Решение № 2-6919/2017 2-6919/2017~М0-6008/2017 М0-6008/2017 от 24 сентября 2017 г. по делу № 2-6919/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25.09.2017 года Автозаводский районный суд г.Тольятти Самарской области в составе председательствующего судьи Тарасюк Ю.В.,

при секретаре Магда В.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела № 2-6919/2017 по иску ФИО1 к ОАО «ЗИФ ПЛЮС» о взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Автозаводский районный г.Тольятти с исковым заявлением к ОАО «ЗИФ ПЛЮС» о взыскании задолженности по заработной плате, указав при этом на следующее.

ФИО1 работает на предприятии ОАО «ЗИФ ПЛЮС» с 17.03.2016 года в должности исполнительного директора, на основании трудового договора № 3/2016 от 17.03.2016 года.

Согласно п.1.1 трудового договора его оклад при приеме на работу был определен в размере 50 000 рублей.

В соответствии с п. 4.2 трудового договора работодатель может производить периодическую корректировку (или установление) тарифной ставки (должностного оклада).

01.08.2016 года с истцом было заключено дополнительное соглашение № 1 к трудовому договору от 17.03.2016 года, в п.1.1 был определен оклад в размере 150 000 рублей с даты подписания соглашения, т.е. с 1 августа 2016 года.

01.02.2017 года с истцом было заключено дополнительное соглашение № 2 к трудовому договору от 17.03.2016 года, п.1.1 которого истцу была определена премия в размере 500 000 рублей в марте 2017 года.

До октября 2016 года истцу выплачивалась заработная плата в размере, определенном трудовым договором.

С октября 2016 года выплата заработной платы в размере 150 000 рублей в месяц прекратилась, неоднократные требования истца по выплате заработной платы и премии в размере 500 000 рублей объяснялись руководством отсутствием денег на предприятии и обещаниями выплатой заработной платы в полном объеме с момента появления денег у предприятия.

Отсутствие заработной платы осложнило материальное положение семьи истца, у которого на иждивении несовершеннолетние дети и жена, которая в настоящее время не работает, в связи с чем семья истца осталась без средств к существованию.

В связи с не выплатой заработной платы работодателем истцу причинен моральный вред в виде нравственных страданий. На фоне переживаний и унижений, которые истец претерпевает со стороны работодателя, при очередном обращении за выплатой заработной платы, у истца ухудшилось состояние здоровья, в связи с чем с 19.06.2017 года истец находится на больничном листе.

С учетом вышеизложенного, истец был вынужден обратиться за защитой своих нарушенных прав и охраняемых законом интересов в Автозаводский районный суд г. Тольятти с соответствующим исковым заявлением.

В ходе судебного разбирательства по делу исковые требования неоднократно увеличивались и уточнялись, в результате чего ФИО1 окончательно просит суд взыскать с ОАО «ЗИФ ПЛЮС» заработную плату за период с 01.10.2016 года по 25.09.2017 года в размере 1544 250 рублей за вычетом подоходного налога в размере 13%; компенсацию за неиспользованный истцом отпуск, то есть период его работы с марта 2016 года по март 2017 года, что составляет 207779 рублей 49 копеек за вычетом подоходного налога; задолженность по заработной плате в период приостановки истцом работы, то есть с 04.07.2017 года по 25.09.2017 года, что составляет 507587 рублей 04 копейки и компенсацию за моральный вред в размере 50000 рублей (л.д. 120-122).

Определением Автозаводского районного суда г.Тольятти Самарской области от 17.07.2017 года к участию в настоящем гражданском деле в соответствии с ч.2 ст. 43 ГПК РФ в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований был привлечен ФИО2, поскольку ответчиком оспаривалась принадлежность последнему подпись в дополнительных соглашениях к трудовому договору, заключенному между сторонами (л.д.39).

Истец в судебное заседание не явился, воспользовался своим правом, предусмотренным ч.1 ст.48 ГПК РФ, на участие в деле через представителя.

Ранее в ходе судебного разбирательства по делу ФИО1 дал следующие объяснения.

При подписании дополнительного соглашения, он заметил опечатку в виде номера трудового договора, затем разобрался и понял, что в соглашении на самом деле указан номер приказа о приеме его на работу. ФИО2 пояснил, что данная ошибка не играет существенную роль.

Он работает на предприятии ОАО «ЗИФ ПЛЮС» с 17.03.2016 года, в должности исполнительного директора, на основании трудового договора. Его должностной оклад при приеме на работу был определен в размере 50 000 рублей. С 01.06.2016 года должностной оклад повысили на 50 000 рублей, было подписано дополнительное соглашение, данное соглашение подписано ФИО3 Повышение заработной платы было вызвано совместительством с должностью генерального директора. С 01.06.2016 года его должностной оклад составлял 100 000 рублей. В июле 2016 года ФИО2 был принят на должность генерального директора, следовательно, ФИО2 стал непосредственным руководителем. В конце июля 2016 года ФИО2 поставил перед ним задачу по заключению государственных контрактов по исполнению продукции спец. назначения. Цена сделки составляла 12 млн. долларов. Для исполнения указанного поручения, необходимо было переехать в г. Пенза и проживать там. Он согласился с предложением ФИО2, после чего было подписано дополнительное соглашение, которым должностной оклад был установлен в размере 150 000 рублей. Увеличение заработной платы было вызвано увеличением нагрузки.

После реализации контракта ему была выписана премия в феврале 2017 года в размере 500 000 рублей. ФИО2 предоставил дополнительное соглашение о премировании, которое он подписал и вернул ФИО2 для того, чтобы на нем была поставлена печать.

После подписания контракта, контрагент перечислил денежные средства на расчетный счет ОАО «ЗИФ ПЛЮС» в размере 700 млн. рублей. После этого он обратился к ФИО2 с просьбой о выплате заработной платы и премии, однако он объяснил, что у предприятия отсутствуют деньги, задолженность будет погашена при появлении денежных средств.

04.07.2017 года в связи с невыплатой заработной платы он направил уведомление работодателю о приостановлении своей работы.

При его трудоустройстве в ОАО «ЗИФ ПЛЮС» ФИО2 в указанной организации не работал. ФИО2 был принят на работу на должность генерального директора после собеседования с ФИО3 исходя из его личных качеств и умений. ФИО2 – бывший его одноклассник и друг, которому он всегда доверял. Документы на подпись ФИО2 он не готовил, возможно, как курьер, мог передать.

С положением о премировании он не знаком. При поступлении на работу он трудовой договор подписал, не глядя. Он не отрицает, что в договоре, действительно, есть пункт об ознакомлении с положением, но по факту документы для ознакомления предоставлены не были.

Снижение заработной платы до 15 000 рублей невозможно, так как он бы не согласился работать на таких условиях. Дополнительное соглашение с окладом 15 000 рублей, было подписано в феврале 2017 года, он подписал данное соглашение, так как ему пообещали выплатить заработную плату. При подписании данного соглашения ему пояснили, что соглашение подписывается для уплаты налогов в меньшем размере. На момент подписания дополнительного соглашения он должность генерального директора уже не занимал. Оспаривать свою подпись в копии документа не может, необходимо ознакомиться с подлинником дополнительного соглашения об уменьшении заработной платы. Но разговор об уменьшении заработной платы был. Полагает, что дополнительное соглашение недействительно, так как не было приказа об уменьшении заработной платы, а также ответчик не выплатил задолженность по заработной плате. Письменно с заявлением о выплате заработной платы в ОАО «ЗИФ ПЛЮС» не обращался, имели место устные обращения после того, как ему стало известно о поступлении на счета ОАО «ЗИФ ПЛЮС» денежных средств.

О том, что имеются ошибки в дополнительных соглашениях, узнал только в следственном комитете. Он получал заработную плату регулярно, но не в полном объеме, получал и по 15 000 рублей и по 50 000 рублей. С октября 2016 года выплата заработной платы прекратилась, с учетом произведенных ответчиком платежей он пришел к выводу, что задолженность до октября 2016 года полностью погашена. До октября 2016 года он полностью получил заработную плату за должности исполнительного директора и генерального директора.

Расчетные листы не выдавались, заработную плату выплачивали наличными под роспись. Денежные средства, которые поступали после октября 2016 года шли в счет погашения предыдущей задолженности. Не исключает того факта, что заработная плата до октября 2016 года выплачена не полностью. Полагает, что задолженность по выплате заработной платы имеется за совмещение обеих должностей. Сведения в налоговый орган подает работодатель, в связи с чем не может пояснить по поводу возникших разногласий в справках формы 2-НДФЛ. Полагает, что он не уволен, а приостановил трудовую деятельность в связи с несвоевременной выплатой заработной платы. Заявление на увольнение написал вынужденно, но после этого он продолжал работать. Заявление на увольнение написал приблизительно в мае с 04.05.2017 года. Ему предложили написать заявление на увольнение по собственному желанию, сказав, что заявление носит формальный характер. Заявление об увольнении он не отзывал, заявление порвали. Заявление порвал ФИО3 Приказа о расторжении трудового договора не было. Трудовая книжка находится у работодателя, запись в трудовой книжке отсутствует.

Представитель истца ФИО4, действующая на основании доверенности 63 АА 4374659 от 26.06.2017 года (л.д. 5), в судебное заседание явилась, исковые требования с учетом уточнения поддержала в полном объеме, дополнительно пояснила следующее.

О существовании приказа о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнения) от 05.05.2017 года истцу стало известно только 05.09.2017 года. Ранее о данном приказе истцу ничего известно не было. ФИО1 с 19 июня 2017 года был на больничном. Приказ об увольнении ФИО1 никто не вручал, его принесли 05.09.2017 года в судебное заседание. Приказ не оспаривали, так как ФИО1 не считает, что он уволен.

Заработная плата выплачивалась истцу по сентябрь месяц 2016 года включительно, но заработную плату выплачивали не по ведомостям, ему передавали документ, в котором он подписывался за получение заработной платы. Истец вел учет выплаченной заработной платы самостоятельно, согласно его расчетам с октября 2016 года выплата заработной платы прекратилась в размере 150000 рублей. 04.07.2017 года истец написал заявление о приостановлении трудовой деятельности, так как ему не выплачивалась заработная плата и направил его по трем адресам. Трудовая книжка истца находится в ОАО «ЗИФ ПЛЮС», она ему не выдавалась. Расчетные листы ФИО1 не предоставляли. Дополнительное соглашение об уменьшении заработный платы от 01.06.2016 года подписано истцом фактически в феврале 2017 года. Данное соглашение истец подписал по просьбе ФИО3, который пообещал, что истцу выплатят задолженность по заработной плата и что данное соглашение носит формальный характер.

Дополнительно предоставила письменное обоснование исковых требований (л.д.207-211).

Представитель ответчика ОАО «ЗИФ ПЛЮС» ФИО5, действующая на основании доверенности от 06.07.2017 года (л.д. 237), в судебное заседание явилась, исковые требования признала частично, При этом дополнительно пояснила суду следующее.

ФИО1 уволен в июне 2017 года, его заявление об увольнении никто не рвал. Истец был уволен по собственному желанию. Трудовой договор с ФИО1 расторгнут, от получения трудовой книжки ФИО1, отказался, о чем есть акты. Тот факт, что ФИО1 написал заявление, а потом передумал, ни о чем не свидетельствует, так как увольнение проведено по всем нормам трудового законодательства.

Ведомости о выплате заработной плате предоставлены в полном объеме. Форма дополнительных соглашений, имеющихся в материалах дела и заключенных с ФИО1, отличается от формы бланков, используемых в организации. В дополнительном соглашении указано, что оно вступает в законную силу 01 августа 2016 года, хотя заключено 01.02.2017 года. Заработная плата в размере 15000 рублей была установлена ФИО1 согласно пересмотренного по его инициативе должностного оклада для всех работников.

Согласно представленной справке о задолженности у ОАО «ЗИФ ПЛЮС» перед ФИО1 имеется задолженность в размере 50 222 рубля.

Бухгалтерия утверждает, что ФИО1 выплачивалась компенсация за неиспользованный отпуск, однако доказательств этому предоставить не может. Когда была выплачена компенсация за неиспользованный отпуск также пояснить не может.

Кроме того, представитель ответчика предоставила письменный отзыв на исковое заявление (л.д.212-214).

Ранее, представитель ответчика ФИО6, действующая на основании доверенности от 31.07.2017 года, поясняла суду, что факт заключения между истцом и ОАО «ЗИФ ПЛЮС» трудового договора не оспаривает. Согласно п. 1.1 трудового договора № 3/2016 от 17.03.2016 года оклад составляет 50000 рублей. Однако 01.06.2016 года было заключено дополнительное соглашение, где указано, что оклад составляет 15000 рублей. Это связано с тем, что у предприятия были финансовые трудности. Что касается документов представленных представителем истца, а именно дополнительное соглашение № 1 от 01.08.2016 года, на данном соглашении, действительно, стоит подпись ФИО2, но ФИО2 ставил подпись на пустом бланке. Это связано с тем, что в организации сложилась такая практика, что для удобства уже были подготовлены бланки с подписью генерального директора. По факту ФИО2 данное дополнительное соглашение не подписывал. Следует так же отметить, что печать на дополнительном соглашении, это не печать ОАО «ЗИФ ПЛЮС». У ОАО «ЗИФ ПЛЮС» была другая печать, на тот момент, когда истец был в должности генерального директора, он передавал свои полномочия ФИО2 он должен был и передать печать. Однако печать он не передал, поэтому ОАО «ЗИФ ПЛЮС» заказало новую печать, следовательно, старая печать потеряла свою юридическую силу. В дополнительном соглашении № 2 от 01.02.2017 года стоит не подпись ФИО2, подпись подделана, и печать также не ОАО «ЗИФ ПЛЮС». Дополнительное соглашение № 2 подписано 01.02.2017 года, а вступает в силу с 01.08.2016 года, что ставит его под сомнение. Подпись ФИО2 в справке 2 НДФЛ не оспаривает, хотя считает, что данная справка не соответствует действительности. В период подписания дополнительного соглашения № 1 от 01.08.2016 года, генеральным директором был ФИО2 С 01.06.2016 года по 19.07.2016 года истец был в должности генерального директора.

Ранее, представитель ответчика ФИО7, действующий на основании доверенности от 21.07.2017 года, пояснял суду следующее.

С 01.06.2016 года истцу был установлен оклад в размере 15000 рублей. Подпись ФИО2 в дополнительных соглашениях не оспаривает, но ФИО2 не помнит, при каких обстоятельствах подписывал данные документы. Он подписывал данные документы в пределах имеющихся у него полномочий. Сам ФИО2, а также свидетели в ходе судебного разбирательства подтвердели, что ФИО2 подписывал все документы не глядя. Так как ФИО2 доверял ФИО1, истец воспользовался ситуацией и подложил ему дополнительные соглашения, которые ФИО2 подписал. Так же свидетели подтвердили, что заработную плату снизили всем сотрудникам. Все дополнительные соглашения об изменении заработной платы передаются начальнику отдела кадров. Начальнику отдела кадров дополнительные соглашения об увеличении оклада и о премировании не были предоставлены. В мае 2016 года истец уволен по собственному желанию. 05.05.2017 года истцу вручили все необходимые документы об увольнении. Свидетели также подтвердили, что ознакомили истца с приказом об увольнении, трудовую книжку истец забрал. Истец отказался подписывать приказ о расторжении трудового договора. В журнале выдачи трудовых книжек имеется запись о том, что истец отказался от подписи. После увольнения истец неоднократно делал попытки, чтобы вернутся в организацию, однако истец не был восстановлен. После увольнения, истец находился в здании предприятия, так как он работает в другой организации в должности генерального директора, где данная организация снимает офис в этом же здании. В организации имеется штатная расстановка без указания окладов. Трудовой договор от 01.06.2016 года подписан ФИО3, данный факт не оспаривает.

Третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явился. О дне, времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом лично под роспись (л.д. 112). Об уважительных причинах неявки суду не сообщил, об отложении, рассмотрении дела без его участия суд не просил.

С учетом вышеизложенного, принимая во внимание отсутствие оснований, для отложения судебного разбирательства по делу, которое может повлечь за собой нарушение сроков его рассмотрения, предусмотренных процессуальным законодательством, суд в соответствии с ч. 3 ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося 3-го лица.

Ранее в ходе судебного разбирательства ФИО2 пояснял суду следующее. Свою подпись в дополнительных соглашениях не оспаривает. Действительно, было очень много документов, поэтому подписывал их не глядя. С истцом он знаком и дружит с 5 класса. ФИО1 был вдохновителем на предприятии, он всегда служил примером для всех сотрудников. За период работы он показал себя разносторонним человеком, он не стандартно решал вопросы. Между ним и ФИО1 существовали доверительные отношения. Он присутствовал в день конфликта, который произошёл между истцом и ФИО3 ФИО1 требовал, чтобы ему повысили заработную плату, так как он выполнил поставленные пред ним задачи. Так как истец выбрал требовательную форму, в связи с этим и произошел конфликт. Конфликт произошел 04.05.2017 года. Он пытался примирить истца и ФИО3 ФИО3 говорил, что был бы рад, если бы ФИО1 остался работать, но ФИО1 сам не хочет работать. Он также попытался поговорить с ФИО1, но ФИО1 сказал, что не собирается работать за 15 000 рублей. Он хотел сразу же уволиться, но это было невозможно, так как был конец рабочего дня и все документы находятся в г. Пенза. На следующий же день, в 205 кабинете истцу вернули трудовую книжку и дали ознакомиться с приказом о расторжении трудового договора. Как только ему вернули трудовую книжку, его как будто подменили, он отказался подписывать приказ. После данного инцидента он прекратил общение с ФИО1 В данный момент в ОАО «ЗИФ Плюс» он также не работает. В период его работы на предприятии была открыта вакансия на должность исполнительного директора. В документах, которые предоставил истец, допущено много ошибок. По существовавшей устной договоренности, в связи с нахождением истца в г. Пенза, он в запечатанном конверте передавал пустые подписанные бланки. Истец на его электронную почту отправлял пустые бланки, и просил, чтобы он ставил свою подпись. После чего он подписанные документы, отправлял либо поездом, либо автобусом. Сотрудники ОАО «ЗИФ ПЛЮС» также могут подтвердить, что он ставил подпись на пустых бланках. В связи с отсутствием на предприятии денег, он сократил зарплату всем сотрудникам, в связи с чем повышение заработной платы истцу невозможно. Истец в спешке подделал соглашения №1 и №2, в связи с чем, в дополнительном соглашении № 2 от 01.02.2017 года в п.3 забыл поменять дату, он оставил дату дополнительного соглашения № 1. С 10.05.2017 года он прекратил свои полномочия, в связи с чем он не мог подписать справку от 06.06.2017 года, так как уже не был генеральным директором. В период его работы истец получал зарплату всегда вовремя. Справку 2 НДФЛ он также подписал не глядя. Печать находится в 320 кабинете. Отличие между печатями пояснить не может. При вступлении его в должность сотрудники пояснили, что истец для удобства сделал дубликат печати. В должности генерального директора работал с 19.07.2016 года по 10.05.2017 года.

Допрошенный в ходе судебного разбирательства свидетель ФИО8 показал суду следующее.

Он состоит в трудовых отношениях с ОАО «ЗИФ ПЛЮС» по настоящее время. С истцом знаком с июня 2016 года по совместной работе. 28.06.2016 года ФИО1 тоже работал, он совмещал 2 должности: генерального директора и исполнительного директора. ФИО2 в этот период не работал, с ним был подписан трудовой договор только 19.07.2016 года. Когда истец был генеральным директором, он часто уходил на больничный, в связи с этим появилась вакансия генерального директора. ФИО1 сам предложил кандидатуру ФИО2, они были одноклассниками и между ними были дружеские отношения. ФИО2 подписывал очень много документов, не глядя. По поручению ФИО1 он также приносил документы на подпись ФИО2 ФИО1 с должности исполнительного директора уволился по собственному желанию в начале мая 2016 года. Между истцом и ФИО3 был конфликт, после этого он написал заявление об увольнении. ФИО1 просил, чтобы его уволили в этот же день, но так как был конец рабочего дня, приказ о расторжении трудового договора составили на следующий день. Приблизительно в конце мая ФИО1 подошел и сообщил, что восстанавливается на работу и будет продолжать работать. Поскольку были доверительные отношения, он поверил истцу. После сообщения ФИО1 о готовности продолжить трудовую деятельность, документы о восстановлении на работу были готовы, данные документы предоставили истцу, ФИО1 пообещал, что привезет подписанные документы, но он ушел на больничный и не выходил на связь. ФИО3 не подписал данные документы, следовательно, ФИО1 не был восстановлен. Он на словах сообщил начальнику отдела кадров, что истца восстановили, заявление тот не писал. В середине июля стало известно, что истец не восстановлен. Истца он не видел с мая 2016 года. Истец как-то приезжал в организацию, чтобы забрать документы. Ссора между ФИО3 и ФИО1 произошла 04.05.2017 года. Начальником отдела кадров ведётся табель учета рабочего времени. С 05.05.2017 года ФИО1 не работал в ОАО «ЗИФ ПЛЮС».

Истцом было инициировано предложение о снижении заработной платы, после этого многие сотрудники уволились по собственному желанию. 01.06.2016 года истец подписал дополнительное соглашение об уменьшении заработной платы. Главным инициатором уменьшения заработной платы был сам ФИО1, он в первую очередь уменьшил свой оклад. Заработная плата выплачивалась один раз в месяц.

Допрошенная в ходе судебного разбирательства свидетель ФИО9 показала суду следующее.

Она работает в ОАО «ЗИФ ПЛЮС» с 11.12.2015 года. С истцом познакомилась в мае 2016 года, он ранее был трудоустроен. Истец с ФИО2 были в хороших отношениях. Объем документов был большой, и в связи с этим ФИО2 подписывал документы, не глядя, она сама лично это видела. ФИО2 очень доверял ФИО1, так как именно он помог ФИО2 устроиться на работу. Заработную плату снизили в июне 2016 года. Оклад истца составлял 50 000 рублей. Зимой ФИО1 сообщил, что хочет уменьшить оклад сотрудникам до 15 000 рублей, в связи с тяжелым положением предприятия. ФИО1 сообщил, что заработная плата его не устраивает и сказал, что намерен поговорить с ФИО3 о повышении заработной платы. Истец уволился по собственному желанию. ФИО10 - начальник отдела кадров приехала в г Тольятти, чтобы вручить истцу трудовую книжку и приказ о расторжении договора. Она также присутствовала при вручении приказа. ФИО1 забрал трудовую книжку, но он отказался подписывать приказ об увольнении. ФИО1 приезжал на предприятие, но по какой причине он приезжал неизвестно. ОАО «ЗИФ ПЛЮС» является предприятием оборонного комплекса, включен в реестр предприятий оборонной промышленности. В соответствии с ТК РФ приостановка трудовой деятельности в ОАО «ЗИФ ПЛЮС» не допускается. В июне ФИО1 приезжал в Пензу и сказал, что продолжит свою трудовую деятельность. Приблизительно в конце июля она узнала, что истец не был восстановлен. Заявление о восстановлении на работу истец не писал. Заработную плату всем сотрудникам снизили летом 2016 года. На предприятии ведется табель учета рабочего времени. Заработная плата выплачивалась не регулярно.

Допрошенная в ходе судебного разбирательства свидетель ФИО10 показала суду следующее.

Она работает в ОАО «ЗИФ ПЛЮС» в должности начальника отдела кадров. С истцом знакома по работе, так как принимала ФИО1 на работу в марте 2016 года, а также увольняла истца 05 мая 2017 года. Процесс увольнения проходил следующим образом. 04.05.2017 года ей позвонили сотрудники из Тольятти и сообщили, что ФИО1 написал заявление об увольнении. Заявление ФИО1 сбросили по электронной почте. Её вызвали из Пензы в Тольятти для вручения ФИО1 приказа об увольнении и трудовой книжки. 05.05.2017 года она вместе с юристом ФИО9 приехала в г.Тольятти, с готовыми документами. ФИО1 забрал трудовую книжку, но отказался от подписи в журнале выдачи трудовых книг и приказа. Приказ об увольнении ФИО1 был вынесен и подписан генеральным директором ФИО2 ФИО1 отказался от подписи за получение приказа и трудовой книжки в присутствии ФИО11, ФИО9, о чем был составлен акт. Увольнение было оформлено на основании личного заявления истца 05 мая 2017 года.

Затем ФИО8 позвонил в отдел кадров и сказал, что ФИО1 работает. Во время командировки ФИО1 в Пензе она предложила внести запись в трудовую книжку, но ФИО1 сказал, что трудовую книжку предоставит позже. ФИО1 не предоставил никаких документов о восстановлении на работе, то есть он не был заинтересован в восстановлении на рабочем месте. Трудовая книжка находится у истца.

Затем ФИО1 прислал больничный за период с 19 июня 2017 года по 03 июля 2017 года. После 03 июля 2017 года ФИО1 сообщил о том, что на работу он не вышел, о чем впоследствии пришлет больничный. Поскольку она находилась в очередном отпуске, то ФИО1 прислал больничный, закрытый 04 июля 2017 года, только в августе 2017 года. Она написала письмо ФИО1, как работнику с просьбой объяснить причины не выхода на работу, так как своевременно он больничный не предоставил, на работе не появлялся. Затем устно ФИО8 и ФИО1 дали указание, что нужно отменить увольнение ФИО1, но никаких документов предоставлено не было. Письмо с просьбой предоставить объяснительную по поводу отсутствия на рабочем месте было составлено на основании устного разговора с истцом. Затем в июне сообщили о том, что ФИО1 продолжает работать. С учетом данных обстоятельств собирались издать приказ о восстановлении ФИО1 на работе, а запись в трудовой книжке считать недействительной (аннулировать). ФИО8, занимающий должность помощника генерального директора, и ФИО2 позвонили и сообщили, что ФИО1 продолжает работать, просили оформить документы. ФИО2, был директором до 11 мая 2017 года, а с 12 мая 2017 года директором ОАО «ЗИФ ПЛЮС» является ФИО12 После прекращения трудовых отношений с ФИО1 в мае 2017 года, трудовые отношения не оформляли, работу ФИО1 табелировали со слов ФИО8 ФИО1 после 05 мая 2017 года она не оформляла, но табелировала. ФИО1 сообщил, что работает не полный рабочий день. Заработную плату начисляет бухгалтер. Задолженность перед ФИО1 имеется, её размер ей неизвестен. С 01.06.2016 года ФИО1 был установлен оклад 15000 рублей за должность генерального директора и 15000 рублей за должность исполнительного директора. После того как был установлен факт неисполнения ФИО1 трудовых обязанностей, она аннулировала табеля на него, так как он не был оформлен. В г.Пензу ФИО1 приезжал редко, в связи с чем установить факт его работы возможно только со слов руководства. После 05 мая приезжал в Пензу, с его слов, якобы по работе. Письменно с заявлением о восстановлении на работе ФИО1 не обращался.

Суд, выслушав пояснения представителя истца, возражения представителя ответчика, показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, оценивая собранные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого доказательства в отдельности, а также в их совокупности, находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, по следующим основаниям.

Согласно ч. 2 ст. 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела и какой стороне надлежит их доказывать.

Правильное распределение бремени доказывания между сторонами - один из критериев справедливого и беспристрастного рассмотрения дел судом, предусмотренного ст. 6 Европейской Конвенции "О защите прав человека и основных свобод".

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

По общему правилу, предусмотренному ст. 15 ТК РФ трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии со ст. 16 ТК РФ основаниями возникновения трудовых отношений является трудовой договор или фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Судом в ходе судебного разбирательства по делу было установлено, что 17.03.2016 года между сторонами был заключен трудовой договор № 3/2016, по условиям которого ФИО1 был принят на работу в ОАО «ЗИФ ПЛЮС» на должность исполнительного директора с окладом 50000 рублей (л.д. 6-7).

В период, когда истец по совместительству на основании трудового договора № 15/2016 от 01.06.2016 года (л.д. 73, 74-75) занимал должность генерального директора ОАО «ЗИФ ПЛЮС», им от своего имени, как от работника, а также от имени ОАО «ЗИФ ПЛЮС» было подписано дополнительное соглашение к трудовому договору об изменении оклада истца в сторону уменьшения до 15000 рублей (л.д. 43).

Затем, 01.08.2016 года между ФИО1 и ОАО «ЗИФ ПЛЮС» в лице генерального директора ФИО2 было подписано дополнительное соглашение № 1 к трудовому договору об увеличении оклада истца до 150000 рублей (л.д. 9).

01.02.2017 года также между ФИО1 и ОАО «ЗИФ ПЛЮС» в лице генерального директора ФИО2 было подписано дополнительное соглашение № 2 к трудовому договору, которым оклад был сохранен в размере 150000 рублей и установлена единовременная премия в размере 500000 рублей, которую работодатель обязался выплатить до 19.03.2017 года (л.д. 10).

В ходе судебного разбирательства по настоящему делу позиция представителей ответчика и третьего лица в части принадлежности подписи ФИО2 на поименованных дополнительных соглашениях была нестабильной и неоднократно менялась, в итоге, как ФИО2, так и представители ответчика признали, что подпись на дополнительных соглашения к трудовому договору, заключенному между сторонами принадлежит ФИО2, а также не оспаривали того обстоятельства, что, подписывая от имени организации соглашения к трудовому договору с ФИО1, ФИО2 действовал в пределах имеющихся у него полномочий, поскольку он с 19.07.2016 года (л.д. 95) по 11.05.2017 года (л.д. 97) являлся генеральным директором ОАО «ЗИФ ПЛЮС».

ФИО1 просит взыскать с работодателя задолженность по заработной плате за период с октября 2016 года по 25.09.2017 года в размере 1544250 рублей.

В соответствии со ст. 37 Конституции РФ каждый гражданин имеет право на вознаграждение за труд без какой-либо дискриминации.

В соответствии со ст. 2 ТК РФ исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией РФ основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признается, в том числе, обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное человека существование для него самого и его семьи, и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

В соответствии со ст. ст. 129, 135 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты), которая устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Согласно ст. 22 ТК РФ работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии ТК РФ, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Позиция сторон в части размера заработной платы является несогласованной. В частности, истец полагает, что его заработная плата в месяц составляла 150000 рублей и невыплачена премия в размере 500000 рублей, а представители ответчика утверждали, что размер ежемесячной заработной платы ответчика составлял 15 000 рублей, а задолженность всего 50222 рубля 96 копеек (л.д. 101).

Оценивая имеющиеся по делу доказательства по правилам, предусмотренным ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Объяснения сторон по смыслу ч. 1 ст. 55 ГПК РФ сами по себе являются доказательствами по делу. При этом, в соответствии с ч. 2 ст. 68 ГПК РФ признание стороной обстоятельств на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств.

Истцом изначально в иске указано, что заработная плата ответчиком полностью была выплачена вплоть до октября 2016 года. Данные обстоятельства ФИО1 сначала подтвердил в судебном заседании, а затем изменил свою позицию, указав, что задолженность по его расчетам все-таки имеется, однако сумму назвать не может. Вместе с тем, представитель истца в ходе судебного разбирательства окончательно пояснила, что обязательства по выплате заработной платы работодателем перед ФИО1 до 01.10.2016 года полностью исполнены.

Поскольку в соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд не вправе выходить за пределы заявленных исковых требований, несмотря на то, что из справки ответчика следует, что у работодателя перед истцом имелась задолженность (л.д. 101), суд начало периода задолженности определяет датой, обозначенной истцом и его представителем - 01.10.2016 года.

04.05.2017 года ФИО1 написано заявление об увольнении по собственному желанию (л.д. 105). Факт написания данного заявления истец не оспаривал.

05.05.2017 года за подписью генерального директора ОАО «ЗИФ ПЛЮС» ФИО2 издан приказ № 44/к о прекращении (расторжении) трудового договора с работником, на основании которого ФИО1 был уволен по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (л.д. 106).

Истцом данный приказ в судебном порядке не оспорен, на работе не восстановлен. Доводы представителя истца о том, что ФИО1 заявление об увольнении было написано формально, а он продолжил работу, не подтверждены доказательствами, соответствующими принципам относимости, допустимости, достаточности и достоверности.

Совокупность показаний, допрошенных свидетелей, свидетельствует лишь о том, что ФИО1 имел намерение после оформления увольнения продолжить работу на предприятии, однако фактически этого не сделал.

При таких обстоятельствах, поскольку, трудовые отношения между сторонами были прекращены 05.05.2017 года, суд не усматривает оснований считать, что после указанной даты у ответчика перед истцом существует обязанность по выплате заработной платы.

Таким образом, период задолженности определен с 01.10.2016 года по 05.05.2017 года.

В соответствии со ст. 80 ТК РФ в последний день работы работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку, другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет.

Данная обязанность работодателем не была исполнена.

Ранее указывалось, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором.

В указанный выше период трудовой договор, заключенный с ФИО1, действовал в редакции с учетом дополнительного соглашения к нему от 01.08.2016 года, которым размер оклада истца определен в 150000 рублей, а также дополнительного соглашения № 2, которым установлена единовременная премия истцу в размере 500000 рублей.

Имеющиеся в материалах дела справки 2 НДФЛ (л.д. 35, 71, 114, 117), а также информация, предоставленная ГУ ОПФ РФ по Самарской области (л.д. 113), содержат в себе противоречивые сведения, не соответствующие как друг другу, так и условиям трудового договора и заключенным к нему дополнительным соглашениям.

Таким образом, учитывая нормы закона во взаимосвязи с фактическими обстоятельствами дела суд приходит к выводу о том, что заработная плата ФИО1 составляла 150 000 рублей в месяц.

Исходя из системного толкования положений ст. ст. 129, 191 ТК РФ премия является стимулирующей выплатой, входящей в состав заработной платы работника, выдачей которой работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности.

Согласно ст. 135 ТК РФ системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Согласно п. п. 1.1, 2.3 Положения об оплате труда и премировании работников ОАО «ЗИФ ПЛЮС» данное Положение разработано в соответствии с законодательством РФ и предусматривает порядок и условия оплаты труда, материального стимулирования и поощрения работников ОАО «ЗИФ ПЛЮС» (л.д. 48-64). С указанным Положением о премировании истец был ознакомлен под роспись, о чем свидетельствует соответствующая запись в трудовом договоре (л.д. 7 оборот). Нормы, изложенные в Положении о премировании являются обязательными как для работника, так и для работодателя.

П. 2.3.1 Положения о премировании предусмотрено, что размер премии не может составлять более 50 % от должностного оклада.

Таким образом, размер премии истца не может составлять более 75000 рублей (50% от 150000 рублей). С учетом НДФЛ размер премии, подлежащий выплате составляет 65250 рублей (75000 рублей – 13% (9 750 рублей)).

Ст. 129 ТК РФ предусмотрены понятия тарифной ставки, оклада (должностного оклада) и базового оклада (базового должностного оклада). Так, тарифная ставка - фиксированный размер оплаты труда работника за выполнение нормы труда определенной сложности (квалификации) за единицу времени без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат. Оклад (должностной оклад) - фиксированный размер оплаты труда работника за исполнение трудовых (должностных) обязанностей определенной сложности за календарный месяц без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат. Базовый оклад (базовый должностной оклад), базовая ставка заработной платы - минимальные оклад (должностной оклад), ставка заработной платы работника государственного или муниципального учреждения, осуществляющего профессиональную деятельность по профессии рабочего или должности служащего, входящим в соответствующую профессиональную квалификационную группу, без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат.

Судом проверен расчет задолженности по заработной плате, произведенный истцом. По мнению суда, он является с арифметической и с правовой точки зрения неверным, по основаниям, изложенным выше, а также рассчитанным без учета фактически выплаченных ответчиком истцу сумм.

Так, если работник отработал все рабочие дни в месяце, ему полагается зарплата в размере полного оклада, независимо от количества рабочих дней в месяце.

Если работник отработал не все рабочие дни в месяце, то его зарплата в месяц рассчитывается исходя из фактически отработанного времени по формуле: зарплата работника за не полностью отработанный месяц = размер оклада : количество рабочих дней в месяце х количество отработанных дней в месяце.

Следовательно, расчет должен быть следующим.

С октября 2016 года по апрель 2017 года ФИО1 отработал полные месяцы, поэтому его заработок в месяц за вычетом НДФЛ составляет 130500 рублей (150000 рублей – 13% (19500 рублей).

За период с октября 2016 года по апрель 2017 года заработок истца составляет 913500 рублей (130500 рублей х 7 месяцев).

В мае до дня увольнения (05.05.2017 года) истец отработал 4 дня, поэтому его заработок составляет 30 000 рублей (150 000 рублей : 20 дней (количество рабочих дней в мае 2017 года) х 4 дня (отработанных истцом дней в мае 2017 года).

С учетом НДФЛ заработок истца в мае 2017 года составляет 26100 рублей (30000 рублей – 13 % (3900 рублей).

Итого, за период с октября 2016 года по май 2017 года заработок истца составляет 939600 рублей.

За указанный период согласно предоставленным ведомостям ФИО1 выплачены следующие суммы: 50000 рублей – 21.10.2016 года (л.д. 102); 50000 рублей – 23.12.2016 года (л.д. 103); 35000 рублей - 30.01.2017 года (л.д. 104); 15000 рублей -05.02.2017 года (л.д. 44) и 58000 рублей – 10.04.2017 года (л.д. 45). Итого, истцу выплачено 208000 рублей.

Следовательно, задолженность составляет 731600 рублей (939600 рублей – 208000 рублей), а с премией 796850 рублей (731600 рублей + 65250 рублей).

В соответствии со ст. 211 ГПК РФ решение подлежит немедленному исполнению в части взыскания в пользу работника заработной платы в течение трех месяцев, в данном же случае невыплата составляет два месяца, поэтому решение не подлежит немедленному исполнению.

ФИО1 к ответчику также предъявлены требования о взыскании с последнего компенсации за неиспользованный отпуск в размере 207779 рублей 49 копеек.

В соответствии со ст. ст. 127, 140 ТК РФ работодатель обязан выплатить работнику при увольнении все суммы, причитающиеся последнему от первого, включая денежную компенсацию за все неиспользованные отпуска.

Согласно ст. 139 ТК РФ для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных ТК РФ, устанавливается единыйпорядокее исчисления.

Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.

При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней).

Предоставленный истцом расчет компенсации за неиспользованный отпуск также является неверным.

Так, средний заработок ФИО1 будет следующим.

Зарплата истца согласно условиям трудового договора и дополнительных соглашений к нему составляла:

в мае 2016 года - 50000 рублей;

в июне 2016 года – 15000 рублей;

в июле 2016 года – 15000 рублей;

в августе 2016 года – 150000 рублей;

в сентябре 2016 года – 150000 рублей;

в октябре 2016 года - 150000 рублей;

в ноябре 2016 года – 150000 рублей;

в декабре 2016 года – 150000 рублей;

в январе 2017 года – 150000 рублей;

в феврале 2017 года – 225000 рублей (150000 + 75000 премия);

в марте 2017 года – 150000 рублей;

в апреле 2017 года – 150000 рублей;

в мае 2017 года – 30000 рублей.

Итого за 12 месяцев - 1535000 рублей.

1535000 рублей : 12 : 29,3 = 4366 рублей (оплата за один отпускной день).

4366 рублей х 28 дней неиспользованного отпуска = 122248 рублей. С учетом 13 % НДФЛ компенсация составляет 106355 рублей 76 копеек и подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

ФИО1 заявлены требования о компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей.

В соответствии со ст. ст. 151, 1099 ГК РФ суд может возложить обязанность денежной компенсации морального вреда на нарушителя личных неимущественных прав и иных нематериальных благ другого лица. Моральный вред, причиненный действиями (бездействиями), нарушающими имущественные права гражданина, подлежат компенсации в случаях, предусмотренных законом.

При этом в соответствии со ст. 237 ТК РФ и руководящими разъяснениями Постановления Пленума ВС РФ № 2 от 17.03.2004 года «О применении судами РФ ТК РФ» суд вправе удовлетворить требования работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействиями работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав, как в рассматриваемом случае.

При определении размера компенсации морального вреда, суд исходит из конкретных обстоятельств дела, учитывает объем и характер причиненных ФИО1 физических и нравственных страданий, наличие у него на иждивении двух несовершеннолетних детей (л.д. 37, 38), степень вины ответчика, а также требования разумности и справедливости, и полагает необходимым иск в части требований о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично в сумме 5 000 рублей.

Учитывая то обстоятельство, что в силу требований ст.ст. 89 ГПК РФ, ст. 33336 НК РФ истец при подаче искового заявления был освобожден от уплаты государственной пошлины, то возмещение судебных расходов, понесенных судом в связи с рассмотрением дела должно осуществляться по правилам ст. 103 ГПК РФ за счет ответчика, а также в порядке и размерах, предусмотренных ст. ст. 33319-33320 НК РФ.

При этом в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 33320 НК РФ одновременно уплачивается государственная пошлина, установленная для исковых заявлений имущественного характера и государственная пошлина, установленная для исковых заявлений неимущественного характера.

На основании вышеизложенного, руководствуясь Конституцией РФ, ст. ст. 2, 15, 16, 22, 80, 127, 129, 135, 139, 191 ТК РФ, ст. ст. 151, 1099, 1101 ГК РФ, ст. ст. 98, 103, 194 – 199, 211 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ОАО «ЗИФ ПЛЮС» о взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск и компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с ОАО «ЗИФ ПЛЮС» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в размере 796850 рублей, компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 106355 рублей 76 копеек и компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать.

Взыскать с ОАО «ЗИФ ПЛЮС» госпошлину в доход местного бюджета г.о. Тольятти в размере 12532 рубля 06 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме, в Самарский областной суд через Автозаводский районный суд г. Тольятти Самарской области.

Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено в течение пяти рабочих дней – 02.10.2017 года.

Судья Ю.В. Тарасюк