Решение № 2-287/2018 2-287/2018~М-267/2018 М-267/2018 от 21 ноября 2018 г. по делу № 2-287/2018

Дело №2-287/2018

В окончательной форме
решение изготовлено 21.11.2018г.

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

16 ноября 2018 года с.Байкалово

Байкаловский районный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Борисовой О.Д., при секретаре Папуловой Ю.Л.,

с участием:

заместителя прокурора Байкаловского района Лыжина Д.В.,

истца- ФИО1,

представителя ответчика- Управления образования Байкаловского муниципального района ФИО2, действующей на основании доверенности от 11.05.2018г., выданной сроком на 6 месяцев,

третьего лица- ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Управлению образования Байкаловского муниципального района об отмене приказа об увольнении, признании трудового договора бессрочным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к Управлению образования Байкаловского муниципального района об отмене приказа об увольнении от 16 августа 2018 года, признании трудового договора от 3 июля 2017 года бессрочным, восстановлении на работе в должности директора МКОУ Шадринская средняя общеобразовательная школа с 16 августа 2018 года, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула с 16 августа 2018 года по 19 октября 2018 года в размере 135 125 рублей 12 копеек, компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей.

В обоснование иска истец ФИО1 указала, что с 3 июля 2017 года она приступила к исполнению обязанностей в должности директора МКОУ Шадринская СОШ, полагая, что данное трудоустройство носит постоянный характер. После ознакомления с трудовым договором ей стало известно о том, что он заключен на период нахождения ФИО3 в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет. Факт подписания трудового договора на определенный срок не свидетельствует о правомерности действий ответчика по заключению срочного трудового договора. В период 3 июля 2017 года по 29 июля 2018 года она находилась в отпуске, в связи с чем данное увольнение является незаконным.

На основании ч.1 ст.79 Трудового кодекса Российской Федерации работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения. Однако в нарушение данного требования 16 августа 2018 года она была уволена ответчиком без какого-либо уведомления, в связи с чем ответчиком был нарушен порядок ее уведомления о расторжении трудового договора, поэтому он считается заключенным на неопределенный срок.

Согласно положений ст.84.1 Трудового кодекса Российской Федерации прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежащим образом заверенную копию указанного приказа (распоряжения).

В день увольнения работнику выдается справка о сумме заработка за два предшествующих года, сведения по страховым взносам обязательного пенсионного страхования и справка по форме 2-НДФЛ. Также работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со ст.140 Трудового кодекса Российской Федерации.

Однако, ей была выдана только трудовая книжка с записью под №16 о прекращении трудового договора. При этом по ее требованию не выданы копия приказа об увольнении, справка о сумме заработка за предшествующий период, сведения по страховым взносам обязательного пенсионного страхования и справка по форме 2-НДФЛ.

Согласно абз.4 ст.261 Трудового кодекса Российской Федерации расторжение трудового договора, в том числе с единственным кормильцем ребенка в возрасте до трех лет в семье, воспитывающей трех и более малолетних детей, если другой родитель (иной законный представитель ребенка) не состоит в трудовых в трудовых отношениях, по инициативе работодателя не допускается.

При этом на ее возражения о том, что у нее на иждивении трое несовершеннолетних детей, а младшему ребенку 3 года, ей было предложено самостоятельно искать работу. В результате данного разговора ей были причинены нравственные страдания, ее физическое и моральное самочувствие ухудшилось, она испытала при этом оскорбление унижение. Причиненный моральный вред оценивает в сумме 50 000 рублей.

Определением Байкаловского районного суда Свердловской области от 07.11.2018 года к участию в деле в качестве третьего лица привлечена ФИО3

В судебном заседании истец- ФИО1 исковые требования поддержала полностью, также поддержала обоснование исковых требований.

Представитель ответчика- Управления образования Байкаловского муниципального района ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против исковых требований ФИО1 Пояснила, что согласно условий трудового договора, заключенного 3 июля 2017 года с ФИО1, он заключен на определенный срок. В данном договоре имеется подпись истца. 15 августа 2018 года ФИО3 обратилась с заявлением о прерывании отпуска по уходу за ребенком и выходе на работу с 16 августа 2018 года на условиях нормальной продолжительности рабочего времени.

Согласно ч.3 ст.79 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, заключенный на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, прекращается с выходом этого работника на работу. Срок окончания трудового договора, заключенного с ФИО1, определяется не конкретной датой, а событием, то есть выходом ФИО3 на работу, что не противоречит действующему законодательству и не ущемляет трудовых прав ни постоянного, ни временного работника. При этом установленного порядка уведомления временного

работника о досрочном выходе основного работника на работу законом не предусмотрено.

При увольнении работника по п.2 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения прекращаются, в связи с истечением срока действия трудового договора, а не по инициативе работодателя. При увольнении работника по указанному основанию не предоставляются предусмотренные трудовым законодательством гарантии для работников, увольняемых по инициативе работодателя, в том числе запрет на увольнение в период пребывания в отпуске, запрет на увольнение женщин, имеющих детей в возрасте до трех лет, и иных категорий работников. Действия ответчика о прекращении трудового договора с истцом являются правомерными и не противоречат действующему законодательству. Вакантных мест, отвечающих квалификации истца, на территории Байкаловского муниципального района не имелось, в связи с чем истцу не предложены были альтернативные должности директора школы.

Кроме того, справка о сумме заработка, сведения по страховым взносам, справка по форме 2-НДФЛ должны быть запрошены истцом в бухгалтерии МКОУ Шадринская СОШ, так как расчет и выплата заработной платы директору производится бухгалтерией образовательного учреждения. Просила в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме.

Третье лицо- ФИО3 возражала против исковых требований ФИО1, поддержав пояснения, данные представителем ответчика.

Заслушав стороны, третье лицо, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение заместителя прокурора Байкаловского района Свердловской области Лыжина Д.В., полагавшего, что исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат, оценив доказательства в совокупности суд приходит к следующему.

На основании приказа от 03.07.2017г. №10-к ФИО1 была принята на работу в должности директора МКОУ Шадринская средняя общеобразовательная школа на период нахождения ФИО3 в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет (л.д.39).

Из пункта 2 трудового договора сторон спора от 03.07.2017г. следует, что истец ФИО1 принята на работу директором МКОУ Шадринская средняя общеобразовательная школа с 01.07.2017г. на период нахождения ФИО3 в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет (л.д.6-11).

На основании приказа Управления образования Байкаловского муниципального района от 25.06.2018г. №17 ФИО1 с 02.07.2018г. по 26.08.2018г. пребывала в ежегодном отпуске (л.д.12).

15.08.2018г. ФИО3 подала ответчику заявление о выходе на работу с 16.08.2018г., в связи с досрочным выходом из отпуска по уходу за ребенком.

16.08.2018г. ответчиком издан приказ №22-к об увольнении ФИО1 по п.2 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации (в связи с истечением срока действия трудового договора) (л.д.38).

14.09.2018г. ФИО1 обратилась в Государственную инспекцию труда по Свердловской области с просьбой рассмотреть обстоятельства ее увольнения и законность действий работодателя, восстановлении ее трудовых прав, возмещении материального и морального вреда, а также привлечении к ответственности представителя работодателя (л.д.68-69).

24.09.2018г. Государственной инспекцией труда в Свердловской области ФИО1 был дан ответ, из которого следует, что согласно положений статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации срочный трудовой договор заключается на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, за которым в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениям, локальными нормативными актами, трудовым договором сохраняется место работы. Срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает действие срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника (ст.79 ТК РФ). Из статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что не допускается увольнение работника по инициативе работодателя в период его пребывания в отпуске. Таким образом, запрет на увольнение работника в период отпуска распространяется только на увольнение по инициативе работодателя. В данном случае расторжение трудового договора произведено на основании статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с чем данная норма не распространяется на ФИО1, как и гарантия письменного уведомления о предстоящем расторжении трудового договора не менее чем за три дня. Кроме того, действующее трудовое законодательство не предусматривает каких-либо выплат и компенсаций при расторжении трудового договора, заключенного с работником на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, а также не содержит обязанности работодателя предлагать другое место работы или должность. Гарантии, предусмотренные статьей 261 Трудового кодекса Российской Федерации, на ФИО1 также не распространяются, так как расторжение трудового договора с женщиной, имеющей ребенка в возрасте до трех лет, с одинокой матерью, воспитывающей ребенка-инвалида в возрасте до 18 лет или малолетнего ребенка- ребенка инвалида в возрасте до 14 лет, не допускается лишь по инициативе работодателя (л.д.70-71).

Конституция Российской Федерации признает право каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (статья 37, часть 1), что не означает, однако, обязанности кого бы то ни было предоставить гражданину определенную должность или конкретную работу. Свобода труда проявляется, прежде всего, в его договорном характере, и вопрос о работе лица по определенной профессии, специальности, квалификации или должности решается именно в рамках трудового договора. Эта свобода, вместе с тем, предполагает обеспечение каждому возможности на равных с другими лицами условиях и без какой-либо дискриминации вступать в трудовые отношения (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 27.12.1999 №-19-П, 15.03.2005 № 3-П, Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 12.07.2006 № 263-О).

Из ст.ст.67, 68 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что оформление приема на работу оформляется приказом, а оформление трудового договора необходимо для согласования особых условий, какими при приеме на работу по срочному договору являются обстоятельства, послужившем основанием для заключения данного договора, что соответствует абз.4 ч.2 ст.57 Трудового кодекса Российской Федерации, рекомендовано в Письме Роструда от 03.11.2010 №3266-6-1. Приказ о приеме на работу истцом не оспаривался, а в нем были отражены обстоятельства, послужившие основанием для его заключения, соответствующие заявлению истца о приеме на работу.

Положения ст.58 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривают возможность заключения срочного трудового договора.

В соответствии с п.13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», решая вопрос об обоснованности заключения с работником срочного трудового договора, следует учитывать, что такой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, в частности в случаях, предусмотренных ч. 1 ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации, а также в других случаях, установленных Кодексом или иными федеральными законами (ч. 2 ст. 58, ч.1 ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч.2 ст.58 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных ч.2 ст.59 Кодекса, срочный трудовой договор может заключаться без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения. При этом необходимо иметь в виду, что такой договор может быть признан правомерным, если имелось соглашение сторон (ч.2 ст.59 Трудового кодекса Российской Федерации), т.е. если он заключен на основе добровольного согласия работника и работодателя.

Поскольку срочный трудовой договор заключается по соглашению сторон, то есть на основе добровольного согласия работника и работодателя, в случае, когда согласие на заключение договора было дано работником вынужденно, он вправе оспорить правомерность заключения с ним срочного трудового договора в суд общей юрисдикции. Если судом на основе исследования и оценки всех фактических обстоятельств дела будет установлено, что согласие работника на заключение такого договора не является добровольным, суд применяет правила договора, заключенного на неопределенный срок.

Доказательств того, что спорный трудовой договор был заключен вынужденно, материалы дела не содержат.

В силу п.2 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут в связи с истечением срока трудового договора (ст.79 настоящего Кодекса), за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения.

В силу ч.1, 3 ст.79 Трудового кодекса Российской Федерации срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника. Трудовой договор, заключенный на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, прекращается с выходом этого работника на работу.

Как разъяснено в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.10.2008 №614-О-О, возможность прекращения срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей временно отсутствующего работника, ранее времени окончания предполагаемого периода отсутствия такого работника, в частности при досрочном прекращении по инициативе работника отпуска по уходу за ребенком (статья 256 Трудового кодекса Российской Федерации), обусловлена необходимостью защиты прав и свобод временно отсутствующего работника. Данное правило распространяется на всех лиц, заключивших срочный трудовой договор, и не может рассматриваться как противоречащее принципу равенства прав и свобод человека.

Из этих норм следует, что обязанности по предупреждению истца о предстоящем увольнении у ответчика не было.

Руководствуясь вышеуказанными нормами закона суд приходит к выводу о том, что у работодателя имелись основания для увольнения истца по п.2 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации в последний рабочий день 16.08.2018г., предшествующий выходу основного работника 17.08.2018г. Процедура увольнения истца ответчиком соблюдена.

Увольнение истца произведено на основании соответствующего приказа об увольнении от 16.08.2018г., с которыми ФИО1 была ознакомлена 16.08.2018г., что подтверждается ее собственноручной подписью в приказе (л.д.38).

Не свидетельствуют о правомерности доводов истца о нарушении работодателем требований статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника (ч.3 ст. 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что 16.08.2018г. учтено работодателем как полный рабочий день (последний день работы) истца, а 17.08.2018г. как полный рабочий день основного работника ФИО3

Поскольку определить конкретной датой срок действия трудового договора в данном случае не представляется возможным, так как заменяемый истцом работник имел право выйти на работу досрочно в соответствии с положениями, предусмотренными ст.256 Трудового кодекса Российской Федерации об отпусках по уходу за ребенком, определяющим в таком срочном договоре является не конкретная дата окончания срока, а событие, явившееся основанием заключения данного договора, - отсутствие штатного работника, за которым сохраняется должность.

В связи с выходом данного работника на работу работодатель имел право и обязан был расторгнуть трудовой договор с заменяющим сотрудником не с окончанием периода, который был указан в трудовом договоре, заключенном с ним, а с выходом на работу основного работника. Фактом-событием, лежащим в основе прекращения срочного трудового договора, заключенного с временным замещающим сотрудником, является выход на работу основного сотрудника, что прямо предусмотрено ч.3 ст.79 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой трудовой договор, заключенный на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, прекращается с выходом этого работника на работу. Из данной нормы закона следует об отсутствии необходимости предупреждать временного работника об увольнении в связи с выходом на работу постоянного работника и о необходимости увольнения временного работника с даты выхода на работу постоянного работника.

Основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя предусмотрены статьей 81 Трудового кодекса Российской Федерации, которой предусмотрено, что не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случаев ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуального предпринимателя) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

Истец ФИО1 уволена с работы ни по одному из названных оснований, в связи с чем ее права увольнением в период нахождения в отпуске не нарушены.

Гарантии, установленные ч.4 ст.261 Трудового кодекса Российской Федерации, исключающие, по общему правилу, возможность расторжения трудового договора с отдельными категориями работников с семейными обязанностями (включая одиноких матерей, воспитывающих детей в возрасте до 14 лет), распространяются на лиц, с которыми трудовые (служебные) отношения прекращаются по инициативе работодателя (нанимателя).

Вместе с тем, основанием для увольнения, в связи с выходом основного работника, является сам факт выхода этого сотрудника из отпуска по уходу за ребенком, в связи с чем, необходимость увольнения истца ФИО1 не зависит от воли сторон, а предусмотрена непосредственно в законе.

Суд соглашается с доводами представителя истца о том, что справка о сумме заработка, сведения по страховым взносам, справка по форме 2-НДФЛ должны быть запрошены истцом в бухгалтерии МКОУ Шадринская СОШ, поскольку данное образовательное учреждение является самостоятельным юридическим лицом. Однако истцом этого сделано не было.

Действующее трудовое законодательство не содержит обязанности работодателя предлагать другое место работы уволенному работнику.

Увольнение истца было произведено в соответствии с нормами действовавшего законодательства. Поскольку в судебном заседании не установлены факты нарушения трудовых прав истца, то оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198, 320, 321 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 Управлению образования Байкаловского муниципального района об отмене приказа об увольнении от 16 августа 2018 года, признании трудового договора от 3 июля 2017 года бессрочным, восстановлении на работе в должности директора МКОУ Шадринская средняя общеобразовательная школа с 16 августа 2018 года, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула с 16 августа 2018 года по 19 октября 2018 года в размере 135 125 рублей 12 копеек, компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Байкаловский районный суд Свердловской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья- О.Д. Борисова