Решение № 2-1064/2018 2-1064/2018 ~ М-533/2018 М-533/2018 от 20 июня 2018 г. по делу № 2-1064/2018

Дело № 2-1064-18


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 июня 2018 года г. Находка, Приморского края

Находкинский городской суд Приморского края в составе председательствующего судьи Довгоноженко В.Н.,с участием ст. помощника прокурора г. Находки Радохлеб Л.В., при секретаре Кукушкиной Я.В., рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к государственному бюджетному учреждению «Администрация морских портов Приморского края и Восточной Арктики» о признании приказа ответчика об увольнении с работы незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к государственному бюджетному учреждению «Администрация морских портов Приморского края и Восточной Арктики» (далее по тексту ФГБУ «АМП ПК и ВА») о признании приказа ответчика об увольнении с работы незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований истец указал, что с 2009г. на основании трудового договора от 01.12.09г. он являлся работником филиала ФГБУ «АМП ПК и ВА» в морском порту Восточный (далее по тексту филиал ФГБУ «АМП ПК и ВА»), занимая должность <.........>. В дальнейшем наименование его должности в филиале неоднократно менялось, как и наименование организации, где он работал. Изменения в наименовании должностей и организации за период его работы у ответчика, отражены в его трудовой книжке. Последняя занимаемая им до увольнения с работы должность – <.........>

Приказом ответчика от 22.01.18г. № 45-лс он был уволен с работы по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ с расторжением трудового договора по инициативе работника в связи с выходом на пенсию.

Считает свое увольнение незаконным, поскольку намерений прекращать трудовые отношения с ответчиком у него не было, заявление об увольнении, датированное 21.01.18г. было подписано им в июне 2017г. (под заранее заготовленным заявлением он поставил только дату и подпись) после собеседования с руководством ФГБУ «АМП ПК и ВА», которое ввело его в заблуждение относительно предстоящих в учреждении в сентябре 2017г. организационно - штатных мероприятий, в результате которых в службе морской безопасности планировалось оставить одного, а не двух работников, а именно <.........>., с чем он (истец) согласился. Позже, после проведения 20.09.17г. в учреждении запланированных мероприятий в службе осталось работать 2 сотрудника – он и <.........>., в связи с чем, он (истец) полагал, что необходимости в его увольнении нет, поэтому продолжил работать на прежнем месте. С 23.10.17г. по 28.11.17г. он находился в очередном отпуске, по выходу из которого у него снова уточнили, будет ли он увольняться с работы. Поскольку в службе морской безопасности филиала были оставлены 2 работника, он сказал, что намерен отозвать свое заявление об увольнении, датированное 21.01.18г. и работать дальше. 22.01.18г. на основании положений ст. 80 ТК РФ такое заявление было передано им ответчику (входящий от 22.01.18г. № 235-р), однако, несмотря на это, он был уволен с работы. Полагает, что работодатель при его увольнении нарушил требования трудового законодательства, поскольку в соответствии со ст. 80 ТК РФ, до истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление и увольнение в этом случае не производится. Уведомления о предстоящем увольнении до 29.01.18г. он от ответчика не получал. Об увольнении он узнал только 29.01.18г. (ознакомился с приказом под роспись и получил обходной лист), когда вышел на работу после пребывания на больничном. Кроме того, увольнение с работы произошло в период его временной нетрудоспособности (с 18.01. по 26.01.18г.), что не соответствует требованиям ст. 81 ТК РФ, а в день увольнения – 25.01.18г. ему не была начислена и выплачена компенсация за неиспользованный отпуск, что также нарушает его трудовые права.

С учетом всего вышеизложенного, а также того, что подписанное им в июне 2017г. заявление об увольнении от 21.01.18г. носило вынужденный характер, т.е. не являлось добровольным, он полагает, что работодатель не имел права расторгать с ним трудовой договор, поэтому ФИО1 просил суд восстановить его на работе в прежней должности, взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула за период времени с 29.01.18г. по день вынесения решения суда о восстановлении на работе, компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

В судебном заседании ФИО1 поддержал иск, ссылаясь на доводы, изложенные выше, уточнив свои требования в части размера суммы, причитающейся ему за время вынужденного прогула в размере 396 107,52 руб., и периода такого прогула – с 29.01.18г. по 20.06.18г., указав, что при увольнении ответчиком ему была выплачена материальная помощь в размере 21 000 руб., которую он просит зачесть в уменьшение суммы за вынужденный прогул, поскольку возврат работодателю данной суммы законом не предусмотрен. Кроме того, просил суд также признать приказ ответчика от 22.01.18г. № 45-лс об увольнении с работы незаконным.

Дополнительно ФИО1 в суде пояснил, что в июне 2017г. он был приглашен руководством ФГБУ «АМП ПК и ВА» на беседу в г. Владивосток, в ходе которой ему сообщили о том, что в сентябре 2017г. в учреждении планируется сокращение штата службы, где он работает, в результате чего, там останется один сотрудник, поэтому ответчик желает видеть на этом месте ФИО2, а ему предложили написать заявление об увольнении по собственному желанию, так как уволить его с работы не могли, поскольку он является ветераном боевых действий. Для принятия решения по данному вопросу он попросил дать ему время подумать. Через несколько дней, разговаривая по телефону с представителем работодателя, он сообщил о том, что увольняться с работы не будет. После данной беседы также в июне 2017г. его к себе в кабинет пригласил ФИО2, и предложил подписать заявление об увольнении с работы, указав дату подачи 21.01.18г., при этом, сам текст заявления был уже заранее напечатан. Он, будучи введенным в заблуждение, как работодателем, так и ФИО2 относительно планируемых в учреждении организационно – штатных мероприятий, пошел им навстречу, и подписал вышеуказанное заявление об увольнении, поставив дату его подачи 21.01.18г. Через день его снова вызвал ФИО2 и попросил переписать заявление об увольнении, изменив содержание и дату подачи с 21.01.18г. на 22.01.18г., что он и сделал. В данном заявлении он поставил только свою подпись, текст и дата были также уже заранее напечатаны на листе бумаги. Подписывая вышеуказанные заявления, он не обращал внимания ни на текст, который в них содержался, ни на наименование своей должности, так как доверял ФИО2 После проведения в сентябре 2017г. в учреждении организационно – штатных мероприятий в службе были оставлены 2 сотрудника, поэтому необходимость в его увольнении отпала, в связи с чем, он решил забрать у ФИО2 свое заявление об увольнении, однако, последний сообщил ему, что отправил его уже в администрацию. О своем намерении не расторгать трудовые отношения он в устной форме неоднократно говорил как в сентябре 2017г., так и после своего отпуска в ноябре 2017г. при беседах не только ФИО2, но и своему непосредственному начальнику ФИО3, коллеге по работе Розе, а также знал об этом и работодатель. Из вышеуказанных бесед ему стало известно, что на его место хотели принять «своего человека». Заявления об увольнении с работы, датированные 21.01. и 22.01.18г. не были им отозваны ни в ноябре 2017г., ни позже по совету юриста, который ему разъяснил, что раз они датированы январем 18г., то поданное им в ноябре 2017г. или позже заявление об отзыве этих заявлений будет считаться недействительным. С 18.01.18г. по 26.01.18г. он находился на больничном. 22.01.18г. по пути в госпиталь, расположенный в г. Владивосток, он заехал к ответчику для того, чтобы сдать заявление об отзыве ранее поданного им заявления об увольнении от 21.01.18г., однако работники отдела делопроизводства долго не принимали у него данное заявление, а затем, приняв, отказались его зарегистрировать, поэтому он по совету юриста направил аналогичное заявление в адрес работодателя по почте. Доводы представителей ответчика о том, что 22.01.18г. он привез и сдал в кадровую службу 2 заявления – одно об отзыве заявления об увольнении с работы, а другое об увольнении с работы в связи с выходом на пенсию и получением материальной помощи, не соответствуют действительности, поскольку заявление об увольнении с работы, датированное 22.01.18г., он писал уже давно - в июне 2017г., и про него забыл. О том, что с 25.01.18г. работодателем с ним прекращены трудовые отношения, ему стало известно от работника отдела кадров филиала только 29.01.18г., когда он прибыл после болезни на работу и приступил к исполнению своих должностных обязанностей (мониторингу портовых средств), что подтверждается его подписью в приказе № 45-лс от 22.01.18г. и проставленной датой 29.01.18г. Свое увольнение считает незаконным, просил суд удовлетворить его исковые требования в полном объеме.

В судебном заседании представители ответчика ФГБУ «АМП ПК и ВА» по доверенностям от 10.01.18г. ФИО4 и ФИО5 исковые требования ФИО1 не признали, просили суд в их удовлетворении отказать по следующим основаниям.

22.01.18г. в адрес работодателя поступило заявление истца - ведущего специалиста группы организации работ в морском порту и на подходах к нему службы капитана морского порта Восточный филиала ФГБУ «АМП ПК и ВА», датированное 21.01.18г., из содержания которого следовало, что работник просит расторгнуть с ним трудовой контракт 05.02.18г. Данное заявление было работником отдела кадров зарегистрировано в журнале входящей корреспонденции за № 233-р от 22.01.18г и отдано на визирование. Ознакомившись с личным делом ФИО1, вышеуказанным работником кадровой службы было установлено, что 24.01.18г. истцу исполняется 60 лет и у него имеется возможность расторгнуть трудовой договор в соответствии с ч. 3 ст. 80 ТК РФ по собственному желанию в связи с выходом на пенсию. Данное основание предоставляет работнику возможность прекратить трудовые отношения по своей инициативе в предпочтительную для него дату и, соответственно, он освобождается от необходимости отрабатывать у данного работодателя 2-х недельный срок после подачи заявления об увольнении. Кроме того, п. 1.5 Приложения № 3 к Коллективному договору ФГБУ «АМП ПК и ВА» работникам учреждения, в связи с прекращением трудовой деятельности и уходом на пенсию по старости предусмотрена выплата материальной помощи в размере не менее одного должностного оклада. С учетом того, что поступившее от истца заявление об увольнении уже было зарегистрировано и завизировано руководителем учреждения, а для изменения основания увольнения и даты увольнения ФИО1 целесообразно было бы подать заявление об отзыве заявления об увольнении, датированное 21.01.18г., а также подать новое заявление об увольнении, работник кадровой службы сообщила истцу о данных обстоятельствах по телефону. 22.01.18г. ФИО1 были поданы 2 заявления, одно об отзыве ранее поданного им заявления об увольнении, датированное 21.01.18г., а другое об увольнении по собственному желанию в связи с выходом на пенсию 25.01.18г. и выплатой материальной помощи в связи с прекращением трудовой деятельности и уходом на пенсию. Данные заявления были зарегистрированы 22.01.18г. входящие № № 235-р и 237-р соответственно. Таким образом, приказ от 22.01.18г. № 45-лс о прекращении (расторжении) трудового договора с работником издан на основании личного волеизъявления ФИО1 путем подачи письменного заявления в адрес работодателя 22.01.18г. Таким образом, довод истца о «незаконном увольнении» не соответствует действительности, увольнение ФИО1 произведено в связи с невозможностью продолжения им работы – выход на пенсию 25.01.18г. Последней датой, с которой он мог отозвать свое заявление, являлось 25.01.18г., однако в период с 22.01. по 25.01.18г. истец свое заявление об увольнении от 22.01.18г. не отозвал, поэтому оснований для признания увольнения незаконным не имеется.

Кроме того, ФИО1, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, утверждая в суде о том, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, а заявления от 21.01.18г. об увольнении с работы было подписано им в июне 2017г., не предоставил суду доказательства, подтверждающих данные обстоятельства. В свою очередь, доводы истца о том, что ответчик предложил ему в июне под заготовленным заранее заявлением об увольнении поставить дату и подпись, опровергаются фактическими обстоятельствами, установленными в суде по делу. Так, 09.06.17г. истец, занимая должность <.........>, ознакомлен с уведомлением работодателя согласно которому, 20.09.17г. занимаемая им должность будет переименована на должность главный специалист. Таким образом, в период с 20.09.17г. по 07.12.17г. ФИО1 занимал должность «главный специалист». 08.12.187г. на основании личного заявления главный специалист ФИО1 переведен на должность ведущего специалиста. Данное заявление датировано 07.12.17г. и зарегистрировано за вх. № 6802-р от 07.12.17г. Все заявления об увольнении с работы по собственному желанию, датированные 21.01.18г. и 22.01.18г., а также заявление об отзыве заявления об увольнении от 22.01.18г. поданы ведущим специалистом ФИО1 на основании добровольного волеизъявления на увольнение по собственному желанию.

Согласно листку нетрудоспособности № 2720778529278 в период с 18.01.18г. по 26.01.18г. истец находился на больничном. Нахождение ФИО1 на больничном в период его увольнения по собственному желанию не влечет отмену приказа об увольнении и признания его незаконным, поскольку истец был уволен не по инициативе работодателя, а по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. Нормами трудового законодательства не запрещено увольнение по собственному желанию в период временной нетрудоспособности, кроме того, причиной увольнения истцом указана невозможность продолжения работы – выход на пенсию.

25.01.18г. в адрес истца работодателем во исполнение требований ч. 6 ст. 84.1 ТК РФ было направлено уведомление с просьбой прибыть и получить трудовую книжку, а также ознакомиться с приказом о расторжении трудового договора. 29.01.18г. истец был под роспись ознакомлен с приказом об увольнении с работы, какого – либо несогласия при этом он не выразил, сдал обходной лист, что свидетельствует о совершении ФИО1 последовательных действий, направленных на расторжение трудового договора по собственному желанию. Довод истца о невыплате ему в день увольнения всех сумм, причитающихся от работодателя, в том числе компенсации за неиспользованные дни отпуска, не соответствует действительности, что подтверждается заявкой на кассовый расход № 0000-000276 от 24.01.18г. и заявкой на кассовый расход № 0000-000277 от 24.01.18г. и предоставленной истцом справкой Сбербанка о состоянии вклада от 12.02.18г., из которых следует, что за период работы с 18.02.17г. по 17.02.18г. ФИО1 предоставлялся ежегодный отпуск, который ответчиком был оплачен.

С учетом того, что действия работодателя по увольнению истца являются законными и обоснованными, а ФИО1 не представлены суду какие – либо доказательства о причинении ему ответчиком морального вреда, как и доказательства его соразмерности, оснований для удовлетворения иска и в этой части не имеется. Просили суд отказать ФИО1 в иске в полном объеме.

Допрошенный в качестве свидетеля в суде <.........>. пояснил, что ФИО1 он знает около 10 лет, поскольку они вместе работали в одной службе у ответчика. Об обстоятельствах написания истцом заявления об увольнении ему ничего неизвестно. Он лично не давал истцу на подпись какие – либо заявления об увольнении, не печатал их, не предлагал ФИО1 уволиться с работы, не передавал заявления истца вышестоящему руководству и не накладывал резолюций на заявления ФИО1 об увольнении, поскольку это не входит в его компетенцию. Не отрицает того факта, что до и после проведения в учреждении организационно – штатных мероприятий он действительно разговаривал с ФИО1, который говорил ему, что намерен доработать до пенсии, а потом уволиться с работы, и пойти работать в администрацию города, так как по этому поводу обращался к главе города. После увольнения ФИО1 должность, которую тот занимал, вакантна.

Свидетель <.........>. в судебном заседании пояснила, что она работает в ФГБУ «АМП ПК и ВА» главным специалистом кадрово – правового отдела. ФИО1 она знает как бывшего работника филиала Восточный ФГБУ «АМП ПК и ВА», видела его всего один раз – 22.01.18г., когда истец привез нарочно 2 заявления – одно об отзыве заявления об увольнении, а другое об увольнении в связи с выходом на пенсию и выплатой материальной помощи. До приезда истца, она 22.01.18г. утром проверила поступившую в адрес учреждения бумажную корреспонденцию, а также и электронную почту, в которой обнаружила заявление ФИО1 об увольнении, датированное 21.01.18г., которое она распечатала и передала на визирование начальнику кадрово – правового отдела ФИО4, а затем зарегистрировала его в журнале входящей корреспонденции за № 233-р. Затем подняв личное дело истца, она увидела, что 24.01.18г. истцу исполняется 60 лет, что дает ему право уволиться с работы в связи с выходом на пенсию без 2-х недельной отработки и получить соответствующие выплаты (материальную помощь), предусмотренные Коллективным договором, о чем она доложила начальнику кадрово – правового отдела, которая сказала, чтобы она позвонила ФИО1 и поставила его в известность о данных обстоятельствах. Она выполнила распоряжение и переговорила с истцом по телефону, который сказал, что его все устраивает и спросил, что ему необходимо сделать. Поскольку заявление об увольнении от 21.01.18г. было ею уже зарегистрировано и завизировано руководством, она предложила истцу написать заявление об отзыве заявления об увольнении от 21.01.18г. и подать новое заявление об увольнении в связи с выходом на пенсию, указав в нем о выплате материальной помощи, согласно Коллективному договору. ФИО1 сообщил, что как раз собирается ехать во Владивосток и заедет к ним. Позже в этот же день истец приехал к ним и привез 2 заявления, сказав, что в отделе делопроизводства их отказались регистрировать. Она объяснила истцу, что сначала заявления визируются, а потом регистрируются, поэтому отправила ФИО1 к начальнику кадрово – правового отдела, после чего, он уже больше к ней не обращался. Затем в течение дня к ней поступили уже завизированные руководством заявления истца, впоследствии она подготовила проект приказа о расторжении договора с ФИО1 и направила в адрес истца уведомление о необходимости ознакомления с приказом об увольнении и получения трудовой книжки. Заявления, которые передал ФИО1, и которое поступило по электронной почте, были печатные, кроме подписи истца и дат их подачи.

Суд, выслушав пояснения истца ФИО1, представителей ответчика ФИО4 и ФИО5, показания свидетелей: <.........> Н.И., заключение ст. пом. прокурора г. Находки Радохлеб Л.В., которая полагала, что иск не подлежит удовлетворению, исследовав материалы дела, приходит к выводу о необходимости отказа в исковых требованиях ФИО1 по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 37 Конституции РФ труд свободен, каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду и выбирать род деятельности и профессию.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлениях от 27 декабря 1999 г. № 19-П и от 15 марта 2005 г. № 3-П, положения ст. 37 Конституции РФ, обусловливая свободу трудового договора, право работника и работодателя по соглашению решать вопросы, связанные с возникновением, изменением и прекращением трудовых отношений, предопределяют вместе с тем обязанность государства обеспечивать справедливые условия найма и увольнения, в том числе надлежащую защиту прав и законных интересов работника, как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, при расторжении трудового договора по инициативе работодателя, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (ч. 1 ст. 1; ст. 2 и 7 Конституции РФ).

Таким образом, свобода труда в сфере трудовых отношений проявляется, прежде всего, в договорном характере труда, в свободе трудового договора.

Свобода труда предполагает также возможность прекращения трудового договора по соглашению его сторон, то есть на основе добровольного и согласованного волеизъявления работника и работодателя.

В силу ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Статьей 78 ТК РФ установлено, что трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 2 от 17 марта 2004 года "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ", при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (п. 1 ч. 1 ст. 77, ст. 78 ТК РФ), судам следует учитывать, что в соответствии со ст. 78 ТК РФ при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор, может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

Таким образом, из правового смысла вышеуказанных норм следует, что при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор, может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами.

При этом такая договоренность в соответствии со ст. 67 ТК РФ должна быть оформлена в письменном виде и порождает для обеих сторон трудового договора юридически значимые последствия.

Для прекращения трудового договора по соглашению сторон недостаточно волеизъявления одной стороны работодателя или работника, а необходимо взаимное волеизъявление обеих сторон.

В соответствие с п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ одним из оснований прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника.

Порядок и условия расторжения трудового договора по инициативе работника определены в ст. 80 ТК РФ, которой предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее, чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с ТК РФ и иными федеральными законами не может быть отказано в заключение трудового договора (ч. 4 ст. 80 ТК РФ).

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

Из перечисленных норм следует, что основанием для расторжения трудового договора является письменное заявление работника, в котором он выражает свое добровольное волеизъявление расторгнуть трудовой договор.

Судом установлено, что ФИО1 с 03.12.09г. осуществлял трудовую деятельность у ответчика в должности <.........>, что подтверждается записью за № 5, имеющейся в трудовой книжке истца.

01.04.11г. истец был переведен на должность <.........> (запись № 6 в трудовой книжке), затем 26.02.13г. переведен <.........>, о чем свидетельствует запись за № 8 в трудовой книжке на имя истца. 20.09.17г. должность, занимаемая ФИО1 была переименована на должность <.........> (запись № 11 в трудовой книжке). 08.12.17г. истец переведен на должность <.........>, что подтверждается записью за № 12 в трудовой книжке на имя ФИО1, его личным заявлением от 07.12.17г., зарегистрированным за входящим № 6802-р от 08.12.17г., на котором имеется резолюция и.о. руководителя учреждения «ОК в приказ 08.12.17г.».

Кроме того, из материалов гражданского дела следует, что 22.01.2018г. работодателем был издан приказ № 45-лс об увольнении истца с занимаемой должности (<.........>) с 25.01.2018 г. на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, в связи с выходом на пенсию. Основанием увольнения в приказе указано – личное заявление работника. 29.01.18г. истец был ознакомлен с вышеуказанным документом, о чем свидетельствует собственноручная подпись ФИО1 в приказе о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении), где истец не указал, что с данным приказом не согласен, считает его незаконным и т.д.

Полагая свое увольнение незаконным ввиду подписания в результате обмана, введения в заблуждение, т.е. фактически под принуждением со стороны работодателя, а также коллеги по работе <.........> в июне 2017г. 2-х заявлений об увольнении, которые были датированы 21.01.18г. и 22.01.18г. и отличались по содержанию, ФИО1 обратился в суд за защитой своих трудовых прав.

Согласно п.п. "а" п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принципа равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Применительно к настоящему спору, обязанность доказать факт введения в заблуждение, обмана или принуждения со стороны работодателя возлагается на работника.

В силу ст. 55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Обманом (введением в заблуждение) считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась.

Под принуждением работника к увольнению понимается оказание на него воздействия физического и (или) психологического характера, в том числе путем угрозы применения средств, направленных на достижение в дальнейшем неблагоприятных для работника или членов его семьи (близких) последствий.

В исковом заявлении и в своих объяснениях как в предварительном, так в судебных заседаниях ФИО1 не оспаривая того факта, что заявления об увольнении с работы от 21.01.18 и от 22.01.18г. он действительно подписывал собственноручно, а в одном из них указал и дату «22.01.18г»., вместе с тем, утверждал, что сделал он это в июне 2017г., будучи введенным ответчиком в заблуждение относительно намечавшихся в учреждении организационно – штатных мероприятий, в ходе которых в службе, где он работал, должен был остаться один сотрудник. Вместе с тем, доказательств, свидетельствующих о вынужденном характере подачи заявления об увольнении по собственному желанию, истец суду не представил.

Наоборот, доказательствами, полученными судом путем опроса истца и представителей ответчика, свидетелей по делу, а также при изучении письменных документов, предоставленных сторонами, в судебном заседании достоверно было установлено, что 09.06.2017г. работодателем ФИО1 в письменной форме было сообщено о том, что приказом от 09.06.17г. № 463-к в ФГБУ «АМП ПК и АВ» 20.09.17г. вводится штатное расписание, согласно которому занимаемая истцом должность Главный <.........> будет переименована на должность <.........> и перемещена в структурное подразделение - группа организации работ в морском порту и на подходах к нему, при этом, все условия, определенные при заключении трудового договора от 01.12.09г. № 396 с истцом остаются неизменными (без изменения трудовой функции). В случае согласия, к трудовому договору будет заключено соглашение в части переименования должности и перемещении в структурное подразделение. С данным уведомлением истец ознакомился и получил экземпляр на руки 09.06.17г., о чем свидетельствует его собственноручная подпись, а также слово «согласен» в графе о заключении соглашения к трудовому договору. Таким образом, с 09.06.17г. ФИО1 достоверно было известно о том, что в результате оргштатных мероприятий, планируемых в учреждении в сентябре 2017г., изменится наименование его должности и произойдет его перемещение в другое структурное подразделение. Речи о сокращении непосредственно истца с работы в июне 2017г. не шло. Таким образом, суд полагает, что у работодателя и <.........>. не было необходимости требовать от истца в июне 2017г. написания заявлений об увольнении с работы по собственному желанию, датированные 21 и 22 января 2018г. Не появилось такой необходимости и после 20.09.17г., поскольку как пояснил, допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля <.........>., в службе после проведения организационно – штатных мероприятий остались работать он и истец. Доводы ФИО1 в суде о том, что именно <.........>А. в июне 2017г. дважды как начальник службы и один раз 29.11.17г. (после выхода истца из отпуска) беседовал с ним по поводу увольнения с работы, давал в июне 2017г. на подпись уже заранее подготовленные заявления об увольнении с работы разного содержания и с разными датами – от 21.01.18г. и от 22.01.18г., которые он (истец) подписал, не были подтверждены какими – либо доказательствами, и опровергнуты в суде показаниями свидетеля <.........>А., который указал, что обстоятельства в части предложения истцу подписать в июне 2017г. заранее заготовленные заявления об увольнении с работы не соответствуют действительности, подобных предложений он ФИО1 не делал, и не предлагал подписывать какие – либо заявления об увольнении, поскольку это не входило в его компетенцию. Беседы между ним и истцом действительно имели место как в июне 2017г., так и позже уже после проведения в учреждении оргштатных мероприятий, при которых ФИО1 озвучивал свое желание доработать до пенсии, при этом обстоятельства написания истцом заявлений об увольнении с работы ему (свидетелю) неизвестны.

Также материалами дела подтверждается, что 07.12.17г. от истца, занимающего должность <.........> в адрес и.о. руководителя ФГБУ «АМП ПК и ВА» в морском порту Восточный поступило заявление о переводе его на должность ведущего специалиста группы организации работ в морском порту и на подходах к нему 08.12.17г., на котором имеется входящий № 6802-р от 08.12.17г. и резолюция «ОК приказ 08.12.». Таким образом, в судебном заседании было установлено, что только с 08.12.2017г. ФИО1 стал занимать должность ведущего специалиста.

Проанализировав заявления истца об увольнении с работы, датированные 21.01.18г. и 22.01.18г., имеющиеся в материалах настоящего гражданского дела, суд соглашается с мнением представителей ответчика о том, что данные документы были оформлены ФИО1 не в июне 2017г., а в январе 2018г., и поступили к работодателю именно 22.01.2018г., о чем свидетельствуют номера входящей корреспонденции, поставленные на данных заявлениях: № 233-р от 22.01.18г. и № 237-р от 22.01.18г., скриншот и выписка электронного журнала регистрации внутренних документов ответчика. Кроме того, оба заявления, как и заявление истца от 22.01.18г., зарегистрированное за входящим № 235-р об отзыве заявления об увольнении от 21.01.18г., поданы ФИО1 как ведущим специалистом, т.е. с последней должности, которую истец стал занимать только с 08.12.17г. Таким образом, суд приходит к выводу, что в июне 2017г., ФИО1, работая в должности главного государственного инспектора по ОСПС, и подавая якобы заявления об увольнении с работы, датированные январем 2018г., не мог знать, что он будет занимать другую должность и в другом структурном подразделении ответчика. Несостоятельными, по мнению суда, являются и ссылки истца на то, что он не имел намерений прекращать трудовые отношения с ответчиком по собственному желанию, поэтому и отозвал 22.01.18г. свое заявление об увольнении от 21.01.18г., забыв отозвать другое заявление об увольнении с работы, датированное 22.01.18г., так как оно также было написано им в июне 2017г., поскольку они противоречат обстоятельствам, установленным в судебном заседании. Так, из пояснений представителей ответчика и показаний свидетеля <.........>. в суде следует, что получив 22.01.18г. по электронной почте заявление ФИО1 от 21.01.18г. о расторжении трудового контракта 05.02.18г., и установив, что 24.01.18г. истцу исполнится 60 лет, последнему в телефонной беседе свидетелем было предложено отозвать заявление об увольнении, датированное 21.01.18г., поскольку оно было уже завизировано руководством, и зарегистрировано в журнале входящей корреспонденции (№ 233-р), и подать другое заявление об увольнении в связи с выходом на пенсию и выплатой материальной помощи, на что ФИО1 согласился, мотивировав это тем, что состояние здоровья у него неважное, предстоит операция, и ему будет удобно уволиться, не выходя на работу. В этот же день – 22.01.18г. истец, находясь на больничном (с 18.01.18г. по 26.01.18г.) сам прибыл к работодателю (г. Владивосток), и привез заявление об отзыве ранее поданного им заявления об увольнении (входящий № 235-р), что сторонами в судебном заседании не оспаривалось. Вместе с тем, ФИО1 настаивал на том, что кроме данного заявления, он другого заявления в этот день в отдел кадров ответчика не сдавал, однако выпиской из электронного журнала регистрации внутренних документов, имеющейся в материалах дела, подтверждается, что 22.01.18г. от истца в адрес работодателя поступило также и заявление об увольнении с работы по собственному желанию в связи с выходом на пенсию, и выплатой материальной помощи, которое было зарегистрировано за входящим № 237-р. Копия данного заявления истца с его собственноручной подписью в деле имеется. Приказом о прекращении трудового договора с работником от 22.01.18г. № 45-лс истец с 25.01.18г. был уволен с работы на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. Более того, в суде также установлено, что на банковский счет ФИО1 ответчиком была перечислена материальная помощь, предусмотренная п. 1.5 Положения к Коллективному договору при прекращении трудовой деятельности и уходом на пенсию по старости, которая составила сумму в размере 21 000 руб., а должность, которую занимал ФИО1 до увольнения с работы, до настоящего времени остается вакантной, что не отрицалось истцом и свидетелем <.........> в суде при даче пояснений. Кроме того, суд обращает внимание на наличие противоречий в пояснениях, которые давал истец на протяжении всего рассмотрения дела. Так, в предварительном судебном заседании ФИО1 утверждал, что после поступившего в июне 2017г. от работодателя предложения об увольнении с работы по собственному желанию после проведения в учреждении оргштатных мероприятий, он на него согласился, но попросил у ответчика дать ему возможность доработать до пенсии. Впоследствии, истец стал настаивать на том, что свое согласие на увольнение он дал в июне 2017г., поскольку ответчиком был введен в заблуждение, однако после сентября 2017г. он неоднократно в устной форме говорил по телефону работодателю, своему непосредственному начальнику <.........>. и коллегам по работе, что увольняться с работы не намерен.

Таким образом, доказательства отсутствия добровольного волеизъявления на подачу заявления об увольнении по собственному желанию, истцом, в нарушение ст. 56 ГПК РФ и разъяснений, содержащихся в п. 22 Постановления Пленума ВС РФ № 2 от 17.03.2004 г., в суд представлены не были.

Исследовав все вышеизложенные обстоятельства, суд приходит к выводу, что установленная в судебном заседании при рассмотрении настоящего гражданского дела последовательность действий истца при подаче им заявлений: 21.01.18г. об увольнении с работы 05.02.18г. (вх. № 233-р), затем об отзыве вышеуказанного заявления 22.01.18г. (заявление вх. № 235-р) и подача 22.01.18г. нового заявления об увольнении с работы в связи с выходом на пенсию (вх. № 237-р), получение в результате прекращения трудовых отношений с ответчиком материальной помощи, подтверждают наличие волеизъявления ФИО1 на увольнение, свидетельствующего о намерении расторгнуть трудовой договор по собственному желанию, и об отсутствии оснований для удовлетворения его исковых требований о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, поскольку увольнение истца было произведено работодателем на основании личного заявления работника от 22.01.18г. с соблюдением установленной трудовым законодательством процедуры. Доводы представителя ответчика о том, что работодатель не обязан был направлять в адрес истца уведомление о предстоящем увольнении с работы, а также имел право уволить ФИО1 с работы в период нахождения его на больничном являются, по мнению суда, обоснованными и соответствуют нормам, действующим в области трудового права, поскольку основание увольнения истца по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, не относится к увольнению по инициативе работодателя.

Поскольку нарушение трудовых прав ФИО1 судом не установлено, требования о взыскании с работодателя заработной платы за время вынужденного прогула за период времени с 29.01.18г. по 20.06.18г. в сумме 396 107,52 руб., и компенсации морального вреда в размере 20 000 руб. не подлежат удовлетворению в силу ст. 237 ТК РФ.

С учетом того, что в удовлетворении исковых требований ФИО1 судом отказано, а на основании положений ст. 333.36 Налогового кодекса РФ он освобожден от уплаты государственной пошлины при подачи иска в суд, согласно положениям ст. 103 ГПК РФ госпошлина судом со сторон не взыскивается.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к государственному бюджетному учреждению «Администрация морских портов Приморского края и Восточной Арктики» о признании приказа ответчика об увольнении с работы незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме в судебную коллегию по гражданским делам Приморского краевого суда путем подачи апелляционной жалобы через Находкинский городской суд.

Судья Довгоноженко В.Н.

Мотивированное решение изготовлено 28 июня 2018года