Апелляционное постановление № 22К-1215/2024 от 10 апреля 2024 г. по делу № 3/12-33/2024

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

Материал № 3/12-33/2024

Производство № 22к-1215/2024

Судья 1-ой инстанции – Сологуб Л.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10 апреля 2024 года г. Симферополь

Верховный Суд Республики Крым в составе:

председательствующего судьи – Цораевой Ю.Н.,

при секретаре – Лалакиди А.А.,

с участием прокурора – Туробовой А.С.,

защитника – Гафарова Т.Р.,

обвиняемого – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционной жалобе адвоката Гафарова Тейфука Рефатовича на постановление Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 22 марта 2024 года, которым

ФИО2, родившемуся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданину Российской Федерации, имеющему высшее образование, являющемуся индивидуальным предпринимателем, вдовцу, имеющему на иждивении одного малолетнего ребенка, зарегистрированному и проживающему по адресу: <адрес> ранее не судимому,

был продлен срок домашнего ареста,

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ в Киевский районный суд г. Симферополя Республики Крым поступило на рассмотрение постановление следователя по особо важным делам третьего следственного отдела (по расследованию преступлений прошлых лет) управления по расследованию особо важных дел ГСУ СК России по Республике Крым и г. Севастополю подполковника юстиции ФИО12 с ходатайством о продлении обвиняемому ФИО2 срока нахождения под домашним арестом.

Согласно материалу к данному постановлению, ДД.ММ.ГГГГ руководителем ГСУ СК России по Республике Крым и г. Севастополю ФИО13 в отношении ФИО2 и иного лица возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного п. п. «а, г» ч. 2 ст. 163 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был задержан в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ и ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. п. «а, г» ч. 2 ст. 163 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым в отношении ФИО2 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на 01 месяц 26 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГ, с установлением запретов.

Срок действия меры пресечения в виде домашнего ареста обвиняемому ФИО2 последовательно продлевался, последний раз ДД.ММ.ГГГГ постановлением Киевского районного суда г. Симферополя Республики ФИО5, с учетом апелляционного постановления Верховного Суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ, на 02 месяца, а всего на 05 месяцев 27 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ срок предварительного расследования по уголовному делу № продлен руководителем следственного органа – первым заместителем руководителя ГСУ СК России по Республике ФИО5 и <адрес> полковником юстиции ФИО8 на 02 месяца, а всего до 06 месяцев, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.

Постановлением Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 22 марта 2024 года срок нахождения под домашним арестом обвиняемого ФИО2 был продлен на 24 суток, а всего до 06 месяцев 21 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.

Не согласившись с данным постановлением, защитник обвиняемого – адвокат Гафаров Т.Р. подал апелляционную жалобу, в которой просит постановление суда первой инстанции отменить, избрать в отношении обвиняемого ФИО2 более мягкую меру пресечения в виде запрета определенных действий.

Свои требования защитник мотивирует тем, что постановление суда является незаконным и необоснованным.

Защитник указывает, что в постановлении суда не дана оценка обоснованности подозрения в причастности ФИО2 к совершению инкриминируемого ему преступления.

Полагает, что судом первой инстанции при продлении его подзащитному срока домашнего ареста проигнорированы разъяснения, изложенные в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», ввиду формального подхода к рассмотрению ходатайства следователя.

Защитник, ссылаясь на п. п. 3, 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», считает, что, ни ходатайство следователя, ни постановление суда первой инстанции не содержит сведений о том, что ФИО2 имеет намерение скрыться от следствия либо суда, на протяжении длительного времени перед продлением меры пресечения ФИО2 с разрешения следователя находился на лечении в <данные изъяты> на полустационаре и передвигался между домом и больницей, имея при этом возможность скрыться от следствия и суда, но он этого не сделал.

Отмечает, что ФИО2 является индивидуальным предпринимателем, на сегодняшний день имеется необходимость по совершению различных действий с расчетным счетом индивидуального предпринимателя для ведения предпринимательской деятельности, в частности, для выплаты заработной платы сотрудникам, уплаты налогов и сборов, оплаты за поставленные услуги и продукцию, а также иных действий. В связи с избранием меры пресечения в виде домашнего ареста предпринимательская деятельность ФИО2 фактически приостановлена, что неминуемо приведет к задержке выплат заработной платы и увольнениям работников предприятия.

Кроме того, ФИО2 является вдовцом и самостоятельно воспитывает сына - ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Сына ФИО2 сопровождает в школу и на дополнительные занятия гражданская супруга ФИО2, которая родной матерью ребенку не является и ведет предпринимательскую деятельность, в связи с чем возникают определенные сложности у ребенка с посещением занятий.

Защитник указывает, что в заседании суда первой инстанции было представлено направление на госпитализацию №, согласно которому гражданская супруга ФИО10 была госпитализирована в <данные изъяты> для сохранения беременности, ввиду чего теперь сын ФИО2 не имеет возможности посещать школу, и возникает вопрос, кто теперь будет приобретать продукты для семьи.

Обращает внимание на то, что ФИО2 за время нахождения под домашним арестом был госпитализирован в Нижнегорскую ЦРБ, и на данный момент после проведенных обследований ему выдано направление на госпитализацию в лечебные учреждения <адрес>.

Также считает, что суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении ходатайства защиты об избрании более мягкой меры пресечения, свои действия необоснованно мотивировал только тяжестью содеянного и тем, что следствие по уголовному делу находится в завершающей стадии, в связи с чем, ФИО2 может скрыться от следствия и суда.

Защитник полагает, что выводы суда первой инстанции противоречат разъяснениям, изложенным в п. п. 21, 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», поскольку каких-либо фактов подготовки ФИО2 к побегу органом следствия не предоставлено.

В апелляционной жалобе защитник приводит содержание п. 1.31, п. 1.6, п. 1.17 приказа Следственного комитета от 15 января 2011 года № 2 «Об организации предварительного расследования в Следственном комитете Российской Федерации», которые, по мнению защитника, были проигнорированы следственным органом.

Отмечает, что судом первой инстанции искажен факт того, что ходатайство следователя о продлении срока домашнего ареста соответствует требованиям ст. 109 УПК РФ, поскольку следователь направил ходатайство в суд за день до судебного заседания, а не за 7 суток.

Обращает внимание на то, что судом первой инстанции не исследован вопрос относительно того, есть ли у обвиняемого семья, иждивенцы из членов семьи, иные значимые личные обязательства в месте проживания, есть ли у обвиняемого родственники либо близкие лица за рубежом, каково было предыдущее поведение обвиняемого, есть ли иные факты, свидетельствующие о подготовке обвиняемым побега.

Указывает, что судом первой инстанции не учтено, что ФИО2 длительное время занимался предпринимательской и общественной деятельностью на территории <адрес>, активно оказывал помощь участникам СВО, имеет крепкие социальные связи, что значительно снижает риск побега, ранее к уголовной ответственности не привлекался и судимости не имеет, был членом <данные изъяты> что, по мнению защитника, характеризует ФИО2, как порядочного гражданина, а также свидетельствует о том, что риск продолжения ФИО2 преступной и антиобщественной деятельности отсутствует.

Считает, что безосновательное вменение возможности скрыться от следствия и суда, а также продолжения преступной деятельности без подтверждения объективными доказательствами по делу является явным нарушением презумпции невиновности, предусмотренной ст. 14 УПК РФ, ст. 49 Конституции РФ,

Выслушав обвиняемого и его защитника, поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора, возражавшего против её удовлетворения, проверив представленные материалы дела и доводы апелляционной жалобы, суд находит её не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ, суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

В соответствии с ч. 2 ст. 107 УПК РФ, домашний арест избирается на срок до двух месяцев. Срок домашнего ареста исчисляется с момента вынесения судом решения об избрании данной меры пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого. В случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до двух месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен по решению суда в порядке, установленном статьей 109 настоящего Кодекса, с учетом особенностей, определенных настоящей статьей.

В силу ч. 8.1 ст. 109 УПК РФ, по уголовному делу, направляемому прокурору с обвинительным заключением, обвинительным актом, обвинительным постановлением или постановлением о направлении уголовного дела в суд для применения принудительной меры медицинского характера, по ходатайству следователя или дознавателя, возбужденному в порядке, установленном ч. 3 и ч. 8 ст. 108 УПК РФ, срок содержания под стражей может быть продлен для обеспечения принятия прокурором, а также судом решений по поступившему уголовному делу на срок, продолжительность которого определяется с учетом сроков, предусмотренных ч. 1 ст. 221, либо ч. 1 ст. 226, либо ч. 1 ст. 226.8, а также ч. 3 ст. 227 настоящего Кодекса.

В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 221 УПК РФ, прокурор рассматривает поступившее от следователя уголовное дело с обвинительным заключением и в течение 10 суток принимает по нему решение.

Согласно ч. 3 ст. 227 УПК РФ, в случае, если в суд поступает уголовное дело в отношении обвиняемого, содержащегося под стражей, судья принимает решение в срок не позднее 14 суток со дня поступления уголовного дела в суд.

Таким образом, согласно требованиям уголовно-процессуального закона, уголовное дело с обвинительным заключением подлежит направлению прокурору в порядке ч. 6 ст. 220 УПК РФ в срок не позднее, чем за 24 дня до истечения срока содержания обвиняемого под стражей.

В соответствии с ч. 8 ст. 109 УПК РФ, судья не позднее чем через 5 суток со дня получения ходатайства принимает по нему решение в порядке, предусмотренном ч.ч. 4, 8, 11 ст. 108 УПК РФ.

Согласно материалам дела, срок продления меры пресечения обвиняемому обусловлен необходимостью направления уголовного дела прокурору для утверждения обвинительного заключения.

Согласно ст. 110 УПК РФ, мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. ст. 97 и 99 УПК РФ.

Выводы суда об отсутствии оснований для отмены или изменения на более мягкую меры пресечения в отношении обвиняемого должным образом мотивированы, поэтому суд апелляционной инстанции находит их обоснованными.

Обстоятельствами, ранее принимаемыми судами во внимание при решении вопроса об избрании и продлении ФИО2 меры пресечения в виде домашнего ареста, являлось то, что он обвиняется в причастности к совершению тяжкого преступления против собственности, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до 7 лет; данные о личности ФИО2, который является гражданином Российской Федерации, имеет зарегистрированное место жительства, ранее не судим, имеет малолетнего на иждивении ребенка, а также учитывались его возраст, семейное положение; оценивая указанные обстоятельства, суды первой инстанции пришли к выводам о наличии достаточных оснований полагать, что в случае избрания ФИО2 иной более мягкой меры пресечения, он может скрыться от органов предварительного следствия и суда, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Судом первой инстанции при принятии решения по данному делу был сделан верный вывод, что обстоятельства, установленные ранее в качестве оснований для избрания и продления меры пресечения в отношении ФИО2, до настоящего времени не изменились.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что сведения о наличии у обвиняемого ФИО2 регистрации и места жительства на территории Российской Федерации, о наличии положительных характеристик, малолетнего ребенка, устойчивых семейных и социальных связей, о состоянии его здоровья и здоровья его гражданской супруги ФИО11, не уменьшают возможности ФИО2 скрыться от органов предварительного следствия и суда, иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу и выполнению процессуальных решений, и не могут быть гарантом обеспечения его надлежащего поведения в будущем.

Вопреки доводам защитника, в постановлении суда указаны конкретные фактические обстоятельства, которые послужили основанием для продления обвиняемому ФИО2 срока нахождения под домашним арестом.

Более того, вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции рассматривал вопрос об избрании альтернативных мер пресечения, что подтверждается обжалуемым постановлением.

По смыслу закона, суд вправе применить более мягкие меры пресечения при условии, что они смогут гарантировать создание условий, способствующих эффективному производству по уголовному делу, а именно, что обвиняемый, находясь вне изоляции от общества, не скроется от органов следствия и суда, не совершит противоправного деяния или не примет мер к созданию условий, препятствующих эффективному судебному разбирательству по делу.

Однако представленные материалы не дают суду апелляционной инстанции оснований для изменения меры пресечения на залог либо запрет определённых действий, поскольку, по мнению суда, только продление срока домашнего ареста ФИО2 будет способствовать достижению целей меры пресечения, лишит обвиняемого возможности препятствовать производству по уголовному делу, гарантируя в наибольшей степени обеспечение задач уголовного судопроизводства, охрану прав и законных интересов всех участников процесса.

В связи с тем, что срок нахождения обвиняемого ФИО2 под домашним арестом оказался недостаточным для выполнения процессуальных действий, с целью направления уголовного дела прокурору для утверждения обвинительного заключения, следователь по особо важным делам третьего следственного отдела (по расследованию преступлений прошлых лет) управления по расследованию особо важных дел ГСУ СК России по Республике Крым и г. Севастополю подполковника юстиции ФИО12, с согласия руководителя следственного органа – руководителя ГСУ СК России по Республике Крым и г. Севастополю генерал – майора юстиции ФИО13, правомерно, в соответствии с требованиями ст. ст. 107, 109, 221, 227 УПК РФ, обратилась в суд с ходатайством о продлении ФИО2 срока нахождения его под домашним арестом.

Вопреки доводам защитника, обоснованность имеющихся в отношении ФИО2 подозрений в причастности к совершению преступления была проверена при избрании ему меры пресечения в виде домашнего ареста Киевским районным судом г. Симферополя Республики Крым от 07 октября 2023 года, вступившим в законную силу, и, в силу разъяснений, содержащихся в п. 2 и п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», оснований для повторной проверки обоснованности подозрений у суда апелляционной инстанции не имеется

Требования уголовно-процессуального закона, регламентирующие условия и порядок продления меры пресечения в виде домашнего ареста, по настоящему делу не нарушены.

По мнению суда апелляционной инстанции, при рассмотрении вопроса о продлении срока домашнего ареста в отношении ФИО2 суд действовал в рамках своих полномочий и компетенции.

Рассмотрение судом первой инстанции ходатайства следователя осуществлено в соответствии с установленной процедурой судопроизводства, с соблюдением прав обвиняемого, и полностью соответствует ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, предусматривающей ограничение федеральным законом прав и свобод человека и гражданина в той мере, в какой это необходимо в целях защиты нравственности, здоровья, прав и законных интересов других граждан.

Данных, свидетельствующих о том, что обвиняемый ФИО2 по состоянию здоровья не может выполнять установленные ст. 105.1 УПК РФ запреты, суду не представлено.

Кроме того, данных о том, что у обвиняемого ФИО2 в связи с применяемой к нему мерой пресечения имеются проблемы с жизнеобеспечением, в заседании суда апелляционной инстанции также не установлено.

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о необходимости продления обвиняемому ФИО2 меры пресечения в виде домашнего ареста.

Вопреки доводам защитника, тяжесть предъявленного ФИО2 обвинения не является единственным основанием, обосновывающим выводы суда о невозможности изменения ему меры пресечения, в том числе на залог, запрет определённых действий, поскольку иные меры пресечения не смогут обеспечить достижение целей, предусмотренных ст. 97 УПК РФ.

Также нарушений требований ст. 6.1 УПК РФ о разумном сроке уголовного судопроизводства и каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о необоснованном продлении в отношении ФИО2 срока нахождения под домашним арестом, судом первой инстанции не установлено, объективных данных о неэффективности производства предварительного следствия в материалах не имеется, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Не могут быть приняты во внимание доводы защитника о том, что ходатайство о продлении срока нахождения под домашним арестом ФИО2 представлено следователем в суд с нарушением предусмотренных ст. 109 УПК РФ сроков, поскольку данное обстоятельство не влияет на законность принятого судом решения и не может служить безусловным основанием для отмены или изменения ФИО2 меры пресечения на более мягкую.

Из протокола и аудиозаписи судебного заседания следует, что судебное разбирательство проведено с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, суд первой инстанции объективно оценил доводы всех участников процесса, предоставив сторонам обвинения и защиты равные возможности для реализации своих прав.

Также необоснованными являются доводы жалобы о том, что выводы суда о необходимости продления в отношении обвиняемого срока нахождения под домашним арестом объективно не подтверждаются какими-либо доказательствами. Так в обоснование заявленного ходатайства следователем были представлены материалы, которые были предметом исследования в суде первой инстанции, что подтверждается протоколом и аудиозаписью судебного заседания. Исходя из данных материалов, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о необходимости продления ФИО2 срока действия меры пресечения в виде домашнего ареста, и не нашел оснований для применения в отношении обвиняемого иных мер пресечения.

Все обстоятельства, в том числе данные о личности, на которые указывает сторона защиты, были предметом изучения суда первой инстанции и учтены при вынесении решения. К тому же эти сведения, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, не являются определяющими при решении вопроса о продлении срока домашнего ареста и не могут служить основаниями для изменения или отмены ранее избранной меры пресечения.

Также являются несостоятельными доводы защитника о том, что у обвиняемого отсутствуют намерения скрыться от следствия или суда, поскольку избранная мера пресечения свидетельствует об её достаточности.

Не могут быть приняты во внимание доводы жалобы о том, что ФИО2 является индивидуальным предпринимателем, в связи с чем, у него имеется необходимость по совершению различных действий с расчетным счетом индивидуального предпринимателя для ведения предпринимательской деятельности, поскольку обвиняемый не лишен возможности осуществить передоверие своих полномочий индивидуального предпринимателя иному лицу.

Следовательно, доводы, изложенные в апелляционной жалобе защитника, являются несостоятельными, а выводы суда первой инстанции - законными, обоснованными и соответствующими требованиям норм УПК Российской Федерации и разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 41 от 19 декабря 2013 года «О практике применении судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий».

Вместе с тем, постановление суда подлежит изменению.

Так, судом первой инстанции при продлении меры пресечения не учтено должным образом, что, в соответствии с ч. 1 ст. 107 УПК РФ, домашний арест заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением запретов и осуществлением за ним контроля. С учетом состояния здоровья подозреваемого или обвиняемого местом его содержания под домашним арестом может быть определено лечебное учреждение.

Согласно ч. 7 ст. 107 УПК РФ, суд с учетом данных о личности подозреваемого или обвиняемого, фактических обстоятельств уголовного дела и представленных сторонами сведений при избрании домашнего ареста в качестве меры пресечения может установить запреты, предусмотренные пунктами 3 - 5 части шестой статьи 105.1 настоящего Кодекса, а именно: общаться с определенными лицами; отправлять и получать почтово-телеграфные отправления; использовать средства связи и информационно-телекоммуникационную сеть "Интернет".

Возложение иных запретов при применении меры пресечения в виде домашнего ареста уголовно-процессуальным законом не предусмотрено.

Таким образом, установление судом первой инстанции запрета на выход обвиняемого из жилого помещения по адресу: <адрес> противоречит нормам уголовно-процессуального закона, поскольку нахождение обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении само по себе является сутью меры пресечения в виде домашнего ареста, в связи с чем, дополнительное указание суда на установление такого запрета подлежит исключению.

Также постановление суда подлежит изменению и в части указания срока, на который была продлена мера пресечения.

Так, продлевая ДД.ММ.ГГГГ обвиняемому срок нахождения под домашним арестом на 24 суток, а всего до 06 месяцев 21 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГ, суд первой инстанции в обжалуемом постановлении не верно указал общий срок продления меры пресечения, в связи с чем, постановление суда подлежит изменению в резолютивной части.

Поскольку данные изменения не ухудшают положение обвиняемого и не требуют дополнительного исследования, они могут быть внесены судом апелляционной инстанции без возвращения дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

На основании изложенного, и руководствуясь ст. ст. 107-109, 389.13, 389.15-389.16, 389.19-389.20, 389.26, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 22 марта 2024 года о продлении ФИО2 срока нахождения под домашним арестом - изменить.

Изменить резолютивную часть постановления, исключив указание на установление запрета выхода обвиняемого за пределы жилого помещения, правильно указав, что мера пресечения в виде домашнего ареста заключается в изоляции ФИО3 от общества в жилом помещении, расположенном по адресу: <адрес> выход из которого возможен только с письменного разрешения следователя или суда, либо в случае посещения медицинских учреждений и аптек при наличии соответствующих оснований с немедленным уведомлением об этом сотрудников органа ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Крым и г. Севастополю, осуществляющего контроль за нахождением ФИО2 в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и за соблюдением им наложенных судом запретов и ограничений.

Считать меру пресечения в виде домашнего ареста ФИО2 продленной на 24 суток, а всего до 06 месяцев 20 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.

В остальной части постановление суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Гафарова Тейфука Рефатовича – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня его вынесения, но может быть обжаловано в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Судья Ю.Н. Цораева