Апелляционное постановление № 22-410/2025 от 11 марта 2025 г. по делу № 1-162/2024

Судья: Шилина Л.В. Дело № 22-410/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ханты-Мансийск 12 марта 2025 года

Суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе:

председательствующего – судьи Болотова В.А.,

при секретаре Казаковой Е.С.,

с участием прокурора Воронцова Е.В.,

защитника – адвоката Савельева И.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника осужденного ФИО1 – адвоката Суменко А.В. на приговор Советского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 19 ноября 2024 года, которым

ФИО1, <данные изъяты>,

признан виновным и осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ, к обязательным работам на cрок 120 часов с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 1 год 6 месяцев.

Мера пресечения в отношении ФИО1 не избиралась.

Разрешен вопрос с вещественными доказательствами и процессуальными издержками, которые в сумме 17 666 рублей взысканы с осужденного ФИО1 в доход государства.

Заслушав доклад судьи Болотова В.А., мнение защитника осужденного ФИО1 – адвоката Савельева И.А., выступление прокурора Воронцова Е.В., суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 признан виновным и осужден за совершенное 15 июля 2024 года в г. Советский ХМАО-Югры при изложенных в приговоре обстоятельствах – управление другим механическим транспортным средством лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

В судебном заседании ФИО1 вину признал частично. Не оспаривая факта нахождения в состоянии алкогольного опьянения и управления электросамокатом, будучи лишенным права управления транспортными средствами, ФИО1 считает, что электросамокат к другим механическим транспортным средствам не относится, водительского удостоверения для его управления не требуется, в связи с чем, в его действиях отсутствует состав уголовного преступления.

19 ноября 2024 года Советским районным судом ХМАО-Югры в отношении ФИО1 постановлен обвинительный приговор.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней защитник осужденного ФИО1 – адвокат Суменко А.В. просит данный приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Указывает, что в силу примечаний к ст. 264 УК РФ, п. 1.2 Правил дорожного движения РФ и разъяснений, содержащихся в постановлении пленума ВС РФ от 09.12.2008 № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств», термин «механическое транспортное средство» не распространяется на средства индивидуальной мобильности, к которым относится электросамокат. Нормами ст. 25 Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» так же не предусмотрено требование об обязательном наличии специального права для управления электросамокатом. В связи с чем, управление электросамокатом не образует состава преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ.

Суд не дал надлежащей оценки доводам защиты в указанной части. Сторона защиты не приводила обоснований того, что электросамокат не является транспортным средством, как об этом указано в приговоре, а обращала внимание суда на то, что электросамокат не является механическим транспортным средством. При этом суд сослался на нормы закона, которые не подлежат применению, поскольку положения ст. 12.1 КоАП РФ распространяются только на административные правонарушения и к составу преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ, отношения не имеют.

Кроме того, как следует из объема обвинения, ФИО1 не вменялось управление мопедом, для чего требуется специальное право категории «М». Мопед и электросамокат являются различными транспортными средствами, однако суд изменил предъявленное ФИО1 обвинение, указав в описательно-мотивировочной части приговора на управление им мопедом, что существенно нарушило право ФИО1 на защиту.

Кроме того, одной из характеристик мопеда является наличие электродвигателя номинальной максимальной мощностью в режиме длительной нагрузки более 0,25 кВт и менее 4 кВт. Таким образом, суду необходимо было установить технические характеристики электросамоката, а именно – номинальную максимальную мощность электродвигателя в режиме длительной нагрузки, что возможно только экспертным путем, поскольку документация на электросамокат таких сведений не содержит, как и наклейка на электросамокате, происхождение которой суд также не установил. Вывод суда о номинальной мощности электродвигателя в 500 Вт является необоснованным, поскольку на наклейке указано только – «мощность 500 Вт», а в руководстве пользователя мощность двигателя вообще не указана.

Кроме того, защитник указывает, что при освидетельствовании и оформлении административного материала ФИО1 не в полном объеме разъяснили процессуальные права, предусмотренные ч. 1 ст. 25.1 КоАП РФ. В связи с чем, протокол об отстранении от управления транспортным средством, бумажный носитель результата освидетельствования и акт освидетельствования являются недопустимыми доказательствами и подлежат исключению.

В возражениях на апелляционную жалобу и дополнения к ней государственный обвинитель – помощник Югорского межрайонного прокурора Вакатов В.Ю., не соглашаясь с доводами стороны защиты, просит приговор в отношении ФИО1 оставить без изменения.

Указывает, что вопреки доводам защиты, механическое транспортное средство максимальной мощностью в режиме длительной нагрузки более 250 Вт и менее 4000 Вт приравнивается к понятию «мопед», для управления которого требуется специальное право категории «М». Таким образом, изучив документацию на электросамокат, которым управлял ФИО1, суд обоснованно пришел к выводу, что по своим техническим характеристикам он приравнивается к понятию «мопед». Оснований полагать, что технические характеристики электросамоката не соответствуют указанным в документации параметрам, у суда не имелось, в связи с чем, доводы защиты о необходимости назначения и проведения экспертизы являются необоснованными.

С учетом установленных по делу обстоятельств действия ФИО1 получили правильную юридическую оценку, назначенное ему наказание является справедливым, соразмерным и полностью отвечает таким целям, как исправление осужденного и предупреждение совершения им новых преступлений.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции защитник осужденного ФИО1 – адвокат Савельев И.А. доводы жалобы и дополнения к ней поддержал, просил приговор в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Прокурор Воронцов Е.В. доводы жалобы и дополнений не поддержал, просил приговор в отношении ФИО1 оставить без изменения.

Изучив материалы уголовного дела без повторного исследования доказательств, проверив доводы апелляционной жалобы и дополнений, возражений на жалобу и дополнения, заслушав участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства; при рассмотрении дела полностью соблюдена процедура, общие условия и принципы уголовного судопроизводства; права осужденного на защиту не нарушены.

Суд первой инстанции всесторонне и полно, с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, исследовал представленные сторонами обвинения и защиты доказательства и пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1

Доказательства, положенные в основу осуждения ФИО1 и оцененные судом в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 88 УПК РФ, добыты с соблюдением закона, относимы, допустимы и достаточны для разрешения дела по существу; выводы суда соответствуют материалам и фактическим обстоятельствам дела.

Описание деяния, признанного судом доказанными, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины, целях и иных данных, позволяющих судить о событии преступления и причастности к нему ФИО1 Вопреки доводам жалобы, суд не изменял объем предъявленного ФИО1 обвинения, в том числе, не вменял ему факт управления мопедом. В этой части приговор содержит лишь выводы суда о том, что по своим техническим характеристикам электросамокат, которым управлял ФИО1, приравнивается к понятию «мопед».

Копией постановления мирового судьи судебного участка № 1 Советского судебного района ХМАО-Югры, и.о. мирового судьи судебного участка № 2 Советского судебного района ХМАО-Югры, от 15.11.2023 подтверждается, что ФИО1, признанный виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, лишен права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев (постановление суда вступило в законную силу (дата); водительское удостоверение сдано в ГИБДД (дата)).

Факт управления ФИО1 электросамокатом установлен материалами дела (административными протоколами, протоколом осмотра места происшествия и т.д.), свидетельскими показаниями В.Н.А. и Ж.К.Е., и самим осужденным не отрицается. Нахождение ФИО1 при управлении электросамокатом в состоянии опьянения подтверждается актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, протоколом об отстранении от управления транспортным средством, протоколом об административном правонарушении.

Доводы защитника о признании недопустимыми доказательствами данных материалов суд апелляционной инстанции обоснованными не признает. Сведений о фальсификации административных протоколов, а равно процедуры прохождения освидетельствования и составления соответствующего акта, материалы дела не содержат.

Не разъяснение ФИО1 прав в полном объеме не свидетельствует о существенном нарушении сотрудниками ГИБДД требований законности и установленного порядка, поскольку никаких замечаний к протоколам не поступило, подписи в графах о разъяснении прав проставлены ФИО1 собственноручно, доказательств тому, что осужденный не понимал значимых обстоятельств или на него оказывалось давление, стороной защиты не представлено.

У суда апелляционной инстанции не вызывает сомнений, что приобщенная к материалам дела техническая документация относится к электросамокату, от управления которым ФИО1 был отстранен. Опломбированная заводская наклейка на днище электросамоката соответствует тем описаниям, которые указаны в остальной документации (марка, параметры и т.п.). Отсутствие в сервисной книжке и руководстве пользователя сведений о мощности электросамоката не ставит под сомнение подлинность данной наклейки, как и разрыв гарантийной пломбы, на что защитник обращал внимание суда (том 2 л.д. 91), при этом, не выдвигая сомнений в подлинности самой наклейки. Кроме того, ни осужденный, ни свидетель В.Н.А. не давали показаний о том, что данная наклейка не является заводской и имеет иное происхождение. Сведений о неисправности электросамоката либо подложности или неправильности данных, указанных в руководстве, в деле не представлено. Доводы апелляционной жалобы в этой части суд обоснованными не признает.

Ссылку в жалобе на то, что вывод суда о номинальной мощности электродвигателя в 500 Вт является необоснованным, поскольку на наклейке указано только – «мощность 500 Вт», суд апелляционной инстанции признает несостоятельной. Подлинность и соответствие документации и маркировки электросамоката, как указано выше, сомнений не вызывает. Необходимость в специальных познаниях для определения номинальной максимальной мощности электродвигателя в режиме длительной нагрузки отсутствует, поскольку общедоступной является информация о том, что изготовитель в технической документации указывает максимальную мощность, которую двигатель может развивать в течение произвольно долгого промежутка времени, не перегреваясь выше допустимой по нормам температуры. В данном случае суд верно установил, что к такому параметру относятся сведения о мощности электросамоката в 500 Вт.

С учетом изложенного, у суда апелляционной инстанции не имеется оснований признавать состоятельными доводы защиты о необходимости назначения и проведения судебно-технической экспертизы для доказывания фактов, которые могут быть установлены и без специальных познаний.

Версия осужденного и защитника относительно характеристики электросамоката, не попадающего под признаки механического транспортного средства, в том числе, для управления которым обязательно наличие специального права, получила надлежащую оценку в приговоре, не согласиться с которой у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

В соответствии с примечанием 1 к ст. 264 УК РФ, под другими механическими транспортным средством в настоящей статье и статье 264.1 УК РФ понимаются трактора, самоходные дорожно-строительные и иные самоходные машины, а также транспортные средства, на управление которыми в соответствии с законодательством Российской Федерации о безопасности дорожного движения предоставляется специальное право.

В соответствии с п. 1.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, под «механическим транспортным средством» понимается транспортное средство, приводимое в движение двигателем, под «мопедом» – двух- или трехколесное механическое транспортное средство, максимальная конструктивная скорость которого не превышает 50 км/ч, имеющее электродвигатель номинальной максимальной мощностью в режиме длительной нагрузки более 0,25 кВт и менее 4 кВт.

Как верно указал суд первой инстанции, само перечисление таких транспортных средств как электросамокаты в понятии «средства индивидуальной мобильности» не исключает того, что их конструктивные характеристики (в частности два колеса), а также технические характеристики (по мощности электродвигателя) могут характеризовать такие транспортные средства (электросамокаты) и в качестве «мопедов». При этом из числа электрических средств индивидуальной мобильности исключены устройства, развивающие максимальную конструктивную скорость более 25 км/ч (приказ Росстандарта от 06.12.2022 № 1446-ст, ГОСТ Р 70514-2022).

Установлено и положенными в основу обвинительного приговора доказательствами объективно подтверждается, что ФИО1 управлял механическим транспортным средством – двухколесным электросамокатом, марки «KigooKirini M4», приводимым в движение электродвигателем, мощностью 500 Вт, максимальная скорость движения которого составляет 45 км/ч.

При наличии таких технических характеристик электросамокат, которым управлял ФИО1, в соответствии с примечанием 1 к ст. 264 УК РФ является другим механическим транспортным средством, на которое распространяется действие ст. 264.1 УК РФ, и приравнивается к понятию «мопед», для управления которого согласно п. 1 ст. 25 Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» требуется специальное право (водительское удостоверение категории «М»).

Тот факт, что данная судом первой инстанций оценка собранных по делу доказательств не совпадает с позицией защиты, не свидетельствует о нарушении судом требования ст. 88 УПК РФ и не является основанием для изменения или отмены состоявшегося по делу приговора. Не устраненные судом первой инстанции существенные противоречия в доказательствах, требующих их истолкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют.

Из числа доказательств суд апелляционной инстанции исключает рапорт инспектора ДПС ОВ ДПС ГИБДД ОМВД России (адрес) Ж.К.Е. об обнаружении признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ, в действиях водителя ФИО1, поскольку он не относится к иным доказательствам (документам), предусмотренным п. 6 ч. 2 ст. 74 УПК РФ, а в соответствии с положениями ст. ст. 140, 143 УПК РФ является документом, служащим поводом к возбуждению уголовного дела.

Так же суд апелляционной инстанции исключает из описательно-мотивировочной части приговора ссылку суда на положения ст. 12.1 КоАП РФ, поскольку в уголовном праве понятие «транспортное средство» раскрыто в достаточной степени, в том числе, для целей ст. 264.1 УК РФ.

Исключение рапорта из объема доказательств и ссылки суда ст. 12.1 КоАП РФ при мотивировке выводов о доказанности вины ФИО1 не ставит под сомнение законность привлечения осужденного к уголовной ответственности, так как совокупность иных исследованных судом доказательств и приведенные в приговоре законодательные нормы являются достаточными для правильного разрешения дела по существу предъявленного обвинения.

Юридическая оценка действий ФИО1 является верной, все квалифицирующие признаки нашли свое объективное подтверждение, оснований для иной квалификации не имеется.

При назначении ФИО1 наказания судом приняты во внимание положения ст. 60 УК РФ, в том числе характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Характеризующие личность ФИО1 сведения, имеющиеся в материалах дела на момент постановления приговора, учтены судом в совокупности и получили надлежащую оценку.

Обстоятельств, в обязательном порядке подлежащих признанию смягчающими на основании ч. 1 ст. 61 УК РФ, но не принятых во внимание судом первой инстанции, из материалов уголовного дела не усматривается, как и иных обстоятельств в силу положений ч. 2 ст. 61 УК РФ.

С учетом обстоятельств дела, личности осужденного, тяжести и характера преступления, суд, надлежащим образом мотивировав свою позицию в приговоре, обоснованно пришел к выводу о том, что наказание в виде обязательных работ будет в полной мере отвечать целям исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

ФИО1 не относится к лицам, которым не назначается наказание в виде обязательных работ (ч. 4 ст. 49 УК РФ). Правовые основания для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ отсутствуют.

Судом первой инстанции не мотивировано отсутствие или наличие оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, что не влечет за собой отмену приговора, поскольку суд апелляционной инстанции не усматривает исключительных обстоятельств, связанных с целью и мотивом совершенного преступления, существенно уменьшающих степень общественной опасности осужденного и содеянного, позволяющих признавать совокупность смягчающих обстоятельств и сведений о личности ФИО1 достаточными для применения положений ст. 64 УК РФ.

Дополнительное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами судом назначено правомерно, поскольку является обязательным. Размер наказания определен с учетом требований закона и в совокупности с установленными по делу обстоятельствами, учитываемыми при назначении наказания.

Вместе с тем, вопреки требованиям закона судом не определен порядок исполнения дополнительного наказания, что не влечет за собой отмену приговора, поскольку данное нарушение может быть устранено в апелляционном порядке. В связи с чем, суд апелляционной инстанции дополняет резолютивную части приговора указанием о том, что в соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ срок отбывания дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, исчисляется со дня вступления приговора суда в законную силу.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что все имеющие существенное значение для разрешения вопроса о виде и размере наказания обстоятельства по данному уголовному делу исследованы и учтены, наказание назначено в соответствии с требованиями закона. Обстоятельств, способных повлиять на вид или размер наказания и не учтенных судом при его назначении, не усматривается.

Кроме того, суд принял решение не избирать ФИО1 меру пресечения до вступления приговора в законную силу, однако не учел, что в отношении осужденного в ходе предварительного следствия применена мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке, и не принял по данному вопросу соответствующего решения. Устраняя допущенное нарушение, суд апелляционной инстанции дополняет резолютивную часть приговора указанием о том, что избранная ФИО1 данная мера принудительного принуждения подлежит отмене по вступлению приговора в законную силу.

Вопрос с вещественными доказательствами и процессуальными издержками разрешен в соответствии с требованиями ст. ст. 81, 82, 131-132 УПК РФ.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену приговора, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Советского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 19 ноября 2024 года, которым ФИО1 осужден по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ, изменить:

-исключить из описательно-мотивировочной части приговора в обоснование вины осужденного ссылку суда на рапорт от (дата) КУСП-(номер) об обнаружении в действиях ФИО1 признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ;

-исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку суда на положения ст. 12.1 КоАП РФ;

-дополнить резолютивную часть приговора указанием о том, что в соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ срок отбывания дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, подлежит исчислению со дня вступления приговора суда в законную силу;

-дополнить резолютивную часть приговора указанием о том, что избранная ФИО1 мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке подлежит отмене по вступлению приговора суда в законную силу.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Челябинск) в течение шести месяцев со дня его провозглашения, а лицом, содержащимся под стражей, с момента получения копии апелляционного постановления.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья

Суда ХМАО-Югры В.А. Болотов