Апелляционное определение № 22-2200/2026 от 7 апреля 2026 г.

Судья – Бажин А.А Дело № 22-2200\2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Краснодар 8 апреля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Краснодарского краевого суда в составе:

Председательствующего судьи Еремеевой А.Г.

Судей Амбарова М.В. и Крайника И.Ю.

При секретаре Кобзевой Т.Ю.

С участием прокурора Фащук А.Ю.

Осужденной ФИО1

Адвокатов Озарчук Е.Ю.,Маркаряна Д.А.

Представителя потерпевшего, адвоката Минасяна А.Ш.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Маркаряна Д.А., действующего в защиту интересов ФИО1, на приговор Центрального районного суда г. Сочи Краснодарского края от 9 февраля 2026 года, которым

ФИО1, .......... года рождения, уроженка ............, ранее не судимая,

осуждена по ч. 3 ст. 159 УК РФ 2 годам 6 месяцам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

В соответствии с ч. 1 ст. 82 УК РФ применена отсрочка отбывания наказания до достижения ребенком ФИО2 .......... года рождения четырнадцатилетнего возраста.

Заслушав доклад судьи Еремеевой А.Г., изложившей обстоятельства дела, доводы апелляционной жалобы, выслушав осужденную ФИО1, адвокатов Маркаряна Д.А. и Озарчук Е.Ю. об отмене приговора по доводам жалобы, мнение представителя потерпевшего, адвоката Минасяна А.Ш., прокурора Фащук А.Ю. об оставлении судебного решения без изменения, судебная коллегия

установила:

ФИО1 признана виновной в совершении мошенничества, то есть хищении чужого имущества путем злоупотребления доверием, совершенного в особо крупном размере при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Маркарян Д.А., в защиту осужденной считает приговор незаконным и необоснованным, подлежащим отмене ввиду неправильного применения уголовного закона.

Признавая подсудимую виновной в совершении преступления по признаку - наличие корыстной заинтересованности, суд не привел в описательно-мотивировочной части приговора обстоятельства, послужившие основанием для вывода о наличии в содеянном указанного признака. Считает недоказанной вину ФИО3 в совершении преступления, действия осужденной квалифицированы не верно. При расследовании уголовного дела имеются недостатки и нарушения требований уголовно-процессуального законодательства, исключающие возможность постановления судом приговора либо вынесения иного законного решения.

Обвинение построено на заключении строительно-технической экспертизы №54\25-16.1 от 21 апреля 2025 года, проведенной экспертом ...........12, которая по мнению адвоката, как доказательство, в полной мере не отвечает требованиям ФЗ № 73 «О государственной судебно-экспертной деятельности» от 31.05.2001 г.; составлена с нарушениями статей 8 и 25 ФЗ № 73, ст.84 ГПК РФ, Правил обследования зданий и сооружений, инструкции по организации производства судебных экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях системы Министерства юстиции Российской Федерации и иных нормативных и правовых документов, имеющих отношение в данному виду работ, а именно: не правильно выбрана методика проведения исследований; в выводах эксперта имеются явные недоработки в части исследования и четких ответов, касающихся поставленных вопросов, а также необъективной оценки объемов и стоимости выполненных либо иных работ; не проведено исследование материалов (отсутствует описание исполнительной документации), предоставленных эксперту, что в дальнейшем не позволяет оценить, все ли виды работ были исследованы экспертом; отсутствует полный анализ предоставленных для исследования материалов; на поставленные вопросы ответы даны не в полном объеме и с противоречиями; вероятно неверно определены объемы фактически выполненных и иных видов работ; вероятно неверно определены стоимости работ в соответствии с поставленными вопросами; наличие противоречий и несоответствий в исследованиях эксперта, поверхностное обследование объекта экспертизы.

Сторона защиты полагает, что заключение эксперта не может служить доказательством виновности ФИО1, в совершении инкриминируемого преступления, так как данное заключение не отвечает принципу достоверности, а также по причине того, что в заключении эксперта отсутствует четкая методика проведения экспертизы, полного и всестороннего исследования, четких результатов исследования, вероятных ошибок в расчетах и иных ошибок, а также невозможностью проверки данных расчетов, несоответствий в объективности в исследовательской части и выводах, итоговых выводов, вызывающих сомнения в обоснованности заключения.

Данные нарушения были подтверждены в ходе допроса специалиста ...........13, в судебном заседании, который подробно сообщил суду все имеющиеся нарушения в заключении эксперта. Однако суд критически отнесся к выводам ...........13, изложенным в заключении (рецензии) по результатам проведенных исследований заключения эксперта, а так же его показаниям в суде, сославшись только, на то, что заключение дано специалистом на основании копий документов, без исследования материалов уголовного дела, специалист об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения не предупреждался.

Однако перед допросом в судебном заседании ...........13, предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, после чего им даны подробные показания суду, в которых он подтвердил все имеющиеся нарушения в вышеуказанном заключении.

Кроме того, ввиду того, что локальные сметные расчеты не проходили государственную экспертизу и не получали оценку по составу и виду работ, определить, что работы выполненные вне контракта были дополнительными или основными невозможно без производства экспертизы и каким образом экспертом установлена сумма дополнительных работ не понятно. Указывает, что при рассмотрении уголовного дела по существу возникли сомнения в обоснованности заключения эксперта, из-за наличия противоречий в выводах, в связи с чем, сторона защиты ходатайствовала о назначении в соответствии с ч. 2 ст. 207 УПК РФ повторной судебной экспертизы, которую необходимо провести по тем же вопросам. Однако судом необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства.

В ходе судебных заседаний были допрошены свидетели Свидетель №1, ...........25 Свидетель №3, и эксперт ...........14, которые дали показания, противоречащие их показаниям на стадии предварительного следствия, в описательной части приговора их показания приведены не в полном объеме, что подтверждается протоколами и аудио- записями судебных заседаний, что также является нарушением уголовно-процессуального закона. Свидетель №1, Свидетель №3 и ФИО4 3.А., при допросе в судебном заседании пояснили, что ИПДЛ адресных рубеж R3 24 шт. и 33 шт. изоляторов шлейфа ИЗ-1Р3, ФИО1 приобретались и находились на объекте, что также подтверждается товарными накладными, приобщенными в ходе судебных заседаний, однако данные сведения в описательной части отсутствуют, как и полный текст показаний эксперта ...........14, в частности отсутствуют ответы последней на вопросы подсудимой ФИО1, что подтверждается аудио записями судебного заседания.

В заключенном контракте указаны работы по демонтажу вмененных датчиков ФИО1, а по монтажу данного оборудования информация отсутствует, соответственно ФИО1, согласно контракта, не должна была выполнять данные виды работ, однако ни предварительным следствием ни судом данному обстоятельству никакой оценки не дано, что является не устранимым нарушением уголовно-процессуального законодательства на стадии судебного разбирательства.

Вместе с тем, заключая контракт ФИО1, не имела намерений вводить в заблуждение и похищать имущество, ФИО1 полностью выполнены взятые на себя обязательства по контракту и при выполнении указанного контракта ею сверх твердой суммы контракта были затрачено на непредвидимые (дополнительные) работы 3 291 124 рублей 80 коп., что подтверждается имеющимися в материалах уголовного дела сметами, а вмененная сумма составляет 672 574,23, что исключает квалификацию ее действий по ст. 159 УК РФ.

По мнению адвоката, установленные несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела судом первой инстанции в части доказанности вины ФИО3 и обмана предоставления недостоверной информации при подписании КС 2 и хищения ею денежных средств не нашли своего подтверждения. Указанные обстоятельства являются существенными и не могут быть положены в основу приговора.

Возражения не приносились.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы жалобы, выслушав стороны, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В судебном заседании нашла свое подтверждение виновность осужденной ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах, получивших оценку в приговоре.

С учетом добытых доказательств, суд дал правильную юридическую оценку действиям осужденной, квалифицировав их по ч. 3 ст. 159 УК РФ.

Доказательства, положенные в основу осуждения ФИО1 собраны с соблюдением требований ст. ст. 73, 74 УПК РФ и сомнений в их достоверности не вызывают.

Обстоятельств, предусмотренных ст. 75 УПК РФ по делу не установлено.

Осужденная ФИО1 на предварительном следствии вину при допросе в качестве подозреваемой и обвиняемой признала полностью, в судебном заседании изменила свою позицию и настаивала на невиновности.

Из оглашенных в судебном заседании показаний ФИО1 следует, что в августе 2022 года ГБУЗ «ССМП г. Сочи» МЗ КК ( станцией скорой помощи) с ней, как индивидуальным предпринимателем был заключен контракт исполняющим обязанности главного врача ...........15 на выполнение строительно-монтажных работ в связи с его повреждением вследствие чрезвычайной ситуации. Цена контракта являлась твердой и составляла 19 139 136 рублей. Ей было известно, что в соответствии с разработанной документаций по контракту, внесение изменений в сведения о применении материалов или оборудования, не предусмотренных сметной документацией, влечет за собой невозможность выполнения условий по контракту. Ею контролировался ход выполнения работ по контракту, по итогу выполненных работ составлялась и подписывалась исполнительная документация, визировалась печатью и направлялась заказчику для согласования оплаты. После принятия работ заказчиком производилась оплата на указанный расчетный счет. В ходе выполнения работ ею умышленно были внесены заведомо недостоверные сведения в акт о приемке выполненных работ по форме КС 2 от 20.12.2022 года и справка о стоимости выполненных работ и затрат № 4 от 20.12.2022 года по форме КС3.

В данных документах было отражено, что все работы, предусмотренные контрактом, выполнены в полном объеме, однако, на самом деле, не было приобретена и установлена часть пожарного оборудования, то есть работы по установке пожарной сигнализации, предусмотренные сметой выполнены не в полном объеме. Деньги за данный вид работ она получила полностью и распорядилась ими по своему усмотрению. Таким образом, она составила указанные документы и внесла в них недостоверные сведения, тем самым, ввела в заблуждение заказчика и лиц, осуществляющих контроль за ее деятельностью.

Она согласна с заключением эксперта, в соответствии с которым акт о приемке выполненных работ по монтажу 24 ИПДЛ адресных в количестве 24 штук на сумму 503 578 рублей отсутствует. Согласно акта о приемке выполненных работ № 2 от 20.12.2022 года на объекте выполнены работы по монтажу изоляторов шлейфа ИЗ-1РЗ количестве 50 штук на сумму 256 054, 90 руб. Фактически на объекте установлены ИЗ-1РЗ в количестве 17 штук на сумму 87 058, 67 рублей, не выполнены работы по монтажу 24 шт. ИПДЛ адресных рубеж R3 и 33 шт. изоляторов шлейфа ИЗ-1РЗ на общую сумму 672 574, 23 рубля.

В судебном заседании ФИО1 изменила свои показания, указав, что монтаж электрики не был предусмотрен, как и пожарная сигнализация, как и некоторые другие работы, все это относилось к дополнительным работам, которые не были учтены в контракте, сумма дополнительных работ составила 3 200 000 рублей, которые не оплачены. Датчики ИДПЛ в количестве 24 штук ею были переданы Свидетель №1 на хранение, их не монтировали, потом оказалось, что данные датчики пропали, она в 2024 году купила новые и поставила обратно.

Несмотря на отрицание своей вины в судебном заседании, виновность ФИО1 полностью подтверждается совокупностью собранных по делу и исследованных в судебном доказательств: показаниями представителя потерпевшего Минасян А.Ш. о том, что контракт на проведение ремонтных работ был заключен с ФИО3 в твердой денежной сумме. В ходе проверки выяснилось, что не были установлены системы пожаротушения. Ущерб причинен на сумму 672 574, 23 рубля; показаниями свидетеля Свидетель №2 о том, что в октябре и ноябре 2022 года он был включен в состав комиссии для обследования помещения и крыши здания транспортного подразделения «Гараж» ГБУЗ «ССМП г. Сочи», которые подлежали ремонту. Было установлено, что в первоначальной смете виды работ не соответствовали фактически выполненным, так как на момент составления сметы не все виды работ были визуально видны, некоторые проявились в процессе демонтажа; показаниями свидетеля Свидетель №1СМ. о том, что ФИО3 выполняла контракт по ремонту гаража скорой медицинской помощи, зданий и сооружений в период с конца октября по декабрь 2022 года. Была произведена оценка сооружений имущества, составлена смета на ремонтные работы, она подписывала акты приема-передачи после проведения работ, количество фактически установленного оборудования составляло меньшее количество, чем отражено в акте выполненных работ, не везде работала пожарная сигнализация. ФИО3 был произведен демонтаж установленного пожарного оборудования из помещений стоянки автотранспорта : изолятор шлейфа Рубеж ИЗ-1R3 в количество 29 штук и адресный Рубеж количестве 22 штук, визуальных следов их установки, использования, демонтажа нет. В акте изложено, что данные предметы указаны, как установленные, но фактически они отсутствовали, ущерб причинен на сумму 672 574, 23 рубля; показаниями свидетеля Свидетель №3 о том, что с ним был заключен договор на оказание услуг по осуществлению строительного контроля за ремонтными работами на объектах здравоохранения ГБУЗ «ССМП г. Сочи» МЗ КК. ФИО3 являлась подрядчиком на указанном объекте на основании договора подряда. В процессе ремонтных работ ФИО3 по мере их выполнения предоставляла соответствующие документы : акты о приемке выполненных работ, справки о стоимости выполненных работ и затрат. При проведении дополнительных обследований помещений было установлено, что ряд работ, указанных в проектно-сметной документации завышен. Также было установлено, что не выполнены работы по монтажу 24 шт. ИПДЛ адресных рубеж R3 и 33 шт. изоляторов шлейфа ИЗ-1РЗ на общую сумму 672 574, 23 рубля, однако в акте № 2 от 20.12.2022 года о приемке выполненных работ она указала, что пожарное оборудование установлено в полном объеме; показаниями свидетеля Свидетель №4 о том, что на момент заключения договора подряда с ФИО3, он исполнял обязанности главного врача в станции скорой медицинской помощи в г. Сочи, ему известно, что ...........15 был заключен контракт с ИП ФИО3 на выполнение ремонтных работ на объекте здравоохранения ГБУЗ «ССМП г. Сочи» МЗ КК. Работы по данному контракту были полностью оплачены, однако при проверке установлено, что ФИО3 не были установлены пожарные извещатели на общую сумму 672 574, 23 рубля; заключением строительно-технической судебной экспертиз от 21.04.23025 года, согласно которой фактически не выполнены работы по монтажу 24 шт. ИПДЛ адресных рубеж R3 и 33 шт. изоляторов шлейфа ИЗ-1РЗ на общую сумму 672 574, 23 рубля. Выполнены дополнительные работы, стоимость которых составила 678 848 рублей, которые согласованы с заказчиком, что подтверждается локальным сметным расчетом.; показаниями эксперта ...........12, проводившей экспертизу и пояснившей в суде, что ею осматривался объект, присутствовали ФИО3 и представитель заказчика. В ходе осмотра были установлены объем и виды фактически выполненных работ, часть работ была не выполнена, а именно по монтажу адресных рубеж, датчики дымового давления и изоляторов на общую сумму 672 574, 23 рубля. Кром того, было выявлено, что объект находится в ограниченно работоспособном состоянии, в результате чего в период исполнения контракта, произошло ухудшение характеристик объектов в чрезвычайных ситуациях и потребовалось производство дополнительных работ; протоколом осмотра предметов и документов – заключение контракта, стоимость выполненных работ и затрат ФИО3, акты о приемке выполненных работ и другие документы; протоколом осмотра места происшествия – на территории и всех помещений, где производились ремонтные работы, выявлено отсутствие монтажа адресных рубеж.

В судебном заседании также были исследованы доказательства стороны защиты - показания свидетеля ...........16 о том, что все датчики ИДПЛ и Рубеж были в наличии, но их не установили по причине недостаточности высоты потолков, в дальнейшем они складировались на территории станции скорой помощи; специалиста ...........13, который составил рецензию на заключение эксперта, где указал, что ему для изучения были предоставлены заключение эксперта и акт в форме КС-2. Считает, что исследование экспертом было неполным, отсутствовала стоимость работ, обоснованность проверки и графических смет, каких-то приложений, которые позволяют полноценно проверить правильность сделанных выводов, расчетов, применялась неправильная методика, не проведено исследование материалов в полном объеме, их полный анализ отсутствует, ответы на поставленные вопросы даны не в полном объеме, неверно определены объемы работ, стоимостные выражения.

Показаниям свидетелей стороны защиты, специалиста ...........13 судом дана надлежащая оценка в приговоре, как не опровергающие виновность ФИО3 в совершении инкриминируемого деяния.

Доводы ФИО3 о том, что ею были выполнены дополнительные работы, не указанные в контракте на сумму 3 291 124, 80 рублей, превышающую договорные обязательства, материалами дела не подтверждаются. Кроме того, данные действия ФИО3, не влияют на квалификацию, поскольку состав преступления, предусмотренный ст. 159 УК РФ совершается с прямым умыслом и считается оконченным с момента, когда у виновного лица появилась реальная возможность распорядиться похищенным имуществом, то есть в данном случае с момента перечисления ФИО3 денежных средств согласно условиям заключенного контракта. Дальнейшее использование этих денежных средств по своему усмотрению не влияет на правовую оценку содеянного и не исключает виновности осужденной в совершении преступления. Утверждение ФИО3 о том, что она дополнительно вложила свои денежные средства на ремонт строительного объекта в указанной сумме, также не влияют на квалификацию ее действий.

Вместе с тем, приведенные доказательства и иные, содержащиеся в судебном акте, обоснованно признаны судом допустимыми, относимыми и положены в основу обвинительного приговора, при этом их совокупность, вопреки доводам автора апелляционной жалобы, обоснованно признана достаточной для вывода о доказанности вины осужденной в совершении преступления.

Предложенные стороной защиты суждения относительно оценки доказательств, утверждения в суде апелляционной инстанции об отсутствии доказательств хищения со стороны ФИО3, являются их собственным мнением, противоречащим представленным доказательствам и не могут рассматриваться как основание к отмене или изменению приговора, поскольку выводы суда первой инстанции не вызывают сомнений, оценка доказательств дана судом в соответствии с требованиями закона, каждое доказательство оценено с точки зрения допустимости и достоверности, а все имеющиеся доказательства в совокупности явились основанием для признания виновности ФИО3 в совершении преступления.

Кроме того, судом не было установлено обстоятельств, свидетельствующих о причастности к хищению иных лиц, не установлены возможные мотивы действий иных лиц, направленных на предоставление не соответствующих действительности актов и иных документов, что позволяло бы поставить под сомнение выводы суда о том, что преступные действия совершены именно ФИО3. Доводы стороны защиты и иные, предложенные осужденной ФИО3, подробно и аргументированно судом признаны несостоятельными, с выводами соглашается и судебная коллегия.

О прямом умысле осужденной на завладение денежными средствами свидетельствует ее действия, направленные на указание в акте выполненных работ о завершенном монтаже и установлении пожарной системы, сведений, не соответствующих действительности, за которые ФИО3 были перечислены деньги в сумме 672 574, 73 рубля.

При таких обстоятельствах, предложенные осужденной суждения относительно оценки доказательств, утверждения в суде апелляционной инстанции об отсутствии в действиях ФИО3 состава преступления, является лишь ее собственным мнением, противоречащим представленным доказательствам, и не могут рассматриваться как основание к отмене или изменению приговора, поскольку выводы суда первой инстанции не вызывают сомнений, оценка доказательств дана судом в соответствии с требованиями закона.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, судебная коллегия не усматривает.

Судебное разбирательство проведено с соблюдением прав сторон обвинения и защиты, с учетом принципа состязательности процесса.

При назначении наказания ФИО3 судом учтены обстоятельства совершенного преступления и степень общественной опасности содеянного, характеризующие данные о личности осужденной, а также наличие смягчающих обстоятельств и отсутствие отягчающих, влияние назначенного наказания на ее исправление.

Судом не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением осужденной, существенно уменьшающих степень общественной опасности. Оснований для применения ст. 73, ч. 6 ст. 15 УК РФ, не установлено.

Вместе с тем, применение положений ч. 1 ст. 82 УК РФ – отсрочка ФИО1 от отбывания наказания в виде лишения свободы до достижения ребенком ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, четырнадцатилетнего возраста, является обоснованным и будет способствовать восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденной и предупреждению совершения новых преступлений.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Центрального районного суда г. Сочи Краснодарского края от 9 февраля 2026 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Председательствующий

Судьи