Решение № 2-1970/2019 2-31/2020 2-31/2020(2-1970/2019;)~М-1710/2019 М-1710/2019 от 6 мая 2020 г. по делу № 2-1970/2019

Мотивированное
решение составлено 07.05.2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06.05.2020 Дело № 2-31/2020

г. Сысерть Свердловской области

Сысертский районный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Тимофеева Е. В., с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО3, представителя ответчика ФИО4, при секретаре Степченковой Н.П., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-31/2020 по иску ФИО1 ФИО21 к ФИО5 ФИО22 о признании недействительным договора дарения квартиры,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО7 о признании недействительным договора дарения квартиры. В обоснование исковых требований указано, что истец является родной сестрой ФИО8 Сама ФИО8 при жизни страдала психическим расстройством, лежала в больнице с синдромом «белая горячка». При жизни ФИО9 являлась собственником недвижимого имущества в виде квартиры, находящейся по адресу: <адрес>, Гарнизон, <адрес>. В настоящий момент при вступлении в наследство своей умершей сестры истец обнаружила, что ее собственностью владеет иной гражданин ФИО7 на основании договора дарения от 11.07.2019. Сама умершая ФИО8 не могла заключить от своего имени такую сделку, поскольку не отдавала отчет в своих действиях на основании тяжелого состояния здоровья. В момент подписания договора ФИО8 находилась в подавленном моральном состоянии. Состояние здоровья сестры истца на момент заключения оспариваемой сделки затрудняет ориентированность в практических вопросах, делали невозможным должное восприятие сути содержания сделки и понимание ее правовых последствий. Личностными особенностями ФИО8 в силу состояния здоровья и образовательного уровня, а так же отсутствием доказательств выражения намерений подарить принадлежащую ей квартиру, лишившись тем самым единственного жилья при жизни, отсутствия факта наступления правовых последствий, вытекающих из договора дарения, позволяют прийти к выводу о наличии оснований к признанию заключенного между ФИО8 и ответчиком договора дарения, равно как и последующей совершенной сделки спорной квартиры, недействительными, с применением правовых последствий недействительности сделки.

ФИО1 просила признать договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО8 ФИО23 и ФИО5 ФИО24. Применить последствия недействительности сделки в отношении имущества в виде квартиры, находящейся по адресу: <адрес>, Гарнизон, <адрес>, путем приведения сторон в первоначальное положение.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, пояснила, что является сестрой ФИО8 Сестра на протяжении длительного времени злоупотребляла спиртными напитками, страдала хроническими заболеваниями, в связи с чем, не могла понимать значение своих действий и руководить ими на момент заключения оспариваемой сделки от ДД.ММ.ГГГГ.

Представитель истца ФИО1 – ФИО3, действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ сроком на один год, в судебном заседания требование искового заявления поддержал в полном объеме, пояснил, что договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ является недействительным по основаниям ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации. Экспертиза, предоставленная в материалы дела, является недопустимым доказательством, поскольку эксперты не ответили на часть вопроса, а, именно, эксперт психолог указал, что развернутого исследования процессов не проводилось, оценить однозначно стойкость и выраженность снижения познавательных процессов не представляется возможным. Не исследована возможность влияния лекарственных препаратов на способность ФИО8 понимать значение своих действий и руководить ими. Имеющиеся у ФИО8 заболевания, в частности, энцефалопатия, могли повлиять на способность умершей понимать значение своих действий.

Ответчик ФИО7 в судебное заседание не явился, о дне слушания дела извещен надлежащим образом, причина неявки неизвестна.

Представитель ответчика ФИО7 – ФИО4, действующая на основании доверенности от 10.10.2019 сроком на три года, в судебном заседании требование искового заявления не признала в полном объеме, указав, что свидетели по делу дают противоречивые показания, поэтому из их показаний невозможно установить состояние здоровья умершей на момент сделки. Нет оснований не доверять заключению экспертов, поскольку в их распоряжение были предоставлены все медицинские документы ФИО8. Наследодатель с ответчиком прожили вместе, в фактических брачных отношениях более 10 лет, поэтому, не вызывает сомнений ее желание подарить квартиру ответчику.

С учетом мнения истца, представителя истца, представителя ответчика, и на основании ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определил дело рассмотреть при данной явке.

Выслушав истца, его представителя, представителя ответчика, исследовав материалы дела, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО8 на праве собственности принадлежала квартира, расположенная по адресу: <адрес>, <адрес>.

11.07.20109 ФИО2 заключила договор дарения с ФИО7 принадлежащей ей на праве единоличной собственности квартиры, расположенную по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес>. Переход права собственности на квартиру к ФИО7 зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ в установленном законом порядке.

ФИО8 умерла ДД.ММ.ГГГГ (свидетельство о смерти от ДД.ММ.ГГГГ).

Её сестра ФИО1 (истец) приняла наследство, обратившись с соответствующим заявлением нотариусу нотариального округа <адрес> ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно пункту 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Пунктом 78 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», разъяснено, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Таким образом, лицом, имеющим право на оспаривание сделки, признаются не только ее непосредственные участники, но и иные лица, чьи имущественные права и охраняемые законом интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой, и могут быть восстановлены в результате признания такой сделки недействительной.

То есть лицо, не участвующее в договоре, и заявляющее иск о признании такого договора недействительным, должно подтвердить свое право на иск и доказать наличие материально-правового интереса в удовлетворении иска.

Материально-правовой интерес в применении последствий ничтожности сделки имеют лица, чьи имущественные права или охраняемые законом интересы будут непосредственно восстановлены в результате приведения сторон ничтожной сделки в первоначальное положение.

Из обяъснений истца ФИО1, ее представителя ФИО10, а так же свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО14, ФИО16 (судебное заседание от 04.12.2019) следует, что ФИО20 в период заключения оспариваемого договора, злоупотребляла спиртными напитками, в состоянии опьянения выявляла заторможенность, могла в ответ не поздороваться с окружающими. Была недостаточно ухоженной. Отмечали трудности в передвижении.

Ответчик ФИО7, а так же свидетели ФИО25, ФИО28, ФИО29, ФИО30 (судебное заседание от 04.12.2019 и от 20.12.2019), в судебном заседании напротив указали на то, что в период заключения спорной сделки ФИО8 в состоянии алкогольного опьянения не находилась, не наблюдалась в неадекватном состоянии.

При этом, пояснения свидетелей о внешнем виде ФИО6 не соотносятся между собой. Одни свидетели отмечали (ФИО17, ФИО18), что ФИО2 выглядела неряшливо, была одета плохо, одежда была старая. Носила ночки на изоленте. Другие же свидетели, ФИО13, ФИО19 напротив отмечали, что ФИО2 всегда была опрятная и аккуратная, ухоженная. В грязной одежде ее не видели. Свидетель ФИО15 пояснила, что в указанные период ФИО2 спиртные напитки не употребляла.

В связи с тем, что стороны в судебном заседании, а так же ряд свидетелей давали противоречивые показания относительно психического состояния здоровья ФИО2 в период составления договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ в рамках рассматриваемого дела была назначена судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО8, производство которой поручено экспертам Свердловского областного бюро судебно-психиатрической экспертизы г. Екатеринбурга.

Согласно заключению комиссии экспертов от 02.03.2020 № 3-0203-20, согласно выводов судебно-психиатрических экспертов: ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершая 14.0/8.2019 на период юридически-значимых событий (11.07.2019) по имеющимся данным согласно МКБ-10 не обнаруживала критериев достаточных для диагностики какого-либо психического расстройства, что не лишало ее способности понимать значение своих действий и руководить ими.

Согласно выводов эксперта психолога: по медицинским документации на период предшествующий юридически значимому событию у Геродотовой ТР.А. фиксируются снижение памяти, однако подробного исследования не проводилось, и однозначно определить выраженность, стойкость нарушений, а так же их влияние в момент совершения сделки 11.07.2019 не представляется возможным. Пояснения свидетелей о познавательных процессах у ФИО8 не соотносятся между собой. При трудностях передвижении у ФИО8 описываются сохранность социально бытовой сферы. У ФИО8 выраженного нарушения потребностно-мотивационной сферы с деформацией системы ценностных установок с преобладанием мотивации удовлетворения потребности в алкоголе, а так де признаков повышенной внушаемости, пассивно-подчиняемого, зависимого типа поведения в юридически значимый период не выявлено.

Согласно совместно (интегративного) вывода судебно-психиатрических экспертов и психолога-эксперта: ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в юридически-значимый период времени (11.07.2019) по сведениям из материалов дела и представленной медицинской документации не обнаруживала такого состояния, которое лишало бы ее способности понимать значение своих действий и руководить ими.

У суда нет снований не доверять указанному заключению экспертов. Экспертиза проведена в рамках рассмотрения настоящего дела, все эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. В распоряжение экспертов были предоставлены все материалы дела и имеющиеся медицинские документы ФИО8 Эксперты, вопреки утверждению представителя истца, ответили ясно и полно на все поставленные судом вопросы. Формулировки ответов экспертов на поставленные судом вопросы однозначны и не содержат каких-либо неясностей или противоречий.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 67 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о необходимости отказа ФИО1, в удовлетворении заявленных требований, поскольку предоставленными по делу доказательствами, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, не подтвержден тот факт, что на момент заключения оспариваемой сделки от 11.07.2019, наследодатель находилась в таком состоянии, когда не была способна понимать значение своих действий или руководить ими.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194, 198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 ФИО26 к ФИО5 ФИО27 о признании недействительным договора дарения квартиры.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме путем подачи жалобы через Сысертский районный суд.

Судья: Е. В. Тимофеев