Решение № 2-2803/2019 2-2803/2019~М-2016/2019 М-2016/2019 от 21 июля 2019 г. по делу № 2-2803/2019

Копия

Дело № 2-2803/2019


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 июля 2019 года г. Зеленодольск

Зеленодольский городской суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Дианкиной А.В.

с участием прокурора Киселева А.Н.

при секретаре Рыбакиной Е.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к садовому товариществу «ОЗОН» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за вынужденный прогул, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО2 обратился в суд с исковыми требованиями к садовому товариществу «ОЗОН» о признании увольнения незаконным, восстановлении в должности охранника, взыскании компенсации за время вынужденного прогула в размере 30 000 руб., компенсации морального вреда в размере 30 000 руб., а также расходов по оплате услуг представителя в сумме 20 000 руб.

В обоснование исковых требований указано, что решением Зеленодольского городского суда РТ от 19.03.2019 увольнение ФИО2 с должности охранника СТ «ОЗОН» на основании приказа №5 от 16.09.2018 признано незаконным. Указанное решение суда ответчик не исполнил и приказом №2 от 06.04.2019 уволил повторно ФИО2 Истец считает данное увольнение незаконным, поскольку не был надлежащим образом уведомлен о предстоящем расторжении трудового договора, с приказом о восстановлении и увольнении не ознакомлен. К исполнению трудовых обязанностей допущен не был.

В ходе судебного разбирательства к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, был привлечен ФИО3

Истец ФИО2 и его представитель Еремеев А.Н., действующий на основании доверенности, в судебном заседании на исковых требованиях наставали, мотивируя теми же доводами.

Представители ответчика СТ «ОЗОН» ФИО4, ФИО5, исковые требования признали частично, указав, что вступившим в законную силу решением суда решение общего собрания садоводов об избрании ФИО3 председателем СТ «Озон» признано незаконным, поскольку решение о восстановлении истца в должности охранника не было исполнено, последующее увольнение от 06.04.2019 также является незаконным.

Представитель третьего лица ФИО3 – ФИО6, действующий на основании доверенности, исковые требования не поддержал, пояснив, что истец злоупотребляет своими правами. Доказательств, что истцу чинились препятствия для выхода на работу, не представлены.

Выслушав пояснения сторон, заключение прокурора, полагавшего, что требования истца в части восстановления на работе подлежат удовлетворению, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на вознаграждение за труд, без какой бы то ни было дискриминации.

Статьей 5 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что регулирование трудовых отношений осуществляется как нормами Трудового кодекса РФ, так и постановлениями Правительства РФ, содержащими нормы трудового права.

В силу статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения – это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Статья 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно статья 394 Трудового кодекса Российской Федерации, в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Согласно пункту 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» подлежит восстановлению на прежней работе работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения.

В ходе судебного разбирательства установлено следующее.

Согласно трудовому договору ФИО2 с 10.05.2010 принят на работу в СТ «ОЗОН» на неопределенный срок с ежемесячной заработной платой в размере 5 000 руб. Трудовой договор не содержит указания на обязательные для включения в трудовой договор условия: место работы, трудовую функцию - конкретный вид поручаемой работнику работы, режим рабочего времени и времени отдыха.

Согласно справке от 24.01.2018 г., подписанной председателем правления СТ «ОЗОН» ФИО1 и заверенной печатью СТ «ОЗОН» ФИО2 в период с 01.01.2013 по 30.06.2016, а также с 01.01.2018 работал в СТ «ОЗОН» в качестве охранника – сторожа.

16.09.2018 г. проведено собрание членов правления СТ «Озон», в ходе которого было принято решение уволить охранника-сторожа ФИО2 с 01.10.2018 г. за невыполнение своих служебных обязанностей, халатное отношение к трудовым обязанностям, отсутствие на рабочем месте, за отказ заключить трудовой договор с СТ «Озон» и должностную инструкцию.

Решением Зеленодольского городского суда Республики Татарстан от 19.03.2019 постановлено: исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Признать увольнение ФИО2 с должности охранника СТ «Озон» в соответствии с приказом №5 от 16.09.2018г. незаконным.

Взыскать с СТ «Озон» в пользу ФИО2 средний заработок за время вынужденного прогула за период с 1 октября 2018 г. по 27 февраля 2019 г. - 50373 руб., компенсацию морального вреда 5000 рублей, судебные расходы на оплату услуг представителя – 5000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска – отказать.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Татарстан от 13.06.2019 апелляционная жалоба Садоводческого товарищества «Озон» на решение Зеленодольского городского суда Республики Татарстан от 19.03.2019 оставлена без рассмотрения, поскольку судом не был разрешен вопрос о восстановлении истца на работе.

Дополнительным решением Зеленодольского городского суда Республики Татарстан от 19.07.2019 ФИО2 восстановлен на работе в должности охранника в садовом товариществе «ОЗОН» с 01.10.2018.

В ходе судебного разбирательства ФИО2 пояснил, что отсутствие на рабочем месте – на территории садового товарищества «Озон» носило вынужденный характер, так как к работе он допущен не был, после состоявшегося судебного заседания от 19.03.2019, он явился на территорию садового товарищества «Озон», однако никого из администрации садового товарищества «Озон» в этот день не было, его письменное обращение о предоставлении рабочего места, должностной инструкции, выплаты денежной компенсации за время вынужденного прогула, направленное в адрес ФИО3 04.04.2019, оставлено третьим лицом без удовлетворения (л.д.17-19).

Наличие судебного акта, возлагающего на работодателя обязанность восстановить работника в определенной должности, не свидетельствует о фактическом восстановлении на работе указанного лица и не гарантирует неизбежность исполнения данного обязательства.

В соответствии с положениями ст. 396 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение о восстановлении на работе незаконно уволенного работника подлежит немедленному исполнению.

Согласно ч. 4 ст. 36, ч. 1 ст. 106 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», содержащееся в исполнительном документе требование о восстановлении на работе незаконно уволенного работника должно быть исполнено не позднее первого рабочего дня после дня поступления исполнительного документа в подразделение судебных приставов; требование о восстановлении на работе незаконно уволенного работника считается фактически исполненным, если взыскатель допущен к исполнению прежних трудовых обязанностей и отменен приказ (распоряжение) об увольнении или о переводе взыскателя.

Из системного анализа перечисленных выше положений следует, что немедленное исполнение судебных решений по делам о восстановлении на работе считается завершенным с момента фактического допуска работника к исполнению прежних обязанностей, последовавшего за изданием руководителем организации приказа об отмене своего незаконного распоряжения об увольнении, т.е. после совершения представителем работодателя всех действий, необходимых для обеспечения фактического исполнения работником обязанностей, которые выполнялись им до увольнения. При этом работник должен быть не просто восстановлен в прежней должности, но ему должна быть обеспечена фактическая возможность исполнения трудовых обязанностей на рабочем месте в соответствии с условиями трудового договора.

Судом установлено и участниками дела не оспаривалось, что ФИО2 прибыл на работу 20.03.2019, несмотря на его попытки приступить к работе, к исполнению трудовых обязанностей его не допустили.

Данное обстоятельство подтверждается материалами дела, а именно, письменным обращением ФИО2 в адрес бывшего председателя садового товарищества «Озон» ФИО3, в котором он просил предоставить ему рабочее место, должностную инструкцию, выплатить компенсацию за время вынужденного прогула (л.д.17), что свидетельствует о том, что ФИО2 со своей стороны исполнял решение суда.

Вместе с тем, поскольку резолютивная часть решения суда не содержала вывода о восстановлении истца ФИО2 на работе, и исполнительный лист судом выписан не был, данная ситуация без сомнения ставила работника в положение, когда он был лишен возможности защиты своих прав путем принудительного исполнения решения суда, а со стороны работодателя усматривается злоупотребление своими правами.

К представленным представителем третьего лица ФИО3 документам: акту правления СТ «Озон» об отсутствии ФИО2 на рабочем месте, объяснениям, приказу № 1 от 20.03.2019 о восстановлении в должности охранника, приказу № 2 от 06.04.2019 об увольнении ФИО2 с должности охранника, суд относится критически, поскольку данные документы были представлены лишь к последнему судебному заседанию. При этом при наличии спора по данному вопросу у участника процесса отсутствовали какие-либо разумные причины скрывать наличие таких документов, а также уважительные причины для непредставления в судебное заседание, состоявшееся 08.07.2019.

Таким образом, материалы дела свидетельствуют о том, что решение суда о восстановлении ФИО2 на работе не исполнено по вине работодателя.

В силу ч. 2 ст. 3 Трудового кодекса Российской Федерации никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества независимо от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, политических убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.

Перечень обстоятельств (видов дискриминации), предусмотренных в ч. 2 данной статьи, не является исчерпывающим. Указанное положение данной статьи к дискриминации относит наряду с перечисленными в ней и другие обстоятельства, которые не связаны с деловыми качествами работника. В конкретных случаях другие обстоятельства, помимо перечисленных, могут выступать дискриминацией, если нарушаются равные возможности для реализации прав и учитываются обстоятельства, которые не связаны с деловыми качествами работника. Таким образом, любые обстоятельства, не связанные с деловыми качествами работника, в том числе и не перечисленные в ст. 3 Трудового кодекса Российской Федерации, не могут служить основанием для ограничения трудовых прав и свобод.

Действий, направленных на восстановление прежних трудовых отношений с сотрудником, работодателем не совершалось. Издание приказа о восстановлении на работе носит формальный характер, с целью избежания ответственности за неисполнение судебного акта. О формальном издании приказа свидетельствует и отсутствие подписи ФИО2 в данном приказе.

Поскольку истец не был допущен до работы, т.е. не восстановлен на ранее существовавших до увольнения условиях труда, а работодателем не только не предпринималось мер для восстановления ранее существовавших трудовых отношений, но и чинились в этом препятствия, на требования работника о предоставлении ему рабочего места каких-либо ответов не поступало, учитывая признание иска ответчиком, суд считает приказ об увольнении ФИО2 от 06.04.2019 незаконным, и приходит к выводу об удовлетворении его требований о восстановлении на работе.

При восстановлении на работе в пользу истца подлежит взысканию оплата за время вынужденного прогула.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

В силу ч. 7 ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации исчисление подлежащего взысканию среднего заработка производится с учетом Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного постановлением Правительства РФ от 11.04.2003 № 213. При взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным, выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету.

При определении среднего заработка за время вынужденного прогула суд принимает во внимание решение Зеленодольского городского суда РТ от 19.03.2019, которым установлено, что ФИО2 получал заработную плату в размере 10 000 рублей в месяц за работу охранником.

С учетом указанных правил и сведений средний заработок ФИО2 необходимо считать исходя из следующего: отработал 9 месяцев, начислили заработную плату – 90 000 рублей, за период с января по сентябрь ФИО2 отработал 268 дней поскольку 5 дней отсутствовал на рабочем месте. 90000 руб. : 268дн. = 335,82 руб.

Количество дней вынужденного прогула за период с 06.04.2019 по 22.07.2019 составило 70 дней.

Соответственно, в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула с 06.04.2019. по 22.07.2019 в сумме 23 507 руб. 40 коп. (335,82 х 70).

Из суммы задолженности по заработной плате за время вынужденного прогула подлежит исключению подоходный налог, который составляет 13 %. С учетом этого сумма, подлежащая взысканию, составляет 20 451 руб. 43 коп.

При решении вопроса о присуждении работнику компенсации морального вреда достаточным условием для удовлетворения требований иска является установленный факт нарушения трудовых прав.

Как разъяснено в п.63 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 2 от 17.03.2004г. «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела, с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных и физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Судом из объяснений истца и материалов дела установлено, что моральный вред в данном случае заключается в нравственных страданиях истца, вызванных незаконным увольнением, отстранения его от работы и моральными переживаниями от происшедших событий.

Таким образом, требования о компенсации морального вреда заявлены истцом правомерно. Вместе с тем, размер компенсации морального вреда, заявленный истцом, является чрезмерно и необоснованно завышенным. Учитывая все вышеприведённые обстоятельства, а также то, что характер нравственных страданий не повлек для истца каких-либо тяжких необратимых последствий, однако не мог не отразиться на ее душевном состоянии, с учетом требований разумности и справедливости, а также принимая во внимание длительность психотравмирующей конфликтной ситуации для работника, суд определяет размер денежной компенсации по возмещению морального вреда в 3 000 рублей.

Для защиты своих прав, представления интересов в суде ФИО2 воспользовался помощью адвоката Еремеева А.Н., оплатив ему за оказанные услуги 20 000 руб., что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру (л.д.5).

В рамках рассмотрения данного дела Еремеев А.Н. оказал следующие услуги: составление искового заявления (л.д.2-3), участие в двух судебных заседаниях (08.07.2019, 22.07.2019).

В силу абзаца 2 пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее - Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1) в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Согласно пункту 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В соответствии со ст.100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также руководящих разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, объема и сложности выполненных работ представителями истца, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в размере 7 000 руб.

Поскольку истец был освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче иска, с ответчика в доход бюджета Зеленодольского муниципального района Республики Татарстан подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1 113 руб. 54 коп.

На основании ст. 5, 15, 21, 22, 56, 135, 136 ТК РФ, и руководствуясь ст.56, 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Признать увольнение ФИО2 с должности охранника садового товарищества «ОЗОН» в соответствии с приказом №2 от 06 апреля 2019 года незаконным.

Восстановить ФИО2 на работе в должности охранника в садовом товариществе «ОЗОН» с 06 апреля 2019 года.

Взыскать с садового товарищества «ОЗОН» в пользу ФИО2 средний заработок за время вынужденного прогула за период с 06 апреля 2019 года по 22 июля 2019 года в размере 20 451 руб. 43 коп., компенсацию морального вреда в размере 3 000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 7 000 руб.

В удовлетворении остальной части иска – отказать.

Взыскать с садового товарищества «ОЗОН» в доход бюджета Зеленодольского муниципального района РТ государственную пошлину в размере 1 113 руб. 54 коп.

С мотивированным решением лица, участвующие в деле, могут ознакомиться в Зеленодольском городском суде 26.07.2019.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд РТ через Зеленодольский городской суд РТ в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья