Решение № 2-490/2019 2-490/2019~М-442/2019 М-442/2019 от 3 декабря 2019 г. по делу № 2-490/2019

Дело № 2-490/2019


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

4 декабря 2019 года г. Юрьев-Польский

Юрьев-Польский районный суд Владимирской области в составе председательствующего судьи Забавновой О.М.,

при секретаре Милашкиной Л.В.,

с участием

истца, ответчика по встречному иску ФИО1,

ответчика, истца по встречному иску ФИО2

представителя ответчика, истца по встречному иску ФИО3,,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Юрьев-Польском гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о расторжении предварительного договора купли-продажи недвижимости, взыскании денежных средств. компенсации морального вреда, по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о взыскании денежных средств, компенсации морального вреда, судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о расторжении предварительного договора от ДД.ММ.ГГГГ купли-продажи недвижимости (жилого дома и земельного участка), расположенной по адресу: <адрес>, взыскании денежных средств в сумме 200 000 руб. - двойного размера задатка по договору, 60 000 руб. за газификацию дома, процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 12.04.2019 с суммы задатка и с 20.05.2019 с 60 000 руб. и до вступления решения в силу, компенсации морального вреда в сумме 520 000 руб., а также судебных издержек.

ФИО2 обратился в суд со встречным иском к ФИО1 Просит взыскать с ответчика по встречному иску 60 000 руб. на приведение отопительной системы дома в первоначальное состояние, денежные средства за аренду дома в сумме 250 000 руб., за аренду гаража под склад в сумме 35 000 руб., денежные средства за перенос газового оборудования в сумме 36 000 руб., компенсацию морального вреда в сумме 250 000 руб., о признании предварительного договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ прекращенным, взыскании судебных расходов в сумме 34 000 руб. на оплату услуг представителя, госпошлины в сумме 7610 руб.

В судебном заседании истец (ответчик по встречному иску) ФИО1 подержала свои требования, против удовлетворения встречного иска возражала.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО2 и его представитель поддержали свои встречные требования, против основного иска возражали.

Изучив материалы дела, заслушав позиции сторон, свидетеля, специалистов, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2 заключен предварительный договор купли-продажи, принадлежащих на праве собственности ФИО2 объектов недвижимости - жилой дом, площадь. 154,1 кв.м, кадастровый №, и земельный участок, площадью 3000 кв.м, земли населенных пунктов, вид разрешенного использования - индивидуальное жилищное строительство, кадастровый №, расположенных по адресу: <адрес>, что подтверждалось выписками из ЕГРН.

Стороны договорились, с учетом согласованных изменений, что срок заключения основного договора купли-продажи - не позднее 01.10.2019, цена приобретаемых объектов недвижимости <данные изъяты> руб.

Обеспечением договора явился задаток в сумме <данные изъяты> руб., переданный ФИО1 ФИО2 по расписке 12.04.2019.

Заключенный между сторонами предварительный договор включает все существенные условия договора купли-продажи. Приложений, дополнений к договору не заключалось и не подписывалось сторонами.

В назначенный договором срок, и до настоящего времени, договор купли-продажи между сторонами не заключен.

Согласно выписке из ЕГРН от 25.11.2019, с 21.11.2019 собственником дома является ФИО4 ФИО2 подтверждено, что ДД.ММ.ГГГГ он продал дом и земельный участок иному лицу за <данные изъяты> руб.

Истец ФИО1 не отрицала, что отказалась от заключения договора с ФИО2 на условиях предварительного договора, однако, считает, что договор не заключен сторонами по вине продавца, полагая, что он не имел намерения его заключения в перспективе и действовал неблагонадежно и недобросовестно.

Ответчик ФИО2 указал, что желал заключения договора, предложил ФИО1 его заключить и прибыть 01.10.2019 для его заключения, что она проигнорировала. По его мнению, договор не заключен по вине ФИО1 и оснований для возврата аванса не имеется.

Гражданский кодекс РФ не исключает возможности обеспечения задатком предварительного договора (ст. 429 ГК РФ), предусматривающего обязанности сторон по заключению в будущем основного договора и применение при наличии к тому оснований (уклонение стороны от заключения основного договора) обеспечительной функции задатка (п. 2 ст. 381 ГК РФ): потеря задатка или его уплата в двойном размере стороной, ответственной за неисполнение договора.

