Апелляционное постановление № 22-212/2026 от 18 февраля 2026 г.

Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<адрес> 19 февраля 2026 года

Ленинградский областной суд в составе:

председательствующего - судьи Качаранц К.Р.,

при секретаре судебного заседания ФИО10,

с участием: государственного обвинителя - прокурора отдела управления прокуратуры <адрес> ФИО11,

осужденного ФИО2, и его защитника – адвоката ФИО14, представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

защитника - адвоката ФИО27, действующего в интересах осужденного ФИО1 представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката ФИО27 в защиту интересов осужденного ФИО1, адвоката ФИО14 в защиту интересов осужденного ФИО2, на приговор <адрес> городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин Российской Федерации, ранее не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 33, ч. 2 ст. 167 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком на 2 года.

В течении испытательного срока на ФИО1 возложены обязанности являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденных, с установленной этим органом периодичностью, но не реже 1 раза в месяц. Не менять место жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных.

Мера пресечения ФИО1 в виде запрета определенных действий оставлена без изменений до вступления приговора в законную силу.

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин Российской Федерации, не судимый,

осужден по ч. 2 ст. 167 УК РФ к 2 годам лишения свободы;

по ч. 1 ст. 228 УК РФ к 6 месяцам ограничения свободы;

по ч. 1 ст. 222 УК РФ к 1 году ограничения свободы;

На основании ч. 2 ст. 69, п. «б» ч.1 ст. 71 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний окончательно ФИО2 назначено наказание в виде 2 лет 3 месяцев лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком на 2 года.

В течении испытательного срока на ФИО2 возложены обязанности являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденных, с установленной этим органом периодичностью, но не реже 1 раза в месяц. Не менять место жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных.

Мера процессуального принуждения ФИО2 в виде обязательства о явке оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Приговором также разрешен вопрос о процессуальных издержках и судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи ФИО28, доводы апелляционных жалоб, заслушав выступление осужденного ФИО2, адвоката ФИО14, адвоката ФИО27, поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора ФИО11, возражавшей против удовлетворения апелляционных жалоб, полагавшей приговор суда не подлежащим изменению, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором <адрес> городского суда <адрес> ФИО1 признан виновным в организации умышленного уничтожения чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба, совершенного путем поджога.

ФИО5 А.С. признан виновным в совершении умышленного уничтожения чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба, совершенное путем поджога.

Преступление совершено в 05 часов 08 минут ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес>, <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Кроме того, ФИО5 А.С. признан виновным в незаконном хранении без цели сбыта наркотических средств в значительном размере.

Преступление совершено с неустановленного времени до 05 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Так же ФИО5 А.С. признан виновным в незаконном хранении боеприпасов к огнестрельному оружию (за исключением крупнокалиберного огнестрельного оружия, его основных частей и боеприпасов к нему, гражданского огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия, его основных частей и патронов к нему, гражданского огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия, его основных частей и патронов к нему, огнестрельного оружия ограниченного поражения, его основных частей и патронов к нему).

Преступление совершено с неустановленного времени до 05 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес>, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании осужденный ФИО1 вину в совершении инкриминируемого ему преступления признал в полном объеме, в содеянном раскаялся, от дачи показаний отказался в соответствии со ст. 51 Конституции РФ.

В судебном заседании осужденный ФИО5 А.С. вину в совершении инкриминируемых ему преступлений признал в полном объеме, в содеянном раскаялся, относительно преступлений, предусмотренных ч.1 ст.228 и ч.1 ст.222 УК РФ, полагал, что подлежит освобождению от уголовной ответственности в связи с добровольной выдачей наркотических средств и боеприпасов, от дачи показаний отказался в соответствии со ст.51 Конституции РФ.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО12 в интересах осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, считает его несправедливым, поскольку вынесен с существенными нарушениями уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Указывает, что в соответствии со статьей 76 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред. По каждому уголовному делу надлежит проверять, имеются ли основания для применения к лицу, совершившему преступление, положений статей 75, 76, 76.1, 76.2 или 78 УК РФ.

Под заглаживанием вреда для целей статьи 76 УК РФ следует понимать возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего. Способы заглаживания вреда, а также размер его возмещения определяются потерпевшим. Возмещение ущербы и заглаживание вреда могут быть произведены не только лицом, совершившим преступление, но и другими лицами.

Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением сторон, осуществляется в форме прекращения уголовного дела и (или) уголовного преследования на основании статьи 25 УПК РФ. В соответствии с частью 2 статьи 27 УПК РФ обязательным условием принятия такого решения является согласие на это лица, совершившего преступление.?

При решении вопроса о возможности прекращения уголовного дела и (или) уголовного преследования на основании статьи 25 УПК РФ суду надлежит проверить добровольность, осознанность заявления о примирении потерпевшего, являющегося физическим лицом, а также наличие полномочия у представителя организации (учреждения) на примирение.

Цитирует п.2.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 N 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности» согласно которому под заглаживанием вреда (часть 1 статьи 75, статья 76.2 УК РФ) понимается имущественная, в том числе денежная, компенсация морального вреда, оказание какой-либо помощи потерпевшему, принесение ему извинений, а также принятие иных мер, направленных на восстановление нарушенных в результате преступления прав потерпевшего, законных интересов личности, общества и государства.

Указывает, что в ходе судебного следствия от представителя потерпевшего ФИО33 ФИО13 поступило ходатайство о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО1 и ФИО2 в части их обвинения по ч.2 ст. 167 УК РФ в связи с примирением сторон, поскольку обвиняемые принесли извинения, причиненный ущерб полностью возмещен страховой компанией, претензий материального и морального характера к подсудимым не имеет.

По мнению автора апелляционной жалобы, ФИО1 и ФИО5 А.С. выполнили все необходимые условия, для возмещения ущерба, которые были направлены на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего. Заявление потерпевшего было написано и добровольно и осознано. Отказывая в прекращении уголовного дела, суд указал, на возмещение материального ущерба не подсудимыми, а страховой компанией, в чем автор апелляционной жалобы усмотрел противоречие, поскольку в этом же постановлении суд указал, что что ущерб, в соответствии со ст.ст. 76-76.2 УК РФ, может быть возмещен не только обвиняемыми, но и другими лицами. Представитель потерпевшего четко и ясно дал понять, что ущерб компании полностью возмещен и нет разницы, страховой компанией это было сделано или подсудимыми, потерпевший претензий к подсудимым не имеет, ему было достаточно того, что подсудимые принесли извинения, которые он принял, и считает, что подсудимые этим загладили причинённый ущерб.

Цитируя п.27 Постановления Пленума ВС РФ от 27.06.2013 №19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», указывает, что если суд первой инстанции при наличии оснований, предусмотренных статьей 25 УПК РФ, не прекратил уголовное дело и (или) уголовное преследование, то в соответствии со статьей 389.21 УПК РФ суд апелляционной инстанции отменяет обвинительный приговор, прекращает уголовное дело и (или) уголовное преследование.

Просит приговор суда отменить, уголовное дело (преследование) в отношении ФИО1 прекратить на основании ст. 25 УПК РФ и ст. 76 УК РФ в связи с примирением сторон.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО14, действующий в защиту интересов осужденного ФИО2, выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным, подлежащим отмене, назначенное наказание несправедливым, чрезмерно суровым, а выводы суда несоответствующие фактическим обстоятельствам дела.

Ссылаясь на ст. 6 УК РФ, ч. 1 и 3 ст. 60 УК РФ, ст. 297 УПК РФ, указывает, что реализуя принципы справедливости и гуманизма, закрепленные в Уголовном кодексе Российской Федерации, государство предоставляет лицу, совершившему преступление небольшой или средней тяжести возможность освобождения от уголовной ответственности, осуждения и наказания, в связи с чем, суду необходимо по каждому конкретному? уголовному делу проверять, имеются ли основания для применения положения ст.ст. 75 - 78 УК РФ, а также примечания, в частности к статьям 222 и 228 УК РФ.

Отмечает, что согласно примечаний к статье 222 УК РФ лицо, добровольно сдавшее предметы, указанные в статье 222 УК РФ, освобождается от уголовной ответственности по данной статье. Не может признаваться добровольной сдачей предметов, указанных в настоящей статье, а также в статьях 222.1, 222.2, 223 и 223.1 УК РФ, их изъятие при задержании лица, а также при проведении оперативно-розыскных мероприятий или следственных действий по их обнаружению и изъятию.

Также отмечает, что согласно примечаний к статье 228 УК РФ лицо, совершившее предусмотренное настоящей статьей преступление, добровольно сдавшее наркотические средства и активно способствовавшее раскрытию или пресечению преступлений, связанных с незаконным оборотом указанных средств и веществ освобождается от уголовной ответственности за данное преступление. Не может признаваться добровольной сдачей наркотических средств изъятие указанных средств и веществ при задержании лица и при производстве следственных действий по обнаружению и изъятию указанных средств и веществ.

Цитируя ст. ст. 76 УК РФ, ст. 25 УПК РФ, п. 2.1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 № 19 «О применении судами законодательств, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», указывает, что в ходе судебного следствия по данному уголовному делу от представителя потерпевшего ФИО34 ФИО13 поступило ходатайство о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО2 и ФИО1 в части предъявленного им обвинения по части 2 статье 167 УК РФ, на основании статьи 25 УПК РФ, в связи с примирением сторон, поскольку подсудимые принесли извинения, претензий материального и морального характера к подсудимым не имеют, а причиненный ущерб полностью возмещен страховой компанией. От подсудимых ФИО2 и ФИО1 поступили аналогичные заявления о согласии на прекращение уголовного преследования. Таким образом, ФИО5 А.С. и ФИО1 выполнили все необходимые условия, для возмещения ущерба, которые были направлены на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего. Заявление представителя потерпевшего было написано добровольно и осознано. Однако, участвующий в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ государственный обвинитель - заместитель Выборгского городского прокурора ФИО15 высказал позицию о том, что ходатайство представителя потерпевшего не подлежит удовлетворению, поскольку материальный ущерб возмещен не подсудимыми, а страховой компанией. Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ <адрес> городской суд <адрес> ходатайство представителя потерпевшего, а также подсудимых ФИО2 и ФИО1, о прекращении уголовного преследования в части обвинения в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 167 УК РФ, по основанию, предусмотренному статей 25 УПК РФ и 76 УК РФ, в связи с примирением - оставил без удовлетворения. Основанием для принятия данного решения послужил тот факт, что материальный ущерб возмещен не подсудимыми, а страховой компанией.

Автор апелляционной жалобы полагает, что суд первой инстанции неправильно применяет уголовный закон и противоречит выводам приведенным в постановлении, указывая, на отсутствие оснований для прекращения уголовного преследования в отношении ФИО2 и ФИО1 в виду того, что ущерб был возмещен страховой компанией, а не осужденными, в то же время указал в постановлении, что в соответствии со статьями 76 - 76.2 УК РФ, ущерб может быть возмещен не только подсудимыми, но и другими лицами. При этом представитель потерпевшего четко выразил свою позицию, что ущерб компании полностью возмещен, претензий к подсудимым он не имеет, они принесли извинения, которые им были приняты в ходе судебного заседания и полагает, что тем самым они загладили причиненный ущерб.

Указывает, что действующее уголовное законодательство Российской Федерации позволяет освобождать от уголовной ответственности лицо, совершившее преступление не только небольшой и средней тяжести, а иной категории, но только в случаях, специально предусмотренных соответствующими статьями Особенной части кодекса (часть 2 статьи 75 УК РФ) и при наличии определенных обстоятельств, а именно: в случае добровольной сдачи огнестрельного оружия, боеприпасов и наркотических средств в соответствии с примечаниями к статьям 222 и 228 УК РФ. В уголовном законе указано, что не может признаваться добровольной сдачей вышеуказанных предметов, их изъятие при задержании лица, а также при проведении оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий по их обнаружению и изъятию.

Обращает внимание, что обыск в квартире у ФИО2 проводился по расследуемому и возбужденному уголовному делу по части 2 статьи 167 УК РФ, а не в связи с проведением оперативно-розыскных действий или следственных действий по обнаружению боеприпасов или наркотических средств. Перед проведением обыска ФИО5 А.С. добровольно выдал боеприпасы и наркотические средства, которые, как он пояснил в ходе допроса на одном из судебных заседаний, никто и ни при каких обстоятельствах, не нашел бы их. В связи с вышеуказанными обстоятельствами, ФИО5 А.С. подлежал освобождению от уголовной ответственности на основании примечания к статьям 222 и 228 УК РФ, в связи с добровольной им сдачей боеприпасов и наркотических средств.?

Полагает, что судом неправильно применен уголовный закон, поскольку имелись все основания для освобождения ФИО2 от уголовной ответственной в части предъявленного ему обвинения по части 1 статьи 222 и части 1 статьи 228 УК РФ в связи с примечанием к данным статьям.

Цитируя п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 №19 «О применении судами законодатели регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности» указывает, что освобождение от уголовной ответственности за преступление небольшой или средней тяжести в случаях, специально предусмотренных примечаниями к соответствующим статьям Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, производится по правилам, установленным такими примечаниями. При этом выполнение общих условий, предусмотренных частью 1 статьи 75 УК РФ, не требуется. Невозможность применения примечания не исключает освобождение от уголовной ответственности по части 1 статьи 75 УК РФ, если лицом выполнены условия, установленные данной нормой, и вследствие этого оно перестало быть общественно - опасным (например, может быть освобождено от уголовной ответственности лицо, совершившее преступление, предусмотренное частью 1 статьи 222 УК РФ, которое хотя и не сдало огнестрельное оружие, но при этом способствовало раскрытию и расследованию указанного преступления).

На основании вышеизложенного, просит приговор <адрес> городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ - отменить, уголовное дело (преследование) в отношении ФИО2 по части 2 статьи 167 УК РФ - прекратить на основании ст. 25 УПК РФ и ст. 76 УК РФ, в связи с примирением сторон, а по части 1 статьи 222 и части 1 статьи 228 УК РФ - прекратить в соответствии с примечаниями к данным статьям УК РФ.

Проверив материалы уголовного дела, заслушав выступления сторон, обсудив доводы апелляционных жалоб адвокатов ФИО14, ФИО27, суд апелляционной инстанции находит приговор суда, законным и обоснованным по следующим основаниям.

Выводы суда о доказанности вины осужденных ФИО1, в совершении преступления предусмотренного ч.3 ст.33 ч.2 ст.167 УК РФ и ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, полно и правильно изложенных в приговоре, получивших надлежащую оценку суда.

В частности, такие выводы подтверждаются оглашенными в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ показаниями представителя потерпевшего ФИО23 данными им в ходе предварительного расследования о том, что между №, где он являлся генеральным директором, был заключен договор лизинга №, предметом которого является автомобиль марки ФИО3 ФИО3, № в кузове черного цвета. Согласно условиям договора, стоимость автомобиля составляет 1 646 900 рублей 00 копеек. На основании данного договора ФИО23 являлся фактическим пользователем автомобиля. В дальнейшем, в связи с прекращением финансово-хозяйственной деятельности ФИО35 договор лизинга был перезаключен. В результате чего между <данные изъяты> и ИП ФИО16, был заключен договор перенайма к договору финансовой аренды (лизинга) № от ДД.ММ.ГГГГ от ДД.ММ.ГГГГ. Несмотря на то, что договор был перезаключен с ИП ФИО16, он (ФИО23) также являлся пользователем автомобиля, управлял на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной от имени ИП ФИО16 на его имя, на право управления автомобилем, находящимся в лизинге. ДД.ММ.ГГГГ около 17 часов 00 минут приехал к дому, где проживает, по адресу: <адрес>, после чего находился дома. В вечернее время лег спать. Около 05 часов 10 минут проснулся от звонка соседей, которые разбудили его и сказали, что у него перед домом горит вышеуказанный автомобиль. Соседи вызвали сотрудников МЧС, которые приехали быстро, однако потушить автомобиль, с сохранением конструкции не представлялось возможным, в связи с тем, что возгорание началось довольно быстро и к приезду сотрудников, автомобиль выгорел почти полностью. После тушения автомобиля, сотрудники МЧС осмотрели автомобиль, и было установлено, что переднее левое крыло, а также колесо были облиты горючим веществом, так как остался характерный след на остатках автомобиля. В дальнейшем, сотрудниками МЧС производилась экспертиза, на установление причин возгорания, согласно заключению эксперта, вышеуказанный автомобиль был подожжен. Ущерб, причиненный в результате полного уничтожения автомобиля «ФИО3 ФИО3», <данные изъяты>, является для <данные изъяты> значительным, так как привело к полной утрате имущества, являющегося предметом лизинга, и выражено в последующих потерях прибыли, которая могла быть получена при сдаче автомобиля в лизинг. До момента поджога автомобиля последний находился в полностью технически исправном состоянии, какие-либо повреждения на нем отсутствовали. Проблем с проводкой и электроникой в автомобиле не было. Технический осмотр систематически проводился. На момент поджога, который отображен на видеозаписи, осмотр которой производился с его участием, двигатель автомобиля был не заведен, соответственно, как он полагает, самовозгорания произойти не могло (т. 1 л.д. 181-182, т.1 л.д.136-138);

