Апелляционное постановление № 22-546/2025 от 23 апреля 2025 г.

Председательствующий Долгих А.А. Дело № 22-546/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курган 24 апреля 2025 года

Курганский областной суд в составе

председательствующего Ермохина А.Н.

при секретаре Евграфовой Ю.С.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осуждённого ФИО1 – адвоката Симонова О.Б. на приговор Курганского городского суда Курганской области от 3 февраля 2025 года, по которому

ФИО1, родившийся <...>, несудимый,

осуждён по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 167 УК РФ к 1 году лишения свободы.

В соответствии с ч. 2 ст. 53.1 УК РФ назначенное наказание заменено принудительными работами на срок 1 год с удержанием в доход государства 15% из заработной платы.

В срок отбытия наказания зачтено время содержания ФИО1 под стражей в период с 17 по 19 марта 2024 года из расчёта один день за два дня принудительных работ.

Разрешены вопросы о вещественных доказательствах и распределении процессуальных издержек.

По этому же приговору осуждён ФИО2, приговор в отношении которого не обжалован.

Заслушав выступления осуждённого ФИО1 и его защитника – адвоката Симоновой Л.И., поддержавших доводы апелляционной жалобы, осуждённого ФИО2 и его защитника – адвоката Киселевой Е.М., просивших приговор оставить без изменения, мнение прокурора ВоропаевойЕ.Г. об отсутствии оснований для отмены или изменения приговора, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

по приговору суда ФИО1 и ФИО2 признаны виновными и осуждены за совершение группой лиц по предварительному сговору покушения на умышленное уничтожение чужого имущества, повлекшее причинение значительного ущерба, путём поджога.

Преступление совершено 11 марта 2024 года в г. Кургане при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 виновным себя по предъявленному обвинению признал частично.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Симонов О.Б. просит приговор отменить, ФИО1 по предъявленному обвинению оправдать. Указывает, что согласно п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 июня 2022 года № 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем» при решении вопроса о том, причинён ли значительный ущерб собственнику или иному владельцу имущества, следует исходить из стоимости уничтоженного имущества или стоимости восстановления повреждённого имущества, значимости этого имущества для потерпевшего, в зависимости от его материального положения. Потерпевшая О. в судебном заседании показала, что в случае повреждения входной двери, причинённый ущерб, с учётом размера её дохода, не являлся бы для неё значительным. Положенное в основу приговора заключение эксперта №, согласно которому искусственное инициирование горения (поджога) внешней (наружной) поверхности металлической двери квартиры возможно приведёт к распространению горения вовнутрь помещений квартиры, носит вероятностный характер. Из данного заключения следует, что детальное описание конструкции двери и отделочных материалов внутри квартиры, примыкающих к конструкции входной двери в представленных материалах отсутствует. На способность и скорость распространения горения внутрь помещения квартиры влияет наличие потока воздуха через неплотности прилегания уплотнительной резинки, некачественного изготовления и монтажа двери. Данные значения могут быть получены в ходе следственного эксперимента, что является невозможным при производстве экспертизы. Считает необоснованным заключение оценочной экспертизы, на основании которой определена возможная сумма ущерба, ввиду отсутствия у эксперта необходимого образования.

В возражении на апелляционную жалобу государственный обвинитель Сапрыгина В.В. считает доводы адвоката Симонова О.Б. несостоятельными, просит приговор суда оставить без изменения, а жалобу защитника – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела и доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Нарушений уголовно-процессуального закона при производстве предварительного расследования и в ходе судебного разбирательства, которые повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения, не допущено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства уголовного дела. Изложенные в приговоре выводы суда основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, содержание и анализ которых приведены в приговоре.

Все представленные сторонами доказательства суд в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставил между собой и дал им оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения дела по существу.

В качестве доказательств виновности ФИО1 суд обоснованно сослался на показания потерпевшей О., свидетелей З., П1., Ш1, Ш2, эксперта К., протоколы следственных действий, заключения экспертов и иные документы, а также на показания осуждённых в той части, в которой они согласуются с другими доказательствами.

Из показаний осуждённого ФИО2 следует, что 11 марта 2024 года пользователь «<...> в мессенджере «<...> предложил ему за денежное вознаграждение облить бензином и поджечь дверь <адрес>, чтобы напугать её жильца, не исполнившего долговые обязательства. Он согласился, для совершения задуманного позвал с собой ФИО1, а также попросил П1. отвезти его на адрес. По пути он на АЗС налил в бутылку бензин, затем при встрече передал её ФИО1 Вместе они зашли в подъезд, где он с помощью телефона вёл видеозапись, а ФИО1 облил дверь квартиры бензином и зажёг спичку, но в этот момент открылась дверь соседней квартиры, поэтому они не убежали (т. № л.д. №, №).

Из показаний осуждённого ФИО1 следует, что 11 марта 2024года по предложению ФИО2 он облил бензином дверь указанной квартиры и попытался поджечь бензин спичкой. ФИО2 снимал происходящее на телефон. Однако совершить поджог он не успел, так как открылась дверь соседней квартиры и они с ФИО2 убежали (т. № л.д. №, №, №).

Потерпевшая О. показала, что она проживает со своим внуком Ш2 11 марта 2024 года от соседей узнала, что дверь её квартиры облили бензином и пытались поджечь. Если бы квартира и находящееся в ней имущество сгорели, причинённый ущерб являлся бы для неё значительным.

Согласно показаниям свидетеля З. по видеокамере, установленной на лестничной площадке, он увидел, как двое мужчин облили дверь соседней квартиры жидкостью и зажгли спичку. Он вышел из квартиры и предотвратил их действия.

Свидетель Ш1 показала, что вечером 11 марта 2024года З. сообщил ей о попытке поджога квартиры, по прибытии домой обнаружила, что входная дверь, пол рядом с дверью и тканевый коврик у двери облиты бензином.

Из показаний свидетеля П1. следует, что 11 марта 2024года он отвез ФИО2 к магазину по <адрес>, где их ждал ФИО1 По пути заезжали на АЗС. Осуждённые ушли в направлении <адрес>, вернулись примерно через 20 минут (т. № л.д. №).

Согласно показаниям свидетеля Ш2 вечером 11 марта 2024 года сосед сообщил, что неизвестные облили бензином дверь их квартиры и пытались поджечь. Предполагает, что это могло быть связано с наличием у него неисполненных долговых обязательств перед администратором сообщества «<...>» (т. № л.д. №).

В ходе осмотра места происшествия были изъяты диск с видеозаписью, обугленная спичка и бутылка с жидкостью, которая согласно заключению эксперта № является нефтепродуктом – бензином, относящимся к легковоспламеняющимся жидкостям (т. № л.д. №, №).

При осмотре видеозаписи с камеры видеонаблюдения установлено, что один мужчина облил дверь квартиры потерпевшей жидкостью из бутылки и поджёг спичку, второй мужчина держал в руке предмет, похожий на телефон. В это время открылась дверь соседней квартиры и мужчины убежали (т. № л.д.№).

В ходе осмотра видеозаписи осуждённые с участием защитников подтвердили, что на указанной видеозаписи зафиксированы их действий (т. № л.д. №, №).

Из заключения эксперта № следует, что искусственное инициирование горения (поджог) внешней (наружной) поверхности металлической двери квартиры может привести к распространению горения внутрь помещений квартиры (т. № л.д.№).

Допрошенный в судебном заседании эксперт К. данный вывод полностью подтвердил, при этом пояснил, что представленные ему материалы были достаточны для дачи заключения; с учётом попадания бензина на замочную скважину и уплотнители двери, при возгорании часть огня неизбежно бы попала в квартиру.

В ходе осмотра мобильного телефона свидетеля Ш2 установлена переписка в мессенджере «<...>», в ходе которой пользователь «<...> высказывает Ш2 претензии в связи с неисполнением перед ним долговых обязательств (т. № л.д. №).

Допустимость и достоверность доказательств, положенных судом в основу обвинительного приговора, сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Суд обоснованно признал все исследованные в судебном заседании доказательства допустимыми, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

Допросы ФИО1 и ФИО2 в ходе предварительного следствия проведены в присутствии защитников, при даче показаний им были разъяснены права, предусмотренные ст. 46, 47 УПК РФ. Заявлений об отказе давать показания либо о понуждении к их даче протоколы допросов не содержат. Указанные показания были оглашены в судебном заседании в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, после оглашения осуждённые их полностью подтвердили.

Суд обоснованно признал достоверными те доказательства, которые соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются другими доказательствами. Каких-либо противоречивых доказательств, которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности осуждённых, и которым суд не дал бы оценки в приговоре, по делу не имеется.

Версия стороны защиты о том, что умысел осуждённых был направлен только на поджог входной двери квартиры потерпевшей, тщательно проверялась судом первой инстанции и, с учётом обстоятельств дела и избранного осуждёнными способа совершения преступления, была обоснованно отвергнута с приведением мотивов принятого решения.

Суд на основании исследованных доказательств правильно установил, что ФИО1, действуя по предварительному сговору с К.Е.ОБ. и неустановленным лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, с целью уничтожения чужого имущества, путём поджога <адрес>, расположенной по адресу: <адрес>, принадлежащей потерпевшей О., в которой также проживал Ш2, выполняя отведённую ему роль в совершении преступления, облил входную дверь квартиры потерпевшей принесённой с собой легковоспламеняющейся жидкостью и попытался её поджечь с помощью спичек, однако по независящим от соучастников обстоятельствам имущество потерпевшей не было уничтожено, так как действия ФИО1 и ФИО2 были обнаружены З. после чего осуждённые скрылись с места преступления. В случае доведения преступного умысла до конца, потерпевшей был бы причинён значительный материальный ущерб.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 июня 2002 года № 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем», умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества, совершенное из хулиганских побуждений, путем поджога, взрыва или иным общеопасным способом, влечет уголовную ответственность по части второй статьи 167 УК РФ только в случае реального причинения потерпевшему значительного ущерба. Если в результате указанных действий предусмотренные законом последствия не наступили по причинам, не зависящим от воли виновного, то содеянное при наличии у него умысла на причинение значительного ущерба должно рассматриваться как покушение на умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества (ч. 3 ст. 30 и ч. 2 ст. 167 УК РФ).

Установленные судом согласованные действия ФИО1 и ФИО2, направленные на совершение поджога в многоквартирном доме с использованием легковоспламеняющейся жидкости, подтверждают наличие у них умысла на совершение преступления общеопасным способом, предусмотренным ч. 2 ст. 167 УК РФ. При этом показания осуждённых и иные доказательства свидетельствуют об отсутствии у них каких-либо оснований полагать, что поджог входной двери квартиры потерпевшей исключал распространение огня на другие объекты. Напротив, заключение эксперта № и показания эксперта К. прямо указывают на то, что доведение осуждёнными своего преступного умысла до конца повлекло бы проникновение огня внутрь помещений квартиры.

Суд сделал правильный вывод о том, что утрата потерпевшей жилья, а также мебели, бытовой техники и иного имущества, наличие которого в её квартире подтверждается протоколом осмотра места происшествия (т. № л.д.№), с учётом её материального положения, причинило бы ей значительный ущерб.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника заключения экспертов, учтённые судом при постановлении приговора, отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ, изложенные в них выводы аргументированы и основаны на результатах объективных исследований, проведённых согласно правилам и методикам проведения соответствующего вида экспертиз.

Обстоятельств, предусмотренных ст. 61, ч. 2 ст. 70 УПК РФ, исключающих участие в производстве по уголовному делу эксперта П2 проводившей товароведческую экспертизу, не имеется. Наличие у неё специальных знаний, необходимых для дачи заключения, сомнений не вызывает, оснований ставить под сомнение её выводы суд апелляционной инстанции не находит.

Несогласие стороны защиты с изложенной в приговоре оценкой доказательств само по себе не свидетельствует о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела или наличии неустранимых сомнений в виновности осуждённых и не является основанием для отмены либо изменения приговора.

Судебное разбирательство проведено судом объективно и всесторонне, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, с выяснением всех обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а сторонам были созданы необходимые условия для исполнения процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, которыми они реально воспользовались.

Все заявленные сторонами ходатайства судом разрешены правильно, с вынесением мотивированных постановлений, оснований не согласиться с которыми суд апелляционной инстанции не усматривает.

По окончании исследования представленных доказательств стороны сообщили об отсутствии у них ходатайств о дополнении судебного следствия и не заявляли о необходимости исследования других доказательств.

Существо приведённых в приговоре показаний допрошенных лиц соответствует содержанию протокола судебного заседания, отвечающего требованиям ст. 259 УПК РФ, замечания на который никто из участников судебного разбирательства не подавал.

Действия ФИО1 судом правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 167 УК РФ.

Наказание ФИО1 назначено судом в соответствии с требованиями ст. 6, 43, 60 УК РФ с учётом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств дела, данных о личности осуждённого, влияния назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, смягчающих и отягчающего обстоятельств.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признал активное способствование расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников, а также наличие на иждивении малолетних детей его сожительницы.

Каких-либо иных обстоятельств, которые согласно ст. 61 УК РФ могут быть признаны смягчающими наказание, но не были бы учтены судом первой инстанции, из материалов уголовного дела не усматривается.

Суд обоснованно признал отягчающим наказание обстоятельством совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору (п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ).

Выводы суда о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде лишения свободы, с учётом положений ч. 3 ст. 66 УК РФ, с его заменой в соответствии со ст. 53.1 УК РФ принудительными работами и отсутствии оснований для применения положений ст. 64, 73 УК РФ в приговоре убедительно мотивированы и являются правильными.

Назначенное наказание соответствует тяжести содеянного и личности осуждённого. Оснований считать его чрезмерно суровым не имеется.

Процессуальные издержки в размере 30553 рубля 20 копеек в виде сумм, выплаченных адвокатам за оказание юридической помощи Г.А.АБ. по назначению в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства, в соответствии со ст. 132 УПК РФ обоснованно взысканы судом с осуждённого, поскольку предусмотренных законом оснований для его освобождения от уплаты данных издержек не имеется. Сам осуждённый о наличии таких оснований суду не сообщил, против взыскания с него процессуальных издержек не возражал. При этом из материалов уголовного дела следует, что осуждённый является трудоспособным; обстоятельств, позволяющих сделать вывод о его имущественной несостоятельности, не установлено; размер процессуальных издержек не свидетельствует о том, что их уплата может существенно отразиться на материальном положении детей, находящихся на его иждивении.

Оснований для проверки уголовного дела в отношении осуждённого ФИО2 в соответствии с ч. 2 ст. 389.19 УПК РФ суд апелляционной инстанции не находит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28 и 389.33УПКРФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Курганского городского суда Курганской области от 3 февраля 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с подачей кассационных жалобы, представления через Курганский городской суд Курганской области в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного постановления, а по истечении этого срока – непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий А.Н. Ермохин