Решение № 2-115/2026 2-115/2026(2-1494/2025;)~М-1227/2025 2-1494/2025 М-1227/2025 от 7 апреля 2026 г. по делу № 2-115/2026

Дело № 2-115/2026

33RS0006-01-2025-002182-23


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Вязники 25 марта 2026 года

Вязниковский городской суд Владимирской области в составе:

председательствующего судьи Агафоновой Ю.В.,

при секретаре Федосеевой А.А.,

с участием

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

третьего лица ФИО4,

прокурора Калашникова М.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Газпром газораспределение Владимир» о признании заявлений и дополнительных соглашений к трудовому договору недействительными, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, о признании приказа о дисциплинарном взыскании необоснованным и незаконным, его отмене, понуждении к совершению определенных действий, защите чести, достоинства и деловой репутации,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к АО «Газпром газораспределение Владимир», в котором с учетом неоднократных уточнений (т. 1 л.д. 35-36, 105-106, т. 2 л.д. 105) поставила вопросы:

о признании заявления об увольнении по соглашению сторон и дополнительного соглашения от 05.09.2025 № 3 к трудовому договору от 22.07.2024 № 11/07-2024 недействительными,

о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе в ранее занимаемой должности или иной, соответствующей образованию и навыкам с окладом не менее того, который имелся до увольнения,

о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула с даты увольнения и по день восстановления на работе,

о взыскании компенсации морального вреда и ущерба, причиненного действиями, направленными на принуждение к увольнению, в размере 10000 руб.

о признании приказа о дисциплинарном взыскании от 12.08.2025 № КВ/248-к необоснованным, незаконным и его отмене,

об обязании работодателя опубликовать опровержение вынесенного дисциплинарного взыскания в рамках организации с целью восстановления деловой репутации,

о взыскании компенсации морального вреда и ущерба, нанесенного репутации незаконно вынесенным дисциплинарным взысканием в размере 1 руб.,

о признании неправомерным, незаконным перевод с должности «ведущий специалист» на должность «ведущий специалист дистанционного обслуживания»,

о признании недействительными заявления о согласии на переименование должности и дополнительного соглашения от 13.08.2024 к трудовому договору о переводе на другую должность,

об обязании привести локальные нормативные акты относительно занимаемой ранее должности в соответствие с начальным содержанием трудового договора от 22.07.2024 № 11/07-2024 на момент подписания в части названия должности и обязательных условий в виде трудовых функций.

В обоснование исковых требований указано, что истец с 22.07.2024 работала в Газовой службе (ГС) г. Вязники филиала АО «Газпром газораспределение Владимир» в г. Коврове в подразделении Абонентская группа (АГ) в должности ведущий специалист и согласно должностной инструкции функционально осуществляла общее руководство подразделением АГ ГС г. Вязники.

Начиная с 16.04.2025 руководство ГС г. Вязники и филиала АО «Газпром газораспределение Владимир» в г. Ковров с подачи руководителя бухгалтерско-финансовой службы ГС г. Вязники пытались вынудить истца покинуть занимаемую должность, осуществляли нападки и на других сотрудников отдела АГ, пытались стравливать их между собой.

Такие действия они стали совершать после того, как ФИО1 стала находить факты недополучения денежных средств за фактически оказанные услуги и другие нарушения, а также довела их до руководства области. По обстоятельствам неправомерных действий упомянутых лиц в адрес истца и ее сотрудниц ФИО1 уведомила в соответствии с установленными в компании правилами согласно Кодекса корпоративной этики АО «Газпром» обращением в адрес «Горячей линии» 08.08.2025, где описала конфликтную ситуацию. Не получив ответ от «Горячей линии» Группы Газпром, но получив дисциплинарное взыскание со стороны руководства в целях дальнейшего увольнения ФИО1 по статье ТК, истец 19.08.2025 вторично обратилась в «Горячую линию» по факту нарушения ее прав, описав в обращении. 29.08.2025 истец повторно направила оба обращения, получив сообщение о проведении заседания Комиссии по мере поступления обращений и формировании повестки дня.

05.09.2025 истец обратилась к сотруднику кадровой службы ФИО5 за получением бланка заявления на увольнение, в выдаче которого фактически было отказано, однако представлен бланк заявления на увольнение по соглашению сторон, что не позволило впоследствии отозвать такое заявление. В бланке истец указала причину увольнения - по настоянию ФИО4 и ФИО6, однако в таком виде заявление сотрудником кадровой службы принято не было.

Столкнувшись с такой агрессией и противодействием выполнению обязанностей со стороны руководителей, заранее оповестив об этом работодателя и не получив поддержки, а также внятных разъяснений по порядку действий и должного урегулирования конфликтной ситуации, ФИО1 вынужденно и не по своей воле потеряла работу в Компании Газпром.

Кроме того, 11.08.2025 около 15.00 на рабочую почту истца пришел текст служебной записки о ненадлежащем исполнении должностных обязанностей от имени начальника ЕЦПУ ФИО7 в адрес заместителя директора АО «Газпром газораспределение Владимир» в г. Коврове ФИО8, которой утверждалось о постановке задачи проанализировать стадию выполнения определенных работ. После 16 с небольшим часов того же дня начальник ГС ФИО4 потребовал от истца написать объяснительную по поводу данного документа, что и было сделано ФИО1

12.08.2025 истца ознакомили с приказом о дисциплинарном наказании, при этом хронология привлечения к дисциплинарной ответственности указывает на несоблюдение установленного ТК РФ порядка.

Также, в период испытательного срока 12.08.2024 истцу, как и всем остальным сотрудникам АГ ГС г. Вязники специалистом ФИО5 был предъявлен готовый бланк заявления о переименовании должности для привидения в соответствие выполняемого функционала с 13.08.2024. В данное заявление ФИО5 потребовала вписать название настоящей должности «ведущий специалист» и должности, в которую производится переименование «ведущий специалист дистанционного обслуживания», что ФИО1 и сделала.

На следующий день истцу и иным специалистам был представлен бланк об ознакомлении, в котором ФИО1 поставила свою подпись. Виду полного вовлечения внимания и мыслей в изучение новой работы истец не придала этому значение, осознав истинный смысл только при ознакомлении с материалами гражданского дела. Однако, на самом деле описанными действиями был произведен перевод на другую работу по инициативе работодателя по ст. 74 ТК РФ с нарушением процедуры. Впоследствии появилась должностная инструкция по должности ведущий специалист дистанционного обслуживания с изменениями в разделе «ответственность», существенно расширившая круг трудовых обязанностей, нарушение которых вменено ФИО1 в качестве обоснования дисциплинарного наказания.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 заявленные исковые требования поддержали по изложенным в иске обстоятельствам.

Представитель ответчика ФИО3 и третье лицо ФИО4 возражали против удовлетворения исковых требований, полагая не доказанным оказание на истца давления в целях подписания спорного соглашения, а также указали на соблюдение процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности.

Остальные участники процесса в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Заслушав лиц, участвующих в процессе, заключение прокурора Калашникова М.П., полагавшего исковые требования не подлежащими удовлетворению, исследовав представленные материалы, суд приходит к следующему.

Установлено и не оспаривалось сторонами, что 22.07.2024 между АО «Газпром газораспределение Владимир» в лице директора филиала АО «Газпром газораспределение Владимир» в г. Коврове ФИО6 (работодатель) и ФИО1 (работник) заключен трудовой договор № 11/07-2024, согласно которому работник принят в Газовую службу (ГС) в г. Вязники филиала АО «Газпром газораспределение Владимир» в г. Коврове на должность ведущий специалист (т. 1 л.д. 7, 53-54).

Согласно трудовому договору трудовой функцией, конкретным видом поручаемой работы определено осуществление общего руководства подразделением, обеспечивая надлежащее исполнение функций, предусмотренных Положением о подразделении, обеспечение выполнения производственных заданий в соответствии с утвержденными планами и др. согласно должностной (производственной) инструкции.

12.08.2024 ФИО1 на имя главного инженера - заместителя директора филиала АО «Газпром газораспределение Владимир» в г. Коврове подано заявление, согласно которому истец не возражала против переименования должности «ведущий специалист» в должность «ведущий специалист дистанционного обслуживания» для привидения в соответствие фактически выполняемого функционала с 13.08.2024 (т. 1 л.д. 57).

13.08.2024 между АО «Газпром газораспределение Владимир» (работодатель) и ФИО1 заключено дополнительное соглашение № 1 к трудовому договору от 22.07.2024 № 11/07-2024 об изложении пункта 2 трудового договора в следующей редакции: «работник» переводится на должность «Ведущий специалист дистанционного обслуживания» без изменения трудовой функции и оплаты труда (т. 1 л.д. 56).

Согласно части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Статьей 72 ТК РФ предусмотрено, что изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

В соответствии с частью 1 статьи 74 ТК РФ в случае, когда по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда (изменения в технике и технологии производства, структурная реорганизация производства, другие причины), определенные сторонами условия трудового договора не могут быть сохранены, допускается их изменение по инициативе работодателя, за исключением изменения трудовой функций работника.

О предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, работодатель обязан уведомить работника в письменной форме не позднее чем за два месяца, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом (часть 2).

Согласно разъяснениям, данным в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при разрешении дел о восстановлении на работе лиц, трудовой договор с которыми был прекращен по пункту 7 части первой статьи 77 Кодекса (отказ от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора), либо о признании незаконным изменения определенных сторонами условий трудового договора при продолжении работником работы без изменения трудовой функции (статья 74 ТК РФ), необходимо учитывать, что исходя из статьи 56 ГПК РФ работодатель обязан, в частности, представить доказательства, подтверждающие, что изменение определенных сторонами условий трудового договора явилось следствием изменений организационных или технологических условий труда, например изменений в технике и технологии производства, совершенствования рабочих мест на основе их аттестации, структурной реорганизации производства, и не ухудшало положения работника по сравнению с условиями коллективного договора, соглашения. При отсутствии таких доказательств прекращение трудового договора по пункту 7 части первой статьи 77 Кодекса или изменение определенных сторонами условий трудового договора не может быть признано законным.

Из приведенных нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что работодатель имеет право по своей инициативе изменять определенные сторонами условия трудового договора (за исключением изменения трудовой функции работника) в случае изменения организационных и технологических условий труда и невозможности в связи с этим сохранения прежних условий трудового договора. Вводимые работодателем изменения не должны ухудшать положение работника по сравнению с установленным коллективным договором, соглашениями, а при их отсутствии - по сравнению с трудовым законодательством, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Таким образом, для решения вопроса о законности действий работодателя, направленных на изменение условий трудового договора, юридически значимыми обстоятельствами являются установление фактов того, что изменение определенных сторонами условий трудового договора явилось следствием изменения организационных или технологических условий труда и невозможности в связи с этим сохранения прежних условий трудового договора и что такое изменение определенных сторонами условий трудового договора не ухудшало положения работника по сравнению с условиями коллективного договора, соглашения, а при их отсутствии - по сравнению с трудовым законодательством, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Согласно пояснениям представителя ответчика ФИО3 переименование должности вызвано поступившим указанием ООО «Газпром межрегионгаз».

Действительно, согласно указанию ООО «Газпром межрегионгаз» от 09.08.2024 № АР-15/6181 при наличии в справочнике «должности» наиболее подходящей по функциональным обязанностям, фактически выполняемым работником, должности необходимо в обязательном порядке указывать ее в штатном расписании. Руководителям организаций, в том числе АО «Газпром газораспределение Владимир» необходимо в срок до 15.08.2024 привести наименование должностей в рамках функционала по предоставлению услуг на основе принципа «Единое окно» в соответствие актуальному справочнику «должности» согласно требованиям Трудового кодекса Российской Федерации с сохранением текущих условий труда (т. 2 л.д. 160).

Приказом АО «Газпром газораспределение Владимир» от 13.08.2024 № 597 внесены изменения в штатное расписание, в том числе Абонентской группы Газовой службы в г. Вязники путем конкретизации наименований должностей применительно к основному функционалу - работа с дистанционными обращениями абонентов либо очный прием соответственно дистанционного обслуживания либо персонального (т. 2 л.д. 163-164).

13.08.2024 АО «Газпром газораспределение Владимир» издан приказа № ВЯ/128-к о переводе работников на другую работу, в соответствии с которым ФИО1 с 13.08.2024 переведена на должность ведущий специалист дистанционного обслуживания Абонентской группы Газовой службы в г. Вязники филиала АО «Газпром газораспределение Владимир» в г. Коврове (т. 1 л.д. 58-59).

Частью 1 статьи 8 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что работодатели, за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями, принимают локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, в пределах своей компетенции в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями.

В соответствии с уточненным исковым заявлением ФИО1 в подтверждении своих требований о недействительности дополнительного соглашения от 13.08.2024 № 1 ссылалась на изменение положений должностной инструкции ведущего специалиста дистанционного обслуживания от 20.05.2025 значительно расширившей круг ее обязанностей, что, по мнению истца, требовало заключения дополнительного соглашения к трудовому договору применительно к ст. 72 ТК РФ.

Проанализировав должностные инструкции (т. 2 л.д. 110-111) как по должности «ведущий специалист» от 24.12.2023, так и по должности «ведущий специалист дистанционного обслуживания» от 20.05.2025 (т. 2 л.д. 106-107) суд усматривает внесение в раздел 2 «Должностные обязанности» должностной инструкции после переименования должности пунктов:

п. 2.18. Выполнять поручения по достижению ключевых показателей деятельности Общества в установленные сроки,

п. 2.20. Выполнять отдельные законные указания и поручения непосредственного руководителя по направлению деятельности,

п. 2.26. Знать: политику, опасности и риски в области ПБ, требования СУПБ; результаты идентификации опасностей и оценки рисков, необходимые меры управления; условия труда на рабочих местах, существующие риски повреждения здоровья; меры по защите от воздействий вредных и (или) опасных производственных факторов, гарантии и компенсации работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда; обстоятельства и причины производственного травматизма, аварий, инцидентов и других нежелательных событий; о вкладе и роли каждого работника в обеспечение результативности функционирования СУПБ: об ответственности за нарушение требований СУПБ; о вкладе в развитии культуры ПБ на производство; о возможности отказаться от выполнения работ при угрозе жизни и здоровью; о возможности давать свои предположения по совершенствованию СУПБ; требования пожарной безопасности;

в раздел 3 «Права»:

п. 3.2. Вносить предложения непосредственному руководителю для формирования Плана мероприятий по улучшению условий и охраны труда,

п. 3.3. Вносить предложения непосредственному руководителю для установки целей в области ПБ и формирования мероприятий по их достижению.

В раздел 4 «Ответственность» внесены:

изменение п. 4.1. «Невыполнение и (или) некачественное выполнение своих должностных обязанностей» на «Невыполнение или ненадлежащее выполнение функций, возложенных на структурное подразделение, и должностных обязанностей, предусмотренных настоящим документом».

изменение п. 4.2. «Недостоверность предоставляемой информации и отчетности по выполняемым работам» на «Недостоверность и несвоевременность предоставляемой информации и отчетности»,

п. 4.5. Нарушение правил обеспечения информационной безопасности.

п. 4.8. Причинение материального ущерба в пределах, определенных действующим трудовым и гражданским законодательством Российской Федерации.

Фактически оспаривая локальный акт (должностную инструкцию) применительно к ст. 74 ТК РФ и основывая свои требования на несоблюдении процедуры уведомления о предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора, ФИО1 умолчала о наличии должностной инструкции по должности «ведущий специалист дистанционного обслуживания» от 01.10.2024 (т. 2 л.д. 174-178).

Между тем, данная должностная инструкция абсолютно идентична с должностной инструкцией по должности «ведущий специалист» от 24.12.2023 за исключением наименования самой должности.

Доводы ФИО1 относительного того, что она не знала либо забыла о существовании данной инструкцией опровергаются листом ознакомления, содержащим подпись истца и дату ознакомления - 01.10.2024.

Должностная инструкция относится к числу локальных нормативных актов, при этом Трудовой кодекс Российской Федерации не регулирует вопросы ведения должностной инструкции работника, работодатель самостоятельно определяет порядок ее оформления и не обязан отчитываться перед работником о причинах изменения должностной инструкции.

Последующее включение в должностную инструкцию от 20.05.2025 ряда пунктов относится к текущей работе истца за весь период трудоустройства, являются общими и лишь конкретизируют трудовой функционал, никак не изменяя условия трудового договора.

Согласно ст. 57 ТК РФ в трудовом договоре могут предусматриваться дополнительные условия, не ухудшающие положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, в частности, об уточнении применительно к условиям работы данного работника прав и обязанностей работника и работодателя, установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

По соглашению сторон в трудовой договор могут включаться права и обязанности работника и работодателя, установленные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, локальными нормативными актами, а также права и обязанности работника и работодателя, вытекающие из условий коллективного договора, соглашений.

С учетом изложенного, не включение в трудовой договор каких-либо из указанных прав и (или) обязанностей работника и работодателя не может рассматриваться как отказ от реализации этих прав или исполнения этих обязанностей (Письмо Министерства труда и социальной защиты РФ от 25.04.2022 № 14-2/ООГ-2707 О ведении должностной инструкции работника).

Трудовая функция ведущего специалиста дистанционного обслуживания в связи с введением должностной инструкции в новой редакции не изменилась, работа ФИО1 выполнялась в соответствии со штатным расписанием, профессией, специальностью и квалификацией. Истец продолжала работу у того же работодателя и в том же структурном подразделении, не была переведена на другую работу, конкретный вид поручаемой работнику работы не изменился. Должностная инструкция в редакции от 20 мая 2025 года лишь уточняет и конкретизирует должностные обязанности ведущий специалист дистанционного обслуживания Абонентской группы Газовой службы в г. Вязники филиала АО «Газпром газораспределение Владимир» в г. Коврове, что изменением трудовой функции не является.

Конкретизация наименования должности применительно к основному функционалу не является изменением определенных сторонами условий трудового договора по смыслу указанных норм права, так как трудовая функция, занимаемая должность, характер выполняемой истцом работы не изменялись, а само приведение наименования должности ФИО1 в рамках функционала не связано с обстоятельствами, требующими соблюдения положений статей 72, 74 ТК РФ.

Таким образом, оснований для удовлетворения требований ФИО1 о признании неправомерным, незаконным перевод с должности «ведущий специалист» на должность «ведущий специалист дистанционного обслуживания», недействительными заявления о согласии на переименование должности и дополнительного соглашения от 13.08.2024 к трудовому договору о переводе на другую должность и обязании привести локальные нормативные акты относительно занимаемой ранее должности в соответствие с начальным содержанием трудового договора от 22.07.2024 № 11/07-2024 на момент подписания в части названия должности и обязательных условий в виде трудовых функций у суда не имеется.

Ссылка истца на положения статьи 168 ГК РФ несостоятельна, ввиду того, что регулирование трудовых отношений производится с учетом положений статьи 5 ТК РФ, которые, как и гражданское законодательство, не предусматривают применение к трудовым отношениям норм гражданского права.

Рассматривая требования ФИО1 о признании приказа о дисциплинарном взыскании от 12.08.2025 № КВ/248-к необоснованным, незаконным и его отмене, обязании работодателя опубликовать опровержение вынесенного дисциплинарного взыскания в рамках организации с целью восстановления деловой репутации, взыскании компенсации морального вреда и ущерба, нанесенного репутации незаконно вынесенным дисциплинарным взысканием в размере 1 руб. суд приходит к следующему.

12.08.2025 за подписью главного инженера-заместителя директора филиала АО «Газпром газораспределение Владимир» ФИО9 издан приказ № КВ/248-К о применении к ФИО1 меры дисциплинарного взыскания - замечания. Согласно приказу ФИО1 нарушены пп. 2.5 п. 2 Положения о подразделении Абонентской группы Газовой службы, пп. 2.1, 2.18, 2.20 п. 2 Должностной инструкции ведущего специалиста дистанционного обслуживания Абонентской группы Газовой службы (т. 2 л.д. 19).

В соответствии с частью 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Согласно части 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание (п. 1); выговор (п. 2); увольнение по соответствующим основаниям (п. 3).

Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника объяснение в письменной форме. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

В соответствии с п. 35 Постановления Пленума ВС РФ № 2 от 17 марта 2004 года, при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса, или об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Таким образом, в силу приведенных выше норм трудового законодательства и разъяснений, дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за нарушение им трудовой дисциплины, то есть за дисциплинарный проступок.

Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности. Не может рассматриваться как должностной проступок неисполнение или ненадлежащее выполнение обязанностей по причинам, не зависящим от работника (например, из-за отсутствия необходимых материалов, нетрудоспособности).

Противоправность действий или бездействия работников означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе положениям и уставам о дисциплине, должностным инструкциям.

При этом в силу действующего законодательства, на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к применению дисциплинарного взыскания, в действительности имело место; работодателем были соблюдены предусмотренные ч. ч. 3 и 4 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации сроки для применения дисциплинарного взыскания, учтена тяжесть совершенного проступка.

Согласно п. 2.5 Положения о подразделении одной из основных задач Абонентской группы Газовой службы является организация работ по контролю сроков исполнения договоров, заключенных с клиентами в пределах компетенции подразделения (т. 1 л.д. 73).

В соответствии с актуальной Должностной инструкции ведущий специалист ДО АГ ГС обязан (т. 1 л.д. 68-69):

осуществлять общее руководство подразделением, обеспечивая надлежащее исполнение функций, предусмотренных Положением о подразделении, обеспечивать выполнение производственных заданий в соответствии с утвержденными планами (пп. 2.1 п. 2),

выполнять поручения по достижению ключевых показателей деятельности Общества в установленные сроки (пп. 2.18 п. 2),

выполнять отдельные законные указания и поручения непосредственного руководителя по направлению деятельности (п.п. 2.20 п. 2).

25.07.2025 АО «Газпром газораспределение Владимир» оформлен протокол № 11-05/43 селекторного совещания у Генерального директора, которым постановлено в срок по 01.08.2025 провести инвентаризацию договоров по субсидиям (т. 2 л.д. 26).

Как следует из пояснений третьего лица - директора филиала АО «Газпром газораспределение Владимир» в г. Коврове ФИО10, после проведения селекторного совещания им 27.07.2025 ЕЦПУ филиала поставлена задача проанализировать стадию выполнения работ по объектам с заключенными договорами с предоставлением субсидий с последующим заключением при необходимости дополнительных соглашений о продлении сроков работ.

Согласно данным третьим лицом - начальником ЕЦПУ филиала ФИО7 в судебном заседании пояснениям 29.07.2025 в учетную систему КИС Мегаполис добавлен отчет «текущее состояние не закрытых договоров в ГЗУ по субсидиям» для удобства отработки указанных договоров. В тот же день в телефонном разговоре ФИО1 поставлена задача в срок до 31.07.2025 проанализировать этапы работ по каждому такому абоненту и в поле «комментарий» прописать текущую проблему по каждому договору. Учитывая большой объем работы ФИО1 предложено привлечь к данной работе других сотрудников АГ.

Представителем ответчика ФИО3 в ходе рассмотрения спора давались пояснения относительно работы КИС Мегаполис, а именно о том, что данное ПО представляет собой единую информационную базу, позволяющая путем гибкого поиска формировать различные отчеты, в том числе при помощи введенного 29.07.2025 отчета отслеживать текущее состояние не закрытых договоров в ГЗУ по субсидиям, при этом ПО автоматически подсвечивает просроченные договоры.

11.08.2025 начальником ЕЦПУ филиала в г. Коврове ФИО7 в адрес заместителя директора по строительству и инвестициям филиала АО «Газпром газораспределение Владимир» в г. Коврове ФИО8 направлена служебная записка, согласно которой по состоянию на 11.08.2025 задание в полном объеме не выполнено, согласно отчета отсутствуют комментарии, имеются просроченные договоры (т. 2 л.д. 22-24).

В тот же день заместителем директора по строительству и инвестициям филиала АО «Газпром газораспределение Владимир» в г. Коврове ФИО8 в адрес главного инженера-заместителя директора филиала АО «Газпром газораспределение Владимир» в г. Коврове ФИО9 направлена записка о ненадлежащем исполнении ФИО1 должностных обязанностей и просьбой поручить начальнику газовой службы ФИО4 предоставить подробные письменные пояснения от истца (т. 2 л.д. 21).

12.08.2025 ФИО1 на имя заместителя директора по строительству и инвестициям филиала АО «Газпром газораспределение Владимир» в г. Коврове ФИО8 представлена объяснительная записка, из который следует, что по состоянию на 11.08.2025 работа начата, но окончательно не выполнена по причине большого потока абонентов (прием и обслуживание которых более приоритетно в связке задач АГ) и нехватки сотрудников в связи с очередными отпусками. ФИО1 самостоятельно оценила реальный срок по выполнению задания - 18.08.2025 (т. 2 л.д. 25).

В ходе рассмотрения спора ФИО1 не оспаривался факт не выполнения в установленный срок поставленного руководством задания, а лишь указывалось на слишком короткий период (3 дня) для его исполнения с учетом большого объема текущей работы, догазофикации района, отключения ряда клиентов и нахождения в отпуске/на больничном сотрудников АГ.

Между тем, начальником ЕЦПУ ФИО7 в судебном заседании давались пояснения относительно предоставления ФИО1 дополнительного срока (неделя) для выполнения задания.

ФИО1 на вопрос суда относительно данного срока пояснила, что неделя АГ действительно была предоставлена, однако о данном факте при предъявлении исковых требований она «забыла». Поставленная задача на даты составления служебной записки и письменных объяснений истца выполнена не была, сотрудники АГ к ее реализации не привлекались, при этом исходя из ее пояснений ФИО1 самостоятельно определен приоритет в работе - работа с клиентами, а не выполнение указание руководителя.

Доводы истца лишь об устном указании проведения анализа и отсутствии у нее обязанности по выполнению требований ФИО7 опровергаются должностной инструкции, согласно которой ведущий специалист ДО АГ ГС находится в непосредственном подчинении начальника ГС филиала, в оперативном - начальника ЕЦПУ филиала (п. 1.2). Обязательная письменная форма указаний руководителей ни Положением о подразделении Абоненткой группы Газовой службы, ни должностной инструкцией ведущего специалиста ДО АГ ГС не предусмотрена.

Таким образом, у ФИО1 возникла обязанность по выполнению законного указания оперативного руководителя по направлению деятельности - начальника ЕЦПУ филиала ФИО7 и соответственно у ответчика были основания для применения к истцу дисциплинарного взыскания в виде предупреждения, поскольку факт ненадлежащего исполнения возложенных на него трудовых обязанностей нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения спора.

Учитывая, что в ходе судебного разбирательства факт совершения истцом дисциплинарного проступка нашел подтверждение и не был опровергнут, каких-либо объективных причин, препятствующих работнику надлежащим образом исполнить должностные обязанности, не зависящих от ее воли, у истца не имелось, порядок применения дисциплинарного взыскания, регламентированный статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации, ответчиком соблюден, приказ издан в пределах установленных законом сроков, доведен до сведения работника, при избрании меры дисциплинарного взыскания в виде предупреждения работодатель учел обстоятельства совершения ФИО1 дисциплинарного проступка, ее предшествующее поведение и отношение к труду, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены дисциплинарного взыскания, наложенного приказом от 12.08.2025 № КВ/248-К.

Одновременно суд отмечает, что, несмотря на доводы представителя ответчика, ФИО1 предусмотренный ч. 1 ст. 392 ТК РФ срок на обращение в суд для оспаривания дисциплинарного проступка не пропущен, поскольку соответствующие исковые требования поступили в суд 12.11.2025, то есть в пределах установленного действующим законодательства трехмесячного срока (т. 1 л.д. 35).

В силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

Согласно разъяснениям, указанным в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 3 от 24 февраля 2005 года «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судом являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Как указано в пункте 9 вышеназванного Постановления Пленума, в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений (абзац первый).

Обжалуемый истцом приказ о применении дисциплинарного взыскания принят в предоставленных АО и его руководителям полномочий, не противоречит требованиям законодательства, законность применения меры дисциплинарной ответственности проверена судом, факт ненадлежащего исполнения возложенных трудовых обязанностей нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения спора, что ни в какой мере не порочит честь и достоинство ФИО1

Данные обстоятельства позволяют суду придти к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска ФИО1 в данной части.

04.09.2025 ФИО1 на имя директора филиала АО «Газпром газораспределение Владимир» в г. Коврове ФИО6 подано заявление об увольнении 22.09.2025 по соглашению сторон (т. 1 л.д. 61).

05.09.2025 между АО «Газпром газораспределение Владимир» в лице директора филиала АО «Газпром газораспределение Владимир» в г. Коврове ФИО6 (работодатель) и ФИО1 (работник) заключено дополнительное соглашение № 3 к трудовому договору от 22.07.2024 № 11/07-2024, согласно которому трудовые отношения между работником и работодателем прекращаются 22 сентября 2025 года. Расторжение трудового договора оформляется по пункту 1 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (соглашение сторон). Работодатель обязуется в последний рабочий день выдать Форму СТД-Р работнику, произвести полный расчет (выплатить работнику заработную плату за фактически отработанное время, произвести иные выплаты/удержания, предусмотренные действующим законодательством) (т. 1 л.д. 62).

22.09.2025 ответчиком издан приказ № ВЯ/141-к о прекращении (расторжении) трудового договора со ФИО1 по соглашению сторон на основании пункта 1 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (т. 1 л.д. 63).

В тот же день ФИО1 знакомлена с приказом № ВЯ/141-к, а также с запиской-расчетом при прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) (т. 1 л.д. 64).

Трудовые отношения согласно части первой статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации.

Сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель (часть первая статьи 20 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации определены основные права и обязанности работника. В числе прав работника - право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац второй части первой статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Указанным правам работника корреспондирует обязанность работодателя соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров (абзац второй части второй статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Глава 13 Трудового кодекса Российской Федерации регламентирует прекращение трудового договора.

Статьей 77 Трудового кодекса Российской Федерации установлены общие основания прекращения трудового договора. В их числе согласно пункту 1 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации - соглашение сторон (статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 78 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

Как разъяснено в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 Трудового кодекса Российской Федерации при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

В подпункте «а» пункта 22 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации даны разъяснения о том, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Данное разъяснение Верховного Суда Российской Федерации о допустимости расторжения трудового договора по инициативе работника только при наличии его добровольного волеизъявления на прекращение трудовых отношений подлежит применению и при рассмотрении споров о расторжении трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации), поскольку и в этом случае необходимо добровольное волеизъявление работника на прекращение трудовых отношений с работодателем.

Из приведенных нормативных положений, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что в числе основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности.

В сфере трудовых отношений свобода труда проявляется в договорном характере труда, в свободе трудового договора, что предполагает не только возможность заключения работником и работодателем - посредством согласования их воли - трудового договора и определения его условий, но и возможность расторжения трудового договора в любое время по соглашению сторон.

Инициатива расторжения трудового договора по соглашению сторон может исходить как от работника, так и от работодателя.

Правовая природа соглашения о расторжении трудового договора как содержащего условия, на которых работник и работодатель прекращают трудовые отношения, предполагает наличие добровольного, осознанного и согласованного волеизъявления работника и работодателя на их прекращение, а также наличие взаимного интереса работника и работодателя в прекращении трудовых отношений. При этом добровольное и осознанное волеизъявление на прекращение трудовых отношений означает то, что соглашение о расторжении трудового договора не являлось вынужденным для сторон этого соглашения, при подписании такого соглашения каждая из его сторон (работник и работодатель) дала согласие не только на саму возможность прекращения трудового договора по соглашению сторон, но и понимала форму и момент заключения соглашения, то есть то, когда оно будет считаться окончательно оформленным и наступят установленные им юридические последствия.

Работник вправе оспорить свое увольнение по указанному основанию при отсутствии с его стороны добровольного и осознанного волеизъявления на подписание соглашения о расторжении трудового договора и прекращение в связи с этим трудовых отношений. Об отсутствии такого добровольного и осознанного волеизъявления со стороны работника могут свидетельствовать такие обстоятельства как оказание работодателем на работника давления с целью подписания им соглашения о расторжении трудового договора, непонимание работником последствий подписания этого соглашения, отсутствие в соглашении о расторжении трудового договора каких-либо гарантий работнику ввиду прекращения трудовых отношений. Вынужденный характер подписания работником соглашения о расторжении трудового договора также может явствовать из обстановки, в которой работодатель предложил работнику заключить такое соглашение и которая порождала у работника обоснованные опасения негативных последствий отказа от подписания соглашения о расторжении трудового договора.

Обращаясь в суд с исковыми требованиями об оспаривании заявления и дополнительного соглашения о расторжении дополнительного соглашения о расторжении трудового договора по соглашению сторон, ФИО1 указывала на оказание давление со стороны директора филиала АО «Газпром газораспределение Владимир» в г. Коврове ФИО6 и начальника Газовой службы в г. Вязники ФИО4 с целью принуждения ее к увольнению.

Как следует из искового заявления и объяснений ФИО1, данных в ходе рассмотрения спора, действия ФИО6 и ФИО4 по принуждению ее к увольнению обусловлены доведением до руководства Общества выявленных истцом нарушений и последующими обращениями в ПАО Газпром.

Материалы гражданского дела содержат следующие доказательства, представленные истцом:

обращение от 21.04.2025 в адрес начальника ЕЦПУ АО «Газпром газораспределение Владимир» ФИО25 за разъяснениями по поводу исполнителя отчета по авансовым платежам (т. 2 л.д. 93), в ответ на которое последняя разъяснила, что отчет не относится к Абонентской группе, работа которой заканчивается подписанием с заказчиком договора по подключению (т. 2 л.д. 94),

обращение от 22.04.2025 в адрес начальника ЕЦПУ АО «Газпром газораспределение Владимир» ФИО19 начальника ГС г. Вязники ФИО4 с указанием на выявление недоплаты при разборе по авансовым платежам по двум договорам о подключении. По мнению ФИО1 имеет место халатное отношение специалиста ДОГАЗ, перенаправившей адресованный ему отчет в АГ (т. 2 л.д. 95),

обращение от 25.06.2025 в адрес начальника ГС г. Вязники ФИО4 о принятии мер реагирования относительно сотрудника, разговорившего в АГ в присутствии абонентов на повышенных тонах с применением нецензурной брани (т. 1 л.д. 112),

обращение от 29.07.2025 в адрес начальника ЕЦПУ АО «Газпром газораспределение Владимир» ФИО20 относительно хамского обращения со стороны сотрудников других подразделений, а также действий ФИО6, настаивавшего на увольнении ФИО1 из-за самых низких показателей по синхронизации, реализации оборудования, заключенным договорам ТО ВДГО в МКД, при этом истец полагает, что АГ бессильна из-за самой большой газификации района, более низкого тарифа на проект по подключению в другой ООО (т. 1 л.д. 111).

обращение от 12.08.2025 в адрес начальника ЕЦПУ АО «Газпром газораспределение Владимир» ФИО21 относительно составления служебной записки начальником ЕЦПУ ФИО7 о ненадлежащем исполнении обязанностей ФИО1, в ответ на которое поступило сообщение об отсутствии указания на предпринятые меры и привлечение сотрудников АГ к данным работам (т. 1 л.д. 114).

обращение от 12.08.2025 в адрес начальника ЕЦПУ АО «Газпром газораспределение Владимир» ФИО22 по поводу наложения приказом от 12.08.2025 дисциплинарного взыскания, а также действий директора филиала ФИО6 во второй половине мая (дал срока на исправление ситуации), 22.07.2025 (предложил поднабраться опыта в должности специалиста), 29.07.2025 (вынуждал уволится) (т. 1 л.д. 113).

обращение от 09.09.2025 в адрес начальника ЕЦПУ АО «Газпром газораспределение Владимир» ФИО23. о неправомерном внесении в ГИС Мегаполис информации по договору, что 04.09.2025 поставили ФИО1 в вину, в результате чего истец написала заявление об увольнении и с понедельника будет находиться на больничном (т. 2 л.д. 135-137).

Третьим лицом ФИО6 (директор филиала) в судебном заседании от 23.01.2026 пояснялось, что в обязанности истца входит общее руководство Абонентской группы и соответственно организация ее работы. Одним из основных направлений деятельности АГ является проведение разъяснительной работы с абонентами, позволяющей провести сопровождение договора на всех стадиях его исполнения на основе принципа «Единое окно», то есть заключение договора, разработка проекта на техническое подключение, продажа соответствующего оборудования, проведение технических работ по подключению, непосредственно подключение, обслуживание оборудования (синхронизация). Такого рода синхронизация отслеживается руководством и в случае низких показателей происходит депремирование директора филиала, а соответственно и начальника Газовой службы. Газовая служба г. Вязники в период трудовой деятельности ФИО1 имела крайне низкие показатели по синхронизации, что явилось основанием для более тщательного контроля за осуществлением руководства истца АГ и непосредственного участия ФИО6 в деятельности группы. Действительно ФИО6 высказывались претензии по руководству ФИО1 Абонентской группой, однако они не сводились к требованию написать заявление об увольнении по собственному желанию.

Третье лицо ФИО4 (начальник ГС), подтвердив объяснения ФИО6, дополнительно указал, что им самим предпринимались попытки по налаживанию работы в АГ с учетом трудового функционала работников, однако через короткий промежуток времени специалисты с согласия истца возвращались к прежним обязанностям. Тем не менее, за весь период времени ни ФИО4, ни ФИО6 требований по написанию заявления на увольнение ФИО1 не заявляли, напротив, ФИО4 после подачи истцом заявления просил истца остаться в Газовой службе, предлагая и иные должности.

Согласно штатному расписанию филиала АО «Газпром газораспределение Владимир» в г. Коврове по состоянию на 17.11.2025 ведущим специалистом дистанционного обслуживания Абонентской группы после увольнения ФИО1 и до вынесения решения суда являлась ФИО11 (т. 1 л.д. 113).

Как следует из пояснений ФИО4, за короткий промежуток времени АГ под руководством ФИО11 удалось достичь необходимых показателей по синхронизации, претензий к работе группы со стороны директора филиала не имеется.

Третье лицо ФИО11 пояснила, что в целях достижения необходимых результатов, а также сбора документов по договорам, заключенным в период трудовой деятельности ФИО1 и ранее, специалисты АГ упорядочили свой трудовой функционал. В целях сбора необходимого пакета документов специалисты выходили на работу в выходные дни и в настоящее время в целях недопущения подобных переработок пакет документов на субсидии собирается и направляется в соответствующую организацию незамедлительно, а не в конце года, как было ранее.

Статьей 15 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Трудовым законодательством определено, что основной обязанностью работника является добросовестное исполнение трудовых обязанностей, возложенных на него трудовым договором (пункт 1 части 2 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель, в свою очередь, вправе требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей (пункт 4 части 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Заключенный со ФИО1 трудовой договор, равно как и должностная инструкция в качестве трудовой функции предусматривает осуществление истцом общего руководства подразделением, обеспечивая надлежащее исполнение функций, предусмотренным Положением о подразделении, в том числе таких как:

осуществление контроля за соблюдение договорных обязательств,

контроль выполнения плана продаж по предоставлению товаров, работ и услуг в пределах компетенции подразделения,

организация аналитического учета и расчетов за предоставленные товары, работы и услуги в пределах компетенции подразделения,

анализ целевой аудитории (потенциальных клиентов), определение потребности и уровня направленности клиентов в зоне ответственности ГС,

привлечение потенциальных клиентов путем проведения организационно-информационных мероприятий (презентации, выставки, размещение рекламы),

подготовка и направление начальнику ЕЦПУ филиала отчетов об основных итогах работы подразделения,

актуализация базы данных в информационной системе Общества в пределах компетенции подразделения, обеспечение своевременного и полного отражения изменений (т. 1 л.д. 73 оборот).

Анализ положений трудового договора в совокупности с должностной инструкцией и Положением о подразделении позволяет суду придти к выводу о том, что требования руководителей ФИО6 и ФИО4 относительно необходимости упорядочения трудового функционала специалистов АГ с целью поучения необходимых результатов в целях извлечения прибыли Обществом, не противоречат положениям п. 4 ч. 1 ст. 22 ТК РФ, не являются чрезмерными и не могут быть квалифицированы, как оказывающие давление на истца для достижения цели ее увольнения.

Обращения ФИО1 в адрес начальника ЕЦПУ носят деловой характер и сводятся к уточнению ряда рабочих вопросов. Кроме того, основания и порядок привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности проверены судом выше и признаны законными.

Доводы истца о невозможности достижения АГ необходимых результатов ввиду недостаточности сотрудников, нахождения ряда из них в отпусках и на листе нетрудоспособности представляются суду несостоятельными, поскольку штатное расписание в юридически значимый период было полностью укомплектовано, руководством по требованию ФИО1 выделялся дополнительный сотрудник из штатного состава филиала в г. Коврове, а также сокращалось время приема граждан.

Согласно пояснениям истца в судебных заседаниях, окончательное решение подать заявление о расторжении договора по инициативе работника принято ею в результате неправомерных действий бухгалтера ФИО12, намеренно совершившей должностной подлог в целях опорочить ФИО1 и принудить ее к увольнению.

Так, согласно пояснениям истца 03.07.2025 на рабочую почту истца поступило сообщение от ГКУ ВО «ЦЗН Владимирской области» о необходимости прислать исправленные платежные документы с указанием актуального подписанта для произведения оплаты по договору (т. 1 л.д. 25).

Исходя из пояснений истца, ввиду отказа исполнителя от исправления счета, она самостоятельно его оформила, проверила актуальность реквизитов и направила в ЦЗН. Впоследствии представитель ЦЗН повторно обратился с просьбой направить счет, но с четким оттиском печати, что ФИО1 и сделала. 04.09.2025 истец была вызвана в кабинет начальника ГС ФИО4, где с подачи и в присутствии ФИО12 руководитель поставил ей в вину направление неправильного счета, что лишило ЦЗН возможности своевременно его оплатить. ФИО4 в очередной раз потребовал написать заявление на увольнение ввиду большого количества ошибок со стороны истца.

29.01.2025 ГКУ ВО «ЦЗН Владимирской области» в адрес АО «Газпром газораспределение Владимир» направлено письмо о подготовке единого договора на техническое обслуживание и ремонт газового оборудования, газопроводов и сооружений на них на 2025 года, в том числе в отношении потребителя - филиала ГКУ ВО «ЦЗН Владимирской области» «Вязниковский» с адресом расположения объекта газопотребления по адресу: <...> (т. 2 л.д. 167).

04.03.2025 между АО «Газпром газораспределение Владимир» и ГКУ ВО «ЦЗН Владимирской области» заключен государственный контракт № 2025-29-ОГ55-0170 на техническое обслуживание и ремонт газового оборудования, газопроводов и сооружений на них, в том числе в отношении вышеуказанного объекта газопротребления (т. 2 л.д. 168-172).

Согласно пояснениям истца и представителя ответчика внесение данных относительно заключенного непосредственно АО «Газпром газораспределение Владимир» государственного контракта производится сотрудниками Общества г. Владимира, что и следует из представленного ФИО1 в материалы гражданского дела скриншота истории КИС Мегаполис (т. 1 л.д. 24).

Действительно, 07.07.2025 пользователем ФИО12 произведено редактирование данных объекта, указан иной договор ТО от 31.03.2023 № 2023-ВЯ-04-08-013.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО12 не отрицала факта внесения изменений, пояснив, что начальником ГС ФИО4 в начале года были даны указания относительно проверки актуальных сведений по заключенным договорам, по результатам которой ФИО1 на совещании доложила о их полном соответствии. Убедившись в актуальности сведений, ФИО4 дал указание бухгалтерии начать работу с дебиторской задолженностью. ФИО12 при работе с задолженностью в КИС Мегаполис установление внесение данных только по государственному контракту с указанием КПП непосредственно АО «Газпром газораспределение Владимир», что в случае выставления счета по имеющимся реквизитам привело бы к перечислению денежных средств за оказанные услуги непосредственно во Владимир. Руководствуясь пояснениями ФИО1 относительно актуальности реквизитов договоров филиала, ФИО12 добавила реквизиты последнего указанного в карточке договора и направила счет на оплату. 04.09.2025 было установлено, что договор от 31.01.2023 был заключен непосредственно самим филиалом и не актуален, при этом ФИО1 после размещения сотрудниками Общества в г. Владимире сведений о заключении государственного контракта необходимо было создать формально карточку договора с реквизитами государственного контракта, но КПП филиала для учета оказанных услуг и соответственно выставления счетов на оплату, что истцом сделано не было. 04.09.2025 действительно в кабинете ФИО4 произошел разговор относительно отсутствия договора, формально созданного на основании государственного контракта, однако это было лишь обсуждение текущих вопросов без указания на чью-либо вину. Более того, в трудовой функционал ФИО1 не входило формирование счетов на оплату и она не должна была производить какие-либо последующие манипуляции, связанные с карточкой договора.

ФИО1 в ходе судебного заседания не отрицалось, что формирование счетов на оплату не относится к должностным обязанностям, как ведущего специалиста дистанционного обслуживания, так и всей абонентской группы, а направление ЦЗН счета на оплату было ее личной инициативой после полученного на рабочую почту письма Учреждения. Договор с реквизитами государственного контракта в карточке ею действительно создан не был по причине незнания об этом.

Учитывая, что у ФИО1 вообще не было необходимости в формировании счета на оплату в силу отсутствия у нее таких трудовых обязанностей, доводы истца о совершении ФИО12 «должностного подлога» с целью последующего вменения в вину для реализации плана увольнения за два месяца до произошедшего 04.09.2025 представляются суду надуманными и не свидетельствуют об оказание какого-либо давления на ФИО1 со стороны работодателя.

Что касается ряда обращений истца в ПАО «Газпром» (т. 1 л.д. 133-135, 140-146, 153-156, 158, 159, 160-164, 165), то факты, изложенные в них, уже анализировались судом и им дана оценка выше, при этом иных доводов данные обращения не содержат. Согласно пояснениям представителя ответчика представителем работодателя проводилась проверка деятельности филиала, не установившая нарушений, что отмечалось и самой ФИО1 в своих обращениях.

Кроме того, следует отметить, что ПАО «Газпром» работодателем не является и не уполномочено рассматривать обращения работников АО «Газпром газораспределение Владимир», что привело к решению о направлении обращений ФИО1 в уполномоченную организацию ООО «Газпром межрегионгаз» согласно протокола заседания комиссии по корпоративной этики от 05.12.2025 № 60 (т. 1 л.д. 165). Согласно п.п. 3.3 устава АО «Газпром газораспределение Владимир» является дочерним обществом АО «Газпром газораспределение», которое вправе давать обязательные для Общества указания (т. 2 л.д. 27-28).

Более того, самой ФИО1 нарушен порядок обращения за разрешением конфликта интересов, предусмотренный пунктом 15 Кодекса корпоративной этики АО «Газпром газораспределение Владимир» (т. 1 л.д. 250, т. 2 л.д. 1-11), согласно которому в случае возникновения конфликта интересов работник должен обращаться к своему непосредственному руководителю. В случае если непосредственным руководителем не предприняты меры, направленные на предотвращение или устранения конфликта интересов, либо принятые меры не повлекли устранение конфликта интересов работник Общества информирует об этом комиссию.

30.01.2025 ФИО13 обязалась соблюдать требования и ограничения, установленные Кодексом корпоративной этики АО «Газпром газораспределение Владимир», о чем собственноручно расписалась в листе ознакомления (т. 2 л.д. 12, 13-18).

Что касается представленного в материалы дела заявления от 05.09.2025 с указанием на увольнение с 22.09.2025 по соглашению сторон по настоянию ФИО14 и ФИО6 (т. 1 л.д. 10), то доказательств его подачи в кадровое подразделение в таком виде со стороны истца суду не представлено и сотрудником кадрового подразделения ФИО5 в судебном заседании не подтверждалось. Работа кадрового подразделения по последующему оформлению увольнения истца производилось с заявлением от 04.09.2025, что напрямую следует из дополнительного соглашения № 3 к трудовому договору от 22.07.2024 № 11/07-2024 (т. 1 л.д. 62) и приказа от 22.09.2025 № ВЯ/141-к о прекращении трудового договора (т. 1 л.д. 63).

Кроме того, заявлений об отзыве заявления об увольнении по соглашению сторон ФИО1 в адрес работодателя не направлялось, на вынужденность увольнения в приказе о прекращении трудового договора не указывалось, что подтверждалось самим истцом при рассмотрении спора.

Однако, истец могла отказаться подписывать соглашение о расторжении трудового договора, тем не менее, подписала его, имела реальную возможность оценить правовые последствия его подписания и выразить тем самым свою истинную волю на прекращение трудового договора по данному основанию, обратиться к работодателю с заявлением об аннулировании ранее достигнутой договоренности о прекращении трудовых отношений, о подписании соглашения под давлением, заявить работодателю о своем желании продолжить трудовые отношения, однако этого не сделала.

По результатам рассмотрения обращения, поступившего из прокуратуры Вязниковского района, ЦМТ ГИТ даны лишь разъяснения относительно возможности обращения в суд при несогласии с увольнением по соглашению сторон с приведением позиции, изложенной в определении Верховного суда РФ от 22.09.2025 № 5-КГ25-113-К2 (т. 2 л.д. 48).

В указанном в разъяснениях ЦМТ ГИТ определении Верховного суда РФ высшей судебной инстанцией изложены указания Конституционного Суда Российской Федерации о том, что, свобода труда, а равно и свобода трудового договора предполагают не только возможность заключения работником и работодателем трудового договора (часть первая статьи 16, абзац второй части первой статьи 21 и абзац второй части первой статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации), но и возможность его прекращения в любое время по соглашению сторон, то есть на основе их добровольного и согласованного волеизъявления (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации). Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса интересов сторон трудового договора, являющегося необходимым условием гармонизации трудовых отношений. Волеизъявление работника на расторжение трудового договора по соглашению сторон нередко обусловлено выплатой ему выходного пособия, которое - хотя в данном случае увольнение и предполагает волеизъявление работника на прекращение трудовых отношений - тем не менее призвано смягчить наступающие для работника негативные последствия увольнения, связанные с потерей им работы и утратой заработка, а целью такого увольнения для работника, как правило, является не столько прекращение трудовых отношений с работодателем, сколько получение дополнительных денежных средств, без которых само увольнение по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации) не отвечает его интересам и попросту утрачивает для него смысл (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2009 года № 1091-О-О, от 23 июля 2020 года № 1827-О, постановление от 13 июля 2023 года № 40-П, определение от 16 января 2025 года № 6-О).

Дополнительное соглашение № 3 к трудовому договору от 22.07.2024 № 11/07-2024 действительно не содержит условие о выплате ФИО1 выходного пособия.

Между тем, расторжение трудового договора фактически было инициативой самого истца, доказательств обратного суду не представлено.

Представителем кадрового подразделения ФИО5 давались пояснения относительно причины выдачи ФИО1 бланка заявления на увольнение именно по соглашению сторон по причине самостоятельного определения истцом срока увольнения свыше установленного ст. 80 ТК РФ срока предупреждения об увольнении (18 дней), что, по мнению третьего лица, привело бы к дополнительным претензиям со стороны истца.

ФИО1 не лишена была возможности предупредить работодателя об увольнении применительно к ст. 80 ТК РФ в свободной форме, а не путем заполнения бланка.

Доводы истца относительно потери работы и увольнения «в никуда» опровергается пояснениями самой ФИО1 о наличии у нее большого опыта работы в соответствии с профильным образованием и поступлением предложений по трудоустройству на должность бухгалтера.

Следует отметить, что ФИО1 с июля 2025 года установлена «надбавка за личный вклад», что является правом Общества, а за 1 и 2 квартал 2025 года установлена «дополнительная стимулирующая выплата по решению руководителя», направленная на удержание работников в организации и выплачивая не всем категориям сотрудников (т. 1 л.д. 217 оборот).

Общество было заинтересовано в ФИО1, как в работнике, о чем свидетельствуют попытки упорядочить трудовой функционал работников АГ со стороны работодателя, назначение стимулирующих выплат, перенос отпуска по личным обстоятельствам.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Трудовым кодексом Российской Федерации работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников. При установлении судом факта злоупотребления работником правом суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе.

ФИО1 в ходе рассмотрения спора последовательно давались пояснения о преднамеренном написании заявления о расторжении трудового договора в целях последующего обращения в суд с требованием о восстановлении ее на работе. По мнению истца, восстановление ее на работе решением суда привело бы к боязни работодателя в последующем предъявлять к ней любые претензии, несмотря на их обоснованность.

Кроме того, истец поясняла, что сотрудники АГ возможно не справлялись со стоящими перед ними задачами по причине нахождения в отпусках («не хватало людей»), а также большой догазофикации района, которое к рассмотрению спора уже освоена. Согласно пояснениям истца меньший фронт работы безусловно позволит ей в дальнейшем выполнять весь оставшийся объем и соответственно справляться с поставленными задачами. Однако, истец был ознакомлен с условиями трудового договора и должностными обязанностями, был с ними согласен, а соответственно осознавал и ответственность руководящей работы и ее объем.

Высказывания истца относительно того, что восстановление на работе решением суда позволит ей вернуться «как королева» и «все приутихнут», по мнению суда, носят признаки злоупотребления правом, что не допустимо применительно к презюмируемому добросовестному осуществлению гражданских прав.

Более того, обращение в суд ровно через месяц после увольнения по причине ознакомления с законодательством и формирования позиции лишь применительно к судебной практике, как указывалось истцом, также говорит о действительном намерении ФИО1 по осуществлению гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а не в целях защиты доведения до суда истинной картины произошедшего.

Поскольку в ходе рассмотрения спора не нашли своего подтверждения доводы истца об оказании на нее давления с целью увольнения, требования руководителей носили предоставленный им п. 4 ч. 1 ст. 22 ТК РФ законный характер, работодателем соблюдена процедура увольнения ФИО1, то оснований для удовлетворения требований истца о признании дополнительного соглашения о расторжении трудового договора, восстановлении на работе и взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула не имеется.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Поскольку в ходе рассмотрения спора неправомерных действий или бездействия работодателя АО «Газпром газораспределение Владимир» не установлено, то и оснований для удовлетворения производных требований истца о взыскании компенсации морального вреда не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к АО «Газпром газораспределение Владимир» о признании заявлений и дополнительных соглашений к трудовому договору недействительными, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, о признании приказа о дисциплинарном взыскании необоснованным и незаконным, его отмене, понуждении к совершению определенных действий, защите чести, достоинства и деловой репутации отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Вязниковский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Ю.В. Агафонова

Решение в окончательной форме принято 08.04.2026.