Апелляционное постановление № 22-1742/2026 от 28 апреля 2026 г.

Судья Бабанина О.М.

Дело № 22-1742/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 29 апреля 2026 года

Пермский краевой суд в составе

председательствующего Щеклеина А.И.,

при секретаре судебного заседания Ирдугановой Ю.В.,

с участием прокурора Левко А.Н.,

осужденной ФИО1,

адвоката Багдериной А.О.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Гурылевой И.А., апелляционным жалобам осужденной ФИО1, адвоката Силкиной С.А. в ее защиту на приговор Дзержинского районного суда г. Перми от 17 марта 2026 года, которым

ФИО1, родившаяся дата в ****, несудимая,

осуждена по ч. 2 ст. 297 УК РФ к штрафу в размере 180 000 рублей, в соответствии с п.п. 1, 1.1, 3 ч. 10 ст. 109 УПК РФ, ч. 5 ст. 72 УК РФ с учетом содержания под стражей 27 июня 2025 года, срока применения меры пресечения в виде запрета определенных действий, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, с 28 июня по 20 октября 2025 года, нахождения в психиатрическом стационаре при проведении судебно-психиатрической экспертизы в период с 21 октября по 2 декабря 2025 года наказание в виде штрафа смягчено до 150 000 рублей.

Судом решены вопросы по мере пресечения, судьбе вещественных доказательств.

Изложив содержание обжалуемого приговора, существо апелляционного представления и апелляционных жалоб, поступивших возражений, заслушав мнение прокурора Левко А.Н., выступление осужденной ФИО1, адвоката Багдериной А.О., суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 признана виновной в неуважении к суду, выразившемся в оскорблении судьи, участвующего в отправлении правосудия.

