Апелляционное постановление № 22К-1258/2021 от 14 октября 2021 г. по делу № 3/1-20/2021

Судья: Накорякова С.В. Материал № 22к-1258/2021


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Липецк 15 октября 2021 года

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Липецкого областного суда в составе:

председательствующего – судьи Шальнева В.А.

при помощнике судьи Масякиной Ю.И.

с участием: прокурора Чалышева А.Ю.

следователя ФИО1

обвиняемого Г

защитника – адвоката Измалковой Т.С.

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе адвоката Гончарова Дениса Александровича, в интересах подозреваемого Г, на постановление Липецкого районного суда Липецкой области от 06 октября 2021 года, которым постановлено:

- отказать следователю СО ОМВД России по Липецкому району ФИО2 в удовлетворении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу подозреваемому Г, освободив его из-под стражи в зале суда;

- избрать в отношении подозреваемого Г, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <...>, меру пресечения в виде домашнего ареста на период предварительного следствия сроком на 1 месяц 23 суток, т.е. до 29 ноября 2021 года;

- срок домашнего ареста исчислять с 06.10.2021 года.

Домашний арест постановлено исполнять по месту жительства Г по адресу: <адрес> предупредив его о праве органа ФСИН России, осуществляющего исполнение этой меры пресечения, использовать в установленном порядке специальные технические средства для контроля нахождения обвиняемого в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста.

Возложить на Г ограничения, связанные со свободой его передвижения, запретив ему:

- покидать место проживания по адресу: <адрес> за исключением случаев явки по вызовам органа ФСИН РФ, осуществляющего исполнение этой меры пресечения, прокурора, следователя и суда, а также в целях получения медицинской помощи;

- общаться с участниками уголовного судопроизводства по данному делу, а также с иными лицами, кроме членов семьи, защитника и должностных лиц, осуществляющих производство по настоящему делу;

- получать и отправлять корреспонденцию с использованием любых видов связи, в том числе и Интернета, за исключением корреспонденции следователя, суда и правоохранительных органов.

Осуществление надзора за соблюдением установленных ограничений в отношении Г возложить на УФСИН России по Липецкой области.

Разъяснено, что обвинение должно быть предъявлено подозреваемому не позднее 10 суток с момента применения меры пресечения. Если в этот срок обвинение не будет предъявлено, то мера пресечения немедленно отменяется, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 100 УПК РФ.

Доложив содержание обжалуемого постановления, существо апелляционной жалобы, выслушав позицию подозреваемого Г и адвоката Измалковой Т.С., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение следователя ФИО1 об оставлении обжалуемого постановления суда без изменения, а апелляционной жалобы без удовлетворения, мнение прокурора Чалышева А.Ю. об изменении обжалуемого постановления Липецкого районного суда Липецкой области в части исчисления срока домашнего ареста и об оставлении апелляционной жалобы без удовлетворения, исследовав материалы дела, суд

У С Т А Н О В И Л:

29.09.2021 СО ОМВД России по Липецкому району возбуждено уголовное дело по п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ в отношении К, Г и неустановленного лица.

04.10.2021 в 18 часов 18 минут Г задержан по подозрению в совершении указанного преступления в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ.

06.10.2021 следователь СО ОМВД России по Липецкому району в установленном законом порядке обратилась в Липецкий районный суд г. Липецка с постановлением о возбуждении перед судом ходатайства об избрании в отношении Г меры пресечения в виде заключения под стражу на срок предварительного следствия, то есть до 29.11.2021.

06.10.2021 Липецкий районный суд г. Липецка вынес постановление, резолютивная часть которого приведена выше.

12.10.2021 г. Г предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Гончаров Д.А., действуя в интересах подозреваемого Г, просит отменить постановление Липецкого районного суда Липецкой области от 06.10.2021 в части избрания меры пресечения в виде домашнего ареста в отношении подозреваемого Г, как необоснованное и незаконное, и принять новое судебное решение, которым отказать в удовлетворении ходатайства следователя об избрании подозреваемому Г меры пресечения в виде домашнего ареста.

В обоснование требований апелляционной жалобы защитник указывает следующее.

Ссылаясь на 1 ст. 107 УПК РФ, постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 41 от 19.12.2013 (ред. от 11.06.2020 г.) «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», указывает, что суд не проанализировал фактическую возможность для избрания Г более мягкой меры пресечения, чем домашний арест, не указал, почему в отношении подозреваемого нельзя избрать более мягкую меру пресечения, не обсудил возможность применения к подозреваемому залога, что, по мнению стороны защиты, свидетельствует о формальном подходе суда первой инстанции при рассмотрении вопроса об избрании меры пресечения в отношении Г

Суд не проанализировал и не отразил в судебном решении материалы, которые представил следователь в качестве обоснования для избрания меры пресечения в отношении подозреваемого Г, а использовал стандартные обезличенные формулировки, перечисляя представленные следователем доказательства, без анализа таковых. С учётом того, что Г оспаривал свою причастность к совершению преступления, данное обстоятельство является существенным нарушением уголовно – процессуального закона и влечет отмену вынесенного постановления.

Доводы суда, приведенные в постановлении относительно того, что Г, находясь на свободе, может принять меры к уничтожению доказательств по делу либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, вступив в сговор с иными подозреваемыми лицами, не имеют под собой реальной доказательственной и правовой основы, носят субъективный характер, в связи с чем решение суда нельзя признать достоверным. При оценке вышеуказанного риска судом первой инстанции не исследован вопрос относительно того, каково было предыдущее поведение подозреваемого. Так, Г ранее не судим, от следствия не скрывался, свидетелям не угрожал и доказательства не уничтожал, то есть с момента возбуждения уголовного дела (29.09.2021) до задержания в порядке ст. 91- 92 УПК РФ (04.10.2021), а в последующем и до избрания меры пресечения (06.10.2021) Г не воспрепятствовал проводимому расследованию. Данные обстоятельства, а также сведения о личности Г, имеющиеся в представленном в суд материале, характеризуют Г как порядочного гражданина и не были учтены судом первой инстанции. Тогда как они указывают на то, что риск воспрепятствования Г производству по уголовному делу отсутствует и недостаточен для избрания такой меры пресечения как домашний арест.

Ссылаясь на ст. 49 Конституции РФ, ст. 14 УПК РФ, указывает, что никаких объективных данных в обоснование необходимости как заключения под стражу подозреваемого, так и для избрания домашнего ареста, органом следствия суду не представлено. Обжалуемое решение судом принято исключительно лишь на тяжести имеющегося подозрения, которое подтверждается лишь постановлением о возбуждении уголовного дела от 29.09.2021, и не подкрепленного абсолютно никакими доказательствами. Кроме того, сам следователь в судебном заседании подтвердил тот факт, что у следствия не имеется никаких доказательств, подтверждающих основания, предусмотренные ст.ст. 97 и 99 УПК РФ.

В представленном в суд материале не только отсутствует заявление лица, чьи полномочия подтверждены доверенностью организации, но и со слов следователя в судебном заседании достоверно установлено, что до 06.10.2021 года следствием не признан в качестве представителя потерпевшего и не допрошен по обстоятельствам уголовного дела в качестве такового ни один представитель <данные изъяты> в связи с чем вывод суда о том, что «представитель потерпевшего Х в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещён надлежащим образом» является надуманным. Таким образом, задержание Г, в отношении которого уже была избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке, в порядке ст. 91- 92 УПК РФ произведено с нарушением закона.

Ссылаясь на ч. 4 ст. 7 УПК РФ, указывает, что обжалуемое постановление не отвечает вышеизложенным критериям, поскольку выводы суда, изложенные в обжалуемом постановлении, не соответствуют фактически установленным обстоятельствам, что является основанием для отмены судебного решения.

На текущий момент все возможности Г как – либо повлиять на ход следствия отсутствуют, при таких обстоятельствах нет риска вмешательства в установление обстоятельств дела на более поздних стадиях расследования уголовного дела.

Кроме того, постановление подлежит отмене и в связи с существенным нарушением судом первой инстанции норм уголовно – процессуального закона, а именно в связи с тем, что в обжалуемом постановлении суд первой инстанции в нарушении ч. 7 ст. 107 УПК РФ не только установил непредусмотренные п. 3-5 части 6 ст. 105.1 УПК РФ запреты, но и не предусмотрел возможность Г покидать жилое помещение для совершения каких-либо прогулок. Из ч. 1 ст. 107 УПК РФ не вытекает прямой запрет на прогулки за лицом, отбывающим домашний арест, осуществляется постоянный контроль. Таким образом, домашний арест без ежедневных прогулок нарушает право Г на достойное обращение, предусмотренное ст. 3 Конвенции о правах человека и основных свобод.

Проверив представленный материал и доводы апелляционной жалобы, суд считает обжалуемое постановление законным, обоснованным и мотивированным.

В соответствии с ч. 1 ст. 97 УПК РФ дознаватель, следователь, а также суд в пределах предоставленных им полномочий вправе избрать подозреваемому, обвиняемому одну из мер пресечения, предусмотренных настоящим кодексом, при наличии достаточных оснований полагать, что он скроется от предварительного следствия или суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путём воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Согласно ч. 1 ст. 100 УПК РФ в исключительных случаях при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, и с учётом обстоятельств, указанных в ст. 99 УПК РФ, мера пресечения может быть избрана в отношении подозреваемого.

Согласно ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трёх лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

В соответствии с ч. 7.1 ст. 108 УПК РФ при отказе в удовлетворении ходатайства об избрании в отношении подозреваемого или обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу судья по собственной инициативе вправе, при наличии оснований, предусмотренных статьей 97 настоящего Кодекса, и с учетом обстоятельств, указанных в статье 99 настоящего Кодекса, избрать в отношении подозреваемого или обвиняемого меру пресечения в виде запрета определенных действий, залога или домашнего ареста.

В соответствии с ч.ч. 2, 2.1 ст. 107 УПК РФ домашний арест избирается на срок до 02 месяцев. В случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до двух месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен по решению суда в порядке, установленном статьёй 109 УПК РФ, с учётом особенностей, определенных ст. 107 УПК РФ.

Оценив представленные следователем материалы в своей совокупности, изложенные в обжалованном постановлении, суд пришёл к правильному выводу о наличии обоснованного подозрения в возможной причастности Г к преступлению, предусмотренному п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ, при этом суд не входил в обсуждение виновности или невиновности подозреваемого Г, достаточности и допустимости собранных доказательств, поскольку это прерогатива суда первой инстанции при рассмотрении уголовного дела по существу.

Вопреки доводу апелляционной жалобы, суд первой инстанции надлежащим образом проверил и констатировал законность и обоснованность задержания Г в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ. Обоснованность подозрения в возможной причастности Г к изложенному преступлению подтверждается показаниями свидетеля С, данными им, в том числе и в ходе поведения очной ставки с Г, в которых С, будучи предупреждённым об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, прямо показал на Г, как на лицо, совершившее в его присутствии изложенное преступление. При указанных обстоятельствах у следователя имелись, предусмотренные п. 2 ч. 1 и ч. 2 ст. 91 УПК РФ, основания для задержания Г в качестве подозреваемого в совершении преступления в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ.

В ходе рассмотрения ходатайства следователя об избрании подозреваемому Г меры пресечения в виде заключения под стражу, суд проанализировал фактическую возможность для избрания Г более мягкой меры пресечения, чем заключение под стражу, и пришёл к обоснованному выводу о возможности избрания ему меры пресечения в виде домашнего ареста. Данное решение суда соответствует требованиям ч. 7.1 ст. 108 УПК РФ.

Обосновывая своё решение об избрании подозреваемому Г меры пресечения в виде домашнего ареста, суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что, находясь на свободе, Г может принять меры к уничтожению доказательств по делу либо, вступив в сговор с иными подозреваемыми лицами, иным путём воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Суд апелляционной инстанции полагает, что у суда первой инстанции было достаточно оснований, предусмотренных п. 3 ч. 1 ст. 97, ч. 1 ст. 100 УПК РФ, для избрания подозреваемому Г меры пресечения.

Суд апелляционной инстанции соглашается с подобным выводом суда первой инстанции, поскольку Г подозревался, на момент избрания ему меры пресечения, в совершении тяжкого преступления совместно с другими лицами, личность одного из которых не была установлена. Предварительное следствие по делу находится на первоначальном этапе, когда следователю необходимо установить обстоятельства совершения преступления, установить и закрепить доказательства по делу, установить всех лиц, причастных к совершению группового преступления, проверить доводы Г об имеющемся у него алиби, но при этом Г не пожелал сообщить следователю данные о лице, которое может его подтвердить.

То, что с момента возбуждения уголовного дела и до своего задержания Г от следствия не скрывался, свидетелям не угрожал и доказательства не уничтожал, то есть не препятствовал проводимому расследованию, в данном случае, не может являться основанием для отмены обжалуемого постановления суда и избранной Г меры пресечения.

При этом суд первой инстанции обоснованно отклонил доводы следователя о том, что Г, находясь на свободе, может продолжить заниматься преступной деятельностью, а также скрыться от следствия и суда.

Принимая решение об избрании подозреваемому Г меры пресечения в виде домашнего ареста, суд первой инстанции в соответствии с требованиями ст. 99 УПК РФ в полной мере учёл тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий. В том числе, что Г не судим, холост, проживает по месту регистрации с родителями и сестрой; по месту жительства характеризуется удовлетворительно, является индивидуальным предпринимателем.

Придя к выводу о необходимости избрания в отношении Г меры пресечения в виде домашнего ареста, суд учёл наличие для этого оснований, предусмотренных ст. 97, ч. 1 ст. 100 УПК РФ, и обстоятельств, указанных в ст. 99 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, вывод суда о невозможности избрания в отношении подозреваемого иной, более мягкой, меры пресечения, подробно мотивирован и сводится к тому, что иная, более мягкая, мера пресечения не исключит вероятность принятия мер к уничтожению доказательств по делу, а также возможность вступить в сговор с иными подозреваемыми лицами.

Ходатайства об избрании меры пресечения в виде залога стороной защиты не заявлялось. Напротив, стороной защиты суду первой инстанции были представлены документы, подтверждающие значительный объём финансовых обязательств у Г, что исключает возможность избрания ему меры пресечения в виде залога.

С учётом начальной стадии предварительного следствия и объема процессуальных действий, которые необходимо выполнить по уголовному делу разумность срока домашнего ареста сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Объективных данных, свидетельствующих о невозможности для Г по состоянию здоровья содержаться в условиях избранной ему меры пресечения в виде домашнего ареста в материалах дела не содержится, суду первой и апелляционной инстанции не представлено.

В соответствии с ч. 1 ст. 107 УПК РФ домашний арест заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением запретов и осуществлением за ним контроля.

Согласно ч. 7 ст. 107 УПК РФ суд, с учетом данных о личности подозреваемого или обвиняемого, фактических обстоятельств уголовного дела и представленных сторонами сведений, при избрании домашнего ареста в качестве меры пресечения может установить запреты, предусмотренные п.п. 3 - 5 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ.

Запреты, установленные Г обжалуемым постановлением суда, соответствуют требованиям уголовно – процессуального закона.

В отличии от ст. 105.1 УПК РФ статья 107 УПК РФ не предусматривает обязанность суда устанавливать лицу, содержащемуся под домашним арестом, возможность выходить в определенные периоды времени за пределы жилого помещения.

В случае поступления от подозреваемого или обвиняемого, содержащегося под домашним арестом, соответствующего ходатайства, суд вправе отдельным постановлением разрешить ему прогулки и определить их порядок и продолжительность.

Постановлением следователя от 29.09.2021 г. потерпевшим по этому уголовному делу был признан филиал <данные изъяты> То, что на момент вынесения судом обжалуемого постановления следователем не был процессуально введён в дело представитель потерпевшего, не влияет на законность и обоснованность обжалуемого постановления суда. В силу положения ст. 69 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ (ред. от 02.07.2021) «Об акционерных обществах» единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы, совершает сделки от имени общества, утверждает штаты, издает приказы и дает указания, обязательные для исполнения всеми работниками общества. Уставом общества часть полномочий генерального директора может быть делегирована директору филиала. Директор филиала <данные изъяты> Х, осуществляющий в силу Устава свои полномочия руководителя предприятия, признанного потерпевшим, был извещён о месте и времени рассмотрения ходатайства следователя. В суде первой инстанции сторону обвинения представляли следователь ФИО2 и прокурор Пак В.В.

Судебное разбирательство по рассмотрению ходатайств следователя проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон суд оценил доводы всех участников процесса, предоставив сторонам равные возможности для реализации своих прав, ограничений которых допущено не было. Все доводы стороны защиты были предметом проверки суда первой инстанции и получили оценку в постановлении суда.

Принятое судом решение по существу является законным и отмене, в том числе по доводам апелляционной жалобы, не подлежит. Вместе с тем суд апелляционной инстанции полагает необходимым внести в резолютивную часть обжалуемого постановления изменения в части исчисления срока домашнего ареста.

Ч. 2 ст. 107 УПК РФ предусматривает, что срок домашнего ареста исчисляется с момента вынесения судом решения об избрании данной меры пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого.

В соответствии с ч. 2.1 ст. 107 УПК РФ в срок домашнего ареста засчитывается время содержания под стражей.

В соответствии с п. 1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ в срок содержания под стражей также засчитывается время, на которое лицо было задержано в качестве подозреваемого.

Придя к правильному выводу о необходимости избрания Г меры пресечения в виде домашнего ареста с 06.10.2021 г. на 1 месяц 23 суток, суд первой инстанции установил срок действия домашнего ареста до 29 ноября 2021 года. Вместе с тем, учитывая задержание подозреваемого ФИО3 в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ, время его содержания под стражей 04 и 05 октября 2021 г. следует засчитать Г в срок домашнего ареста. Поэтому срок действия домашнего ареста Г следует установить до 27.11.2021 г., то есть последним днём содержания Г под домашним арестом является 26 ноября 2021 года.

Допущенное судом первой инстанции нарушение в соответствии с ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ является основанием к изменению обжалуемого постановления.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.17, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Липецкого районного суда Липецкой области от 06 октября 2021 года в отношении Г – изменить.

Засчитать Г в срок домашнего ареста время содержания его под стражей 04 и 05 октября 2021 г.

Уточнить, что срок содержания Г под домашним арестом установлен до 27 ноября 2021 года.

В остальном постановление Липецкого районного суда Липецкой области от 06 октября 2021 года об избрании подозреваемому Г меры пресечения в виде домашнего ареста оставить без изменений, а апелляционную жалобу адвоката Гончарова Д.А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции.

Обвиняемый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении материала с кассационной жалобой судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья: В.А. Шальнев

Мотивированное апелляционное постановление составлено 18.10.2021 г.

Судья: В.А. Шальнев

7