Задатком в настоящем случае обеспечивалось возникшее из предварительного договора обязательство сторон, то есть продавца ФИО2 и покупателя ФИО1, заключить основной договор купли-продажи указанных выше объектов недвижимости на согласованных условиях в определенный срок.

ФИО1 не оспаривает, и подтвердила, что 24.09.2019 она передумала заключать договор, о чем она сообщила ФИО2 Не отрицает факт получения от ФИО2 по сети Интернет предложения от 28.09.2019 (л.д.35) о заключении договора купли-продажи до 01.10.2019, на которое она не ответила, на заключение договора не пришла.

Мотивы, по которым ФИО1 отказалась от заключения договора купли-продажи недвижимости, по мнению суда, субъективны. Её предположения о том, что ФИО2 принуждает заключить основной договор купли-продажи на отличных от предварительного договора условиях, либо вовсе отказаться от его заключения, надуманны. Сама она предложений ФИО2 заключить основной договор с выражением и подтверждением материальной готовности для его заключения, на условиях предварительного договора, не выдвигала. В судебном заседании ФИО1 отказалась представить доказательства того, что до 01.10.2019 или на 01.10.2019 у нее была материальная возможность оплаты по договору, то есть, имелась возможность и выраженное намерение его заключения с ее стороны. При этом ранее говорила, что уже до сентября приостановила все действия по получению необходимых для этого денежных средств (отказалась от продажи своей недвижимости, ипотеку (кредит) для этих нужд не брала, действий для подтверждения наличия на счете необходимой суммы, не предприняла).

Пояснения свидетеля С.М.В. о том, что до 01.10.2019 у истца, <данные изъяты>, на счете имелись денежные средства, достаточные для оплаты по договору купли-продажи, не могут быть приняты в этой части во внимание, поскольку указанные факты должны быть подтверждены соответствующими доказательствами (например, выписка по счету) и не могут подтверждаться свидетельскими пояснениями. Кроме того, свидетель - сын истца, то есть лицо заинтересованное.

ФИО1 подтвердила, что письменных предложений заключения основного договора ФИО2 не направляла.

Опрошенный в судебном заседании свидетель истца С.М.В. подтвердил, что 24.09.2019 <данные изъяты> окончательно отказалась от подписания основного договора. Пояснил, что до ДД.ММ.ГГГГ они с <данные изъяты> неоднократно пытались обсудить с ФИО2 заключение дополнительного предварительного договора, в который должно было быть включено еще и следующее имущество: гараж, баня, строительный материал, которые находятся/находились на земельном участке и земельный участок 7 соток, который ФИО2 к основному договору обещал передать в подарок. ФИО2 отказался.

ФИО2, оспаривая доводы истца, утверждал, что основной договор должен заключаться на условиях предварительного. Иного сторонами не согласовано. От заключения договора не отказывался.

Это подтверждается, в том числе, позицией ФИО1, пояснениями ее свидетеля, которые указали, что именно истец отказалась подписывать основной договор на условиях предварительного, полагая, что дополнительно, в него необходимо включить и строительные материалы и другие объекты, находящиеся на приобретаемом земельном участке, и еще один земельный участок.

В силу положений пункта 1 статьи 429 ГК РФ по предварительному договору стороны или одна из них обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ, об оказании услуг и т.п. (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.

Доводы истца в связи с этим суд признает несостоятельными, и приходит к выводу, что отказ от заключения основного договора исходил именно от ФИО1, тогда как ФИО2 предлагал ей заключение договора, что было проигнорировано.

В силу пункта 2 статьи 381 Гражданского кодекса Российской Федерации, если за неисполнение договора ответственна сторона, давшая задаток, он остается у другой стороны. Если за неисполнение договора ответственна сторона, получившая задаток, она обязана уплатить другой стороне двойную сумму задатка.

Поскольку аргументы истца по данному требованию опровергнуты, в силу указанной выше нормы, оснований для возложения на ФИО2 обязанности возвратить ФИО1 задаток в двойном размере и оплатить проценты за пользование чужими денежными средствами на эту сумму, не имеется.

В этой части в иске ФИО1 суд отказывает.

В требовании ФИО1 о расторжении предварительного договора купли-продажи и встречном требовании ФИО2 о признании его прекращенным, суд отказывает.

Пунктом 6 ст. 429 ГК РФ предусмотрено, что обязательства, предусмотренные предварительным договором, прекращаются, если до окончания срока, в который стороны должны заключить основной договор, он не будет заключен либо одна из сторон не направит другой стороне предложение заключить этот договор.

Досудебной претензии о расторжении предварительного договора ФИО1 в адрес ФИО2 в установленном законом порядке не направлялось, что ею не оспаривается, указанный порядок ею не соблюден. Истец отказалась от заключения основного договора до истечения срока действия предварительного договора, что подтвердила. Срок действия предварительного договора на сегодняшний день истек. Спорный дом и земельный участок в настоящее ФИО2 проданы и имеют нового собственника. Предварительный договор прекратил свое действие, не породив обязательств для сторон, то есть, считается прекращенным теперь уже в силу закона. В связи с этим, оснований предусмотренных законом, для удовлетворения данных требований истца и истца по встречному иску нет. Констатация факта прекращения прекращенного предварительного договора не направлена на достижение цели, связанной с восстановлением права.

Видео бесед сторон, снятое сыном ФИО1 без согласования с ФИО2, о чем говорила истец, не может подтверждать намерения сторон по заключению основного договора, изменение условий предварительного договора, поскольку в данном случае могут быть приняты во внимание лишь согласованные сторонами и подписанные условия, выраженные в предварительном договоре и иных соглашениях, оформленных в установленном законом порядке. Данное было подтверждено также специалистом К.А.В., опрошенным в судебном заседании.

Что касается требования ФИО1 о взыскании с ФИО2 неосновательного обогащения в сумме 60 000 руб., переданных ею за изменение газификации дома, начисления процентов за пользование чужими денежными средствами, суд указывает следующее.

ФИО1 утверждает, что передала на изменение газификации дома ФИО2 60 000 руб. без расписок. ФИО2 не оспаривает факт передачи денежных средств от ФИО1 на изменение газификации дома в сумме <данные изъяты> руб. без расписок двумя траншами <данные изъяты> руб. и <данные изъяты> руб. на счетчик учета газа.

Признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств (ч. 2 ст. 68 ГПК РФ). Признание ФИО5 принятия им от ФИО1 <данные изъяты> руб. на изменение газификации дома, сделанное при участии его адвоката, занесено в протокол судебного заседания, зафиксировано в аудиопротоколе заседания.

Передача еще <данные изъяты> руб. ФИО1 не подтверждена допустимыми и достаточными доказательствами, в связи с чем, оснований для удовлетворения требования в этой части не имеется. Истец не оспаривала, что письменных допустимых доказательств у нее не имеется, передача средств производилась бездокументарно.

Стороны единодушны в утверждении, что инициатором изменения проекта газовой системы в доме стала ФИО1 и по ее настоянию, за ее денежные средства, ФИО2, после подписания предварительного договора купли-продажи, заказал изменение проекта газификации дома, монтажные работы и приобрел новый счетчик.

Относительно даты передачи денежных средств, стороны во мнении не сошлись, не указав точную дату, не доказав эти обстоятельства. Суд исходит из представленных документов, а именно из факта приобретения счетчика и оплаты проекта газификации, работ и полагает, что следует считать датой передачи <данные изъяты> руб. на счетчик день его приобретения 27.05.2019, датой передачи <данные изъяты> руб. - дату оплаты проекта и работ 27.05.2019.

Счетчик был приобретен за <данные изъяты> руб., что подтверждается чеком от 27.05.2019.

Проект и работы были оплачены в сумме <данные изъяты> руб. + <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп. = <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп., что подтверждается приходными кассовыми ордерами от 27.05.2019, 04.06.2019, актом о приеме выполненных работ. То есть, по состоянию на 27.05.2019 данные денежные средства имелись в распоряжении ответчика.

Сумма, оплаченная за счет ФИО1 на приобретение счетчика газа, - <данные изъяты> руб., подлежит взысканию с ФИО2 как неосновательное обогащение. Из пояснений специалиста РЭГС в г.Юрьев-Польский филиала АО «Газпром газораспределение Владимир» в г.Владимире П.Е.В. следует, что необходимость в его замене была, поскольку, установленный ранее в указанном доме счетчик, на сегодняшний день не соответствовал всем требованиям и подключение газа к дому при наличии такого счетчика было невозможно. Приобретенный и установленный за счет ФИО1 счетчик позволит подключить дом к газоснабжению в настоящее время, так как снабжен термокорректором. То есть, на стороне ФИО2 возникло неосновательное обогащение в сумме <данные изъяты> руб.

Оснований для вывода о том, что на стороне ФИО2 возникло неосновательное обогащение в сумме <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп., оплаченные за счет ФИО1 за изменение проекта газификации дома (перенос места котла из кухни на цокольный этаж) и монтажные работы, не имеется. Стороны подтвердили, что изменение проекта и газификации дома - идея и желание ФИО1 Учитывая, что ФИО1 отказалась заключать договор с ФИО2 на условиях предварительного договора, она не приобрела право требовать с него оплаты того, что решила изменить в доме ФИО2 по своему желанию в отсутствие на то обоснованных причин и заключенных соглашений. ФИО2 этого не желал.

Специалист газовой службы П.Е.В., давший пояснения в судебном заседании, указал, что технической необходимости в таком переносе, не имелось. Это было желание заказчика. И в том и другом случае, и ранее существующая система газоснабжения и установленная в 2019 году, были пригодны для подключения газа, действовали с технической точки зрения. Техническая документация представлена. Разницы между ними нет, системы равнозначны и оснований переделывать систему, не было. Не смотря на отсутствие в данном случае возможности установки в цокольном этаже навесного котла, систему это не удорожило ни в установке, ни в обслуживании. Улучшения имущества в результате переноса системы газового оборудования из кухни в цокольный этаж, хоть и с согласия собственника, не произведено.

Опрошенный в качестве специалиста в судебном заседании риелтор К.А.В., подтвердил, что ни перенос системы отопления, ни наличие/отсутствие на территории участка декоративных камней, строительного материала, строений, если они не включены в предварительный договор купли-продажи, приложение к нему, дополнительное соглашение к нему, подписанные сторонами, не могут повлиять на цену договора и основной договор купли-продажи недвижимости подписывается на условиях представительного договора. Основной договор в силу закона заключается на условиях предварительного договора.

Как усмотрено из фотоматериалов, пояснений сторон, баня и гараж, находившиеся на территории участка при доме в момент заключения предварительного договора, остались на своем месте. Ссылка истца на слова ФИО2 о намерении дарения ей дополнительно при заключении договора купли-продажи еще одного земельного участка в 7 соток, отклоняется как несостоятельная. ФИО2 данные обстоятельства оспаривает, договор дарения между сторонами не заключался, предварительных договоров об этом не составлялось. Батареи в доме действительно отсутствовали на момент подписания предварительного договора, однако, соглашения о том, что батареи, имеющиеся в гараже собственника, будут переданы покупателю и предназначаются для установки их в данном доме, не подтверждены, в предварительный договор и цену договора не включены.

Деревянная постройка - сарай, сгоревшая до заключения основного договора, декоративные камни, складированные в беспорядочном состоянии на территории земельного участка, не оформленные в ландшафтном дизайне, брусчатка и бордюрная плитка в поддонах, впоследствии вывезенные с участка, батареи из гаража, также вывезенные ФИО2, не могут служить основанием для признания обоснованными причин отказа ФИО1 от заключения с ФИО2 основного договора купли-продажи.

В предварительный договор не включены все перечисленные объекты и предметы. Судом исследованы документы, представленные истцом, в обоснование стоимости брусчатки, бордюрной плитки, декоративных камней, и ее довод о том, что в отсутствие указанного имущества цена сделки уменьшилась бы в несколько миллионов рублей, несостоятелен. Предполагаемая стоимость перечисленных объектов и предметов не является значительной и влияющей на цену договора.

Суд ориентируется в этом вопросе на условия предварительного договора и отсутствие дополнительных соглашений и приложений к нему.

Таким образом, учитывая, что в последующем ФИО1 сама отказалась от подписания основного договора купли-продажи дома и земельного участка, ее действия по переносу газовой системы в доме ФИО2 за ее денежные средства, ставшие ее инициативой и настоянием, не породили неосновательного обогащения на стороне ФИО2

При таких обстоятельствах, ФИО1 несет риск наступления последствий как результата своих действий, осуществленных по ее желанию.

<данные изъяты> - <данные изъяты> -<данные изъяты> = 19 008 руб. 40 коп.

ФИО2, подтвердив получение данной денежной суммы от ФИО1, не представил доказательства освоения этих денежных средств на изменение проекта газификации и оплату работ, чеков не представил. Следовательно, неосновательно сберег указанные средства, которые должны быть возвращены ФИО1 как неосновательное обогащение.

В силу п. 1 ст. 1102, п. 2 ст. 1107 ГК РФ неосновательно обогатившееся лицо обязано не только возвратить сумму неосновательного обогащения, но и уплатить на нее проценты в порядке, предусмотренном ст. 395 ГК РФ.

Положениями п. 2 ст. 1107 ГК РФ установлено, что на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (ст. 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Таким образом, начисление предусмотренных ст. 395 ГК РФ процентов при расторжении договора связано с моментом, в который стороне договора стало известно или должно было стать известно в обычных условиях гражданского оборота, что полученное ею от другой стороны исполнение является излишним.

Довод истца о начислении процентов на неосновательное обогащение с 20.05.2019 отклоняется как недоказанный.

Суд, определяя начальную дату начисления процентов, исходит из следующего.

Проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп. следует исчислять с 27.05.2019, с даты передачи данных денежных средств, установленной судом. Поскольку денежные средства с 27.05.2019 не освоены ФИО2 он не мог не знать, что они сохраняются им неосновательно именно с 27.05.2019.

Что касается начальной даты начисления процентов на сумму <данные изъяты> руб., потраченных на приобретение счетчика, суд считает, что о неосновательности данного обогащения ФИО2 узнал после 01.10.2019, когда основной договор купли-продажи не был заключен в установленный в предварительном договоре срок и дом остался в его собственности. До этой даты ФИО2 считал, что счетчик установлен не для него, а для ФИО1, которая впоследствии должна стать собственником дома по договору. И только после 01.10.2019 ФИО2 стало ясно, что счетчик установлен для него за средства ФИО1 и у ФИО2 не было оснований удерживать и эти денежные средства, полученные от истца.

Таким образом, с 02.10.2019 ФИО2 пользовался уже суммой 29 008 руб. 40 коп. как неосновательным обогащением.

Истец свой расчет не представила, заявив требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами с 60 000 руб. за период с 20.05.2019 до вступления в силу решения суда.

Расчет процентов, по мнению суда, таков:

<данные изъяты> х 21 (27.05.2019-16.06.2019) х 7,75%/365 = <данные изъяты>

<данные изъяты> х 42 (17.06.2019 - 28.07.2019) х 7,50%/365 = <данные изъяты>

<данные изъяты> х 42 (29.07.2019 - 08.09.2019) х 7,25%/365 = <данные изъяты>

<данные изъяты> х 23 (09.09.2019 - 01.10.2019) х 7%/365 = <данные изъяты>

<данные изъяты> + <данные изъяты>+ <данные изъяты>+<данные изъяты> = <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп.

<данные изъяты> х 26 (02.10.2019-27.10.2019) х 7%/365 = <данные изъяты>

<данные изъяты> х 38 (28 10 2019 - 04.12.2019) х 6,50%/365 = <данные изъяты>

<данные изъяты>+<данные изъяты>=<данные изъяты>

<данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп. + <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп. =832 руб. 18 коп.

Суд не выходит за пределы заявленных требований в этой части, сумма процентов, рассчитанная с 60 000 руб. за больший период, исходя из 7%,, больше, чем по указанному расчету.

По смыслу п. 3 ст. 395 ГК РФ проценты за пользование чужими денежными средствами взимаются включительно по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Данная сумма процентов подлежит взысканию с ответчика в пользу истца ФИО1 и далее начисление следует производить до даты вступления решения суда в законную силу (как просит истец, что не противоречит указанным нормам) с остатка долга (при его наличии), который на сегодняшний день составляет 29 008 руб. 40 коп.

В удовлетворении требования о возмещение компенсации морального вреда в сумме 520 000 руб. суд ФИО1 отказывает.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

По мнению истца, ФИО2. должен компенсировать ей моральный вред за его действия, наведение о ней справок, оскорбления, обвинения ее в захламлении земельного участка, в употреблении спиртных напитков на его территории, ложь, наговоры.

Нормы Гражданского кодекса РФ не предусматривают взыскание денежной компенсации морального вреда в качестве ответственности при невозврате неосновательного обогащения.

Доводы истца не подтверждены, доказательства не предоставлены. Ответчик, указанные истцом обстоятельства, оспаривает.

Поскольку каких-либо доказательств, бесспорно подтверждающих причинение истцу действиями ответчика морального вреда, не представлено, а законом по данной категории дел компенсация морального вреда не предусмотрена, у суда отсутствуют основания для удовлетворения требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда.

Государственная пошлина, оплаченная истцом чеком-ордером от 05.10.2019 в сумме <данные изъяты> руб., взыскивается с ответчика частично пропорционально удовлетворенным требованиям в сумме 1095 руб. 22 коп.

В удовлетворении встречного иска ФИО2 к ФИО1 суд отказывает.

Требование о взыскании с ФИО1 60 000 руб. и 36 000 руб. за приведение системы газоснабжения в доме в прежнее, первоначальное состояние и положение, перенос газового оборудования удовлетворено быть не может. По сути, эти требования идентичны и речь идет о приведении газовой системы дома в первоначальное состояние, перенос назад из цоколя на кухню. Разделить и обосновать, документально подтвердить данные требования истец по встречному иску не смог. Доказательства представить отказался, ссылаясь на свое право. Вместе с тем, согласно выписке из ЕГРН от 25.11.2019, предоставленной ФИО1, ФИО2 в настоящее время не является собственником спорного дома. 21.11.2019 дом с участком проданы иному лицу. ФИО2 не может быть признан надлежащим истцом по данному требованию.

Относительно требований о взыскании с ФИО1 арендных платежей за дом и гараж суд указывает следующее.

Согласно пункту 2 статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого использования, по цене, существовавшей, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

ФИО2 просит взыскать с ФИО1 за аренду гаража под склад в период с 12.04.2019 по 12.10.2019, по <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп. ежемесячно, всего в сумме 35 000 руб.

Также, просит взыскать за аренду дома 250 000 руб., исходя из расчета ежемесячной оплаты в сумме <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп. за каждый месяц с 12.04.2019 по 12.10.2019.

Передача ключей от дома и гаража ФИО2 ФИО1 сама по себе не может являться основанием для вывода об использовании ею объектов на основании договора аренды.

Одновременно, второй экземпляр ключей находился у ФИО2 и доступ на данные объекты имелся и у него и у его доверенных лиц, что им не оспорено.

Договора аренды заключено между сторонами не было. Довод ФИО1 о том, что в отсутствие договора аренды обязанности по внесению арендных платежей у нее возникнуть не могло, отклоняется, как основанный на ошибочном толковании норм права. Вместе с тем, следует констатировать, что возможность доступа ФИО1 к данному недвижимому имуществу посредством передачи ей ключа, не порождает безусловной обязанности оплаты ею аренды объектов.

Истцом ФИО2 по встречному иску не доказан факт использования имущества ФИО1 непрерывно в указанный им период.

ФИО2, не смотря на предложения суда, отказался представить доказательства обоснованности начисления указанной им в расчете арендной платы, ошибочно полагая, что выбор размера оплаты - право истца. Ссылки ФИО2 на объявления в местной газете как основания принятия размера арендной платы по усмотрению собственника несостоятельны.

ФИО1 отрицает использование дома и гаража. Указала, что имела и имеет в распоряжении ключ от дома и гаража по указанному адресу, однако, поскольку дом готовился к продаже недостроенным, в нем отсутствовало водоснабжение, газоснабжение, проведена черновая отделка, использовать дом в целях проживания было невозможно.

Данные обстоятельства ФИО2 не опровергнуты. Газоснабжение в доме действительно отсутствовало. Фотоматериалы подтверждают доводы ФИО1 о черновой отделке жилых помещений, что делало невозможным использование дома для постоянного проживания.

ФИО1 поясняла, что приходила иногда на земельный участок, провела там несколько часов за весь указанный истцом по встречному иску период, планировала работы по ландшафтному дизайну, подбирала варианты, отмечала личный праздник на участке в один из дней. Аренду участка ФИО2 в иске оплатить не просит.

Безусловных доказательств использования гаража ФИО1 под склад не приведено, ФИО2 отказался представить доказательства, сославшись на свое право лишь заявить требования.

Фотоматериалы, представленные в дело, обозренные сторонами, подтверждают, что в гараже были складированы вещи ФИО2 Сам ФИО2 не отрицает, что в период нахождения ключа от гаража у ФИО1, он пользовался и домом и участком и гаражом, рабочие убирали участок, находились на территории, вещи из гаража постепенно увозились им, равно как и строительные материалы, декоративные камни, ранее находившиеся на территории перед домом. Эти обстоятельства подтверждены ФИО2 ФИО1 утверждала, что пульт от ворот гаража был у ФИО2, что не оспорено.

Свидетель ФИО6, сын ФИО1, подтвердил, что с <данные изъяты> они несколько раз приходили на данный земельный участок, но в большей степени, чтобы встретиться с ФИО2, обсудить заключение дополнительного предварительного договора и выяснить отношения.

Стороны не оспаривали и свидетель подтвердил, что в спорный период участком, домом и гаражом пользовался и сам ФИО2, а также рабочие, осуществляющие работы на участке по заданию собственника.

Кроме того, использование ФИО1 данного имущества было связано с тем, что она имела намерение его приобрести и сторонами был заключен предварительный договор купли-продажи, что подтверждало это намерение.

Таким образом, в удовлетворении требования о взыскании арендных платежей суд полагает необходимым отказать ввиду отсутствия доказательств.

Требование ФИО2 о возмещении компенсации морального вреда в сумме 250 000 руб. удовлетворению не подлежит.

Мотивация ФИО2 предъявления данного требования - причинение ему ФИО1 нравственных страданий ввиду ненадлежащего исполнения принятых на себя обязательств по предварительному договору, а также ввиду обвинения его в мошенничестве. Также указал на недобросовестные и клеветнические действия ФИО1 в отношении него.

Вместе с тем, в заседаниях истец по встречному иску не смог сформулировать конкретные действия ФИО1, которыми, он полагает, ему причинен моральный вред.

Законодательством не предусмотрена возможность взыскания компенсации морального вреда при нарушении имущественных прав.

Доказательств причинения морального вреда, нравственных страданий, ФИО2 не приведено, равно как и доказательств обвинения его ФИО1 в мошенничестве. Высказывания ФИО1 в судебном заседании относительно ее трактовки действий ФИО2 по заключению договора, являются субъективным мнением, не могут расцениваться как обвинение в мошенничестве. Проводимая во время их бесед ФИО1 видеосъемка, разрешение на которую он не давал, не может расцениваться как причинившая моральный вред.

Со слов ФИО2 дом с земельным участком проданы за ту же цену какая была согласована с ФИО1 в предварительном договоре, то есть за <данные изъяты> руб.

Ссылки ФИО2 на нарушение ответчиком обязательств по предварительному договору купли-продажи недвижимости, что повлекло необходимость поиска новых покупателей, отсрочило продажу имущества, причинило нравственные страдания, сами по себе основанием для вывода о причинении вреда личным неимущественным правам истца по встречному иску не являются.

В обоснование требования о возмещении расходов на оплату услуг представителя ФИО2 представлены подлинники квитанций у приходным кассовым ордерам: № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму <данные изъяты> руб., № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму <данные изъяты> руб., № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму <данные изъяты> руб., № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму <данные изъяты> руб., всего на с <данные изъяты> руб., решение Совета Адвокатской палаты Владимирской области от 05.04.2018. В деле имеется ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, основание выдачи ордера - соглашение.

Адвокат ФИО3. участвовал во всех судебных заседаниях по делу, готовил возражения на исковые требования ФИО1

Однако, поскольку в удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 отказано, оснований для взыскания в его пользу расходов на оплату услуг адвоката у суда не имеется, равно как и оснований для взыскания оплаченной, квитанциями от 06.11.2019 в сумме 800 руб., от 28.10.2019 в сумме 6810 руб. по встречному иску, государственной пошлины.

Руководствуясь ст.ст. 194, 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 неосновательное обогащение в сумме 29 008 руб. 40 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 832 руб. 18 коп., с 05.12.2019 проценты начислять с остатка долга до вступления в силу решения, в возврат государственной пошлины - 1095 руб. 22 коп.

В остальном в удовлетворении требований ФИО1 отказать.

В удовлетворении встречного иска ФИО2 к ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано во Владимирский областной суд через Юрьев-Польский районный суд Владимирской области в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 09.12.2019.

Судья Забавнова О.М.