Апелляционное постановление № 22-371/2025 от 20 апреля 2025 г. по делу № 1-4/2025

Судья: Томилина Т.В. Дело № 22-371/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Саранск 21 апреля 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда Республики Мордовия в составе:

председательствующего судьи Кольбова Е.А.,

при секретаре Филимоновой Е.С.,

с участием прокурора Аверкина А.Г.,

адвоката Салькаева Н.Ф.,

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя – заместителя прокурора Ромодановского района Республики Мордовия Ермакова А.П. и апелляционной жалобе адвоката Ашимова М.Р. в защиту интересов осужденного ФИО1 на приговор Ромодановского районного суда Республики Мордовия от 21 февраля 2025 года в отношении ФИО1.

Заслушав доклад председательствующего, объяснения осужденного ФИО1 и в защиту его интересов адвоката Салькаева Н.Ф., поддержавших апелляционную жалобу по изложенным в ней доводам, объяснения потерпевшего ФИО6 №1, согласившегося с приговором суда, мнение прокурора Аверкина А.Г. об изменении приговора суда только по доводам апелляционного представления, судебная коллегия

установила:

приговором Ромодановского районного суда Республики Мордовия от 21 февраля 2025 года

ФИО1, <данные изъяты> ранее судимый:

1. 16 января 2020 г. Ромодановским районным судом Республики Мордовия по ч.2 ст.139 УК РФ к 5 месяцам лишения свободы, ст.116.1 УК РФ (2 преступления) к 3 месяцам исправительных работ с удержанием в доход государства 10% из заработной платы за каждое из преступлений, п. «з» ч.2 ст.112 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, на основании ч.2 ст.69 УК РФ, с учетом положений п. «в» ч.1 ст.71 УК РФ, путем частичного сложения наказаний, окончательно к 1 году 10 месяцам лишения свободы, в силу ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года;

2. 01 марта 2021 г. мировым судьей судебного участка Ромодановского района Республики Мордовия по ч.1 ст.119 УКРФ к 6 месяцем лишения свободы, ч.1 ст.112 УК РФ к 8 месяцем лишения свободы, на основании ч.2 ст.69 УК РФ путем частичного сложения наказаний к 10 месяцем лишения свободы, на основании ч.4 ст.74 УК РФ отменено условное осуждение по приговору Ромодановского районного суда Республики Мордовия от 16 января 2020 г. и в соответствии со ст.70 УК РФ, путем частичного присоединения к назначенному наказанию не отбытого наказания по приговору от 16 января 2020 г., окончательно к 2 годам лишения свободы в колонии-поселении, освобожден 12 июля 2023 г. по отбытию срока наказания,

осужден по п. «д» ч.2 ст.112 УК РФ к 1 году 9 месяцам лишения свободы, ч.1 ст.119 УК РФ к 1 году лишения свободы, ч.2 ст.116.1 УК РФ к 6 месяцем ограничения свободы, с установлением предусмотренных законом ограничений и запретов, на основании ч.2 ст.69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний, с учетом положений п. «б» ч.1 ст.71 УК РФ, окончательно к 2 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО1 постановлено исчислять со дня вступления приговора суда в законную силу, с зачетом осужденному в срок отбытия наказания времени:

его содержания под стражей во время задержания в период с 28 августа по 30 октября 2024 г. включительно, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима,

его нахождения под домашним арестом в период с 31 октября по 19 декабря 2024 г. включительно, из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы,

его содержания под стражей с 21 февраля 2025 г. (со дня постановления приговора) до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

На основании п.1.1 ч.10 ст.109 УПК РФ, в срок содержания под стражей ФИО1 зачтено время применения в отношении него меры пресечения в виде запрета определенных действий, предусмотренного п.1 ч.6 ст.105.1 УПК РФ, в период с 20 декабря 2024 г. по 15 января 2025 г., из расчета два дня его применения за один день содержания под стражей, который на основании п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачтен в срок отбытия наказания в виде лишения свободы, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

По делу разрешена судьба вещественных доказательств.

ФИО1 осужден за совершение умышленного причинения средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст.111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, из хулиганский побуждений, которое, как установил суд, имело место 24 августа 2024 г. примерно в 20 часов 30 минут перед магазином «Продукты», расположенным по адресу: Республика Мордовия, <...>, в отношении потерпевшего ФИО6 №1

Он же осужден за совершение угрозы убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, а также за нанесение побоев и иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст.115 УК РФ, и не содержащих признаков состава преступления, предусмотренного ст.116 УК РФ, лицом, имеющим судимость за преступление, совершенное с применением насилия, которые, как установил суд имели место <дата> в период времени с 14 часов 50 минут до 15 часов 00 минут в помещении спальной комнаты <адрес> Республики Мордовия, в отношении потерпевшей ФИО6 №2

Указанные три преступления совершены ФИО1 при обстоятельствах, более подробно изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании осужденный ФИО1 вину в совершении преступления, предусмотренного п. «д» ч.2 ст.112 УК РФ признал частично, а в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.119 и ч.2 ст.116.1 УК РФ, вину не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Ашимов М.Р. в защиту интересов осужденного ФИО1 считает приговор незаконным и необоснованным ввиду несоответствия изложенных в нем выводов фактическим обстоятельствам дела, а также существенных нарушений уголовно-процессуального закона. Ссылаясь на положения ст.297 УПК РФ и разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, изложенные п.1 постановления от 29 ноября 2016 г. №55 «О судебном приговоре», указывает, что выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, а в приговоре отсутствует правовая оценка доводам стороны защиты, которые были выдвинуты во время судебных прений сторон в районном суде. Оспаривая квалификацию содеянного ФИО1 по п. «д» ч.2 ст.112 УК РФ ввиду отсутствия в действиях последнего хулиганский побуждений, ссылается на п.12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2007 г. №45 «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений», поскольку зачинщиком драки явился сам потерпевший, спровоцировавший своими оскорблениями ФИО1 Отмечает, что осужденный в конфликт с ФИО6 №1 не вступал, а лишь спросил у потерпевшего, почему тот берет чужой велосипед, на что со стороны потерпевшего последовали нецензурные оскорбления в отношении матери ФИО1, что является глубоко порицаемым действием. Утверждает о наличии существенных противоречий в показаниях потерпевшего ФИО6 №1, пытающегося скрыть свое противоправное поведение, послужившее причиной конфликта, в обоснование чего приводит выдержки с его показаниями из протокола судебного заседания. Обращает внимание на то, что самое начало конфликта, где со слов ФИО6 №1, ФИО1, якобы, схватил того за руку, является ключевым моментом в вопросе квалификации, однако этот момент не попал на видео и оценка этому обстоятельству в приговоре не дана. Заявляет о том, что суд необоснованно не принял во внимание показания свидетеля Свидетель №4, являющейся очевидцем произошедшего в той части, что ФИО6 №1 оскорблял мать ФИО1, а выводы суда о заинтересованности указанного свидетеля не подтверждаются материалами дела и носят предположительный характер. Кроме того, свидетель Свидетель №3, работающая продавцом в магазине, также подтвердила, что не слышала, как ФИО1 спрашивал у ФИО6 №1 насчет 50 рублей, хотя потерпевший говорит, что осужденный просил у него эти деньги, якобы, за выход из магазина. При этом судом не опровергнут довод стороны защиты относительно локализации повреждений на теле ФИО8, по делу не проведена ситуационная экспертиза на предмет того, в какой момент образовались у потерпевшего телесные повреждения и не могли ли быть они получены при падении того с велосипеда. К тому же со слов самого ФИО6 №1, последний несколько раз корректировал свои показания на стадии дознания после просмотра видео, которое так и не было предметом исследования в суде. Заявляет, что при наличии противоправного поведения, послужившего поводом к конфликту, лицо не подлежит ответственности за совершение в отношении такого потерпевшего преступления из хулиганских побуждений. Относительно эпизодов с потерпевшей ФИО6 №2, отмечает, что судом достоверно не выяснено, произносил ли ФИО1 в адрес этой потерпевшей слова «я тебя убью». При том, что ни супруг потерпевшей, ни ее дочь не видели нанесение ударов, а видели только, как ФИО1 держал ФИО6 №2 на волосы. Ссылаясь на показания несовершеннолетнего свидетеля Свидетель №2, в том числе в ходе проведения очной ставки, обращает внимание на то, что последняя не видела, чтобы ФИО1 наносил удары ее матери, угроз убийством она не слышала, только лишь наблюдала попытки ударов, при этом потерпевшая находилась в согнутом положении, а не была прижата к стене ФИО1 Заявляет о том, что свидетель Свидетель №1 в ходе судебного заседания, отрицая показания, данные им на стадии дознания, также пояснил, что не слышал, чтобы ФИО1 что-то высказывал в адрес потерпевшей ФИО6 №2, к стене потерпевшую тот не прижимал, ударов свидетель не видел, угроз не слышал и не указывал о том, что осужденный держал потерпевшую за предплечье. Обращает внимание на наличие противоречий в показаниях потерпевшей ФИО6 №2 относительно места и обстоятельств нанесения ей, якобы, ударов ФИО1 Так, в ходе судебного заседания потерпевшая поясняла о том, что осужденный держал ее за волосы, повалил на кровать, но не говорила о том, что тот бил ее. К тому же вопреки показаниям потерпевшей насчет того, что все удары в голову пришлись в одно место, экспертиза не установила наличие каких-либо повреждений у нее на голове. Считает, что после оглашения показаний потерпевшей ФИО6 №2, гособвинитель и председательствующий вынудили ФИО6 №2 сказать, что она была прижата ФИО1 к стене во время ударов, а не находилась на кровати, как она сама неоднократно говорила об этом. Высказывает мнение о том, что к показаниям потерпевшей ФИО6 №2 следует отнестись критически ввиду наличия существенных противоречий между тем, что зафиксировано в протоколах ее допросов и фактическими обстоятельствами дела. Делает вывод о недоказанности места нанесения потерпевшей побоев, способа нанесения ей ударов и их локализации. Приводит данные о том, что осужденный находился в дружеских отношениях с семьей потерпевшей, помогал им безвозмездно по строительству и хозяйству, а потому у его подзащитного не было повода угрожать ФИО6 №2 убийством и наносить ей побои. В связи с чем, просит изменить приговор суда, переквалифицировать действия ФИО1 с п. «д» ч.2 ст.112 на ч.1 ст.112 УК РФ, а также оправдать его подзащитного по предъявленному обвинению по ч.1 ст.119 и ч.2 ст.116.1 УК РФ за отсутствием в действиях последнего данных составов преступлений.

В апелляционном представлении государственный обвинитель - заместитель прокурора Ромодановского района Республики Мордовия Ермаков А.П. не соглашается с приговором ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального законодательства и неправильного применения уголовного закона, поскольку суд, назначая ФИО1 наказание по правилам ч.2 ст.69 УК РФ, должным образом не мотивировал свое решение о применении принципа частичного сложения наказаний, а не принципа поглощения менее строгого наказания более строгим, чем ухудшил положение осужденного. Отмечает также, что суд, не установив отягчающих наказание обстоятельств по эпизоду преступления, предусмотренному ч.2 ст.116.1 УК РФ, не конкретизировал преступления, по которым учел отягчающие наказание ФИО1 обстоятельства На основании чего, просит приговор суда изменить, указать в описательно-мотивировочной части приговора, что окончательное наказание ФИО1 назначено по правилам ч.2 ст.69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний, с учетом реальной степени общественной опасности содеянного, личности подсудимого и причиненного вреда, а также конкретизировать в описательно-мотивировочной части приговора те преступления, по которым учтены обстоятельства, отягчающие наказание ФИО1

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления, судебная коллегия приходит к следующему.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд принял предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования всех обстоятельств, предусмотренных ст.73 УПК РФ, подлежащих доказыванию при производстве по настоящему уголовному делу, которые, наряду с мотивами совершенных преступлений установлены и нашли свое отражение в итоговом судебном решении.

Обвинительный приговор в полной мере соответствует требованиям ст.ст.304, 307-309 УПК РФ. В нем изложены обстоятельства, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступлений, о юридической квалификации содеянного им, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу, из числа предусмотренных ст.299 УПК РФ.

Выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных п. «д» ч.2 ст.112, ч.1 ст.119 и ч.2 ст.116.1 УК РФ, при обстоятельствах, изложенных в приговоре, являются обоснованными, соответствуют всесторонне проверенным в судебном заседании доказательствам, которые подробно изложены и тщательно проанализированы в приговоре, а потому судом правильно применен уголовный закон.

Утверждения апелляционной жалобы адвоката о необоснованности осуждения ФИО1 по ч.1 ст.119 и ч.2 ст.116.1 УК РФ ввиду недоказанности его вины в совершении данных преступлений, а также о неверной квалификации содеянного его подзащитным по п. «д» ч.2 ст.112 УК РФ из-за отсутствия в действиях последнего хулиганский побуждений, по существу повторяют процессуальную позицию осужденного и стороны его защиты в судебном заседании в районном суде, которая в полном объеме проверена при рассмотрении дела судом первой инстанции и отвергнута в приговоре как несостоятельная после исследования всех юридически значимых обстоятельств, поскольку опровергается достаточной совокупностью собранных с соблюдением требований ст.ст.74, 86 УПК РФ и согласующихся между собой доказательств, получивших правильную оценку в судебном приговоре.

Суд в соответствии с требованиями закона дал в приговоре тщательный анализ и надлежаще оценил с точки зрения относимости, допустимости и достоверности показания осужденного ФИО1, потерпевших ФИО6 №1 и ФИО6 №2, свидетелей Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №1 и Свидетель №2, отразил основания, по которым принял одни доказательства и отверг другие, в частности показания ФИО1 в судебном заседании о невиновности в отношении потерпевшей ФИО6 №2, как данные с целью уклонения от уголовной ответственности.

При этом суд проверил показания вышеназванных лиц во взаимосвязи с другими доказательствами, в том числе заключениями судебных экспертиз, показаниями свидетелей ФИО15 и Свидетель №5, протоколами проверок показаний потерпевших и свидетелей на месте. Процесс их исследования надлежащим образом отражен в протоколе судебного заседания, замечаний на неполноту или недостоверность которого от осужденного и его адвоката не поступало.

Кроме того, суд привел убедительные мотивы, по которым показания на стадии дознания свидетеля Свидетель №4 от 13 ноября 2024 г., свидетеля Свидетель №1 от 29 октября 2024 г. а также осужденного ФИО1, данные им в качестве подозреваемого 28 октября 2024 г., признал достоверными, а к их показаниям в судебном заседании, отнесся критически.

Тот факт, что данная судом в приговоре оценка собранных по делу доказательств, не совпадает с позицией осужденного и его защитника Ашимова М.Р., приводимые которым в своей апелляционной жалобе доводы фактически направлены на переоценку этих доказательств, не свидетельствует о нарушении судом требований ст.88 УПК РФ и не является основанием для отмены судебного приговора.

Несмотря на позицию осужденного ФИО1, не отрицавшего сам факт применения им насилия в отношении потерпевшего ФИО6 №1, но оспаривавшего наличие в его действиях хулиганских побуждений и утверждавшего, что ссора, перешедшая в драку возникла по причине того, что именно потерпевший изначально спровоцировал его, оскорбив его мать, а во время конфликта он не видел, куда наносит удары потерпевшему, так как ФИО6 №1 натянул ему на голову олимпийку и в ответ тоже наносил ему удары, суд, проанализировав в соответствии с положениями статей 17, 88 УПК РФ, представленные сторонами доказательства в их совокупности, сделал правильный вывод о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п «д» ч.2 ст.112 УК РФ.

Факт наличия у потерпевшего ФИО6 №1 телесных повреждений в виде обширного кровоподтёка лица и шеи (обеих окологлазничных областей, щечной области справа, подчелюстной области справа, шеи справа), множественных переломов лицевого скелета (многооскольчатые переломы стенок обеих верхнечелюстных пазух со смещением костных отломков, перелом носовой перегородки со смещением костных отломков, перелом медиальной стенки правой глазницы (решетчатой кости) со смещением костных отломков), кровоизлияния правого глазного яблока, ссадин правой ушной раковины и головы, образовавшихся (за исключением ссадин) в результате воздействия тупого (ых) твёрдого (ых) предмета (ов), в срок 2-5 суток к моменту осмотра в ГБУЗ РМ МРЦКБ 27 августа 2024 года, и в совокупности повлекших средний вред здоровью по признаку длительного его расстройства сроком свыше трёх недель (более 21 дня), достоверно установлен заключением судебно-медицинской экспертизы №76/2024 (М) от 23 октября 2024 г. (т.1 л.д.89-90).

То обстоятельство, что изложенные в названном экспертном заключении повреждения у потерпевшего образовались в результате преступных действий осужденного ФИО2, использовавшего незначительный повод для применения насилия, объективно подтверждается изобличающими показаниями ФИО6 №1 как в суде, так и на стадии дознания, оглашенными в установленном законом порядке в судебном заседании, согласно которым, 28 октября 2024 года примерно в 20 часов 30 минут при выходе из магазина «Продукты» по адресу: Республика Мордовия, <...>, находившийся там ранее незнакомый ему ФИО1 дважды спросил у него 50 рублей за выход из магазина, на что он ему пояснил, что ничего никому не должен, после чего ФИО3 нанёс ему один удар кулаком в область правого уха, от чего он испытал сильную физическую боль и от неожиданности у него упал велосипед, который он катил перед собой. После этого он повернулся в сторону ФИО3 и тот нанёс ему ещё удары кулаком в область правого глаза, носа и челюсти. Чтобы защитить себя, он тоже попытался ударить кулаком ФИО3, но промахнулся и попал вскользь по его левой брови, а ФИО3 в ответ вновь нанёс ему один удар кулаком в область лица, от чего он, не удержавшись на ногах, упал на асфальт, и ФИО3 наклонившись, хотел нанести ему удар кулаком, но он увернулся и смог повалить ФИО1 на асфальт, где завязалась борьба, но ввиду того, что ФИО3 был намного сильнее, то вырвался, встав на ноги, а когда он попытался встать с асфальта, ФИО3 со всей силы ударил своей левой ногой ему в правую часть головы, от чего он испытал сильную физическую боль. Затем он встал, поднял велосипед и пошёл в сторону вокзала, а ФИО1 побежал за ним и догнав, ударил ногой по колесу его велосипеда, пригрозив, что если он обратиться в полицию, ему будет хуже. Выбежавшая из магазина продавец, стала кричать, что имеется камера видео наблюдения, на которую все записано, после чего ФИО3 ушел от него в противоположную сторону. В момент нанесения ему ударов ФИО3 каких-либо угроз в его адрес, также как и он в адрес ФИО3, не высказывали (т.1 л.д.99-100).

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника о критическом отношении к показаниям потерпевшего, оснований подвергать их сомнению у суда не имелось, так как они последовательны на всем протяжении производства по делу.

В данном случае, свои показания об обстоятельствах его избиения фактически без какого-либо повода ФИО1, ФИО6 №1 подтвердил непосредственно на месте происшествия, наглядно указав территорию, прилегающую к магазину «Продукты», расположенному по ул.Кирова, д.37 п.Ромоданово Ромодановского района Республики Мордовия, где вечером 24 августа 2024 г. осужденный причинил ему телесные повреждения, о чем свидетельствует соответствующий протокол проверки показаний потерпевшего ФИО6 №1 и подозреваемого ФИО1 на месте от 30 октября 2024 г. (т.1 л.д.172-176).

Согласно протоколу очной ставки от 30 октября 2024 г., при производстве данного следственного действия с подозреваемым ФИО1, потерпевший ФИО6 №1 вновь поддержал в полном объеме свои показания об указанных обстоятельствах, из которых также следует, что осужденный стал наносить ему (ФИО4) удары именно из-за отказа последнего безвозмездно передать ФИО1 денежные средства в сумме 50 рублей (т.1 л.д.158-161).

Именно об этой причине избиения его осужденным, потерпевший ФИО6 №1 указал и в заседании суда апелляционной инстанции, заявив также, что сам он не высказывал никаких оскорблений ни в адрес осужденного, ни в адрес его матери.

Кроме того, показания потерпевшего находят бесспорное подтверждение свидетельскими показаниями, в частности свидетеля Свидетель №3 - продавца вышеназванного магазина «Продукты», указавшей в суде о том, что 24 августа 2024 г. примерно в 20 часов 20 минут в магазин зашёл ФИО3 вместе с девушкой, которые купив сигареты, вышли на улицу, а зашедший в магазин ФИО4, после совершения покупок тоже вышел из магазина, и спустя некоторое время она услышала, что на улице разговаривают на повышенных тонах, а затем услышала грохот. Выбежав на улицу, она увидела, как ФИО3 повалил ФИО4 на землю и стал избивать того, находясь сверху, после чего ФИО3 поднялся и ударил ногой ФИО4, который каких-либо ударов ФИО3 не наносил. Рядом с ними валялся велосипед, принадлежащий ФИО4. Подбежав к ним, она стала просить прекратить драку и побежала в магазин за телефоном, чтобы вызвать полицию, но пока бегала в магазин, драка прекратилась.

Из оглашенных в судебном заседании в установленном законом порядке показаний свидетеля Свидетель №4, данных ею в ходе дознания 13 ноября 2024 г. и подтвержденных в суде, а потому обоснованно положенных судом в основу приговора, следует, что 24 августа 2024 г. примерно в 20 часов 30 минут придя с ФИО1 к магазину «Продукты» по ул.Кирова, д.37 п.Ромоданово, ФИО1 зашёл в магазин, а она осталась ждать его на улице, и в это время к магазину на велосипеде подъехал ранее ей незнакомый мужчина, который тоже зашёл в магазин. Спустя несколько минут из магазина вышел ФИО1, а затем мужчина, приехавший на велосипеде, и ФИО1 начал с ним о чём-то разговаривать, но о чем именно, она не поняла, так как находилась в состоянии алкогольного опьянения. В ходе разговора мужчина сказал что-то грубое и ФИО1 нанёс тому удары кулаками в область головы, от чего мужчина упал на асфальт, а ФИО1 наклонился к нему и мужчина повалил ФИО1 руками на асфальт, в результате чего они стали бороться. Затем ФИО1 приподнялся и продолжил наносить удары кулаком лежащему на асфальте мужчине, а когда мужчина начал подниматься с земли, ФИО1 нанёс ему удар ногой по лицу. В момент драки из магазина выбежала продавец, которая стала кричать, просить прекратить драку и разойтись, иначе она вызовет сотрудников полиции. Однако её крики и просьбы ФИО1 не воспринимались. Впоследствии от сотрудников полиции ей стало известно, что фамилия мужчины на велосипеде ФИО6 №1 (т.1 л.д.235-236).

Ввиду того, что показания свидетелей Свидетель №3 и Свидетель №4 с учетом их тщательной проверки судом не только не ставят под сомнение достоверность тех сведений об обстоятельствах совершения преступления осужденным, которые они сообщили в своих показаниях, но и взаимно дополняют друг друга, а также согласуются с показаниями потерпевшего ФИО6 №1 и заключением судебно-медицинской экспертизы №76/2024 (М) от 23 октября 2024 г., они правильно приняты судом в обоснование вывода о виновности ФИО2 в совершенном преступлении.

К тому же показания названных свидетелей и потерпевшего в полном объеме опровергают утверждения осужденного и о том, что ввиду закрытия лица олимпийкой, он, якобы, не видел, куда именно наносил удары потерпевшему.

При наличии данной совокупности проверенных судом доказательств, по делу отсутствовали предусмотренные законом основания для назначения ситуационной экспертизы, на что в апелляционной жалобе указывает сторона защиты.

При этом факт частичного изменения свидетелем Свидетель №4 показаний в последующем как на стадии дознания 24 ноября 2024 г., так и в судебном заседании, с указанием на то, что причиной нанесения ударов потерпевшему явилось то, что ФИО6 №1 в ходе разговора с ФИО1 выразился нецензурной бранью в адрес матери последнего, суд верно расценил, как желание Свидетель №4, состоящей в дружеских отношениях с осужденным, помочь ФИО1 смягчить уголовную ответственность за содеянное.

Причем нахождение Свидетель №4 в дружеских отношениях с осужденным ФИО1 прямо установлено показаниями данного свидетеля в суде.

Тем самым, анализ исследованных в судебном заседании доказательств свидетельствует о том, что судом первой инстанции верно установлено, что преступные действия ФИО1, связанные с причинением потерпевшему ФИО6 №1 телесных повреждений, были совершены из хулиганских побуждений, поскольку между ними отсутствовали неприязненные отношения и ранее они не были знакомы.

Несмотря на доводы апелляционной жалобы адвоката, из показаний потерпевшего и свидетелей Свидетель №3 и Свидетель №4, положенных в основу приговора, не следует, что ФИО6 №1 совершил в отношении ФИО1 какие-либо противоправные действия.

Ссылки осужденного и утверждения в апелляционной жалобе о том, что причиной конфликта явились изначальные нецензурные оскорбления со стороны потерпевшего в адрес матери ФИО1 на его вопрос ФИО6 №1 о том, почему тот берет чужой велосипед, противоречат фактическим обстоятельствам дела, которые объективно установлены указанными показаниями потерпевшего ФИО6 №1, свидетелей Свидетель №4 и Свидетель №3

Напротив, установленные судом фактические обстоятельства указывают на то, что осужденный ФИО1, находясь в общественном месте – на улице возле магазина, пренебрегая общепринятыми правилами поведения в обществе и противопоставляя себя окружающим, чувствуя свое физическое превосходство над ФИО6 №1 и используя малозначительный повод, а именно правомерный отказ потерпевшего в надуманной просьбе осужденного безвозмездно передать тому ничем не обусловленные денежные средства в сумме 50 рублей, умышленно причинил ФИО6 №1 в результате его избиения телесные повреждения, относящиеся к категории средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст.111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья.

При этом ФИО1 изначально не реагировал и на сделанные ему замечания о противоправном поведении со стороны продавца магазина Свидетель №3, прекратив применение насилия в отношении потерпевшего лишь после того как свидетель Свидетель №3 пообещала вызвать по телефону сотрудников полиции.

Поэтому суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО2 действовал именно из хулиганских побуждений, что в полной мере соответствует и разъяснениям, содержащимся в п.12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2007 г. №45 «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений», согласно которым под уголовно наказуемыми деяниями, совершенными из хулиганских побуждений, следует понимать умышленные действия, направленные против личности человека или его имущества, которые совершены без какого-либо повода или с использованием незначительного повода.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Ашимова М.Р. и позиции осужденного, не признавшего своей вины и утверждавшего в судебном заседании о том, что побоев потерпевшей ФИО6 №2 вообще не наносил и убийством ей не угрожал, выводы суда о виновности ФИО1 в совершении предусмотренных ч.1 ст.119 и ч.2 ст.116.1 УК РФ преступлений, тоже являются обоснованными и соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, так как основаны на совокупности исследованных в судебном заседании и проанализированных в соответствии с положениями ст.ст.17 и 88 УПК РФ доказательств, получивших в приговоре объективную оценку.

Факт нанесения ФИО2 побоев и совершения иных насильственных действий с причинением потерпевшей ФИО6 №2 физической боли, подтвержден показаниями самого осужденного на стадии дознания.

Так, в ходе допроса в качестве подозреваемого 28 октября 2024 г. ФИО1, признавая свою причастность к данному преступлению, в присутствии адвоката ФИО13 подробно пояснял, что 26 октября 2024 г. распив с утра вместе со своим знакомым Свидетель №1 достаточно большое количество спиртного в доме на кухне у последнего, они уснули, а проснулся он примерно в 14 часов 30 минут от того, что в дом пришла жена Свидетель №1 - ФИО6 №2 с двумя детьми, поставив на стол пакет с продуктами. Поскольку ему очень хотелось есть, он взял из пакета детское питание, которое разлил на пол, и ФИО6 №2 стала на него ругаться, попросив ничего не трогать и покинуть дом, из-за чего между ними начался словесный конфликт, во время которого вошедшей на кухню дочери ФИО6 №2 он сказал, чтобы та вышла и не слушала чужих разговоров, а затем пошел следом за ней и постучался в комнату к детям, напугав их. ФИО23 и ФИО6 №2 стали его успокаивать, на что он только больше разозлился и стал налетать на ФИО5, пытаясь с ним подраться. В этот момент услышав, как ФИО6 №2 позвонила по номеру 112, он ещё больше разозлился на неё, после чего схватил её за волосы, прижал к стене и начал трепать из стороны в сторону. Во время того, как он трепал ФИО6 №2 за волосы её сожитель Свидетель №1 хотел его оттащить, но у того ничего не получалось. Удерживая рукой за волосы ФИО6 №2, другой рукой он нанёс ей не менее пяти ударов по голове, точное количество и место нанесения ударов не помнит, так как был в сильном алкогольном опьянении. После этого ФИО5 смог оттащить его от ФИО6 №2, и они ушли с ФИО22 на кухню, а через некоторое время приехали сотрудники полиции, которые задержали его (т.1 л.д.29-30).

Вышеприведенные показания осужденного оглашены в судебном заседании в установленном законом порядке и верно положены судом в основу обвинительного приговора, в котором дана мотивированная оценка голословным доводам ФИО1 о том, что таких показаний он, якобы, не давал.

Как усматривается из материалов настоящего уголовного дела, названные показания ФИО1 во время дознания давались с соблюдением всех требований уголовно-процессуального закона, с разъяснением ему процессуальных прав подозреваемого, данный допрос проводился в присутствии защитника ФИО13, который, равно как и сам подозреваемый не имели замечаний к его ходу и результатам, а также не высказывали возражений относительно содержания и процедуры проведения этого следственного действия.

Не содержит указанный протокол допроса никаких отметок и о моральной усталости ФИО1 как в ходе данного следственного действия, так и по его окончанию, на что осужденный ссылался в суде первой инстанции.

Участие в данном следственном действии защитника, который в случае допущенных процессуальных нарушений или прав его подзащитного не был лишен возможности соответствующим образом реагировать, по мнению судебной коллегии, исключало саму возможность не только введения осужденного в заблуждение относительно правильности данных им показаний, но и быть подвергнутым какому-либо влиянию со стороны должностных лиц правоохранительных органов.

Более того, сам ФИО1 и его адвокат ФИО13 своими собственноручными подписями удостоверили правильность содержания данного протокола допроса от 28 октября 2024 г., а факт его подписания и личного прочтения осужденный полностью подтвердил в районном суде.

При этом никаких данных, свидетельствующих о ненадлежащем исполнении защитником ФИО13 своих обязанностей и неэффективности осуществленной им защиты, который в силу статуса адвоката наделен правом оказания квалифицированной юридической помощи, в материалах дела не имеется, не заявлено об этом ни на стадии дознании, ни в судебном заседании как самим ФИО1, так и его адвокатом Ашимовым М.Р.

Кроме того, вышеприведенные признательные показания осужденного ФИО1 полностью согласуются с данными как в суде, так и на стадии дознания 27 и 30 октября 2024 г. и оглашенными в судебном заседании с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, показаниями потерпевшей ФИО6 №2, изобличающими осужденного еще и в угрозе убийством.

Названными показаниями потерпевшей ФИО6 №2 достоверно установлено, что 26 октября 2024 г. примерно в 14 часов 30 минут она с детьми пришла домой по адресу: <адрес>, где в это время на кухне спали ее муж Свидетель №1 и его знакомый ФИО1, находящиеся в состоянии алкогольного опьянения. Поставив пакет с продуктами, она прошла в другую комнату, а услышав шум, вышла и увидела, что ФИО1 разорвал пакет с детским питанием и разлил его на кухне, поэтому стала ругаться и просить, чтобы тот уходил из их дома и ничего не трогал. На что ФИО1 разозлился и начал выражаться в её адрес грубой нецензурной бранью, а на ее просьбы покинуть их дом, тот еще больше разозлился и стал на неё громко кричать, в результате чего дети испугались и закрылись в комнате. Она и ФИО21 пытались успокоить ФИО3, но последний взял деревянный брусок и ударил им по голове ФИО24, отчего тот упал и какое-то время лежал на полу, а она в этот момент ушла в комнату своей спальни, чтобы вызвать полицию. Услышав, что она позвонила в полицию, ФИО3 зашел в комнату спальни и перегородив ей выход, прижал её к стене и стал дёргать рукой ее за волосы в разные стороны, одновременно высказывая в её адрес слова угрозы, сказав ей: «Я тебя сейчас убью!». Удерживая её правой рукой за волосы, он нанёс ей в голову пять ударов левой рукой, при этом продолжая высказывать в её адрес угрозы, говоря: «Я тебя убью, зарежу, и ничего мне за это не будет». Высказанные им угрозы убить её она восприняла для себя реально, опасаясь за свою жизнь и здоровье, так как ФИО3 был пьяный, агрессивный и злой, физически сильнее ее, а от нанесенных им ударов и удерживания за волосы она испытывала физическую боль. Также она понимала, что её муж не сможет как-то помешать ФИО3 прекратить свои действия, поскольку ФИО3 был сильнее ФИО25, который находясь в состоянии сильного алкогольного опьянения, шатался и неуверенно стоял на ногах (т.1 л.д.22-23, т.2 л.д.57-58).

Несмотря на занятую осужденным позицию, изложенные показания ФИО6 №2 прямо наличествуют об умысле ФИО1 именно на совершение им угрозы убийством, при которой у потерпевшей с учетом описанных обстоятельств имелись реальные основания опасаться осуществления этой угрозы, а также на нанесение ей побоев и иных насильственных действий, причинивших ей физическую боль.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, у судебной коллегии нет оснований критически относиться к показаниям потерпевшей ФИО6 №2, поскольку имеющиеся незначительные противоречия устранены путем оглашения в суде её показаний на стадии дознания, которые она в полном объеме подтвердила в судебном заседании, обосновав возникшие недочеты давностью произошедших событий.

Тем более, что приведенные показания ФИО6 №2 не противоречат протоколу проверки ее показаний на месте от 08 ноября 2024 г., при производстве которой потерпевшая их полностью подтвердила и находясь в спальной комнате <адрес> Республики Мордовия, наглядно указала то место в этой комнате, где 26 октября 2024 г. примерно в 14 часов 50 минут ФИО1 причинил ей побои, совершил иные насильственные действия, а также высказал в ее адрес угрозы убийством, которые были восприняты ей реально (т.1 л.д.221-225).

Названные показания объективно подтверждаются еще и протоколом очной ставки от 30 октября 2024 г. между потерпевшей ФИО6 №2 и подозреваемым ФИО1, в ходе которой потерпевшая тоже указала на осужденного, как на лицо, который удерживая ее одной рукой за волосы в спальной комнате, нанес другой рукой не менее пяти ударов ей в область головы и высказал при этом в ее адрес угрозы убийством (т.1 л.д.162-165).

Помимо этого, вышеприведенные показания потерпевшей находят свое подтверждение совокупностью других, проверенных судом доказательств, анализ которых отражен в приговоре.

Так, из показаний несовершеннолетнего свидетеля Свидетель №2 в суде и на стадии дознания 25 ноября 2024 г., которые оглашены в судебном заседании в установленном законом порядке, тоже следует, что когда 26 октября 2024 года после 14 часов 30 минут находившийся у них в доме в состоянии алкогольного опьянения ФИО1 разлил на кухне купленное ее матерью детское питание, её мама стала просить того покинуть дом, а ФИО3 в ответ на это начал агрессивно высказываться и кричать на её мать. На её просьбу не кричать на мать, ФИО3 высказался нецензурно и велел ей выйти из кухни. При этом ФИО3 вёл себя агрессивно, толкался, ругался нецензурной бранью, начал снимать с себя одежду и призывать к драке, не реагируя и на слова ее отчима ФИО5, который тоже пытался того успокоить. Увидев это, она ушла к себе в комнату, а затем услышав крики матери, которая просила, чтобы ФИО3 её не трогал, она вышла и увидела, как в спальной комнате ФИО3 одной рукой держит за волосы её мать, а второй рукой пытается её ударить, а также говорил её матери в этот момент, что убьёт её, а именно: «Я тебя сейчас убью». ФИО5 пытался оттащить ФИО3 от матери, но у того ничего не получалось. В комнате на кровати сидел и плакал маленький брат, которого она забрала в свою комнату, закрылась в ней и позвонила в полицию и спустя некоторое время приехали сотрудники полиции (т.2 л.д.67-68).

Свои вышеприведенные показания несовершеннолетний свидетель Свидетель №2 полностью подтвердила во время проверки её показаний на месте 07 ноября 2024 г., наглядно указав в спальной комнате <адрес> о конкретных противоправных действиях ФИО1 в отношении ее матери ФИО6 №2 (т.1 л.д.209-212), а имеющиеся противоречия между ее показаниями в суде и во время дознания объяснила давностью произошедших событий, которые ей тяжело вспоминать ввиду того, что было очень страшно.

Судебная коллегия не находит оснований ставить под сомнение утверждения несовершеннолетнего свидетеля Свидетель №2 о таких опасениях, тем более, что в судебном заседании она прямо заявила о том, что оглашенные в суде и ранее данные ей на стадии дознания во время очной ставки 07 ноября 2024 г. с подозреваемым ФИО1 показания в части того, что она не может точно сказать о произносимых угрозах подозреваемого в адрес ее матери (т.1 л.д.205-208), являются недостоверными, поскольку на очной ставке в присутствии ФИО1 она реально боялась рассказать о высказанных им угрозах.

Свидетель Свидетель №1 в ходе дознания 29 октября 2024 г. тоже указывал о том, что после того, как 26 октября 2024 г. его жена ФИО6 №2 сделала замечание ФИО1, который начал есть детское питание на кухне у него в доме, ФИО3 стал с ней скандалить, кричать и высказывать в её адрес грубую нецензурную брань, а после того, как дочь Свидетель №2 сделала тому замечание, ФИО3 ответил ей грубой нецензурной бранью, потребовав, чтобы та ушла с кухни. Он пытался успокоить ФИО3, но последний стал еще более агрессивным, порвал на себе футболку, призывал подраться с ним и стукнул ему деревянным бруском по голове, отчего он упал. Когда жена, находясь в спальной комнате, звонила в полицию, ФИО3 направился туда. На крики жены, он вошел в спальню и увидел, как ФИО1 держит жену одной рукой за волосы, а второй рукой наносит ей удары по голове, а также говорит ей «Я тебя сейчас убью». Он начал его оттаскивать и пытался остановить, так как ФИО3 находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, был крайне агрессивен и неадекватен, а на его уговоры успокоиться не реагировал. Спустя некоторое время приехали сотрудники полиции, которых вызвала дочь (т.1 л.д.43-45).

Свои названные показания свидетель Свидетель №1 подтвердил на следующий день в ходе проверки его показаний на месте, о чем свидетельствует соответствующий протокол проверки его показаний на месте от 30 октября 2024 г. (т.1 л.д.166-171).

При этом указаниям свидетеля Свидетель №1, не подтвердившего в судебном заседании свои оглашенные показания о том, что он видел, как ФИО1 наносил ФИО6 №2 удары по голове и слышал, как осужденный высказывал угрозы убить потерпевшую, суд дал в приговоре надлежащую оценку, верно расценив изменение свидетелем своих показаний в этой части в судебном заседании, как стремление оказать ФИО1 содействие, избежать уголовной ответственности за содеянное.

В данном случае, вышеизложенные показания на стадии дознания свидетеля Свидетель №1, являющегося по сути прямым очевидцем преступных действий осужденного в отношении ФИО6 №2, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, так как согласуются с положенными судом в основу обвинительного приговора показаниями потерпевшей, несовершеннолетнего свидетеля Свидетель №2 и самого подозреваемого ФИО1 от 28 октября 2024 г.

Тем более, что допрошенный в суде в качестве свидетеля дознаватель ФИО15 подтвердил, что при проведении им 29 октября 2024 г. в служебном кабинете допроса свидетеля Свидетель №1 в рамках расследования уголовного дела в отношении ФИО1, указанный свидетель был трезв, жалоб на здоровье не предъявлял, показания давал добровольно, а после окончания допроса лично прочитал протокол и подписал его, не высказав никаких замечаний относительно содержания этих показаний.

Из показаний свидетеля Свидетель №5 (оперативного дежурного ОМВД России по Ромодановскому району Республики Мордовия), данных им во время дознания и оглашенных с соблюдением уголовно-процессуального закона в судебном заседании, которые он полностью подтвердил, следует, что при нахождении 26 октября 2024 г. на суточном дежурстве, в 14 часов 51 минуту на стационарный телефон дежурной части поступил телефонный звонок от ФИО7, которая просила приехать сотрудников полиции по адресу: <адрес>, так как там дерется пьяный мужик, который избивает ее маму и папу, и может их убить. Данное сообщение было зарегистрировано в КУСП райотдела, и на указанный адрес сразу были направлены сотрудники полиции для установления всех обстоятельств (т.2 л.д.9).

Кроме того, вина ФИО1 в совершении преступлений в отношении ФИО6 №2 подтверждается исследованными в судебном заседании письменными материалами дела, в частности:

- заключением судебно-медицинской экспертизы №81М/2024 от 12 ноября 2024 г., выводами которой установлено, что в представленных медицинских документах на имя ФИО6 №2 описаны ссадины правого предплечья, не причинившие вреда здоровья, которые образовались от действия тупого твёрдого предмета или при соударении о таковой и по давности не противоречат сроку 26 октября 2024 г. (т.2 л.д.53);

- копией вступившего в законную силу приговора Ромодановского районного суда Республики Мордовия от 16 января 2020 г. в отношении ФИО1, признанного виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст.139, ст.116.1, п. «з» ч.2 ст.112 и ст.116.1 УК РФ, которому на основании ч.2 ст.69 УК РФ окончательно назначено наказание в виде 1 года 10 месяцев лишения свободы условно, с испытательным сроком 2 года (т.1 л.д.137-145);

- копией вступившего в законную силу приговора мирового судьи судебного участка Ромодановского района Республики Мордовия от 1 марта 2021 г. в отношении ФИО1, признанного виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.119 и ч.1 ст.112 УК РФ, которому согласно ч.2 ст.69 УК РФ назначено наказание в виде 10 месяцев лишения свободы, на основании ч.4 ст.74 УК РФ отменено условное осуждение по приговору от 16 января 2020 г., а в соответствии со ст.70 УК РФ окончательно назначено наказание в виде 2 лет лишения свободы в колонии-поселении (т.1 л.д.147-154);

- копией справки об освобождении, согласно которой ФИО1 освобождён из мест лишения свободы 12 июля 2023 г. по отбытию срока наказания (т.1 л.д.135).

Не обнаружение телесных повреждений на голове у потерпевшей ФИО6 №2, на что ссылается сторона защиты в апелляционной жалобе и в суде апелляционной инстанции, никоим образом не свидетельствует о не нанесении ФИО1 ударов кулаком по голове потерпевшей при совершении данных преступных деяний, поскольку по делу имеется достаточная совокупность положенных судом в основу приговора относимых, допустимых и достоверных доказательств (показания самого осужденного ФИО1, показания потерпевшей ФИО6 №2, а также свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №1, как непосредственных очевидцев нанесения осужденным побоев), подтверждающих сам факт применения осужденным насилия и высказанных им в процессе этого угроз убийством в адрес потерпевшей, а потому данное обстоятельство не влияет на правовую квалификацию преступных действий осужденного.

В связи с чем, утверждения осужденного и стороны его защиты об отсутствии в действиях ФИО1 признаков составов преступлений, предусмотренных ч.1 ст.119 и ч.2 ст.116.1 УК РФ и о необходимости его оправдания в этой части, судебная коллегия находит необоснованными.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины ФИО1 и совершении тех преступлений, за которые он осужден обжалуемым приговором, по делу отсутствуют.

Правильность оценки судом представленных сторонами доказательств, сомнений у судебной коллегии не вызывает, поскольку объективных данных полагать о том, что суд первой инстанции при оценке доказательств нарушил требования ст.14 и ч.1 ст.17 УПК РФ, не имеется.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, в том числе осужденного ФИО1, повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, при рассмотрении уголовного дела судом не допущено.

В связи с изложенным, судебная коллегия считает, что квалификация судом преступных действий ФИО1 по п. «д» ч.2 ст.112 УК РФ в отношении потерпевшего ФИО6 №1, а также по ч.1 ст.119 и ч.2 ст.116.1 УК РФ в отношении потерпевшей ФИО6 №2 основана на фактических обстоятельствах дела и соответствует требованиям уголовного закона.

Наказание за содеянное ФИО1 назначено в соответствии с положениями ст.ст.6 и 60 УК РФ, с учетом в полной мере характера и степени общественной опасности совершенных им преступлений, данных о его личности и всех обстоятельств дела, влияющих на его назначение, в том числе наличия смягчающих и отягчающего его наказание обстоятельств, а также с учетом влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Частичное признание вины и раскаяние в содеянном по эпизоду в отношении потерпевшего ФИО6 №1, а также состояние здоровья осужденного, его положительные характеристики, принесение им извинений потерпевшим и наличие на иждивении у виновного малолетнего ребенка, обоснованно признаны смягчающими наказание ФИО1

Каких-либо обстоятельств, обусловливающих смягчение наказания ФИО1, но не установленных судом или не учтенных им в полной мере на момент вынесения приговора, и подлежащих в силу ст.61 УК РФ обязательному учету в качестве смягчающих наказание, по делу не установлено.

В тоже время, в описательно-мотивировочной части приговора суд сослался на то, что учитывает при назначении наказания ФИО1, в том числе отягчающие обстоятельства, то есть отразил их наличие во множественном числе.

Тогда как фактически в действиях осужденного именно по эпизодам преступлений, предусмотренных п. «д» ч.2 ст.112 и ч.1 ст.119 УК РФ судом обоснованно установлено такое единственное отягчающее наказание обстоятельство, как рецидив.

Данная неточность носит исключительно технический характер, не влияет на размер назначенного осужденному наказания и подлежит устранению судом апелляционной инстанции.

При этом доводы апелляционного представления в той части, что суд не конкретизировал в описательно-мотивировочной части приговора те преступления, по которым он учел обстоятельства, отягчающие наказание ФИО1, являются несостоятельными, так как прямо опровергаются содержанием приговора.

С учетом фактических обстоятельств совершенных преступлений, их характера и степени общественной опасности, а также личности подсудимого и наличия в его действиях рецидива преступлений по двум вышеуказанным преступлениям, выводы суда о том, что исправление ФИО1 возможно лишь в условиях изоляции от общества, и отсутствии оснований для применения к нему положений ст.73 УК РФ, а также ч.6 ст.15 УК РФ, касающиеся изменения категории преступления, предусмотренного п. «д» ч.2 ст.112 УК РФ, являются правильными.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенных ФИО1 преступлений, а также поведением виновного и существенно уменьшающих степень его общественной опасности, судом при назначении осужденному наказания обоснованно не усмотрено, не находит таковых и судебная коллегия, полагая об отсутствии оснований для применения положений ст.64 УК РФ.

При назначении осужденному окончательного наказания по совокупности преступлений суд верно руководствовался положениями ч.2 ст.69 УК РФ, которые предусматривают возможность его назначения не только по принципу частичного или полного сложения наказаний, но и путем поглощения менее строгого наказания более строгим, то есть устанавливают более благоприятные для осужденного правила назначения наказания по совокупности преступлений.

По смыслу уголовного закона, суд вправе избрать тот или иной способ назначения наказания самостоятельно, будучи не связан ничьей позицией по делу в данной части, однако в любом случае, должен обосновать свой вывод, чего судом сделано не было.

Однако принимая во внимание наличие апелляционного представления, доводы которого в данной части заслуживают внимания, при решении вопроса о назначении ФИО1 наказания на основании ч.2 ст.69 УК РФ судебная коллегия, учитывая как фактические обстоятельства совершенных ФИО1 с прямым умыслом трех преступлений против личности, так и личность самого осужденного, имеющего две непогашенные судимости за аналогичные преступления, считает, что судом при назначении тому наказания по совокупности преступлений обоснованно применен принцип именно частичного сложения наказаний.

Справедливость назначенного ФИО1 наказания сомнений у судебной коллегии не вызывает, поскольку оно отвечает целям, предусмотренным ч.2 ст.43 УК РФ, соразмерно тяжести содеянного и снижению не подлежит.

Вид исправительного учреждения, в котором осужденному надлежит отбывать наказание, определен судом правильно – в соответствии с положениями п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ.

Между тем, в описательно-мотивировочной и резолютивной части приговора при установлении ФИО1 ограничений и запретов при назначении наказания в виде ограничения свободы за преступление, предусмотренное ч.2 ст.116.1 УК РФ, суд указал на ограничение в виде запрета выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, в котором осужденный будет проживать в период отбывания наказания.

Однако в силу п.18 постановления Племв Верховного Суда РФ от 22.12.2015 г. №58 «О практике назначения судами Российской Федерации» уголовного наказания», в случае назначения ограничения свободы в качестве основного наказания в приговоре необходимо устанавливать территорию, за пределы которой осужденному запрещается выезжать и в пределах которой ему запрещается посещать определенные места без согласия уголовно-исполнительной инспекции. Если в состав населенного пункта, в котором проживает осужденный, входят несколько муниципальных образований, то суд вправе установить соответствующие ограничения в пределах территории такого населенного пункта. Если населенный пункт является частью муниципального образования, то ограничения устанавливаются в пределах территории муниципального образования, а не населенного пункта.

Ввиду того, что осужденный ФИО1 зарегистрирован и проживает в <...>, в целях уточнения назначенного ему судом в этой части наказания и устранения неясностей при исполнении данного приговора, судебная коллегия считает необходимым установить ФИО1 при назначении наказания по ч.2 ст.116.1 УК РФ, ограничение в виде запрета выезжать за пределы территории Ромодановского муниципального района Республики Мордовия без согласия уголовно-исполнительной инспекции.

При этом данное уточнение не ухудшает положение осужденного и не нарушает его прав.

Иных нарушений требований уголовно-процессуального закона при рассмотрении настоящего уголовного дела, не допущено.

Оснований для отмены приговора и его изменения по тем доводам, которые заявлены защитником в апелляционной жалобе, судебная коллегия не находит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

постановила:

приговор Ромодановского районного суда Республики Мордовия от 21 февраля 2025 года в отношении ФИО1 изменить, частично удовлетворив апелляционное представление.

Считать наличие в действиях ФИО1 одного отягчающего обстоятельства – рецидива преступлений, которое установлено судом по преступлениям, предусмотренным п. «д» ч.2 ст.112 и ч.1 ст.119 УК РФ.

Исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора при назначении ФИО1 наказания по ч.2 ст.116.1 УК РФ указание об установлении ему ограничения в виде запрета выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, в котором осужденный будет проживать в период отбывания наказания.

Установить ФИО1 при назначении наказания по ч.2 ст.116.1 УК РФ ограничение в виде запрета выезжать за пределы территории Ромодановского муниципального района Республики Мордовия без согласия уголовно-исполнительной инспекции.

В остальной части этот же приговор в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу и апелляционное представление – без удовлетворения.

Настоящее постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня вынесения апелляционного постановления, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии итогового судебного решения, вступившего в законную силу.

В случае пропуска данного срока или отказа в его восстановлении, кассационные жалобы либо представление могут быть поданы непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий ФИО16