Преступление совершение в месте, период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Гурылева И.А., не оспаривая доказанность вины и квалификацию действий ФИО1, считает, что приговор подлежит изменению в связи с неправильным применением уголовного закона, несоответствием выводов суда, изложенным в приговоре, фактическим обстоятельствам дела и нарушением уголовно-процессуального закона. В обоснование доводов представления указывает, что суд, придя к выводу о том, что из описания преступного деяния следует исключить сведения о наличии умысла у ФИО1 при размещении комментария от 27 февраля 2025 года ввиду отсутствия в нем оскорбительных высказываний, что не образует состав преступления, в то же время не исключил из описания преступного деяния суждения о действиях ФИО1 27 февраля 2025 года. Кроме того, автор апелляционного представления указывает о необходимости произвести верный зачет в счет назначенного наказания в виде штрафа время содержания ФИО1 под стражей с 27 июня по 28 июня 2025 года, а также запрета определенных действий в период с 29 июня по 20 октября 2025 года, поскольку 28 июня 2025 года ФИО3 фактически еще была задержана, а мера пресечения в виде запрета определенных действий начала действовать в отношении нее с 29 июня 2025 года.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 считает приговор незаконным, необоснованным и подлежащим отмене, поскольку судом нарушены единообразие в толковании и применении норм материального и процессуального права. В обоснование доводов жалобы указывает, что приговор постановлен на недостоверных, необоснованных и незаконных доказательствах, ее вина и умысел на совершение преступления материалами дела не подтверждается. Считает заключение эксперта от 25 августа 2025 года недопустимым доказательством, так как оно не имеет юридической силы и не может быть положено в основу обвинительного приговора, поскольку были нарушены требования ст. 198 УПК РФ при ознакомлении стороны защиты с постановлением о назначении экспертизы, в связи с чем у нее не имелось возможности поставить свои вопросы перед экспертом. Считает, что вопросы экспертам – лингвистам и филологам поставлены некорректно и неграмотно. Полагает, что по результатам проведенных экспертиз не определено и не выявлено наличие «оскорбления», а лишь указано о выявлении «негативной оценки» в виде «мнения и оценочного суждения в «литературной форме», а также не доказана «неприличная форма» в текстах отзывов, что является обязательным требованием при квалификации действий по ч. 2 ст. 297 УК РФ. Считает, что обвинение не содержит конкретных слов и выражений, которые инкриминируются ей как оскорбительные выражения и слова, и построено на непроверенных и необоснованных доказательствах, кроме того, обращает внимание на то, что в текстах комментариев имеется фраза «это мое личное мнение и оценочное суждение». Указывает, что в материалах уголовного дела не имеется доказательств того, что с IP-адреса ее смартфона были написаны комментарии, а также нет свидетелей, подтверждающих факт написания ею комментариев на сайте. Обращает внимание, что в ходе судебного заседания не было установлено конкретное техническое устройство, с которого размещались комментарии на сайте «Судьи России», его местонахождение, с какого расстояния удаленности от Wi-Fi роутера составлены инкриминируемые тексты, не проведена компьютерно-техническая экспертиза в целях установления пользователя, разместившего комментарии на вышеуказанном сайте. Указывает на отсутствие каких-либо комментариев на указанном сайте в отношении судьи Т., что было ею обнаружено на сайте после сообщения следователя о проведении проверки. Отмечает, что она была зарегистрирована на сайте «Судьи России», но только для оформления личной страницы юриста. Выдвигает версию о взломе ее аккаунта, которая не была проверена следствием. Кроме того, не проверен период и продолжительность размещения инкриминируемого текста отзыва на сайте. Считает, что показания свидетеля А. не могут быть положены в основу обвинительного приговора, поскольку ничего конкретного относительно инкриминируемого ей преступления он не сообщил. Обращает внимание на показания свидетеля Л. о том, что она с 25 марта 2025 года приезжала к последней с ночевкой домой, где не имеется выхода в Интернет, что доказывает ее невиновность. Считает, что предварительное следствие проведено некачественно, не квалифицированно, не полностью исследованы доказательства по делу. Полагает, что имеет место злоупотребление должностными полномочиями, их превышение со стороны представителей властных государственных структур. Приводя анализ судебной практики судов высших инстанций, нормативных актов, Конституции РФ, мнение владельца сайта А., считает, что уголовное преследование в отношении нее является незаконным и нарушает ее права. Утверждает о причастности иных лиц, в том числе недоброжелателей, к совершению преступления и ее оговора, о чем также свидетельствует выявление потерпевшей негативных отзывов на сайте в момент их публикации. Указывает на наличие сговора и согласованных действий лиц. Высказывается о предвзятом отношении со стороны суда и представителей предварительного следствия. Отмечает свое согласие с решением, вынесенным по ее иску по гражданскому делу, несмотря на наличие процессуальных нарушений при принятии ее гражданского иска. Обращает внимание на то, что незаконное уголовное преследование причинило ей моральные страдания и вред. При назначении наказания не учтено, что она ранее не судима, не состоит на учетах у врачей нарколога и психиатра, имеет положительные характеристики. Выражает несогласие с размером назначенного штрафа. Просит прекратить уголовное преследование в связи с отсутствием состава преступления или направить уголовное дело на дополнительное расследование, приговор отменить или вынести оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе адвокат Силкина С.А. считает приговор незаконным, необоснованным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. В обоснование доводов жалобы указывает, что сведения о выходе в сеть Интернет через роутер осужденной и факт принадлежности аккаунта ***@gmail.ru не могут свидетельствовать о ее виновности. Регистрация ФИО1 на сайте «Судьи России» не исключает факта использования ее электронной почты третьими лицами в связи с потерей телефона, в том числе ее недоброжелателями с целью опорочить ее репутацию в качестве юриста. Материалами дела и исследованными доказательствами не исключена возможность несанкционированного доступа к аккаунту ФИО1 третьими лицами. Считает, что заключение эксперта от 25 августа 2025 года получено с нарушением права на защиту ввиду несвоевременного ознакомления с постановлением о назначении указанной экспертизы. Обращает внимание на то, что заключения экспертов от 4 августа 2025 года и 25 августа 2025 года установили отсутствие неприличной лексики в комментариях, что уголовно наказуемым деянием не является. Отмечает, что на момент рассмотрения уголовного дела в суде первой и апелляционной инстанции инкриминируемые комментарии на сайте отсутствуют, в связи с чем выводы суда о содержании, характере и форме высказываний не могут считаться достоверно установленными, поскольку основаны не на непосредственном исследовании первоисточника, а на производных материалах. Полагает, что суд необоснованно проигнорировал наличие существенных и неустранимых сомнений в виновности ФИО1 Отмечает, что ФИО1 вела законопослушный образ жизни, ранее к уголовной ответственности не привлекалась, фактов проявления неуважения к суду либо совершения аналогичных правонарушений за ней не установлено, она характеризуется положительно. Просит приговор отменить, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденной ФИО1 государственный обвинитель Гурылева И.А. считает приговор законным и обоснованным, просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

В возражениях на апелляционное представление и в отзыве на возражение государственного обвинителя осужденная ФИО1 просит приговор отменить, прекратить уголовное преследование в связи с отсутствием состава преступления или вынести оправдательный приговор.

Проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Вывод суда о виновности ФИО1 в неуважении к суду, выразившемся в оскорблении судьи, участвующего в отправлении правосудия, при обстоятельствах, изложенных в приговоре, подтвержден совокупностью доказательств, исследованных и проверенных в судебном заседании, которые оценены судом в полном соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения уголовного дела по существу, с соблюдением принципов презумпции невиновности (ст. 14 УПК РФ) и свободы оценки доказательств (ст. 17 УПК РФ).

При этом суд, исследовав обстоятельства, подлежащие доказыванию, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, в соответствии со ст. 307 УПК РФ указал мотивы, по которым в основу выводов положены одни доказательства и отвергнуты другие.

Данных об искусственном создании доказательств обвинения либо об их фальсификации в материалах дела не имеется и суду апелляционной инстанции не представлено.

Доводы стороны защиты о непричастности осужденной ФИО1 к совершению инкриминируемого деяния ввиду возможного взлома и использования ее аккаунта посторонними лицами, о возможности оставления оскорбительных комментариев в адрес судьи недоброжелателями, с которыми у нее имелся конфликт со студенчества, об отсутствии мотива и умысла на совершение преступления, о неполноте предварительного расследования ввиду неустановления технического устройства и его IP-адреса, с которого размещались комментарии в адрес судьи в сети «Интернет», о недопустимости заключений экспертов, нарушениях требований уголовно-процессуального закона при назначении экспертиз, об отсутствии оскорблений в неприличной форме в опубликованных текстах, что указывает на отсутствие состава преступления, как видно из материалов уголовного дела и протокола судебного заседания, выдвигались в ходе судебного следствия, были предметом тщательной проверки в суде первой инстанций, в результате которой мотивированно, со ссылкой на установленные обстоятельства, отвергнуты.

Отвергая эти доводы, суд первой инстанции правильно в обоснование виновности ФИО1 сослался, как того требует уголовно-процессуальный закон, на совокупность доказательств.

Так, сама осужденная не отрицала как фактические обстоятельства, связанные с рассмотрением судьей Т. гражданского дела по ее иску к МВД РФ о компенсации морального вреда, в ходе которого председательствующим ей было объявлено замечание, так и свою осведомленность о результатах рассмотрения гражданского иска, что также следует из показаний свидетеля А., которому со слов ФИО1 известно о присуждении ей по решению суда компенсации в размере 5 000 рублей.

Наряду с этими, не противоречащими совокупности исследованных судом доказательств, показаниями осужденной, суд правомерно положил в основу приговора показания потерпевшей Т., судьи Свердловского районного суда г. Перми, назначенной на должность Указом Президента Российской Федерации от 4 января 2024 года, согласно которым в ее производстве находилось гражданское дело по иску ФИО1, в ходе рассмотрения которого 26 февраля 2025 года ФИО1 было сделано замечание за несоблюдение порядка при проведении судебного заседания, а 26 марта 2025 года вынесена резолютивная часть решения. В этот же период времени, зайдя на сайт «Судьи России», она увидела, что в ее профиле были размещены комментарии от пользователя «Наталья», оставленные в дни судебных заседаний по рассмотрению иска ФИО1, в которых имелась информация о рассмотренном гражданском деле по иску последней, и которые содержали оскорбительные в ее адрес высказывания, унижающие честь и достоинство в связи с осуществлением полномочий судьи, подрывающие авторитет судебной власти.

Показания указанных лиц подтверждаются протоколом осмотра материалов гражданского дела № 2-1322/2025 по иску ФИО1 к УМВД России по г. Перми и МВД РФ о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным бездействием сотрудника полиции, из которого следует, что 26 февраля 2025 года в протокол судебного заседания под председательством судьи Т. занесено замечание истцу ФИО1, 26 марта 2025 года по делу принято решение, оглашена его резолютивная часть; протоколом осмотра публичной страницы в сети «Интернет» по URL-адресу: https://судьироссии.рф/, на котором в профиле судьи Свердловского районного суда г. Перми Т. обнаружены 6 отрицательных отзывов от лица, зарегистрированного на указанном сайте под именем «Natalia», размещенные 27 февраля 2025 года и 26 марта 2025 года, в которых указано не только о несогласии с результатом рассмотрения гражданского дела по иску ФИО1 к МВД РФ, в том числе размером удовлетворенных требований, но и приведены подробности рассмотрения гражданского иска, в частности, сведения об объявлении судьей замечания с занесением в протокол судебного заседания, а также сведения о самом лице, разместившем комментарии, как о кандидате на должности судьи, имеющим высшее образование и стаж по специальности 25 лет, опыт работы юристом в Главном управлении Министерства юстиции РФ и в ФГУП «Почта России».

Кроме того, виновность осужденной подтверждается показаниями свидетеля А., администратора сайта «Судьи России», согласно которым комментарии на сайте может оставить только зарегистрированный пользователь, для регистрации необходимо создать имя (ник), пароль, указать почтовый ящик, на который приходит подтверждение пароля, по электронной почте можно идентифицировать пользователя, который оставил комментарии; протоколом осмотра ответа владельца Интернет-сайта https://судьироссии.рф/, из которого следует, что пользователь под именем «Natalia» при регистрации на указанном сайте использовал адрес электронной почты «***@gmail.com»; протоколом осмотра предметов, согласно которому были осмотрены изъятые в ходе обыска в жилище ФИО1 заметки, в которых обнаружен адрес электронной почты ***@gmail.com и пароль от данной учетной записи, а в сотовом телефоне ФИО1 «Galaxy A06» обнаружен почтовый ящик под именем «***@gmail.com» с фотоизображением ФИО1, в котором обнаружены сообщения от Google от 14 апреля 2025 года с сообщением о восстановлении аккаунта ***@gmail.com, а также от «судьи-россии.su» от 22 мая 2025 года о сбросе пароля; протоколом осмотра сведений АО «ЭР-Телеком Холдинг», в которых отражены сведения о посещении через WI-FI роутер, принадлежащий ФИО1, сайтов в сети «Интернет» 27 февраля 2025 года с 02:22:58 по 02:24:58, 26 марта 2025 года в период времени с 23:27:18 по 23:27:29; с 21:58:56 по 22:00:17; с 21:50:17 по 21:54:28; с 21:40:18 по 21:42:18; с 21:32:18 по 21:36:29, то есть в периоды времени, когда были размещены комментарии на сайте.

На основании этих доказательств суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что комментарии на сайте «Судьи России» в профиле судьи Т. были размещены именно ФИО1, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции, поскольку из анализа этих доказательств – регистрации лица под именем «Natalia» с использованием адреса электронной почты «***@gmail.com», который и был обнаружен в изъятом у ФИО1 сотовом телефоне наряду с заметками с паролем от данной электронной почты, содержания самих комментариев, в которых отражены сведения о предмете иска, сторонах по делу, размере удовлетворенных требований, занесении замечания в протокол судебного заседания, то есть обстоятельства, которые могли быть известны только участникам судебного заседания, наряду со сведениями о самом лице, разместившем комментарии, как о кандидате на должность судьи, имеющим высшее образование и стаж по специальности 25 лет, опыт работы юристом в Главном управлении Министерства юстиции РФ и в ФГУП «Почта России», о чем неоднократно показывала сама осужденная в ходе судебного разбирательства в суде первой и апелляционной инстанции, – следует, что выдвинутая версия защиты о совершении преступления иными лицами, в том числе из числа недоброжелателей или неправомерно получивших доступ к электронной почте ФИО1 в результате утери телефона, является явно надуманной. Эти доводы защиты суд апелляционной инстанции расценивает как способ осужденной уйти от ответственности, а потому они подлежат отклонению.

При этом выдвинутая осужденной только в ходе судебного разбирательства версия о невозможности использования сети «Интернет» в инкриминируемые периоды ввиду нахождения ее дома у матери судом обоснованно отклонена, с приведением соответствующих мотивов, связанных не только с родственными отношениями свидетеля Л., но и как противоречащая исследованным по делу доказательствам, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Имеющиеся по делу доказательства, свидетельствующие о причастности осужденной к совершению инкриминируемого ей деяния, вопреки позиции защиты, являлись достаточными для принятия законного и обоснованного решения по делу, а потому доводы защиты о неустановлении устройства, с которого были размещены комментарии, его IP-адреса, удаленности расположения от Wi-Fi роутера, непроведении с этой целью технической компьютерной экспертизы, подлежат отклонению.

Из материалов уголовного дел следует, что действительно по состоянию на май 2025 года данные комментарии с сайта были удалены, тем не менее размещение этих комментариев было зафиксировано органами предварительного расследования в протоколе осмотра публичной страницы в сети «Интернет» по URL-адресу: https://судьироссии.рф/ 23 апреля 2025 года, что, вопреки мнению осужденной, указывает на наличие события преступления и об отсутствии оснований полагать о создании искусственных доказательств со стороны обвинения. При этом по смыслу закона период размещения этих комментариев не является определяющим для вывода о наличии в действиях ФИО1 состава инкриминируемого деяния.

Выводы суда об оскорбительном характере выражений, содержащихся в комментариях, оставленных ФИО1 на сайте, подтверждается не только показаниями потерпевшей Т. об их восприятии, как унижающих ее честь и достоинство, но и заключениями экспертов.

Так, из заключения эксперта № 487 следует, что в текстах, предоставленных на исследование, имеются высказывания, в которых выражена негативная оценка в отношении судьи Свердловского районного суда г. Перми Т.: «Негативная и плохая злорадная судья нелюдь!», «Оборотень» в мантии!», «Нечестная! Фальшивая! Глупая судья!» (СТ3); «Неадекватная фальшивая судья» (СТ4); «Заявляйте отвод этой асоциальной позорной судье!», «Плохая негативная злорадная и неадекватная судья!», «Поганка судебной системы!», «Это недобросовестный судья!», «Пусть дисквалифицируют эту нелюдь и оборотень в судебной мантии!» (СТ5); «Фальшивая судья вне закона!», «Противная судья!», «Циничная судья!» и «Нечестная судья!» (СТ6). Языковые средства, при помощи которых выражена негативная оценка, относятся к стилистически нейтральной (не осложненной какими-либо коннотациями и бранной функцией) литературной (соответствующей литературной норме) лексике, за исключением стилистически маркированной литературной лексемы «нелюдь», которая характеризуется разговорным характером, выполняет бранную функцию и осложнена коннотацией презрительного отношения к объекту оценки.

Кроме того, согласно заключению эксперта № 2649/11-1 в высказываниях, отраженных в отзывах на сайте, реализуется значение унизительной оценки судьи Т. Для выражения значения унизительной оценки в высказываниях (отзывах) используется стилистически нейтральная (аферистка, злоумышленница, антисудья, позор судебной системы, коррумпирована, негативная, плохая, злорадная, неадекватная, нечестная, фальшивая, глупая, асоциальная, позорная, недобросовестная, грязная противная, циничная, нечестная), а также разговорная, просторечная (поганка, оборотень, нелюдь, вредный) лексика, не относящаяся к неприличной (обесценной, нецензурной) лексике.

Вопреки доводам жалоб, оснований для признания заключений экспертов недопустимыми доказательствами не имеется, поскольку исследования проведены экспертами, обладающими специальными познаниями и достаточным опытом работы. Заключения экспертов являются мотивированными, ясными, выводы экспертов не имеют противоречий и содержат ответы на все поставленные вопросы, согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, а потому оснований для назначения по делу повторной или дополнительной экспертизы не имелось. Кроме того, в компетенцию экспертов не входит вопрос о юридической оценке содеянного, а потому этот вопрос, вопреки позиции осужденной, не мог быть поставлен перед экспертами.

Несмотря на выводы в заключениях экспертов об отсутствии лингвистических признаков неприличной формы выражения, принимая во внимание особую роль судебной власти в жизни общества, особый статус судьи при отправлении правосудия, саму судебную процедуру, подобного рода высказывания, которые допущены осужденной в адрес судьи, с учетом восприятия этих высказываний потерпевшей, в данных конкретных условиях обоснованно признаны как оскорбляющие потерпевшую, ее честь и достоинство, содержащие неприличную форму.

Суд апелляционной инстанции соглашается с мнением осужденной о наличии у нее в соответствии со ст. 29 Конституции РФ права на свободу мысли и слова. Вместе с тем, статье 29 Конституции РФ о свободе слова для каждого корреспондирует и часть 3 статьи 17 Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Высказывания, допущенные ФИО1 в публичном пространстве на Интернет-ресурсе, доступном неограниченному кругу лиц, в оставленных ею комментариях 26 марта 2025 года, содержат значение унизительной оценки личности потерпевшей, что следует из содержания заключений экспертов, и были восприняты ею соответствующе. Эти высказывания недопустимы, они бесспорно связаны с негативной оценкой личности судьи, тем самым подрывают авторитет судебной власти, а потому по своему смыслу оскорбительны, что, как верно отмечено судом, и составляет объективную сторону инкриминированного преступления.

Выражение личного мнения и оценочных суждений, на что указывает осужденная, возможно, если они сделаны в рамках закона и не содержат признаки оскорбления. Несогласие осужденной с действиями судьи и принятым ею решением могло быть выражено в рамках предусмотренной законом процедуры обжалования судебного решения, чего ей сделано не было. Однако нереализация этой процессуальной возможности не давало ей право унижать честь и достоинство потерпевшей путем использования неприличных, оскорбительных выражений, размещенных публично.

Вопреки мнению защиты судом правильно установлено, что мотив действий ФИО1 связан с профессиональной деятельностью судьи по рассмотрению ее иска в порядке гражданского судопроизводства. Суд привел достаточные основания, подтверждающие, что написанные осужденной оскорбления не являлись случайными, они содержательно связаны с конкретным делом. То обстоятельство, что оскорбления имели место не в зале судебного заседания, а в сети «Интернет», не свидетельствует об отсутствии в действиях осужденной состава преступления, поскольку по смыслу закона ответственность за инкриминируемое ФИО1 преступление наступает при оскорблении судьи, участвующего в отправлении правосудия, в любой форме, в том числе путем использования электронных средств, что имело место в данном конкретном случае.

Об умысле ФИО1 на совершение преступления свидетельствует сам характер ее действий, связанных с неоднократным публичным размещением отзывов о судье Т., связанных с отправлением ею правосудия, содержащих отрицательную оценку ее личности как судьи, дискредитирующие и подрывающие ее моральный престиж как в глазах окружающих, участников процесса, так и в ее собственных глазах.

Судом установлено, что 27 февраля 2025 года ФИО1 был размещен комментарий, в котором она выражала несогласие с действиями судьи Т. в судебном заседании 26 февраля 2025 года, то есть при отправлении ею правосудия, не содержащий оскорбительных высказываний. Однако в дальнейшем эти действия осужденной переросли в иную, оскорбительную форму, реализованную путем размещения оскорбительных комментариев (26 марта 2025 года) в адрес этого же судьи при отправлении ею правосудия в судебном заседании 25 марта 2025 года, а потому суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами апелляционного представления о необходимости исключения из описания преступного деяния действий осужденной по размещению комментария от 27 февраля 2025 года, поскольку эти действия приведены для полноты картины преступления, а потому не являются излишними и не подлежат исключению из описания преступного деяния.

Каких-либо не устраненных судом существенных противоречий в доказательствах, требующих их истолкования в пользу осужденной, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Оснований к оговору ФИО1 со стороны потерпевшей Т., показания которой согласуются с другими доказательствами по делу, суд первой инстанции обосновано не усмотрел, не находит их и суд апелляционной инстанции. То обстоятельство, что потерпевшая Т., обнаружив комментарии, не обратилась к администратору сайта с просьбой об их удалении, а обратилась в правоохранительные органы, об оговоре осужденной не свидетельствует.

Все обстоятельства, имеющие значение для дела, в том числе доводы защиты, приведенные в обоснование своей позиции по делу, были судом всесторонне исследованы и проанализированы, им в приговоре дана надлежащая оценка.

Переоценка положенных в основу приговора доказательств со стороны защиты, выявление несущественных и незначительных противоречий в документах, не отражающихся на полноте восстановленной картины произошедшего, по мнению суда апелляционной инстанции, является способом защиты ФИО1 и обусловлены необходимостью опорочить эти доказательства, а потому не могут быть признаны обоснованными.

Таким образом, проанализировав представленные доказательства в совокупности, суд правильно установил фактические обстоятельства уголовного дела и верно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 2 ст. 297 УК РФ. Оснований для иной их юридической оценки, а также для оправдания ФИО1 по предъявленному обвинению суд апелляционной инстанции не усматривает. Частное мнение юристов, на которое ссылается осужденная и прикладывает к апелляционной жалобе, возражениях, отзыве соответствующие статьи, выдержки, брошюры, материалы судебной практики, не могут быть приняты во внимание, поскольку даны без учета конкретных обстоятельств по рассматриваемому уголовному делу и не имеют преюдициального значения.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона органами предварительного расследования и судом первой инстанции, которые способны поставить под сомнение законность обжалуемого приговора, либо указывающие на необходимость возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, не установлено. Нарушения порядка возбуждения уголовного дела судом апелляционной инстанции не выявлено, постановление о возбуждении уголовного дела вынесено уполномоченным на то должностным лицом при наличии повода (рапорта об обнаружении признаков преступления) и оснований, указывающих на наличие признаков преступления.

Оснований для признания каких-либо доказательств, в частности заключений экспертов, недопустимыми доказательствами по мотиву несвоевременного ознакомления осужденной с постановлением о назначении экспертиз, не имеется. По смыслу уголовно-процессуального закона, положения п. 1 ч. 1 ст. 198 УПК РФ о праве подозреваемого (обвиняемого) лица знакомиться с постановлением о назначении судебной экспертизы призваны обеспечить такому лицу возможность заявить ходатайства, указанные в части 1 данной статьи, которые связаны с производством экспертизы. Как видно из материалов дела, при ознакомлении ФИО1 и ее защитника с постановлениями о назначении судебных экспертиз и с заключениями экспертов каких-либо заявлений, ходатайств, отводов экспертам или новых вопросов от ФИО1 и ее защитника не поступило. Кроме того, следует учитывать, что в условиях состязательности судебного процесса стороны вправе высказывать свое мнение относительно имеющихся в деле экспертиз и в судебном заседании. Они вправе высказывать суду свое мнение как по существу сделанных экспертами выводов, так и по процедуре проведения экспертизы, выразить свои суждения о компетенции экспертов, а также вправе ходатайствовать перед судом о проведении повторной или дополнительной экспертизы, если есть сомнение в правильности выводов экспертов, или имеется необходимость в постановке перед экспертами дополнительных вопросов. Как следует из протокола судебного заседания, указанными правами сторона защиты воспользовалась в полном объеме. То обстоятельство, что выводы экспертов не устраивают ФИО1, не является основанием для признания заключений экспертов недопустимыми доказательствами, а экспертов – некомпетентными.

В ходе судебного следствия судом соблюдались требования ст. 15 УПК РФ, сторонам была предоставлена возможность в равной степени реализовать свои процессуальные права. Ходатайства участников судебного разбирательства были разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, все доказательства, представленные сторонами, исследованы надлежащим образом в соответствии с требованиями закона.

Данных, свидетельствующих об ущемлении прав осужденной на защиту или иного нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, которые путем лишения или ограничения гарантированных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, в материалах не содержится.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии со ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, которое относится к категории небольшой тяжести, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, влияния наказания на исправление осужденной и условия жизни ее семьи, данных о личности осужденной.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд не только признал, но и должным образом учел: состояние здоровья осужденной и ее близких родственников, нахождение на иждивении и оказание помощи матери осужденной, нахождение на иждивении совершеннолетней дочери осужденной, обучающейся на очной форме обучения, принесение извинений потерпевшей.

Иных обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ и подлежащих обязательному признанию смягчающими наказание, материалы дела и апелляционные жалобы не содержат.

Назначенное осужденной наказание в виде штрафа является соразмерным, справедливым и достаточным для обеспечения достижения его цели – восстановления социальной справедливости, исправления осужденной и предупреждения совершения новых преступлений.

Размер штрафа определен судом с учетом тяжести совершенного преступления, имущественного положения осужденной, а также с учетом возможности получения ею заработной платы или иного дохода. Из содержания приговора следует, что при определении имущественного положения осужденной судом были учтены все те обстоятельства, на которые ссылается сторона защиты, а именно: ее трудоспособный возраст, наличие у нее заработной платы, а также доход бывшего супруга, наличие на иждивении совершеннолетней дочери и матери, ежемесячных платежей, а потому оснований для снижения назначенного наказания не имеется.

Вопрос о рассрочке штрафа подлежит рассмотрению в порядке исполнения приговора, о чем также указано в постановлении Дзержинского районного суда г. Перми от 1 апреля 2026 года, исследованного судом апелляционной инстанции.

В то же время, суд апелляционной инстанции, соглашаясь с доводами апелляционного представления, приходит к выводу о необходимости уточнения периодов содержания ФИО1 под стражей и мерой пресечения в виде запрета определенных действий при решении вопроса о зачете этих периодов в счет назначенного наказания в виде штрафа.

Судом правильно установлено, что 27 июня 2025 года ФИО1 была задержана в порядке ст. 91 УПК РФ, а на следующий день, 28 июня 2025 года, в отношении нее была применена меры пресечения в виде запрета определенных действий с применением запрета, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, который действовал по 20 октября 2025 года. Поскольку до применения запрета определенных действий осужденная фактически содержалась под стражей, необходимо уточнить период нахождения ее под стражей и применения к ней запрета, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, а именно с 27 по 28 июня 2025 года и с 29 июня по 20 октября 2025 года соответственно. С учетом времени изоляции осужденной с 27 июня по 20 октября 2025 года, которое суд и принял во внимание, снижая назначенное наказание, уточнение указанных выше периодов не влечет снижения наказания в соответствии с ч. 5 ст. 72 УК РФ, поскольку данная норма уже применена судом.

Иных нарушений уголовного или уголовно-процессуального законов, которые могли бы повлечь за собой отмену или изменение приговора суда, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционное представление государственного обвинителя Гурылевой И.А. удовлетворить частично.

Приговор Дзержинского районного суда г. Перми от 17 марта 2026 года в отношении ФИО1 изменить:

указать в резолютивной части приговора на зачет в счет назначенного наказания в виде штрафа времени содержания ФИО1 под стражей с 27 по 28 июня 2025 года, а также периода действия меры пресечения в виде запрета определенных действий с 29 июня по 20 октября 2025 года.

В остальном этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденной ФИО1, адвоката Силкиной С.А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий – подпись.