Решение № 12-19/2020 от 27 мая 2020 г. по делу № 12-19/2020

Дело № 12-19/ 2020


Р Е Ш Е Н И Е

28 мая 2020 года с. Александровское

Судья Александровского районного суда Ставропольского края Неумывакина Н.В.,

с участием представителя заявителя ФИО1 – адвоката Полтева В.В., действующего на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ и доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

заинтересованного лица ФИО2,

представителя заинтересованного лица – ФИО3, действующего на основании доверенности от 26.12. 2019 года,

старшего инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Александровскому району ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале Александровского районного суда жалобу ФИО1 на постановление старшего инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Александровскому району ФИО4 от 14.04.2020 года о прекращении производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.24 КоАП РФ в отношении ФИО2,

у с т а н о в и л :

Постановлением старшего инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Александровскому району ФИО4 от 14.04.2020 года прекращено производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.24 КоАП РФ в отношении ФИО2

Полагая вышеуказанное постановление незаконным и необоснованным, ФИО1 и его представитель Полтев В.В. обратились в суд с жалобой, в которой просят его отменить.

Заявитель ФИО1 надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания в суд не явился, об отложении судебного разбирательства не просил, в связи с чем судом с согласия сторон принято решение о рассмотрении жалобы в его отсутствие, с участием его представителя Полтева В.В.

В судебном заседании представитель заявителя Полтев В.В. поддержал доводы жалобы, и суду сообщил, что ДД.ММ.ГГГГ на 10 км + 445 метров автодороги «Александровское-Новоселицкое-Буденновск», произошло столкновение находящегося в стадии маневра обгона автомобиля марки «<данные изъяты> под управлением водителя ФИО1 с двигавшимся впереди в попутном направлении автомобилем марки «№ под управлением водителя ФИО2, приступившим к осуществлению маневра поворота налево на примыкающую второстепенную дорогу. В результате ДТП водитель ФИО2 получил легкий вред здоровью. ДД.ММ.ГГГГ ИДПС ОГИБДД ОМВД России по Александровскому району вынесены два определения о возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО1 и ФИО2 по ст. 12.24 КоАП РФ. При этом, в постановлении, вынесенном в отношении ФИО2 были указаны следующие поводы и основания для возбуждения в отношении него производства по делу: «Водитель ФИО2, управляя автомобилем <данные изъяты>» р/з №, в нарушение пункта 11.3 ПДД РФ, являясь водителем обгоняемого транспортного средства, при повороте налево создал препятствие транспортному средству, совершавшему его обгон, в результате чего допустил столкновение с автомобилем «<данные изъяты>» р/з № под управлением водителя ФИО1». Определением ст. инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Александровскому району ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ по данному делу назначена комплексная трасологическая и автотехническая судебная экспертиза. Согласно заключению комплексной судебной экспертизы №-э от ДД.ММ.ГГГГ, водитель автомобиля «<данные изъяты>» р/з <данные изъяты> ФИО2 начал выезжать на сторону встречного движения через сплошную осевую линию разметки до начала перекрестка со второстепенной дорогой, а не в зоне перекрестка, где нанесена прерывистая осевая линия разметки 1.7 в разрыве сплошной осевой линии, где и должен был выполняться левый поворот на второстепенную дорогу; в такой дорожно-транспортной ситуации (ДТС) водитель автомобиля <данные изъяты>» ФИО2 при наличии на проезжей части до перекрестка неравнозначных дорог сплошной линии дорожной горизонтальной разметки 1.1, разделяющей встречные транспортные потоки, пересекать которую запрещено (Приложение № 2 к ПДД РФ), не должен был осуществлять маневр левого поворота на второстепенную дорогу (смещения) и выезжать на встречную сторону проезжей части в данном месте, создавая при этом опасность для движения другим участникам, в данном случае, водителю автомобиля «<данные изъяты>» ФИО1, движущемуся сзади в попутном направлении по встречной полосе. То есть в рассматриваемой ДТС, водитель автомобиля <данные изъяты>» ФИО2 должен был действовать в соответствии с требованиями п.п. 8.1 абз. 1, 9.1 (1) ПДД РФ и запрета пересечения линии дорожной разметки 1.1 по Приложению № 2 к ПДД РФ. Водитель ФИО2 при отказе от выезда на сторону встречного движения до окончания сплошной линии разметки и обеспечении безопасности своего маневра, то есть при выполнении требований п.п. 8.1 абз. 1, 9.1 (1) ПДД РФ и запрета пересечения линии дорожной разметки 1.1 по Приложению № 2 к ПДД РФ, имел возможность исключить столкновение с автомобилем «<данные изъяты>» р/з № под управлением водителя ФИО1 Действия водителя ФИО2 не соответствовали требованиям указанных пунктов ПДД РФ (стр. 16-17 заключения). На стр. 18-19 данного заключения экспертом указано, что в условиях развития рассматриваемого ДТП, когда оба транспортных средства осуществляют движение с запрещенных Правилами направлений (другими словами оба водителя не пользуются преимущественным правом в движении (приоритетом), и находятся в равных условиях), то с технической точки зрения созданию аварийной ситуации послужили действия автомобиля «<данные изъяты> ФИО2, связанные с необеспечением безопасности при совершении им маневра поворота (смещения) влево. Место столкновения, указанное со слов ФИО2, не состоятельное (стр. 19 заключения). Из анализа указанного заключения комплексной экспертизы становится очевидным, что причиной ДТП послужили грубейшие нарушения ПДД РФ, допущенные водителем ФИО2 Из данного заключения следует сделать вывод о том, что именно в действиях ФИО2 имеются также несоответствия пунктам 1.5, 10.1 абз. 2, 11.3 ПДД РФ. Как раз в связи с несоответствием именно пункту 11.3 ПДД РФ действий ФИО2 в отношении него возбуждалось данное дело. После проведения комплексной экспертизы, представителем ФИО1 – адвокатом Полтевым В.В. было заявлено ходатайство инспектору ДПС ФИО4 о прекращении дела об АП в отношении ФИО1 В удовлетворении данного ходатайства инспектором было незаконно и необоснованно отказано, и была назначена дополнительная комплексная судебная экспертиза, порученная другому эксперту. Согласно выводам заключения эксперта №-э от ДД.ММ.ГГГГ, являющегося еще наиболее информативным по отношению к первичной экспертизе, экспертом установлено следующее: Фактическое место столкновения автомобилей «<данные изъяты>» р/з № и «<данные изъяты>» р/з № расположено на второстепенной дороге, в районе левой границы проезжей части автодороги «Александровское - Новоселицкое - Буденновск», считая по ходу движения ТС, и примерно на уровне мнимой перпендикулярной линии окончания сплошной линии дорожной горизонтальной разметки 1.1 по Приложению №2 к ПДД РФ. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации угол между продольными осями автомобилей «<данные изъяты>» р/з № и «<данные изъяты>» р/з № в момент их первоначального контакта был примерно 30 ± 5 градусов. При оговоренных в исследовательской части условиях развития происшествия, автомобиль «<данные изъяты>» р/з № при выполнении маневра левого поворота (смещения) на второстепенную дорогу мог пересечь сплошную линию дорожной горизонтальной разметки 1.1 по Приложению №2 к ПДД РФ на расстоянии 6,2 м до её окончания (перехода в прерывистую линию дорожной разметки 1.7 по Приложению №2 к ПДД РФ). При этом, минимальное расстояние которое преодолел автомобиль «<данные изъяты>» р/з № с момента пересечения его левого переднего колеса сплошной линии дорожной горизонтальной разметки 1.1 по Приложению №2 к ПДД РФ до момента столкновения могло составлять 7,2 м. Время маневра автомобиля «<данные изъяты>» с момента начала его выезда на встречную сторону проезжей части до момента столкновения с автомобилем «<данные изъяты>» составляет 1,386 секунды. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, водитель автомобиля «<данные изъяты>» ФИО1 не располагал технической возможностью торможением предотвратить столкновение с автомобилем «<данные изъяты>». В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, возможность у водителя автомобиля «Лада 212140» ФИО2 предотвратить данное ДТП зависела не от технической возможности как таковой, а от выполнения им требований п.п. 8.1 абз.1, 9.1(1) ПДД РФ и запрета пересечения линии дорожной разметки 1.1 по Приложению № 2 к ПДД РФ. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, водитель автомобиля «Джип GrandCherokee» ФИО1 приступил к маневру обгона и выехал на встречную сторону проезжей части первым, чем водитель автомобиля «<данные изъяты>» ФИО2 приступил к маневру поворот налево. Расстояние, необходимое водителю автомобиля «<данные изъяты>» ФИО1 для обгона автомобиля «<данные изъяты>» под управлением водителя ФИО2 составляет примерно 148 м.

