Апелляционное определение № 22-578/2026 от 12 апреля 2026 г.Забайкальский краевой суд (Забайкальский край) - Уголовное Председательствующий по делу Дело № 22-578/2026 Судья Шагеева О.В. г. Чита 13 апреля 2026 года Судебная коллегия по уголовным делам Забайкальского краевого суда в составе: председательствующего судьи ОМА, судей: ЛТВ БАВ при секретаре судебного заседания Ш, с участием: старшего прокурора отдела прокуратуры Забайкальского края Д, осужденных МРВ, МОГ, МЕА, защитников К, ШИА, С, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора <адрес> Н, апелляционным жалобам адвокатов К и В (в интересах осужденного МРВ), адвоката ШИА (в интересах осужденного МОГ) на приговор Каларского районного суда <адрес> от <Дата>, которым, МРВ, <Дата> года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, не судимый, - осужден по ч.8 ст. 204 УК РФ к 8 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с заключением договоров, организацией строительства, контролем строительства и приемкой работ в коммерческих организациях горно-металлургической отрасли при строительстве объектов сроком 3 года 6 месяцев; МОГ, <Дата> года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, не судимый, - осужден по ч.4 ст. 204 УК РФ к 5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с лишением права заниматься деятельностью в коммерческих организациях, связанной со строительством объектов промышленных предприятий, относящихся к горно-металлургической области сроком 3 года, со штрафом в размере <данные изъяты> рублей; МЕА, <Дата> года рождения, уроженка <адрес>, гражданка РФ, не судимая, - осуждена по ч.3 ст. 204.1 УК РФ к 4 годам лишения свободы. На основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 4 года с возложением обязанностей: - встать на учет в специализированный государственный орган, осуществляющий исправление осужденного, в течение 10 дней с момента вступления приговора в законную силу; - не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденного; - один раз в месяц являться на регистрацию в данный государственный орган. Срок дополнительного наказания МРВ в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с заключением договоров, организацией строительства, контролем строительства и приемкой работ в коммерческих организациях горно-металлургической отрасли при строительстве объектов, МОГ в виде лишения права заниматься деятельностью в коммерческих организациях, связанной со строительством объектов промышленных предприятий, относящихся к горно-металлургической области, постановлено исчислять с момента отбытия ими основного наказания в виде лишения свободы, распространив его на все время отбывания наказания в виде лишения свободы. Назначенное МОГ наказание в виде штрафа постановлено исполнять самостоятельно. Мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении МРВ и МОГ оставлена без изменения, до вступления приговора в законную силу. Срок наказания МРВ и МОГ в виде лишения свободы постановлено исчислять с момента вступления приговора в законную силу. В срок лишения свободы зачтено время содержания под стражей: - МРВ в соответствии с п. «а» ч.3.1 ст. 72 УК РФ с <Дата> и до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима; - МОГ в соответствии с п. «б» ч.3.1 ст. 72 УК РФ с <Дата> и до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. В отношении МЕА мера пресечения в виде запрета определенных действий изменена на подписку о невыезде и надлежащем поведении, до вступления приговора в законную силу. У МРВ конфискована денежная сумма в размере <данные изъяты> рублей, соответствующая размеру денежных средств, полученных им в виде предмета коммерческого подкупа. Обращено взыскание на денежные средства МРВ в сумме <данные изъяты> рублей и <данные изъяты> евро, находящиеся на хранении в СУ СК России по <адрес>; денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей 85 копеек, находящиеся на счете №, открытом в АО <данные изъяты>» на имя МРВ Арест на автомобиль марки «<данные изъяты>, <Дата> года выпуска с государственным регистрационным знаком №, идентификационный номер № сохранен до исполнения приговора в части конфискации денежных средств. Арест на имущество: 1/2 долю земельного участка по адресу: <адрес>, с/<адрес>, ст-ца. <адрес>, <адрес>А, с кадастровым номером: №, площадью 947 кв. м., 1/2 долю земельного участка по адресу: <адрес>, с/<адрес>, ст-ца. <адрес>, <адрес> кадастровым номером: № площадью 1073 кв. м., 1/2 долю земельного участка по адресу: <адрес>, с/<адрес>, ст-ца. <адрес>, <адрес>Б с кадастровым номером: № площадью 952 кв. м., 1/2 долю земельного участка по адресу: <адрес>, <адрес> кадастровым номером: №, площадью 2922 кв.м, принадлежащее МОГ, сохранен до исполнения настоящего приговора в части назначенного дополнительного наказания в виде штрафа. С имущества, принадлежащего МОГ – жилого помещения по адресу: <адрес>, с кадастровым номером: №, площадью 119,2 кв. м., 1/2 доли здания по адресу: <адрес> 1, №, строение 1, с кадастровым номером: №, площадью 897,8 кв.м., 1/2 доли земельного участка по адресу: <адрес>, <адрес>, с кадастровым номером: № площадью 1526 кв. м., 1/2 доли здания по адресу: <адрес>, БСИ-2, квартал 1, №, с кадастровым номером: №, площадью 248,3 кв.м., арест постановлено снять. Разрешена судьба вещественных доказательств. Заслушав доклад судьи ОМА, изложившей содержание приговора, апелляционного представления, апелляционных жалоб, возражений, мнения осужденных МРВ, МОГ, МЕА, адвокатов К, ШИА, С, поддержавших доводы апелляционных жалоб и возражавших против доводов апелляционного представления, заключение прокурора Д, просившей приговор изменить по доводам апелляционного представления, в удовлетворении апелляционных жалоб отказать, судебная коллегия, У С Т А Н О В И Л А: МРВ признан виновным и осужден за незаконное получение лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, денег за совершение действий в интересах дающего и иных лиц, если указанные действия входят в служебные полномочия такого лица, и если оно в силу своего служебного положения может способствовать указанным действиям, за заведомо незаконные действия (бездействие), совершенные в особо крупном размере. МОГ осужден за незаконную передачу лицу, выполняющему управленческие функции в коммерческой организации, денег за совершение действий в интересах дающего и иных лиц, если указанные действия входят в служебные полномочия такого лица, и если оно в силу своего служебного положения может способствовать указанным действиям, за заведомо незаконные действия (бездействие), совершенные в особо крупном размере. МЕА осуждена за посредничество в коммерческом подкупе, то есть непосредственную передачу предмета коммерческого подкупа (незаконного вознаграждения) по поручению лица, передающего предмет коммерческого подкупа, и лица, получающего предмет коммерческого подкупа, и иное способствование этим лицам в достижении и реализации соглашения между ними о передаче и получении предмета коммерческого подкупа, за заведомо незаконные действия (бездействие), совершенное в особо крупном размере. Преступления совершены при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. В апелляционном представлении прокурор <адрес> Н, не оспаривая установленных судом фактических обстоятельств, совершенных МРВ, МОГ и МЕА преступлений, доказанности их вины, считает приговор подлежащим изменению в сторону ухудшения положения осужденных в связи с нарушением требований уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, несправедливостью приговора вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания. Полагает, что при постановлении обвинительного приговора в отношении МРВ и МЕА судом дана неверная оценка характеру и степени общественной опасности совершенных осужденными преступлений, личности виновных, что повлекло назначение им несправедливого наказания. Считает, что при указанных в приговоре обстоятельствах совершения МЕА тяжкого преступления, обладающего высокой общественной опасностью, непризнания ею вины, отсутствии раскаяния, а также с учетом того, что осужденная раскрытию и расследованию преступления не способствовала, исключительных обстоятельств, связанных с ее личностью, поведением во время и после совершения преступления, целями, мотивами преступления, степенью осуществления преступного намерения, способами и методами его совершения, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления и позволяющих сделать вывод о возможности исправления МЕА при назначении ей условного наказания не установлено, назначение наказания с применением положений ст. 73 УК РФ не отвечает принципу справедливости, в связи с чем, указание на их применение необходимо исключить, отбывание МЕА наказания определить в колонии общего режима. Кроме того, автор представления выражает несогласие с выводами суда относительно отсутствия оснований для назначения МРВ дополнительного наказания в виде штрафа, кратного сумме коммерческого подкупа, предусмотренному санкцией ч.8 ст. 204 УК РФ. Считает, что судом дана неверная оценка тяжести, общественной опасности преступления и имущественному положению осужденного и его семьи, неприменение к МРВ наказания в виде штрафа является несправедливым. Обращает внимание, что судом не зачтено в срок лишения свободы время нахождения МРВ и МОГ под домашним арестом с <Дата> по <Дата> из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей или лишения свободы. Просит приговор изменить. Назначить МРВ дополнительное наказание в виде штрафа в размере однократной суммы коммерческого подкупа – <данные изъяты> рублей. Назначить МЕА наказание в виде лишения свободы сроком 5 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Меру пресечения в виде запрета определенных действий изменить на заключение под стражу, взять под стражу в зале суда. На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть время ее содержания под стражей с <Дата> по <Дата>, а также до вступления приговора в законную силу в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. В соответствии с п. 3.4 ст. 72 УК РФ зачесть в срок лишения свободы время нахождения с <Дата> по <Дата> МРВ МОГ под домашним арестом из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы. В остальной части приговор оставить без изменения. В возражениях на доводы апелляционного представления осужденная МЕА, выражает несогласие с доводами апелляционного представления, просит в его удовлетворении отказать, приговор в отношении МЕА оставить без изменения. В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат К в защиту интересов осужденного МРВ выражает несогласие с приговором суда, считает, что уголовное дело было рассмотрено Каларским районным судом Забайкальского края с нарушением правил подсудности. Исходя из предъявленного МРВ обвинения следует, что им совершено одно особо тяжкое продолжаемое преступление, которое начато в <адрес> и окончено в <адрес>; МОГ обвиняется в совершении одного тяжкого продолжаемого преступления, которое начато в <адрес>, а окончено в <адрес>; МЕА обвиняется в совершении одного тяжкого преступления, которое начато и окончено в <адрес>. Ссылаясь на нормы уголовно-процессуального закона и Конституцию РФ считает, что особо тяжкое преступление, предусмотренное ч.8 ст. 204 УК РФ должно было быть рассмотрено судом в <адрес>, преступление, предусмотренное ч.4 ст. 204 УК РФ должно быть рассмотрено судом в <адрес>, тяжкое преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 204.1 УК РФ должно быть рассмотрено в <адрес>. Полагает, что разрешение дела с нарушением правил подсудности не отвечает требованию справедливого правосудия, поскольку, суд не уполномоченный на рассмотрение конкретного дела, не является по смыслу ст. 47 Конституции РФ законным судом, а принятые в результате такого рассмотрения судебные акты не обеспечивают гарантии прав и свобод в сфере правосудия. Кроме того, автор жалобы указывает, что из предъявленного МРВ обвинения не следует, что его действия причинили какой-либо ущерб ООО «<данные изъяты>» или интересам других организаций, граждан, общества или государства. Поводом к возбуждению уголовного дела стало заявление заместителя генерального директора ООО «<данные изъяты>» ФИО1 №30, который не является руководителем Общества, а в материалах уголовного дела отсутствует доверенность, которая давала бы ему полномочия на дачу согласия о возбуждении уголовного дела в отношении не только МРВ, но и любого лица. Действия МРВ, указанные в обвинении относятся к преступлениям против интересов службы в коммерческих и иных организациях, объединенных главой 23 УК РФ, следовательно, при возбуждении уголовного дела орган предварительного следствия должен был располагать заявлением руководителя ООО «<данные изъяты>» как единого исполнительного органа – органа управления организацией о привлечении к уголовной ответственности МРВ или получить согласие руководителя Общества на привлечение его к уголовной ответственности, поскольку именно в полномочия генерального директора ООО «<данные изъяты>» входило назначение МРВ на должность и его увольнение. Согласие коммерческой организации на возбуждение уголовного дела в этом случае является обязательным условием для возбуждения публичного уголовного преследования, обстоятельства, указанные в ст. 23 УПК РФ устанавливаются в результате проверки заявления, проведенной в порядке ст. 144 УПК РФ, то есть до возбуждения уголовного дела. Как следует из материалов уголовного дела, заявление о привлечении к уголовной ответственности МРВ, а также согласия на его привлечение к уголовной ответственности от руководителя ООО «<данные изъяты>» не поступало. Согласно постановлению о возбуждении уголовного дела, уголовное дело в отношении МРВ возбуждено на основании рапорта об обнаружении признаков состава преступления, предусмотренного ч.8 ст. 204 УК РФ, вместе с тем, ни в одном документе, имеющемся в материалах дела, не имеется заявления о возбуждении уголовного дела, либо выраженного согласия на возбуждение уголовного дела генерального директора ООО «<данные изъяты>» на апрель <Дата> года. Из заявления ФИО1 №30 также не следует, что он просит возбудить уголовное дело в отношении МРВ, а те обстоятельства, которые им были указаны, материалами дела не подтверждаются. Обращает внимание на то, что судом указано, что преступные действия подсудимых затронули не только интересы ООО «<данные изъяты>» но и интересы общества и государства, выразившиеся в нарушении таких принципов как законность и равенство всех перед законом, недопустимость извлечения преимуществ из незаконного или недобросовестного поведения, гарантированных ст. ст. 4, 6, 19 Конституции РФ, ст. 1, 422 ГК РФ, однако такие последствия, ни одному из осужденных в обвинении не вменялись, а судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Считает, что стороной обвинения не было доказано, что МРВ в соответствии со своими должностными обязанностями мог лоббировать интересы ООО «<данные изъяты>» тех или иных субподрядных организаций, а также мог выполнять иные действия в интересах ООО «<данные изъяты>». В обвинении, предъявленном МРВ, не указано, что МОГ передал, а МРВ получил денежные средства при посредничестве супруги МЕА, что исключает возможность осуждения указанных лиц. Полагает, что отсутствие в материалах уголовного дела должностной инструкции, а также приказа о возложении на МРВ какого-то обязательства в плане контроля за исполнением договора, заключенного между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» исключает возможность признания его виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 204 УК РФ. Наличие доверенностей, перечисленных в обвинении и исследованных в судебном заседании, никак доводы обвинения не подтверждают, поскольку Дирекции по строительству, а также исполнению договора, заключенного между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», не имеют. Считает, что доказательства, имеющиеся в материалах дела, не отвечают признакам допустимости. Указывает, что исходя из материалов дела, усматривается, что записи в аудиофайлах ОРМ «<данные изъяты>» получены ранее, чем получено разрешение на проведение ОРМ, а вывод суда о том, что сведения о совершении МРВ преступления могли быть получены в рамках дела оперативной разработки «<данные изъяты>», является недопустимым, поскольку, приговор суда может быть основан только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, то, что могло быть получено в рамках дела оперативной разработки «<данные изъяты>» в судебном заседании не исследовалось. В дополнениях указывает, что суд первой инстанции счел показания МРВ недостоверными, поскольку они противоречат заключению психолого-лингвистической экспертизы, вместе с тем, данное заключение основано на аудиозаписях, которые сторона защиты считает недопустимым доказательством. Отмечает, что с <Дата> МРВ в соответствии с вновь выданной доверенностью № от <Дата> не обладал какими-либо полномочиями по заключению договоров, подписанию актов выполненных работ или оказанных услуг, а сами записи, если считать даты их производства - с <Дата> достоверными, произведены за пределами предъявленного обвинения и не могут подтверждать события, которые в обвинительном заключении оканчиваются <Дата>. Указывает, что суд, посчитав, что МРВ совершает и готов совершать в будущем действия в интересах МОГ и ООО «<данные изъяты>» не указал, что в указанное время МРВ уже не обладал полномочиями ни по заключению договоров, ни по подписанию каких-либо актов, также суд не указывает на каких именно лиц МРВ имел влияние и в каких конкретно записях имеется голос МЕА Также обращает внимание, что судом указано, что МРВ исходя из аудиозаписей, опасается за то, что к нему могут возникнуть вопросы по работам, выполненным ООО «<данные изъяты>», между тем ни в самом предъявленном обвинении, ни среди доказательств не указано сведений о невыполненных или некачественно выполненных работах ООО «<данные изъяты>», этих обстоятельств касается и указание судом на тендер по КПП. Указывает, что эти обстоятельства не вменялись ни одному из подсудимых, однако судом из аудиозаписи сделан вывод, что МОГ является работником ООО «<данные изъяты>». Считает, что суд, ставя под сомнение факт займа, обосновывает свой вывод отсутствием расписки, между тем, займ является реальной сделкой, то есть обязательство возникает с момента передачи денег, а не с момента составления расписки или договора. Полагает, что суд не принял во внимание то, что денежные средства от МОГ поступали не только с момента трудоустройства МРВ в ООО «<данные изъяты>», при этом доход МРВ сторона обвинения под сомнение не ставила. Ссылаясь на протокол судебного заседания, указывает, что в приговоре не в полном объеме отражены показания свидетелей ФИО1 №10, ФИО1 №9, ФИО1 №11, не проанализированы показания свидетеля ФИО1 №2 о наличии у МРВ доверенностей на подписание документов на предмет дат и должностей, которые занимал МРВ Проводя показания свидетелей, имеющихся в материалах дела, считает, что показания свидетеля ФИО1 №3 не могут быть признаны допустимым доказательством, поскольку он не может указать источник своей осведомленности. Полагает, что суд не разобрался в порядке приемки работ и локально-нормативных актах ООО «<данные изъяты>», регламентирующих данную процедуру. Обращает внимание, что согласно исследованным доказательствам никаких сведений о должностной инструкции МРВ с момента принятия его на работу и до назначения на должность директора по строительству вахтового комплекса в материалах дела не имеется. Также считает, что суд, придя к убеждению, что вина МРВ доказана, так как он принимал как выполненные, так и ненадлежащим образом выполненные работы, при этом их не указывая, а также способствовал совершению подчиненными работниками незаконных действий (бездействия) давая последним обязательные для исполнения указания в виде подписания актов, однако при этом ни в предъявленном обвинении, ни в приговоре не указаны ненадлежащим образом выполненные работы, принятие которых отрицали допрошенные в судебном заседании свидетели. Просит приговор отменить, уголовное дело направить по подсудности в Центральный районный суд <адрес>. В апелляционной жалобе адвокат В в защиту интересов осужденного МРВ выражает несогласие с приговором суда в связи с тем, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, судом допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, обвинительный приговор строился на доводах стороны обвинения, а доводы стороны защиты оставлены без внимания им не дана должная юридическая оценка. Полагает, что судом не был принят во внимание довод стороны защиты о наличии займа в размере <данные изъяты> рублей, возврат которого по версии осужденного и составляет суть указанных в приговоре переводов. Суд отверг эту версию, ссылаясь лишь на отсутствие письменного договора, что не является доказательством ее несостоятельности, тем более что о займе последовательно и стабильно утверждал МРВ, а его супруга подтвердила факт передачи крупной суммы наличными. Считает, что в уголовном деле отсутствуют прямые доказательства подкупа, а обвинение не опровергло версию о займе, а лишь отметило ее отсутствие в документальной форме. Кроме того, полагает, что суд не исследовал возможность накопления МРВ средств к моменту займа. Указывает, что ни в одной из 21 проанализированной аудиозаписи, полученных в ходе ОРМ «<данные изъяты>», не содержится прямого признания в получении подкупа, а используемые фразы могут нести в себе иное значение, суд же автоматически трактовал каждую фразу как доказательство подкупа. Обращает внимание, что МРВ не имел права единолично выбирать подрядчиков, выбор ООО «<данные изъяты>» был сделан тендерным комитетом на основе оценки предложений, подписание актов КС-2 происходило после полного согласования со всеми профильными службами. Никаких официальных претензий к качеству работ со стороны ООО «<данные изъяты>» в ходе проекта не предъявлялось, замечания касались только оформления документации. Считает, что суд, приняв во внимание смягчающие наказание обстоятельства, необоснованно не применил положения ст.64, ч.6 ст. 15 УК РФ, а также считает, что назначение максимально близкого к пределу санкции наказания свидетельствует о формальном и негуманном подходе. Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в ином составе суда, либо переквалифицировать действия МРВ на менее тяжкое преступление, предусмотренное ч.3 ст. 159 УК РФ и назначить минимальное наказание, предусмотренное санкцией данной статьи. В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат ШИА в защиту интересов осужденного МОГ выражая несогласие с приговором суда, указывает, что вывод суда о квалификации действий МОГ не подтвержден доказательствами и противоречит требованиям уголовного закона, доказательства вины в инкриминируемом деянии не нашли своего подтверждения ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного разбирательства. Обращает внимание, что субъектом преступления, предусмотренного ст. 204 УК РФ является лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной организации. МОГ не является заместителем генерального директора ООО «<данные изъяты>», никогда не имел никакого отношения к указанной организации. Принадлежащее МОГ ООО «<данные изъяты>» имеет отношение к строительству горно-металлургического комбината «<данные изъяты>», но исключительно в качестве субподрядчика ООО «<данные изъяты>». На факт заключения договора между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» директор ООО «<данные изъяты>» МРВ никаким образом не влиял и повлиять в силу своего служебного положения не имел никакой возможности. МОГ в лице директора ООО «<данные изъяты>» не обладал правом принимать управленческие решения, обязательные для ООО «<данные изъяты>», не осуществлял контроль за деятельностью ООО «<данные изъяты>» и не мог оказывать влияние на хозяйственные либо управленческие процессы данного юридического лица в силу своего служебного положения. Таким образом, действия, которые по версии суда должны были быть совершены МОГ в интересах ООО «<данные изъяты>» не могли входить в его служебные полномочия, а равно он не мог способствовать их совершению, используя свое должностное положение. При таких обстоятельствах отсутствует обязательный признак состава преступления, предусмотренного ч.4 ст. 204 УК РФ, а именно связь передаваемого вознаграждения с совершением действий (бездействия), входящих в служебные полномочия лица либо обусловленных его управленческими функциями. МОГ признает факт передачи суммы коммерческого подкупа в размере <данные изъяты> рублей МРВ в интересах ООО «<данные изъяты>», директором которого он являлся, таким образом, МОГ вину признал частично, однако назначая столь суровое наказание, суд необоснованно указал непризнание вины МОГ Кроме того, в своих дополнениях автор жалобы указывает, что для квалификации действий по ч.4 ст. 204 УК РФ необходимо достоверно установить субъективное отношение лица к своим действиям, то есть наличие прямого умысла на совершение именно незаконной передачи денежных средств за совершение заведомо незаконных действий, однако из содержания приговора не усматривается, что судом установлены и доказаны указанные обстоятельства, суд ограничился лишь общим утверждением о том, что умысел МОГ был направлен на незаконную передачу денежных средств МРВ, однако не привел никаких конкретных доказательств. Полагает, что в приговоре не приведено убедительных доказательств того, что МОГ осознавал, что денежные средства передаются именно за совершение заведомо незаконных действий, кроме того, из приговора не усматривается какие именно конкретные действия (бездействие) должен был совершить МРВ за которые по мнению суда предавались денежные средства. Отмечает, что сама по себе передача денежных средств между лицами не образует состава преступления, предусмотренного ст. 204 УК РФ, если не доказано, что такие денежные средства передаются именно за совершение конкретных незаконных действий. Кроме того, в приговоре отсутствует анализ того, каким образом между МОГ и МРВ возникла договоренность о совершении незаконных действий, суд не установил момент возникновения договоренности, условия передачи денежных средств, содержание достигнутых между сторонами договоренностей. Полагает, что все сомнения суд истолковал в пользу обвинения, что прямо противоречит принципу презумпции невиновности. Считает, что суд, формулируя вывод о наличии умысла у МОГ, не привел анализа его поведения до, во время и после предполагаемой передачи денежных средств. Указывает, что судом не исследованы обстоятельства, при которых происходило общение между МОГ и МРВ, характер их взаимоотношений, наличие либо отсутствие иных объяснений передачи денежных средств. При этом суд не исключил возможность того, что действия МОГ могли быть обусловлены иными обстоятельствами, не связанными с совершением преступления. Таким образом, вывод суда о наличии у МОГ прямого умысла на совершение преступления является предположительным и не подтвержденным совокупностью исследованных доказательств, более того, суд фактически подменил доказанность умысла логическим предположением, исходя лишь из самого факта передачи денежных средств и показаний отдельных свидетелей обвинения. Считает, что в материалах уголовного дела отсутствуют доказательства достоверно подтверждающие, что МОГ осознавал противоправный характер передачи денежных средств, понимал, что они передаются именно за совершение незаконных действий, ждал совершения таких действий. Считает, что фактически обвинительный приговор основан на предположениях, а также на односторонней оценке доказательств стороны обвинения, без надлежащей проверки доводов защиты и без устранения имеющихся противоречий в доказательствах. Полагает, что судом не дана надлежащая правовая оценка законности и обоснованности проведения оперативно-розыскных мероприятий, результаты которых положены в основу обвинения, не проверены обстоятельства получения использования негласной аудиозаписи, а также не исключена возможность провокации преступления со стороны правоохранительных органов. Судом не приведено убедительного обоснования наличия в действиях МОГ всех обязательных признаков состава преступления, предусмотренного ч.4 ст. 204 УК РФ. Просит приговор в отношении МОГ отменить, постановить оправдательный приговор, либо приговор в отношении МОГ отменить и направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение в ином составе суда. Изучив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционном представлении, апелляционных жалобах, возражениях, выслушав мнение участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему. <данные изъяты> МРВ в получении, МОГ в передаче коммерческого подкупа, МЕА в посредничестве при передаче коммерческого подкупа, при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре, у судебной коллегии сомнений не вызывает, поскольку их вина убедительно доказана исследованными в суде первой инстанции и приведенными в приговоре доказательствами. Так, в судебном заседании МРВ вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 8 ст. 204 УК РФ не признал, указал, что в его действиях имеется состав преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, так как он обманул МОГ, пообещав последнему оказать помощь с заключением договоров поставки оборудования и попросил за это вознаграждение, однако в <данные изъяты> году тендерные процедуры на заключение договоров поставки оборудования в ООО «<данные изъяты>» не проводились, в связи с чем, он имел намерение вернуть данные денежные средства МОГ в мае <Дата> года. Из показаний осужденного МРВ так же следует, что до <Дата> он не имел никакого отношения к вахтовому комплексу и дирекции по строительству, в связи с чем, не мог лоббировать интересы ООО «<данные изъяты>» при заключении договоров с ООО «<данные изъяты>», инициатива заключения договоров с ООО «<данные изъяты>» исходила от ФИО1 №11 Он не подписывал и не мог подписывать акты КС-2 при фактически не выполненных работах со стороны ООО «<данные изъяты>», потому что приемку работ он не осуществлял, этим занимались специалисты иных структурных подразделений организации, акты КС-2 он подписывал только после того, как они были подписаны всеми специалистами по направлениям деятельности. Он не являлся членом тендерного комитета по выбору подрядчиков ООО «<данные изъяты>». Указал, что с МОГ знаком с <Дата> года, они поддерживают хорошие, приятельские отношения, в связи с чем, по просьбе последнего, он занял ему под расписку <данные изъяты> рублей наличными, в декабре <Дата> года на 2 года под 3% годовых. Эти денежные средства являлись накоплениями его и его супруги. В декабре <Дата> года МОГ полностью вернул ему долг. При допросе на предварительном следствии МРВ также указывал, что помимо 35000000 рублей, он также занимал МОГ <данные изъяты> рублей, которые по просьбе последнего он перечислил на счет ФИО1 №21 <Дата> МОГ вернул ему долг <Дата>. Данный долг был возвращен со счета ФИО1 №21, и эти деньги не относятся к займу в размере <данные изъяты> рублей (т. 4 л.д. 1-10, 20-24, 59-62, 94-102, т. 8 л.д. 96-98). Осужденный МОГ вину в инкриминируемом ему преступлении также не признал, указал, что в его действиях имеется состав преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 – ч. 3 ст. 204 УК РФ, по факту перечисления им МРВ в декабре <Дата> г. денежных средств в размере <данные изъяты> рублей за то, что МРВ пообещал ему оказать содействие в заключении договора между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» на поставку оборудования. Из оглашенных показаний МОГ, данных на стадии предварительного следствия следует, что зная о том, что МРВ, с которым он состоит в дружеских отношениях, стал начальником строительства вахтового комплекса ООО «<данные изъяты>», а он (МОГ) имел интерес работать с ООО «<данные изъяты>», поскольку ООО «<данные изъяты>» выполняли работы по договору субподряда в рамках заключенного договора между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», а так же с ООО «<данные изъяты>» у ООО «<данные изъяты>» был заключен договор поставки теплообменников, в декабре <Дата> года сообщил об этом МРВ Он предложил МРВ свести его с нужными людьми из ООО «<данные изъяты>», на что МРВ пояснил, что в силу занимаемой должности и имеющейся доверенности имеет право самостоятельно принимать решения по заключению различных контрактов: на поставку оборудования, на выполнение строительных работ. Между ним и МРВ была достигнута договоренность о том, что МРВ способствует заключению будущих договоров между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» в мае <Дата> года, а он выплачивает ему в счет будущих договоров сумму в размере <данные изъяты> рублей, которую он перевел ему в конце декабря <Дата> года, находясь у себя дома в <адрес>, посредством банковского перевода с помощью мобильного приложения. Пояснил, что не имеет отношения в организации ООО «<данные изъяты>», в ней никогда не работал. Директором ООО «<данные изъяты>» является ФИО1 №27, с которым у него исключительно рабочие отношения в рамках субподрядного договора. К заключению основного договора между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» он отношения не имеет. Относительно перечисленных МРВ денежных средств ФИО1 №16, ФИО1 №20, ФИО1 №21, ФИО1 №25, ФИО1 №26, ФИО1 №19, ФИО1 №24 пояснил, что данные денежные средства перечислялись действительно от него и по его просьбе в рамках договоров займа с МРВ (т. 4 л.д. 103-110, 114-117, 118-126). Осужденная МЕА вину в совершенном преступлении не признала, указав о том, что она ни супругу, ни МОГ не передавала свои банковские реквизиты, не содействовала в достижении между ними договоренности по передаче денежных средств. Из оглашенных показаний МЕА следует, что МРВ является ее супругом, он перечислял ей на кару денежные средства, полученные в качестве заработной платы от ООО «<данные изъяты>», а так же на карту ей поступали денежные средства в счет погашения займа МОГ, которому супруг одолжил более <данные изъяты> рублей. Относительно переписки с супругом, в которой говорится о суммах денежных средств, которые последний заработал помимо заработной платы, указала, что не знает, где муж планировал и зарабатывал данные денежные средства. Относительно имеющейся переписки между ней и супругом, в которой она упоминает слово «откат», пояснила, что была зла на супруга, хотела, чтобы он уволился (т. 4 л.д. 157-161, 172-174, 188-191, д. 9 л.д. 122-128). Суд, оценив показания МРВ, МОГ, МЕА, пришел к правильному выводу, признав их недостоверными и расценив данные показания как избранный осужденными способ защиты от предъявленного обвинения, поскольку данные показания противоречат иным доказательствам по уголовному делу. Виновность МРВ, МОГ, МЕА подтверждается показаниями свидетелей: - ФИО1 №1, из которых следует, что МРВ работал в ООО «<данные изъяты>» директором по строительству вахтового комплекса, занимался организацией работы по вахтовому комплексу - приемкой работ, актированием работ, в том числе и в рамках заключенных договоров с ООО «<данные изъяты>» № УМ-№ и № УМ-№. Он имел право подписывать акты КС-2 и КС-3 в силу имеющейся у него доверенности; - ФИО1 №10 согласно которым, ООО «<данные изъяты>» и еще несколько подрядчиков были предложены МРВ В результате тендерных процедур и оценки подрядчика различными службами ООО «<данные изъяты>» было решено заключить договора с ООО «<данные изъяты>». Со стороны ООО «<данные изъяты>» на строительную площадку ГМК «<данные изъяты>» в рамках проведения тендерных процедур выезжали трое сотрудников ООО «<данные изъяты>» - МОГ, ФИО1 №4 и ФИО1 №27, документы на которых были переданы МРВ для оформления пропусков и организации выезда (т. 5 л.д. 36-42); - ФИО1 №9, из которых следует, что он находился в подчинении МРВ Организация ООО «<данные изъяты>» ему не известна, с МОГ знаком как с представителем подрядной организации ООО «<данные изъяты>». Выполненный ООО «<данные изъяты><данные изъяты> объем работ проверяли сотрудники дирекции строительства, а также отдельные подразделения. Акты КС-2 подписывал МРВ, в дальнейшем иные лица из руководства организации. Примерно в январе <Дата> года на совещании МРВ настойчиво требовал, чтобы была быстрее проверена ранее подписанная исполнительная документация, поступившая от подрядчика ООО «<данные изъяты>». МРВ было необходимо, чтобы они скорее проверили подписанную исполнительную документацию с целью производства оплаты гарантийного удержания ООО «<Дата>» (т. 5 л.д. 27-31, 33-35); - ФИО1 №8 согласно которым он в период с <Дата> по <Дата> года работал в ООО <данные изъяты>» в должности ведущего инженера строителя, находился в подчинении МРВ МОГ был представителем подрядчика ООО «<данные изъяты>», занимался вопросами рабочих порядной организации, часто приезжал на строительную площадку. МРВ и МОГ часто взаимодействовали между собой; - ФИО1 №6 – ведущего инженера по общим строительным работам ООО «<данные изъяты>», из которых следует, что он находился в подчинении МРВ С МОГ он знаком как представителем подрядчика ООО «<данные изъяты>». На строительной площадке МОГ занимался вопросами подбора персонала, часто приезжал в <адрес> совместно с ФИО1 №4 При первоначальном оформлении попуска, МОГ в документах значился как заместитель директора ООО «<данные изъяты>». МРВ утверждал акты КС-2, представленные ООО «<данные изъяты>», после их проверки всеми структурными подразделениями согласно утвержденному в компании регламенту; - ФИО1 №4, который показал, что летом <Дата> года, в том числе, совместно с МОГ, приезжали на строительную площадку ГМК «<данные изъяты>», последний был указан в заявке как заместитель генерального директора ООО «<данные изъяты>». Все выполненные ООО «<данные изъяты>» работы проверялись специалистами отдела качества ООО «<данные изъяты>», затем акты КС-2 и справки КС-3 согласовывались отделом ПТО и сметчиками, потом документы подписывал МРВ У ООО «<данные изъяты>» были проблемы с предоставлением исполнительской документации, по данному поводу было организовано несколько встреч с участием генерального директора ООО «<данные изъяты>» ФИО1 №29 и его заместителя, по результатам которых он писал гарантийные письма о предоставлении исполнительной документации в дальнейшем. По результатам подписания КС-11 в рамках договоров с ООО «<данные изъяты>», были выданы замечания по строительству вахтового комплекса; - ФИО1 №27, которые аналогичны показаниям ФИО1 №4 - ФИО1 №2, из которых следует, что <Дата> МРВ от генерального директора ООО «<данные изъяты>» выдана доверенность №, согласно которой МРВ мог заключать, изменять и расторгать договоры, контракты, соглашения, стоимость которых не превышает <данные изъяты> рублей, а так же подписывать первичные учетные документы (КС-2, КС-3, УПД, счета-фактуры), стоимость которых не превышает <данные изъяты> рублей. <Дата> МРВ от генерального директора ООО «<данные изъяты>» выдана доверенность №, согласно которой МРВ мог заключать гражданско-правовые договоры (кроме договоров поставки и сбыта готовой продукции), стоимость которых не превышает <данные изъяты> рублей, а так же подписывать первичные учетные документы (КС-2, КС-3, УПД, счета-фактуры), стоимость которых не превышает <данные изъяты> рублей. <Дата> приказом № П-75 генерального директора ООО «<данные изъяты>» доверенность № от <Дата> была отменена. Вместе с тем, <Дата> генеральным директором ООО «<данные изъяты>» издан приказ № П-№ о делегировании полномочий, согласно которому, в том числе, МРВ, как директору по строительству проектного офиса № (далее ПО-6) делегированы полномочия и определены лимиты. В соответствии с данным приказом МРВ мог заключать договоры на выполнение строительно-монтажных работ (СМР), стоимость которых не превышает <данные изъяты> рублей. Кроме того, в соответствии с данным приказом МРВ мог подписывать акты КС-2, КС-3 и иные первичные документы, стоимость работ которых не превышает <данные изъяты> рублей. МРВ, работая в ООО «<данные изъяты>», являлся руководителем проектного офиса № - «Вахтовый комплекс и инфраструктура». При этом, руководитель проектного офиса может заключить договор на выполнение строительно-монтажных работ с единственным поставщиком (т. 4 л.д. 51-54); - ФИО1 №3 – начальника управления экономической безопасности и корпоративных расследований ООО «<данные изъяты>», который показал, что в <Дата> году ООО «<данные изъяты>» заключило договоры на производство отделочных работ в вахтовом комплексе на территории предприятия в <адрес> с <данные изъяты> (далее <данные изъяты>). В ноябре <Дата> года на совещании с подрядчиком, то есть с <данные изъяты>, заместитель генерального директора ООО «<данные изъяты>» по строительству ФИО1 №12 потребовал от подрядчика, чтобы последние заключили договор субподряда с ООО «<данные изъяты>», пояснив, что за риски и иные невыполненные работы <данные изъяты> не будет нести ответственности. При этом на совещании присутствовал МРВ ФИО1 №12 в ходе совещания сообщил о том, что ответственным за выполнение данного контракта будет МРВ В декабре <Дата> года договор между ООО «<данные изъяты>» и <данные изъяты> был изменен, а именно сокращены объемы работ, после чего, <Дата> ФИО1 №12 как заместитель генерального директора ООО «<данные изъяты>» заключил прямой договор УМ-№ с ООО «<данные изъяты>» в лице заместителя директора ФИО1 №4 на выполнение комплекса работ по строительству объекта «ГМК «<данные изъяты>»» (Вахтовый комплекс), стоимость по которому составляла <данные изъяты> рублей. При этом МРВ с <Дата> был переведен на должность директора по строительству вахтового комплекса ООО «<данные изъяты>». Также, <Дата> между ООО «<данные изъяты>» в лице врио генерального директора – заместителя генерального директора по экономике и финансам ФИО1 №15 и ООО «<данные изъяты>» в лице заместителя директора по строительству ФИО1 №4 заключен договор № УМ-№ на выполнение комплекса работ по строительству объекта «Горно-металлургический комбинат «<данные изъяты>» (Вахтовый комплекс) стоимостью <данные изъяты> рублей. Фактически курировал работы по строительству вахтового комплекса МРВ В соответствии с договорами, ООО «<данные изъяты>» оплачивает услуги ООО «<данные изъяты>» по определенным объемам, который они выполнили в тот или иной период, но работниками контрольно-ревизионной группы ООО «<данные изъяты>» выявлены факты внесения задвоения работ в сметные документы, то есть в некоторых случаях в сметах были указаны одни и те же работы, которые оплачены ООО «<данные изъяты>», каждая по отдельности. В службу безопасности поступила информация о том, что данные задвоения сделаны намеренно МРВ и работником ООО «<данные изъяты>», МОГ с целью получения дополнительной материальной выгоды, которая в дальнейшем перечисляется МРВ Кроме того, им стало известно о том, что МОГ как со своего счета, так и счета своих родственников и коллег перечисляет на счета МРВ и его супруги денежные средства. Также указал, что после заключения вышеуказанных договоров подряда между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» направляло письма о согласовании и допуска субподрядчиков для выполнения работ, в которых МОГ был указан как заместитель директора ООО «<данные изъяты>». Более того, МОГ часто находился на объекте при строительстве вахтового комплекса, контролировал процесс выполнения работ и давал указания работникам ООО «<данные изъяты>» (т. 4 л.д. 205-208, т. 8 л.д. 73-75); - ФИО1 №5 – менеджера по организации строительства ООО «<данные изъяты>», который показал, что он ранее напрямую подчинялся заместителю директора по строительству МРВ С МОГ взаимодействовал в рабочем чате в мессенджере «<данные изъяты>», куда входил административный персонал ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», в чате обсуждались вопросы готовности строительства объектов, планы выполнения работ, охрана труда. При решении указанных вопросов МОГ осуществлял организационно-распорядительные полномочия в ООО «<данные изъяты>»; - ФИО1 №7 – главного специалиста ПТО ООО «<данные изъяты>», который показал, что с МРВ, который являлся директором проектного офиса №, он знаком с <Дата> года МРВ занимался руководством работ по строительству вахтового комплекса, осуществлял контроль за деятельностью ПО-6. МОГ являлся представителем компании - подрядчика ООО «<данные изъяты>» и занимался подбором персонала, мобилизацией рабочей силы, осуществлял организационно-распорядительные полномочия в ООО «<данные изъяты>». МОГ и МРВ в ходе своей работы взаимодействовали между собой на территории ГМК «<данные изъяты>», общались как лично, так и в ходе совещаний (т. 5 л.д. 17-20); - ФИО1 №11, который показал, что с <Дата> по <Дата> работал в ООО «<данные изъяты>» в должности заместителя директора по строительству. В рамках договоров № № от <Дата> и № УМ№ от <Дата> между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» на выполнение комплекса работ по строительству объекта - «<данные изъяты>» Вахтовый комплекс, все конкурсные мероприятия были проведены и подрядные организации были уже определены до вступления его в должность (т. 5 л.д. 73-76); - ФИО1 №12 ФИО1 №13, которые показали, что у МРВ в рамках подписанного договора № УМ-№ от <Дата> между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» были полномочия по контролю за организацией строительства объекта «ГМК <данные изъяты>» Вахтовый комплекс. МРВ отвечал за исполнение данного контракта, за взаимодействие с подрядчиком, подписывал акты выполненных работ КС-2, КС-3 (т. 5 л.д. 78-82, 83-85); - ФИО1 №14, который показал, что с <Дата> по <Дата> он состоял в должности заместителя генерального директора по управлению цепями поставок ООО «<данные изъяты>». В пределах своей компетенции он и его отдел осуществляли подготовку конкурсной (тендерной) документации. Весной <Дата> года в его отдел от подразделения директора по строительству ООО «<данные изъяты>» ФИО1 №12 пришло техническое задание на закупку услуг строительства вахтового комплекса для проживания рабочих ООО «<данные изъяты>». У ФИО1 №12 в подчинении находилось шесть проектных офисов, одним из которых с весны <Дата> года руководил МРВ, который по указанию ФИО1 №12 отвечал за строительство данного вахтового комплекса. После получения технического задания отделом разрабатывалась конкурсная документация, предполагаемым подрядчикам рассылалась информация. Информация о проведении конкурса была отправлена и в ООО «<данные изъяты>», которую рекомендовал МРВ Со слов МРВ ООО «<данные изъяты>» выполнял работы для его предыдущего работодателя. После переговоров с участием подразделения МРВ, на рассмотрение тендерного комитета был направлен перечень квалифицированных подрядчиков, в который входили ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», наибольшее предпочтение отдавалось ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>». У ООО «<данные изъяты>» была завышена стоимость и сроки выполнения работ. У ООО «<данные изъяты>» были финансовые риски - размер компании не позволял выполнить контракт целиком. МРВ присутствовал на всех заседаниях тендерного комитета в качестве не голосующего участника, он высказывал свое мнение, плюсы и минусы подрядчиков, риски реализации проекта. Было принято решение разделить данный контракт на несколько частей и отдать предпочтение компании ООО «<данные изъяты>», так как ООО «<данные изъяты>» не были согласны на выполнение договора частями и по заниженной цене, ООО «<данные изъяты>» предложили более выгодную цену (т. 5 л.д. 86-89); - ФИО1 №15, который в <Дата> году состоял в должности заместителя генерального директора по экономики и финансам ООО «<данные изъяты>». На момент заключения договора № УМ-№ от <Дата> с ООО «<данные изъяты>» он исполнял обязанности генерального директора ООО «<данные изъяты>», в связи с чем, им был подписан узнанный договор. За заключение договора с ООО «<данные изъяты>» проголосовали все члены тендерного комитета. МРВ являлся руководителем проектного офиса № дирекции по строительству, которая осуществляла организацию работ на строительной площадке, организацию строительного контроля качества выполняемых работ на площадке, приемку выполненных работ у подрядчиков, то есть подписывали акты приемки выполненных работ (т. 5 л.д. 92-96); - ФИО1 №16, которая показала, что ООО «<данные изъяты>» - это организация их с супругом (МОГ) друзей - ФИО1 №27 и ФИО1 №4 Также знает, что МРВ является знакомым ее супруга. По просьбе МОГ со своих счетов осуществляла переводы денежных средств, поступивших от супруга, в том числе, на счет МЕА (т. 5 л.д. 102-106); - ФИО1 ФИО1 №17 показал, что он работал у МОГ водителем. МОГ периодически просил его осуществлять переводы денежных средств, которые либо передавал лично, либо переводил на счет его супруги ФИО1 № 18, на счет МРВ Всего, он осуществил переводов на сумму около <данные изъяты> рублей.: <Дата> – <данные изъяты> рублей, <Дата> – <данные изъяты> рублей, <Дата> – <данные изъяты> рублей, <Дата> – <данные изъяты> рублей, <Дата> – <данные изъяты> рублей. В конце лета <Дата> года он осуществлял перевод в сумме <данные изъяты> рублей с карты ФИО1 № 18 в приложении <данные изъяты>, так как у него имеется доступ; около 5-ти раз по просьбе МОГ он отправлял на счет МРВ денежные средства через оператора офиса «<данные изъяты>», расположенного по адресу: <адрес> партизан, <адрес>. (т. 5 л.д. 110-114, 128-130); - ФИО1 № 18 на предварительном следствии показала, что не имеет никакого отношения к переводам денежных средств (<Дата> - <данные изъяты> рублей и <Дата> - <данные изъяты> рублей) с ее карты на счета МРВ, с последним не знакома. Переводы денежных средств производил ее супруг, который пользовался ее картой и имел доступ в ее приложение «<данные изъяты>». Супруг переводил денежные средства по просьбе МОГ (т. 5 л.д. 117-120, 136-138); - ФИО1 №19, из которых следует, что он состоит в должности заместителя генерального директора ООО «<данные изъяты>», одним из учредителей является МОГ, который в тот период являлся генеральным директором. В <Дата> года ФИО1 №21 (брат супруги ФИО1 №16) приобрел ООО «<данные изъяты>» и МОГ стал занимать должность заместителя генерального директора по строительству. В октябре <Дата> года между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» заключен договор субподряда по монтажу мест временного проживания работников ООО <данные изъяты>». Впоследствии, они передали выполнение работ по договору субподряда ООО «<данные изъяты>». Таким образом, фактически работы в ООО «<данные изъяты>» проводились ООО «<данные изъяты>». ООО «<данные изъяты>» получило договор субподряда по знакомству МОГ с ФИО1 №27 и ФИО1 №4 Лично с МРВ он не знаком. Относительно перечисления им <Дата> на счет МРВ денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей пояснил, что данные денежные средства были переведены от ООО «<данные изъяты>» на его расчетный счет. Через некоторое время МОГ сказал перевести денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей МРВ (т. 5 л.д. 139-143, 150-153); - ФИО1 №20, который показал, что перевел <Дата> денежные средства в сумме <данные изъяты> и <данные изъяты> рублей на счет МРВ по просьбе МОГ (т. 5 л.д. 147-149); - ФИО1 №22, который показал, что МРВ не знает. С МОГ знаком с <Дата> года. МОГ занял ему более одного миллиона рублей, часть долга он вернул наличными, <данные изъяты> рублей МОГ попросил перевести на счет МРВ (т. 5 л.д. 164-167); - ФИО1 №24, который показал, что МРВ ему не знаком. С МОГ знаком с <Дата> года. В октябре <Дата> года он занял у МОГ <данные изъяты> рублей, которые <Дата> по просьбе последнего перевел на счет МРВ (т. 5 л.д. 175-178); - ФИО1 №25, который показал, что МРВ не знает. С МОГ знаком с 2020 года. Относительно перечислений им в период с <Дата> по <Дата> МРВ денежных средств в общей сумме <данные изъяты> рублей пояснил, что указанные денежные средства он перечислял по просьбе МОГ посредством системы быстрых платежей по номеру телефона, который ему сообщил последний в счет возврата займа в размере <данные изъяты> рублей (т. 5 л.д. 183-186); - ФИО1 №26 показала, что с МОГ она знакома с лета <Дата> года, последний является другом супруга - ФИО1 №25, по просьбе последнего перечислила денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей на счет МРВ <Дата> (т. 5 л.д. 187-190); - ФИО1 №28 – заместителя директора по проектному контролю ООО «<данные изъяты>», который показал, что договоры № УМ-№ и № УМ-№ на выполнение комплекса работ по строительству объекта «ГМК «<данные изъяты>»» заключены с ООО «<данные изъяты>», которые выполняли инженерные и отделочные работы. Курировал деятельность по строительству и выполнению различных работ на объектах Вахтового комплекса непосредственно директор по строительству Вахтового комплекса - МРВ Выполненные подрядчиками работы принимались работниками <данные изъяты> под руководством МРВ и отделом контроля качества. По предъявленным аудиозаписям под названием «1» и «2» пояснил, что речь идет о том, что подрядчик в лице ООО «<данные изъяты><данные изъяты> предоставил неполный комплект исполнительной документации, а именно, отсутствовали паспорта на материалы и смонтированное оборудование, поставляемые заказчиком, а также подрядчиком «<данные изъяты>» не заполнены в полном объеме общие журналы работ, в связи с чем, возникла проблема приемки работ, и акты форм КС-2 и КС-3 не могли быть подписаны, оплата работ ООО «<данные изъяты>» была невозможна (т. 8 л.д. 76-79); Показания свидетелей в целом являются последовательными, не содержат каких-либо существенных противоречий, которые ставили бы под сомнение их достоверность, согласуются между собой и с исследованными в судебном заседании письменными материалами дела, оснований не доверять показаниям свидетелей судебная коллегия не усматривает, оснований для оговора осужденных представленные материалы не содержат не установлено таковых и в ходе судебного следствия. Суд в приговоре дал оценку изменению показаний некоторых свидетелей, приведя мотивы, по которым он принял в качестве достоверных одни показания и отверг другие. Вопреки доводам апелляционной жалобы, в приговоре судом показания свидетелей отражены в полном объеме, необходимом для принятия решения по делу. Оснований для признания показаний свидетеля ФИО1 №3 недопустимым доказательством, судебная коллегия не усматривает. Судебной коллегии представлена копия должностной инструкции ФИО1 №3, подтверждающая его полномочия. В части выполнения задачи - «Формирование и реализация антикоррупционной политики Общества» ФИО1 №3 принимает участие в проведении мероприятий по предупреждению коррупционных проявлений, обеспечению привлечения к ответственности виновных в коррупционной деятельности работников Общества, а также организует и принимает участие в проведении мероприятий, направленных на проверку и подтверждение информации о коррупционных проявлениях в Обществе. Несогласие стороны защиты с содержанием показаний свидетеля не влияет на их законность, свидетель сообщил все известные ему обстоятельства дела, ставшие известными в связи с исполнением должностных обязанностей. Кроме того, эти показания о виновности МРВ, МОГ, МЕА в совершении инкриминируемых им преступлений подтверждаются доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства, в числе которых: - результаты оперативно-розыскной деятельности в ходе которой получены, сведения о движении денежных средств по счетам МРВ в ПАО «<данные изъяты>», по счетам МЕА в ПАО «<данные изъяты>», по счетам МРВ в АО «<данные изъяты>», по счетам МОГ в АО «<данные изъяты>», по счетам ФИО1 №16 в ПАО «<данные изъяты>», по счетам ФИО1 №16 в АО «<данные изъяты>» (т. 1 л.д. 71-75, 76-79, 84-85, 86-87, 113-114, 109-110, 171-172,182-183); - протоколы осмотра предметов, которым осмотрены компакт-диски с информацией о движении денежных средств по счетам МРВ и МЕА в ПАО «<данные изъяты>», по счетам МРВ в АО «<данные изъяты>», по счетам МОГ в АО «<данные изъяты>», по счетам ФИО1 №16 в ПАО «<данные изъяты>», по счетам ФИО1 №16 в АО «<данные изъяты>» (т. 1 л.д. 90-95, 117-120, 121-122, 135-136, 175-178, 189-190); - трудовой договор и приказ за №-Ч-ТД от <Дата>, согласно которым МРВ с <Дата> принят на работу в ООО «<данные изъяты>» на должность руководителя проекта «<данные изъяты>» (т. 2 л.д. 2-9, 11); - приказ №-Ч-ПЕР от <Дата>, согласно которому МРВ с <Дата> переведен на должность директора по строительству вахтового комплекса дирекции по строительству/Проектный офис № «Вахтовый комплекс» ООО «<данные изъяты>» (т. 2 л.д. 12); - должностная инструкция № № от <Дата> и доверенности № от <Дата>, № от <Дата>, № от <Дата> (т. 2 л.д. 13-20, 22-24, т. 4 л.д. 26-30); - договор № № от <Дата> между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» на выполнение комплекса работ по строительству объекта «<данные изъяты> I очередь строительства на производительность <данные изъяты> млн. тонн руды в год. Вахтовый комплекс. Разделы АБК. АОВ ПС ВК ОВ ЭМ ЭО АР Общежитие рабочих № (У1.ВК.01.08) Общежитие ИТР № с гостиницей (У1.ВК.01.05)» стоимостью <данные изъяты> рублей (т. 2 л.д. 26-64); - договор № № от <Дата> между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» на выполнение комплекса работ по строительству объекта «<данные изъяты> I очередь строительства на производительность <данные изъяты> млн. тонн руды в год. Вахтовый комплекс. Устройство инженерных сетей и отделочных работ подобъектов: Столовая (У1.ВК.01.02). Общежитие рабочих № (У1.ВК.01.07), Общежитие ИТР № (У1.ВК.01.04). Бытовой корпус (У1.ВК.01.03), Физкультурно-оздоровительный комплекс (У1.ВК.01.10), Гараж (У1.ВК.01.12), Павильон ожидания (У1.ВК.01.01), Пешеходная галерея (У1.ВК.01.11) стоимостью 1132653562,97 рублей (т. 2 л.д. 65-103); - протокол осмотра копий актов № КС-2 и № КС-3 по договору № № в период с <Дата> по <Дата> и по договору № УМ-№ в период с <Дата> по <Дата>, из которого следует, что все справки о стоимости работ и акты о приемке выполненных работ в рамках договоров с ООО «<данные изъяты>» со стороны ООО «<данные изъяты>» подписаны МРВ, также в актах имеются подписи сотрудников ООО «<данные изъяты>» о проверке работ, а именно ФИО1 №5 и К, ФИО1 №8 и В, С и В, З и В, (т. 2 л.д. 105-109); - результаты оперативно-розыскной деятельности ОРМ «<данные изъяты>» в отношении МРВ (т.3 л.д. 3-5, 6-8, 11-12); - заключение психолого-лингвистической судебной экспертизы № от <Дата>, из которого следует, что в ходе разговоров МРВ совершает и выражает готовность совершать действия в интересах представляемого МОГ юридического лица (ООО «<данные изъяты>») и ожидает получить/получать вознаграждение за оказание содействия ООО «<данные изъяты>», в частности, по предоставлению объемов работ. Как следует из переписки с женой, МРВ получал от МОГ денежный перевод (перевод женой МОГ одного миллиона рублей на счет жены МЕА). В сообщениях МРВ содержится информация о размерах его заработной платы за <Дата> – 15000000 рублей и <Дата> г. – <данные изъяты> рублей, так же МРВ обсуждает с женой количество денежных средств, полученным помимо зарплаты (по его словам, «без ЗП и премии», «не на зарплате», «заработал»), при этом называемые суммы превышают размер заработной платы за тот или иной период его работы в компании «<данные изъяты>» (т. 3 л.д. 44-70); - протокол осмотра предметов, которым осмотрен компакт-диск с результатами оперативно-розыскного мероприятия «<данные изъяты>» - запись разговоров МРВ с ФИО1 №4, МОГ, МЕА, иными лицами, размещенных на аудиофайлах, а так же переписка с МЕА, содержание которых подробно приведено в приговоре и из которого следует, что МРВ, при наличии замечаний к ООО «<данные изъяты>», требует подписать необходимые документы для произведения оплаты последнему. Свое беспокойство о возникших проблемах, МРВ высказывает МОГ, просит его поговорить с ФИО1 №4, чтобы тот подписал необходимые документы, а МРВ, в свою очередь, решит вопрос с выплатой заработной платы, посредством внесения ФИО1 №9 служебной записки. Так же из записи разговоров очевидно прослеживается интерес МРВ к получению денежных средств в виде коммерческого подкупа от МОГ - МРВ говорит, что направил ФИО1 №27 документы организации «Новолекс», чтобы ФИО1 №27 произвел свой расчет, в который необходимо заложить интересы МРВ и МОГ, так как МРВ не хочет, чтобы у него останавливался поток. МРВ обещает МОГ ускорить процесс тендерных процедур и просит МОГ заложить деньги для их семей с учетом расценок, которые МРВ отправил. В разговоре с неизвестным мужчиной МРВ выражает намерение отказаться от услуг организации «Новолекс», чтобы все работы выполнило ООО «<данные изъяты>», при этом надо завысить стоимость закупки материалов, снизить общую цену и срок выполнения работ, а выгоду поделить, так как всем нужны деньги. В разговоре с МОГ МРВ просит узнать детали контракта по КПП, чтобы какой-то элемент был отправлен в их семью. Так же МРВ и МОГ обсуждали вопросы относительно поступления денежных средств на счет МРВ, а так же МРВ с МЕА обсуждал «сотрудничество» с МОГ, то, как можно объяснить поступление на ее счет денежных средств - наличием дивидендов, возвращением займа, накоплениями за время работы в организации «<данные изъяты>». МРВ сообщил жене, что сказал МОГ, чтобы впредь последний денежные средства передавал ему наличными (т. 3 л.д. 74-96); - приказ ООО «<данные изъяты>» № № от <Дата>, согласно которому МРВ наделен организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями в коммерческой организации, в том числе, по подписанию КС-2, КС-3, иных первичных документов к договорам на выполнение <данные изъяты> (т. 4 л.д. 39-44); - служебная записка МРВ на имя заместителя генерального директора ООО «<данные изъяты>» по безопасности, согласно которой МРВ просит согласовать получение пропусков работникам ООО «<данные изъяты>» на площадку строительства ООО «<данные изъяты>» ГМК «<данные изъяты>», где МОГ заявлен в качестве заместителя директора ООО «<данные изъяты>» по общим вопросам (т. 5 л.д. 3-6); - протокол осмотра предметов, которым осмотрена информация о движении денежных средств по счетам ФИО1 № 18, полученных в ходе допроса последней <Дата> и установлен факт перечисления с ее счета <Дата><данные изъяты> рублей на счет МРВ (т. 5 л.д. 123-124); - протокол осмотра места происшествия, которым с участием свидетеля ФИО1 №17 осмотрено отделение банка АО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, участвующий в ходе осмотра ФИО1 №17 показал, что из указанного отделения банка он осуществлял перечисления денежных средств по поручению МОГ на счет МРВ (т. 5 л.д. 131-135); - протоколы осмотра предметов, в ходе которых осмотрены компакт-диски с информацией о телефонных соединениях по абонентскому номеру, используемому МРВ, абонентскому номеру, используемому МОГ В ходе осмотра установлены сведения о местонахождении МРВ и МОГ в интересующий следствием период (т. 6 л.д. 206-210, 216-220); - протокол осмотра места происшествия, согласно которому осмотрен автомобиль марки <данные изъяты>, расположенный по адресу: <адрес> В ходе осмотра автомобиля изъят сотовый телефон марки <данные изъяты>, принадлежащий МЕА (т. 7 л.д. 25-31); - протокол осмотра предметов, которым осмотрен сотовый телефон марки <данные изъяты>, принадлежащий МЕА В ходе осмотра телефона обнаружена переписка между МРВ и МЕА, в которой имеются сведения о незаконности получаемых МРВ денежных средств от МОГ Кроме того, в осмотренной переписке содержатся сведения об осведомленности МЕА о незаконности получаемых МРВ денежных средств в качестве коммерческого подкупа от МОГ (т. 7 л.д. 34-46); - протокол выемки, согласно которому у П изъята флеш-карта, содержащая переписку работников ООО «<данные изъяты>» (т. 7 л.д. 61-64); - протокол осмотра предметов, которым осмотрена флеш-карта, изъятая в ходе выемки у П Осмотром установлено, что на флеш-карте имеется переписка между работниками ООО «<данные изъяты>» относительно выбора подрядчика для выполнения комплекса работ по строительству объекта «<данные изъяты>». Вахтовый комплекс. В ходе осмотра переписки установлено, что МРВ предлагал руководству ООО «<данные изъяты>» заключить договор с ООО «<данные изъяты>» на выполнение указанных работ (т. 7 л.д. 64-74); - протокол обыска, согласно которому в помещении ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес> изъята документация по договорам с ООО «<данные изъяты>», изъятая документация была осмотрена (т. 7 л.д. 104-111, 112-118); - протокол обыска, в ходе которого в помещении ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес> изъята документация, связанная с заключением договоров с ООО «<данные изъяты>», указанная документация осмотрена (т. 7 л.д. 122-128, 129-132); - протокол осмотра места происшествия, согласно которому осмотрен кабинет № по адресу: <адрес>, ГМК <данные изъяты>, Вахтовый комплекс (в 23 км. к югу от пгт. Новая <адрес>), являющийся рабочим местом МРВ (т. 7 л.д. 135-138). Осмотренные банковские выписки по счетам МРВ, МЕА, МОГ, ФИО1 №16, копии актов № КС-2 и № КС-3 по договорам № УМ-№ и № УМ-№, компакт-диск с результаты ОРМ «<данные изъяты>», выписка по счету ФИО1 № 18, компакт-диски о телефонных соединениях МРВ и МОГ, сотовый телефон марки <данные изъяты>, компакт-диск переписки сотрудников ООО «<данные изъяты>» относительно выбора подрядчика, договора № УМ-№ от <Дата> и № УМ-№ от <Дата>, дополнительные соглашения № от <Дата> к договору № УМ-№, № от <Дата> к договору № УМ№, № от <Дата> к договору № УМ№, договора строительного субподряда № СБ-№ и №ДП, договор подряда № УДК№ от <Дата>, договор строительного субподряда №ДП от <Дата> признаны вещественными доказательствами, приобщены к материалам уголовного дела (т. 1 л.д. 96, 123, 137, 179, 191, т. 2 л.д. 110, т. 3 л.д. 97, т. 5 л.д. 125, т. 6 л.д. 211, 221, т. 7 л.д. 47, 75, 119, 133). Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, сопоставив их друг с другом, оценив собранные доказательства в их совокупности, оценив имеющиеся противоречия, суд пришел к обоснованному выводу об их достаточности для разрешения дела, признав МРВ виновным в незаконном получении лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, денег за совершение действий в интересах дающего и иных лиц, если указанные действия входят в служебные полномочия такого лица, и если оно в силу своего служебного положения может способствовать указанным действиям, за заведомо незаконные действия (бездействие), совершенные в особо крупном размере; МОГ виновным в незаконной передаче лицу, выполняющему управленческие функции в коммерческой организации, денег за совершение действий в интересах дающего и иных лиц, если указанные действия входят в служебные полномочия такого лица, и если оно в силу своего служебного положения может способствовать указанным действиям, за заведомо незаконные действия (бездействие), совершенные в особо крупном размере; МЕА виновной в непосредственной передаче предмета коммерческого подкупа (незаконного вознаграждения) по поручению лица, передающего предмет коммерческого подкупа, и лица, получающего предмет коммерческого подкупа, и иное способствование этим лицам в достижении и реализации соглашения между ними о передаче и получении предмета коммерческого подкупа, за заведомо незаконные действия (бездействие), совершенное в особо крупном размере. Таким образом, квалификация действий МРВ по ч.8 ст. 204 УК РФ, МОГ по ч. 4 ст. 204 УК РФ, МЕА по ч.3 ст. 204.1 УК РФ является правильной, оснований для иной квалификации действий осужденных не имеется. В ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что МРВ, действуя из корыстных побуждений в период с <Дата> по <Дата>, действуя как лично, так и при посредничестве МЕА, предоставившей свои банковские счета, получил от МОГ денежные средства в виде коммерческого подкупа за совершение ряда действий, подробно перечисленных в приговоре, и действий, в том числе, входящих в его служебные полномочия, а также способствование в силу авторитета и возможности занимаемой должности к совершению действий, выраженных в лоббировании интересов ООО «<данные изъяты>» при заключении договоров на выполнение комплекса работ, а также за заведомо незаконные действия (бездействие). Довод апелляционной жалобы о том, что судом при рассмотрении уголовного дела была нарушена его подсудность, является несостоятельным, поскольку подсудность уголовного дела определена в соответствии с требованиями действующего законодательства по месту совершения активных действий при совершении преступления, то есть по месту нахождения ООО «<данные изъяты> где у МРВ возник преступный умысел на получение коммерческого подкупа в сумме не менее <данные изъяты> рублей от МОГ, действующего в интересах Общества с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>» за способствование совершению действий, выраженных в лоббировании интересов ООО «<данные изъяты>» при заключении договоров на выполнение комплекса работ по строительству объекта «<данные изъяты>», а так же заведомо незаконных действий (бездействия), выраженных в беспрепятственной приемке выполняемых ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» работ по строительству объекта «<данные изъяты> «<данные изъяты>», в том числе в подписании актов о приемке выполненных работ по форме КС-2, справки о стоимости работ по форме КС-3. Как следует из материалов уголовного дела, действия, направленные на лоббирование интересов ООО «<данные изъяты>» были совершены МРВ именно в <адрес>. МОГ был заинтересован в получении договоров на выполнение комплекса работ по строительству объекта «<данные изъяты><данные изъяты>», а также в беспрепятственной приемке работ ООО «<данные изъяты>» при строительстве указанного объекта и подписании необходимых документов, также в <адрес>. Кроме того, 19 из 44 перечислений денежных средств на счета МРВ и МЕА от МОГ в качестве коммерческого подкупа были совершены, когда МРВ находился в <адрес>. Так же судебная коллегия отмечает, что вопрос о подсудности настоящего уголовного дела был рассмотрен Верховным Судом РФ, который в своем решении указал о том, что фактических и правовых оснований для изменения территориальной подсудности уголовного дела, не установлено. Довод апелляционной жалобы адвоката К о том, что из предъявленного МРВ обвинения не следует, что его действия причинили какой-либо ущерб ООО «<данные изъяты>», судебная коллегия также признает несостоятельным, отсутствие в обвинительном заключении и приговоре суда