Решение № 2-3777/2018 2-3777/2018~М-3351/2018 М-3351/2018 от 21 ноября 2018 г. по делу № 2-3777/2018

Дело №2-3777/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

22 ноября 2018года г.Уфа

Ленинский районный суд г.Уфы Республики Башкортостан в составе

председательствующего судьи Харламова Д.А.,

при секретаре Хазиахметовой Э.Т.,

с участием представителя истца ФИО8,

с участием помощника прокурора Ленинского районного суда <адрес> ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по <адрес>, третьему лицу Прокуратуре Республики Башкортостан о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по <адрес>, третьему лицу Прокуратуре Республики Башкортостан о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование, в котором просит: взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 1 760 000,00 рублей, компенсацию имущественного вреда в порядке реабилитации, причиненного в результате незаконного уголовного преследования в размере 1 324 073,75 рублей, обязать прокурора принести официальные извинения от имени государства, а также направить по месту его предыдущего места работы письменное сообщение, полностью, оправдывающее его по возбужденному уголовному делу, с извинениями за незаконное уголовное преследование.

В обоснование своих требований указал следующее, ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем второго отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета РФ по <адрес> ФИО6 возбуждено уголовное дело в отношении ФИО7 и других неустановленных лиц по признакам преступления, предусмотренного п. «а», «в» ч.5 ст. 290 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ был задержан ФИО2 в порядке статьи 91 УПК РФ по подозрению в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «в» ч.5 ст. 290 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ в отношении истца Советским районным судом <адрес> избрана мера пресечения в виде домашнего ареста.

Постановлением о прекращении уголовного преследования от ДД.ММ.ГГГГ следователя по ОВД Уфимского следственного отдела на транспорте Приволжского следственного управления на транспорте Следственного комитета РФ уголовное преследование ФИО2 прекращено по основанию, предусмотренному п.2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. В соответствии со ст. 134 УПК РФ за ФИО2 признано право на реабилитацию и возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием.

Согласно ст. 53 Конституции РФ, ст.ст. 133,136 УПК РФ, а также ст. 1070, 1100 ГК РФ компенсация морального вреда в результате незаконного уголовного преследования является одной из составляющих реабилитации, вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде возмещается в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом., а также независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу. Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Незаконным уголовным преследованием ФИО2 причинен моральный вред, выразившийся в нравственных переживаниях, беспокойстве и опасении по поводу своего будущего своей семьи. Он испытывал глубокие нравственные переживания по поводу унижения его чести и достоинства, был нарушен сон, он испытывал постоянное чувство тревоги.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находился под домашним арестом, не мог осуществлять свои трудовые обязанности, а также содержать свою семью, в том числе двоих малолетних детей.

До задержания по подозрению в совершении преступления (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) ФИО2 служил в отделе экономической безопасности и противодействия коррупции Уфимского ЛУ МВД России на транспорте на должности старшего оперуполномоченного. На службе характеризуется только с положительной стороны. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 уволен со службы по собственному желанию. Однако, такое желание он выразил, будучи задержанным по подозрению в совершении преступления и заключенным под стражу, а потому был лишен возможности выполнять обязанности по трудовому договору, что свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между увольнением и осуществлением в отношении ФИО2 незаконного уголовного преследования.

Кроме того, в период предварительного расследования уголовного дела ФИО2 был лишен возможности трудоустройства по специальности в связи с заключением под стражу и не имел средств к существованию для обеспечения потребностей своих двоих несовершеннолетних детей и супруги, а также осуществления платежей по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному с ПАО «Сбербанк России» на срок 60 месяцев, а также кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному с ПАО«Сбербанк России» на срок 20 лет.

В результате всего вышеизложенного ФИО2 испытывал сильный стресс и тревогу на протяжении продолжительного периода времени (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 352 дня).

Учитывая обстоятельства дела (основания для прекращения уголовного дела), характер нарушенных прав истца (длительность рассмотрения дела и избранную меру пресечения), его личность, характер причиненных нравственных страданий, материальное положение сторон, требования разумности, справедливости ФИО2 оценивает причиненный ему моральный вред в 1 760 000 рублей (5 000 руб. за каждый день незаконного уголовного преследования),

Получение достойной компенсационной суммы есть достижение справедливости. Получение достойной суммы компенсации морального вреда есть возможность испытать положительные эмоции, которых был лишен Истец на протяжении срока отбытая наказания.

В результате возбуждения уголовного дела ФИО2 был вынужден уволиться со службы в ОВД, в связи с чем, начиная с августа 2017 года заработная плата истцу не начислялась, иных источников дохода у ФИО2 не имеется, возможности трудоустроиться в связи с арестом также не было. Согласно справке о доходах, физического лица за 2016 год № от ДД.ММ.ГГГГ среднемесячная заработная плата истца на прежнем месте работы составляла 58 825 рублей (705 900/12 = 58 825). Таким образом, общий размер неполученной истцом заработной платы в результате незаконного уголовного преследования в течение 10 полных месяцев составляет 588 250 рублей.

Исходя из положений части 1 статьи 133 УПК РФ и части 4 статьи 135 УПК РФ о возмещении вреда реабилитированному в полном объеме и с учетом уровня инфляции: размер выплат, подлежащих возмещению реабилитированному, определяется судом с учетом индекса роста потребительских цен по месту работы или жительства реабилитированного на момент начала уголовного преследования, рассчитанного государственными органами статистики Российской Федерации в субъекте Российской Федерации на момент принятия решения о возмещении вреда.

Согласно данным, опубликованным на официальном сайте территориального органа федеральной службы государственной статистики по РБ индекс потребительских цен в январе – июле 2018 года к январю – июлю 2017 года составил 101,5%.

Таким образом, размер неполученной ФИО2 заработной платы с учетом индекса роста цен составил 597 073,75 рублей (588 250 Х 1,015 = 597 073,75).

Кроме того, во время уголовного преследования у ФИО2 и его семьи были следующие обязательства по кредитам: 1) кредитный договор № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный с ПАО «Сбербанк России» на срок 60 месяцев, сумма кредита 610 000 сумма ежемесячного платежа 15 682,05 руб. (№); 2) кредитный договор № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный с ПАО «Сбербанк России» на срок 20 лет, сумма кредита 2 903 808 сумма ежемесячного платежа 29 382,19 руб. (№); 3) кредитный договор № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между супругой ФИО2 – ФИО1 и ПАО «АК БАРС» Банк на срок 60 месяцев, сумма кредита 550 000 сумма ежемесячного платежа 13 522,00 руб. (№).

Таким образом, общая сумма ежемесячных платежей по кредитным договорам составляла 45 064,24 рубля, а с ДД.ММ.ГГГГ – 5 586,24 рубля. Учитывая, что во время уголовного преследования ФИО2 не имел возможности трудоустроиться всё обязанности по содержанию семьи и погашению ежемесячных платежей по кредитам легли на супругу ФИО2 – ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

В состав семьи ФИО2 входит супруга ФИО1, а также двое несовершеннолетних детей ФИО2,ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Прожиточный минимум в <адрес> в период уголовного преследования ФИО2 составил: 3 квартал 2017 года, для трудоспособного населения 9 187 руб., для детей 8 483 руб.; 4 квартал 2017 года, для трудоспособного населения 8 850 руб., для детей 8 288 руб.; 1 квартал 2018 года, для трудоспособного населения 9 141 руб., для детей 8 695 руб.; 2 квартал 2018 года, для трудоспособного населения и для детей не установлен.

Таким образом, прожиточный минимум на содержание семьи ФИО2 в период уголовного преследования составил: 3 <адрес> года - 35 340 руб. в месяц; 4 <адрес> года-34 276 руб. месяц; 1 <адрес> года - 35 672 руб. в месяц.

Согласно справке № от ДД.ММ.ГГГГ среднемесячная заработная плата за 2017 год ФИО1 составляла 52 435,96 руб. ((542 440,67 - 70 517)/9 = 52 435,96), а в 2018 году в соответствии со справкой № от ДД.ММ.ГГГГ - 56 245,69 руб. ((193 951,08 - 25 214)/3 = 56 245,69).

В результате общей суммы дохода ФИО1 в период уголовного преследования было недостаточно для покрытия расходов на содержание семьи, а также погашение кредитных обязательств. В связи с этим, ФИО2 был вынужден брать денежные средства взаймы на общую сумму 227 000 рублей, что подтверждается расписками от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ. Также ФИО1 была вынуждена взять Кредит № для дальнейшего покрытия обязательств по Кредиту № и Кредиту №.

Согласно ст.135 УПК РФ возмещение лицу имущественного вреда при реабилитации включает в себя возмещение иных расходов, понесенных реабилитированным вследствие незаконного или необоснованного уголовного преследования, подтвержденных документально либо иными доказательствами. Под иными расходами, возмещение которых реабилитированному предусмотрено пунктом 5 части 1 статьи 135 УПК РФ, следует понимать расходы, которые понесены реабилитированным лицом непосредственно в ходе уголовного преследования.

Таким образом, получение ФИО2 денежных средств взаймы, а также получение кредитных средств по Кредиту № супругой ФИО1 находится в прямой причинно-следственной связи с незаконным уголовным преследованием и подлежит возмещению в соответствии со ст. 135 УПК РФ.

В период уголовного преследования ФИО2 было заключено соглашение № от ДД.ММ.ГГГГ с адвокатом Уфимского центрального филиала БРКА ФИО8 об участии в предварительном следствии. Размер гонорара адвокату по соглашению установлен в размере 500 000 рублей. ФИО2 размер гонорара по соглашению оплачен; в размере 3 000 рублей, что подтверждается квитанцией 176465 от ДД.ММ.ГГГГ Объем поручении по соглашению выполнены адвокатом в полном объёме. Таким образом ФИО2 имеет задолжен по оплате услуг адвоката в размере 497 000 руб.

На основании вышеизложенного полагал, что в результате указанных действий (бездействий) он понес нравственное и психологическое страдание, в связи с чем ему был чем был причинен моральный вред.

Просил суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в порядке реабилитации, причиненного в результате незаконного уголовного преследования в размере 1 760 000 рублей; компенсацию имущественного вреда в порядке реабилитации, причиненного в результате незаконного уголовного в размере 1 324 073,75 рублей; а также обязать прокурора принести ему в судебном заседании официальные извинения от имени государства, а также направить по месту его предыдущего места работы письменное сообщение, полностью оправдывающее его по возбужденному уголовному делу, с извинениями за незаконное уголовное преследование.

В последующем в ходе судебного заседания исковые требования были уточнены. Судом принят отказ истца от исковых требований в части возмещения имущественного вреда в размере 1 324 073,75 рублей.

Истец ФИО2 будучи извещенным о дате судебного заседания не явился, представил суду заявление о возможности рассмотрения гражданского дела без его участия.

Представитель истца ФИО8, действующий по ордеру, исковые требования с учетом уточнений поддержал, просил удовлетворить их в полном объеме.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по <адрес> в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, представил суду отзыв на исковое заявление которым с предъявленными исковыми требованиями ФИО2 не согласен, считает их необоснованными по следующим основаниям. Постановлением следователя по ОВД Уфимского следственного отдела на транспорте Приволжского следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ в отношении него прекращено уголовное дело по обвинению в совершении преступления предусмотренного п. «а, в» ч. 5 ст. 290 УК РФ по основаниям предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

В соответствии со ст. 134 УПК РФ за ФИО2 признано право на реабилитацию. В результат незаконного привлечения к уголовной ответственности ФИО2 причинен моральный и имущественный вред. Моральный вред, причиненный в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности истец оценивает в 1 760 000 рублей.

В соответствии со ст. 21 УПК РФ, в каждом случае обнаружения признаков преступления прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель принимают предусмотренные УПК РФ меры по установлению события преступления, изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления, то есть даже наличие формальных признаков является основанием для возбуждения уголовного дела и производства в полном объеме всех следственных действий.

Согласно материалам судебного дела, истец ФИО2 обвинялся в совершении преступления предусмотренного п. «а, в» ч. 5 ст. 290 УК РФ. Следовательно, все процессуальные действия в отношении истца были совершены в рамках УПК РФ, т.е. на момент привлечения его к уголовной ответственности были правомерными.

Истец также указывает, что в ходе незаконного привлечения к уголовной ответственности, ему причинен моральный вред, выразившийся в нравственных переживаниях, испытания чувства унижения человеческого достоинства.

Обязательство по возмещению морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, за счет средств соответствующей казны в соответствии с ч. 1 ст. 1070 ПС РФ возникает только при наличии одновременно следующих условий, наличие которых должно быть доказано истцом: претерпевания вреда; неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерным действием (бездействием) и вредом.

Поскольку для доказывания вышеназванных условий возникновения обязательства из деликта действующим законодательством не установлены какие-либо особые правила, то в силу статьи 56 ГПК РФ, устанавливающей обязанность стороны доказать суду те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований, истцу необходимо доказать факт нарушения своих прав. Так, истец должен представить суду доказательства того, что он действительно претерпел нравственные страдания, и в чем они конкретно выражались.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Действующее законодательство – в системном единстве его предписаний не исключает принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела и руководствуясь принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина.

При этом установленный действующим законодательством механизм защиты личных неимущественных прав, предоставляя гражданам возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты, не освобождает их от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации».

При рассмотрении требований истца о компенсации морального вреда должны приниматься во внимание указания, содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», в частности, необходимо: дать надлежащую оценку физическим и нравственным страданиям, о претерпевании которых утверждает истец, оценить их характер, степень, глубину; учесть индивидуальные особенности истца, которые могут быть подтверждены, например характеристикой представленной истцом; исследовать другие конкретные обстоятельства, свидетельствующие о тяжести перенесенных истцами физических и нравственных страданий.

Таким образом, с учетом того, что факт причинения нравственных страданий и вреда личным неимущественным правам истцом не доказан, оснований для возмещения ФИО2 морального вреда по данному делу не имеется.

В части заявленных истцом требований о возмещении имущественного вреда в размере 1 324 073,75 рублей Минфином России отмечается следующее.

Возмещение имущественного вреда причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности регламентируется нормами УПК РФ.

Следовательно, истец с требованием о возмещении имущественного вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, должен обратиться в порядке статьи 135 УПК РФ.

При рассмотрении судом требований о возмещении имущественного вреда применяется порядок, установленный законом для разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора. В силу статей 397, 399 УПК РФ основанием для рассмотрения вопроса о возмещении имущественного вреда реабилитированному является ходатайство самого реабилитированного.

Таким образом, требования ФИО2 в части возмещения материального вреда подлежат прекращению, поскольку данные требования подлежат рассмотрению в порядке, установленном нормами уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации.

В исковом заявлении истец просит взыскать компенсацию морального и имущественного вреда с Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по <адрес>.

В соответствии со статьей 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с ПС РФ или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Согласно ч. 2 ст. 126 ГК РФ юридические лица, созданные Российской Федерацией, субъектами Российской Федерации, муниципальными образованиями, не отвечают по их обязательствам.

В соответствии с Положением о Министерстве финансов Российской Федерации, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, Минфин России является юридическим лицом.

Согласно Положению об Управлении Федерального казначейства по <адрес>, утвержденному Приказом Федерального казначейства от ДД.ММ.ГГГГ №, Управление является юридическим лицом, осуществляющим в соответствии с законодательством Российской Федерации функции по кассовому обслуживанию исполнения бюджетов бюджетной системы Российской федерации, учету операций по кассовому исполнению федерального бюджета на территории Республики Башкортостан, предварительному и текущему контролю за ведением операций со средствами федерального бюджета распорядителей и получателей средств федерального бюджета, обслуживаемых Управлением.

В соответствии с совместным приказом Минфина России и Федерального казначейства от ДД.ММ.ГГГГ №н/9н «О порядке организации и ведения работы по представлению в судебных органах интересов Министерства финансов Российской Федерации и интересов Правительства Российской Федерации в случаях, когда их представление поручено Министерству финансов Российской Федерации», Положением об Управлении Федерального казначейства по <адрес>, утвержденным Приказом Федерального казначейства от ДД.ММ.ГГГГ №, на Управление Федерального казначейства по <адрес> возложена организация и ведение работы по представлению в судебных органах интересов Министерства финансов Российской Федерации и интересов Правительства Российской Федерации на основании надлежаще оформленной доверенности, выданной Министерством финансов Российской Федерации.

Согласно статьи 56 ПС РФ Минфин России и Управление Федерального казначейства по <адрес> как самостоятельные юридические лица отвечают только по своим обязательствам и не могут отвечать по обязательствам иных юридических лиц.

Таким образом, требования о взыскании денежных средств, выделенных Министерству финансов Российской Федерации и Управлению Федерального казначейства по <адрес> как юридическим лицам, для выполнения своих функций, является незаконным и необоснованным.

На основании вышеизложенного просил суд принять во внимание недоказанность и необоснованность заявленных требований, и отказать истцу в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Представитель третьего лица ФИО9, действующий на основании доверенности, полагал, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, поскольку Постановлением о прекращении уголовного преследования от ДД.ММ.ГГГГ следователя по ОВД Уфимского следственного отдела на транспорте Приволжского следственного управления на транспорте Следственного комитета РФ уголовное преследование ФИО2 прекращено по основанию, предусмотренному п.2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. В соответствии со ст. 134 УПК РФ за ФИО2 признано право на реабилитацию и возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в связи с чем, имеет право на частичное возмещение вреда.

Выслушав представителя истца, мнение прокурора, изучив и оценив материалы дела, суд приходит к следующему.

Пунктом 1 ст. 8 и положениями ст. 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней», каждый имеет право на уважение его личной жизни и право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

Конституционным гарантиям находящегося под судебной защитой права на возмещение вреда, в том числе причиненного необоснованным уголовным преследованием, корреспондируют положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (п. 5 ст. 5) и Международного пакта о гражданских и политических правах (подп. «а» п. 3 ст. 2, п. 5 ст. 9), утверждающие право каждого, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу, на компенсацию.

Согласно ст. 2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В соответствии со ст. 45 Конституции РФ государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется. Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

В силу ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен уголовно-процессуальным кодексом (ст.ст. 133-139, 397, 399 УПК РФ).

В соответствии с ч. 1, п. 1 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в частности, подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от ДД.ММ.ГГГГ №-О, ст. 133 УПК РФ не содержит положений, исключающих возможность возмещения вреда лицу, которое оправдано по приговору суда или в отношении которого было вынесено постановление (определение) о прекращении уголовного преследования, на том лишь основании, что одновременно это лицо было признано виновным в совершении другого преступления. По смыслу закона, в таких ситуациях суд, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела и руководствуясь принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина, может принять решение о возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства.

В п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что исходя из положений Конституции РФ о праве каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, и п. 4 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным ч. 2 ст.133 УПК РФ, по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения (например, при прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления, предусмотренного ст. 105 УК РФ, при обвинении в убийстве и краже).

В связи с изложенным, оправдание осужденного в части предъявленного обвинения является основанием для признания права на реабилитацию. В соответствии со ст. 12 ГК РФ компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.

Согласно ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам и принадлежат человеку от рождения.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем второго отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета РФ по <адрес> ФИО6 возбуждено уголовное дело в отношении ФИО7 и других неустановленных лиц по признакам преступления, предусмотренного п. «а», «в» ч.5 ст. 290 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ был задержан ФИО2 в порядке статьи 91 УПК РФ по подозрению в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «в» ч.5 ст. 290 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ в отношении истца Советским районным судом <адрес> избрана мера пресечения в виде домашнего ареста.

Постановлением о прекращении уголовного преследования от ДД.ММ.ГГГГ следователя по ОВД Уфимского следственного отдела на транспорте Приволжского следственного управления на транспорте Следственного комитета РФ уголовное преследование ФИО2 прекращено по основанию, предусмотренному п.2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. В соответствии со ст. 134 УПК РФ за ФИО2 признано право на реабилитацию и возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием.

В соответствии с абз. 3 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Так как моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд должен в полной мере учитывать предусмотренные статьей 1101 Гражданского кодекса РФ требования разумности и справедливости, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Поскольку физические и нравственные страдания являются неотъемлемой составляющей незаконного уголовного преследования, то в этой связи суд исходит из презумпции морального вреда и признает истца лицом, претерпевшим моральный вред.

Вместе с тем суд учитывает, что ДД.ММ.ГГГГ был задержан ФИО2 в порядке статьи 91 УПК РФ по подозрению в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «в» ч.5 ст. 290 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ в отношении истца Советским районным судом <адрес> избрана мера пресечения в виде домашнего ареста. Постановлением о прекращении уголовного преследования от ДД.ММ.ГГГГ уголовное преследование ФИО2 прекращено по основанию, предусмотренному п.2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Мера пресечения в виде домашнего ареста ФИО2 отменна, разъяснено его право на реабилитацию в соответствии со ст. 134 УПК РФ.

Факт незаконного уголовного преследования, в том числе факт прекращения дела за отсутствием в деяниях истца состава преступления и право на реабилитацию подтверждено вышеуказанными постановлениями, в связи с чем, истец обоснованно требует денежной компенсации морального вреда, обращаясь к надлежащему ответчику (ст. 1070, 1071 ГК РФ) с соответствующими требованиями.

Факт причинения истцу нравственных страданий в результате незаконного уголовного преследования нашел подтверждение в ходе разбирательства дела, поскольку лицо, в отношении которого ведется уголовное преследование, непременно испытывает нравственные страдания.

Вышеизложенные обстоятельства являются основанием для компенсации морального вреда, причиненного истцу.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (ст. 1101 ГК РФ).

Оценивая степень нравственных страданий истца, суд принимает во внимание личность истца, ранее не судимого, имеющего на иждивении двоих несовершеннолетних детей 2011 и ДД.ММ.ГГГГ года рождения, продолжительность всего уголовного преследования в целом, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ со дня возбуждения уголовного дела, проведение следственных действий, а также продолжительность избранной в отношении него меры пресечения в виде домашнего ареста, и связанные с ними ограничения в свободе, основание прекращения уголовного преследования, категорию преступлений, в которых он обвинялся, степень нравственных страданий, причиненных незаконным уголовным преследованием, а также конкретные обстоятельства дела и требования разумности, справедливости, суд считает правомерным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

Требование истца о взыскании с Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по <адрес> в пользу истца компенсацию имущественного вреда в порядке реабилитации, причиненного в результате незаконного уголовного в размере 1 324 073,75 рублей суд полагает подлежащим отклонению, в связи с отказом истца от иска в этой части.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по <адрес>, третьему лицу Прокуратуре Республики Башкортостан о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части иска отказать.Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме в Верховный суд Республики Башкортостан суд через Ленинский районный суд <адрес> Республики Башкортостан.

Судья Д.А. Харламов

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