Апелляционное определение № 22-292/2026 от 25 марта 2026 г.

Судья: Хаярова А.Р. Дело № 22-292/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ханты-Мансийск 26 марта 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе:

Председательствующего Поспелова И.И.,

судей: Болотова В.А., Аксентьевой М.А.,

при секретаре Зенченко А.В.,

с участием: прокурора Медведева Р.Е.,

осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Кармацких Л.В., участвующих по видео-конференц-связи,

осужденной ФИО2, участвующей по видео-конференц-связи, и ее защитника – адвоката Чернякова И.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы защитника осужденного ФИО1 – адвоката Кармацких Л.В., защитника осужденной ФИО2 – адвоката Чернышкова С.А. на приговор Нижневартовского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 24 ноября 2025 года, которым

ФИО1, <данные изъяты>, ранее не судимый,

признан виновным и осужден по ч. 3 ст. 30 - п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 9 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

ФИО2, <данные изъяты>, ранее не судимая,

признана виновной и осуждена по ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 8 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения осужденным ФИО1 и ФИО2 в виде заключения под стражу оставлена без изменений до вступления приговора в законную силу.

Срок отбывания осужденными наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу с зачетом времени содержания ФИО1 и ФИО2 под стражей в период с (дата) до вступления приговора в законную силу на основании ч. 3.2 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Разрешен вопрос с процессуальными издержками и вещественными доказательствами, в том числе, относительно конфискации имущества, принадлежащего осужденным.

Заслушав доклад судьи Болотова В.А., мнение осужденных ФИО1, ФИО2 и их защитников – адвокатов Кармацких Л.В. и Чернякова И.В., выступление прокурора Медведева Р.Е., судебная коллегия

установила:

ФИО1 и ФИО2 признаны виновными и осуждены за совершенное в г. Нижневартовске ХМАО-Югры 16.12.2024 при изложенных в приговоре обстоятельствах – покушение (умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам) на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-коммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

В судебном заседании ФИО1 и ФИО2 вину не признали; судом в отношении них постановлен обвинительный приговор.

В апелляционной жалобе адвокат Чернышков С.А., действуя в защиту интересов осужденной, просит приговор изменить в сторону смягчения ФИО2 наказания, которое считает несправедливым и чрезмерно суровым.

Считает, что суд не в полной мере учел все влияющие на наказание обстоятельства, в том числе, личность осужденной и наличие смягчающих обстоятельств, совокупность которых следовало признать исключительной и назначить ФИО2 наказание с учетом положений ст. 64 УК РФ. Кроме того, ФИО2 социально не опасна, криминальных интересов и склонностей не имеет, поведение осужденной после совершения преступления свидетельствует о ее раскаянии, цели наказания могут быть достигнуты путем назначения ФИО2 более мягкого наказания.

В апелляционной жалобе адвокат Кармацких Л.В., действуя в защиту интересов осужденного, просит приговор изменить в сторону смягчения ФИО1 наказания, наряду с этим оспаривая выводы суда о доказанности его вины и квалификации действий.

Считает, что показания ФИО1 относительно отказа от совершения преступления ничем не опровергнуты, при этом суд, отказав в исследовании вещественного доказательства, подтверждающего позицию осужденного, нарушил его право на защиту. Ссылка суда на протокол осмотра вещественного доказательства – сотового телефона, несостоятельна, поскольку в протоколе изложена только часть переписки, без сведений о том, что ФИО1 написал куратору отказ, а тот, в свою очередь, стал ему угрожать. При этом, «закладку» ФИО1 не поднимал, наркотическое средство ему в карман подбросили сотрудники полиции, которые также заставили его указать на место «закладки». Таким образом, судом не установлен мотив совершения преступления, вследствие чего действия ФИО1 квалифицированы неверно.

Кроме того, суд не в полной мере учел влияние назначенного наказания на условия жизни осужденного и его семьи, необоснованно не признал смягчающими обстоятельствами наличие на иждивении ФИО1 малолетнего ребенка, на содержание которого он выплачивает алименты, а так же признание вины в судебном заседании. Совокупность смягчающих обстоятельств, в том числе, активное способствование расследованию преступления, давали суду достаточно оснований признать их исключительными и назначить ФИО1 наказание с применением положений ст. 64 УК РФ.

Кроме того, приведенные обстоятельства свидетельствует о меньшей степени общественной опасности содеянного, что позволяет изменить категорию преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ и смягчить назначенное ФИО1 наказание.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель – старший помощник прокурора г. Нижневартовска Кальчук Т.С. выражает несогласие с доводами защитников, полагает приговор в отношении ФИО1 и ФИО2 законным и обоснованным, просит оставить его без изменений.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденные ФИО1, ФИО2 и их защитники – адвокаты Кармацких Л.В. и Черняков И.В. просили обжалуемый приговор отменить, осужденных по предъявленному обвинению оправдать либо вернуть уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Прокурор Медведев Р.Е. с доводами жалоб не согласился, просил приговор в отношении ФИО1 и ФИО2 оставить без изменений.

Изучив материалы уголовного дела, проверив доводы апелляционных жалоб и возражений, заслушав участников судебного разбирательства, судебная коллегия приходит к следующему.

Нарушений общих правил производства следственных действий, в том числе, сбор и закрепление положенных в основу обвинительного приговора доказательств, не установлено. Порядок возбуждения уголовного дела, предъявления обвинения, ознакомления осужденных и их защитников с материалами дела соблюден.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу, указаны в обвинительном заключении, которое соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ. Препятствий для постановления судом итогового решения или оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ не установлено.

При рассмотрении дела полностью соблюдена процедура, общие условия и принципы уголовного судопроизводства (ст. 15 УПК РФ). Со стороны председательствующего судьи не усматривается личной или иной заинтересованности, предвзятости, в том числе, при допросе лиц, или ведения процесса с обвинительным уклоном.

Права осужденных и стороны защиты в процессе доказывания по делу обеспечены в полной мере, процессуальных нарушений не установлено. Все заявленные сторонами ходатайства рассмотрены судом надлежащим образом, с занесением в протокол или приговор соответствующих мотивов принятого решения, не согласиться с которыми у судебной коллегии оснований не имеется.

Суд первой инстанции всесторонне и полно, с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, исследовал представленные сторонами обвинения и защиты доказательства, надлежащим образом оценил их, и в соответствии с совокупностью исследованных доказательств, правильно установил фактические обстоятельства дела.

Описание деяния, признанного судом доказанным, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины, целях и иных данных, позволяющих судить о событии преступления, причастности к нему ФИО1 и ФИО2, а также об обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного.

Как показал осужденный ФИО1, в сети «Интернет» в программе «<данные изъяты>» он договорился по поводу работы закладчиком наркотических средств, проходил тестирование, установил в телефон соответствующие программы и приложения. (дата) куратор написал в «<данные изъяты>» о том, что им необходимо выйти на работу, скинул фотографию с координатами, сказал, что необходимо раскидать по «закладкам». ФИО1 отказался, о чем написал куратору, который в ответ высказал словесную угрозу за невыход на работу. На следующий день он вместе с ФИО2 поехали по координатам на фотографии проверить, что им скинули, чтобы потом им не предъявили ничего и не заставили платить деньги. По дороге они передумали забирать «вес», к месту «закладки» не подходили. Когда они возвращались, к ним подъехали сотрудники ППС, попросили показать телефоны и назвать пароли, сказали, что они закладчики, на что они отказались. Сотрудники полиции начали избивать его, потащили их к машине, и ФИО1 сообщил им пароль от телефона. Сотрудники в его телефоне нашли фотографию с координатами, забрали телефон, ключи. Когда ФИО1 поставили к капоту автомобиля, он побежал от них через дорогу к какой-то базе, и примерно через час был задержан. Сотрудники доставили его обратно на место к машине, положили на снег. У него были обморожены руки, на которых по приезде в отделение полиции стали появляться волдыри, а также было много других телесных повреждений, в том числе, на лице. «Закладку» ФИО1 не забирал, видимо, сотрудники сами ее забрали и положили ему в карман. Приехали понятые, сотрудники вернули ему телефон, положив в карман, в ходе досмотра у ФИО1 изъяли сверток. Протокол ему сказали подписать, он и подписал. О незаконных действиях сотрудников полиции он при понятых не говорил. После досмотра его вывели из машины, расстегнули наручники, и заставили показать место закладки. Протокол осмотра места происшествия он подписал. О том, что в телефоне ФИО2 имелась переписка о такой же работе, ему не было известно. Он пользовался телефоном ФИО2, когда у него не работал «Интернет». Фотография с координатами в телефоне ФИО2 принадлежит ему. Переписку вел через свой телефон, а на телефоне супруги вел переписку от лица женского пола, ФИО2 закладчиком не работала. Когда они поехали на место «закладки», ФИО2 что-то записала себе в блокнот, но что именно, он не знает.

Осужденная ФИО2 показала, что они с супругом снимали в (адрес) квартиру, она искала работу. Ей известно о том, чем занимался ФИО1, но она никакого отношения к сбыту наркотических средств не имела. Она употребляла наркотики, но намерений заниматься сбытом и зарабатывать на этом у нее не было. (дата) ФИО1 сообщил, что к ним кто-то может приехать, и чтобы она не боялась, поскольку все будет хорошо, но ничего объяснять не стал. (дата) ФИО1 попросил ее съездить с ним для подстраховки, чтобы посмотреть, что там лежит. Он вызвал такси, а когда они приехали, то ФИО1 сказал, что они поедут обратно. В это время к ним подъехали сотрудники полиции, стали избивать ФИО1, забрали у него телефон и повели куда-то вперед. Затем сотрудники полиции подошли к ней, забрали сотовый телефон, посадили в машину, она назвала пароль от телефона и увидела, как убегает ФИО1 Ее телефон всегда находился в открытом доступе, и ФИО1 мог им воспользоваться. Ей неизвестно, откуда в телефоне специальные приложения, фотографии и переписка, о том, что было записана в дневнике телефона, она не помнит. Когда сотрудник полиции привел ее на место происшествия, там уже находился ФИО1 Сотрудник ей пояснил, что необходимо указать на место, где их задержали, и она показала, однако на место «закладки» не указывала. Она под давлением угроз, под диктовку оперативника написала явку с повинной, но сейчас ее не признает.

В приговоре данные версии получили надлежащую оценку, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что избранный ими способ защиты не может опровергнуть последовательные и добросовестные показания свидетелей, а также иные объективные доказательства, подтверждающие обстоятельства совершения преступления и вину осужденных.

Свидетель А.М.А. показал, что через сына сдавал принадлежащую ему на праве собственности квартиру в аренду ФИО1 и ФИО2 До их въезда квартира была чистой, запрещенных веществ в ней не было. Во время проживания ФИО1 и ФИО2 в квартире ничего подозрительного ни он, ни его сын не замечали. После задержания осужденных в квартире ничего запрещенного они не видели.

Свидетель Ч.Н.И. показал, что (дата) за ФИО1 и ФИО2 по оперативной информации установлено наблюдение, по результатам которого осужденные были задержаны. При личном досмотре у ФИО1 изъяли сотовый телефон, сверток с веществом и ключи от съемной квартиры.

Свидетель Г.И.А. показал, что ему поступило сообщение о задержании ФИО1 и ФИО2 После прибытия на место и прибытия понятых, свидетель начал проводить личный досмотр ФИО1, всем разъяснил права и обязанности, а так же предложил ФИО1 выдать запрещенные предметы и вещества. ФИО1 сказал, что при себе ничего не имеет, якобы, сотрудники полиции ему что-то подбросили. В ходе проведения личного досмотра ФИО1 во внутреннем кармане куртки обнаружен сверток в черной изолирующей ленте, при вскрытии свертка обнаружен полимерный пакет с порошкообразным веществом. ФИО1 сказал, что сверток ему не принадлежит. Так же у него был изъят сотовый телефон, ФИО1 назвал пароль от телефона, в ходе осмотра которого установлена информация, имеющая значение для уголовного дела, а также переписка между ФИО1 и ФИО2, где ФИО2 переслала фотографию с координатами местонахождения тайника закладки. ФИО1 оказал сопротивление и скрылся, после чего был задержан, к нему применили наручники. У ФИО1 телесных повреждений не было, кроме следов на запястьях от наручников, а также он жаловался на переохлаждение рук, в связи с чем, был помещен в автомобиль. Свидетелем был составлен протокол личного досмотра, в котором все соответствовало действительности, ни от кого замечаний не поступило.

Свидетель Б.Л.В. показала, что участвовала понятой при личном досмотре женщины, у нее был изъят сотовый телефон. Сотрудниками полиции составлены документы, в которых всё соответствовало действительности, она их подписала. В отношении задержанных сотрудниками полиции какие-либо незаконные действия не совершались, от задержанных замечаний не поступало.

Свидетель С.М.Ж. показала, что участвовала понятой при личном досмотре женщины. Все права им разъяснялись, у женщины изъят телефон и карточка, пароль от телефона сообщила задержанная. При просмотре содержимого сотового телефона было установлено, что в мессенджере «Телеграмм» имелась переписка по поводу сбыта наркотических средств, которая была сфотографирована сотрудницей. По поводу переписки ФИО2 пояснила, что это переписка о незаконном обороте наркотических средств. Изъятый сотовый телефон надлежащим образом упакован, на бирках расписались все участвующие лица, которые ознакомились с протоколом личного досмотра, заявлений и замечаний ни от кого не поступило. Также она видела, что у мужчины, в ходе личного досмотра которого участвовали другие понятые, изымалось несколько свертков в изоленте. Со стороны сотрудников полиции в отношении задержанных противоправные действия не совершались, и об этом задержанные также не говорили. Несмотря на то, что было темно, свидетель видела второго задержанного, явных признаков телесных повреждений на нем не было, и сам задержанный о применении к нему физической силы сотрудниками полиции не говорил. Также задержанный не говорил, что наркотические средства ему подбросили.

Свидетель Я.К.А. показал, что участвовал понятым при личном досмотре ФИО1, в ходе которого у задержанного были изъяты телефон, ключи и сверток в полиэтиленовом пакете с порошкообразным веществом. ФИО1 никаких возражений не высказывал, в составленном сотрудником протоколе все соответствовало действительности, все изъятое было упаковано, все подписались. Так же участием свидетеля и второго понятого сотрудниками полиции проведен осмотр местности, ФИО1 указывал дорогу, в ходе осмотра что-то было изъято. Ссадин у задержанного не было, угроз со стороны сотрудников полиции в его адрес свидетель не слышал.

Все свидетели оглашенные показания подтвердили, расхождения объяснили длительностью времени между расследуемым событием и допросом в суде. Дополнительно: свидетель Ч.Н.И. подтвердил составление им рапорта об обнаружении признаков преступления от (дата) и акта наблюдения от (дата), пояснив, что они соответствуют действительности; свидетель С.М.Ж. подтвердила, что в протоколе личного досмотра ФИО2 имеются ее подписи; свидетель Я.К.А. подтвердил наличие своих подписей в протоколах личного досмотра и осмотра места происшествия, а также на фототаблице с изображением изъятых предметов.

Судебной коллегией не выявлено со стороны допрошенных лиц, чьи показания положены в основу обвинительного приговора, причин для оговора осужденных или иной личной заинтересованности. Нарушений положений ст. 281 УПК РФ при оглашении показаний свидетелей, данных ими в ходе предварительного следствия, не установлено.

Сомневаться в достоверности показаний свидетелей, в той части, в которой они положены в основу приговора, у судебной коллегии оснований не имеется, поскольку данные показания последовательны, логически взаимосвязаны и подтверждаются письменными материалами дела:

-актом наблюдения от (дата), согласно которому оперативное наблюдение велось за основной проезжей частью дороги к СО «<данные изъяты>» (адрес); впоследствии были задержаны мужчина и женщина, установленные как ФИО1 и ФИО2;

-протоколом осмотра места происшествия от (дата), которым осмотрен участок местности по географическим координатам (номер), (номер);

-протоколом личного досмотра ФИО1 от (дата), в ходе которого изъяты: телефон «Tecno Spark», банковская карта «<данные изъяты>», связка ключей, сверток, обмотанный скотч-лентой, внутри которого обнаружен полимерный пакет с порошкообразным веществом светлого цвета;

-протоколом с графической таблицей, которым осмотрен полимерный пакет с порошкообразным веществом светлого цвета, изъятый в ходе личного досмотра ФИО1;

-заключением эксперта (номер), согласно которому изъятое у ФИО1 вещество является наркотическим средством, содержащим мефедрон (4-метилметкатинон), общей массой 101,49 грамм;

-протоколом личного досмотра ФИО2 от (дата), в ходе которого изъят телефон «Tecno»;

-протоколом обыска от (дата), согласно которому по месту жительства ФИО1 и ФИО2 изъяты: множество полимерных пакетов с запирающейся горловиной, рулон изолирующей ленты, электронные весы, телефон «Apple», телефон «Tecno Pova», блокнот с рукописными записями, банковские карты на имя ФИО2, связка ключей;

-протоколом с графической таблицей, которым осмотрены изъятые в ходе обыска: множество полимерных пакетов с запирающейся горловиной, электронные весы в количестве двух единиц, один рулон изолирующей ленты черного цвета;

-заключением эксперта (номер), согласно которому на поверхности двух электронных весов, изъятых в ходе обыска, обнаружено в следовых количествах наркотическое средство мефедрон (4-метилметкатинон);

-протоколом осмотра предметов, согласно которому изъятый при обыске ежедневник содержит текстовые записи с указанием различных адресов, также записи, имеющие отношение к незаконному обороту наркотических средств, в том числе, запись «16 дек. Поехали поднимать сотку меф. (номер), (номер)»;

-заключением эксперта (номер), согласно которому рукописные записи в изъятом при обыске ежедневнике, в том числе, содержащие даты, расчеты, указания имен, адресов, количеств и масс вещества, выполнены ФИО2;

-протоколом с графической таблицей, которым осмотрены: изъятый при личном досмотре ФИО2 телефон «TECNO SPARK» – содержит приложение «<данные изъяты>», «<данные изъяты>», раздел «<данные изъяты>», где имеются изображение участков местности с GPS координатами, в том числе, (номер), (номер), содержит приложение «<данные изъяты>», в истории поиска которого GPS координаты (номер), (номер), в приложении «<данные изъяты>» с учетной записью «<данные изъяты>» обнаружена переписка с учетной записью «<данные изъяты>» (имя пользователя «<данные изъяты>»), содержащая инструкции по установлению специальных программ, о методах конспирации, действиях при задержании, способах оплаты и т.д.; изъятые в ходе обыска телефоны «TECNO POVA» и «IPhone» – телефон «TECNO POVA» в приложении «<данные изъяты>» в истории поиска содержит GPS координаты (номер), (номер); телефон «IPhone» в разделе «Фото» содержит фотографии с изображением участков местности с указанием адресов и GPS координатов, содержит приложение «<данные изъяты>» с учетной записью «DiBad», при просмотре которой обнаружена переписка с учетной записью «<данные изъяты>» (имя пользователя «<данные изъяты>»), содержит приложение «Заметки» с записями о работе, содержит переписку с «<данные изъяты>» о проведении стажировки по получению инструкции по осуществлению работы «закладчика», в том числе, с текстом, содержащим запись «…на стажеровку Ира пусть берет работает, если получится?» и с информацией о работе «закладчиком» наркотических средств ФИО2 отдельно от ФИО1, так же в переписке имеются анкетные данные ФИО2

Письменные материалы, оглашенные в судебном заседании и признанные судом допустимыми доказательствами, соответствуют предъявляемым к ним требованиям, содержат информацию в той части, которая имеет отношение к существу рассматриваемого дела и в достаточной степени раскрыты в приговоре.

Заключения судебных экспертиз обоснованно приняты судом, поскольку данные экспертизы отвечают предъявляемым законом требованиям, содержат указания на использованные методы исследования, содержание исследований, являются ясными и полными, сомнений в обоснованности не вызывают, каких-либо противоречий не содержат.

Проверив и сопоставив исследованные доказательства между собой, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии существенных противоречий, которые могли бы повлиять на оценку их достоверности, относимости и допустимости по уголовному делу. Всем исследованным доказательствам судом дана верная оценка с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а в целом – достаточности для разрешения дела, с приведением в приговоре мотивов, по которым приняты одни доказательства и отвергнуты другие.

Неполноты предварительного и судебного следствия, повлиявшей на правильность выводов суда, по данному уголовному делу не установлено. Неустранимые сомнения в виновности осужденных, требующие толкования в их пользу, в положенных в основу приговора доказательствах отсутствуют.

Оперативно-розыскные мероприятия соответствуют требованиям Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности». Характер оперативного мероприятия, порядок которого приведен в соответствующих документах, не предполагал какого-либо вмешательства в действия осужденных со стороны сотрудников правоохранительных органов, что исключает возможность признания их провокационными. Результаты оперативно-розыскной деятельности судом оценены в совокупности с другими исследованными в судебном заседании доказательствами и никакого преимущества перед остальными доказательствами не имели.

Доводы ФИО1 о неправомерных действиях сотрудников полиции при его задержании не нашли своего объективного подтверждения ни в показаниях свидетелей – сотрудников полиции и понятых, ни в письменных материалах дела, из которых так же следует, что по заявлению ФИО1 отказано в возбуждении уголовного дела за отсутствием в деяниях должностных лиц признаков преступления.

Доводы осужденных об оказании на них давления со стороны сотрудников правоохранительных органов также не подтверждаются, поскольку с соответствующими заявлениями они не обращались, в протоколах следственных действий на это не указывали, понятые об этом не говорили, иными письменными доказательствами данные обстоятельства не подкреплены. В связи с чем, ставить под сомнение добровольность действий осужденных, в том числе, при осмотре места происшествия, у судебной коллегии оснований не имеется.

Относительно доводов ФИО1 об отказе суда перовой инстанции в исследовании вещественного доказательства – сотового телефона «TECNO POVA», изъятого при обыске жилища, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

При осмотре данного телефона следствием не установлено имеющей значение для расследуемого события информации, в частности, переписки, кроме приложения «Яндекс Карты», в истории поиск которого имеются GPS координаты (номер), (номер).

Отказ суда (том 4, л.д. 59-60) о необходимости исследования телефона для установления переписки с куратором, из которой видно, что ФИО1 отказался поднимать «закладку» и в ответ получил угрозы, мотивирован тем, что в ходе следствия ФИО1 не указывал о данной информации и не обращался с соответствующими заявлениями о наличии угроз в его адрес.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда в данной части и учитывает, что наличие или отсутствие такой переписки не отменяет подтвержденных совокупностью иных доказательств обстоятельств задержания ФИО1 и изъятия у него наркотического средства, тем более что запись в ежедневнике – «16 дек. Поехали поднимать сотку меф. (номер), (номер)» – не дает достаточных оснований полагать, что ФИО1 действовал под давлением куратора, отказавшись совершать преступление.

Суд первой инстанции обоснованно признал несостоятельной позицию ФИО2 о непричастности к преступлению, поскольку ее версия полностью опровергается как согласованностью действий осужденных, так и сведениями, содержащимися в вещественных доказательствах, в том числе, в сотовых телефонах и ежедневнике, чему в приговоре дана подробная оценка.

Установленные в судебном заседании обстоятельства совершения преступления, конкретные фактические действия осужденных, масса изъятого наркотического средства, предметы, используемые для расфасовки, наличие на весах следов аналогичного наркотического средства, информация в дневнике и т.д. обоснованно по своей совокупности расценены судом, как свидетельствующие о наличии у ФИО1 и ФИО2 умысла на незаконный сбыт наркотических средств.

При этом умысел осужденных на сбыт наркотического средства не был доведен до конца по независящим от их воли обстоятельствам, так как ФИО1 и ФИО2 были задержаны сотрудниками полиции, что в силу закона суд объективно расценил, как покушение.

Согласованная деятельность ФИО1 и ФИО2, в том числе, с неустановленными лицами, при помощи сотовой связи, мессенджеров и глобальной сети «Интернет» подтверждают наличие квалифицирующих признаков «группой лиц по предварительному сговору» и «с использованием информационно телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»)».

Принадлежность изъятого вещества к наркотическим средствам и его размер (крупный) определены в соответствии с выводами заключения эксперта № 1029 и не противоречат утвержденному постановлением Правительства РФ от 30.06.1998 № 681 Списком-I и постановлению Правительства РФ от 01.10.2021 № 1002 «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размера наркотических средств и психотропных веществ».

Юридическая оценка действий ФИО1 и ФИО2 является правильной, все квалифицирующие признаки преступления нашли свое отражение в приговоре, получили надлежащую оценку в совокупности с исследованными доказательствами и с указанием мотивов приведенной судом позиции; оснований для иной квалификации содеянного судебная коллегия не находит.

Рассматривая вопрос о назначенном ФИО1 и ФИО2 наказании, судебной коллегией установлено, что судом в полном объеме приняты во внимание положения ст. 60 УК РФ: учтены обстоятельства дела, тяжесть, характер и степень общественной опасности преступления, личности осужденных, влияние назначенного наказания на их исправление и условия жизни их семей, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Суд первой инстанции принял во внимание заключения врача психиатра-нарколога № (номер), согласно которым ФИО1 и ФИО2 признаков наркомании не обнаруживают, и с учетом иных характеризующих сведений обоснованно пришел к выводу, что осужденные не вызывают сомнений в своей психической полноценности.

Характеризующие личность ФИО1 и ФИО2 сведения, имеющиеся в материалах дела на момент постановления приговора, учтены судом в совокупности и получили надлежащую оценку. Дополнительных сведений судебной коллегии не представлено, формального подхода судом первой инстанции к оценке личности осужденных не выявлено.

Как следует из приговора, смягчающим наказание обстоятельством в отношении каждого из осужденных суд признал активное способствование расследованию преступления (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ). При этом судебная коллегия соглашается с решением суда первой инстанции об отсутствии достаточных оснований признавать смягчающими обстоятельствами явку с повинной, признание вины, наличие малолетнего ребенка на иждивении.

Вопреки доводам жалобы защитника ФИО1, выплата алиментов на содержание ребенка, в отношении которого осужденный лишен родительских прав, не может являться основанием для признания данного обстоятельства смягчающим в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Не принятых во внимание судом первой инстанции обстоятельств, которые в обязательном порядке подлежат признанию таковыми на основании ч. 1 ст. 61 УК РФ, из материалов уголовного дела не усматривается. Дополнительно признавать иные обстоятельства в качестве смягчающих наказание в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ у судебной коллегии оснований не имеется.

Суд первой инстанции, подробно мотивировав в приговоре свою позицию, с учетом степени общественной опасности и характера совершенного преступления, в совокупности с личностью осужденных пришел к правильному выводу о том, что исправление ФИО1 и ФИО2 невозможно без изоляции от общества, и что именно наказание в виде лишения свободы будет в полной мере отвечать целям исправления осужденных и предупреждения совершения ими новых преступлений.

Суд обосновал юридически значимые обстоятельства, касающиеся невозможности применения положений ч. 6 ст. 15, ст. ст. 64, 73 УК РФ, с чем соглашается судебная коллегия, поскольку также не находит достаточных оснований для их применения, как и не усматривает исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами содеянного, поведением и личностью виновных и других, в том числе, смягчающих обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности инкриминированных деяний.

При этом судебная коллегия учитывает, что наличие смягчающего в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ обстоятельства позволило суду при отсутствии отягчающих обстоятельств применить при назначении ФИО1 и ФИО2 наказания положения ч. 1 ст. 62 УК РФ и с учетом ч. 3 ст. 66 УК РФ назначить наказание ниже низшего предела санкции статьи обвинения и без назначения дополнительных видов наказаний.

Все имеющие существенное значение для разрешения вопроса о виде и размере наказания обстоятельства по данному уголовному делу исследованы и учтены. Назначенное ФИО1 и ФИО2 наказание по своему виду и размеру соответствует требованиям ст. ст. 6, 7, 43, 60-62, 66 УК РФ и не представляется несправедливым ввиду чрезмерной суровости.

Вид исправительного учреждения и срок отбывания наказания определены в соответствии с положениями ст. ст. 58, 72 УК РФ. Медицинских противопоказаний содержания ФИО1 и ФИО2 в условиях отбывания наказания в виде лишения свободы по состоянию здоровья или в силу возраста не установлено.

Иные вопросы, подлежащие в порядке ст. 299 УПК РФ рассмотрению при вынесении приговора, в том числе, относительно конфискации имущества, разрешены судом в соответствии с требованием закона.

Вместе с тем, судебная коллегия, принимая во внимание, что это не ухудшает положение осужденной и может быть устранено в апелляционном порядке, изменяет резолютивную часть приговора относительно решения суда о зачете ФИО2 в срок отбывания наказания ее время содержания под стражей из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Отбывание наказания в виде лишения свободы назначено ФИО2 в исправительной колонии общего, а не строгого режима, в связи с чем, данное решение суда в резолютивной части приговора судебная коллегия признает технической опечаткой и вносит в приговор соответствующие изменения.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих безусловную отмену приговора, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Приговор Нижневартовского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 24 ноября 2025 года в отношении ФИО1 и ФИО2 изменить:

-считать в резолютивной части приговора, что в срок отбывания осужденной ФИО2 наказания подлежит зачету ее время содержания под стражей на основании ч. 3.2 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В остальной части приговор оставить без изменений, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Челябинск) в течение шести месяцев со дня его провозглашения, а лицом, содержащимся под стражей, с момента получения копии апелляционного определения. Стороны вправе принимать участие в суде кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи