Приговор № 1-299/2020 от 14 сентября 2020 г. по делу № 1-299/2020

Дело № 1-299/2020

УИД № 55RS0001-02-2020-000276-88


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Омск «14» сентября 2020 года

Октябрьский районный суд г. Омска в составе председательствующего судьи Бондарева В.Ю. при секретаре судебного заседания Курашовой А.Е. и помощнике судьи Сагадетдиновой Ю.С. с участием государственного обвинителя Кальницкой Я.Б., подсудимых ФИО1 и ФИО3, их защитников – адвокатов Косовой Е.М. и Куликовой Т.А., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела, по которому:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, военнообязанный, имеющий полное среднее общее образование, работающий менеджером в <данные изъяты>, в браке не состоящий; детей и иных лиц на иждивении не имеющий; страдающий заболеваниями, судимый:

1) 22.01.2008 Ленинским районным судом г. Омска по ч. 1 ст. 30 – п. «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к 10 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима; 12.09.2014 по постановлению Куйбышевского районного суда г. Омска от 01.09.2014 освобожден от отбывания наказания условно-досрочно на срок 3 года 3 месяца 10 дней;

по настоящему уголовному делу имеющий меру пресечения в виде заключения под стражу и содержащийся под стражей с 27.02.2020 (фактически задержан 26.02.2020);

обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 186, ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ,

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, военнообязанный, имеющий высшее профессиональное образование, работающий менеджером у ИП ФИО8, в браке не состоящий; детей на иждивении не имеющий; имеющий близких родственников с неудовлетворительным здоровьем и близкое лицо, которым оказывает материальную помощь; страдающий заболеваниями, не судимый,

по настоящему уголовному делу имеющий меру пресечения в виде заключения под стражу и содержащийся под стражей с 26.02.2020 (фактически задержан 25.02.2020);

обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 186 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 и ФИО3 сбыли заведомо поддельные банковские билеты Центрального банка Российской Федерации, а ФИО3 также перевез их перед этим в целях сбыта. Кроме того, ФИО1 незаконно хранил без цели сбыта наркотические средства в крупном размере.

Преступления совершены при следующих обстоятельствах.

-1-

Не позднее 04.11.2019 у ФИО3, осведомленного о возможности получения от ФИО1 поддельных банковских билетов Центрального банка Российской Федерации, приобретаемых по цене ниже номинала, возник умысел на сбыт таких билетов с целью извлечения материальной выгоды.

Далее, не позднее 04.11.2019 к ФИО3, находившемуся на территории <адрес>, обратился покупатель «ФИО4», действующий под контролем сотрудников УФСБ России по <адрес>, который договорился с последним о встрече с целью дальнейшего приобретения поддельных банковских билетов Центрального банка Российской Федерации.

ФИО3, реализуя преступный умысел, направленный на сбыт поддельных банковских билетов Центрального банка Российской Федерации, приобретаемых по цене ниже номинала, с целью извлечения материальной выгоды, 04.11.2019 в дневное время, находясь около <адрес>, встретился с «ФИО4», где с целью дальнейшего сбыта партии поддельных купюр по просьбе последнего продемонстрировал поддельный банковский билет Центрального банка Российской Федерации номиналом 5 000 рублей и договорился о приобретении «ФИО4» нескольких поддельных банковских билетов Центрального банка Российской Федерации для оценки качества изготовления подделок.

В период с 04.11.2019 по 10.12.2019 ФИО3 сообщил ФИО1 о наличии покупателя поддельных банковских билетов Центрального банка Российской Федерации, готового приобрести поддельные купюры номиналом 5 000 рублей за 2 500 рублей за 1 штуку. После чего, в этот же период времени ФИО1, реализуя возникший у него умысел, направленный на совместный с ФИО3 сбыт заведомо поддельных банковских билетов Центрального банка Российской Федерации, с целью извлечения материальной выгоды, передал ФИО3 полученные при неустановленных обстоятельствах для их сбыта покупателю 3 поддельных банковских билета Центрального банка Российской Федерации номиналом 5 000 рублей каждый, образца 1997 года, с серийной нумерацией <данные изъяты>, которые согласно заключению эксперта, изготовлены не производством АО «Госзнак», выполнены из двух склеенных между собой листов бумаги; изображения основных реквизитов полиграфического оформления лицевой и оборотной сторон, а также изображения защитных волокон выполнены способом струйной печати; изображения серийной нумерации выполнены способом электрофотографической печати; изображение герба города Хабаровска выполнено способом трафаретной печати; изображения водяных знаков выполнены надпечаткой вещества на внутренней стороне одного из листов бумаги; защитная нить имитирована путем вклеивания между листами бумаги полимерной ленты с металлическим блеском и деметализированными участками, образующими повторяющиеся светлые изображения числа «5000» (при наблюдении на просвет) и удаления прямоугольных фрагментов на листе с реквизитами оборотной стороны в местах, имитирующих выход нити на поверхность; микроперфорация с обозначением номинала банкноты имитированы путем прокалывания листа бумаги.

10.12.2019 в период до 13 часов 10 минут ФИО3, действуя совместно с ФИО5, получив от «ФИО4» предложение о встрече в <адрес>, не ставя в известность ФИО1 о перевозке поддельных денежных средств в указанное место и не согласовывая в части собственно перевозки свои действия с последним, перевез на автомобиле «Chevrolet Lanos», регистрационный знак «№», из <адрес> в <адрес> в целях дальнейшего сбыта указанные выше поддельные банковские билеты Центрального банка Российской Федерации в количестве 3 штук номиналом 5 000 рублей каждый, после чего в период времени с 13 часов 10 минут до 16 часов 15 минут, находясь в помещении кафе «<данные изъяты>», расположенного по адресу: <адрес>, в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия «негласная проверочная закупка» реализовал «ФИО4», действующему под контролем сотрудников УФСБ России по Омской области, 3 данных поддельных банковских билета Центрального банка Российской Федерации номиналом 5 000 рублей каждый, которые в этот же день в период времени с 16 часов 15 минут до 16 часов 50 минут на <адрес>, были обнаружены и изъяты сотрудниками УФСБ РФ по Омской области в ходе досмотра вещей последнего.

После чего, ФИО3, действуя из корыстных побуждений, согласовано с ФИО1, в качестве оплаты за сбыт 10.12.2019 трех поддельных купюр Центрального банка Российской Федерации номиналом 5 000 рублей получил от «ФИО4», действующего под контролем сотрудников УФСБ России по Омской области: 22.12.2019 в период времени с 16 часов 55 минут до 18 часов 50 минут, около <адрес> – денежные средства в размере 5 000 рублей; 16.01.2020 в дневное время в кафе <адрес> – денежные средства в размере 2 500 рублей.

25.02.2020 в период времени с 19 часов 20 минут до 19 часов 55 минут преступная деятельность ФИО3 и ФИО1 была пресечена сотрудниками УФСБ России по Омской области.

-2-

Кроме того, ФИО1, действуя умышленно для личного употребления, без цели сбыта, в период, по крайней мере, с января 2020 года и до 23 часов 10 минут 26.02.2020 незаконно хранил в принадлежащем ему жилище, расположенном по адресу: <адрес>, вещество общей массой 27,01 г, содержащее в своем составе наркотическое средство – <данные изъяты>, являющееся наркотическим средством в крупном размере, а также вещество общей массой 270,25 г, являющееся наркотическим средством гашишем в крупном размере, которые 26.02.2020 в 23 часа 10 минут в ходе обследования жилища ФИО1 по указанному выше адресу были обнаружены и изъяты сотрудниками УФСБ России по Омской области.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину признал частично, по эпизоду со сбытом поддельных денежных средств, не отрицал их передачу ФИО3, в то же время заявил, что сбытом поддельных денежных знаков он никогда не занимался; с учетом квалификации, данной судом, по эпизоду в отношении наркотических средств вину признал в полном объеме, указал, что наркотические средства, изъятые у него дома, хранил для личного употребления.

Суду подсудимый показал следующее.

26.02.2020 он по месту своего жительства был задержан сотрудниками ФСБ. На вопрос о наличии у него предметов и веществ, запрещенных в гражданском обороте, пояснил и указал на место с тайником с наркотическими средствами гашиш и «экстази». В последующем при понятых данные наркотические средства были изъяты. По поводу изъятого, он пояснил, что данные наркотические средства были им приобретены через интернет-магазин, предназначенный для розничной продажи мелким покупателям, поэтому там в изъятой упаковке было 43 пакета, предназначенных для упаковки. Все это он получил от магазина, поскольку приобрел наркотики под видом курьера. Он приобрел таким образом наркотические средства, поскольку приобретение большой партии наркотиков и по выгодной цене возможно было только под видом курьера в интернет-магазине. По указанию оператора сайта он должен был расфасовать данные наркотические средства, но он этого делать не собирался, так как наркотическое средство было приобретено им для личного употребления. О сбыте он ничего не говорил. Сам он является потребителем наркотических средств с 2015 года, в связи с головными болями употребляет легкие наркотики – гашиш и «экстази». Изъятые наркотические средства он приобрел для личного употребления в новогодние праздники 2020 года. Кроме того, он указал сотрудникам ФСБ аккаунт данного магазина, разблокировал телефон, на котором был графический ключ и пароль для входа в данный магазин. По поводу переписки, содержащейся в его телефоне с лицами «ФИО20», «ФИО19», пояснил, что по просьбе данных лиц с использованием своего аккаунта приобретал через интернет-магазин для последних рецептурные препараты.

По эпизоду сбыта поддельных денежных средств показал, что в начале 2019 года он подарил ранее знакомому ФИО3, с которым у него товарищеские отношения, несколько поддельных денежных банкнот номиналом 5 000 рублей, которые он привез из <адрес>, где ему те подарил товарищ. Речь между ним и ФИО3 о сбыте данных купюр не велась. Подарил в качестве сувенира, ФИО3 коллекционировал разные деньги. Он говорил ФИО3, узнав об этом в Интернете, что поддельные купюры стоят половину номинала. В последующем ФИО3 обратился к нему с просьбой предоставить еще 2-3 поддельные банкноты, пояснив, что тому надо, для чего не сообщал. В то время он часто был <адрес>, поэтому привез оттуда, получив безвозмездно в качестве сувенира от товарища Андрея, поддельные купюры (как установлено в судебном заседании, в количестве 3 штук, номиналом 5 000 рублей), которые также безвозмездно, не выясняя для чего они нужны, передал ФИО3. Затем уточнил, что ФИО3 должен был ему эти купюры вернуть, однако не вернул (что после этого уточнения подтвердил и подсудимый ФИО3). Также в январе 2020 года ФИО3 спрашивал его мнение, можно ли достать большую сумму поддельных денег в принципе. Он ответил, что эта тема ему неинтересна, никаких сувениров, что ему не нравится. После этого ФИО3 к нему с вопросами по поводу поддельных денег больше не обращался.

Заявил, что первоначальные пояснения дал под психологическим воздействием сотрудников правоохранительного органа, под угрозой необоснованного привлечения к уголовной ответственности его друга ФИО12 (который с ним проживал в этот период и находился в квартире в момент задержания). По указанию сотрудников подписал, не читая, не задавая лишних вопросов, документы, которые ему передали. От сотрудника ФСБ Свидетель №1 еще до доставления его к следователю на <адрес> ему было известно, что ФИО21 нашел ему адвоката, которого не пускают. Затем уже в следственном органе он сообщил об адвокате заместителю начальника следственного отдела, когда у него спросили, собирается ли он ждать до утра, на что он согласился на допрос, сказав «как считаете нужным». Объяснил свое поведение оказанным на него ранее давлением. Показания подписал не читая. Фраза в протоколе допроса о том, что у него нет адвоката по соглашению не его, это написала следователь. Показания на следствии не подтвердил, настаивал на показаниях, данных в судебном заседании.

Подсудимый ФИО3 в судебном заседании вину признал частично, суду подтвердил, что сбыл «ФИО4» три поддельные денежные купюры, умысла на сбыт 8 000 000 рублей у него не было, ФИО1 в известность о своих действиях не ставил, суду показал следующее.

В конце 2018 года от своего знакомого ФИО6 получил в подарок для своей коллекции две поддельные денежные купюры номиналом 5 000 рублей, одну из которых он держал в своем портмоне среди коллекционируемых им купюр других валют. Эти купюры он никому сбывать не собирался, они были для личного пользования, всегда были с ним. В последующем через своего знакомого ФИО22, видевшего у него одну из этих купюр, он познакомился с «ФИО4», который интересовался приобретением партии поддельных денежных банкнот. В последующем инициатором встреч и разговоров в большей степени был «ФИО4», речь шла о приобретении поддельных денежных банкнот на сумму 8 000 000 рублей. При встрече с «ФИО4» он показал тому имевшуюся в портмоне поддельную купюру. Те деньги, что были у него, были «замызганные». Он сказал, что это лично его деньги, а образцы будут свежие. «ФИО4» просил для образца предоставить ему несколько поддельных денежных знаков (2-3 купюры).

После этого с просьбой предоставить ему две-три поддельные денежные купюры он обратился к ФИО6. Он не знал, есть ли такие у того, но попросил ФИО6 достать их. О том, для чего ему нужны поддельные денежные средства, он ФИО6 не сообщал. Также он не спрашивал у последнего о возможности приобретения поддельных денежных банкнот на сумму 8 000 000 рублей. Только уже в последующем уже перед Новым годом он спросил у ФИО6 можно ли собрать такую сумму поддельных купюр, на что тот ответил, что в теории возможно все. Спросил он это из интереса, понимал, что такую сумму, скорее всего не собрать. ФИО6 сам не изъявлял какого-либо желания какие-то деньги поставлять.

Полученные от ФИО6 поддельные денежные банкноты он передал «ФИО4». В дальнейшем, хотя и не планируя реализовывать кому-либо поддельные денежные средства, он получил от «ФИО4» в два этапа 7 500 рублей за переданные ранее поддельные купюры. Произошло это, поскольку спустя какое-то время он осознал, что совершил какую-то ошибку, поэтому, понимая, что с «ФИО4» он больше не увидится, попросил того рассчитаться за три поддельные купюры. Полагал, что было глупо просто подарить «ФИО4» эти купюры, которые стоят денег. Денежные средства за поддельные купюры он ФИО6 не передавал, это и не предполагалось изначально. Сумма приобретения одной денежной купюры номиналом 5 000 рублей была обозначена им в размере 2 500 рублей, исходя из его разговора с ФИО6, который еще при дарении ему купюр по его просьбе сообщил о том, сколько стоят такие деньги, со слов ФИО6 - 2 000-2 500 рублей.

Также в январе 2020 года он лично для себя еще раз спрашивал у ФИО6 о возможности приобретения поддельных денежных знаков на большую сумму, на что последний пояснил, что он ничем не поможет. Возможности поставки такой крупной партии поддельных денежных средств у него не было, но он об этом «ФИО4» не сообщал впрямую, вел себя таким образом, чтобы последний сам в последующем отказался, для этого затягивал решение этого вопроса. О том, что поддельные денежные средства можно будет приобрести в <адрес>, про каналы поставки, он придумал. Если бы «ФИО4» с вопросом приобретения поддельных денежных банкнот к нему не обратился, он бы ничего никому не продавал, до этого случая сбытом поддельных денежных банкнот, он не занимался.

В связи с существенными противоречиями с показаниями на следствии по ходатайству государственного обвинителя в соответствии со ст. 276 УПК РФ были оглашены показания ФИО3 на предварительном следствии, из которых установлено следующее.

Изъятые у него при задержании из портмоне две денежные банкноты номиналом 5 000 рублей являются поддельными, были получены им в качестве подарка от ФИО6 больше года назад (то есть ранее февраля 2019 года). Со слов ФИО6 тот получил поддельные деньги в <адрес> или в <адрес> от знакомых. Хранил он данные купюры для личной коллекции, он коллекционирует купюры различных стран, часть из них хранит в портмоне, часть в квартире. В ноябре-декабре 2019 года к нему обратился знакомый ФИО17, которому до этого летом этого же года он показывал одну из подаренных ему поддельных купюр в числе настоящих купюр других стран из его коллекции, и сообщал о поддельности первой купюры. ФИО23 спросил, может ли он достать такие же поддельные денежные купюры номиналом 5 000 рублей. Он, в свою очередь, задал этот же вопрос ФИО18, на что последний спустя какое-то время ответил, что сможет достать данные купюры. Данную информацию он передал ФИО24, тот, в свою очередь, сообщил, что есть человек готовый приобрести данные купюры, которому тот передаст его номер телефона, и этот человек с ним свяжется.

Этим человеком был «ФИО4», который на следующий день позвонил ему, высказал желание приобрести у него купюры номиналом 5 000 рублей, но ему нужны были образцы. С данным вопросом он обратился к ФИО18, спросил, можно ли взять для человека, то есть для «ФИО4», несколько купюр (поддельных, как установлено в судебном заседании), чтобы тот посмотрел их. ФИО18 согласился. После чего он позвонил «ФИО4» и сообщил о том, что это возможно. Через некоторое время в декабре 2019 года в центре г. Омска, ФИО6 передал ему 3 поддельные купюры номиналом 5 000 рублей, о чем ему было известно.

Затем «ФИО4» предложил встретиться в <адрес>, куда в начале декабря 2019 года на своем автомобиле «Шевроле Ланос» он приехал для встречи с «ФИО4» в кафе «<данные изъяты>». «ФИО4» безвозмездно забрал у него три указанные выше поддельные купюры.

На следующий день «ФИО4» высказал намерение приобрести у него поддельные денежные купюры номиналом 5 000 рублей на сумму 1 000 000 рублей. Он сообщил тому, что узнает об этом у ФИО6, есть ли такое количество поддельных денежных средств, после чего позвонил последнему. ФИО6 сказал, чтобы «ФИО4» привозил деньги, о чем он сказал последнему. «ФИО4» отказался передавать им денежные средства, поскольку со слов последнего не доверял им, ему и человеку, который должен был привезти фальшивые деньги. Об отказе «ФИО4» привезти деньги он сообщил ФИО6, который сказал, что это «несерьезный разговор», что если покупатель боится, то может полететь в <адрес> или <адрес>, чтобы забрать фальшивые деньги. Он сказал об этом «ФИО4», который отказался куда-либо лететь. Тогда он сообщил «ФИО4», что ему это неинтересно, и больше заниматься этим он не хочет. «ФИО4» стал его уговаривать, чтобы он что-то придумал по поводу доставки фальшивых денег в <адрес> либо в <адрес>. Он, не намереваясь исполнять его просьбу, ответил, что постарается что-нибудь придумать. В конце января 2020 года «ФИО4» предложил встретиться, они встретились в кафе «<адрес>, где он объяснил, что не может достать деньги, что тому не понравилось, «ФИО4» стал его уговаривать, подумать, где можно достать фальшивые денежные средства. Он на ходу придумал информацию про канал в тюрьме. После этого они с «ФИО4» общались еще несколько раз, последний раз 20.02.2020, в ходе чего он ответил тому отказом, так как понимал, что это не может дальше продолжаться. Также ему звонил ФИО6 и спрашивал, будут ли у того приобретать фальшивые купюры. ФИО6 он также сказал, что отказывается брать деньги для «ФИО4». На вопрос ФИО6, почему он отказался приобретать деньги для «ФИО4», он сказал тому, что ему это неинтересно. Он отказался поставлять деньги «ФИО4», так как ему не понравилась данная ситуация, он понимал, что это «грозит серьезным сроком». Коновалов его не спрашивал, кому можно сбыть фальшивые купюры (том № 1, л.д. 233-237).

В судебном заседании подсудимый ФИО3 показания, данные в ходе предварительного следствия, не подтвердил, пояснил, что они были даны им ввиду его плохого самочувствия, настаивал на показаниях, данных им в судебном заседании.

Показания в судебном заседании подсудимых ФИО6 и ФИО3 по эпизоду сбыта поддельных денежных средств суд в целом оценивает критически, поскольку они очевидно противоречат другим исследованным доказательствам, положенным в основу приговора – результатам оперативно-розыскных мероприятий, включая такие объективные как отражающие содержание переговоров между ФИО3 и «ФИО4» при их разговорах по телефону и при личных встречах; показаниям сотрудников УФСБ Свидетель №2 и Свидетель №1 и другим исследованным доказательствам. Кроме того, показания подсудимых в судебном заседании нелогичны, непоследовательны и противоречивы. Подсудимый ФИО3, изобличив на следствии ФИО6 в соучастии в сбыте поддельных денежных средств «ФИО4», в суде свою позицию изменил, стараясь максимально снизить роль ФИО6, свести таковую лишь к передаче в личное пользование для целей, не связанных со сбытом, поддельных денежных купюр. ФИО6 и ФИО3 длительное время знакомы, поддерживают близкие товарищеские хорошие отношения. Все изложенное позволяет суду прийти к выводу, что показания в судебном заседании подсудимых обусловлены выбранной тактикой защиты, направлены на смягчение уголовной ответственности ФИО3 и освобождение от таковой ФИО6.

Показания подсудимого ФИО3 на следствии в значительной части, особенно по вопросам участия в преступлении ФИО6, осведомленности последнего о переговорах с «ФИО4» о сбыте фальшивых денег, согласуются с другими приведенными выше доказательствами, включая содержание переговоров с «ФИО4», из которых следует, что подсудимый постоянно упоминал некоего человека, с которым тот согласовывал каждое свое действие в процессе совершения сбыта поддельных денежных средств, а также с показаниями ФИО6 в судебном заседании в части признания факта передачи поддельных купюр ФИО3 по просьбе последнего, с логикой поведения подсудимого ФИО6, съездившего после просьбы ФИО3 о предоставлении поддельных денег в другой, по его словам, регион и получившего от неустановленного лица поддельные купюры, которые в последующем он передал ФИО3, что, по мнению суда, в сопоставлении с другими доказательствами, также указывает на осведомленность ФИО6 о совершаемом сбыте поддельных денег, о его участии в нём, и соответственно о достоверности в этой части показаний на следствии подсудимого ФИО3.

Показания подсудимого ФИО3 на следствии при допросе в качестве подозреваемого получены с соблюдением требований закона. Из протокола допроса ФИО3 в качестве подозреваемого следует, что данные следственное действие проводилось в присутствии защитника по назначению. Каких-либо данных о наличии в момент допроса у ФИО3 защитника, с которым у него заключено соглашение, или которого он намерен пригласить, в материалах уголовного дела не имеется. Сам ФИО3 о нарушении его права на защиту при производстве допроса, в том числе в связи с назначением ему защитника следователем, никаких заявлений не делал. В протоколе допроса имеются отметки о разъяснении соответствующих процессуальных прав ФИО3, о предупреждении его о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательства по уголовному делу, в том числе и в случае его последующего отказа от них. Допрос ФИО3 проведен с соблюдением предъявляемых к указанному следственному действию требований закона, включая положения ст. ст. 46, 166, 187, 189, 190 УПК РФ. Каких-либо данных, указывающих на применение к ФИО3 недозволенных методов расследования, исследованные в ходе судебного следствия доказательства не содержат. В этой связи, суд находит показания ФИО3 на следствии допустимым доказательством.

Учитывая изложенное, суд принимает показания подсудимых лишь в части, согласующейся с другими доказательствами, и берет за основу при этом показания ФИО3 на следствии как наиболее достоверные.

Оценивая представленные стороной обвинения протоколы опроса ФИО6 и ФИО3, проведенного сотрудниками УФСБ РФ по Омской области до возбуждения уголовного дела ещё в ходе осуществления в отношении них оперативно-розыскных мероприятий (том № 1, л.д. 151-154; том № 2 л.д. 158-159, 164-165), суд исходит из следующего.

При опросе Коноваловуа и ФИО3 процессуальные права, предусмотренные ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ, разъяснены не были. В протоколах опроса имеется лишь отметка о разъяснении положений ст. 51 Конституции РФ, что самого по себе наряду с изложенным ниже для вывода о соблюдении приведенных требований закона недостаточно. Кроме того, реальная возможность реализации таких прав подсудимым предоставлена не была (так при опросах не участвовали адвокаты, перед самим опросом адвокаты, услугами которых они бы могли при желании реально воспользоваться, последним представлены не были).

Согласно части 1.2 ст. 144 УПК РФ, полученные в ходе проверки сообщения о преступлении сведения могут быть использованы в качестве доказательств при условии соблюдения положений статей 75 и 89 настоящего Кодекса. Как видно из приведённого выше, протоколы опроса и содержащиеся в них сведения данным требованиям закона не соответствуют.

По ходатайству стороны обвинения в ходе судебного следствия исследовались показания ФИО6, допрошенного на следствии в качестве подозреваемого (том № 2, л.д. 193-197). При оценке данных показаний с точки зрения допустимости и проверке соответствующих доводов стороны защиты судом установлено следующее.

Частью 1 статьи 50 УПК РФ предусмотрено, что защитник приглашается подозреваемым, обвиняемым, его законным представителем, а также другими лицами по поручению или с согласия подозреваемого, обвиняемого. Подозреваемый, обвиняемый вправе пригласить несколько защитников.

И лишь по просьбе подозреваемого, обвиняемого участие защитника обеспечивается дознавателем, следователем или судом, что указано в части 2 этой же статьи.

Из части 4 рассматриваемой статьи следует, что если в течение 24 часов с момента задержания подозреваемого или заключения подозреваемого, обвиняемого под стражу явка защитника, приглашенного им, невозможна, то дознаватель или следователь принимает меры по назначению защитника в порядке, определенном советом Федеральной палаты адвокатов.

В судебном заседании установлено, что указанные требования уголовно-процессуального закона при получении показаний ФИО6 в качестве подозреваемого грубо нарушены следователем ОРБ и ДОПС СЧ по РОПД СУ УМВД России по Омской области ФИО10, проводившей допрос.

Так, на момент производства допроса у ФИО6 имелся защитник – профессиональный адвокат Косова Е.М., приглашенный другим лицом с согласия подсудимого (что подтверждено последним в ходе дальнейшего производства по делу уже сразу после первичного допроса его соответствующим заявлением). В уголовном деле имеется ордер (том № 2, л.д. 201), выписанный 27.02.2020, согласно которому адвокат Косова на основании соглашения представляет интересы ФИО6.

ФИО6 задержан в порядке ст. 91 УПК РФ следователем, согласно протоколу задержания, 27.02.2020 в 21 час. 50 мин., протокол составлен в 22 час. 20 мин. Допрос ФИО6 произведен в период с 22 час. 30 мин. 27.02.2020 до 00 час. 10 мин. 28.02.2020. Подсудимый ФИО6 показал, что со слов сотрудника ФСБ ему было известно о наличии у него адвоката по соглашению, приглашенного другим лицом, который в то же время предоставлен ему не был, и которого не пускали в здание, в котором он в тот момент находился; фразу об отсутствии такового в протоколе допроса записала следователь, с чем он согласился из-за оказанного на него давления. Позиция ФИО6 в этой части представленными стороной обвинения доказательствами бесспорно не опровергнута. Более того, она согласуется с другими исследованными доказательствами и материалами. Так, согласно имеющейся в деле детализации телефонных соединений, представленной стороной защиты, 27.02.2020 в 22 час. 23 мин., то есть до начала допроса ФИО6, между адвокатом Косовой и следователем ФИО25 состоялся телефонный разговор продолжительностью 1 мин. 19 сек., а в последующем с 22 час. 25 мин. до 01 час. 32 мин. зафиксированы неоднократные исходящие вызовы на телефон следователя, большая часть которых оставлена без ответа. Следователь ФИО26 в судебном заседании подтвердила, что заранее (как следует из представленного стороной защиты ответа Адвокатской палаты <адрес>, еще в 21 час. 00 мин., то есть до задержания ФИО6 и предоставления тому возможности сообщить о своем задержании) пригласила для участия в процессуальных и следственных действиях адвоката по назначению. Также следователь фактически подтвердила, что в указанное выше время еще до начала допроса ФИО6, она разговаривала с адвокатом Косовой, которая сообщила ей о наличии соглашения на защиту интересов последнего.

Несмотря на это, в нарушение приведенных требований уголовно-процессуального закона, имея реальную возможность обеспечения участия в следственном действии (допросе в качестве подозреваемого) привлеченного в порядке ч. 1 ст. 50 УПК РФ защитника, полученную информацию следователь проигнорировала, проведение допроса не отложила, мер к соблюдению гарантированного данной нормой закона права ФИО6 на защиту не приняла. Вместо этого следователь провела допрос последнего с участием адвоката по назначению, линия защиты которого кардинально отличалась от таковой адвоката по соглашению в сторону существенного ухудшения положения подсудимого, чем грубо нарушила право ФИО6 на защиту. Как показала следователь, через 10 минут после разговора с адвокатом Косовой, ввиду отсутствия ордера защитника – адвоката по соглашению в материалах дела, поскольку не хотелось терять время, было поздно, и защитник – адвокат по назначению, предоставившая ордер, находилась на месте, она провела допрос ФИО6. Указанную позицию следователя суд находит несостоятельной, незаслуживающей внимания, поскольку никаких объективных препятствий для обеспечения участия в допросе уже привлеченного к участию в деле защитника по соглашению в сроки, предусмотренные ч. 4 ст. 50 УПК РФ, не имелось. Реальность участия защитника по соглашению в допросе подтверждается как показаниями подсудимого о том, что адвоката не пускали в здание, где в тот момент он содержался, так и дальнейшими событиями, когда этой же ночь спустя незначительное время после первичного допроса адвокат Косова фактически вступила в дело, и уже в 02 часа 02 минуты 28.02.2020 участвовала в предъявлении обвинения ФИО6, его последующем допросе.

Учитывая изложенное, протоколы опроса ФИО6 и ФИО3, полученные до возбуждении уголовного дела, а также показания ФИО6 в качестве подозреваемого суд в силу части 1 статьи 75 УПК РФ признает недопустимыми доказательствами, как полученные с нарушением требований уголовно-процессуального закона, и исключает их.

Вина ФИО1 и ФИО3 в инкриминируемых им деяниях подтверждается показаниями свидетелей и другими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Свидетель Свидетель №2, <данные изъяты>, суду показал, что с сентября 2019 года в указанный правоохранительный орган поступала оперативная информация о том, что ФИО3 осуществляет торговлю фальшивыми денежными знаками. В ноябре 2019 года в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение» было установлено, что ФИО3 занимается сбытом поддельных денежных знаков Центрального банка РФ номиналом 5 000 рублей. В дальнейшем было проведено оперативно-розыскное мероприятие «проверочная закупка», в котором в качестве покупателя денежных средств добровольно принял участие гражданин, данные о личности которого сохранены в тайне, псевдоним – «ФИО4». В ходе мероприятия между ФИО3 и «ФИО4» была достигнута договоренность о приобретении поддельных купюр номиналом 5 000 рублей на общую сумму 8 000 000 рублей. В декабре 2019 года в кафе по адресу: <адрес>, состоялась вторая встреча ФИО3 и «ФИО4», в ходе которой ФИО3 передал «ФИО4» три купюры номиналом 5 000 рублей. Стоимость одной купюры составляла 2 500 рублей. 10.01.2020 при встрече «ФИО4» и ФИО3, последний сообщил о том, что его партнеры из <адрес> не готовы поставить такую большую партию денежных средств без предоплаты. 26.02.2020 ФИО3 был задержан. В ходе осмотра транспортного средства ФИО3 были обнаружены и изъяты две купюры номиналом по 5 000 рублей каждая. На следующий день в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия «обследование» по месту своего жительства был задержан ФИО1 В ходе осмотра помещения ФИО6 добровольно выдал наркотические средства - <данные изъяты>. Также у последнего были обнаружены и изъяты ноутбук, телефон, на котором имелись фотографии с местами закладок наркотических средств.

Свидетель Свидетель №1 Р.А., <данные изъяты>, суду показал, что в начале 2020 года в зимний период времени принимал участие при проведении оперативного мероприятия «обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности, транспортных средств» по месту жительства ФИО1 Данное мероприятие проводилось в присутствии понятых, в квартире находились ФИО12 и ФИО6. ФИО6 было предложено выдать запрещенные в гражданском обороте вещества. Добровольно ФИО6 ничего не выдал, в ходе проведения осмотра в шкафу, который находился в комнате были обнаружены и изъяты наркотические средства гашиш и МДМА. В пакете с наркотическими средствами также находился упаковочный материал. Кроме этого, были обнаружены и изъяты ноутбук, мобильный телефон и различные банковские карты. Помимо этого, ФИО6 разблокировал свой телефон, открыл ресурс, через который тот приобретал наркотические средства, ввел соответствующий пароль и логин.

Свидетель «Свидетель №3» (он же «ФИО4») суду показал, что в конце октября 2019 года он по просьбе оперативных работников принял участие в качестве покупателя при проведении оперативного мероприятия по закупке фальшивых денежных знаков. От сотрудников полиции им были получены данные ФИО3, с которым в ноябре 2019 года он созвонился и договорился о встрече. 04.11.2019 при встрече с ФИО3 последний показал ему фальшивую банкноту номиналом 5 000 рублей. Купюра была такая же как настоящая, только немного потрепанная была. ФИО3 сказал, что остальные купюры будут намного лучше, хорошего качества, визуально не отличить от настоящих. Также подсудимый сообщил, что можно приобрести фальшивые денежные средства номиналом 5 000 рублей по цене 2 500 рублей, что он узнает о возможном количестве, которое можно будет приобрести. Говорил, что данные купюры можно будет приобрести в <адрес>. Договорились о том, что ФИО3 предоставит ему несколько образцов для оценки качества. Вторая их встреча проходила в кафе «<адрес>, на которой ФИО3 передал ему три поддельные банковские купюры номиналом 5 000 рублей, сказал, что если образцы пройдут проверку, то он будет готов приобрести данные денежные средства на общую сумму 8 000 000 рублей, на что ФИО3 ответил согласием. Полученные от ФИО3 купюры он передал сотрудникам УФСБ. В ходе последующих телефонных переговоров, ФИО3 стал затягивать вопрос по приобретению купюр, говорил, что вопрос решается. При следующих встречах он рассчитался с ФИО3 за три купюры, полученные им в <адрес>, передал он в общей сложности тому 7 500 рублей. Кроме того, от сотрудников УФСБ ему стала известна фамилия ФИО6. Эта фамилия упоминалась в связи с этим делом, но что с ней было связано, он в это не вникал.

Свидетель ФИО12 суду показал, что со слов ФИО1 ему известно, что по адресу: <адрес>, где он проживал вместе с ФИО6, находятся наркотические средства гашиш. Цель хранения ФИО6 в квартире наркотических средств, ему неизвестна. В конце марта 2020 года, когда он и ФИО6 находились дома, в квартиру ворвались сотрудники УФСБ. Он слышал, как сотрудники УФСБ требовали от ФИО6 денежные средства, спрашивали про запрещенные предметы и вещества. ФИО6 ответил им, что в квартире находятся наркотические средства гашиш. Когда сотрудники УФСБ находились в квартире, ему было предъявлено постановление на производство оперативного мероприятия, в котором было указано, что ФИО6 подозревается в сбыте денежных средств.

Показания свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №1 в части указания на пояснения, которые в их присутствии давал ФИО6 относительно своих действий, по которым в последующем осуществлялось его уголовное преследование, суд не может принять, поскольку в данной части они являются недопустимыми, так как свидетели сообщили не об известных им фактических обстоятельствах рассматриваемых преступных деяний, непосредственными очевидцами которых они являлись сами, а лишь пересказали первоначальные пояснения подсудимого, в том числе устные, полученные с несоблюдением требований уголовно-процессуального закона, предъявляемым к процедуре получения показаний подозреваемого и обвиняемого, о чем суд подробно указывал ранее при оценке допустимости показаний ФИО6 на следствии.

В то же время показания сотрудников УФСБ Свидетель №2 и Свидетель №1 (в остальной части, в том числе по вопросам обстоятельств собственно проведенных оперативно-розыскных мероприятий, отраженных в соответствующих письменных материалах дела), равно как и показания свидетелей Свидетель №3 и ФИО27 согласуются между собой и с другими доказательствами – с материалами проводившихся оперативно-розыскных мероприятий, содержанием соответствующих документов, осмотра предметов, в том числе телефона, принадлежащего ФИО3. Каких-либо данных о наличии у свидетелей оснований для оговора подсудимого в ходе судебного следствия получено не было. Учитывая изложенное, показания перечисленных свидетелей не вызывают у суда сомнений, в связи с чем суд принимает их за основу приговора.

Показания следователя ОРБ и ДОПС СЧ по РОПД СУ УМВД России по Омской области ФИО10, исследовавшиеся в ходе судебного следствия, в приговоре суд не приводит и за основу приговора не берет, поскольку последняя допрашивалась для проверки доводов стороны защиты о недопустимости показаний в качестве подозреваемого ФИО6, доказательством по предъявленному обвинению они не являются, и ранее в соответствующей части судом им уже дана оценка.

Наряду с показаниями перечисленных лиц по обоим эпизодам преступной деятельности в соответствующей части суд берет за основу приговора исследованные в судебном заседании письменные материалы дела и вещественные доказательства, в том числе результаты оперативно-розыскных мероприятий, изложенные ниже, которые получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, являются допустимыми и достоверными.

Согласно справкам о результатах оперативно-розыскных мероприятий «Наблюдение», «Наведение справок» и других, постановлению о проведении оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка» от 11.11.2019, рапорту о результатах проведения последнего, протоколам досмотра и пометки денежных средств, установлено, что в отношении ФИО3 у УФСБ России по Омской области имелись данные о его возможной причастности к деятельности группы, специализирующейся на сбыте поддельных банковских билетов Центрального банка России (далее – поддельные/фальшивые купюры/билеты), по этой информации ФИО3 специализировался на сбыте таковых на территории СФО, не позднее чем с 04.11.2019 в отношении последнего проводились оперативно-розыскные мероприятия, в ходе которых:

- 04.11.2019 зафиксирован разговор в ходе личной встречи в месте, указанном при описании преступного деяния, между ФИО3 и «ФИО4», привлеченным для участия в ходе оперативно-розыскных мероприятий сотрудниками УФСБ (далее – «ФИО4»), в ходе чего ФИО3 демонстрирует «ФИО4» фальшивую купюру номиналом 5 000 рублей; «ФИО4» и ФИО3 договариваются о приобретении «ФИО4» 3 купюр номиналом 5 000 рублей для пробы, а также обсуждают условия сделок по приобретению фальшивых купюр (том № 1, л.д. 28-31);

- 11.11.2019 на основании соответствующего постановления, утверждённого компетентным должностным лицом – врио начальника УФСБ России по <адрес>, принято решение о проведении оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка», заключавшейся в приобретении у ФИО3 поддельных купюр на сумму 15 000 рублей (том № 1, л.д. 23-24);

- 10.12.2019 зафиксирован разговор между ФИО3 и «ФИО4» в ходе оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка», проведенного в ходе личной встречи по адресу, указанному при описании преступного деяния, в ходе которого ФИО3 передал «ФИО4» три фальшивые купюры номиналом 5 000 рублей; факт передачи поддельных купюр подтверждён в ходе пометки денежных средств, переданных «ФИО4», а также в ходе досмотров последнего; так в ходе досмотра, проведенного после встречи с ФИО3 у «ФИО4» были обнаружены и изъяты 3 купюры номиналом 5 000 рублей с номерами: <данные изъяты>, переданные ему ФИО3 на встрече (том № 1, л.д. 32-35, 36-37, 38-42, 43-44);

- 11.12.2019 получены видеозаписи с камер наружного и внутреннего наблюдения по месту проведения оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка», содержанием которых в последующем также подтверждены обстоятельства встречи ФИО3 и «ФИО4» (том № 1, л.д. 45);

- 16.12.2019 зафиксирован разговор между ФИО3 и «ФИО4», в ходе которого они обсуждают условия доставки в <адрес> фальшивых купюр, аналогичных купюрам, взятым «ФИО4» на пробу у ФИО3; ФИО3 предложил «ФИО4» поехать в <адрес> для приобретения поддельных банковских билетов Центрального банка РФ, «ФИО4» отказался ехать в другой город из соображений собственной безопасности и настоял на встрече с ФИО3 через некоторое время для обсуждения всех вопросов лично, а также осуществления расчета за переданные образцы купюр билетов Банка России (том № 1, л.д. 46-50);

- 17.12.2019 зафиксированы разговоры между ФИО3 и «ФИО4», в ходе которых они обсуждают условия доставки фальшивых купюр на территорию <адрес>, а также порядок расчета за доставленные купюры; ФИО3 предложил «ФИО4» приобрести поддельные купюры за три дня двумя партиями по 1 500 000 рублей и одной партией на сумму 1 000 000 рублей, а также попросил «ФИО4» предоставить денежные средства на перелет до <адрес> и обратно в сумме 30 000 рублей с учетом их последующего вычета из суммы оплаты за поддельные купюры, пообещав скинуть номер своей карты для перевода денежных средств (том № 1, л.д. 51-53);

- 22.12.2019 зафиксированы разговор между ФИО3 и «ФИО4» в ходе их личной встречи в указанном при описании преступного деяния месте, а также факт передачи «ФИО4» ФИО3 5 000 рублей за приобретенные ранее фальшивые купюры; ФИО3 сообщил о срыве сделки по независящим от него обстоятельствам и попросил рассчитаться за переданные образцы поддельных билетов; достигнута договоренность о возобновлении процесса приобретения поддельных билетов в начале 2020 года; факт передачи денежных средств также зафиксирован при досмотрах «ФИО4» (том № 1, л.д. 54-59, 60-61, 62-66, 67-68);

- 10.01.2020 зафиксирован разговор между ФИО3 и «ФИО4», в ходе которого ФИО3 поясняет «ФИО4» об отказе третьих лиц в предоставлении фальшивых денег, также указанные лица обсуждают оставшийся расчет в размере 2 500 рублей за пробные купюры (том № 1, л.д. 69-70);

- 13.01.2020 зафиксирован разговор между ФИО3 и «ФИО4», в ходе которого ФИО3 и «ФИО4» договариваются о встрече на территории г. Омска для обсуждения сделки по продаже поддельных купюр (том № 1, л.д. 71-72);

- 16.01.2020 зафиксирован разговор между ФИО3 и «ФИО4» в ходе их личной встречи в указанном при описании преступного деяния месте, в ходе которого ФИО3 и «ФИО4» обсуждают условия сделки по приобретению последним фальшивых купюр, ФИО3 сообщает, что тема «живая», говорит о прорабатываемых им каналах поставки фальшивых купюр, «ФИО4» по инициативе ФИО3 передает в качестве расчета за ранее сбытые купюры 2 500 рублей (том № 1, л.д. 73-76);

- 29.01.2020 зафиксированы разговоры между ФИО3 и «ФИО4», в ходе которых ФИО3 и «ФИО4» обсуждают условия сделки по приобретению «ФИО4» фальшивых купюр, «ФИО4» уточняет, состоится ли сделка, просит дать точный ответ, предлагает разойтись, если ничего не получается, однако ФИО3 не отказывается от сделки, рассказывает о третьем варианте поставки через тюрьму (том № 1, л.д. 77-79);

- 10.02.2020 зафиксирован разговор между ФИО3 и «ФИО4» в ходе их встречи в указанном при описании преступного деяния месте, в ходе которого ФИО3 и «ФИО4» обсуждают условия сделки по приобретению «ФИО4» фальшивых купюр, ФИО3 сообщает о высокой вероятности поставки поддельных денег (том № 1, л.д. 80-81);

- 25.02.2020 не позднее 19 часов 00 минут сотрудниками УФСБ России по Омской области ФИО3 задержан; в ходе «Обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» из бардачка автомобиля «Шевроле Ланос», государственный регистрационный знак №, используемого ФИО3, изъяты две купюры Центрального банка РФ номиналом 5 000 рублей с номерами: №; мобильный телефон IPhone 7 (том № 1, л.д. 86-88);

- 26.02.2020 на основании постановления начальника УФСБ России по Омской области в соотвествия с положениями ст.ст. 6, 7, 8 «Об оперативно-розыскной деятельности» в установленном законом порядке в случаях, не терпящих отлагательства, проведено оперативно-розыскное мероприятие «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств, в ходе которого в присутствии понятых в жилище ФИО6 по адресу: <адрес>, обнаружены и изъяты упаковочные материалы (пакеты «zip-lock»), 3 брикета зелено-коричневого цвета с характерным запахом, таблетки розового цвета и 10 свертков, обмотанных изолентой, мобильный телефон «Samsung Galaxy S9+» (том № 1, л.д. 76-81).

Приведенные выше результаты оперативно-розыскной деятельности УФСБ России по Омской области в отношении ФИО3 зафиксированы на DVD-R дисках и в протоколах, рассекречены и предоставлены органам предварительного следствия в соответствии с постановлениями начальника УФСБ России по Омской области от 26.02.2020 в установленном законом порядке (том № 1, л.д. 16-20, 21-22).

В последующем все диски с результатами оперативно-розыскной деятельности осмотрены и признаны вещественными доказательствами, хранятся в уголовном деле (том № 3, л.д. 76-80, 81-86, 87-91, 92-95, 96-99, 100-105, 106-110, 111-114, 120-124, 125-129, 130-136).

Из исследований, проведенных в ходе указанных выше оперативно-розыскных мероприятий по изъятым у «ФИО4» и ФИО3 купюрам, и из заключений эксперта, подтвердивших в последующем сделанные выводы (том № 1, л.д. 84, 91, 116-120, 130-134, 143-147), установлено следующее:

- три банковских билета Центрального банка Российской Федерации номиналом 5 000 рублей каждый, образца 1997 года, с серийной нумерацией №, переданные ФИО3 покупателю «ФИО4», изготовлены не производством АО «Госзнак», выполнены из двух склеенных между собой листов бумаги; изображения основных реквизитов полиграфического оформления лицевой и оборотной сторон, а также изображения защитных волокон выполнены способом струйной печати; изображения серийной нумерации выполнены способом электрофотографической печати; изображение герба <адрес> выполнено способом трафаретной печати; изображения водяных знаков выполнены надпечаткой вещества на внутренней стороне одного из листов бумаги; защитная нить имитирована путем вклеивания между листами бумаги полимерной ленты с металлическим блеском и деметализированными участками, образующими повторяющиеся светлые изображения числа «5000» (при наблюдении на просвет) и удаления прямоугольных фрагментов на листе с реквизитами оборотной стороны в местах, имитирующих выход нити на поверхность; микроперфорация с обозначением номинала банкноты имитированы путем прокалывания листа бумаги;

- к аналогичным выводам эксперты пришли при исследовании изъятых из автомобиля ФИО3 двух купюр Центрального банка РФ номиналом 5 000 рублей с номерами: №, в результате чего также установлено, что они изготовлены не производством АО «Госзнак», выявлены такие же признаки подделки;

- поскольку имитация защитных волокон, как все имеющиеся, так и какая-то их часть на трех купюрах, изъятых у «ФИО4», совпадают между собой по форме, размерам и взаимоположению, что свидетельствует о едином (или единых) источнике изображения (файле-макете) (использовавшемся для их изготовления);

- к аналогичным выводам о едином (единых) источнике изображения пришел эксперт при исследовании двух купюр, изъятых в автомобиле ФИО3;

- в то же время при сравнении двух указанных групп купюр (трех банковских билетов, изъятых у «ФИО4» в ходе досмотра, с двумя банковскими билетами, изъятыми из автомобиля ФИО3) установлено, что они имеют разный (разные) источник происхождения.

По заключению судебной биологической экспертизы, проведенной по всем изъятым поддельным купюрам, на одной из купюр Центрального банка РФ номиналом 5 000 рублей (№), изъятых из автомобиля ФИО3, обнаружен генетический материал, происхождение которого не исключено от ФИО3 (вывод эксперта носит вероятностный характер). При исследовании остальных купюр либо обнаружено недостаточное количество генетического материала, либо сделан вывод о невозможности установления генетических признаков отдельных лиц, от которых произошел след (том № 1, л.д. 102-107).

Поддельные денежные билеты Центрального Банка РФ в количестве 5 штук номиналом 5 000 рублей каждый с приведёнными выше серийными номерами, изъятые в ходе досмотра у «ФИО4», а равно из автомобиля ФИО3, были осмотрены, признаны вещественными доказательствами по уголовному делу, хранятся при материалах уголовного дела; денежный билет Центрального банка Российской Федерации номиналом 5 000 рублей с серийным номером ЗБ 5393620 направлен на федеральный учет «Поддельные денежные билеты, бланки ценных бумаг и бланки документов» в ЭКЦ МВД России (том № 3 л.д. 115-118, 119),

В ходе осмотра мобильного телефона «IPhone 7», изъятого из автомобиля ФИО3 и принадлежащего последнему, в мессенджерах «WhatsApp», «Viber» обнаружены переписки с абонентом «ФИО28» (как установлено в судебном заседании, с «ФИО4», выступавшим в роли покупателя при проводимых оперативно-розыскных мероприятиях), согласно которым ФИО3 и «ФИО4» договариваются о встречах; скриншоты переписок приобщены к протоколу осмотра. Телефон признан вещественным доказательством по уголовному делу, хранится при материалах дела (том № 1 л.д. 198-212, 213).

В ходе исследования и последующей экспертизы изъятых в жилище ФИО1 веществ установлено, что вещества массой 80,50 г, 93,80 г, 93,90 г, 2,05 г являются наркотическим средством гашиш (общая масса – 270,25 г); вещества массой 21,20 г, 0,86 г, 0,81 г, 0,84 г, 0,77 г, 0,84 г, 0,43 г, 0,42 г содержат в своем составе наркотическое средство – <данные изъяты>) (общая масса – 27,01 г) (том № 2, л.д. 85-86, 103-112).

При осмотре телефона «Samsung Galaxy S9+», изъятого у ФИО1 в жилище, обнаружены сведения, которые могут, по версии обвинения указывать на его причастность к сбыту наркотических средств; телефон признан вещественным доказательством и приобщен к материалам уголовного дела (том № 2, л.д. 113- 135,136).

Наркотические средства, их первичная упаковка и другие предметы, изъятые в жилище ФИО1, включая упаковочный материал – 43 пакета из полимерной пленки с замком «zip-lock», также были осмотрены, признаны вещественными доказательствами по уголовному делу, хранятся в камере хранения вещественных доказательств УНК УМВД России по Омской области, пакеты следуют с делом (том № 2, л.д. 103-108, 109-111, 144-146, 147-148).

Согласно акту медицинского освидетельствования, проведённого почти сразу после задержания в ночь с 26 на 27 февраля 2020 года, у ФИО6 установлено наличие состояния наркотического опьянения (том № 1, л.д. 161).

Оценив исследованные доказательства, суд находит их допустимыми, а их совокупность достаточной для признания доказанной вины ФИО1 и ФИО3 в совершении в соучастии сбыта поддельных денег, а также вины ФИО1 в незаконном хранении без цели сбыта наркотических средств в крупном размере при обстоятельствах, приведенных в описательной части приговора.

-1-

Исследованными в суде доказательствами (показаниями свидетеля «ФИО4», сотрудника правоохранительного органа Свидетель №2, материалами проведенных оперативно-розыскных мероприятий, заключениями эксперта по изъятым купюрам и другими, а также фактически показаниями самих подсудимых, в первую очередь, показаниями ФИО3 на следствии) доказано, что ФИО3 и ФИО6 при указанных выше обстоятельствах, действуя с прямым умыслом, из корыстных побуждений, с целью извлечения материальной выгоды, сбыли «ФИО4», выступающему в роли покупателя при проведении оперативно-розыскных мероприятий 3 поддельных банковских билета Центрального банка России номиналом 5 000 рублей каждый на общую сумму 15 000 рублей за 7 500 рублей настоящих денежных средств, а ФИО3 также перевез данные билеты в целях сбыта перед реализацией покупателю.

Вопреки доводам стороны защиты суд не усматривает каких-либо нарушений требований закона при производстве оперативно-розыскных мероприятий по настоящему уголовному делу, в том числе провокации ФИО3 и ФИО6 на сбыт поддельных денег.

Результаты оперативно-розыскных мероприятий получены и представлены в следственный орган в соответствии с требованиями Федерального закона от 12.08.1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» и свидетельствуют о наличии у подсудимых умысла на сбыт поддельных денег, который сформировался независимо от деятельности сотрудников правоохранительного органа. Имевшаяся перед проведением оперативно-розыскных мероприятий информация о том, что ФИО3 с неустановленными лицами занимается сбытом поддельных денег, проведенными в последующем оперативно-розыскными мероприятиями полностью подтвердилась. Кроме того, было установлено, что одним из лицом, причастным к этой деятельности, является ФИО6, который непосредственно участвовал в сбыте поддельных купюр «ФИО4».

Из показаний свидетеля Свидетель №2 следует, что информация указанного характера поступала в УФСБ России по Омской области еще с сентября 2019 года. Сами подсудимые показали о том, что задолго до исследуемых событий ФИО6 передал ФИО3 две поддельные купюры, по их показаниям в личное пользование, без цели сбыта. В то же время из показаний ФИО3 на следствии также следует, что еще летом 2019 года он демонстрировал одну из поддельных купюр другому лицу – ФИО17, в последующем по просьбе которого до проведения оперативно-розыскных мероприятий он интересовался у ФИО6 о возможности предоставления других таких поддельных купюр.

Более того, как из показаний ФИО3 на следствии, так и из объективных результатов оперативно-розыскной деятельности, отражающих содержание разговоров между последним и покупателем, следует, что ФИО3 был хорошо осведомлен о вопросе, с которым к нему обратился «ФИО4», то есть о сбыте поддельных купюр, владел детальной информацией о качестве фальшивых денег, периода их обращения в незаконном обороте, возможных способах их сбыта, указывая при этом на то, что сам проверял качество подделки, сбывая такие купюры через терминалы самообслуживания в магазинах сети «<данные изъяты>» (том № 1, л.д. 29-31), и в целом хорошо осведомлен о деталях незаконного оборота поддельных денег. Также из содержания разговоров следует, что ФИО3 и сам, вопреки доводам стороны защиты, выступал инициатором связи с «ФИО4» для обсуждения условий сбыта поддельных купюр (том № 1, л.д. 47, 72); неоднократно предлагал возможные варианты сбыта (например, том № 1, л.д. 52, 74, 78), добровольно передал последнему 3 поддельные денежные купюры, после вопроса «ФИО4» об оплате сбытых фальшивых денег в то же время в последующем сам инициировал их оплату, попросив у покупателя рассчитаться за фальшивые деньги (том № 1, л.д. 57, 75).

Доводы стороны защиты о непричастности ФИО6 к сбыту поддельных денежных средств опровергнуты исследованными доказательствами. Так, из содержания разговоров ФИО3 и «ФИО4», следует, что подсудимый постоянно ссылается на некоего человека, который предоставляет ему поддельные купюры, и с которым он согласовывает каждый свой шаг. Изложенное полностью согласуется как с имевшейся первоначальной информацией о том, что ФИО3 осуществляет данную преступную деятельность совместно с другими лицами, так и с положенными в основу приговора в этой части показаниями последнего на следствии, согласно которым ФИО3 действительно по вопросам сбыта поддельных денег «ФИО4» обращался к ФИО6, последний же предоставил ему 3 поддельные купюры, реализованные в последующем «ФИО4». Передачу данных поддельных купюр не отрицал и сам ФИО6, подтвердивший свою осведомленность об их поддельности. ФИО3 как на следствии, так и в судебном заседании подтвердил свою осведомленность о поддельности купюр, находившихся в его распоряжении, включая 3 купюры, полученные от ФИО6 и переданные «ФИО4». Помимо этого, по показаниям ФИО3 на следствии, ФИО6 был осведомлен о наличии покупателя поддельных денег, и именно для передачи, сбыта таковых последнему подсудимый ФИО6 приобрел и передал фальшивки ФИО3. Из этих же показаний следует, что все последующие свои шаги ФИО3 согласовывал с ФИО6, который также интересовался о результатах договоренностей с «ФИО4» по поставке партии поддельных денежных средств.

Учитывая приведенный анализ доказательств, суд также приходит к выводу о доказанности выполнения обоими подсудимыми объективной стороны преступления, предусмотренного частью 1 статьи 186 УК РФ, поскольку в результате их действий была осуществлена продажа за настоящие денежные средства 3 заведомо поддельных банковских билетов Центрального банка РФ, то есть осуществлен их сбыт; равно как и о доказанности наличия у каждого из них прямого умысла на совершение этого преступления из корыстных побуждений, и о совершении сбыта поддельных денег в составе группы лиц, так как каждый из подсудимых принял участие нем, действия обоих подсудимых взаимно дополняли друг друга и были направлены на общий преступный результат (ФИО2 нашел покупателя фальшивых денег, вел с ним переговоры, обсуждал детали сделки, включая цену поддельных купюр; ФИО6, в свою очередь, обеспечивал поставку подделок, определял условия возможной передачи крупной партии денег, передавал всю эту информацию ФИО3, передал последнему для сбыта покупателю три поддельные купюры, которые ФИО3 продал «ФИО4» за настоящие деньги); без действий любого из них сбыт был бы невозможен.

В то же время, оценивая обоснованность вменения предварительного сговора, суд пришел к следующим выводам.

По смыслу закона при квалификации действий виновных как совершение группой лиц по предварительному сговору необходимо установить, имел ли место такой сговор соучастников до начала действий, непосредственно направленных на сбыт поддельных денег; состоялась ли договоренность о распределении ролей в целях осуществления преступного умысла, а также какие конкретно действия совершены каждым исполнителем и другими соучастниками преступления.

Одновременно с этим, каких-либо данных, подтверждающих, что в период не позднее весны 2019 года ФИО6 и ФИО3 вступили в предварительный сговор, как это указано в обвинении, а равно распределили между собой роли, представленные стороной обвинения доказательства не содержат. В предъявленном обвинении кроме того отсутствует указание на договорённость между подсудимыми о распределении ролей, о том, какие, согласно условиям якобы имевшего место предварительного сговора, роли должны были выполнять каждый из них. Более того, при описании действий ФИО6 в части приобретения поддельных купюр, указано, что последний реализовывал «свой» умысел.

В этой связи, а равно руководствуясь положениями ст. 252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства, не допускающих ухудшения положения подсудимых, суд исключает из объема обвинения указание на совершение данного преступления по предварительному сговору.

По этим же основаниям (в части описания действий ФИО6 по приобретению и перевозке поддельных купюр), и учитывая, что подлежащие, согласно ст. 73 УПК РФ, доказыванию обстоятельства, указывающие на событие преступления (время, место, способ и другие, в том числе транспорт, на котором осуществлялась перевозка), не установлены и не приведены при описании преступного деяния, суд исключает из объема обвинения указание на приобретение ФИО6 в целях сбыта поддельных банковских билетов Центрального банка Российской федерации, а также указание на их перевозку лично ФИО6 в целях сбыта.

В судебном заседании нашло свое подтверждение совершение ФИО3 перевозки в целях сбыта 3 поддельных банковских билета Центрального банка Российской Федерации. Факт перевозки в целях сбыта подтвердил в судебном заседании подсудимый ФИО3, это же следует из других исследованных доказательств (показаний свидетелей и материалов оперативно-розыскных мероприятий). ФИО3 получил купюры у ФИО6 в г. Омске, а затем перевез на своем автомобиле в <адрес>, преследуя цель их сбыта, чем выполнил объективную сторону перевозки. Обстоятельства перевозки (наименование транспортного средства, дата, маршрут и другое) в достаточной мере приведены при описании преступного деяния, что позволяет признать ФИО3 виновным в её совершении.

В то же время, поскольку суд исключил из объема обвинения предварительный сговор между ФИО3 и ФИО6; учитывая, что из показаний ФИО3 и из других исследованных доказательств не следует, что ФИО6 был осведомлен о встрече с покупателем в другом населенном пункте, о том, что ФИО3 будет перевозить поддельные денежные средства на автомобиле в <адрес>; принимая во внимание, что место встречи определил покупатель и уже после того, как ФИО3 получил от ФИО6 поддельные купюры, суд также исключает из объема обвинения ФИО6 перевозку ФИО3 10.12.2019 в целях сбыта 3 поддельных купюр, поскольку не доказано, что эти действия последнего охватывались умыслом ФИО6.

Таким образом, указание на перевозку в целях сбыта поддельных банковских билетов Центрального банка Российской Федерации из объема обвинения ФИО6 подлежит исключению в полном объеме.

При оценке обоснованности и правильности вменения совершения ФИО6 и ФИО3 хранения поддельных денег суд пришел к следующим выводам.

По смыслу закона незаконное хранение с целью сбыта поддельной банковской купюры, является длящимся преступлением, требующим установления как момента начала хранения, так и момента его окончания, цели сбыта и других обстоятельств, указывающих на событие преступления (время, место, способ и иные). Исходя из объема предъявленного обвинения хранение заключалось: 1) в нахождении у ФИО3 при себе в процессе перевозки на автомобиле из <адрес> в <адрес> и в непродолжительный период после этого и до их сбыта в этом насаленном пункте переданных им «ФИО4» 3 поддельных купюр; 2) в нахождении в автомобиле ФИО3 изъятых при его обследовании 2 поддельных купюр.

Относительно первых 3 поддельных купюр, установлено, что фактически, учитывая положения статьи 252 УПК РФ и описание предъявленного обвинения, 10.12.2019 ФИО3 осуществил их перевозку в целях сбыта, что исключает одновременную квалификацию этих же действий как хранение в тех же целях. Предусмотренные же ст. 73 УПК РФ и подлежащие доказыванию обстоятельства, указывающие на событие преступления (время, место, способ и другие) по хранению поддельных купюр после перевозки и до момента их сбыта «ФИО4», включая точный период такого хранения, не установлены и не отражены при описании преступного деяния. Более того, суд учитывает, что исходя из анализа совокупности исследованных доказательств период нахождения поддельных купюр у ФИО3 после их перевозки и до момента их сбыта был непродолжительным, что в любом случае указывает на излишнее вменение рассматриваемого квалифицирующего признака.

Что касается 2 купюр, обнаруженных в автомобиле ФИО3, то суд приходит к выводу, что, несмотря на то, что одну из них ФИО3 демонстрировал до этого «ФИО4» в ходе переговоров о поставке поддельных денег, наличие умысла на сбыт именно данных купюр как у ФИО3, так и у ФИО6 исследованными доказательствами не доказано. Доводы ФИО3 о том, что именно эти купюры он сбывать не намеревался, не опровергнуты. По заключению эксперта эти купюры и купюры, сбытые «ФИО4» имеют разный источник происхождения. Кроме того, по показаниям ФИО3, «ФИО4», купюра, предъявленная последнему, была «потрепанной», «замызганной», то есть уже не в полной мере пригодной для использования в качестве средства платежа, именно этим и была обусловлена последующая передача покупателю образцов хорошего качества. Демонстрация купюр такого качества как пример поддельных банковских билетов без их последующего сбыта и без намерения осуществить таковой именно в отношении этих купюр, сама по себе состав преступления в отношении данных денег не образует. Оценка же действиям в целом ФИО3 и ФИО6 судом уже дана, для их правильной квалификации это обстоятельство значения не имеет. Из содержания переговоров между ФИО3 и «ФИО4» также не следует, что подсудимый намеревался реализовать эти купюры, напротив, из-за их ненадлежащего качества покупателю были проданы образцы, подсудимый и покупатель вели переговоры о поставке новой крупной партии поддельных денег из другого региона.

Иных периодов и обстоятельств, в том числе более общих, хранения подсудимыми изъятых поддельных купюр, описание преступного деяния не содержит.

Таким образом, суд исключает из объема обвинения указание на хранение обоими подсудимыми всех поддельных банковских билетов Центрального банка Российской Федерации, включая указание на хранение таковых в этих же целях двух купюр, изъятых из автомобиля ФИО3.

Также суд исключает из объема обвинения указания на цели сбыта партии поддельных купюр на общую сумму 8 000 000 рублей, и на последующие переговоры ФИО3 с «ФИО4» по вопросу организации поставки данной партии поддельных купюр как излишне вмененные и не имеющие значения для правильной квалификации преступления, совершенного ФИО6 и ФИО3, при обстоятельствах, установленных судом.

-2-

На основании показаний свидетеля ФИО29 и сотрудников правоохранительного органа, протокола обследования жилища ФИО6, исследования и заключения эксперта по изъятым веществам и иных письменных доказательств, а также на основании показаний самого подсудимого в судебном заседании судом установлено, что ФИО6 при обстоятельствах, указанных при описании преступного деяния, действуя с прямым умыслом, незаконно хранил в своем жилище вещество общей массой 27,01 г, содержащее в своем составе наркотическое средство – <данные изъяты> являющееся наркоти-ческим средством в крупном размере, а также вещество общей массой 270,25 г, являющееся наркотическим средством гашишем в крупном размере.

Несмотря на доводы стороны обвинения, настаивавшей на доказанности наличия у ФИО6 умысла на сбыт изъятых наркотических средств и на квалификации его действий в этой части по ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, суд пришел к выводу о необоснованности такой квалификации.

На момент производства обследования в жилище ФИО6 правоохранительный орган какой-либо информацией о его причастности к незаконному обороту наркотических средств в принципе, и тем более к их сбыту, не располагал. Обследование в жилище производилась в связи с проверкой полученных от ФИО3 сведений о соучастии ФИО6 в сбыте поддельных денег. Об этом же указано в постановлении о проведении соответствующего оперативно-розыскного мероприятия.

В судебном заседании подсудимый ФИО6 настаивал, на том, что изъятые наркотические средства приобрел для личного употребления, цели сбыта их не имел, приобрел их под видом курьера в интернет-магазине для получения большего объема наркотиков и по более выгодной цене, по этой причине получил наркотические средства, уже частично расфасованные, и с упаковочном материалом. Стороной обвинения указанные доводы не опровергнуты. Никаких допустимых и принятых судом доказательств, прямо указывающих на наличие у ФИО6 умысла на сбыт изъятых наркотических средств, на наличие у него сговора с неустановленным лицом, использование в этой деятельности по сбыту сети «Интернет», стороной обвинения не представлено.

Свидетель ФИО6 показал суду, что ему было известно о нахождении в квартире подсудимого принадлежащих тому наркотических средств, однако для каких целей те были в жилом помещении, он не знал.

Протокол обследования жилища ФИО6, справка об исследовании и заключение эксперта лишь подтверждают факт обнаружения и изъятия у последнего наркотических средств, их массу, которые незаконно хранились подсудимым. Какие-либо приспособления для фасовки наркотических средств, вопреки указанному при описании преступного деяния в этой части, не изымались.

Информация, содержащаяся в приобщенном к материалам уголовного дела телефоне подсудимого, каких-либо сведений об общении ФИО6 с «интернет-магазином» наркотических средств не содержит, в ней имеются лишь данные, с учетом показаний самого ФИО6, об имевших место фактах оказания последним содействия другим двум лицам в приобретении неких веществ, которыми, по не опровергнутой версии подсудимого, являлись рецептурные препараты. Более того, по версии стороны обвинения, основанной на не принятых судом показаниях ФИО6 на следствии, изъятые наркотические средства были приобретены в указанной массе еще в октябре 2019 года и с этого времени хранились в том же объеме для последующего сбыта, что вообще исключает возможность соотнести информацию из телефона с позицией стороны обвинения.

Указанные в переписке лица органом следствия, несмотря на имеющуюся для этого возможность (по номерам телефонов, данным о движении денежных средств по счету банковской карты ФИО6), органом следствия не устанавливались (соответствующие сведения у операторов сотовой связи и в банке не запрашивались, окончательные ответ на поручение по этому вопросу не приобщен) и не допрашивались.

В исследованных доказательствах не содержатся сведения, бесспорно указывающие на имевшие место факты сбыта ФИО6 наркотических средств другим лицам. Доводы обвинения в этой части основаны лишь на предположениях.

Достоверных и достаточных доказательств, объективно подтверждающих наличие вины ФИО6 в покушении на сбыт наркотических средств в крупном размере в ходе предварительного расследования добыто не было и суду не представлено. Из исследованных доказательств не усматривается, какие конкретные действия были совершены ФИО6 для совершения преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Одних только массы изъятых наркотических средств, их частичной фасовки и наличия упаковочного материала с учетом приведенного анализа исследованных доказательств недостаточно для вывода об обратном.

При отсутствии других доказательств, подтверждающих причастность ФИО6 к покушению на незаконный сбыт наркотических средств, учитывая невозможность основания обвинительного приговора только на одних предположениях, принимая во внимание положения ст. 49 Конституции РФ и ст. 14 УПК РФ о принципе презумпции невиновности суд приходит к выводу о недоказанности наличия у ФИО6 умысла на покушение на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, изъятых у него в жилище.

Кроме того, при таких обстоятельствах суд полагает, что ФИО6, даже имея, как полагает сторона обвинения, изначально умысел, направленный на сбыт, мог хранить все изъятые наркотические средства без цели сбыта для личного потребления, отказавшись от выполнения объективной стороны инкриминируемого ему преступления, поскольку, как следует из его показаний и других материалов, подсудимый на протяжении длительного времени являлся потребителем наркотических средств, что согласуется с актом медицинского освидетельствования, проведённого почти сразу после задержания в ночь с 26 на 27 февраля 2020 года, в ходе которого у ФИО6 установлено наличие состояния наркотического опьянения. Само количество изъятых наркотиков не исключает возможность их использования для личного потребления одним наркозависимым лицом, например, на протяжении длительного периода времени.

Кроме того, учитывая, что подлежащие, согласно ст. 73 УПК РФ, доказыванию обстоятельства, указывающие на событие преступления (время, место, способ и другие), в части вменения ФИО6 незаконного приобретения наркотических средств не установлены и не приведены при описании преступного деяния, суд исключает из объема обвинения указание на незаконное приобретение подсудимым наркотических средств.

В то же время в ходе судебного следствия, факт получения ФИО6 и нахождения у него в жилище наркотических средств не отрицался самим подсудимым (который показал, что приобрел эти наркотические средства для личного употребления), а также подтвержден приведенными выше доказательствами. Согласно протоколу обследования, в жилище ФИО6 были обнаружены и изъяты вещества, согласно справкам об исследовании и заключениям эксперта, - вещество общей массой 27,01 г, содержащее в своем составе наркотическое средство – <данные изъяты>), являющееся наркоти-ческим средством; - и вещество общей массой 270,25 г, являющееся наркотическим средством гашишем.

Согласно Перечню наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации, утвержденному Постановлением Правительства РФ от 30.06.1998 года № 681, указанные выше вещества отнесены к наркотическим средствам и включены в Список наркотических средств и психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации.

В соответствии с п. 2 Примечания к ст. 228 УК РФ и Постановлением Правительства РФ от 01.10.2012 № 1002, суд признает количество вещества, содержащего в своем составе производное <данные изъяты>), массой 27,01 г, и количество гашиша массой 270,25 г, изъятых в жилище у ФИО6, крупным размером.

В этой связи, суд приходит к выводу, что исследованными доказательствами достоверно доказано незаконное хранение без цели сбыта ФИО6 наркотических средств, изъятых в его жилище, совершение этого преступления с прямым умыслом.

При определении начала периода хранения наркотических средств суд исходит из показаний подсудимого ФИО18 в судебном заседании.

Таким образом, действия подсудимого ФИО1 следует квалифицировать:

- по эпизоду в отношении трех поддельных банковских билетов Центрального банка РФ номиналом 5 000 рублей, реализованных «Свидетель №3», по ч. 1 ст. 186 УК РФ как сбыт заведомо поддельных банковских билетов Центрального банка Российской Федерации;

- по эпизоду в отношении изъятых в его жилище наркотических средств по ч. 2 ст. 228 УК РФ как незаконное хранение без цели сбыта наркотических средств, совершенное в крупном размере.

Действия подсудимого ФИО3 по эпизоду в отношении трех поддельных банковских билетов Центрального банка РФ номиналом 5 000 рублей, реализованных «Свидетель №3», следует квалифицировать по ч. 1 ст. 186 УК РФ как перевозку в целях сбыта и сбыт заведомо поддельных банковских билетов Центрального банка Российской Федерации.

Суд с учетом требований ст. 60 УК РФ при определении вида и размера наказания ФИО1 и ФИО3 учитывает характер и степень общественной опасности совершенных каждым из них преступлений, обстоятельства дела, данные о личности подсудимых, влияние назначаемого наказания на их исправление, условия жизни их семей, а также на достижение иных, предусмотренных законом целей наказания.

В соответствии со ст. 67 УК РФ суд также учитывает характер и степень фактического участия подсудимых в преступлении, совершенном в соучастии, значение этого участия для достижения целей преступления, его влияние на характер и размер причиненного вреда.

ФИО1 частично признал вину (по эпизоду в отношении наркотических средств с учетом квалификации его действий, данной судом, - в полном объеме), заявил о раскаянии в содеянном, активно способствовал расследованию преступления, связанного с незаконным оборотом наркотического средства (разблокировав свой телефон, указав на местонахождение хранящегося у него наркотического средства и сообщив неизвестные правоохранительному органу обстоятельства его приобретения). ФИО1 имеет постоянное место жительства и регистрации, полное среднее общее образование, трудоустроен, в браке не состоит, иждивенцев не имеет. Участковым уполномоченным полиции и по месту нахождения в следственном изоляторе подсудимый характеризуется удовлетворительно, по месту жительства и месту работы – положительно. В наркологическом диспансере и психиатрической больнице не наблюдается, страдает заболеваниями, как и его близкие родственники.

Признание вины, заявленное раскаяние в содеянном, активное способствование расследованию преступления, связанного с незаконным оборотом наркотических средств, состояние здоровья подсудимого и его близких родственников, а также перечисленные выше в целом положительные данные о его личности в соответствии со ст. 61 УК РФ суд признает обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1

ФИО3 не судим, впервые совершил преступление, признал вину, заявил о раскаянии в содеянном, на следствии активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, связанного с незаконным оборотом поддельных денег, сообщив неизвестные правоохранительным органам обстоятельства, пароль от изъятого у него телефона, сведения об участии в совершении преступления другого соучастника, чем также способствовал изобличению последнего. ФИО3 имеет постоянное место жительства и регистрации, высшее образование, трудоустроен, в браке не состоит, имеет близких родственников (отца и мать) с неудовлетворительным здоровьем и близкое лицо (племянника), которым оказывает материальную помощь. Судом учтены характеристики подсудимого, который по месту содержания под стражей характеризуется удовлетворительно, соседями по месту жительства – положительно. В наркологическом диспансере и психиатрической больнице не наблюдается. Судом приняты во внимание сведения о состоянии здоровья подсудимого, страдающего заболеваниями.

Признание вины, заявленное раскаяние в содеянном, совершение преступления впервые; активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию другого соучастника преступления; наличие близких родственников с неудовлетворительным здоровьем и близкого лица, которым последний оказывает материальную помощь; состояние здоровья самого подсудимого, а также перечисленные выше положительные данные о его личности в соответствии со ст. 61 УК РФ суд признает обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО3

Поскольку в судебном заседании установлено, что ФИО1 и ФИО3 совершили преступление, связанное со сбытом поддельных денег, в составе группы лиц, что было охвачено первоначальным объемом обвинения, учтено в обвинительном заключении, и не предусмотрено в качестве признака преступления частью 1 статьи 186 УК РФ, по которой суд квалифицировал их действия, суд признает обстоятельством, отягчающим наказание каждому из подсудимых, согласно п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ, совершение данного преступления в составе группы лиц,

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимому ФИО1, согласно п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ, также является рецидив преступлений, поскольку последний совершил настоящие умышленные тяжкие преступления, имея судимость за совершение умышленного особо тяжкого преступления к реальному лишению свободы по приговору суда от 22.01.2008, указанному во вводной части настоящего приговора. Учитывая изложенное, в силу п. «б» ч. 1 ст. 18 УК РФ суд усматривает в действиях ФИО1 опасный рецидив преступлений.

Наличие указанных выше отягчающих обстоятельств исключает возможность применения при назначении ФИО1 и ФИО3 наказания положений части 1 статьи 62 УК РФ.

При назначении наказания ФИО1 суд руководствуется правилами части 2 статьи 68 УК РФ. Несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств, учитывая конкретные данные о личности подсудимого, характер и степень общественной опасности вновь совершенных преступлений, суд не усматривает снований для применения части 3 статьи 68 УК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 68 УК РФ при назначении ФИО1 наказания наряду с приведенными выше обстоятельствами суд также учитывает характер и степень общественной опасности ранее совершенного преступления и обстоятельства, в силу которых исправительного воздействия предыдущего наказания оказалось недостаточным.

Суд принимает во внимание, что ФИО1 и ФИО3 совершили в соучастии одно умышленное оконченное преступление, относящееся к категории тяжких преступлений, а ФИО1 – также еще одно умышленное оконченное преступление данной категории.

Учитывая наличие обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1 и ФИО3, оснований для обсуждения вопроса о возможности применения к ним ч. 6 ст. 15 УК РФ об изменении категории преступлений не имеется.

Поскольку приведенные выше смягчающие обоим подсудимым наказание обстоятельства не являются исключительными обстоятельствами, которые существенно бы уменьшали степень общественной опасности содеянного ФИО1 и ФИО3 суд не находит оснований для применения при назначении каждому из них наказания положений ст. 64 УК РФ.

Определяясь с видом наказания, с учетом указанных выше данных о личности ФИО1 и ФИО3, характера и степени общественной опасности совершенных ими преступлений, конкретных обстоятельств их совершения, несмотря на наличие совокупности смягчающих обстоятельств, а также ввиду наличия в действиях ФИО1 рецидива, подсудимым подлежит назначению наказание в виде лишения свободы с его реальным отбыванием, поскольку менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания. В этой связи оснований для применения ст. 73 УК РФ об условном осуждении, для замены назначаемого наказания принудительными работами суд не усматривает.

Отбывание наказания в виде лишения свободы следует определить: ФИО1 в соответствии с пунктом «в» части 1 статьи 58 УК РФ – в исправительной колонии строгого режима; ФИО3 в соответствии с пунктом «б» части 1 статьи 58 УК РФ – в исправительной колонии общего режима.

Ввиду наличия совокупности смягчающих наказание обстоятельств суд считает нецелесообразным назначение подсудимому ФИО1 дополнительного вида наказания в виде ограничения свободы за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 228 УК РФ.

Одновременно с этим, принимая во внимание, что подсудимыми совершены тяжкие преступления (ФИО3 – 1, ФИО1 – 2, одно из которых в соучастии), учитывая их конкретные обстоятельства, данные о личности и имущественное положение подсудимых, суд полагает необходимым назначить обоим подсудимым за каждое из данных преступлений дополнительное наказание в виде штрафа. При определении размера штрафа суд руководствуется ч. 3 ст. 46 УК РФ и учитывает предусмотренные данными положениями закона обстоятельства.

Принимая во внимание тяжесть преступлений, вид и размер назначаемого наказания, данные о личности подсудимых, суд приходит к выводу, что в случае нахождения на свободе до вступления приговора в законную силу ФИО1 и ФИО3 могут скрыться с целью уклонения от отбывания наказания. В силу приведенных обстоятельств суд считает необходимым на указанный выше период оставить ФИО1 и ФИО3 меру пресечения в виде заключения под стражу без изменения.

Срок содержания под стражей, подлежащий зачету обоим подсудимым в назначаемое наказание, суд исчисляет с установленных в судебном заседании дат их фактического задержания (для ФИО1 – с 26.02.2020, для ФИО3 – с 25.02.2020).

Поскольку исследованными доказательствами установлено, что изъятый у ФИО3 принадлежащий последнему мобильный телефон, использовался им для совершения преступления (для переписки и ведения переговоров с покупателем поддельных денежных средств по вопросам, связанным с совершением данного преступления), то есть являлся оборудованием или иным средством совершения преступления, в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ и п. 4.1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ суд полагает необходимым конфисковать данное имущество, то есть принудительно безвозмездно изъять его и обратить в собственность государства.

В то же время, поскольку в судебном заседании не доказано, что изъятый у ФИО1 принадлежащий последнему мобильный телефон, использовался им для совершения преступления, в котором последний был признан виновным (для незаконного хранения без цели сбыта наркотических средств), суд полагает необходимым вернуть данное имущество подсудимому или его доверенному лицу при предъявлении соответствующих документов.

Изъятые из незаконного оборота наркотические средства, их первоначальную упаковку надлежит оставить на хранении в камере хранения вещественных доказательств УНК УМВД России по Омской области до окончания производства и принятия итогового процессуального решения по другому уголовному делу в отношении неустановленного лица по факту сбыта данных наркотических средств этим лицом ФИО1

Решение по другим вещественным доказательствам суд принимает в соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

В соответствии с положениями статей 131, 132 УПК РФ процессуальные издержки, выплаченные адвокатам за оказание юридической помощи в уголовном судопроизводстве по назначению в ходе следствия, с учетом последующего отказа подсудимых от услуг данных адвокатов суд полагает целесообразным возместить за счет средств федерального бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 304, 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 186, ч. 2 ст. 228 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по ч. 1 ст. 186 УК РФ в виде 3 (трех) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы со штрафом в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей;

- по ч. 2 ст. 228 УК РФ в виде 6 (шести) лет лишения свободы со штрафом в размере 100 000 (сто тысяч) рублей.

На основании части 3 статьи 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний назначить ФИО1 по совокупности преступлений наказание в виде 8 (восьми) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима со штрафом в размере 200 000 (двести тысяч) рублей.

Признать ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 186 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 2 (двух) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы со штрафом в размере 100 000 (сто тысяч) рублей с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок отбытия основного наказания в виде лишения свободы исчислять ФИО1 и ФИО3 со дня вступления приговора в законную силу.

Меру пресечения ФИО1 и ФИО3 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок отбытия наказания ФИО1 срок содержания его под стражей по настоящему уголовному делу с 26.02.2020 до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок отбытия наказания ФИО3 срок содержания его под стражей по настоящему уголовному делу с 25.02.2020 до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

До вступления приговора в законную силу содержать ФИО1 и ФИО3 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области.

Сумму штрафа, назначенного обоим подсудимым в качестве дополнительного наказания, надлежит перечислить в федеральный бюджет по следующим реквизитам: <данные изъяты>

Процессуальные издержки в виде сумм, выплачиваемых адвокатам за оказание юридической помощи в связи с участием в уголовном судопроизводстве по назначению, возместить за счет средств федерального бюджета.

Мобильный телефон марки «Iphone 7», модель MN932 RU/A, серийный номер DX3X50X6HG7L, IMEI № в корпусе белого цвета с чехлом красного цвета, принадлежащий ФИО3, поступивший с уголовным делом, - конфисковать.

Иными вещественными доказательствами по вступлению приговора в законную силу распорядиться следующим образом:

- мобильный телефон марки «Samsung Galaxy S9+» в корпусе черного цвета, изъятый в ходе обследования жилища ФИО1 и принадлежащий последнему, указанный в пункте 5 справки к обвинительному заключению (том № 4, л.д. 129), следующий с уголовным делом, - вернуть ФИО1 или его доверенному лицу при предъявлении соответствующих документов;

- 11 DVD-R дисков, перечисленных в пункте 5 справки к обвинительному заключению (том № 4, л.д. 129), поступившие с уголовным делом, – хранить в уголовном деле;

- 4 поддельных денежных билета Центрального банка Российской Федерации номиналом 5 000 рублей с серийными номерами: №; 42 пакета из бесцветной полимерной пленки с замком «zip-lock» и полоской красного цвета, один пакет из бесцветной полимерной пленки с замком «zip-lock», поступившие с материалами уголовного дела, – уничтожить;

- наркотические средства гашиш массой 265,25 г, МДМА массой 25,21 г, их первичную упаковку, находящиеся на хранении в камере хранения вещественных доказательств УНК УМВД России по Омской области, – оставить на хранении в камере хранения вещественных доказательств УНК УМВД России по Омской области до принятия итогового решения по уголовному делу в отношении неустановленного лица по факту сбыта наркотических средств ФИО1;

- денежный билет Центрального банка Российской Федерации номиналом 5 000 рублей с серийным номером ЗБ 5393620, направленный на федеральный учет «Поддельные денежные билеты, бланки ценных бумаг и бланки документов» в ЭКЦ МВД России, - оставить на хранении в ЭКЦ МВД России.

Приговор может быть обжалован в Омский областной суд через Октябрьский районный суд г. Омска в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденными, содержащимися под стражей, – в тот же срок со дня получения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденные вправе участвовать в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, в том числе с приглашением защитника самостоятельно либо ходатайствовать о назначении защитника судом апелляционной инстанции.

В соответствии с частью 7 статьи 259 УПК РФ стороны вправе заявить в письменном виде ходатайство об ознакомлении с протоколами судебных заседаний в течение трех суток со дня окончания судебного заседания, а также принести на них свои замечания в течение трех суток со дня ознакомления с протоколами судебных заседаний.

Председательствующий судья В.Ю. Бондарев