указания на причинение ущерба, не свидетельствует о их незаконности, поскольку диспозиция ст. 204 УК РФ не предусматривает причинение ущерба или иного вреда в качестве обязательного признака состава преступления. Не может согласиться судебная коллегия и с утверждениями стороны защиты о ненадлежащем заявителе при возбуждении уголовного дела. Из материалов уголовного дела следует, что поводом для возбуждения настоящего уголовного дела явилось заявление заместителя Генерального директора ООО «<данные изъяты>» ФИО1 №30, действующего на основании доверенности № выданной последнему <Дата> генеральным директором ООО «<данные изъяты>». В указанном заявлении ФИО1 №30 просил инициировать проведение процессуальной проверки и дать уголовно-правовую оценку действиям МРВ Согласно представленной судебной коллегии доверенности № от <Дата>, ФИО1 №30 уполномочен быть представителем ООО «<данные изъяты>» в органах внутренних дел, органах дознания, прокуратуре и иных правоохранительных органах РФ с правами подписывать и подавать, в том числе и заявления, в связи с чем, суждения защитника об отсутствии у ФИО1 №30 полномочий на подачу заявления о преступлении в соответствии со ст. 23 УПК РФ, являются несостоятельными. Кроме того, Генеральный директор ООО «<данные изъяты>» – ФИО1 №29 в судебном заседании суда апелляционной инстанции пояснил, что заявление в правоохранительные органы о проведении проверки было подано ФИО1 №30 по его поручению, в рамках доверенности № от <Дата>, он согласен как с проводимой следственными органами проверкой, так и возбуждением уголовного дела в отношении осужденных. Оснований ставить под сомнение наличие указанной доверенности, как на то указывает сторона защиты, не имеется. Доводы апелляционных жалоб, касающиеся того, что МРВ не мог лоббировать интересы ООО «<данные изъяты>», не обладал полномочиями по заключению договоров и подписанию актов, а МОГ не имел никакого отношения к ООО «<данные изъяты>» и не мог способствовать совершению действий в интересах указанного ООО, используя свое должностное положение, судебная коллегия считает несостоятельными и противоречащими материалам уголовного дела. Вопреки суждениям стороны защиты, данные обстоятельства нашли свое подтверждение в ходе исследования доказательств по делу и в дополнительной проверке не нуждаются. О наличии у МРВ статуса лица выполняющего управленческие функции в коммерческой организации свидетельствуют исследованные судом первой инстанции и приведенные в приговоре доверенности на выполнение отдельных полномочий, а также приказы руководящего состава ООО «<данные изъяты>» от <Дата> №-Ч-П и от <Дата> № о его назначении на должность, в том числе директора по строительству вахтового комплекса дирекции по строительству проектного офиса № «Вахтовый комплекс» с <Дата>. Подтверждены указанные обстоятельства и показаниями свидетеля ФИО1 №2, из которых следует, что в период с <Дата> по <Дата> МРВ выполнял управленческие функции. Согласно должностной инструкции (т.2 л.д. 13-20) директора по строительству данного комплекса, именно МРВ был наделён полномочиями по организации и осуществлению контроля процессов приемки работ, контроля за своевременным и надлежащим выполнением работ сотрудниками на всех этапах итоговой приемки работ, подписывать и визировать документы в пределах своей компетенции. Таким образом, МРВ был наделен организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями, а также имел право принимать юридические решения, влекущие наступление юридических последствий, в связи с чем, судебная коллегия довод апелляционной жалобы адвоката относительно отсутствия в материалах уголовного дела должностной инструкции, а также приказа о возложении на МРВ обязанностей по контролю за исполнением договора заключенного между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» признает надуманным и не соответствующими фактическим обстоятельствам дела. Факт представления МОГ интересов ООО «<данные изъяты>» несмотря на непризнание им вины, объективно подтверждается вышеприведенными показаниями свидетелей ФИО1 №10, ФИО1 №6, ФИО1 №3, ФИО1 №7, ФИО1 №9, ФИО1 №8, ФИО1 №5, письменными материалами уголовного дела, из которых следует, что МОГ значился как заместитель директора по общим вопросам с ООО «<данные изъяты>», кроме того, он постоянно находился на объекте, отдавал распоряжения персоналу, действовал и контролировал выполнение работ сотрудниками ООО «<данные изъяты>», давая им различные указания, что, в свою очередь, так же подтверждается результатами ОРМ. Довод стороны защиты о неуказании в обвинении, предъявленном МРВ о том, что МОГ передал, а МРВ получил денежные средства при посредничестве МЕА судебная коллегия признает голословным, поскольку согласно обвинительному заключению МРВ как лично, так и при посредничестве МЕА, предоставившей свои банковские счета, получил от МОГ денежные средства. При этом, утверждение МЕА о том, что она не передавала МРВ какие-либо реквизиты, противоречит установленным судом обстоятельствам. МЕА как в суде первой, так и апелляционной инстанции поясняла, что МРВ перечислял ей денежные средства с ее согласия. Вопреки доводам жалоб, в приговоре были подробно приведены и описаны те действия, которые были совершены каждым из осужденных. Версия стороны защиты о наличии займа, была проверена судом первой инстанции в ходе судебного следствия, и обоснованно отвергнута как противоречащая установленным в судебном заседании обстоятельствам дела. Мотивы принятого судом решения подробно приведены в приговоре, оснований не согласиться с выводами суда в этой части судебная коллегия не усматривает. Показания осужденных в части займа опровергаются доказательствами, исследованными судом, в том числе, перепиской между МРВ и МЕА, свидетельствующей о том, что передаваемые денежные средства носили характер «отката». В ходе телефонных разговоров МРВ и МЕА разрабатывали тактику защиты, вырабатывали версии законности поступивших на их счета денежных средств, путём сообщения различных сведений о выплате дивидендов, займов, накоплений за время работы в организации ООО «<данные изъяты>». Указание стороны защиты о недопустимости аудиозаписей, полученных в результате проведения ОРМ «<данные изъяты>» было предметом рассмотрения суда первой инстанции, выводы суда в этой части подробно приведены в приговоре, с чем соглашается судебная коллегия. Нарушений требований уголовно-процессуального законодательства при проведении ОРМ, при предоставлении результатов ОРМ следователю не допущено, равно как и не имеется нарушений требований ч.2 ст. 11 Федерального закона от <Дата> № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», ст. 89 УПК РФ при их использовании в доказывании. Таким образом, довод стороны защиты о получении аудиозаписей телефонных переговоров в даты отличные от дат проведения ОРМ, является голословным. В судебном заседании был исследован протокол осмотра компакт-диска с результатами ОРМ «<данные изъяты>», таким образом, довод жалобы о том, что приговор основан на доказательствах, не исследованных в судебном заседании, судебная коллегия признает несостоятельным и противоречащим фактическим обстоятельствам рассмотрения уголовного дела. Вопреки доводам защитника, нарушений уголовно-процессуального закона при производстве выемки у П флэш-карты с перепиской, между работниками ООО «<данные изъяты>» относительно выбора подрядчика для выполнения комплекса работ по строительству объекта «<данные изъяты> комплекс, не имеется. Выемка указанной флэш-карты произведена на основании постановления следователя (т.7 л.д. 60), в ходе выемки был составлен соответствующий протокол (т.7 л.д. 61-64), осмотр имеющихся на флэш-карте файлов производился с участием понятых, также был составлен протокол осмотра предметов (т.7 л.д. 74). Довод жалобы о необоснованном указании суда на то, что МРВ опасается за то, что к нему могут возникнуть вопросы по работам выполненным ООО «<данные изъяты>», а также на тендер по <данные изъяты>, равно как и указание стороны защиты о том, что судом не указано на каких именно лиц МРВ имел влияние, а также при указании на то, что МРВ совершает и готов совершать в будущем действия в интересах МОГ и ООО «<данные изъяты>», не указано, что в указанное время МРВ уже не обладал полномочиями ни по заключению договоров, ни по подписанию каких-либо актов, судебная коллегия признает не заслуживающим внимания, так как данные выводы сделаны судом в результате проведенного анализа результатов ОРМ «<данные изъяты>», сомневаться в правильности которых оснований не имеется. Доводы стороны защиты о несогласии с обвинением, об отсутствии в материалах уголовного дела доказательств указывающих на виновность МРВ и МОГ в совершении инкриминируемых им преступлений, о недоказанности умысла на совершение МОГ преступления, в целом сводится к переоценке доказательств, к чему нет оснований. В приговоре суда подробно приведены и описаны действия, выполненные осужденными и составляющие объективную сторону инкриминируемых им составов преступлений. Выводы суда о наличии данных действий, в том числе незаконных, надлежащим образом мотивированы. Судебная коллегия расценивает данные доводы как избранный осужденными и их адвокатами способ защиты, с целью уклонения осужденных от уголовной ответственности за содеянное. Указание стороны защиты о том, что судом не установлены момент возникновения договоренности между МРВ и МОГ, условия передачи денежных средств, содержание достигнутых между сторонами договоренностей, противоречит установленным в ходе предварительного следствия и проверенным в ходе судебного следствия обстоятельствам дела. Также голословным судебная коллегия признает и доводы стороны защиты о том, что судом был нарушен принцип презумпции невиновности. Как следует из протокола судебного заседания, судом дело рассмотрено в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон. Стороны не были ограничены в праве представления доказательств, все представленные сторонами доказательства были исследованы в судебном заседании в полном объеме, признаны допустимыми, всем доказательствам дана надлежащая и мотивированная оценка в приговоре. Сторонам защиты и обвинения судом созданы равные процессуальные возможности для реализации их процессуальных прав, доводы о рассмотрении уголовного дела с обвинительным уклоном, не состоятельны. Сомнений, которые бы могли быть истолкованы в пользу осужденных в ходе судебного следствия установлено не было, а позиция осужденных и адвокатов в данной части, по мнению судебной коллегии, является избранной линией стороны защиты, направленной на защиту от предъявленного обвинения. Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями УПК РФ, совокупность собранных по делу и исследованных судом доказательств является достаточной для разрешения настоящего уголовного дела по существу. Судом правильно установлены фактические обстоятельства дела, а приведенным в приговоре доказательствам дана надлежащая оценка, соответствующая требованиям ст. 88 УПК РФ, которая является правильной и объективной. Доказательства, положенные в основу приговора, собраны с соблюдением требований ст. ст. 74 и 75 УПК РФ и исследованы в соответствии со ст. ст. 274 и 285 УПК РФ. Приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, содержит анализ и оценку всех исследованных судом доказательств в рамках предмета доказывания, а также убедительные мотивы, по которым суд принял во внимание одни и отверг другие доказательства. Оценка доказательств, содержащаяся в апелляционных жалобах, приведена фрагментарно, основана на собственной интерпретации части исследованных в ходе судебного следствия доказательств и признания их приоритетной значимости, без учета установленных ст.