Следовательно, из заключения дополнительной комплексной экспертизы отчетливо видно и понятно, что прямая причинно-следственная связь имеется именно в действиях водителя автомобиля «<данные изъяты> ФИО2, который в нарушение значительного ряда запретов, изложенных в ПДД РФ, пересекая сплошную осевую линию разметки 1.1, «срезая угол поворота», создавая опасность для движения другим участникам, приступил к опасному маневру в то время, когда водитель автомобиля «<данные изъяты>» ФИО1 находился в завершающей стадии маневра обгона. Более того, на стр. 21 данного заключения эксперта имеется расчет, в соответствии с которым, ФИО1 выехал на обгон автомобиля под управлением ФИО2 за 191,7 метра до места столкновения, а его полный цикл маневра обгона занял бы расстояние 148 метров (согласно расчетам). Таким образом, в том случае, если бы водитель ФИО2 не препятствовал своим маневром, маневру водителя ФИО1, то последний завершил бы обгон и вернулся на свою правую полосу проезжей части за 43,7 метра (191,7 м – 148 м) до места ДТП. С учетом того, что место столкновения, согласно заключениям двух экспертов, находится на уровне мнимой перпендикулярной линии окончания сплошной линии дорожной разметки 1.1 по Приложению № 2 к ПДД РФ, а сама сплошная линия разметки, согласно ГОСТ составляет вне населенного пункта перед перекрестком длину 40 метров, то при выполнении ФИО2 всех инкриминируемых ему экспертами пунктов Правил, и отказа от наиопаснейшего маневра поворота, водитель ФИО1 успевал завершить обгон и вернуться на правую сторону дороги за 3,7 метра (43,7 м – 40 м) до начала сплошной линии разметки, тем самым, ничего не нарушая. Своими грубейшими нарушениями требований Правил, ФИО2 воспрепятствовал нормальному маневру обгона, выполняемого ФИО1 Тем самым, лишь действия ФИО2 находятся в прямой причинной связи с ДТП. При этом, как следует из дополнительного заключения эксперта, ФИО2 располагал, а ФИО1 не располагал технической возможностью предотвратить столкновение ТС. Содеянное водителем ФИО2 находится в прямой причинной связи с причинением им самому себе телесных повреждений в виде легкого вреда здоровью. Однако, несмотря на подробные расчеты и однозначные выводы заключений обоих судебных экспертов, инспектор ОГИБДД ФИО4 вынес постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2, в котором намерено исказил обстоятельства данного ДТП до такого уровня, что пришел к выводу о полной невиновности водителя ФИО2 в столкновении ТС, и составил протокол об административном правонарушении в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ. В постановлении ФИО4 безо всяких доводов и мотивов указал, что не принимает к сведению оба заключения экспертов, и инкриминирует нарушения требований Правил водителю ФИО1 В обжалуемом постановлении о прекращении дела должностным лицом намерено изменены и трансформированы все фактические обстоятельства дела. Вместе с тем, они опровергаются имеющимися в деле заключениями экспертов №№-э от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ. Оба эксперта предупреждались об ответственности за дачу заведомо ложных заключений, и не могли вольно (как инспектор), по своему усмотрению оценивать обстоятельства ДТП и искажать выводы. В ходе производства по делу об административном правонарушении, инспектором ОГИБДД никакой правовой оценки в рамках КоАП РФ на предмет выявленных несоответствий действий водителя автомобиля «<данные изъяты>» ФИО2 требованиям ПДД РФ дано не было, что возможно выполнить лишь в ходе нового административного расследования дела. При этом, вынесенное инспектором немотивированное, незаконное и необоснованное постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ подлежит отмене.

По изложенным выше основаниям просил суд отменить постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2, вынесенное ДД.ММ.ГГГГ ст. инспектором ДПС ОГИБДД ОМВД России по Александровскому району ФИО4 как незаконное и необоснованное, в связи с существенным нарушением материальных и процессуальных требований, что не позволило всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело, установить и привлечь к административной ответственности лицо, истинно виновное в дорожно-транспортном происшествии, и вернуть дело на новое рассмотрение начальнику ОГИБДД ОМВД России по Александровскому району.

Заинтересованное лицо ФИО2 суду показал, что является участником ДТП, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, а именно водителем автомобиля «<данные изъяты>» р/з №. Он не согласен с доводами жалобы ФИО1 и его представителя, считает виновным в ДТП, произошедшем ДД.ММ.ГГГГ водителя автомобиля «<данные изъяты>» ФИО1, а постановление ст. инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Александровскому району ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ, которым прекращено производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.24 КоАП РФ в отношении него, законным и обоснованным. Пояснил суду, что не согласен с двумя заключениями судебных экспертиз, так как экспертами неверно дана оценка его действиям, поскольку он ПДД РФ не нарушал, заблаговременно включил указатель левого поворота, осуществлял маневр поворота под прямым углом около 90 градусов со скоростью 20-30 км/час, а автомобиль «<данные изъяты>» он видел в зеркало заднего вида, когда тот находился далеко позади него, на той же полосе движения. Непосредственно перед столкновением он указанного автомобиля не видел. В результате ДТП ему причинен легкий вред здоровью.

Представитель ФИО2 – ФИО3 пояснил суду, что его доверитель ФИО2, являясь водителем автомобиля «<данные изъяты>» р/з №, ДД.ММ.ГГГГ осуществлял движение по автодороге «Александровское-Новоселицкое-Буденновск» в сторону <адрес>, и на 10 км + 445 метров участка автодороги приступил к маневру поворота налево на примыкающую к трассе дорогу, обозначенную дорожным знаком «Примыкание второстепенной дороги слева». Ему известно со слов своего доверителя, что ФИО2 заблаговременно, то есть примерно за 150 метров на уровне вышеуказанного знака включил указатель левого поворота и стал выполнять маневр поворота в соответствии с предписанием дорожной разметки, через прерывистую линию разметки на уровне примыкания второстепенной дороги. Угол он не срезал, и поворачивал под прямым углом. В процессе его маневра произошло столкновение с обгонявшим его транспортным средством, в результате чего ФИО2 был причинен легкий вред здоровью. С заключениями транспортно-трассологических и автотехнических судебных экспертиз он не согласен, в виду того, что он не усматривает в действиях ФИО2 никаких нарушений требований ПДД РФ, а виновником ДТП считает водителя ФИО1, который выехал для совершения маневра обгона на встречную полосу движения. Считает, что экспертами неверно определено место столкновения транспортных средств, так как оно не соответствует следам, оставленным на месте происшествия.

Из письменных возражений на жалобу и пояснений в судебном заседании старшего инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Александровскому району ФИО4 следует, что ДД.ММ.ГГГГ водитель ФИО1, управляя т/с «<данные изъяты>» р/з №, при выполнении маневра обгона, двигался по полосе предназначенной для встречного движения при наличии горизонтальной дорожной разметки 1.1, в месте съезда с автодороги на прилегающую территорию, допустил столкновение с т/с «<данные изъяты>» р/з № под управлением ФИО2, осуществлявшим поворот налево на прилегающую территорию. В результате ДТП водитель т/с «<данные изъяты>» ФИО2 получил телесные повреждения. В действиях ФИО2 и ФИО1 усматриваются признаки административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.24 Кодекса РФ об АП. В определении о возбуждении дела об АП в отношении ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ указано, что ДД.ММ.ГГГГ он, в нарушение п. 11.3 ПДД РФ будучи водителем обгоняемого т/с при повороте на лево создал препятствие транспортному средству совершающему обгон, допустил столкновение с т/с «<данные изъяты>» под управлением ФИО1 В определении о возбуждении дела об АП в отношении ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ указано, что он, в нарушение п. 1.3 ПДД РФ двигался по полосе предназначенной для встречного движения при наличии горизонтальной дорожной разметки 1.1, на пересечении проезжих частей допустил столкновение с т/с «<данные изъяты>» под управлением ФИО2 Административное расследование поручено ему. По заявленным ходатайствам участников ДТП, ДД.ММ.ГГГГ им был осуществлен выезд на место происшествия и составлена дополнительная схема ДТП, где со слов участников указаны места столкновения. По заявленным ходатайствам участников ДТП, были вынесены определения от ДД.ММ.ГГГГ по данному делу о назначении комплексной автотехнической и трасологической экспертизы и от ДД.ММ.ГГГГ о назначении дополнительной экспертизы. Согласно заключения комплексной экспертизы №-э от ДД.ММ.ГГГГ на прилегающей территории, имеется след юза, зафиксированный на схеме как след юза длиной 2,8 м. Данный след расположен по направлению перемещения автомобиля «<данные изъяты>» р/з № до своего конечного положения, и может являться следом качения либо торможения данного транспортного средства. Также, в районе границы проезжей части «Александровское - Новоселицкое - Буденновск» определяется дугообразный след колеса транспортного средства. Длина и ширина данного следа на схеме происшествия не зафиксированы. При этом, в непосредственной близости от начала образования данного следа, отмечено место столкновения автомобилей «<данные изъяты>» р/з № и «<данные изъяты>» р/з №, путем установки дорожного конуса.Таким образом, начало образования следа бокового скольжения переднего левого колеса автомобиля «<данные изъяты>» р/з № будет являться непосредственным признаком, указывающим на ориентацию места столкновения транспортных средств. Учитывая, что местом первоначального контакта является первая треть передней левой двери и левого порога кузова автомобиля <данные изъяты>» р/з №, то место столкновения автомобилей «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» по ширине проезжей части располагается примерно на левой границе проезжей части автодороги «Александровское - Новоселицкое - Буденновск», считая по ходу движения ТС.

