Приговор № 22-897/2021 от 29 июня 2021 г. по делу № 1-39/2021

Дело № 22-897/2021

Председательствующий Авдонина М.А.

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ
ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Абакан 29 июня 2021 г.

Верховный Суд Республики Хакасия в составе

председательствующего Апосовой И.В.,

при секретаре Тилимовой Н.А.,

с участием

прокурора отдела прокуратуры Республики Хакасия Новиченко А.М.,

защитника-адвоката Кончук Ч.Х.,

защитника наряду с адвокатом Кочкуркина С.Г.,

осужденного ФИО2,

представителя потерпевшего адвоката Максимович Н.А.,

представителя гражданского истца ФИО25,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление и.о. прокурора г. Саяногорска Республики Хакасия Денисова Д.Г., апелляционные жалобы осужденного ФИО2 и его защитника – адвоката Кутасевич Н.Л. на приговор Саяногорского городского суда Республики Хакасия от 20 апреля 2021 г., которым

ФИО2 Р,В., <данные изъяты>

<данные изъяты>

осужден по ч. 1 ст. 159 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 340 часов.

Взысканы с ФИО2 в пользу потерпевшего Потерпевший №1 в счет возмещения причиненного материального ущерба <данные изъяты> рублей, процессуальные издержки в сумме <данные изъяты> рублей в доход федерального бюджета Российской Федерации.

Гражданский иск ООО «<данные изъяты>» к Потерпевший №1 оставлен без рассмотрения.

На основании ст. 81 УПК РФ решена судьба вещественных доказательств.

Изучив обстоятельства дела, доводы апелляционного представления апелляционных жалоб, заслушав выступления прокурора Новиченко А.М., поддержавшей апелляционное представление, полагавшей приговор изменить по изложенным доводам, представителя гражданского истца ФИО25, оставившего рассмотрение представления и жалоб на усмотрение суда, представителя потерпевшего Потерпевший №1 - адвоката Максимович Н.А., поддержавшую доводы апелляционного представления и просившую отклонить доводы апелляционных жалоб, осужденного ФИО2, адвоката Кончука Ч.Х., защитника наряду с адвокатом Кочкуркина С.Г., просивших об изменении приговора по доводам апелляционной жалобы осужденного, суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО2. осужден за мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана.

Согласно приговору, в период времени с 08 часов 17 января до 16 часов 3 июля 2019 г. ФИО2, имея умысел, направленный на мошенничество, то есть на хищение чужого имущества, путем обмана, работая в ООО «<данные изъяты>» в должности главного энергетика и не наделенный полномочиями заключать договоры от имени ООО «<данные изъяты>» на передачу электрической энергии сторонним организациям, находясь на территории ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, действуя из корыстных побуждений, с целью безвозмездного, противоправного изъятия чужого имущества и обращения в свою пользу, составил проект договора - «<данные изъяты>» от имени генерального директора ООО «<данные изъяты>» ФИО9, не ставя последнего об этом в известность, с индивидуальным предпринимателем Потерпевший №1, после чего, посредством электронной почты, направил Потерпевший №1 указанный проект договора для подписания. Последний, не подозревая о преступных намерениях ФИО1, подписал полученный от последнего проект договора, который в период с 08 часов 18 января до 16 часов ДД.ММ.ГГГГ передал ФИО2

Далее, ФИО2 в период с 08 часов 18 января до 16 часов 25 января 2019 г., находясь на территории <адрес> Республики Хакасия, реализуя свой прямой преступный умысел на мошенничество, то есть на хищение чужого имущества путем обмана, сообщил ложные сведения индивидуальному предпринимателю Потерпевший №1 о том, что подписанный им договор находится у руководства ООО «<данные изъяты>» на подписании, предоставил индивидуальному предпринимателю Потерпевший №1 право на потребление электрической энергии последнему, заведомо зная, что данный договор им не был предоставлен руководству ООО «<данные изъяты>» и не был подписан.

Индивидуальный предприниматель Потерпевший №1, не подозревая о преступных намерениях ФИО2, в период времени с 08 часов 4 февраля до 16 часов 4 февраля 2019 г., подключил принадлежащее ему здание «<данные изъяты>», расположенное по адресу: <адрес>, к линии электропередачи ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>.

Далее, в период с 08 часов 04 марта до 16 часов 3 июля 2019 г. индивидуальный предприниматель Потерпевший №1, в соответствии с указанным договором, не подозревая о преступных намерениях ФИО2, стал осуществлять оплату электроэнергии за фактически принятое им количество электрической энергии, а именно:

- ДД.ММ.ГГГГ в 10:47 часов с использованием мобильного приложения ПАО «<данные изъяты>» перечислил на банковский счет № банковской карты ПАО «<данные изъяты>» № на имя ФИО2 денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей;

- ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 08 часов до 16 часов, находясь на участки местности прилегающей к территории ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, передал ФИО2 денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей;

- ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 08 часов до 16 часов Потерпевший №1, находясь на участки местности прилегающей к территории ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, передал ФИО1 денежные средства в сумме <данные изъяты> копеек;

- ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 08 часов до 16 часов, находясь в здании «<данные изъяты>» по адресу: <адрес> Потерпевший №1 через ФИО10 передал ФИО2 денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей;

- ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 08 часов до 16 часов, находясь на участки местности прилегающей к территории ООО «Саянмолоко» по адресу: <адрес>, Потерпевший №1 передал ФИО1 денежные средства в сумме 8 117 рублей 50 копеек,

- ДД.ММ.ГГГГ в период с 08 часов до 16 часов, находясь на участке местности, прилегающей к территории ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, Потерпевший №1 передал ФИО2 денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, а всего на общую сумму <данные изъяты> рублей, которые последний похитил.