ст. 87, 88 УПК РФ правил оценки всей совокупности доказательств, которыми руководствовался суд первой инстанции. То обстоятельство, что выборочная оценка доказательств, произведенная авторами жалоб, не совпадает с оценкой всей совокупности исследованных в ходе судебного следствия доказательств, данной судом, не может свидетельствовать об обвинительном уклоне, нарушении судом уголовно-процессуального закона и не ставит под сомнение выводы суда первой инстанции о виновности всех осужденных в инкриминируемых им преступлениях. Представленный в суде апелляционной инстанции акт сдачи-приемки результата работ <данные изъяты> № УМ№ <Дата>, подтверждающий выполнение работ, по мнению судебной коллегии, не может свидетельствовать об отсутствии в действиях осужденных составов преступлений. Суд первой инстанции указал в описательно-мотивировочной части приговора суда о том, что действиями осужденных затронуты интересы общества и государства, выразившиеся в нарушении таких принципов, как законность и равенство всех перед законом, недопустимость извлечения преимуществ из незаконного или недобросовестного поведения, гарантированных ст.ст. 4,6,19 Конституции РФ, ст. ст. 1, 422 ГК РФ, однако как следует из представленных материалов уголовного дела указанные последствия ни одному из осужденных органом предварительного следствия не вменялись. В связи с чем, данное указание суда подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора. При назначении наказания всем осужденным суд учел характер и степень общественной опасности совершенных ими преступлений, данные характеризующие личность МРВ, МОГ, МЕА, конкретные обстоятельства дела, смягчающие наказания обстоятельства, материальное положение всех осужденных, влияние назначенного наказания на их исправление, условия жизни осужденных и их семей, обстоятельства, предусмотренные ст.ст. 6, 60 УК РФ. В качестве смягчающих наказание обстоятельств признаны: - у МРВ – наличие на иждивении малолетнего ребенка, наличие у подсудимого на иждивении совершеннолетнего ребенка супруги, супруги и престарелых родителей, частичное признание вины, выразившееся в признании факта получения от МОГ в качестве коммерческого подкупа <данные изъяты> рублей, его состояние здоровья и состояние здоровья супруги, престарелых родителей, малолетнего ребенка, исключительно положительные характеристики его личности, активное участие в благотворительной деятельности, в том числе в направлении СВО, наличие спортивного разряда; - у МОГ – наличие на иждивении 3-х малолетних детей, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, супруги и престарелой матери, частичное признание вины, выразившееся в признании факта передачи МРВ в качестве коммерческого подкупа <данные изъяты> рублей, его состояние здоровья и состояние здоровья матери, исключительно положительные характеристики его личности, активное участие в благотворительной деятельности, в том числе в направлении СВО; - у МЕА наличие на иждивении малолетнего ребенка, наличие на иждивении совершеннолетнего ребенка и престарелой матери, ее состояние здоровья и состояние здоровья малолетнего ребенка и матери, исключительно положительные характеристики ее личности. Иных обстоятельств, не учтенных судом и отнесенных ч.ч. 1, 2 ст. 61 УК РФ к смягчающим наказание, в материалах уголовного дела не имеется и судебной коллегией не установлено. Вопреки доводам апелляционной жалобы, при назначении наказания МОГ в качестве смягчающего наказание обстоятельства – частичное признание им вины и состояние здоровья, судом было учтено. Отягчающих наказание обстоятельств не установлено, не находит таковых и судебная коллегия. С учетом фактических обстоятельств совершенных преступлений, данных о личности осужденных, наличия смягчающих обстоятельств, отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, в целях исправления осужденных и предупреждения совершения ими новых преступлений, суд пришел к верному выводу, что исправление всех подсудимых, достижение социальной справедливости и иных целей наказания возможно только при назначении им наказания в виде лишения свободы. При этом вопреки доводам апелляционного представления, судебная коллегия считает, что суд, с учетом совокупности смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, фактических обстоятельств совершенного МЕА преступления, наличие у нее малолетнего ребенка-инвалида ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который нуждается в постоянном уходе и лечении, положительных данных о личности осужденной, обоснованно пришел к выводу о возможности ее исправления путем назначения наказания в виде лишения свободы без его реального отбывания с применением положений ст. 73 УК РФ. Данный вывод суда основан на всестороннем исследовании, как конкретных обстоятельств дела, так и характеристики личности МЕА Судебная коллегия находит данный вывод суда правильным, а наказание, назначенное МЕА с применением положений ст. 73 УК РФ справедливым, соразмерным содеянному и отвечающим требованиям ст.ст. 6, 7, 43, 60 УК РФ. Вместе с тем, с учетом обстоятельств совершения преступлений МРВ, МОГ, суд обоснованно не усмотрел оснований для применения в отношении них положений ст. 73 УК РФ. Вывод суда о необходимости назначения дополнительного наказания МРВ в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с заключением договоров, организацией строительства, контролем строительства и приемкой работ в коммерческих организациях горно-металлургической отрасли при строительстве объектов, МОГ в виде лишения права заниматься деятельностью в коммерческих организациях, связанной со строительством объектов промышленных предприятий, относящихся к горно-металлургической области, судебная коллегия находит правильным. Равно как и соглашается с выводом суда об отсутствии оснований для назначения дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью МЕА Судом обоснованно не усмотрено оснований для применения положений ст. 64, ч. 6 ст. 15 УК РФ ко всем осужденным, не находит таковых и судебная коллегия. Вместе с тем, находя обоснованным довод апелляционного представления относительно необходимости назначения МРВ дополнительного наказания в виде штрафа, кратного сумме коммерческого подкупа, судебная коллегия находит приговор в данной части подлежащим изменению в сторону ухудшения положения осужденного МРВ Суд, принимая решение об отсутствии необходимости назначения МРВ дополнительного наказания в виде штрафа, принял во внимание лишь наличие на иждивении малолетнего ребенка, нуждающегося в постоянном лечении и престарелых родителей, однако не учел, что МРВ совершил тяжкое преступление против интересов службы в коммерческих и иных организациях, обстоятельства совершения преступления, его общественную опасность. Кроме того, судом дана не полная оценка имущественному положению МРВ, официальный доход которого являлся более чем значительным. Также из материалов уголовного дела, в том числе, показаний МЕА, следует, что помимо заработной платы, МРВ имеет дополнительные доходы. При указанных обстоятельствах, судебная коллегия находит неприменение к МРВ дополнительного наказания в виде штрафа несправедливым, в связи с чем, считает необходимым приговор в данной части изменить, назначить МРВ предусмотренное санкцией ч.8 ст. 204 УК РФ дополнительное наказание в виде штрафа в размере однократной суммы коммерческого подкупа. Назначение дополнительного наказания в виде штрафа МОГ является правильным. Вид исправительного учреждения, в которых надлежит отбывать наказание МРВ и МОГ, судом определен верно. При этом, судом неверно произведен зачет срока домашнего ареста в ходе предварительного следствия, на что указано в апелляционном представлении. Поскольку, МРВ и МОГ в период с <Дата> по <Дата> находились под домашним арестом, судебная коллегия считает необходимым приговор в этой части также изменить, произвести зачет времени нахождения МРВ и МОГ под домашним арестом в срок содержания под стражей в соответствии с положениями ч.3.4 ст. 72 УК РФ из расчета 2 дня нахождения под домашним арестом за 1 день содержания под стражей, который зачесть в срок лишения свободы МРВ в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, МОГ в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за полтора для отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. Вопрос о конфискации с МРВ эквивалента дохода, полученного преступным путем, в размере <данные изъяты> рублей разрешен верно. Решение суда относительно определения судьбы арестованного имущества, принадлежащего МРВ и МОГ является правильным, оснований для принятия иного решения в данной части, судебная коллегия не усматривает. Вопрос о судьбе вещественных доказательств разрешен в соответствии с требованиями УПК РФ. На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия, О П Р Е Д Е Л И Л А: приговор Каларского районного суда Забайкальского края от 12 декабря 2025 года в отношении МРВ, осужденного за совершение преступления, предусмотренного ч.8 ст. 204 УК РФ, МОГ, осужденного за совершение преступления, предусмотренного ч.4 ст. 204 УК РФ, МЕА, осужденной за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 204.1 УК РФ, изменить. Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание суда о том, что действиями осужденных затронуты интересы общества и государства, выразившиеся в нарушении таких принципов, как законность и равенство всех перед законом, недопустимость извлечения преимуществ из незаконного или недобросовестного поведения, гарантированных ст.ст. 4,6,19 Конституции РФ, ст. ст. 1, 422 ГК РФ. Назначить МРВ по ч.8 ст. 204 УК РФ дополнительное наказание в виде штрафа в размере однократной суммы коммерческого подкупа в размере 37816250 рублей. На основании ч. 2 ст. 71 УК РФ наказание, назначенное МРВ в виде штрафа в размере <данные изъяты> рублей, исполнять самостоятельно. Штраф МРВ подлежит оплате по следующим реквизитам: УФК по <адрес> (Следственное управление Следственного комитета РФ по <адрес>) л<данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> Период нахождения МРВ и МОГ под домашним арестом с <Дата> по <Дата>, зачесть в срок содержания под стражей в соответствии с п. 3.4 ст. 72 УК РФ из расчета 2 дня нахождения под домашним арестом за 1 день содержания под стражей, который зачесть в срок лишения свободы МРВ в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, МОГ в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за полтора для отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. При образовании льготного зачета размере 1/2 дня, остаток зачесть за 1 день лишения свободы. В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов К, В, ШИА – без удовлетворения, апелляционное представление прокурора <адрес> Н – удовлетворить частично. Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке гл.47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденными, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня вручения копии приговора, вступившего в законную силу. Кассационные представление или жалоба подаются через суд постановивший приговор. В случае пропуска срока, установленного ч. 4 ст.401.3 УПК РФ, или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор подается непосредственно в суд кассационной инстанции. В случае подачи кассационной жалобы, осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. Председательствующий Судьи Суд:Забайкальский краевой суд (Забайкальский край) (подробнее)Иные лица:Прокурор Каларского района (подробнее)Судьи дела:Олефирова Марина Алексеевна (судья) (подробнее)Судебная практика по:По мошенничествуСудебная практика по применению нормы ст. 159 УК РФ Коммерческий подкуп Судебная практика по применению нормы ст. 204 УК РФ Доказательства Судебная практика по применению нормы ст. 74 УПК РФ |