Он считает, что при рассмотрении схем происшествия и фотографий становится отчетливо видно, что место столкновения транспортных средств с дугообразным следом юза колеса, отображенное на первоначальной схеме происшествия, ни как не может быть местом столкновения № зафиксированным на дополнительной схеме происшествия, и находящимся на уровне мнимой перпендикулярной линии окончания сплошной линии горизонтальной дорожной разметки 1.1. Кроме того на первоначальной схеме происшествия место столкновения находится на съезде на прилегающую территорию, а на дополнительной схеме происшествия место столкновения находится значительно ближе, до съезда на прилегающую территорию.При таких обстоятельствах данную экспертизу нельзя принимать во внимание. В обоснование своих доводов представил суду дополнительные фотоматериалы на бумажном носителе и просил суд их приобщить к материалам производств по жалобе.

На основании вышеизложенного считает, что ФИО2, управляющим а/м «<данные изъяты>» пересечения сплошной линии горизонтальной дорожной разметки 1.1 в заключение эксперта подтверждено не было, к тому же приложив на первоначальную схему происшествия угол расположения между продольными осями автомобилей «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» при первичном контактировании, который составляет около 30 ± 5 градусов, с учетом направления продольной оси автомобиля «<данные изъяты> по направлению и углу расположения продольного следа юза длиной 2,8 м на первоначальной схеме происшествия, то автомобиль «<данные изъяты> р/з № осуществлял маневр поворота на лево в пределах горизонтальной дорожной разметки 1.7. В своем заключении эксперт указывает на нарушение пункта 8.1 водителем ФИО2 Однако, в данной дорожной ситуации водитель ФИО2 не обязан уступать дорогу т/с, движущимся позади его транспортного средства, так как на проезжую часть нанесена дорожная разметка 1.1. сплошная линия, которая запрещает движение т/с по встречной полосе дороги, что предполагает отсутствие т/с, движущихся по встречной полосе дороги, в попутном направлении. В заключении эксперта отсутствуют доказательства и обоснования выдвинутых ими нарушений пунктов 9.1.1 ПДД РФ и запрета пересечения линии дорожной разметкой 1.1 ПДД РФ ФИО2 Считает, что в действиях ФИО2 отсутствуют нарушения п. 1.5, 10.1, 11.3 ПДД РФ. В заключении дополнительной комплексной экспертизы №-э от ДД.ММ.ГГГГ эксперт так же указывает, что из дополнительной схемы места ДТП от ДД.ММ.ГГГГ известно, что место столкновения ТС, расположено в непосредственной близости от данного дугообразного следа юза колеса, расположено напротив окончания сплошной линии дорожной разметки 1.1, то есть является местом столкновения №2 на дополнительной схеме, с чем он (инспектор) не согласен. Вышеуказанное говорит о том, что при условии неукоснительного соблюдения Правил, предписывающих соблюдать скоростной режим, требования разметки проезжей части дороги, а также регламентирующих порядок осуществления обгона, ФИО1 имел бы возможности отказаться от маневра обгона, тем самым имел техническую возможность предотвратить столкновение транспортных средств. Считает, что при условии соблюдения ФИО1 п.п. 1.3, 1.5, 9.1.1, 11.1, 11.2 ПДД РФ, событие ДТП удалось бы избежать, а нарушение указанных пунктов Правил послужило причиной столкновения транспортных средств. По результатам проведенного расследования им было вынесено постановление о прекращении производства по делу об АП в отношении ФИО2 в связи с отсутствием в его действиях состава правонарушения, в котором дана правовая оценка в рамках КоАП РФ и были даны мотивированные причины несогласия с заключениями экспертов №-э от ДД.ММ.ГГГГ и №-э от ДД.ММ.ГГГГ и по каким основаниям они не были приняты во внимание. Постановление о прекращении данного административного производства вынесено ДД.ММ.ГГГГ, то есть по истечении 6 месяцев с начала расследования.В связи с вышеизложенным, вернуть дело для проведения нового административного расследования в отношении ФИО2 по признакам административного правонарушения предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ не представляется возможным, так как данными действиями будут нарушены нормы действующего законодательства. Им в начале проведения расследования был запрошен и приобщен к делу материал, характеризующий водителя ФИО1 Материалы из АБД по нарушениям ПДД РФ на ФИО2 им не запрашивались.

По изложенным выше основаниям, просит суд в удовлетворении жалобы ФИО1 отказать в полном объеме.

По ходатайству участвующих лиц - ФИО2 и его представителя в судебном заседании допрошен свидетель Ш.,который показал, что перед ДТП ДД.ММ.ГГГГ он располагался на заднем сидении а/м «<данные изъяты>». Они решили съехать с автодороги, и, проезжая знак «Примыкание дороги слева», ФИО2 включил указатель поворота, где-то за 150 метров, при этом, стал снижать скорость до 20-30 км/час. До начала перекрестка их обогнал какой-то автомобиль. Доехав до второстепенной дороги слева, ФИО2 приступил к повороту налево под прямым углом, близким к 90 градусам. В процессе данного маневра произошло столкновение с обгонявшим его транспортным средством.

Допрошенный свидетель К. суду показал, что двигался в автомобиле «<данные изъяты>» под управлением ФИО2 в качестве пассажира на переднем сидении. Решив повернуть налево на второстепенную дорогу, водитель ФИО2 заранее, примерно за 50 метров до перекрестка включил указатель поворота. Поворот ФИО2 осуществлял под прямым углом (90 градусов) на прерывистой линии разметки, напротив примыкающей дороги, и тут же произошло ДТП – столкновение с обгонявшим его автомобилем.

Выслушав представителя заявителя ФИО1 - адвоката Полтева В.В., заинтересованное лицо ФИО2, его представителя ФИО3, старшего инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Александровскому району ФИО4, свидетелей, изучив материалы, представленные суду с жалобой, материалы истребованного судом дела об административном правонарушении в отношении ФИО1, доводы жалобы и возражений на неё, нахожу постановление старшего инспектора ДПС ОГИБДД ФИО4 подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

При этом статьей 26.1 названного Кодекса к обстоятельствам, подлежащим обязательному выяснению по делу об административном правонарушении, отнесены виновность лица в совершении правонарушения и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения.

Судом установлено, что 14.10.2019 года инспектором ДПС ОГИБДД ОМВД России по Александровскому району вынесены два определения о возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО1 и ФИО2 по ст. 12.24 КоАП РФ.

При этом, в постановлении, вынесенном в отношении ФИО2 были указаны следующие поводы и основания для возбуждения в отношении него производства по делу: «Водитель ФИО2, управляя автомобилем «<данные изъяты>» р/з №, в нарушение пункта 11.3 Правил дорожного движения РФ, являясь водителем обгоняемого транспортного средства, при повороте налево создал препятствие транспортному средству, совершавшему его обгон, в результате чего допустил столкновение с автомобилем «<данные изъяты>» р/з № под управлением водителя ФИО1».

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 №5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» административное расследование, представляет собой комплекс требующих значительных временных затрат процессуальных действий, указанных выше лиц, направленных на выяснение всех обстоятельств административного правонарушения, их фиксирование, юридическую квалификацию и процессуальное оформление. Проведение административного расследования должно состоять из реальных действий, направленных на получение необходимых сведений, в том числе путем проведения экспертизы, установления свидетелей, опроса лиц, что не было выполнено в полном объеме инспектором ДПС ОГИБДД ОМВД России по Александровскому району ФИО4

Определением старшего инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Александровскому району ФИО4 от 26.12.2019 года по данному делу назначена комплексная транспортно-трасологическая и автотехническая судебная экспертиза.

В материалах дела имеется заключение комплексной судебной экспертизы №-э от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, транспортные средства двигались в попутном друг другу направлении, при этом автомобиль «<данные изъяты>» р/з № осуществлял движение впереди автомобиля «<данные изъяты>» р/з №. В момент первоначального контакта вступала передняя правая часть кузова автомобиля «<данные изъяты>» р/з № с левой боковой стороной (на участке первой трети водительской двери и задней части левого переднего крыла) автомобиля «<данные изъяты>» р/з № Угол между продольными осями ТС в момент их первоначального контакта был близким к 30° ± 5°. С учётом места столкновения, расположенного по ширине проезжей части примерно на левой границе проезжей части автодороги «Александровское – Новоселицкое – Буденновск», считая по ходу движения ТС, и по длине проезжей части примерно на уровне мнимой перпендикулярной линии окончания сплошной линии дорожной горизонтальной разметки 1.1 по Приложению №2 к ПДД РФ, то эксперт приходит к выводу, что автомобиль «<данные изъяты>» р/з № начал смещаться в сторону второстепенной дороги под острым углом, пересекая при этом сплошную линию дорожной горизонтальной разметки 1.1 по Приложению №2 к ПДД РФ. Далее, в процессе столкновения и взаимного внедрения контактирующих деталей происходила деформация кузовов ТС, Равнодействующая силы деформирующего воздействия по месту локализации была направлена левее центра масс автомобиля <данные изъяты>» р/з № в связи с чем, на негодействовал поворачивающий момент, стремящийся развернуть его переднюю часть кузова по ходу часовой стрелки, после чегопроисходило перемещение (проскальзывание) автомобиля «<данные изъяты>» р/з №, движущегося с большей скоростью, относительно левой стороны автомобиля «<данные изъяты>» р/з №. В этот момент, имел место вторичный контакт задней левой части автомобиля <данные изъяты>» с правой боковой стороной кузова автомобиля <данные изъяты> после чего последний по мере перемещения контактировал своими правыми дверьми с левым передним крылом и внешней поверхностью левого переднего колеса автомобиля «<данные изъяты>». После выхода из взаимного контактирования автомобили «<данные изъяты>» р/з № и «<данные изъяты> р/з № перемещались до мест зафиксированных на схеме происшествия от 14.10.2019г.

Между тем, согласно схеме происшествия следы колес транспортных средств на проезжей части до места столкновения не зафиксированы. В связи с этим, установить величину угла между их продольными осями и проезжей части в момент столкновения, не представляется возможным.

В рассматриваемой дорожной ситуации, водитель автомобиля «<данные изъяты>» ФИО2 при отказе выезда на сторону встречного движения до окончания сплошной осевой линии разметки и обеспечении безопасности своего маневра, то есть при выполнении требований п.п. 8.1 абз.1, 9.1(1) ПДД РФ и запрета пересечения линии дорожной разметки 1.1 по Приложению №2 к ПДД РФ, имел возможность исключить столкновение с автомобилем «<данные изъяты>» под управлением водителя ФИО1

Действия водителя автомобиля «<данные изъяты>» ФИО2 в рассматриваемой дорожной обстановке, не соответствовали требованиям п.п. 8.1 абз.1, 9.1(1) ПДД РФ и запрета пересечения линии дорожной разметки 1.1 по Приложению № 2 к ПДД РФ.

Оценить действия водителя автомобиля «<данные изъяты>» ФИО1 в части возможности выполнения им требования п. 10.1 абз.2 ПДД РФ, регламентирующего принятие водителем мер к торможению при возникновении опасности для движения, и как следствие ответить на вопрос о наличии либо у него технической возможности предотвратить столкновение с автомобилем «<данные изъяты>», не представляется возможным, по причине изложенной в исследовательской части заключения.

Между тем, действия водителя автомобиля «<данные изъяты> ФИО1 не соответствовали требованиям п. 9.1(1) ПДД РФ и запрета выезда на участки проезжей части, на которые выезд запрещён – п. 1.1 «горизонтальная разметка 1.1» по Приложению № 2 к ПДД РФ.

Эксперт считает необходимым отметить, что в условиях развития рассматриваемого ДТП, когда оба транспортных средства осуществляют движение с запрещенных Правилами дорожного движения направлений (другими словами, оба водителя не пользовались преимущественным правом на движение, и находились в равных условиях), то с технической точки зрения созданию аварийной ситуации, послужили действия водителя автомобиля «<данные изъяты>» ФИО2, связанные с необеспечением безопасности при совершении маневра поворота (смещения) влево.

Эксперт может сказать, что согласно проведенным исследованиям по вопросам №1-8, место столкновения транспортных средств, указанное со слов водителя ФИО2, и отмеченное в дополнительной схеме происшествия от 11.12.2019г., с технической точки зрения не состоятельное.

Определением ст. инспектора ДПС ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ была назначена дополнительная комплексная судебная экспертиза, порученная другому эксперту.

Согласно выводам заключения эксперта №-э от ДД.ММ.ГГГГ, фактическое место столкновения автомобилей <данные изъяты>» р/з № и «<данные изъяты>» р/з № расположено на второстепенной дороги, в районе левой границы проезжей части автодороги «Александровское - Новоселицкое - Буденновск», считая по ходу движения ТС, и примерно на уровне мнимой перпендикулярной линии окончания сплошной линии дорожной горизонтальной разметки 1.1 по Приложению №2 к ПДД РФ.

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации угол между продольными осями автомобилей «Лада 212140» р/з Р418ХВ/26 и «Джип GrandCherokee» р/з Р777МК/26 в момент их первоначального контакта был примерно 30 ± 5 градусов.

Установить величину угла между продольными осями транспортных средств и проезжей частью не представляется возможным, в виду отсутствия следов оставленных колесами автомобилей на проезжей части, позволяющих привязать к продольной оси дороги положение ТС в момент первоначального контакта.

При оговоренных в исследовательской части условиях развития происшествия, автомобиль «<данные изъяты>» р/з № при выполнении маневра левого поворота (смещения) на второстепенную дорогу мог пересечь сплошную линию дорожной горизонтальной разметки 1.1 по Приложению №2 к ПДД РФ на расстоянии 6,2 м до её окончания (перехода в прерывистую линию дорожной разметки 1.7 по Приложению №2 к ПДД РФ). При этом, минимальное расстояние которое преодолел автомобиль «<данные изъяты>» р/з № с момента пересечения его левого переднего колеса сплошной линии дорожной горизонтальной разметки 1.1 по Приложению №2 к ПДД РФ до момента столкновения могло составлять 7,2 м.

Время маневра автомобиля «<данные изъяты>» с момента начала его выезда на встречную сторону проезжей части до момента столкновения с автомобилем «<данные изъяты>» составляет 1,386 секунды.

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, водитель автомобиля «<данные изъяты>» ФИО1 не располагал технической возможностью торможением предотвратить столкновение с автомобилем <данные изъяты>».

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, возможность у водителя автомобиля <данные изъяты>» ФИО2 предотвратить данное ДТП зависела не от технической возможности как таковой, а от выполнения им требований п.п. 8.1 абз.1, 9.1(1) ПДД РФ и запрета пересечения линии дорожной разметки 1.1 по Приложению № 2 к ПДД РФ.

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, водительавтомобиля «<данные изъяты>» ФИО1 приступил к маневру обгонаи выехал на встречную сторону проезжей части первым, чем водительавтомобиля «<данные изъяты> ФИО2 приступил к маневру поворот налево.

Расстояние, необходимое водителю автомобиля «<данные изъяты> М.М. для обгона автомобиля «<данные изъяты>» подуправлением водителя ФИО2 составляет примерно 148 м.