ФИО2, в период времени с 08 часов 17 января до 16 часов ДД.ММ.ГГГГ незаконно завладев денежными средствами, полученными от индивидуального предпринимателя Потерпевший №1, обратил их в свою пользу и распорядился ими по своему усмотрению, причинив своими преступными действиями индивидуальному предпринимателю Потерпевший №1 материальный ущерб в общей сумме <данные изъяты> рублей.

В апелляционном представлении и.о. прокурора г. Саяногорска Республики Хакасия Денисов Д.Г. ставит вопрос об изменении приговора, поскольку при квалификации действий осужденного суд, в нарушение п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», не учел имущественное положение потерпевшего. Учитывая размер причиненного преступлением ущерба потерпевшему Потерпевший №1 в сумме <данные изъяты> рублей, наличие у него расходов, связанных с трудовой деятельностью, его мнения о значительности ущерба, суд необоснованно исключил из обвинения ФИО2 квалифицирующий признак «причинение значительного ущерба» и переквалифицировал его действия на ч. 1 ст. 159 УК РФ.

При назначении наказания ФИО2, имеющему судимость по приговору Абаканского городского суда Республики Хакасия от ДД.ММ.ГГГГ, наказание по которому неотбыто, судом не определен порядок его исполнения.

Просит приговор изменить, действия ФИО2 переквалифицировать с ч. 1 ст. 159 УК РФ на ч. 2 ст. 159 УК РФ, по которой назначить наказание в виде обязательных работ на срок 440 часов; указать о самостоятельном исполнении приговора Абаканского городского суда Республики Хакасия от ДД.ММ.ГГГГ

В апелляционной жалобе адвокат Кутасевич Н.Л. считает осуждение ФИО2 незаконным, а вину - недоказанной.

Ссылаясь на ст. 73, чч. 1, 2 ст. 297 УПК РФ, ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21 января 2010 г. № 1-П, указывает, что в приговоре суда размер ущерба определен только со слов потерпевшего Потерпевший №1 без документального подтверждения такого ущерба. К показаниям потерпевшего следует отнестись критически в части пояснений о передаче им денежных средств обвиняемому (суммы и даты). На вопросы участников процесса потерпевший мог дать пояснения только по двум суммам: <данные изъяты> рублей переданным якобы ДД.ММ.ГГГГ а также <данные изъяты> рублей, перечисленных на счет ФИО2 По остальным суммам в суде Потерпевший №1 пояснил, что не помнит конкретно в какое время и в каком размере отдавал деньги ФИО2

Обращает внимание на показания потерпевшего в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ об общей сумме переданных ФИО2 денег, что сумма неоднократно пересчитывалась, варьировалось, общая сумма <данные изъяты> рублей; показания потерпевшего противоречивы и не достоверны. Сумма ущерба на стадии предварительного расследования потерпевшим просто высчитана математически из данных о показаниях потребленной электроэнергии за весь период и разбита по месяцам. Других доказательств подтверждающих факт передачи денег стороной обвинения не представлено.

В виду того что счетчик, находящийся на территории Потерпевший №1 не был опломбирован, учет электроэнергии в порядке установленном законом и договором, отсутствовал. Перепроверить весь объем потребленной электроэнергии Потерпевший №1 в указанный период невозможно. Книга учета доходов и расходов велась <данные изъяты>. ненадлежащим образом, в нарушение Приказа Минфина России от 22 октября 2012 г. № 135Н. При исследовании книги учета № видно, что записи неразборчивые с сокращениями, несистематизированные, необходимые для заполнения графы отсутствуют, многочисленные исправления и подчеркивания; отсутствуют записи и учет расходов по оплате электроэнергии на сумму <данные изъяты> рублей, поскольку расчеты суммы ущерба составлены ИП Потерпевший №1 в одностороннем порядке, что дает основания сомневаться в их достоверности.

Просит приговор отменить как незаконный, ФИО2 оправдать на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПКРФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 выражает несогласие с приговором по следующим основаниям.

Максимальный размер наказания по ч. 1 ст. 159 УК РФ предусматривает 360 часов обязательных работ, то есть ему назначено почти максимальное наказания, что не соответствует тяжести совершенного преступления и его личности. С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, наличия смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих обстоятельств, суд мог назначить более мягкое наказание.

Суд указал, что оснований для применения ст. 73 УК РФ не усмотрел, при этом никаких аргументов не привел, однако он к уголовной ответственности привлекается впервые, характеризуется по месту работы и жительства положительно.

Уголовное дело построено только на показаниях потерпевшего Потерпевший №1C., иных доказательств в части получения им денежных средств в размере, превышающем <данные изъяты> рублей, не имеется. Никто свидетелей не дал показаний относительно сумм, переданных ему денежных средств, за исключением Потерпевший №1C., показания которого приняты на веру.

Судом установлено, что Потерпевший №1C. перепродавал полученную электроэнергию, за что получал денежные средства, на общую сумму более <данные изъяты> рублей, и если предположить, что ему был причинен вред, то он составил <данные изъяты> рубль (<данные изъяты> рублей), то есть не та, которая указана в гражданском иске.

Суд не учел, что при установке счетчика не были зафиксированы начальные показания, акт никем не был подписан, счетчик опломбирован не был. Договор на поставку электроэнергии был передан им на согласование и подписание руководству, он его с процедуры согласования не забирал. То есть, никакого обмана в его действиях не было.

Им неоднократно заявлялось ходатайство о допуске к участию в деле на ряду с адвокатом защитника Кочкуркина С.Г., однако суд, в нарушение ст. 16, ч. 1 ст. 119 УПК РФ безосновательно отказал без объективных причин, что свидетельствует об односторонности проведенного судебного разбирательства и необъективного к нему отношения и нарушении ст. 16 УПК РФ, ч. 1 ст. 46 Конституции РФ в части обеспечения его права на защиту. Поскольку Кочкуркин С.Г. не был допущен к участию в деле, он был лишен права заявлять соответствующие ходатайства, лишен возможности полноценно осуществлять свою защиту в ходе судебного следствия.

Кроме того, судом допущено процессуальное нарушение, поскольку 10 марта 2021 г. в судебном заседании судом проведены прения сторон, после чего 24 марта 2021 г. ему предоставлено последнее слово. Однако после совещательной комнаты суд, не возобновляя судебное следствие, вновь предоставил ему последнее слово, что противоречит нормам ст. 295 УПК РФ.

Суд неправильно взыскал процессуальные издержки с него, поскольку общественный защитник может принимать участие в деле, только наряду с адвокатом. У него нет юридических познаний, в связи с чем он не мог себя защитить самостоятельно. При этом, имеется возможность возложения их на федеральный бюджет, как об этом просила сторона защиты.

Просит приговор изменить, назначить ему наказание в размере не превышающем 160 часов обязательных работ; отказать в удовлетворении гражданского иска Потерпевший №1C. о взыскании <данные изъяты> рублей.

В суде апелляционной инстанции прокурор Новиченко А.М., поддержала апелляционное представление, полагала приговор изменить по изложенным доводам.

Представитель гражданского истца ФИО25, оставил рассмотрение апелляционных представления и жалоб на усмотрение суда.

Представитель потерпевшего Потерпевший №1 адвоката Максимович Н.А., поддержала доводы апелляционного представления и просила отклонить доводы апелляционных жалоб.

Осужденный ФИО2 и действующие в его интересах адвокат Кончук Ч.Х., защитник наряду с адвокатом Кочкуркин С.Г. не поддержали доводы апелляционной жалобы адвоката Кутасевич Н.Л., поддержали доводы апелляционной жалобы осужденного, просили приговор отменить по указанным доводам, апелляционное представление оставить без удовлетворения.

Изучив материалы дела, проверив и обсудив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб, заслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу положений статьи 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

Данным требованиям закона приговор в отношении ФИО2 не соответствует.

Согласно ст. 389.23 УПК РФ в случае, если допущенное судом первой инстанции нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, то суд апелляционной инстанции устраняет данное нарушение, отменяет приговор суда первой инстанции и выносит новое судебное решение.

Основанием для отмены судебного решения в апелляционном порядке в соответствии со ст. ст. 389.15 УПК РФ, в том числе, является неправильное применение уголовного закона.

Органами предварительного следствия ФИО2 обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ.

В суде первой инстанции ФИО2 виновным себя не признал, пояснив, что денежные средства от потерпевшего Потерпевший №1 не получал и не интересовался, оплачивал Потерпевший №1 потребленную электроэнергию или нет.

Рассмотрев в судебном заседании дело по обвинению ФИО2, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии в действиях ФИО2 квалифицирующего признака «причинение значительного ущерба гражданину» и квалифицировал его действия по ч. 1 ст. 159 УК РФ.

Выводы суда об отсутствии в действиях ФИО2 квалифицирующего признака «причинение значительного ущерба гражданину», основаны на неверном анализе исследованных по делу доказательств, противоречат фактическим обстоятельствам уголовного дела, поскольку не подтверждены доказательствами, рассмотренными в судебном заседании. Следовательно, квалифицировав действия ФИО2 по ч. 1 ст. 159 УК РФ, суд неправильно применил уголовный закон и назначил наказание, не соответствующее тяжести преступления и личности содеянного.

Поскольку допущенные судом первой инстанции нарушения уголовного закона являются устранимыми в апелляционном порядке, суд апелляционной инстанции полагает возможным постановить по делу новый обвинительный приговор.

Законность проведения судебного разбирательства в суде первой инстанции сторонами не оспаривается, порядок исследования доказательств под сомнение не ставится.

В суде апелляционной инстанции стороны не настаивали на проверке доказательств, исследованных судом первой инстанции и исследовании новых доказательств. Учитывая мнение сторон, суд апелляционной инстанции не находит оснований для исследования каких-либо доказательств в апелляционной инстанции по инициативе суда.

При этом суд апелляционной инстанции исходит из тех доказательств, которые были предметом исследования в суде первой инстанции, так как они позволяют вынести новое судебное решение, как того требуют положения ч. 7 ст. 389.13 УПК РФ.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона при сборе доказательств на стадии досудебного производства по делу не выявлено, сторонами об этом не заявлялось. Все представленные суду первой инстанции доказательства были исследованы в ходе судебного заседания всесторонне, полно и объективно, и суд апелляционной инстанции признает их достаточными для разрешения настоящего дела по существу. Таким образом, суд апелляционной инстанции при принятии решения по делу основывается на исследованных в суде первой инстанции доказательствах, о проверке которых в заседании суда апелляционной инстанции стороны не ходатайствовали.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции установлено, что в период времени с 08 часов 17 января до 16 часов 3 июля 2019 г. ФИО2, имея умысел, направленный на мошенничество, то есть на хищение чужого имущества, путем обмана, работая в ООО «<данные изъяты>» в должности главного энергетика, который не был наделен полномочиями заключать договоры от имени ООО «<данные изъяты>» на передачу электрической энергии сторонним организациям. Находясь на территории ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, ФИО2, действуя из корыстных побуждений, с целью безвозмездного, противоправного изъятия чужого имущества и обращения в свою пользу, составил проект договора передачи электрической энергии, принятой абонентом от энергоснабжающей организации через присоединенную сеть субабоненту от имени генерального директора ООО «<данные изъяты>» ФИО9 с индивидуальным предпринимателем Потерпевший №1, не поставив в известность об этом ФИО9 Посредством электронной почты направил Потерпевший №1 указанный проект договора для подписания. Последний, не подозревая о преступных намерениях ФИО2, подписал полученный проект договора и в период с 08 часов 18 января 2019 г. до 16 часов 25 января 2019 г. передал его ФИО2

