Апелляционное постановление № 10-5337/2020 от 15 октября 2020 г. по делу № 1-30/2020

Дело № 10-5337/2020 Судья Акатышев А.Н.


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Челябинск 15 октября 2020 года

Челябинский областной суд в составе

председательствующего судьи Федосеева К.В.,

при ведении протокола помощником судьи Куниным Н.В.,

с участием:

прокурора Шабурова В.И.,

осужденных Титова Е.С., Семочкина Н.Е.,

адвокатов Старочкиной С.В., Томашевской О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора Юрлова Д.О., апелляционным жалобам осужденных Титова Е.С., Семочкина Н.Е., адвокатов Банных И.Н., Селютиной А.В. на приговор Еткульского районного суда Челябинской области от 12 августа 2020 года, которым

ТИТОВ Евгений Сергеевич, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, <данные изъяты>, зарегистрированный и проживавший по адресу: <адрес>, ранее судимый:

- 25 июня 2014 года <адрес> по двум преступлениям, предусмотренным п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, к 2 годам 10 месяцам лишения свободы условно, с испытательным сроком в 3 года, преступления совершены в несовершеннолетнем возрасте;

- 21 января 2015 года <адрес> по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение по приговору от 25 июня 2014 года и с применением ст. 70 УК РФ, назначено 4 года лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима;

- 16 февраля 2015 года <адрес> по ч. 1 ст. 115; ч. 1 ст. 116; ч. 1 ст. 119 УК РФ, с применением ч. 2 ст. 69, 71 УК РФ, к 1 году 1 месяцу лишения свободы; на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения с наказанием по приговору от 21 января 2015 года, назначено 4 года 3 месяца лишения свободы, с отбыванием в исправительной колонии общего режима; освобожденный ДД.ММ.ГГГГ по отбытии срока наказания;

- 10 декабря 2019 года <адрес>, с учетом изменений, <данные изъяты>, по п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима;

осужден по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы; на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору от 10 декабря 2019 года, окончательно назначено 3 года лишения свободы, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу. Зачтено в срок его отбытия время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, из расчета одного дня содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

СЕМОЧКИН Николай Евгеньевич, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, <данные изъяты>, зарегистрированный и проживавший по адресу: <адрес>, ранее судимый:

- 26 февраля 2019 года <адрес> по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы условно, с испытательным сроком в 2 года; преступление совершено в несовершеннолетнем возрасте,

- 17 января 2020 года <адрес> по ч. 1 ст. 166, ст. 264.1 УК РФ, с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ к 1 году 3 месяцам лишения свободы условно, с испытательным сроком в 2 года, с лишением права заниматься деятельностью в виде управления транспортными средствами сроком на 2 года; приговор от 26 февраля 2019 года постановлено исполнять самостоятельно;

осужден по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 9 месяцам лишения свободы; на основании ч. 4 ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение по приговору от 26 февраля 2019 года и с применением ст. 70 УК РФ, окончательно назначено 2 года лишения свободы, с отбыванием в исправительной колонии общего режима; приговор от 17 января 2020 года постановлено исполнять самостоятельно.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу. Зачтено в срок его отбытия время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, из расчета одного дня содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств по уголовному делу.

Заслушав доклад судьи Федосеева К.В., позицию прокурора Шабурова В.И., просившего приговор оставить без изменения, мнения осужденных ФИО1, ФИО2, адвокатов Старочкиной С.В., Томашевской О.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

ФИО1 и ФИО2 осуждены за совершение тайного хищения имущества в составе группы лиц по предварительному сговору у Потерпевший №1 в виде 25 металлических труб, общей стоимостью 5 700 рублей, в период времени с 22 часов 30 минут до 23 часов 50 минут ДД.ММ.ГГГГ, в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В своей апелляционной жалобе осужденный ФИО1 находит приговор незаконным, необоснованным и несправедливым. Указывает, что судом были проигнорированы его ходатайства о признании доказательств недопустимыми, ввиду нарушений органами следствия его Конституционных прав на стадии досудебного производства по уголовному делу. Считает, что следователь должен был провести очную ставку между ним и потерпевшей. Полагает, что психолого-психиатрическая экспертиза была проведена формально, поскольку перед экспертом было поставлено лишь несколько вопросов, при этом, вопреки доводам экспертизы, он имеет психическое заболевание. Обращает внимание, что в силу ст. 14 УПК РФ, все неустранимые сомнения должны толковаться в его пользу.

В дополнениях к апелляционной жалобе осужденный ФИО1 обращает внимание на фальсификацию его подписи в протоколах его допросов на стадии предварительного следствия, ввиду чего настаивает на возвращении уголовного дела следователю для проведения в ходе расследования почерковедческой экспертизы на предмет подделки и фабрикации его подписей в уголовном деле. Полагает, что суд не мог учесть в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, совершение им преступления при действующем административном надзоре, поскольку последний был наложен на него уже после совершения инкриминируемого преступления. Также выражает несогласие с постановлением <адрес> от 02 сентября 2020 года об установлении ему предельного срока ознакомления с материалами уголовного дела, находя незаконным его ограничение в ознакомлении с материалами уголовного дела. Указывает, что в общей сложности он знакомился с материалами уголовного дела 4 часа, что для него является недостаточным, при этом он не отказывался от ознакомления, равно как и от прослушивания аудиозаписи судебного заседания. Отмечает, что прекращал процесс ознакомления ввиду плохого самочувствия. Просит отменить судебное решение.

В апелляционной жалобе адвокат Банных И.Н., действующая в интересах осужденного ФИО1, считает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым, ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела. Обращает внимание, что у ФИО1 отсутствовал умысел на кражу металлических труб, поскольку последний считал их бесхозными. Просит отменить судебное решение.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2, не оспаривая фактические обстоятельства и вмененную квалификацию, не соглашается с приговором ввиду чрезмерной суровости назначенного наказания. Полагает, что судом не в полной мере учтен факт полного возмещения потерпевшей материального ущерба. Просит изменить судебное решение.

В апелляционной жалобе адвокат Селютина А.В., действующая в интересах осужденного ФИО2, не соглашается с приговором, ввиду чрезмерной суровости назначенного наказания. Указывает, что судом не в полной мере были учтены обстоятельства, смягчающие наказание, такие как признание вины, возмещение материального ущерба, причиненного в результате преступления, а также тот факт, что ФИО2 удовлетворительно охарактеризован, на учете у нарколога-психиатра не состоит. Просит изменить судебное решение, назначив ФИО2 наказание с применением положений ст. 73 УК РФ.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб с дополнениями, заслушав объяснения сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Анализ материалов уголовного дела показывает, что виновность ФИО1 и ФИО2 в совершении инкриминируемого им деяния установлена доказательствами, исследованными в судебном заседании и получившими надлежащую оценку в приговоре. При этом в соответствии с п. 2 ст. 307 УПК РФ, суд привел причины, по которым признал достоверными одни доказательства и отверг другие.

Вместе с тем, доводы стороны защиты о невиновности и непричастности ФИО1 к содеянному, были предметом системной проверки суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты как несостоятельные.

Осужденный ФИО1 свою вину в преступлении признал частично, пояснив, что в летом 2019 года, в ходе совместной прогулки с ФИО2, последний предложил ему заработать деньги, сдав на металлолом бесхозные трубы, находящиеся в поле, за <адрес>, на что он согласился. Они приехали на указанное место, погрузили металлические трубы в автомобиль и впоследствии сдали их в пункт приема металла в <адрес>. Спустя время, он узнал, что данные трубы принадлежат Потерпевший №1, в связи с чем решил возместить ей причиненный ущерб.

В ходе предварительного расследования он заявлял, что в ходе совместной прогулки с ФИО2, он спросил у последнего, где можно заработать денег, на что ФИО2 ответил, что в поле за <адрес> находятся металлические трубы, которые можно украсть и сдать на металлолом, на что он согласился. Они пришли на указанное место, на котором стояла воткнутая в землю металлическая труба с натянутой сеткой-рабицей. Недалеко от данного столба, на земле лежало 20-30 металлических труб, каждая длинной около 2 метров, которые были сложены в одну кучу. Понимая, что они совершают хищение чужого имущества, они погрузили данные трубы в автомобиль и сдали их на металлолом в пункт приема металла, поделив вырученные деньги пополам.

При этом из показаний осужденного ФИО2 в качестве подозреваемого, следует, что ДД.ММ.ГГГГ, в ходе совместной прогулки с ФИО1, он предложил последнему похитить металлические трубы, которые находятся в поле за <адрес> и сдать их на металлолом, на что тот согласился. Они приехали на поле, по периметру которого в качестве ограждения были вкопаны железные трубы, которые были обтянуты сеткой-рабицей. У ФИО1 рука была в гипсе, поэтому он стал самостоятельно расшатывать железные трубы и, таким образом, смог вытащить их все из земли, снял с них сетку-рабицу. Пока он это делал, ФИО1 стоял рядом и давал советы, как вытаскивать трубы. Они вдвоём уложили краденое в кучу, при этом ФИО1 помогал одной рукой перетаскивать и складировать трубы. Поняв, что трубы без автомашины не увезти, они прошли за автомашиной и на ней совместно перевезли похищенное в пункт приема металлолома, получив и поделив деньги от продажи труб поровну.

Кроме того, вина осужденных в инкриминируемом им преступлении подтверждается показаниями потерпевшей Потерпевший №1, которая в судебном заседании пояснила, что в её собственности находится земельный участок по адресу: <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ она установила по периметру участка металлические столбы длиной по 2 метра каждый, в количестве 28-29 штук, натянув между ними сетку-рабицу. ДД.ММ.ГГГГ она обнаружила отсутствие 25 металлических столбов на своем участке, о чем сообщила в правоохранительные органы. В последующем, от сотрудников полиции она узнала, что её имущество было похищено ФИО1 и ФИО2, которые впоследствии полностью компенсировали ущерб, причиненный в результате преступления.

Объективно виновность осужденных подтверждается также и другими письменными доказательствами, имеющимися в материалах уголовного дела, подробно исследованными судом, в числе которых протоколы осмотра места происшествия, предметов и выемки, рапорты оперуполномоченных.

При этом в приговоре полно и правильно изложено содержание всех исследованных по делу доказательств, приведены выводы, касающиеся проверки и оценки каждого из них. Выводы суда надлежащим образом мотивированы, приведенные аргументы убедительны, сомнений в правильности у суда апелляционной инстанции не вызывают.

Таким образом, выводы суда первой инстанции о виновности осужденных в инкриминируемом им деянии основаны на совокупности доказательств, признанных судом допустимыми и достоверными. Оценка доказательств, представленных сторонами, выполнена судом в условиях состязательного процесса по правилам ст.ст. 87, 88 УПК РФ.

Показания приведенных лиц являются логичными, последовательными, непротиворечивыми между собой и образуют в своей совокупности объективную картину события преступления, оснований ставить под сомнение которую у суда апелляционной инстанции не имеется.

Что касается показаний осужденного ФИО1 в части отсутствия умысла на тайное хищение имущества ФИО8, то они являются несостоятельными и опровергаются совокупностью положенных в основу приговора доказательств.

Также очевидно и то, что при производстве предварительного расследования ФИО1 и ФИО2 были допрошены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, с разъяснением процессуальных прав, в том числе положений ст. 51 Конституции РФ, каких-либо замечаний они не заявляли, правильность записи содержания следственных действий в протоколах удостоверены как самими осужденными, так и их защитниками.

Доводы осужденного ФИО1 о фальсификации материалов уголовного дела, о подделке его подписи в протоколах допросов, суд апелляционной инстанции находит надуманными, поскольку они ничем не подтверждены и голословны. Показания осужденного давались в присутствии защитника, после разъяснения ему прав, предусмотренных ст. ст. 46, 47 УПК РФ и 51 Конституции РФ, они согласуются с показаниями осужденного ФИО2, потерпевшей Потерпевший №1 и соответствуют фактическим обстоятельствам дела. При таких обстоятельствах оснований для реагирования на данный довод путем проведения почерковедческих экспертиз и возвращения дела на дополнительное расследование, не имеется.

Что касается доводов жалобы осужденного ФИО1 о не проведении следователем очной ставки с потерпевшей, то суд апелляционной инстанции находит их несостоятельными, поскольку согласно ст. 38 УПК РФ, следователь является процессуальным лицом, уполномоченным самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий.

Таким образом, допустимость доказательств, положенных судом в основу своих выводов о виновности ФИО1 и ФИО2 у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает. Сведений о получении протоколов допросов с нарушением требований УПК РФ, суду не представлено, а само по себе несогласие защиты с их содержанием, не является достаточным основанием для исключения их из числа доказательств. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что показания допрошенных лиц не содержат в себе каких-либо существенных противоречий относительно значимых обстоятельств совершения осужденными действий, свидетельствуют об обстоятельствах излагаемых событий, дополняя друг друга.

<данные изъяты>

Вопреки доводам жалобы, амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО1 проведена комиссией квалифицированных экспертов-психиатров, со значительным стажем работы в экспертной деятельности. Заключение экспертизы составлено в установленном порядке, предусмотренном ст. 204 УПК РФ, на поставленные следователем вопросы получены исчерпывающие ответы, в связи с чем, оснований не доверять данному заключению у суда апелляционной инстанции не имеется.

При таких данных, доводы апелляционных жалоб осужденного ФИО1 и его защитника о том, что приговор основан на предположениях, являются необоснованными, поскольку судебное решение постановлено на совокупности прямых и косвенных доказательств, каждое из которых было оценено судом в соответствии с положениями ст. ст. 17, 88 УПК РФ с точки зрения их достоверности, относимости, допустимости, а в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Действия ФИО1 и ФИО2 правильно квалифицированы по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, данная квалификация соответствует фактическим обстоятельствам дела.

При назначении вида и размера наказания ФИО1 и ФИО2, в соответствии со ст. ст. 6, 43 и 60 УК РФ, суд принял во внимание характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности осужденных и их состояние здоровья. Также суд учел наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств у ФИО2, наличие смягчающих и отягчающее наказание обстоятельства у ФИО1, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

Так, судом первой инстанции в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2 и ФИО1, учтены: признание вины, раскаяние в содеянном, активное способствование в раскрытии и расследовании преступления, полное возмещение ущерба, причиненного в результате преступления. Кроме того, в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1, судом учтено его неудовлетворительное состояние здоровья.

Таким образом, оснований считать, что суд первой инстанции не в полной мере учел обстоятельства, смягчающие наказание ФИО1 и ФИО2 или не учел в качестве таковых какие-либо иные обстоятельства, суд апелляционной инстанции не находит.

Отягчающим наказание обстоятельством судом первой инстанции признано совершение ФИО1 преступления в условиях рецидива, в связи с чем, суд обоснованно не применил правила назначения наказания, предусмотренные ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Доводы осужденного ФИО1 о необоснованном учете судом такого отягчающего наказание обстоятельства, как совершение преступления при действующем административном надзоре, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку такого обстоятельства судом не учитывалось, ввиду его отсутствия как такового в ст. 63 УК РФ.

Вместе с тем, в связи с отсутствием в действиях ФИО2 отягчающих наказание обстоятельств, суд правомерно применил в отношении него правила назначения наказания, предусмотренные ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Кроме того, все характеризующие данные о личности ФИО1 и ФИО2, исследованные в судебном заседании, приведены в описательно-мотивировочной части приговора при решении вопроса, относящегося к назначению уголовного наказания, и повторный их учет законом не предусмотрен.

Выводы суда о необходимости достижения целей наказания, предусмотренных ст. 43 УК РФ в условиях изоляции осужденных ФИО1 и ФИО2 от общества, являются мотивированными поскольку, как правильно отметил суд, с учетом степени тяжести и общественной опасности совершенного преступления, перевоспитание осужденных возможно исключительно в условиях их изоляции от общества.

При этом отсутствие исключительных обстоятельств для применения к осужденным положений ст. 64 УК и ч. 3 ст. 68 УК РФ в отношении ФИО1, равно как и к изменению категорий совершенного ими преступления на менее тяжкую, судом первой инстанции не установлено, не усматривает оснований к этому и суд апелляционной инстанции.

Вопреки доводам жалоб, назначая ФИО1 и ФИО2 наказание, суд первой инстанции в должной мере принял во внимание обстоятельства, влияющие на его вид и размер, и за пределы санкции закона не вышел.

Вид исправительного учреждения, где ФИО1 надлежит отбывать наказание, определен судом верно, с учетом положений п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ. Вместе с тем, с учетом положений п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, ФИО2 надлежит отбывать наказание в исправительной колонии общего режима. При этом выводы суда о необходимости направления осужденного для отбывания наказания в исправительную колонию общего режима, мотивированы судом со ссылкой на обстоятельства совершенного преступления и данные о личности ФИО2

Таким образом, оснований для смягчения назначенного ФИО1 и ФИО2 наказания не имеется, поскольку все заслуживающие внимания обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, были надлежащим образом учтены. Назначенное наказание является справедливым, соразмерным содеянному, полностью соответствующим личности осужденных и не является чрезмерно суровым. Также суд апелляционной инстанции считает, что реальное лишение свободы будет способствовать восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденных и предупреждению совершения ими новых преступлений.

Из протокола судебного заседания следует, что судебное разбирательство проведено в соответствии с основополагающими принципами уголовного судопроизводства, при этом стороны имели равные права и реальную возможность довести до суда первой инстанции свою позицию по рассматриваемому уголовному делу.

Каких-либо оснований для вывода об односторонности предварительного и судебного следствия не имеется. Как это видно из дела, суд первой инстанции создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Сторона защиты активно пользовалась правами, предоставленными законом, в том числе исследуя доказательства и участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Заявленные ходатайства и доводы стороны защиты были разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Кроме того, нарушений прав осужденного ФИО1 на защиту судом первой инстанции на стадии подготовки уголовного дела к апелляционному рассмотрению, также не допущено. Предоставленный осужденному ФИО1 срок для ознакомления с материалами уголовного дела, аудиозаписью с учетом вручения осужденному основных уголовно-процессуальных документов, признается судом апелляционной инстанции разумным и достаточным.

Очевидно в данном случае то, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, реализуя право на ознакомление с делом, ознакомился лишь с двумя страницами описи 1 тома уголовного дела, в то время как сами материалы были ему предоставлены с 11 часов 30 минут до 13 часов 15 минут, после чего осужденный заявил об отсутствии желания в дальнейшем знакомиться с делом и аудиозаписью. (л.д. 133 том 3). Аналогичная ситуация произошла и ДД.ММ.ГГГГ, когда осужденный ознакомился с пятью страницами 1 тома уголовного дела в интервале времени с 11 часов 30 минут до 14 часов 00 минут, после чего он грубо пояснил об отсутствии желания в дальнейшем ознакомлении с материалами уголовного дела и аудиозаписью. (л.д.142-143 том 3). Оснований не доверять представленным данным у суда апелляционной инстанции не имеется.

При этом копию протокола судебного заседания осужденный ФИО1 получил 24 августа 2020 года. (л.д.132 том 3).

Таким образом, приняв во внимание данную совокупность обстоятельств, судом обоснованно сделан вывод о злоупотреблении ФИО1 своим правом, ввиду целенаправленного затягивания процесса ознакомления с материалами уголовного дела.

Также примечательно то, что право на ознакомление с материалами уголовного дела ФИО1 по его ходатайству предоставлялось и в ходе судебного разбирательства, однако он уже тогда в присутствии троих сотрудников от такового отказался, заявив об отсутствии желания. (л.д.60 том 3).

Кроме того, данное право ФИО1 было предоставлено на этапе предварительного следствия, где он был ознакомлен с материалами уголовного дела в полном объеме. (т. 2 л.д. 113-114).

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции находит, что принятое судом постановление от 02 сентября 2020 года об установлении предельного срока для ознакомления с материалами уголовного дела, полностью соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ и разъяснениям, содержащимся в п. 6 и 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015 года N 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве».

При этом суд может не признавать право на защиту нарушенным в тех случаях, когда иное ограничение в реализации отдельных правомочий обвиняемого обусловлено явно недобросовестным использованием таких правомочий в ущерб интересам других участников процесса, поскольку такое право не должно нарушать права и свободы иных лиц.

В данном случае очевидно и то, что осужденный ФИО1 в суде апелляционной инстанции заявил о готовности к судебному заседанию и отсутствии желания знакомиться с материалами дела.

Таким образом, нарушений уголовно-процессуального закона, в том числе нарушений права осужденных на защиту, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 389.13, 389.14, 389.20, 389.28 и части 2 статьи 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л :

Приговор Еткульского районного суда Челябинской области от 12 августа 2020 года в отношении ФИО1, ФИО2 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденных ФИО1, ФИО2, адвокатов Банных И.Н., Селютиной А.В. – без удовлетворения.

Судья