Исследовав данные заключения двух различных экспертов, суд приходит к выводу о том, что специалистами в технической области исследования по поставленными перед ними вопросам проведены тщательно и в полном объеме, даны ответы на все поставленные перед экспертами вопросы.

Эксперты последовательно и подробно описали механизм дорожно-транспортного происшествия, место столкновения, угол контактирования транспортных средств, несоответствия действий водителей требованиям ПДД РФ. Противоречий между двумя заключениями разных экспертов, судом не установлено.

Оба эксперта предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, поэтому не могли произвольно оценивать обстоятельства, и излагать факты и приводить расчеты. Выводы экспертов не противоречат обстоятельствам дела, так как исходные данные принятые ими в исследованиях, заданы должностным лицом, проводившим административное расследование.

Доводы возражений представителя ФИО3 и ст. инспектора ДПС ОГИБДД ФИО4 относительно того, что экспертами неверно определено место столкновения транспортных средств примерно на уровне мнимой перпендикулярной линии окончания сплошной линии дорожной разметки и в районе левой границы проезжей части автодороги, так как не соответствует фактическому, по их мнению, месту ДТП, отраженному на первоначальной схеме места происшествия от 14.10.2019 года, при этом, на дополнительной схеме оно находится значительно ближе, суд оценивает критически, как способ реализации сторонами своих прав, отстаивание своих интересов, и находит их противоречащими материалам дела. Так, на фотоснимках №№ 17-19, имеющихся в заключении дополнительной экспертизы (стр. 15-16 заключения № 601-э) отчетливо видно, что начало следа на асфальтовом покрытии дороги находится на одной перпендикулярной линии с окончанием линии разметки 1.1, следовательно, является местом столкновения.

Противоречия, на которые указывает ст. инспектор ДПС ОГИБДД ОМВД России по Ставропольскому краю ФИО4, возможно было устранить в ходе административного расследования, и составления корректной дополнительной схемы места ДТП с участниками происшествия.

Разъяснениями, содержащимися в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 г. № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», действующего по аналогии с однородными делами об административных правонарушениях, указано на необходимость обратить внимание судов на то, что при исследовании причин создавшейся аварийной обстановки необходимо установить, какие пункты правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств нарушены и какие нарушения находятся в причинной связи с наступившими последствиями, предусмотренными статьей Кодекса.

Из содержания исследованных судом двух заключений комплексных экспертиз усматривается причинная связь между несоответствиями действий водителя автомобиля «<данные изъяты>» ФИО2 требованиям Правил дорожного движения РФ и наступившими последствиями. Обстоятельств, свидетельствующих о невиновности ФИО2 в данном ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, по делу не установлено.

При таких обстоятельствах суд не соглашается с выводами должностного лица об отсутствии в действиях ФИО2 несоответствий требованиям Правил дорожного движения РФ, изложенными в постановлении о прекращении производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2, находящимися в противоречии с экспертными заключениями и материалами дела, поскольку старший инспектор ОГИБДД ФИО4 не правильно определил юридически значимые обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, не дал надлежащей правовой оценки собранным и исследованным в ходе административного расследования доказательствам.

В то же время, согласно заключениям экспертов, у водителя ФИО1 не имелось технической возможности избежать столкновения с автомобилем под управлением ФИО2, а в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, возможность у водителя автомобиля «<данные изъяты>» ФИО2 предотвратить данное ДТП зависела не от технической возможности как таковой, а от выполнения им требований п.п. 8.1 абз.1, 9.1(1) ПДД РФ и запрета пересечения линии дорожной разметки 1.1 по Приложению № 2 к ПДД РФ. Выполняя указанные требования Правил, водитель ФИО2 имел возможность исключить столкновение с автомобилем «<данные изъяты>» под управлением водителя ФИО1

Доводы старшего инспектора ОГИБДД ФИО4 о том, что водитель ФИО2 при осуществлении маневра поворота налево не был обязан уступить дорогу транспортному средству «<данные изъяты> находящемуся сзади слева от него в нарушение запрета пересечения линии дорожной разметки 1.1 по Приложению № 2 к ПДД РФ, не согласуются с материалами дела и выводами экспертов, поскольку в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, водитель автомобиля «<данные изъяты>» ФИО1 приступил к маневру обгонаи выехал на встречную сторону проезжей части первым, чем водительавтомобиля «<данные изъяты>» ФИО2 приступил к маневру поворот налево, расстояние, необходимое водителю автомобиля «<данные изъяты>» ФИО1 для обгона автомобиля «Лада 212140» подуправлением водителя ФИО2 составляет примерно 148 метров, водитель ФИО1 выехал на левую сторону проезжей части через прерывистую линию дорожной разметки.

В силу пункта 1.5 ПДД РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно пункту 8.2 абз. 2 ПДД РФ подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

В соответствии с пунктом 10.1 абз. 2 ПДД РФ при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

На основании пункта 11.3 ПДД РФ водителю обгоняемого транспортного средства запрещается препятствовать обгону посредством повышения скорости движения или иными действиями.

Тем самым, до начала осуществления маневра поворота налево водитель ФИО2, утверждая, что подал сигнал поворота, должен был убедиться в безопасности своего маневра, не создавать опасности для движения другим участникам, мог и должен был обнаружить обгоняющий его автомобиль, и принять возможные меры к исключению столкновения, так как и подача соответствующего сигнала не давала ему преимущества при наличии слева сзади помехи для движения, поскольку автомобиль под управлением ФИО1 первым выехал для осуществления маневра обгона на левую полосу движения и находился в стадии опережения транспортного средства ФИО2, а также последний не должен был препятствовать обгону своими действиями.

Из оглашенных в судебном заседании письменных объяснений свидетелей Л. и Л. имеющихся в изученном судом административном материале в отношении ФИО1 следует, что до имевшего место происшествия они двигались за автомобилем «<данные изъяты>», затем обогнали его, и видели, что последний стал снижать скорость, и приступил к маневру поворота налево. При этом, Л. не видела, чтобы у того был включен указатель левого поворота. Далее, произошло столкновение.

Суд критически относится к показаниям допрошенных в судебном заседании свидетелей Ш. и К. поскольку они противоречат материалам дела, в том числе выводам экспертов. Из их пояснений следует, что водитель ФИО2 осуществлял маневр поворота налево, пересекая прерывистую линию разметки под прямым углом к этим линиям, близким к 90 градусам, тогда как в силу выводов экспертов, с учетом практически прямолинейного направления движения автомобиля «<данные изъяты>» этот угол между автомобилями мог составлять 30 ± 5 градусов, а столкновение транспортных средств носило скользящий характер, а не блокирующий, каким он мог быть при столкновении под углом около 90 градусов. При этом, в силу тех же выводов экспертов, автомобиль «<данные изъяты>» при выполнении маневра левого поворота (смещения) на второстепенную дорогу мог пересечь сплошную линию дорожной горизонтальной разметки 1.1 по Приложению №2 к ПДД РФ на расстоянии 6,2 м до её окончания (перехода в прерывистую линию дорожной разметки 1.7 по Приложению №2 к ПДД РФ), минимальное расстояние которое преодолел автомобиль «<данные изъяты>» с момента пересечения его левого переднего колеса сплошной линии дорожной горизонтальной разметки 1.1 по Приложению №2 к ПДД РФ до момента столкновения могло составлять 7,2 м.

Показания указанных свидетелей в части включения водителем ФИО2 указателя левого поворота противоречивы между собой и не согласуются с остальными материалами дела.

Доводы и расчеты, приведенные представителем заявителя ФИО1 в жалобе, основанные на исходных данных постановления ст. инспектора ДПС и исследованиях экспертов, относительно того, что водитель автомобиля «<данные изъяты>» мог совершить маневр обгона автомобиля «<данные изъяты>», вернувшись на свою полосу движения до начала сплошной линии дорожной разметки 1.1 по Приложению № 2 к ПДД РФ суд находит состоятельными и согласующимися с материалами дела, а также выводами экспертов. Невыполнение водителем обгоняемого транспортного средства ФИО2 требований ПДД РФ, в том числе воспрепятствование обгону, послужило причиной невозможности завершения своего маневра обгона водителем автомобиля <данные изъяты>» ФИО1 и его выезда на полосу дороги, предназначенную для встречного движения.

Доводы возражений о невиновности в данном ДТП водителя ФИО2 судом отклоняются по изложенным выше основаниям.

Выводы экспертов сторонами не опровергнуты, в связи с чем, заключение комплексной и дополнительной экспертиз признаны судом допустимыми доказательствами по делу.

Таким образом, суд не соглашается с мотивами должностного лица, изложенными в постановлении о прекращении производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 от 14.04.2020 года, поскольку они противоречат нормам действующего законодательства, а постановление инспектора ОГИБДД подлежит отмене.

В соответствии со ст. 26.2 указанного КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

В связи с изложенным административное расследование по делу об административном правонарушении, возбужденное в отношении ФИО2 по признакам административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.24 КоАП РФ, не отвечает требованиям статей 24.1, 26.1, 30.6 КоАП РФ, задачи производства по делу об административном правонарушении старшим инспектором ДПС ОГИБДД ОМВД России по Александровскому району ФИО4 не выполнены, что является существенным процессуальным нарушением требований, предусмотренных Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, что не позволило всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении выносится решение об отмене постановления и о возвращении дела на новое рассмотрение судье, в орган, должностному лицу, правомочным рассмотреть дело, в случаях существенного нарушения процессуальных требований, предусмотренных настоящим Кодексом, если это не позволило всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Согласно ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ постановление по делу об административном правонарушении не может быть вынесено за нарушение законодательства Российской Федерации о безопасности дорожного движения (в части административных правонарушений, предусмотренных статьями 12.8, 12.24, 12.26, частью 3 статьи 12.27, частью 2 статьи 12.30 настоящего Кодекса) по истечении одного года со дня совершения административного правонарушения.

Поскольку указанные нарушения являются существенными, на момент рассмотрения жалобы срок давности привлечения ФИО2 к административной ответственности, установленный ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел не истек, дело подлежит возвращению на новое рассмотрение в ОГИБДД ОМВД России по Александровскому району.

При новом рассмотрении дела необходимо учесть изложенное, оценить юридически значимые обстоятельства, проверить доводы жалобы в совокупности с имеющимися доказательствами по делу об административном правонарушении, возбужденному в отношении ФИО2 по признакам административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.24 КоАП РФ, после чего, в соответствии с требованиями КоАП РФ принять по делу законное и обоснованное решение.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 30.6 - 30.8 КоАП РФ, судья

Р Е Ш И Л :

Постановление старшего инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Александровскому району ФИО4 от 14.04.2020 года о прекращении производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 по признакам административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.24 КоАП РФ отменить.

Дело возвратить на новое рассмотрение в ОГИБДД ОМВД России по Александровскому району Ставропольского края.

Жалобу ФИО1 и его представителя Полтева В.В. удовлетворить.

Копии настоящего решения направить в ОГИБДД ОМВД России по Александровскому району, ФИО1, Полтеву В.В., ФИО2, ФИО3, для сведения.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд через Александровский районный суд Ставропольского края в течение 10 дней со дня получения копии решения.

Судья - Н.В. Неумывакина