ФИО2 в период с 08 часов 18 января 2019 г. до 16 часов 25 января 2019 г., находясь на территории <адрес> Республики Хакасия, реализуя свой прямой преступный умысел на мошенничество, то есть на хищение чужого имущества путем обмана, сообщил ложные сведения индивидуальному предпринимателю Потерпевший №1 о том, что подписанный им договор находится у руководства ООО «<данные изъяты>» на подписании, предоставил индивидуальному предпринимателю Потерпевший №1 право на потребление электрической энергии, заведомо зная, что данный договор им не был предоставлен руководству ООО «<данные изъяты>» и не был подписан.

Индивидуальный предприниматель Потерпевший №1, не подозревая о преступных намерениях ФИО2, в период времени с 08 часов 4 февраля до 16 часов 04 февраля 2019 г. подключил принадлежащее ему здание «<данные изъяты>», расположенное по адресу: <адрес> к линии электропередачи ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>.

В период с 08 часов 4 марта до 16 часов ДД.ММ.ГГГГ индивидуальный предприниматель Потерпевший №1, в соответствии с указанным договором, не подозревая о преступных намерениях ФИО2, стал осуществлять оплату электроэнергии последнему за фактически принятое им количество электрической энергии, а именно:

- ДД.ММ.ГГГГ в 10:47 часов перечислил на банковский счет № банковской карты ПАО «<данные изъяты>» № на имя ФИО2 денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей;

- ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 08 часов до 16 часов находясь на участки местности прилегающей к территории ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, передал ФИО2 денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей;

- ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 08 часов до 16 часов Потерпевший №1, находясь в вышеуказанном месте, передал ФИО2 денежные средства в сумме <данные изъяты> копеек;

- ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 08 часов до 16 часов в здании «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, Потерпевший №1 через ФИО10 передал ФИО2 денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей;

ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 08 часов до 16 часов, находясь на участки местности прилегающей к территории ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, Потерпевший №1 передал ФИО2 денежные средства в сумме <данные изъяты> копеек,

ДД.ММ.ГГГГ в период с 08 часов до 16 часов Потерпевший №1, находясь в вышеуказанном месте, передал ФИО2 денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, а всего на общую сумму <данные изъяты> рублей, которые последний похитил.

ФИО2, в период времени с 08 часов 17 января до 16 часов 3 июля 2019 г. незаконно завладел денежными средствами, полученными от индивидуального предпринимателя Потерпевший №1, обратил их в свою пользу и распорядился ими по своему усмотрению, причинив своими преступными действиями индивидуальному предпринимателю Потерпевший №1 значительный материальный ущерб в общей сумме <данные изъяты> рублей.

В судебном заседании осужденный ФИО2 пояснил, что договор между ООО «<данные изъяты>» и Потерпевший №1 готовил последний, он отдал договор на согласование, который подписали ФИО25 и ФИО4. Далее договор отдал секретарю, чтобы она передала в иные инстанции. Он не знает, почему договор был не согласован. Он обсуждал только техническую сторону подключения, озвучил, что необходимо было приобрести для осуществления технического присоединения. О том, что присоединение было осуществлено, он узнал в конце января 2019 г. по телефону либо от Потерпевший №1, либо от электрика, в тот день его на работе не было. Он встречался с ФИО27 по поводу проекта договора, денежные средства от него не получал. Переведенные ему <данные изъяты> рублей, которые он получил через месяц после подключения за потребленную электроэнергию, он вернул ФИО27. Он курировал присоединения электросетей, встречался с электриком, было принято решение поставить опору и что все его услуги будет оплачивать ФИО27. Решение об установке электроопоры принимал ФИО4. Он не интересовался, оплачивал ФИО27 потребленную электроэнергию или нет, так как договор не был согласован.

Оценив показания ФИО2 в совокупности с исследованными судом первой инстанции доказательствами, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что показания ФИО2 о том, что он не получал денежные средства от потерпевшего Потерпевший №1 не нашли своего подтверждения и опровергаются следующими доказательствами, а именно показаниями:

- потерпевшего Потерпевший №1, данные им в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, что в декабре 2018 г. его здание, расположенное по адресу: <адрес> отключили от электролинии. Он обратился в ООО «<данные изъяты>» с просьбой временно подключить электролинии к его зданию, где ФИО13 направил его к главному энергетику их предприятия – ФИО2, который решал все вопросы с подключением электроэнергии. ФИО2 сказал, что для проведения линии электропередачи к его зданию необходимо заключить договор. Проект договора передачи электрической энергии на электронную почту ему прислал ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, перед этим пояснил, что для заключения договора между ним и ООО «<данные изъяты>» будут работать юристы ООО «<данные изъяты>». Договор передачи электроэнергии был им подписан и передан ФИО2 в период с 20 января по 25 января 2019 г. Он периодически спрашивал ФИО2 про договор, но последний постоянно на что-то ссылался. Позже ФИО2 сказал, что можно подключаться, что договор будет подписан в скором времени. ФИО2 являлся сотрудником из числа руководителей ООО «<данные изъяты>», поэтому оснований не верить у него не было. ФИО2 сказал, что ему необходимо поставить столб на территории ООО «<данные изъяты>» за своим зданием. Для этих целей он нанял ФИО5, которым приобретены самонесущие изолированные провода, все комплектующие. Примерно 1-3 февраля 2020 г. все было подготовлено, он договорился с ФИО2 о подключении к трансформатору ООО «<данные изъяты>». При установке и проведении линии от трансформатора он не присутствовал, данные работы проводил ФИО5 и ФИО2. 4 февраля 2019 г. он подключился к линии ООО «<данные изъяты>». У него с ФИО1 была договоренность, что последний ежемесячно ему будет скидывать показания счетчика, который находится на территории ООО «<данные изъяты>», а он будет оплачивать по тарифу 6 рублей 50 копеек за 1 кВт/час потребленной электроэнергии, которые будет скидывать на банковскую карту ФИО2, либо наличными, при этом никаких документов он не составлял. У него был установлен свой счетчик, и он сверял данные, которые ему сообщал ФИО2 с данными своего счетчика, которые совпадали. Он полагал, что ФИО2 вносит денежные средства, принятые от него за потребленную электроэнергию в кассу ООО «<данные изъяты>». Общая и фактически переданная им сумма денежных средств ФИО2 составила <данные изъяты> рублей, а именно: за фактически потребленную электроэнергию за февраль 2019 г. ФИО2 он перевел <данные изъяты> рублей через мобильное приложение ПАО «<данные изъяты>» на банковскую карту ПАО «<данные изъяты>» на имя ФИО2 4 марта 2019 г., <данные изъяты> рублей наличными 6 марта 2019 г., то есть за февраль он передал ему <данные изъяты> рублей. За март 2019 г. он передал ФИО2 4 апреля 2019 г. наличными <данные изъяты><данные изъяты>; за апрель 2019 г. 29 апреля 2019 г. наличными <данные изъяты> рублей передала ФИО3, о чем имеется подпись ФИО2 в журнале. Было оплачено больше, чем полагалось, переплата перешла на следующий месяц в сумме <данные изъяты><данные изъяты>. За май 2019 г., с вычетом ранее переплаченной суммы, он передал ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 <данные изъяты><данные изъяты>. За июнь 2019 г. он должен был оплатить согласно показаниям счетчика <данные изъяты> рубль, но он передал ФИО2 3 июля 2019 г. наличными <данные изъяты> рублей. Может пояснить это тем, что когда считал показания, он ошибся и произвел оплату больше, чем положено было, когда он это выяснил, то ему было все равно, так как он знал, что переплата в последующем будет учтена при следующем платеже. В итоге за июнь месяц образовалась переплата в сумме <данные изъяты> рублей, которая автоматически должна была перейти на следующий месяц. За июль и август 2019 г. с учетом ранее переплаченных денег, он должен был оплатить <данные изъяты> рубля, которые он не оплатил. За потребление электроэнергии за сентябрь 2019 г. он оплатил ДД.ММ.ГГГГ в сумме <данные изъяты> рублей непосредственно в ООО «<данные изъяты>». Должен был оплатить <данные изъяты> копеек, но не доплатил <данные изъяты> рубля. Представленный ему проект договора «<данные изъяты>, был им редактирован ДД.ММ.ГГГГ (внесены реквизиты сторон), после чего распечатан, ФИО1 передан лично с его подписью в период с 21 января до 25 января 2019 г. При встречах он у ФИО2 спрашивал, когда он передаст ему его экземпляр договора, на что тот говорил, что его экземпляр подписан и находится у руководства. Ему выставлен иск ООО «<данные изъяты>» на сумму <данные изъяты> рублей за потребленное электричество, за которое он уже оплачивал. Считает, что ФИО2 его обманул и причинил ему материальный ущерб в сумме <данные изъяты> рублей. Данный ущерб для него является значительным (т. 2 л.д. 9-15);

- свидетеля ФИО13, советника генерального директора ООО «<данные изъяты>», что в 2018 г. ФИО27 обратился с письмом к генеральному директору ООО «<данные изъяты>» с просьбой подключения электроэнергии его здания «<данные изъяты>» от ООО «<данные изъяты>». Он это письмо передал ФИО2, который привел ФИО27, они прошли по территории, он сказал ФИО27 поставить счетчик, столб, протянуть кабель. ФИО2 сказал завести учет в виде журнала. Вопрос оплаты с ФИО27 им не обсуждался и договор не проверялся. У них существует определенная практика подписания договоров: есть лист согласования по разным отделам и начальникам, которыми в проект договора вносятся поправки, он фиксируется в тетрадке у секретарей, когда уходит на согласование. Согласно приказу секретарь отдает на согласование новые договоры, каждый отдел должен его рассмотреть, внести свои замечания. Куратором данного договора был ФИО2, он должен был вести договор до конца;

- свидетеля ФИО14, что по договоренности с ФИО27 он осуществил подключение электроэнергии от ООО «<данные изъяты>» к «<данные изъяты>» с установлением опоры и счетчика. При производстве работ ему делали пропуск на территорию молокозавода, где он устанавливал счетчик. У ФИО27 счетчик уже стоял;

- свидетеля ФИО15, старшего секретаря ООО «<данные изъяты>», что имеется внутренняя тетрадь между всеми специалистами для подписания договоров. Куратор сдает договор и в течение 2-х суток договор должен быть подписан, то есть 2 часа договор находится у каждого специалиста на согласовании. Договор с ИП ФИО27, куратором которого был ФИО2, был согласован только с главным бухгалтером, финансовым отделом, техникой безопасности, но до планово-экономического отдела он не дошел. Соответственно, он не попал ни к юристам, ни к генеральному директору, так как ФИО2 забрал данный договор на доработку;

- свидетеля ФИО25, заместителя генерального директора по безопасности ООО «<данные изъяты>», что ФИО2 устроился в ООО «<данные изъяты>» в конце августа 2018 г. на должность главного энергетика. В его должностные обязанности входило обеспечение функционирования предприятия в части энергетического снабжения, контроль, учет энергии. После увольнения ФИО2 пришел Потерпевший №1 с вопросом, каким образом ему производить расчет за потребляемую электроэнергию. Была проведена проверка по данному факту и установлено, что за период работы ФИО2 между ИП Потерпевший №1 и ООО «<данные изъяты>» была проведена линия энергоснабжения. ФИО16 расплачивался с ФИО2, при этом деньги в кассу не поступали. Куратором договора был ФИО2, договор проходил начальную проверку в структурах организации, в частности проходил проверку у него как у заместителя по безопасности, дальше договор был пущен по пути согласования. Но путь этот договор до конца не прошел, подписан не был, соответственно в силу не вступил. Со слов Потерпевший №1 знает, что суммы денежных средств, которые он заплатил ФИО2 за потребленную электроэнергию, совпадают с показаниями счетчика, установленного на территории ООО «<данные изъяты>», то есть <данные изъяты> рублей;

- свидетеля ФИО17, главного инженера ООО «<данные изъяты>», что в середине октября 2019 г. к нему обратился Потерпевший №1, каким образом оплачивать за электроэнергию, поскольку оплату он производил ФИО2 От бухгалтеров узнал, что от Потерпевший №1 они никаких платежей не принимали, о чем он доложил руководителю ФИО9 После разговора с ФИО27 он прошел на подстанцию, где установлен счетчик электроэнергии, зафиксировал показания. С Потерпевший №1 выяснили, что счетчик был установлен новый и тот объем, который зафиксирован, полностью подлежал оплате. Энергоснабжающей организацией ООО «<данные изъяты>» является ПАО <данные изъяты>. Куратором по оплате счетов за потребленную энергию является главный энергетик, оплату производит финансовый отдел по заявкам главного энергетика. Коммерческие учеты ООО «<данные изъяты>» расположены до счетчика, установленного ФИО27. На предприятии штук 20 счетчиков, которые стоят для внутреннего анализа. Счетчик, установленный Потерпевший №1, расположен ниже, то есть весь учет, который на нем зафиксирован, проходит через головной учет;

- свидетеля ФИО10, продавца-консультанта ИП ФИО27, что в ее обязанности входит продажа, предоставление услуг, расчет за товары у ФИО27. В журнале расходов записывается оплата по месяцам за потребленную энергию, что дублируется в программе «Excel». ФИО2 в конце апреля 2019 г. приходил по месту их работы, где она ему передала <данные изъяты> рублей, о чем Бозылев расписался в журнале. Знает, что Потерпевший №1 кто-то звонил и говорил, какую сумму нужно внести за потребленную электроэнергию. ФИО27 брал деньги из кассы, что помечалось в журнале;

- свидетеля ФИО18, специалиста по безопасности ПАО «<данные изъяты>», что ФИО19 4 марта 2019 г. был осуществлен перевод в сумме <данные изъяты> рублей со своей карты на карту «<данные изъяты>».

Кроме того, вина ФИО1 в инкриминируемом ему деянии также подтверждается следующими доказательствами:

- протоколом осмотра места происшествия, согласно которому в подвальной части помещения по адресу: <адрес>, установлен прибор учета электроэнергии, а также столб с обратной стороны здания, через который из подвальной части здания идет электролиния на территорию ООО «<данные изъяты>» (т. 1 л.д. 22-27);

- протоколом осмотра места происшествия, согласно которому осмотрен участок местности, прилегающий к территории ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>. Потерпевший №1 пояснил, что именно там он передавал денежные средства ФИО2 с 08 часов до 16 часов (т. 1 л.д. 28-33);

- протоколом осмотра места происшествия, согласно которому осмотрено распределительное устройство, расположенное на территории ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес> (т. 1 л.д. 36-41);

- копией трудового договора №, дополнительного соглашения и приказа № о принятии ФИО2 на работу ООО «<данные изъяты>» на должность главного энергетика, в обязанности которого не входило заключение договоров на передачу электроэнергии, получение денежных средств от субабонента за потребленную электроэнергию (т. 1 л.д. 74-84);

- справкой № от 10 марта 2021 г., что между ООО «<данные изъяты>» и <данные изъяты> заключен договор передачи электрической энергии с 1 октября 2019 г., ранее договоров на передачу электрической энергии не заключалось;

- постановлением о производстве выемки, согласно которому изъята книга учета (т. 1 л.д. 128), которая осмотрена и признана вещественным доказательством (т. 1 л.д. 131-134);

- копией истории операций по карте № и счету, принадлежащем потерпевшему Потерпевший №1 был осуществлен перевод в сумме <данные изъяты> рублей на карту № <данные изъяты> (т. 1 л.д. 53);

- копией договора, вариант которого был подписан Потерпевший №1 и передан ФИО2 (т. 1 л.д. 142- 143);

- копиями журнала регистрации согласования договоров с контрагентами, предоставленного в судебное заседание, государственным обвинителем, а также приказов №№ 76, 85.

- протоколом осмотра места происшествия, согласно которому осмотрено помещение одноэтажного здания по адресу: <адрес>, в ходе которого ФИО10 пояснила, где передала ФИО2 <данные изъяты> рублей (т. 2 л.д. 66-68).

Приведенные показания потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей и письменные доказательства полностью согласуются между собой, каких-либо существенных для доказывания противоречий не имеют. Оснований для оговора подсудимого потерпевшим и свидетелями не установлено. В связи с чем суд апелляционной инстанции признает приведенные доказательства относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами по уголовному делу.

Оценив в совокупности исследованные доказательства с точки зрения относимости, допустимости и достаточности для разрешения уголовного дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности вины ФИО2, поскольку показания потерпевшего Потерпевший №1 о передаче им денежных средств за потребленную электроэнергию подтверждаются исследованными судом первой инстанции доказательствами, а именно показаниями свидетеля ФИО10 о передаче ФИО2 <данные изъяты> рублей, сведениями ПАО «<данные изъяты>» о перечислении ФИО19 4 марта 2019 г. <данные изъяты> рублей на карту «<данные изъяты>».

Доводы осужденного ФИО2 и его защитников, что счетчик на территории предприятия Потерпевший №1 не был опломбирован, не влияют на доказанность его вины в инкриминируемом деянии, так как судом установлено, что счетчик на своей территории потерпевший Потерпевший №1 поставил для сверки показаний с данными, которые ФИО2 называл ему о потребленной электроэнергиии и которую он оплачивал по тарифу, передавая ФИО2 денежные средства, при этом каких-либо расхождений в показаниях не было.

Доводы осужденного ФИО2 и его защитников, что потерпевший Потерпевший №1C. перепродавал полученную электроэнергию, за что получал денежные средства на общую сумму более <данные изъяты> рублей, не подлежат рассмотрению, поскольку данное обстоятельство не является предметом рассмотрения настоящего уголовного дела.

Потерпевший Потерпевший №1 показал, что причиненный преступлением материальный ущерб в сумме <данные изъяты> рублей для него является значительным, данную позицию поддержала в суде апелляционной инстанции представитель потерпевшего адвокат Максимович Н.А.

Из показаний потерпевшего Потерпевший №1 следует, что его ежемесячный доход составляет около <данные изъяты> рублей, имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка, сожительница получает заработную плату <данные изъяты> рублей, на него зарегистрировано 6 автомобилей, часть которых используется в его предпринимательской деятельности «<данные изъяты>», имеет также в собственности квартиры, полученные в качестве наследства после смерти отца, ежемесячно оплачивает за них коммунальные услуги, несет расходы по предпринимательской деятельности, при таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что ущерб в сумме <данные изъяты> рублей является значительным для потерпевшего Потерпевший №1

С учетом вышеизложенного действия ФИО2 подлежат квалификации по ч. 2 ст. 159 УК РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества, путем обмана, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину.

Вопреки доводам жалобы осужденного ФИО2, судом первой инстанции с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, были разрешены его ходатайства о допуске в качестве защитника наряду с адвокатом другого лица Кочкуркина С.Г., отказ в удовлетворении указанных ходатайств судом первой инстанции надлежащим образом мотивирован.

В соответствии с ч. 2 ст. 49 УПК РФ суд вправе, но не обязан допустить наряду с адвокатом в качестве защитника иное лицо. Отказ в удовлетворении ходатайств не нарушил права осужденного на защиту, поскольку ФИО2 был обеспечен помощью профессионального адвоката Кутасевич Н.Л., при рассмотрении уголовного дела в суде, от услуг которой он не отказывался, ходатайств о замене адвоката не подавал. При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции полагает, что право ФИО2 на защиту было реализовано в полном объеме.

Результаты рассмотрения данных ходатайств не повлияли на полноту и всесторонность судебного разбирательства.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами осужденного о том, что судом первой инстанции была нарушена процедура рассмотрения дела, что 10 марта 2021 г. в судебном заседании судом первой инстанции были проведены прения сторон, после чего 24 марта 2021 г. ему предоставлено последнее слово. Однако после совещательной комнаты суд, не возобновляя судебное следствие, вновь предоставил ему последнее слово, что противоречит нормам ст. 295 УПК РФ.

Как следует из протокола судебного заседания 10 марта 2021 г. после окончания судебного следствия, суд перешел к выслушиванию прений, заслушал выступления государственного обвинителя Буровой А.Е., гражданского истца ФИО21, потерпевшего Потерпевший №1, 15 марта 2021г. слово в судебных прениях было предоставлено подсудимому ФИО2 и адвокату Кутасевич Н.Л., затем объявлен перерыв до 13 апреля 2021 г. (т. 2 л.д. 36-47). В указанный день председательствующий объявил о возобновлении судебного следствия в связи с вступлением нового государственного обвинителя Мишаковой У.Н., с участием которой вновь были проведены судебные прения, предоставлено последнее слово подсудимому ФИО2 и суд удалился в совещательную комнату (т. 3 л.д. 55-61).

Определяя вид и меру наказания ФИО2 суд апелляционной инстанции учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории преступлений средней тяжести, влияние назначенного наказания на исправление осужденного, на условия его жизни и имеет регистрацию (т. 1 л.д. 187), что на момент совершения преступления ФИО2 не судим (т.1 л.д. 191), не состоит на учете у врача-психиатра и врача-нарколога (т. 1 л.д. 193,194), по месту жительства <данные изъяты> характеризуется удовлетворительно, к административной ответственности не привлекался (т. 1 л.д. 205, 207), имеет хронические заболевания.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2 в соответствии со ст. 61 УК РФ, суд апелляционной инстанции признает частичное признание вины ФИО2 на стадии судебного следствия признание факта получения им <данные изъяты> рублей от потерпевшего Потерпевший №1, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка сожительницы, состояние его здоровья, наличие хронических заболеваний, состояние здоровья его близких родственников, совершение преступления средней тяжести впервые.

Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, в действиях ФИО2 не установлено.

Оснований для применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ не имеется.

Исключительных обстоятельств как отдельных, так и в совокупности, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного ФИО2 преступления, позволяющих применить положения ст. 64 УК РФ, не усматривается.

Оснований для применения ФИО2 положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, предусматривающих возможность изменения, при определенных условиях, категории совершенного преступления, на менее тяжкую, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Учитывая личность подсудимого ФИО2, его материальное положение, возраст, состояние здоровья его и его близких, обстоятельства совершенного преступления, предмета преступного посягательства, отсутствие ограничений, предусмотренных ст. 49 УК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о возможности исправления ФИО2 без изоляции от общества и назначить ему наказание в виде обязательных работ, что именно такое наказание будет являться справедливым и в наибольшей степени обеспечит достижение его целей, указанных в ст. 43 УК РФ и в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ.

В ходе предварительного следствия потерпевшим Потерпевший №1 заявлен гражданский иск о возмещении материального ущерба в размере <данные изъяты> рублей (т.2 л.д. 46).

Рассматривая гражданский иск Потерпевший №1, суд апелляционной инстанции находит его подлежащим удовлетворению на основании ст. 1064 ГК РФ, в связи с тем, что ущерб причинен потерпевшему в результате умышленных действий подсудимого ФИО2 и до настоящего времени не возмещен.

Заявленный гражданский иск ООО «<данные изъяты>» (т. 2 л.д. 56) к потерпевшему Потерпевший №1, суд апелляционной инстанции считает необходимым оставить без рассмотрения, поскольку он подлежит рассмотрению в ином порядке.

В соответствии со ст.ст. 131, 132 УПК РФ суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае его участия в уголовном судопроизводстве по назначению, являются процессуальными издержками, которые взыскиваются с осужденного или возмещаются за счет средств федерального бюджета. При этом согласно ч. 6 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета в случае имущественной несостоятельности лица, с которого они должны быть взысканы.

В связи с назначением адвоката в порядке ст. 50 УПК РФ, произведена оплата адвокату Яхно Н.В. в сумме <данные изъяты> рублей (т. 1 л.д. 222), ФИО6 в сумме <данные изъяты> рублей (т. 2 л.д. 115), по оказанию ими юридической помощи при защите интересов ФИО2 в ходе предварительного следствия.

Согласно разъяснениям Конституционного Суда РФ, выраженным в Определениях от 13 июля 2002 г. № 142-0, 12 ноября 2008 г. № Ю74-0-П, в силу взаимосвязанных положений ст. ст. 35, 45, 46, 48 и 56 (часть 3) Конституции РФ, а также основанных на них положениям УПК РФ, включая ст. ст. 131, 132, процессуальные издержки могут быть взысканы с осужденного только по решению суда, порядок принятия такого решения должен гарантировать защиту его прав и отвечать критериям справедливого судебного разбирательства. При этом вопрос о наличии основания для освобождения лица от возмещения процессуальных издержек должен быть самостоятельным предметом судебного разбирательства и осужденному должна быть предоставлена возможность довести до суда свою позицию по поводу суммы взыскиваемых издержек и своего имущественного положения.

Указанные требования закона судом первой инстанции выполнены (т. 3 л.д. 36).

ФИО2 является трудоспособным, инвалидности либо ограничений к труду не имеет, на его иждивении находится один несовершеннолетний ребенок сожительницы. ФИО2 от назначенного его защитника не отказывался, напротив ходатайствовал о предоставлении ему защитника по назначению (т. 1 л.д. 169, 170, т. 2 л.д. 69-71), каких-либо сведений об имущественной несостоятельности ФИО2, суду не представлено. При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что оснований для освобождения ФИО2 от уплаты процессуальных издержек или уменьшения размера такого взыскания, предусмотренных ч. 6 ст. 132 УПК РФ, не имеется. С ФИО2 подлежат взысканию процессуальные издержки в сумме <данные изъяты> рублей в пользу федерального бюджета, в связи с чем доводы апелляционной жалобы в этой части удовлетворению не подлежат.

Оснований для избрания меры пресечения в отношении ФИО2 в соответствии с требованиями п. 10 ч. 1 ст. 308 УПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств надлежит разрешить в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

ФИО2 был осужден приговором Абаканского городского суда Республики Хакасия (с учетом апелляционного определения Верховного Суда Республики Хакасия от 10 сентября 2020 г.) по п. «г» ч. 7 ст. 204 УК РФ к 5 годам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 58 от 22 декабря 2015 г. (в редакции от 18 декабря 2018 г.) «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», в тех случаях, когда в отношении условно осужденного лица будет установлено, что оно виновно в другом преступлении, совершенном до вынесения приговора по первому делу, правила ч. 5 ст. 69 УК РФ не подлежат применению, поскольку в ст. 74 УК РФ дан исчерпывающий перечень обстоятельств, на основании которых возможна отмена условного осуждения. В таких случаях приговоры по первому и второму делам исполняются самостоятельно.

Таким образом, приговор Абаканского городского суда Республики Хакасия от 30 июля 2020 г. в отношении ФИО2 подлежит самостоятельному исполнению.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 304, 307, 308, 309, 389.13, 389.14, 389.20, 389.23, 389.28, 389.32 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПРИГОВОРИЛ:

приговор Саяногорского городского суда Республики Хакасия от 20 апреля 2021 года в отношении ФИО2 отменить и постановить новый приговор.

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ и назначить ему наказание в виде обязательных работ на срок 400 (четыреста) часов.

Меру пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении осужденному ФИО2 отменить.

Взыскать с ФИО2 в счет возмещения причиненного материального ущерба в пользу Потерпевший №1 <данные изъяты> рублей.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета Российской Федерации процессуальные издержки в сумме <данные изъяты> рублей, связанные с участием в ходе предварительного следствия адвокатов по назначению.

Исковые требования ООО «<данные изъяты>» к потерпевшему Потерпевший №1 оставить без рассмотрения.

Вещественное доказательство книгу учета №» оставить у потерпевшего Потерпевший №1

Приговор Абаканского городского суда Республики Хакасия от 30 июля 2020 г. в отношении ФИО2 исполнять самостоятельно.

Апелляционный приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

При подаче кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий И.В. Апосова

<данные изъяты>