Апелляционное определение № 22-245/2026 от 9 февраля 2026 г. по делу № 22-245/2026

Судья: Телин А.А. № 22-245/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

10 февраля 2026 года г. Самара

Судебная коллегия по уголовным делам Самарского областного суда в составе: председательствующего Бузаевой О.А.,

судей: Ивановой Т.Н., Корепина В.А.,

при секретарях судебного заседания Адеишвили А.Т., Давоян Э.А.,

с участием прокурора апелляционного отдела прокуратуры Самарской области Лупандиной Е.И.,

осужденного ФИО1, участвующего посредством видеоконференцсвязи,

защитников – адвокатов Мазура В.В., Пивцаева А.В., Башкирова В.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (с дополнениями) адвокатов Мазур В.В., Пивцаева А.В., осужденного ФИО1 на приговор Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 23 мая 2025 года, в отношении ФИО1 ,

выслушав мнение осужденного ФИО1, защитников – адвокатов Мазура В.В., Пивцаева А.В., Башкирова В.Г., поддержавших доводы апелляционных жалоб с дополнениями, мнение прокурора, возражавшего на доводы апелляционных жалоб, проверив материалы уголовного дела,

установила:

Приговором Центрального районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 , ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, с высшим образованием, женатый, имеющий троих малолетних детей, работавший программистом в ООО «Системные технологии», зарегистрированный и проживавший по адресу: <адрес>А, <адрес>, не судимый,

осужден: по ч.1 ст.119 УК РФ к наказанию в виде 240 часов обязательных работ, по ч.1 ст.222 УК РФ к наказанию в виде трех лет четырех месяцев лишения свободы, по ч.2 ст.228 УК РФ к наказанию в виде трех лет шести месяцев лишения свободы.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний, с учетом положений п. «г» ч.1 ст.71 УК РФ из расчета восемь часов обязательных работ за один день лишения свободы, ФИО1 назначено окончательное наказание в виде пяти лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения в виде домашнего ареста в отношении ФИО1, изменена на заключение под стражу. ФИО1 взят под стражу в зале суда.

Срок наказания ФИО1 исчислен с даты вступления приговора в законную силу.

ФИО1 в срок отбытого наказания зачтено время его содержания под стражей по данному делу: с 16 по 17.10.2024 года, и с 23.05.2025 года до даты вступления приговора в законную силу в соответствии с ч.3.2 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, а также зачтено ФИО1 в срок отбытого наказания время его содержания под домашним арестом по данному делу с 18.10.2024 года по 22.05.2025 года в соответствии с ч.3.4 ст.72 УК РФ из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Конфискован в доход государства принадлежащий ФИО1 ноутбук марки «Lenovo».

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

ФИО1 признан виновным в совершении в период времени с 08 часов 30 минут по 14 часов 35 минут 15.07.2024 года угрозы убийством‚ если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы; в совершении в период времени с 00 часов 00 минут 01.04.2024 года по 17 часов 15.07.2024 года незаконного приобретения, хранения, перевозки огнестрельного оружия и боеприпасов к нему (за исключением крупнокалиберного огнестрельного оружия, его основных частей и боеприпасов к нему, гражданского огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия, его основных частей и патронов к нему, огнестрельного оружия ограниченного поражения, его основных частей и патронов к нему), и совершении 15 июля 2024 года незаконного хранения без цели сбыта наркотических средств в крупном размере. Преступления совершены в г.Тольятти Самарской области, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе (с дополнениями) адвокат Пивцаев А.В. выражает несогласие с приговором суда, считая его незаконным в связи с нарушением норм материального и процессуального права. Просил приговор Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 23.05.2025 в отношении ФИО1 отменить, направить дело на новое рассмотрение.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указал, что в ходе судебного заседания стороной защиты было заявлено ходатайство о прекращении уголовного дела по ч.1 ст. 119 УК РФ в связи с примирением сторон, которое необоснованно было оставлено судом первой инстанции без удовлетворения.

При принятии решения просит учесть, что преступление, предусмотренное ч.1 ст. 119 УК РФ, относится к категории преступлений небольшой тяжести, ФИО1 совершил преступление впервые, вину признал, раскаялся, принес извинения потерпевшей и загладил причиненным преступлением вред, о чем сама потерпевшая показала в суде и предоставила соответствующее заявление с просьбой уголовное преследование по ст. 119 УК РФ прекратить, претензий потерпевшая к осуждённому не имеет, исковые требования не заявлены. По мнению защитника, суд не принял во внимание, что ущерб возмещен, напротив указав обратное, мотивировав тем, что заглаживание вреда якобы не снижает степень общественной опасности, не учел, что ФИО1 активно участвовал в благотворительных акциях.

Полагает, что при наличии ряда смягчающих обстоятельств и отсутствии отягчающих при назначении наказаний по отдельным эпизодам и при частичном сложении в итоговом решении суд назначил чрезмерно суровое наказание.

В апелляционной жалобе (с дополнениями) адвокат Мазур В.В., выражает несогласие с приговором суда, считая незаконным, необоснованным, подлежащим отмене вследствие неправильного применения уголовного и уголовно - процессуального закона, несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, а также несправедливости приговора.

Просил суд, приговор Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 23.05.2025 в отношении ФИО1 отменить, направить дело на новое рассмотрение в ином составе суда.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указал, что в основу приговора судом положены доказательства, полученные с нарушениями уголовно - процессуального кодекса РФ, судебная квалификация действий ФИО1 является юридически неверной, что влечёт нарушение уголовного закона и, как следствие, является безусловным основанием для отмены приговора.

Полагает, что судом не учтено, что умысел ФИО1 был направлен исключительно на приобретение и последующее хранение 1 грамма кокаина, что отнесено к значительному размеру наркотических средств. По мнению защитника, действия ФИО1 неверно квалифицированы по более тяжкой статье, что не соответствует установленным фактическим обстоятельствам дела и пределам его умысла.

Кроме того, указал, что 03.03.2025 года стороной защиты в ходе прений заявлено ходатайство об исключении доказательств, с просьбой рассмотреть его одновременно с принятием итогового решения, однако данное ходатайство судом оставлено без разрешения.

Обращает внимание, что стороной защиты в тексте прений ставились вопросы о незаконном возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1, о необходимости прекращения уголовного дела в отношении ФИО1, поскольку в отношении возбужденного эпизода не принято решение ни о прекращении, ни о направлении уголовного дела в суд, в связи с чем, последний лишен права на реабилитацию, и прочие нарушения, однако суд первой инстанции ходатайство по существу не рассмотрел, отложив его разрешение до удаления в совещательную комнату, однако ни в описательно-мотивировочной части приговора, ни в иных процессуальных документах решение по данному ходатайству отражено не было.

Просит учесть, что судом первой инстанции осталось без рассмотрения повторно заявленное защитой ходатайство о признании доказательств недопустимыми.

Указал, что в материалах уголовного дела содержатся сведения о том, что ФИО1 является потребителем наркотических средств, в связи с чем, при постановлении приговора суд был обязан, в силу ст. 72.1 УК РФ, обсудить вопрос о необходимости возложения на осуждённого ФИО1 обязанности пройти лечение от наркомании и медицинскую и (или) социальную реабилитацию, что судом первой инстанции сделано не было.

По мнению защитника, судом необоснованно при назначении наказания в качестве смягчающего наказание обстоятельства учтено частичное признание вины ФИО1, который в судебном заседании признавал вину в инкриминируемых преступлениях полностью, что является, по мнению защитника, достаточным основанием для признания смягчающим обстоятельством в соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ.

Выражает несогласие с отказом в удовлетворении ходатайства о прекращении уголовного дела по ч.1 ст.119 УК РФ в связи с примирением с потерпевшей, считая его необоснованным и произвольным. Поскольку, по мнению защитника, все предусмотренные законом условия примирения фактически выполнены, а суд не вправе предъявлять иные, не предусмотренные законом.

В апелляционной жалобе, поданной в дополнение к апелляционным жалобам защитников, осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, вследствие неправильного применения уголовного и уголовно - процессуального закона, несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, чрезмерной суровости, просит приговор отменить, направить дело на новое рассмотрение в ином составе суда.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указал, что суд при принятии решения необоснованно не прекратил уголовное дело по ч.1 ст.119 УК РФ в связи с примирением сторон, а также при назначении наказания не применил ст. 64 УК РФ, ст. 73 УК РФ, ч.6 ст. 15 УК РФ.

Просит принять во внимание, что потерпевшая материальных требований не заявляла, еще на стадии предварительного следствия не возражала, чтобы он с ней проживал, в случае избрания меры пресечения в виде домашнего ареста.

Полагает, что он полностью загладил вину перед потерпевшей, дарил ей подарки в виде телефона и цветов, которые У приняла.

Указал, что во время предварительного следствия потерпевшая У пояснила, что исковых требований заявлять не будет.

Просит принять во внимание, что во время того, как он находился под мерой пресечения в виде домашнего ареста к нему приезжали дети, с которыми он общался, принимал участие в их воспитании.

По мнению осужденного, данные обстоятельства свидетельствуют о том, что он примирился с супругой, с которой находится в браке 12 лет, поддерживает с У хорошие отношения, однако суд первой инстанции в приговоре необоснованно указал об обратном.

Считает, что при принятии решения о признании его виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 228 УК РФ, суд не принял во внимание, размер изъятого наркотического средства – кокаина в размере 1,1 грамма, поскольку он имел умысел на приобретение для личного использования 1 грамма кокаина и 2 грамм мефедрона.

Обращает внимание, что согласно материалам уголовного дела, на подоконнике, где находилась часть наркотического средства, были следы грязи, пыли и пепла, а кокаин является гигроскопичным, что могло увеличить массу изъятого наркотического средства.

Кроме того, указал, что допрошенный в судебном заседании суда первой инстанции, эксперт показал, что аккуратно собрал с поверхности листком бумаги А4 наркотическое средство лишь в той части поверхности, где оно находилось, однако на стадии предварительного следствия, визуально показал руками более широкую поверхность сбора.

Просит учесть, что после вынесения приговора от супруги он узнал, что эксперт для забора наркотического средства, использовал не бумагу, а специальный скребок.

Указал, что он имел умысел на приобретение 1 грамма кокаина, в связи с чем, его действия должны быть квалифицированы по ч.1 ст. 228 УК РФ.

Полагает, что при принятии решения, с учетом ряда смягчающих обстоятельств, указанных в ст. 61 УК РФ, суд необоснованно не нашел оснований для применения ст. 64 УК РФ, ст. 73 УК РФ.

Считает, что суд необоснованно не принял во внимание, и не признал смягчающими обстоятельствами явку с повинной в отдел полиции, активное способствование раскрытию преступления, добровольное прохождение лечения у нарколога, заглаживание вреда перед государством и обществом, путем благотворительности, наличие на иждивении троих малолетних детей, признание вины по ч.2 ст. 228 УК РФ ч.1 ст. 222 УК РФ, ч.1 ст. 119 УК РФ, глубокое раскаяние в содеянном.

В заключение апелляционной жалобы указал, что тяжких последствий, в виду совершения им преступлений не наступило, наркотические средства изъяты, вина перед потерпевшей заглажена.

Осужденный ФИО1, его защитники в суде апелляционной инстанции поддержали апелляционные жалобы с дополнениями, просили удовлетворить. Адвокат Мазур В.В. дополнил, что судом первой инстанции необоснованно отказано в назначении дополнительной судебной экспертизы по наркотическим средствам, не разрешены его ходатайства относительно возбужденных уголовных дел и признании недопустимыми доказательствами.

В судебном заседании прокурор Лупандина Е.И. возражала против доводов апелляционных жалоб с дополнениями, считая приговор законным и не подлежащим отмене и изменению.

Потерпевшая У в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явилась, о времени, месте рассмотрения дела извещена надлежаще, по телефону сообщила о нежелании участвовать в судебном заседании суда апелляционной инстанции.

Выслушав стороны, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб с дополнениями, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, таковым он признается, если постановлен в строгом соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Суд первой инстанции с достаточной полнотой исследовал все имеющиеся доказательства, правильно установил фактические обстоятельства дела и верно постановил в отношении ФИО1 обвинительный приговор.

ФИО1 в ходе судебного разбирательства пояснял, что 15.07.2024 в результате конфликта он и супруга У вцепились друг в друга в ванной комнате, наговорили друг другу неприятных слов. Супруга вцепилась ему когтями в руки, он вцепился в ее руки, просил успокоиться и перестал кричать, кинул в нее мокрой тряпкой в район лица. Более физического воздействия он на потерпевшую не оказывал.

Поскольку он является наркозависимым, он у себя в квартире хранил для личного потребления 2 грамма мефедрона и 1 грамм кокаина в двух разных зип-пакетах, которые он приобрёл накануне. О том, что подруга жены вызвала сотрудников полиции, ему было неизвестно. Найденный боевой пистолет травматический и изъятые патроны хранились на балконе в шкафу-купе в коробке из-под обуви в недоступном ни для кого месте. Когда в дверь позвонили, он открыл дверь и увидел двух девушек в форме полиции, предъявил им свой паспорт и увидел, что они начали куда-то писать и звонить. Ему стало стыдно, и он покинул квартиру. Что происходило в его квартире после его ухода, ему неизвестно. Чем там занимались сотрудники полиции, что там происходило с техникой, сколько и чего было изъято из ценных вещей, не имеет представления. В апреле 2024 года он, катаясь на квадроцикле, у лесопосадки у трассы Димитровград-Тольятти в районе с.Узюково, обнаружил бело-серый мешок, торчащий из-под земли, в котором обнаружил пистолет с боеприпасами. Так как он сам обладал лицензией на владение травматическим пистолетом и имеет пистолет, он забрал домой и стал хранить данное оружие и боеприпасы. О том, что это незаконно, он узнал позднее, прочитав в Интернете. Сдать оружие полиции он побоялся, так как посчитал, что его могут привлечь к ответственности. Изъятые у него дома денежные средства ему не принадлежат, это деньги его родителей, которые остались у них после продажи квартиры и были переданы ему на хранение, так как в теплое время года они отсутствовали дома. Ноутбук «Леново», изъятый из его квартиры, он приобрел за месяц до этих событий у неизвестного ему ранее лица, какие-либо записи, которые были обнаружены в нем, он не делал, объяснить их происхождение он не может. Как видно из их содержания, они датированы годом ранее и более. Фотографии с якобы предполагаемыми закладками не датированы, также ничего по ним сообщить не может.

16.10.2024 явился в полицию, узнав, что находится в розыске.

Согласно показаниям ФИО1, данным в ходе предварительного расследования, оглашенным в порядке ст.276 УПК РФ, в ходе конфликта с супругой ФИО2 15.07.2024 он зашел за супругой в туалет в квартире громко выкрикнул ей в лицо в ответ что-то обидное, после чего его супруга первая вцепилась ему в лицо двумя руками, он почувствовал резкую боль в области лица, так как она ногтями поцарапала ему кожу на лице, а именно на щеках кожу до крови, у него пошла кровь. Что именно обидное она ему сказала, он точно не помнит. Он в порыве ярости начал её отталкивать, предполагает, что в тот момент, когда он отталкивал от себя супругу, то он давил двумя руками в область ее шеи. В какой-то момент он стал вытирать кровь с лица, взял рядом находящуюся тряпку, какую именно, не помнит. Они продолжали друг другу высказывать оскорбительные слова. Далее в какой-то момент он наотмашь бросил в неё данную тряпку, куда он попал данной тряпкой, не знает. Что именно и какие слова угроз в её сторону он говорил, не помнит.

Все наркотики он приобретал путем тайников-закладок через Интернет в браузере «Тор» с помощью «Кракен», через какое устройство, не помнит. Примерно в апреле 2024 года он ходил по лесопосадке в районе с.Узюково и искал ранее заказанную им наркотическую закладку. И случайно в одном из мест увидел, что из земли торчит кусок тряпки, в которой увидел 3 пистолета и боеприпасы к нему, один из пистолетов был с глушителем, а 2 - являлись травматическим оружием ограниченного поражения. Данные пистолеты и боеприпасы он хранил у себя дома в месте, не доступном для детей на лоджии в шкафу в коробке, скрытой от посторонних глаз.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1 пояснил, что найденный мешок с тремя пистолетами и боеприпасами он на своем личном автомобиле перевез в квартиру в г.Тольятти, где затем хранил.

Выводы о виновности ФИО1 в совершении преступлений являются верными, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, и подтверждаются следующими доказательствами:

-показаниями потерпевшей У согласно которым 15.07.2024 в комнате, где спал ФИО1, она увидела на столе бутылки от алкоголя и рассыпанный белый порошок, схожий с запрещенным веществом, также на столе лежали медицинские шприцы с иглой. Примерно в 13 часов 30 минут она закрылась в комнате и написала в социальной сети «VK» своей подруге ФИО3, чтобы та вызвала сотрудников полиции на ее адрес, так как она боялась позвонить сама, потому что ФИО1 услышит и начнет наносить ей телесные повреждения. Когда она зашла в туалет, ФИО1 зашел за ней следом, вцепился ей в шею двумя руками, отчего она испытала сильную физическую боль, ей стало трудно дышать, она пыталась оттолкнуть его от себя, но так как тот физически сильнее нее, у нее ничего не получалось. Затем ФИО1 повалил ее на унитаз, при этом двумя руками также держал ее за шею, а затем стал одной рукой толкать ей в рот какую-то тряпку, впоследствии она увидела, что это была детская футболка, от чего ей стало не хватать воздуха, она не могла вздохнуть. В этот момент она очень сильно испугалась за свою жизнь. При том подсудимый угрожал ей и говорил, что убьет ее, что она отправится на «Лесную», что он отсидит, а дети отправятся в детский дом, и она в данный момент реально опасалась осуществления угрозы убийством, так как ФИО1 находился в очень агрессивном состоянии. Когда она схватила своими пальцами за его лицо, тот ослабил хватку, а затем вышел из туалета. После этого позвонили в дверь, пришли сотрудники полиции, а ФИО1, пройдя между сотрудниками полиции, выбежал из квартиры. При осмотре их квартиры по адресу: г.Тольятти, ул.Баныкина, 16б-36, сотрудники полиции в комнате ФИО1 обнаружили на столе зип-пакет с веществом белого цвета и медицинские шприцы с иглой, а на балконе в шкафу, куда она складывала бытовые вещи, в коробке находились ещё два пистолета, о которых она не знала, пакеты с патронами, денежные средства пятитысячными купюрами и долларовыми купюрами;

-показаниями свидетелей, сотрудников полиции Л., М С., Л., пояснивших об обстоятельствах прибытия в квартиру У-вых по сообщению о совершении противоправных действий, после чего ФИО1 выбежал и квартиры, о обстоятельствах проведения осмотра квартиры, в ходе которого были обнаружены и изъяты пакеты с веществом белого цвета, два медицинских шприца, денежные средства, пистолеты, боеприпасы;

-показаниями свидетелей Ю ПС., участвовавших в качестве понятых при производстве осмотра места происшествия- квартиры по месту жительства ФИО1, в ходе которого были изъяты: вещество белого цвета, два медицинских шприца, денежные средства, пистолеты, боеприпасы, ноутбуки;

также письменными материалами дела, в том числе:

-рапортом сотрудника полиции о получении сообщения о происшествии, согласно которого 15.07.2024 года в 14 часов 35 минут от С поступило сообщение, что по адресу: <...>«б»-36, у знакомой У супруг удерживает детей в квартире;

-протоколом осмотра места происшествия и фототаблицей к нему от 15.07.2024 года, согласно которого в ходе осмотра квартиры по месту проживания ФИО1 обнаружены и изъяты: на подоконнике балкона зальной комнаты: один полимерный пакет с замком-застежкой с веществом внутри, вещество без упаковки; в зальной комнате на столе: один полимерный пакет с веществом внутри, вещество без упаковки, один медицинский шприц с жидкостью; в ванной комнате на полке шкафа, расположенного над раковиной: один медицинский шприц с жидкостью; в коробках черного и белого цветов, находящихся в двухстворчатом шкафу на балконе зальной комнаты, денежные купюры номиналом 5000 рублей в количестве 241 купюры и 40 купюр номиналом 100 долларов США; на верхней полке шкафа травматический пистолет «Streamer» в корпусе черного цвета №1019-КО045, с обоймой с 8 травматическими патронами 9 мм; 2 пистолета внешне схожих с пистолетом «Glock» без идентификационных номеров, экспансивные патроны калибра 9x18 мм с маркировкой БПЗ 9мм МАК в количестве 329 штук, патроны калибра 9x18 мм с маркировкой БПЗ 9мм МАК в количестве 254 штук, 219 травматических патронов 9x18 мм, 12 светошумовых патронов калибра 9х18 мм., белый полимерный пакет с 28 травматическими патронами калибра 9х18 мм, коробка черного цвета с имеющимися внутри 6 серебристыми травматическими патронами 9 х 18 мм., 12 золотистыми патронами 9 х 18 мм., черная коробка с надписью «Техкрим», в которой находились 20 травматических патрона калибра 9x18 мм., нож с рукоятью белого цвета, нож-мачете в чехле;

-справками об исследовании от 16.07.2024 года, заключениями эксперта, согласно которым в изъятом в квартире ФИО1 веществе, общей массой 1,1 грамма, содержится наркотическое средство кокаин, веществе общей массой 1,99 грамма, в высушенном виде, содержится наркотическое средство мефедрон (4-метилметкатинон);

-заключением эксперта №5/317 от 23.08.2024 года, согласно которого представленные на исследование: 583 патрона являются 9х18мм спортивно-охотничьими пистолетными патронами заводского изготовления, предназначенными для использования в спортивном и охотничьем нарезном огнестрельном оружии, пистолетах («Байкал442», «С-ПМ», «С-АПС» и др.), карабинах («МА-ПП91», «МА-АПС и др.) и штуцерах («ИЖ-18» и др.) и пригодны к стрельбе; 285 патронов являются пистолетными патронами травматического действия калибра 9mm Р.А., предназначенные для стрельбы из огнестрельного оружия ограниченного поражения, а именно пистолетов МР-78-9Т, МП-79-9Т(М), МР-81-9Т, МР-355 и др., револьверов Р-1 и др. и пригодны к стрельбе; 12 патронов являются пистолетными патронами светозвукового действия (холостыми) калибра 9mm Р.А., предназначенные для стрельбы из газового оружия, огнестрельного оружия ограниченного поражения, списанного охолощенного оружия калибра 9mm Р.А. и пригодны к стрельбе;

-рапортом о получении сообщения о происшествии от 19.07.2024 года, согласно которого 19.07.2024 года в 10 часов 28 минут из «112» от У проживающей по адресу: <...>, поступило сообщение о том, что при уборке у мужа в комнате под матрасом нашла пистолет;

-протоколом осмотра места происшествия и фототаблицей к нему от 19.07.2024 года, согласно которого в ходе осмотра места происшествия - помещения квартиры по месту проживания ФИО1, на полу зальной комнаты были обнаружены и изъяты пистолет с прибором для бесшумной стрельбы с 6 патронами калибра 9х18 мм внутри;

-заключением эксперта №2/432 от 05.08.2024 года, согласно которого представленный пистолет является самодельно-переделанным нарезным огнестрельным оружием, переделанным из пистолета модели «Р-411» СХ № б/н (уничтожен), путем замены штатного ствола на нарезной ствол самодельного изготовления и пригоден к стрельбе патронами калибра 9х18мм ПМ. Представленные на исследование 6 патронов являются 9х18 мм спортивно-охотничьими пистолетными патронами заводского изготовления, предназначенными для использования в спортивном и охотничьем нарезном огнестрельном оружии, пистолетах («Байкал442», «С-ПМ», «С-АПС» и др.), карабинах («МА-ПП91», «МА-АПС и др.) и штуцерах («ИЖ-18» и др.) и пригодны к стрельбе.

Судом в качестве виновности осужденного приведены также иные доказательства, подробно изложенные в приговоре.

Уголовные дела по факту обнаружения наркотических средств, оружия и боеприпасов, угрозы убийством вопреки доводам апелляционной жалобы защитника Мазура В.В. возбуждены в соответствии с требованиями УПК РФ при наличии повода и оснований. Соединение уголовных дел соответствовало требованиям ст.153 УПК РФ. Вынесение пяти постановлений о возбуждении уголовного дела по признакам преступлений, предусмотренных ч.1 ст.119, ч.1 ст.228, ч.2 ст..228, ч.1 ст.222, ч.1 ст.222 УК РФ, не лишало органы предварительного следствия возможности в дальнейшем в рамках соединенных уголовных дел в одно производство предъявить обвинение ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.119, ч.1 ст.222 и ч.3 ст.30 п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ.

Доводы защиты о незаконном преследовании ФИО1, нарушении его права на реабилитацию ввиду отсутствия прекращения по двум из пяти возбужденным уголовным делам не основаны на законе. В соответствии с ч. 1 ст. 175 УПК РФ если в ходе предварительного следствия появятся основания для изменения предъявленного обвинения, то следователь выносит новое постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого. Таким образом, в ходе расследования пяти уголовных дел, соединенных в одно производство, следователь вправе предъявить обвинение в совершении установленного им преступления, в том числе более тяжкого. Вынесение в данном случае постановления о прекращении уголовного преследования не предусмотрено, поскольку предъявление нового обвинения не означает отсутствия события или состава преступления в ранее расследованных действиях.

Оснований сомневаться в достоверности приведенных в приговоре показаний потерпевшей и свидетелей обвинения, которые соотносятся между собой во всех существенных для дела обстоятельствах и дополняют друг друга, не имеется; показания указанных лиц объективно подтверждаются письменными и вещественными доказательствами, а также иными доказательствами, подробно приведенными в приговоре.

Протоколы процессуальных и следственных действий составлены в соответствии c требованиями уголовно-процессуального закона, сомнений в правомочности должностных лиц в собирании доказательств по делу не усматривается.

Имеющиеся в материалах дела заключения экспертов оформлены в соответствии с требованиями ст. 204 УПК РФ, нарушений положений ст.198 и ст. 206 УПК РФ при назначении и производстве экспертиз не установлено, выводы экспертов не противоречивы, мотивированы, научно обоснованы. Оснований подвергать сомнению выводы проведенных экспертиз у судебной коллегии не имеется.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, оснований для признания недопустимыми доказательствами показания потерпевшей, свидетелей обвинения, экспертов, как и другие исследованные судом первой инстанции доказательства, в том числе письменные материалы дела, не имеется.

Все ходатайства, заявленные осужденным и его защитниками, в частности о недопустимости представленных стороной обвинения доказательств, о приобщении к делу письменных материалов, об исследовании вещественных доказательств, а также ходатайства о вызове и допросе свидетелей, о возвращении уголовного дела прокурору, по прекращению уголовного преследования были рассмотрены судом в соответствии с требованиями закона, а принятые по ним решения являются мотивированными и обоснованными.

Отсутствие в приговоре мотивированного решения по ранее заявленному адвокатом Мазур В.В. ходатайству о признании недопустимыми и исключении из числа доказательств протокола обыска от 17.07.2024 в жилище по адресу: <...> (т.1, л.д.69-70), протокола обыска от 25.07.2024 в жилище по адресу: г.Тольятти, СНТ «Березка», 6 проезд уч.242 (т.1, л.д. 242-243), не свидетельствует о нарушении права на защиту, о незаконности приговора, не является основанием для его отмены. Поскольку указанные протоколы обыска судом не приведены в качестве доказательств виновности ФИО1, в ходе проведения данных обысков ничего не обнаружено и не изъято. Следовательно, данные протоколы обыска не свидетельствуют как о виновности, так и о невиновности ФИО1

В удовлетворении ходатайств стороны защиты о назначении дополнительной химической экспертизы правильно отказано, поскольку заключения экспертов по исследованным в полном объеме всем представленным на экспертизу объектам, достаточны для вывода о массе изъятых в жилище ФИО1 наркотических средств, о наименовании и характеристиках оружия и боеприпасов.

Несвоевременное ознакомление осужденного и его защитников с постановлениями о назначении экспертиз, при отсутствии ходатайств стороны защиты о назначении конкретного эксперта или производства экспертизы в конкретном экспертном учреждении, отвода эксперта, постановке дополнительных вопросов, и т.д., само по себе не является нарушением, влекущим за собой недопустимость этих заключений.

Отсутствие в уголовном деле сведений по выделенным копиям материалов дела и возбужденному уголовному делу по ч.1 ст.228 УК РФ об обстоятельствах приобщения вещественных доказательств, в том числе, конвертов со шприцами, в которых впоследствии обнаружено наркотическое средство (о чем заявлено адвокатом Мазур В.В. в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции), в данном случае не могло повлиять на законность расследования, в том числе проведения экспертиз и получения по результатам экспертного исследования выводов экспертов. Поскольку после соединения уголовных дел в одном производстве в нем имелись подлинники всех материалов дела, в том числе документы, свидетельствующие об изъятии объектов исследования, направления их на исследование и приобщении их к материалам дела в качестве доказательств. Порядок направления на экспертное исследование объектов, изъятых осмотрами места происшествия в жилище ФИО1, не нарушен. Заключения экспертов, справки об исследовании не содержат сведений о нарушении целостности упаковки представленных на исследование объектов.

Отсутствие в протоколах следственных действий, в том числе протоколах осмотра места происшествия, сведений об используемых при производстве следственного действиях технических средствах, не приобщение к ним фотографических негативов, иных объектов, вопреки доводам адвоката Мазур В.В., не свидетельствует о недопустимости в качестве доказательств протоколов осмотров места происшествия, протоколов осмотра предметов (документов).

Оснований сомневаться в достоверности приведенных в приговоре показаний потерпевшей и свидетелей обвинения, данных в ходе предварительного расследования и в судебном заседании не имеется; показания указанных лиц объективно подтверждаются письменными и вещественными доказательствами, а также иными доказательствами, подробно приведенными в приговоре. Вопреки утверждению адвоката Мазур В.В., потерпевшая и свидетели были предупреждены об уголовной ответственности по ст.ст.307-308 УК РФ, им разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст.42, ст.56 УПК РФ, что подтверждается протоколами судебных заседаний.

В ходе допроса в качестве подозреваемого, проведения других следственных действий с участием ФИО1 принимал участие адвокат, перед допросом ФИО1 подробно разъяснялись его процессуальные права, в том числе, право не свидетельствовать против себя. В соответствующих протоколах отсутствуют заявления ФИО1 и его защитника о каких-либо нарушениях, допущенных представителями следственных органов.

В связи с изложенным, оснований для признания недопустимым доказательством протокол допроса подозреваемого (обвиняемого) ФИО1, признательные показания которого были учтены судом при признании его виновности, не имеется.

Данных о том, что судебное разбирательство проводились предвзято, с обвинительным уклоном, с нарушением права осужденного на справедливый и беспристрастный суд, с ущемлением его процессуальных и общегражданских прав и свобод и что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, судом апелляционной инстанции не установлено и из материалов дела не усматривается.

Исследовав представленные доказательства, суд верно квалифицировал действия ФИО1 по ч.1 ст.119, ч.1 ст.222, ч.2 ст.228 УК РФ, оснований для иной квалификации действий осужденного, его оправдания или прекращения уголовного дела не имеется.

Необоснованным является довод апелляционных желоб о переквалификации действий ФИО1 с ч. 2 ст. 228 УК РФ на ч.1 ст.228 УК РФ ввиду его намерения приобрести наркотическое средство кокаин в меньшем размере, чем фактически изъято в ходе осмотра по месту жительства.

Вид и масса наркотического средства установлена судом на основе изучения и оценки справок об исследовании от 16.07.2025 и заключений экспертов (т.1, л.д. 24-25, 27-28, т.2, л.д. 45-47, 54-56).

Согласно показаниям эксперта ФИО4, общая масса наркотического средства кокаин, изъятого в квартире ФИО1 составила 1,1 грамма, что соответствует крупному размеру, который считается свыше 1 грамма. Взвешивание наркотического средства производилось поверенными весами, погрешность которых составляет 0,01 грамма. Чувствительность прибора обнаружения концентрации вещества, который ею использовался, очень высокая, потому что данные исследования предполагают определение даже следовых количеств. Определение в смеси количественного содержания самого кокаина не требуется на основании Постановления Правительства РФ от 01.10.2012 года №1002, согласно которого вся смесь, в состав которой входит кокаин, является наркотическим средством кокаин. Перед взвешиванием представленных веществ (в виде порошка) она их высушивание не производила, так как этого не требуется, поскольку термически воздействовать на вещество нельзя, потому что оно может видоизмениться. Если бы в представленных ей на исследование веществах были какие-то явные видимые частицы иного вещества, являющегося ненаркотическим, она бы это описала в своих заключениях.

Доводы апелляционных желоб об увеличении массы кокаина в связи с неправильным изъятием наркотического средства в ходе осмотра места происшествия являются голословными, поскольку не нашли своего подтверждения. Согласно пояснениям свидетеля Л сотрудника правоохранительного органа, при изъятии порошкообразного вещества с подоконника на балконе он видел находящийся на подоконнике пепел, но в момент изъятия сам пепел он не собирал, сначала он удалил частицы пепла, а после этого изъял порошкообразное вещество, в котором визуально посторонних примесей не наблюдал. Эксперт ФИО4 также подтвердила отсутствие в представленных на исследование объектах явных видимых частиц иного вещества, являющегося ненаркотическим.

В этой связи судебная коллегия отмечает, что при определении размера наркотического средства суд первой инстанции правильно исходил из фактического его количества, изъятого на месте преступления.

Таким образом, осужденный реализовал свой преступный умысел на приобретение той массы наркотического средства, которую он фактически изъял из места хранения. Утверждения ФИО1 о намерении приобрести кокаин в количестве 1 грамма не является основанием для переквалификации его действий на ч.1 ст.228 УК РФ.

Учитывая изложенное, судебная коллегия, отвергая доводы жалобы осужденного, приходит к убеждению, что фактические обстоятельства дела установлены правильно, подтверждаются доказательствами, а юридическая оценка действиям ФИО1 по ч. 2 ст. 228 УК РФ, как незаконного приобретения без цели сбыта наркотического средства в крупном размере, соответствует им и требованиям уголовного закона.

Вопреки доводам апелляционных жалоб назначенное ФИО1 судом первой инстанции, как за каждое преступление, так и окончательное наказание соответствует целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений, указанным в ч. 2 ст.43 УК РФ, является справедливым и соразмерным содеянному с учетом квалификации его деяния, данной судом первой инстанции. Назначенное осужденному наказание соответствует общественной опасности преступлений и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве Российской Федерации принципам гуманизма и справедливости, и полностью отвечает целям и задачам уголовного наказания.

Судом в полной мере учтены обстоятельства, смягчающие наказание осужденному, в том числе, обстоятельства, о которых указано в апелляционных жалобах. Обоснованно установлено отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Как верно установил суд, об обстоятельствах совершения ФИО1 преступлений стало известно в ходе допроса потерпевшей У при производстве 15.07.2024 и 19.07.2024 осмотров места происшествия, подтверждалось сведениями, полученными в результате экспертных исследований, допросов свидетелей. То есть на момент допроса осужденного, ранее объявленного органом следствия в розыск в связи с тем, что он скрылся с места происшествия, явившегося в отдел полиции и написавшего 16.10.2024 явку с повинной, правоохранительным органам было известно о его преступной деятельности.

Последующее подтверждение ФИО1 в ходе дальнейшего расследования уголовного дела выявленных фактов преступлений, сообщение сведений об обстоятельствах приобретения наркотических средств, оружия и боеприпасов, суд верно не признал активным способствованием раскрытия и расследования преступлений, и обоснованно не нашел оснований для прекращения уголовного дела в отношении ФИО1 на основании примечания к статье 222 УК РФ.

Каких-либо иных обстоятельств, смягчающих наказание и не учтенных или в недостаточной степени учтенных судом на момент вынесения приговора, не имеется, и данных обстоятельств не приведено по доводам апелляционных жалоб.

Исключительных обстоятельств, связанных с целью и мотивом совершенных преступлений, либо с поведением осужденного во время совершения преступлений или после их совершения, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, по делу не усматривается, в связи, с чем оснований для применения ст. 64 УК РФ ни у суда первой инстанции, ни у суда апелляционной инстанции не имеется.

С выводами суда первой инстанции о назначении ФИО1 окончательного наказания с учетом положений ч.3 ст.69, п. «г» ч.1 ст.71 УК РФ в виде лишения свободы, и об отсутствии оснований для применения в отношении осужденного положений части 6 статьи 15, статей 53.1, 73 УК РФ, судебная коллегия соглашается в полной мере, поскольку данные выводы мотивированы и обоснованы.

Достаточных оснований для применения ст. ст. 53.1, 73 УК РФ у суда не имелось, исходя из обстоятельств совершенных преступлений, личности осужденного, судом обоснованно признано, что исправление ФИО1 без реального отбывания наказания в виде лишения свободы невозможно. Оснований для назначения иного вида и размера наказания не имеется.

По своему виду и размеру определенное судом наказание соответствует тяжести содеянного, отвечает целям исправления осужденного, предупреждения совершения им новых преступлений, восстановления социальной справедливости и смягчению не подлежит.

Вид и режим исправительного учреждения для отбывания наказания осужденному ФИО1 судом определен в соответствии с требованиями п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ в исправительной колонии общего режима.

Правовых оснований для применения положений ст. 72.1 УК РФ суд обоснованно не установил, так как требования указанной статьи не применяются в отношении лиц, осужденных к лишению свободы.

Вопросы о мере пресечения осужденному, зачете времени содержания под стражей, нахождения под домашним арестом в срок отбытия наказания, судьбе вещественных доказательств, конфискации ноутбука, с помощью которого осужденным приобретено наркотическое средство, разрешены судом в соответствии с требованиями уголовного, уголовно-процессуального закона.

В соответствии со ст. 25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего или его законного представителя прекратить уголовное дело в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст. 76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

Под заглаживанием вреда для целей ст. 76 УК РФ понимается возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего, в частности имущественная, в том числе денежная, компенсация морального вреда, оказание какой-либо помощи потерпевшему, принесение ему извинений, а также принятие иных мер, направленных на восстановление нарушенных в результате преступления.

Способы возмещения ущерба и заглаживания вреда должны носить законный характер и не ущемлять права третьих лиц, при этом способы заглаживания вреда, а также размер его возмещения определяются потерпевшим.

Из правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 14 июля 2011 года N 16-П, от 8 ноября 2016 года N 22-П и определениях от 19 июня 2007 года N 591-О-О, от 21 апреля 2011 года N 591-О-О, от 10 февраля 2022 года N 188-О следует, что уголовный, и уголовно-процессуальный законы, исходя из общественной опасности преступных деяний, а также их возможных последствий, допускают правомерный отказ от уголовной репрессии в случае примирения правонарушителя с потерпевшим и заглаживания причиненного ему вреда, признавая тем самым за примирением самостоятельное значение в качестве надлежащего основания к прекращению уголовного преследования. Освобождение от уголовной ответственности с прекращением уголовного дела (уголовного преследования) ввиду примирения сторон предполагает своим необходимым условием в буквальном смысле достижение или наступление между подозреваемым, обвиняемым и потерпевшим такого мирного состояния, которое знаменует отказ от продолжения конфликта в уголовно-правовом и уголовно-процессуальном его течении с решением сторон считать его в этом отношении исчерпанным. Их согласованные и ясные, недвусмысленные на то изъявления требуют в силу закона признания и со стороны публичной власти, которая при этом признает своим решением и правовые последствия примирения, что связывает всех участников соответствующего уголовно-правового и процессуального отношения (определение от 10 февраля 2022 года N 188-О).

При этом, исходя из вышеприведенных требований уголовного и уголовно-процессуального закона, предполагают оценку примирения, как достаточного, так и не признания его таковым для освобождения виновного от уголовной ответственности, даже если лицо предприняло действия, предназначенные загладить причиненный потерпевшему вред, когда изменение вследствие этого степени общественной опасности лица, совершившего преступление, сохраняет основание для применения к нему государственного принуждения.

Несмотря на то, что преступление, предусмотренное ч.1 ст.119 УК РФ, за которое помимо других преступлений осужден ФИО1, уголовным законом отнесено к категории преступлений небольшой тяжести, он впервые привлекается к уголовной ответственности, со слов потерпевшей У загладил вред, причиненный ей, путем принесения извинений и подарив телефон, с учетом обстоятельств данного уголовного дела, характера и степени общественной опасности совокупности совершенных преступлений, в том числе против жизни и здоровья, суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для освобождения осужденного от уголовной ответственности по ч. 1 ст.119 УК РФ на основании ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ. Поскольку действия, предпринятые осужденным по заглаживанию вреда, не свидетельствуют о восстановлении нарушенных в результате его преступных действий законных интересов общества и государства в сфере охраны жизни и здоровья, а также о заглаживании причиненного вреда потерпевшей в полном объеме. Признание вины, раскаяние в содеянном и возмещение морального вреда потерпевшей в данном случае не снижают степени общественной опасности содеянного.

С учетом особенностей инкриминируемого деяния, объекта преступного посягательства, конкретных обстоятельств дела, личности виновного, способ возмещения причиненного преступлением вреда не позволяет признать его соизмеримым с тем вредом, который причинен потерпевшей в результате действий, а также с изменением степени общественной опасности содеянного настолько, чтобы это позволяло освободить виновного от уголовной ответственности.

Объектом преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ, являются общественные отношения, гарантирующие неприкосновенность жизни и здоровья человека, важнейших, бесценных, охраняемых законом благ, утрата которых необратима и невосполнима.

В этой связи действия ФИО1 в виде добровольного возмещения причиненного потерпевшей морального вреда в виде принесения извинений и подаренного сотового телефона объективно не снизили и не уменьшили общественную опасность содеянного.

По этой причине отсутствие лично у потерпевшей претензий к ФИО1, а также ее субъективное мнение о полном заглаживании ей вреда не могли быть единственным подтверждением такого снижения степени общественной опасности преступления, которое действительно позволило бы суду освободить ФИО1 от уголовной ответственности.

В связи с изложенным, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для прекращения уголовного преследования в отношении ФИО1 по ч.1 ст.119 УК РФ в порядке ст.76 УК РФ в связи с примирением с потерпевшей.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального и уголовного закона, повлиявших на исход дела, и которые являлись бы основаниями для отмены или изменения состоявшегося судебного решения, по делу, не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13-389.28, ст.389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Приговор Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 23 мая 2025 года, в отношении ФИО1 - оставить без изменения, а апелляционные жалобы (с дополнениями) адвокатов Мазур В.В., Пивцаева А.В., осужденного ФИО1- без удовлетворения.

Апелляционное определение судебной коллегии может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня его вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения копии судебного решения, вступившего в законную силу.

В случае подачи кассационной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: /подпись/

Судьи: /подпись/

/подпись/

Копия верна.

Председательствующий судья: