности осужденного, которые судом приняты во внимание.

Исходя из разъяснений, данных в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», при назначении данного вида дополнительного наказания в приговоре необходимо указывать определенный конкретными признаками круг должностей, на который распространяется запрещение. При этом в соответствии с разъяснениями, данными в п. 8 указанного постановления, запрещение занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью должно быть обусловлено обстоятельствами совершенного преступления.

Как видно из материалов уголовного дела, осужденный ФИО1 должностей на государственной службе и в органах местного самоуправления не занимал. Совершенное преступление с замещением им указанных должностей не связано.

Ввиду отсутствия такой связи, оснований для лишения осужденного права занимать должности на государственной службе и в органах местного самоуправления, связанные с осуществлением административно-хозяйственных и организационно-распорядительных функций, не имелось, поскольку назначение такого вида дополнительного наказания обстоятельствами совершенного преступления не обусловлено.

С учетом изложенного, приговор суда следует изменить, указание на назначение ФИО1 дополнительного наказания в виде лишение права занимать должности, связанные с административно-хозяйственными и организационно-распорядительными функциями, исключить.

Кроме того, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

В силу положений ст. 297 УПК РФ приговор должен быть основан лишь на тех доказательствах, которые в соответствии со ст. 240 УПК РФ были непосредственно исследованы в судебном заседании.

Однако эти требования закона не соблюдены в полной мере.

В приговоре, мотивируя выводы о виновности осужденного, суд ссылается на показания свидетеля ДНВ, содержание которых в приговоре не приведено.

При этом протокол судебного заседания сведений об исследовании показаний указанного свидетеля в судебном заседании не содержит, в связи с чем суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из приговора ссылку на указанное доказательство.

Вместе с тем исключение из приговора ссылки суда на данное доказательство не ставит под сомнение обоснованность выводов суда первой инстанции о виновности ФИО1, доказанной совокупностью иных доказательств, для исключения которых из числа допустимых и относимых не установлено предусмотренных законом оснований.

Нарушений уголовно - процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28 и 389.33УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Шадринского районного суда Курганской области от 23 октября 2024 г. в отношении ФИО1 изменить.

Исключить ссылку суда на показания свидетеля ДНВ как на доказательства виновности осужденного.

Исключить из осуждения нарушение ФИО1 п. 19 приложения к Приказу Министерства труда и социальной защиты РФ от 27 ноября 2020 г. №833н, пп. 21, 22 приложения к Приказу Министерства труда и социальной защиты РФ от 15 декабря 2020 г. № 901н.

Исключить из осуждения указание на последствия преступления - получение потерпевшей УИА телесных повреждений в виде открытого перелома костей левого предплечья и ссадин.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ признать в качестве смягчающего наказание ФИО1 обстоятельства небрежность, допущенную потерпевшими.

Смягчить ФИО1 наказание в виде лишения свободы до 1 года 9 месяцев, которое в соответствии со ст. 53.1 УК РФ заменить принудительными работами на срок 1 год 9 месяцев с удержанием в доход государства 10% из заработной платы с отбыванием в местах, определяемых учреждениями и органами уголовно-исполнительной системы.

Исключить из приговора указание на назначение ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности на государственной службе и в органах местного самоуправления, связанные с выполнением административно-хозяйственных и организационно-распорядительных функций.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с подачей кассационных жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного постановления, а по истечении этого срока – непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий