Решение № 2-496/2024 2-496/2024(2-6687/2023;)~М-5554/2023 2-6687/2023 М-5554/2023 от 5 февраля 2024 г. по делу № 2-496/2024

Дело № 2-496/2024

04RS0018-01-2023-007409-16


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 февраля 2024 года г. Улан-Удэ

Октябрьский районный суд г. Улан-Удэ в составе судьи Степановой Э.Ж., при секретаре Чимитовой Ю.З., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ПАО "Совкомбанк" о признании увольнения незаконным, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов

УСТАНОВИЛ:

Обращаясь в суд с иском к ПАО «Совкомбанк» ФИО1 просил признать незаконным приказ № от ДД.ММ.ГГГГ. об увольнении с ДД.ММ.ГГГГ., взыскать с ответчика среднюю заработную плату за время вынужденного прогула за период с 13.09.2023г. до момента вынесения судебного решения, компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 руб.

Исковые требования мотивированы тем, что истец занимал должность <данные изъяты> на основании трудового договора от 24.02.2022г. 13.09.2023г. он уволен на основании п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ, однако увольнение полагает незаконным, поскольку увольнение произошло в результате давления со стороны работодателя, намерения увольняться он не имел. С приходом нового руководителя <данные изъяты> в отделе началось психологическое давление и натиск с ее стороны в отношении подчиненных, в частности, на истца. Это выражалось в установлении и понуждении работы сверх нормы, замечаниях на регулярной основе, что создавало негативный и напряженный фон в отделе. Несмотря на это истец продолжал работать. Последней каплей стали поступающие фразы от <данные изъяты> о понуждении истца уволиться по собственному желанию. Указанное отчетливо слышно на сделанных истцом аудиозаписях, что является, по мнению истца, ключевым доказательством. На записях слышно как <данные изъяты> не дает истцу высказаться, прерывает, оказывает давление, понуждая истца к увольнению, ставит ультиматумы, понуждает к сверхурочной работе, ставит истца в неудобное положение, вызывает истца на конфликт, ставит условие, либо он пишет заявление об увольнении либо ждет разблокировки программы. С указанными проблемами столкнулись и другие коллеги истца.

В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении требований в заявленном виде настаивал, поддержав доводы иска. Указал, что в ПАО «Совкомбанк» работал с 24.02.2022г., сначала в должности финансового консультанта, затем с февраля 2023г. в должности ведущего финансового консультанта. Должностные обязанности исполнял хорошо, поощрялся правами работодателя, премировался, перевыполнял планы. В декабре 2022г. сменился руководитель на <данные изъяты> и с июня 2023г. с ее стороны в адрес истца началось давление. В июле 2023г. истца заблокировали в рабочей программе, в связи с чем, он не мог осуществлять свои трудовые функции в полном объеме. Он обращался к <данные изъяты> по поводу разблокировки программы, однако она запретила обращаться к вышестоящему руководству, сказала или ждать разблокировки программы или увольняться. Поскольку непосредственная работа истца заключалась в привлечении клиентов, совершении звонков и выдаче кредитов, то без доступа к программе он не мог в полном объеме выполнять установленные работодателем планы. В связи с давлением со стороны руководителя им в период с июля по август 2023г. были сделаны аудиозаписи их разговоров, которые подтверждают вынужденность его увольнения.

Представитель истца по доверенности ФИО2 заявленные исковые требования поддержала по доводам, указанным в иске и пояснениях истца. Полагала, что представленные истцом аудиозаписи являются допустимыми доказательствами, полагала, что из них четко следует о понуждении истца к увольнению со стороны руководителя <данные изъяты> что свидетельствует об обоснованности требований истца. Полагала, что срок обращения в суд истцом не пропущен.

Представитель ответчика ФИО3, действующая на основании доверенности, возражала против удовлетворения иска, полагала требования необоснованными. Указала о пропуске истцом срока обращения в суд с требованием об увольнении. Давления со стороны руководителя в адрес истца не имелось. Все диалоги между истцом и <данные изъяты> были по поводу повышения качества работы истца, касались именно показателей его работы. Пояснила, что блокировка рабочей программы сотрудников предусмотрена работодателем в случае необходимости проведения проверки. Полагала, что целью истца является намерение обогатиться за счет ответчика. Рабочая программа ФИО1 блокировалась работодателем для проведения внутренней проверки ввиду выявленных нарушений. У ФИО1 отбирались объяснения, в которых он пояснял причины допущенных нарушений. Просила в удовлетворении иска отказать.

Выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Заявляя требования о признании увольнения незаконным истцом иные вытекающие из основного требования как то о восстановлении на работе, изменении формулировки увольнения и др. не заявлены. В связи с чем в соответствии с положениями ч.3 ст.196 ГПК РФ судом иск ФИО1 рассмотрен в пределах заявленных требований.

В соответствии со ст.37 Конституции РФ труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Принудительный труд запрещен.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ основанием прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника (ст. 80 настоящего Кодекса).

Частью первой ст. 80 ТК РФ предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным Кодексом или иным Федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (ч. 2 ст. 80 ТК РФ).

В силу ч. 4 ст. 80 ТК РФ до истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

В подп. "а" п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работник вправе в любое время расторгнуть трудовой договор по собственной инициативе, предупредив об этом работодателя заблаговременно в письменной форме. Волеизъявление работника на расторжение трудового договора по собственному желанию должно являться добровольным и должно подтверждаться исключительно письменным заявлением работника.

Соответственно, обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию, а также соглашение между сторонами по дате расторжения трудового договора.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ДД.ММ.ГГГГ. между ПАО «Совкомбанк» и ФИО1 заключен трудовой договор №, в соответствии с которым ФИО1 принят на работу на должность финансового консультанта в <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с дополнительным соглашением от 01.12.2022г. к трудовому договору от №, работник ФИО1 переведен, с его согласия, на должность Финансовый консультант дополнительный офис <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ

Согласно дополнительному соглашению от 15.02.2023г. к трудовому договору от №, работник ФИО1 переведен, с его согласия, на должность ведущего финансового консультанта в <данные изъяты>

30.08.2023г. ФИО1 на имя председателя Правления ПАО «Совкомбанк» подписано и подано заявление с просьбой об увольнении по собственному желанию с ДД.ММ.ГГГГ.

Приказом ПАО «Совкомбанк» № от 13.09.2023г. трудовой договор с ФИО1 расторгнут и он уволен 13.09.2023г. с должности ведущего финансового консультанта в <данные изъяты> на основании п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации (по инициативе работника).

С приказом об увольнении ФИО1 ознакомлен в этот же день (13.09.2023г.), о чем свидетельствует его подпись на приказе.

Оценив представленные доказательства в их совокупности, суд, с учетом установления всех значимых обстоятельств, приходит к выводу об отсутствии оснований полагать об увольнении в результате давления со стороны работодателя, поскольку в судебном заседании установлено, что увольнение ФИО1 реализовано на основании его добровольного волеизъявления.

Установлено, что основанием для издания приказа об увольнении послужило заявление ФИО1 от 30.08.2023г., в котором он выразил свое желание уволиться 13.09.2023г. С данным приказом об увольнении ФИО1 ознакомлен в день его издания, о чем свидетельствует подпись ФИО1 в нем. Заявление об увольнении составлено, подано и подписано самим ФИО1 30.08.2023г., в нем содержится просьба об увольнении 13.09.2023г., то есть по истечении двухнедельного срока. Таким образом, стороны достигли соглашения об увольнении истца с установлением предусмотренного ст.80 ТК РФ двухнедельного срока предупреждения.

Как следует из пояснений сторон и установлено материалами дела, с момента подачи заявления об увольнении 30.08.2023г. и до увольнения 13.09.2023г. ФИО1 заявление об отзыве заявления об увольнении не подавалось, устно с просьбой об отзыве заявления об увольнении истец также не обращался, хотя до истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление.

При подаче заявления на увольнение 30.08.2023г. ФИО1 также было подано заявление о получении в день увольнения справки 2-НДФЛ, СТД-Р, ЕФС-1, которые им получены при увольнении.

Доказательств оказания на истца психологического давления с целью понудить написать заявление об увольнении суду также не представлено.

Вопреки требованиям ст.56 ГПК РФ и возложенного на истца бремени доказывания факта вынужденности увольнения в результате давления, истцом таковых доказательств не представлено.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО4 суду показала, что работала в <данные изъяты> в период с 2021г., с истцом в одном офисе никогда не работала, уволилась с работы в 06.06.2023г., имеет личное неприязненное отношение к <данные изъяты> поскольку ранее дочь свидетеля работала также в банке в период с августа по декабрь 2022г. и при ее намерении уволиться <данные изъяты> была против, угрожала дать дочери отрицательную характеристику. Сама свидетель ФИО5 в феврале 2023г. заболела, поднялось давление, но <данные изъяты> предложила ей не уходить на больничный, а работать в течение дня после получения лечения. Пояснила, что знакомы с ФИО1 семьями, он им говорил, что ведет аудиозаписи и давал послушать, они это обсуждали.

Свидетель ФИО5 пояснила, что вместе с истцом работала в ПАО «Совкомбанк» в должности старшего финансового консультанта, уволилась 16.10.2023г. по собственному желанию. Пояснила, что сама свидетелем общения ФИО1 и <данные изъяты> не являлась, является косвенным свидетелем. Ей известно о конфликте между ними со слов ФИО1 Подтвердила, что стало тяжело работать под руководством <данные изъяты> поскольку последняя требовательная.

Показаниями указанных свидетелей доводы о наличии давления со стороны работодателя, послужившим основанием к увольнению, не подтвердились. Так, они лично свидетелями конфликтов, общения, диалогов между ФИО1 и <данные изъяты>. не являлись, им известно о конфликтных отношениях со слов ФИО1, более того, свидетель ФИО4 подтвердила, что испытывает неприязненное отношение к <данные изъяты> из-за ситуации дочерью.

Частью 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Лицо, представляющее аудиозаписи на электронном или ином носителе либо ходатайствующее об их истребовании, обязано указать, когда, кем и в каких условиях осуществлялись записи (статья 77 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Истцом суду представлены сделанные им аудиозаписи в период с июля по август 2023г., точное дата и время записей не установлено. С учетом вышеприведенных положений процессуального закона судом представленные аудиозаписи исследованы с участием <данные изъяты>

Допрошенная в качестве свидетеля <данные изъяты> пояснила, что является руководителем бизнес-группы Улан-Удэнского офиса №2 ПАО «Совкомбанк», являлась руководителем истца, неприязни к нему не испытывает, между ними были рабочие деловые отношения. Подтвердила принадлежность некоторых записей их разговорам, указав, что на отдельных фрагментах записей зафиксированы ее диалоги с ФИО1 Однако записи неполные, прерывисты, вырваны из контекста.

Сторонами при исследовании аудизаписей подтверждена принадлежность отдельных записей другим лицам (<данные изъяты>), не <данные изъяты>

Судом из прослушанных записей, в которых подтвержден диалог между ФИО1 и Свидетель №1, установлено, что прямого давления и понуждения истца к увольнению со стороны <данные изъяты> не имелось. Напротив, следует последовательная и обоснованная позиция работодателя к выполнению должностных требований, <данные изъяты> ФИО1 предъявлялись определенные должностной инструкцией и плановыми показателями требования к выполнению плана. В качестве выбора предлагалось принять меры ФИО1 к увольнению.

Свидетель <данные изъяты> пояснила, что при подаче ФИО1 заявления об увольнении 30.08.2023г. ею предлагалось обсудить увольнение с руководством, не предпринимать поспешных решений об увольнении. Кроме того, к процессу увольнения сотрудников она отношения не имеет, поскольку заявление об увольнении подается посредством внутреннего электронного документооборота в адрес отдела кадров в головной офис ПАО «Совкомбанк», расположенный в <адрес>. Пояснила, что процесс блокировки рабочей программы сотрудников предусмотрен правилами банка, в случае необходимости проведения проверки, в частности, например, по фактам необоснованной выдачи кредита клиенту. Указала случай оформления ФИО1 документов по кредиту по пенсионной программе клиенту, не являющемуся пенсионером. Она как руководитель требовала от сотрудников, в том числе, от ФИО1 выполнения плановых показателей. ФИО1 не всегда выполнялись планы работ.

Из представленных суду скрин-шотов переписки между <данные изъяты> и ФИО1 из рабочего чата о давлении со стороны <данные изъяты> также не следует, речь идет о рабочих моментах.

Указанные факты в совокупности с другими доказательствами также свидетельствует о добровольном волеизъявлении работника на увольнение по собственному желанию.

Кроме того, судом учтен тот факт, что согласно сведениям о трудовой деятельности из Фонда пенсионного и социального страхования РФ при оспаривании увольнения из ПАО «Совкомбанк» с 13.09.2023г., ФИО1 с 19.09.2023г. трудоустроен в <данные изъяты> что подтверждает отсутствие намерения ФИО1 о восстановлении на работе в ПАО «Совкомбанк».

Рассмотрев ходатайство представителя ответчика о пропуске истцом срока для оспаривания увольнения суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" указано, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке (абзац четвертый пункта 16 постановления).

Из вышеприведенного следует, что работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение срока, установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, которой предусмотрены как общие, так и специальные сроки для обращения в суд за разрешением определенных категорий трудовых споров.

По спорам об увольнении установлен месячный срок.

Истец ФИО1 обращался в Государственную инспекцию труда в <адрес>. Судом истребованы материалы проведенной проверки и установлено, что в указанную инспекцию истец обратился с жалобой 31.10.2023г., с дополнениями от 22.11.2023г., то есть за пределами установленного законом месячного срока. По результатам проверки нарушений в части компетенции инспекции не установлено, разъяснено право обращения в суд.

С оспариваемым приказом об увольнении от 13.09.2023г. ФИО1 ознакомлен в день его вынесения 13.09.2023г., в суд с исковым заявлением о его оспаривании истец обратился 13.12.2023г., с пропуском срока, регламентированного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

При этом уважительных причин для восстановления пропущенного срока обращения в суд не установлено, истцом ходатайство о восстановлении срока не заявлялось, поскольку полагает, что срок обращения с иском в суд им не пропущен.

Пропуск истцом срока на обращение в суд с заявленными требованиями является самостоятельным основанием для отказа истцу в иске.

В связи с отсутствием оснований для признания увольнения незаконным, не подлежат удовлетворению и производные требования о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

С учетом положений ст.98 ГПК РФ не подлежат взысканию судебные издержки.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ПАО "Совкомбанк" о признании увольнения незаконным, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Бурятия в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Улан-Удэ.

В окончательной форме решение изготовлено 08.02.2024г.

Судья Э.Ж.Степанова