оглашенными в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ показаниями свидетеля Свидетель №1, данными им в ходе предварительного расследования о том, что примерно в марте 2024 года к нему обратился ФИО1 сказал, что ему необходим автомобиль. У Свидетель №1 в пользовании находится автомобиль «Тойота Камри», г.р.з. Е714АУ147. С ФИО1 они встретились у станции метро «Ладожская», где последний сообщил, что необходимо проехать по адресу: <адрес>, где располагалось помещение шиномонтажа. Все передвижения они осуществляли на его автомобиле. ФИО1 ему не сообщал о цели поездки. Спустя некоторое время ожидания, от шиномонтажа отъехал автомобиль марки ФИО3 ФИО3, <данные изъяты>, в кузове черного цвета. ФИО1 попросил поехать за вышеуказанной машиной, с какой целью, он не пояснял, а Свидетель №1 не спрашивал. После того, как они отъехали от шиномонтажа, ФИО3 ФИО3, <данные изъяты>, в кузове черного цвета, повернула с шоссе Революции в сторону Ириновского проспекта, далее двигалась в сторону <адрес>, после чего поехала на Дорогу Жизни. Они проследовали за данным автомобилем и доехали до <адрес> расположенного во <адрес>, где ФИО3 ФИО3, <данные изъяты> была припаркована у дома. После чего, ФИО1 сообщил, что можно возвращаться обратно. После того, как они вернулись в город, он отвез ФИО1 к станции метро «Ладожская», где они разошлись. По поводу событий в ночь с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, поясняет, что заранее, они с ФИО1 договорились собраться семьями у ФИО1 в гостях, по адресу: <адрес>. На встрече присутствовали он (Свидетель №1), его супруга, ФИО1, а также супруга ФИО1 с детьми. На протяжении всего вечера и ночи, они все находились вместе, разошлись только под вечер ДД.ММ.ГГГГ. Примерно 10-ДД.ММ.ГГГГ, с ним опять связался ФИО1, с которым они договорились встретиться, либо у ст. метро «Ладожская», либо на ст. метро «Лесная». На встрече ФИО1 отдал Свидетель №1 денежные средства в сумме 10 000 рублей, наличными. ФИО1 пояснил, что это денежные средства за бензин, а также за то, что он возил его в <адрес>. Более ФИО1 ничего не пояснял (т.2 л.д.123-125);

показаниями представителя потерпевшего ФИО13, данных им в судебном заседании, согласно которым ему было известно, что имел место факт поджога автомобиля KiaOptima. Относительно даты, иных обстоятельств пояснить ничего не может.

Вина осужденных в совершении указанного выше преступления подтверждается письменными доказательствами:

заявлением ФИО23 на имя начальника 128 отдела полиции УМВД России по <адрес>, согласно которому он просит привлечь к уголовной ответственности неустановленное лицо, которое ДД.ММ.ГГГГ совершило поджог автомобиля марки «ФИО3 ФИО3», г.р.з. В303ХТ198, припаркованного по адресу: <адрес>, <адрес><адрес> (т.1 л.д.85);

протоколами осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес>, <адрес><адрес>, согласно которым припаркованный автомобиль, выгорел полностью, при осмотре автомобиля было установлено, что лакокрасочное покрытие выгорело по всей площади, пластиковые элементы, остекление, государственный регистрационный знак отсутствуют, крышка багажника, со стороны салона, крышка бензобака, покрышка заднего колеса, покрышки переднего колеса, все подкапотные элементы устройства автомобиля выгорели в полном объеме, на правом заднем колесе частично сохранена покрышка, 4 колесных диска закопчены (т. 1 л.д.114-120, т.1 л.д.91-97);

протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ согласно которому у ФИО23 изъят автомобиль марки «ФИО3 ФИО3» <данные изъяты>, с характерными следами горения кузова и салона автомобиля (т.1 л.д.167-170);

протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ согласно которому был осмотрен автомобиль марки «ФИО3 ФИО3» <данные изъяты>, и установлено, что автомобиль со следами пожара, лакокрасочное покрытие, остекление отсутствуют по все площади автомобиля. Все элементы автомобиля выгорели в полном объеме. Осмотренный автомобиль признан вещественным доказательством (т.1 л.д.171-177, т.1 л.д.178-179, 180);

техническим заключением №, согласно которому по результатам исследования пожара, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес>, <адрес>, очаг пожара охватывает всю площадь автомобиля «Kia Optima» («ФИО3 ФИО3») <данные изъяты>, возникновение пожара на автомобиле «Кia Optima» <данные изъяты> могло произойти в рамках следующих версий: аварийный режим работы электросети или электрооборудования автомобиля, искусственное инициирование горения (поджог) (т.1 л.д.123-129);

заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого размер ущерба, причиненного <данные изъяты> в результате пожара на автомобиле <данные изъяты>), государственный регистрационный знак <данные изъяты>, в кузове черного цвета, 2019 года выпуска, на дату происшествия ДД.ММ.ГГГГ составляет 2 117 600 рублей (т.1 л.д.190-207);

постановлением о предоставлении следователю результатов оперативно-розыскной деятельности от ДД.ММ.ГГГГ согласно которому предоставлены: справка-меморандум о совершенном преступлении, сведения АС «КПА», сведения ЕБД АИС, DVD-диск, содержащий видеозапись с моментом возгорания автомобиля (т.2 л.д. 4-5);

протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому была осмотрена видеозапись момента возгорания автомобиля «ФИО3 ФИО3», <данные изъяты> регион, припаркованного по адресу: <адрес>, содержащаяся на DVD-диске, в ходе осмотра установлено время и дата возгорания указанного автомобиля. Данная видеозапись признана вещественным доказательством (т.2 л.д.102-104, т.2 л.д.105-106);

протоколом обыска в жилище ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес> был обнаружен и изъят: мобильный телефон марки «Редми Нот 9 про», принадлежащий ФИО2 (т.2 л.д.132-136);

протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому был осмотрен мобильный телефон марки «Редми Нот 9 Про», принадлежащий ФИО2, в ходе осмотра мобильного телефона, установлено, что в мобильном телефоне имеется мессенджер «ВотсАп», в котором имеется переписка, согласно которой в день поджога, и непосредственно перед ним ФИО5 С.А. имел несколько групповых звонков с ФИО1, а также посредством мобильного телефона отчитывался перед ФИО1, кроме того, установлено, что непосредственно перед совершением преступления ФИО5 С.А. взял у ФИО18 автомобиль для совершения поездки в <адрес>. Мобильный телефон был признан вещественным доказательством (т. 2 л.д. 137-139, т.2 л.д.140-141, 142);

протоколом обыска в жилище ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что по адресу: <адрес>, обнаружен и изъят: мобильный телефон марки Айфон, в корпусе серебристого цвета, принадлежащий ФИО1 (т.2 л.д. 183-186);

протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ согласно которому был осмотрен мобильный телефон марки Айфон, в корпусе серебристого цвета, принадлежащий ФИО1, в ходе осмотра установлено, что на телефоне установлен мессенджер «ВотсАп», в котором имеется переписка, согласно которой в день поджога, и непосредственно перед ним ФИО1 имел несколько групповых звонков с ФИО17, кроме того, установлено, что непосредственно перед совершением преступления ФИО1 осуществлял наблюдение за шиномонтажом, принадлежащим ФИО23, а также приезжал на место, где парковался последний, также в ходе осмотра мобильного приложения АО «Тинькофф Банк», установлено, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ на расчетный счет поступили денежные средства в сумме 70 000 рублей. Постановлением о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств. (т.2 л.д. 189-195, т.2 л.д.196-197,198).

Как правильно установил суд, указанные выше доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и являются относимыми, достоверными и допустимыми.

В судебном заседании исследована достаточная совокупность доказательств, позволившая суду установить обстоятельства рассматриваемых событий и сделать правильные вывод о виновности осужденных ФИО1, ФИО2, который подтверждается признательными показаниями самих осужденных, данными ими в ходе предварительного расследования и оглашенными в порядке ч.1 ст. 276 УПК РФ в ходе судебного разбирательства об обстоятельствах совершения ими поджога автомобиля ФИО3, государственный регистрационный знак <данные изъяты>. Кроме того, вина ФИО1 и ФИО2 в совершении преступления в отношении имущества <данные изъяты> установлена, в том числе, подробно приведенными в приговоре оглашенными показаниями представителя потерпевшего ФИО23, свидетеля Свидетель №1, представителя потерпевшего ФИО13 данными в ходе судебного разбирательства которые давали последовательные, непротиворечивые показания об обстоятельствах произошедшего.

При этом суд не установил оснований не доверять показаниям указанных выше представителей потерпевших, свидетеля, которые согласуются между собой и не противоречат иным собранным по делу доказательствам, подробно приведенным в приговоре.

Оснований сомневаться в их правдивости не имелось у суда первой инстанции, не имеется и у суда апелляционной инстанции. Оснований для оговора осужденных у свидетелей не имеется.

Кроме того, вина ФИО1 и ФИО2 подтверждается также протоколом осмотра места происшествия и протоколом осмотра предметов согласно которым был осмотрен автомобиль со следами пожара, автомобиль был признан вещественным доказательством по делу, техническим заключением № согласно которому очаг пожара охватывает всю площадь автомобиля, возникновение пожара могло произойти в результате искусственного инициирования горения (поджога), протоколом осмотра предметов, согласно которому была осмотрена видеозапись момента возгорания автомобиля «ФИО3 - ФИО3», протоколами обысков в жилище ФИО17, ФИО1 и изъятия мобильных телефонов осужденных, протоколами осмотра изъятых телефонов, содержащих звонки между осужденными непосредственно перед совершением преступления, а так же сведения о поступлении денежных средств на расчетный счет ФИО1 на сумму 70 000 рублей.

Кроме того, вина осужденных установлена иными письменными доказательствами, подробно приведенными в приговоре суда.

Суд первой инстанции, оценивая собранные по делу доказательства, обоснованно признал их относимыми, допустимыми и достоверными, полученными в соответствии с требованиями УПК РФ. Оснований не согласиться с данными выводами у суда апелляционной инстанции не имеется.

Согласно заключению эксперта № размер ущерба, причиненного <данные изъяты> в результате пожара автомобиля ФИО3, государственный регистрационный знак <данные изъяты> на дату происшествия составляет 2117600 рублей.

Данных свидетельствующих о необъективности заключения, из материалов уголовного дела не усматривается. Заключение эксперта обосновано, мотивировано, научно-аргументировано, в нем содержатся исчерпывающие ответы на поставленные вопросы, экспертиза проведена с соблюдением требований ст.204 УПК РФ, компетентным экспертом. Выводы, приведенные в заключении ясны и понятны, не содержат противоречий, надлежащим образом оценены и обоснованно приведены в приговоре.

Осужденными ФИО1, ФИО2 и их защитниками не оспаривалась виновность осужденных в совершении инкриминируемых преступлений.

Суд пришел к правильному выводу, что действия ФИО1 и ФИО2, связанные с уничтожением чужого имущества, носили умышленный характер. Уничтожение имущества совершено ФИО2 путем поджога, что охватывалось умыслом как ФИО1, так и ФИО2, и с учетом стоимости автомобиля и размера причиненного ущерба, показаниями представителя потерпевшего ФИО23 о значимости имущества повлекли причинение значительного ущерба.

Судом первой инстанции из предъявленного обвинения ФИО1 и ФИО2 был исключен квалифицирующий признак совершение преступления группой лиц по предварительному сговору, в связи с тем, что согласно исследованным доказательствам исполнителем преступления являлся ФИО5 А.С., ФИО1 не принимал непосредственного участия в совершении действий, образующих объективную сторону состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ. При этом ФИО1, не являясь соисполнителем преступления, организовал его совершение ФИО2 и руководил его действиями. Исключение судом первой инстанции, указанного квалифицирующего признака не обжаловалось стороной обвинения и не ухудшает положение осужденных.

В связи с изложенным, судом первой инстанции действия ФИО1 были правильно квалифицированы по ч.3 ст.33 ч.2 ст.167 УК РФ как организация умышленного уничтожения чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба, совершенного путем поджога.

Действия ФИО2 были правильно квалифицированы по ч.2 ст.167 УК РФ как совершение уничтожения чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба, совершенное путем поджога.

При этом вопреки доводам апелляционных жалоб защитников -адвокатов ФИО27, ФИО14, судом первой инстанции надлежащим образом соблюдены положения ст.76 УК РФ и ст.25 УПК РФ при решении вопроса о возможности прекращения уголовного дела и освобождении ФИО1, ФИО2 от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим.

В соответствии с правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 4 июня 2007 года № 519-О-О, полномочия суда отказать в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, вытекающее из взаимосвязанных положений ст.76 УК РФ и ст.25 УПК РФ, направлено на достижение конституционно значимых целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления их исправительного воздействия, предупреждения новых преступлений и тем самым - защиты личности, общества и государства от преступных посягательств.

Указание в названных статьях на возможность, а не обязанность освобождения от уголовной ответственности и прекращения уголовного дела означает необходимость принятия соответствующего решения с учетом всей совокупности обстоятельств конкретного дела, включая степень общественной опасности совершенного деяния.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 года № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», принимая решение о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суду необходимо оценить, соответствует ли это целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, отвечает ли требованиям справедливости и целям правосудия.

Такая же позиция нашла отражение в п.9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 19 « О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», согласно которому при разрешении вопроса об освобождении лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим судам следует учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободного выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание.

Таким образом, суд обязан не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для освобождения от уголовной ответственности, а принять справедливое, обоснованное и мотивированное решение с учетом всей совокупности данных, характеризующих, в том числе, особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства его совершения, конкретные действия предпринятые виновным для возмещения ущерба или иного заглаживания причиненного преступлением вреда, изменение степени общественной опасности деяния вследствии таких действий.

Принимая решение об отказе в удовлетворении ходатайства представителя потерпевшего <данные изъяты> ФИО13 о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суд должным образом оценил, в какой степени меры по заглаживанию вреда, а именно принесение извинений представителю потерпевшего со стороны ФИО1 и ФИО2 позволяли компенсировать наступившие от этого преступления негативные последствия. Судом так же было учтено, что причиненный ущерб <данные изъяты> был возмещен не осужденными, а страховой компанией.

С учетом конкретных обстоятельств дела, согласно которым преступление было совершено по указанию неустановленного лица, связано с поджогом автомобиля, с использованием горючей жидкости, то обстоятельство, что ущерб причиненный преступлением был возмещен не осужденными, а страховой компанией, суд пришел к обоснованному выводу о том, что отсутствие лично у представителя потерпевшего <данные изъяты>» претензий к осужденным ФИО1 и ФИО2 не могут быть подтверждением такого снижения степени общественной опасности содеянного, которое позволило бы суду освободить ФИО1 и ФИО2 от уголовной ответственности.

При этом вопреки доводам апелляционных жалоб защитников-адвокатов ФИО19, ФИО14, постановление суда первой инстанции не содержит противоречий, а ссылка суда на то, что возмещение ущерба и (или) заглаживание вреда (ст.75-76.2 УК РФ) могут быть произведены не только лицом, совершившим преступление, но по его просьбе (с его согласия) другими лицами не противоречит установленным фактически обстоятельствам дела, согласно которым причиненный преступлением вред ООО «РЕСО-Лизинг» был возмещен страховой компанией на основании договора о страховании, а не осужденными и данное обстоятельство не может учитываться судом как возмещение ущерба ФИО1 и ФИО2

Кроме того, судом первой инстанции, вопреки доводам апелляционных жалоб, обоснованно не приняты во внимание доводы представителя потерпевшего ООО «РЕСО-Лизинг» ФИО13 о том, что ему не важно кем конкретно возмещен ущерб и обоснованно отказано в удовлетворении ходатайства о прекращении уголовного преследования.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что при таких обстоятельствах прекращение уголовного дела не соответствует целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства.

Вина осужденного ФИО2 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 228, ч. 1 ст. 222 УК РФ, подтверждается совокупностью собранных и исследованных в судебном заседании доказательств.

Так из показаний оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ свидетеля Свидетель №2, данных им в ходе предварительного расследования следует, что ДД.ММ.ГГГГ он участвовал в качестве понятого при обыске в <адрес>. В ходе обыска следователем ФИО2 было предложено выдать предметы и документы, имеющие значение для уголовного дела, а также предметы, запрещенные в свободном гражданском обороте. ФИО5 ФИО36. сообщил, что у него в комнате хранятся патроны, а также что у него есть какой-то наркотик, который выглядел как высушенная трава зеленого цвета, которая хранилась в банке. Далее следователем была обнаружена стеклянная трубка, предназначенная для курения. Эти предметы следователем были упакованы и опечатаны. Свидетель №2 и иные участвующие лица ознакомились с протоколом и поставили свои подписи. Каких-либо замечаний, заявлений от кого-либо не поступило (т. 3 л.д. 125-127);

Из показаний оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ свидетеля Свидетель №3 данных ею в ходе предварительного расследования, следует, что ДД.ММ.ГГГГ она участвовала в качестве понятого при обыске в <адрес>. Следователь разъяснил права и обязанности понятых, а также иных участвующих лиц. Затем был разъяснен порядок проведения обыска. В квартире находился проживающий в ней молодой человек - ФИО2. В ходе обыска следователем было предложено ФИО2 выдать предметы и документы, имеющие значение для уголовного дела, а также предметы, запрещенные в свободном гражданском обороте. ФИО5 ФИО37. сообщил, что у него в комнате хранятся патроны и наркотик, который выглядел как высушенная трава зеленого цвета, которая хранилась в банке. Следователем была также обнаружена стеклянная трубка, предназначенная для курения. Эти предметы следователем были опечатаны и упакованы. Все предметы, которые были обнаружены, и сведения об их упаковке были отражены в протоколе. После этого она и иные участвующие лица ознакомились с протоколом и поставили свои подписи. Каких-либо замечаний или заявлений от кого-либо не поступило (т.3 л.д.129-131);

Как правильно указал суд оснований не доверять показаниям свидетелей ФИО20, Свидетель №3 не имелось, сведения изложенные в показаниях согласуются как между собой, так и с письменными материалами дела, иными исследованными доказательствами.

Кроме того, сведения изложенные свидетелями ФИО21, Свидетель №3 подтверждаются протоколом обыска в жилище ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что по адресу: <адрес> обнаружено и изъято: стеклянная банка, закрытая крышкой, в которой находится вещество растительного происхождения, зеленого цвета, стеклянная курительная трубка, 4 патрона, принадлежащие ФИО2 (т.2 л.д.132-136).

Согласно справке о результатах исследования № от ДД.ММ.ГГГГ, масса растительного вещества зеленого цвета, хранящегося в банке из бесцветного прозрачного стекла, составляет 13, 05г, проведенным исследованием установлено, что представленное на исследование растительное вещество является наркотическим средством - каннабис (марихуана). Масса каннабиса (марихуаны) (высушенного до постоянной массы при температуре 110С) составляет более 6,0 г, но менее 13, 05 г., на исследование израсходовано 0, 45 г. вещества (т.3 л.д.46).

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ растительное вещество зеленого цвета является наркотическим средством – каннабис (марихуана), масса которого, высушенного до постоянной массы при температуре +110С, составляет 11, 40г. (т.3 л.д.55-56).

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ представленные на исследование 4 патрона, из которых один патрон это пуля и гильза в сборе, изъятые ДД.ММ.ГГГГ в ходе производства обыска по месту жительства ФИО2 являются: 3 (три) патрона – 9 мм пистолетными патронами к пистолету ФИО4 (ПМ), которые предназначены для использования в боевом нарезном огнестрельном оружии: пистолете конструкции ФИО4 (ПМ), автоматическом пистолете ФИО6 (АПС), пистолетах-пулеметах Кедр, ПП-90 и др. Испытанные на пригодность 3 (три) патрона выстрелили, то есть пригодны для производства выстрела. Пуля и гильза (в сборе) - частями, а именно стреляная пуля и стреляная гильза от 9-мм пистолетного патрона к пистолету ФИО4 (ПМ), которые предназначены для использования в боевом нарезном огнестрельном оружии: пистолете конструкции ФИО4 (ПМ), автоматическом пистолете ФИО6 (АПС), пистолетах-пулеметах Кедр, ПП-90 и др. могли быть отстреляны из пистолета ФИО4 (ПМ), либо в другом оружии с аналогичным расположением следообразующих деталей (т.3 л.д.114-116).

Приведенные в приговоре заключения экспертов обоснованы, мотивированы, научно-аргументированы, в них содержаться исчерпывающие ответы на поставленные вопросы, экспертизы проведены с соблюдением требований ст.204 УПК РФ, компетентными высококвалифицированными экспертами, которые были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Выводы, приведенные в каждом из заключений ясны и понятны, не содержат противоречий, надлежащим образом оценены и обоснованно приведены в приговоре.

Так же вина ФИО2 в совершении указанных преступлений подтверждается протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому были осмотрены стеклянная банка, упакованная в бумажный конверт, полимерный пакет, в который помещено наркотическое средство – каннабис (марихуана), массой 11, 00 г. Постановлением о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств (т.3 л.д. 59-61, 63-64), протоколом осмотра предметов согласно которому были осмотрены бумажный конверт, в который помещены 3 стреляные гильзы от патронов, изъятые в ходе обыска в жилище ФИО2 по адресу: <адрес>. Постановлением о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств. (т.3 л.д.120-121, 122, 123-124).

Кроме того, вина осужденного ФИО2 подтверждается признательными показаниями самого осужденного, об обстоятельствах совершения преступлений, данными им в ходе предварительного расследования и оглашенными на основании ч.1 ст.276 УПК РФ в ходе судебного разбирательства.

Осужденным ФИО2 и его защитником не оспаривалась виновность осужденного в совершении инкриминируемых преступлений, а также фактические обстоятельства дела.

Таким образом, суд правильно квалифицировал действия осужденного ФИО2 по ч.1 ст.228 УК РФ и ч.1 ст.222 УК РФ.

Доводы жалобы адвоката ФИО14 о наличии в действиях осужденного добровольной выдачи наркотических средств и патронов, вследствие чего он подлежит освобождению от уголовной ответственности в соответствии с примечанием к ст.228 УК РФ и ст. 222 УК РФ, не основаны на законе.

Согласно разъяснениям, содержащимися в абз.3 пукт 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2006 года № 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными сильнодействующими и ядовитыми веществами», добровольная выдача наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, а так же растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, означает выдачу таких средств, веществ или растений представителям власти при наличии у этого лица реальной возможности распорядится ими иным способом.

Как установлено судом первой инстанции, наркотические средства и патроны были обнаружены в ходе проводимого сотрудниками полиции обыска по месту жительства ФИО2

Такая выдача наркотических средств и патронов, несмотря на утвердительный ответ ФИО2 на вопрос сотрудника полиции о наличии у него наркотического средства и патронов и готовность их выдать, не может служить основанием для освобождения его от уголовной ответственности в соответствии с примечанием 1 к статье 228 УК РФ и примечанием 1 к ст.222 УК РФ ввиду ее осуществления не в добровольном порядке по инициативе самого осужденного, а по предложению должностного лица, осуществляющего действия, направленные на обнаружение предметов, подлежащих изъятию ( абз. 4 п.19 вышеназванного постановления).

До проведения обыска по месту жительства у ФИО2 не было намерения добровольно сдать (выдать) имевшиеся у него наркотические средства и патроны. Вследствие чего, по мнению суда апелляционной инстанции, в действиях ФИО2 отсутствует добровольная сдача наркотических средств и патронов, что правильно было установлено судом первой инстанции, с приведением подробных мотивов такого решения. При этом вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката ФИО14 о том, что обыск по месту жительства ФИО2 проводился по уголовному делу, возбужденному по признакам преступления предусмотренного ч.2 ст. 167 УК РФ не влияет на квалификацию действий осужденного ФИО2

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, судом первой инстанции не допущено. Как видно из материалов дела, предварительное и судебное следствие по делу проведено полно, всесторонне и объективно. При этом судом первой инстанции в соответствии с требованиями ст.15 УПК РФ была предоставлена возможность сторонам исполнить процессуальные обязанности и осуществить представленные им права, а само судебное разбирательство осуществлялось на основе равноправия и состязательности сторон.

При назначении наказания ФИО1, ФИО2 суд обоснованно учел характер и степень общественной опасности совершенных ими преступлений, сведения о личности виновных, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1 суд правомерно учел в соответствии с п. «г», «и» ч.1 ст.61 УК РФ - наличие малолетних детей, активное способствование изобличению и уголовному преследованию соучастника преступления, что выразилось в даче полных и правдивых показаний, в том числе в отношении ФИО22, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ - признание вины, раскаяние в содеянном, принесение извинений представителю потерпевшего и отсутствие претензий с его стороны, уход за престарелым близким родственником, имеющим инвалидность, положительные характеризующие данные.

В качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО2 за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 167 УК РФ, суд правомерно учел в соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ - активное способствование изобличению и уголовному преследованию соучастника преступления, что выразилось в даче полных и правдивых показаний, в том числе в отношении ФИО1, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ - принесение извинений представителю потерпевшего и отсутствие претензий с его стороны; по преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 222, ч. 1 ст. 228 УК РФ суд правомерно учел в соответствии п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, выразившееся в содействии правоохранительным органам в обнаружении хранящихся у него наркотических средств и боеприпасов в ходе обыска, направленного на обнаружение и изъятие предметов, имеющих значение по уголовному делу по факту уничтожения чужого имущества, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – совершение впервые преступлений небольшой тяжести, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ по каждому из совершенных преступлений - признание вины, раскаяние в содеянном, наличие поощрений и заболеваний, уход за престарелым близким родственником, имеющим инвалидность положительно характеризующие данные.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, ФИО2, суд обоснованно не установил.

Суд апелляционной инстанции согласен с доводами, приведенными судом первой инстанции.

При назначении наказания осужденному ФИО1 суд обоснованно принял во внимание, что ФИО1 не судим, на диспансерных учетах в медицинских учреждениях не состоит, имеет постоянное место жительства и работы, имеет ежемесячный доход от трудовой деятельности, состоит в зарегистрированном браке.

При назначении наказания осужденному ФИО2 суд обоснованно принял во внимание, что ФИО5 ФИО38. не судим, на диспансерных учетах в медицинских учреждениях не состоит, имеет постоянное место жительства и работы, положительно характеризуется по месту работы, имеет ежемесячный доход от трудовой деятельности, в зарегистрированном браке не состоит, поощрен благодарственным письмом за помощь центру помощи животным.

Таким образом, судом при назначении наказания ФИО1, ФИО2 учтены все заслуживающие внимание обстоятельства.

Руководствуясь принципом индивидуализации наказания, с учетом вышеуказанных обстоятельств и для достижения целей наказания, исправления ФИО1, суд первой инстанции, приняв во внимание изложенное выше, пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для назначения иного чем лишение свободы наказания с учетом требований ч.1 ст.62 УК РФ, но с применением положений ст. 73 УК РФ приведя мотивы принятого решения.

Руководствуясь принципом индивидуализации наказания, с учетом вышеуказанных обстоятельств и для достижения целей наказания, исправления ФИО2 суд первой инстанции, приняв во внимание изложенное выше, обоснованно пришел к выводу, об отсутствии оснований для назначения иного, чем лишение свободы, наказания по ч.2 ст.167 УК РФ с учетом требований ч.1 ст.62 УК РФ, и о назначении по каждому из преступлений предусмотренных ч.1 ст.228 УК РФ и ч.1 ст.222 УК РФ наказания в виде ограничения свободы.

При этом обоснованным и мотивированным является решение суда о назначении ФИО2 окончательного наказания по правилам ч.3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний, с учетом правил п. «б» ч.1 ст.71 УК РФ.

Так же суд мотивировал решение о том, что цели наказания могут быть достигнуты без реального отбывания наказания ФИО2, с применением ст.73 УК РФ.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих общественную опасность совершенного осужденным преступления и являющихся основанием для назначения ФИО1, ФИО2 наказания с применением ст.64 УК РФ, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел, не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

Правовых оснований для применения положений ч.6 ст.15, ст. 53.1 УК РФ у суда первой инстанции не имелось.

Учитывая фактические обстоятельства совершенных ФИО1, ФИО2 преступлений и степень их общественной опасности, оснований для признания назначенного осужденным наказания за совершенные преступления не соответствующим требованиям закона и несправедливым вследствие чрезмерной суровости и для его смягчения суд апелляционной инстанции не усматривает.

Таким образом, доводы апелляционных жалоб адвокатов ФИО14, ФИО27 являются несостоятельными, сводятся к переоценке правильных выводов суда, оснований для удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

постановил:

приговор <адрес> городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, ФИО2 - оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов ФИО14, ФИО12 - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу. Кассационная жалоба, представление подаются через суд первой инстанции в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с главой 47.1 УПК РФ.

Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий