Апелляционное постановление № 22-1344/2020 от 17 марта 2020 г. по делу № 1-690/2019

копия

Судья Цыганкова И.В. Дело № 22–1344/2020


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Новосибирск 18 марта 2020 года

Суд апелляционной инстанции Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего Башаровой Ю.Р.,

при секретаре Воробьевой А.Е.,

с участием прокурора прокуратуры Новосибирской области Бабенко К.В.,

адвоката Огневой О.В.,

осужденного ФИО1,

потерпевшего И.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Огневой О.В., действующей в защиту интересов осужденного ФИО1, на приговор Ленинского районного суда г. Новосибирска от 27 декабря 2019 года, которым

ФИО1, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, судимый:

- 02.04.2010 Ордынским районным судом Новосибирской области по ч. 2 ст. 228, п. «б» ч. 2 ст. 158, ч. 3 ст. 69 УК РФ к лишению свободы на срок 3 года 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима; 19.07.2013 освобожден по отбытию наказания,

- 20.03.2015 Ордынским районным судом Новосибирской области по п. «а» ч. 3 ст. 158, ч. 1 ст. 139, ч. 3 ст. 69 УК РФ к лишению свободы на срок 2 года с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

- 28.04.2015 Ордынским районным судом Новосибирской области по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к лишению свободы на срок 1 год 9 месяцев, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения с наказанием по приговору от 20.03.2015, назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 9 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима; 19.12.2017 освобожден по отбытию наказания; решением Калининского районного суда г. Новосибирска от 04.08.2017 установлен административный надзор на срок 8 лет,

- 21.11.2018 мировым судьей 2 судебного участка Ордынского судебного района Новосибирской области по ч. 1 ст. 158 УК РФ к лишению свободы на срок 1 год 4 месяца условно с испытательным сроком 2 года,

осужден по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 1 году 4 месяцам лишения свободы,

на основании ч. 4 ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение, назначенное по приговору мирового судьи 2 судебного участка Ордынского судебного района Новосибирской области от 21.11.2018,

на основании ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров, к назначенному наказанию частично присоединено неотбытое наказание, назначенное по приговору мирового судьи 2 судебного участка Ордынского судебного района Новосибирской области от 21.11.2018,

окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

срок наказания ФИО1 исчислен со дня вступления приговора в законную силу,

в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено время содержания ФИО1 под стражей с 07.05.2019 до дня вступления приговора в законную силу в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, с учетом требований ч. 3.3 ст. 72 УК РФ,

мера пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения - в виде заключения под стражу,

разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Башаровой Ю.Р., изложившей обстоятельства дела, доводы апелляционной жалобы адвоката Огневой О.В., выслушав выступление осужденного ФИО1 и адвоката Огневой О.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, потерпевшего И., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, государственного обвинителя Бабенко К.В., возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции,

У С Т А Н О В И Л

По приговору суда ФИО1 признан виновным в совершении открытого хищения имущества, принадлежащего И., а именно его сотового телефона «<данные изъяты>» стоимостью 2000 рублей с установленной в телефон сим-картой оператора сотовой связи «<данные изъяты>», не представляющей материальной ценности, цепи из белого металла пробы «925» стоимостью 3500 рублей, всего на общую сумму 5500 рублей.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ на территории <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 виновным себя не признал.

На приговор суда защитником осужденного ФИО1 – адвокатом Огневой О.В. подана апелляционная жалоба, в которой она просит приговор суда отменить, ФИО1 оправдать в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

В обоснование апелляционной жалобы адвокат указывает на противоречия в показаниях потерпевшего, данных им в ходе предварительного расследования и в суде, на предъявление им в судебном заседании цепи, отлично от той, которую он предъявлял следователю.

Помимо этого, обращает внимание на нахождение потерпевшего в день совершения преступления и написания заявления о преступлении в состоянии алкогольного опьянения.

Согласно доводов жалобы, показания М. о том, что при встрече потерпевший сообщал, что не помнит, что происходило ДД.ММ.ГГГГ, судом не опровергнуты, а кроме того, подтверждаются показаниями свидетеля В., сообщившего при допросе, что потерпевший И. при написании заявления сообщил, что на него напали, нанесли несколько ударов и отобрали имущество, хотя в последующем потерпевший сообщил, что его никто не бил.

На основании изложенного, адвокат полагает, что к показаниям потерпевшего И. следует отнестись критически, исходя из их непоследовательности, противоречивости, несоответствия действительности и необходимости признания таких показаний в связи с этим недопустимыми в порядке ст. 75 УПК РФ.

В свою очередь показания М., данные в судебном заседании, не могут противоречить её показаниям в ходе дознания, учитывая, что допрос происходил либо в свободном изложении, либо в форме «вопроса и ответа», которые должны быть записаны. Вместе с тем, допрошенный свидетель Г. ничего по обстоятельствам допроса указанного свидетеля пояснить не смогла.

На основании изложенного, адвокат приходит к заключению, что выводы суда первой инстанции не обоснованы, не соответствуют требованиям ст. 297 УПК РФ.

Помимо этого, адвокат указывает на то, что собранными по делу доказательствами не доказано наличие у её подзащитного умысла, направленного на открытое хищение чужого имущества, не подтверждено намерение ФИО1 похитить телефон и цепь потерпевшего.

На основании изложенного, с учетом положений ст. 14 УПК РФ, не установления субъективной стороны преступления, характеризующейся прямым умыслом и корыстной целью, в действиях ФИО1 отсутствует состав преступления, в связи с чем он подлежит оправданию.

Выступая в дополнениях в судебном заседании суда апелляционной инстанции, осужденный ФИО1 выразил несогласие с выводами суда первой инстанции о его виновности; указал, что при постановлении приговора оставлены без внимания и оценки его показания и показания потерпевшего, в том числе в той части, что он (ФИО1) мог не слышать потерпевшего, так как громко разговаривал по телефону и ругался со своей супругой.

На основании изложенного, осужденный высказал несогласие с его осуждением в части хищения мобильного телефона потерпевшего, а также цепочки с потерпевшего; обратил внимание на то, что он приглашал потерпевшего к себе на дачу, что, по его мнению, свидетельствует об отсутствии умысла на хищение имущества потерпевшего.

Помимо этого, в дополнениях осужденный ФИО1 указал на правдивость показаний свидетеля М., явившейся очевидцем произошедших событий, которые также оставлены судом первой инстанции без внимания.

Также как и адвокат Огнева О.В. в апелляционной жалобе, в дополнениях осужденный обратил внимание, что предъявленная потерпевшим в ходе судебного следствия цепь являлась не той, которая, якобы, была у него похищена, а также представленный мобильный телефон отличался от того, который находился при потерпевшем в день совершения преступления; документов, устанавливающих принадлежность указанного имущества, у потерпевшего никогда не имелось; в ходе предварительного расследования не предпринимались меры к установлению источников происхождения имущества потерпевшего. Указанным обстоятельствам оценка судом не дана.

При этом осужденный обратил внимание, что при изъятии у него при задержании мобильного телефона идентификационные признаки мобильного телефона не были записаны, телефон был выдан потерпевшему, которому поверили на слово, что это его телефон.

Также осужденный полагает, что при расследовании уголовного дела были нарушены требования уголовно-процессуального закона, регламентирующие возвращение вещественных доказательств потерпевшему. Судом первой инстанции указанные обстоятельства не учтены.

Таким образом, при постановлении приговора судом учтены только показания потерпевшего, без учета показаний осужденного, данных им в ходе судебного следствия.

Помимо этого, согласно пояснений осужденного в дополнении к судебному следствию в суде апелляционной инстанции, к показаниям потерпевшего необходимо отнестись критически в связи с заинтересованностью потерпевшего в его осуждении по причине неравнодушного отношения потерпевшего к гражданской супруге ФИО1, осуществления им соответствующих телефонных звонков; при этом судом первой инстанции было отказано в удовлетворении ходатайства о получении детализации телефонных соединений потерпевшего с М.

Также согласно доводов выступления осужденного в дополнениях к показаниям потерпевшего необходимо отнестись критически, так как потерпевший вымогал у него денежные средства взамен за то, чтобы забрать заявление о привлечении его к уголовной ответственности.

Кроме этого, осужденный обратил внимание, что показания потерпевшего противоречат показаниям допрошенного в суде свидетеля В., являющегося оперуполномоченным отдела полиции № 7, которые были заложены судом в основу обвинительного приговора, в том числе в части того, что потерпевшему наносились удары, высказывались угрозы, цепь с него была сорвана, хотя на шее потерпевшего следов этого не обнаружено. Также не установлено очевидцев указанным обстоятельствам, несмотря на то многолюдное место, где осужденный с потерпевшим распивали алкогольные напитки. Сведения о том, что потерпевший кого-то звал на помощь, не подтверждаются материалами уголовного дела. На основании изложенного, осужденный полагает, что свидетель В. его оговаривает, а также имеет заинтересованность в его осуждении, учитывая наличие у них словесной ссоры в ходе телефонного звонка.

Осужденный обращает внимание на противоречия в сведениях, изложенных потерпевшим в заявлении о преступлении, последующих показаниях, данных при допросах, в том числе в суде, относительно расположения осужденного при совершении преступления, последующей договоренности о встрече на <данные изъяты>, о том, кто именно вернул ему телефон, цепь, деньги.

На основании изложенного, осужденный полагает, что обвинительный приговор постановлен только на противоречивых и не подтверждающихся другими доказательствами показаниях потерпевшего.

Также в дополнениях осужденный просил учесть тяжелое материальное положение его семьи, вызванное его осуждением, воспитание сына супругой и гашение ею ежемесячных кредитных обязательств в размере 50 000 рублей.

Заслушав мнение участников процесса, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым, не находит оснований для его отмены или изменения по доводам апелляционной жалобы.

Доводы апелляционной жалобы адвоката и доводы осужденного ФИО1 о необоснованном осуждении являются несостоятельными по следующим основаниям.

Обстоятельства, при которых совершено преступление и которые в силу ст. 73 УПК РФ подлежали доказыванию, судом установлены верно.

Виновность ФИО1 в совершении преступления, установленного судом первой инстанции, полностью подтверждается совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре суда, обоснованность которых у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает.

При этом выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и подтверждаются исследованными доказательствами, анализ которых приведен в приговоре.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом, приведенные доказательства отвечают требованиям уголовно-процессуального закона, поэтому обоснованно признаны допустимыми, а судом им дана надлежащая оценка.

Выводы суда о доказанности вины и правильности квалификации действий осужденного в приговоре изложены достаточно полно, надлежащим образом обоснованы, мотивированы, соответствуют исследованным в судебном заседании доказательствам, а потому признаются судом апелляционной инстанции правильными.

Суд обоснованно пришел к выводу о виновности осужденного в открытом хищении имущества потерпевшего И. на основании исследованных доказательств, в том числе выводы суда подтверждаются:

- показаниями потерпевшего И. о том, что ДД.ММ.ГГГГ он передал ФИО1 свой телефон, который он купил на <данные изъяты> в апреле 2019 года за 2000 рублей, чтобы он позвонил жене в его присутствии, но ФИО1 начал от него отходить; потерпевший неоднократно спрашивал у него, будет ли он отдавать телефон, при этом потерпевший шел за ФИО1; ФИО1 отвечал ему, говорил потерпевшему подождать; не увидев результата, потерпевший развернулся и стал уходить, после чего ФИО1 его догнал, сорвал с него цепочку, быстрым шагом ушел; впоследствии, взяв распечатку с его мобильного телефона, установил номер, на который был осуществлен звонок, позвонив на который узнал от М., что вещи у ФИО1;

- протоколом проведения очной ставки между потерпевшим И. и подозреваемым ФИО1, в ходе которой потерпевший дал аналогичные показания, также указав, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 вернул ему сотовый телефон, серебряную цепочку и денежные средства в сумме 1500 рублей в качестве возмещения морального вреда;

- показаниями свидетеля В. о том, что ДД.ММ.ГГГГ в дежурную часть поступило сообщение о совершении грабежа телефона и цепочки у И., который сообщил, что ФИО1 забрал у него сотовый телефон, он требовал вернуть имущество, на проезжей части <адрес> ФИО1 подошел к нему, сорвал с него серебряную цепочку; на шее у потерпевшего он видел красный след;

- показаниями свидетеля М., данными в ходе дознания, о том, что ДД.ММ.ГГГГ она с ФИО1 поссорилась, забрала у него телефон, он поехал в <данные изъяты>, встретил потерпевшего, они начали употреблять спиртные напитки, ФИО1 звонил ей с телефона И.; позже сообщил ей, что у него оказался сотовый телефон, который нужно вернуть; они нашли потерпевшего, при встрече ФИО1 отдал телефон И.

Кроме того, признавая ФИО1 виновным и признавая показания потерпевшего и указанных свидетелей достоверными, суд учел и другие доказательства, представленные стороной обвинения, в том числе:

- протокол принятия заявления о преступлении потерпевшего И. о том, что ДД.ММ.ГГГГ незнакомый мужчина похитил у него телефон, который сначала просил позвонить; при этом он просил вернуть телефон, на что мужчина стал на него кричать, тогда И. испугался, побежал, стал просить помощи, вышел на дорогу, стал останавливать машины с просьбой помочь забрать у мужчины телефон, в этот момент к нему подошел мужчина и сзади сорвал у него с шеи серебряную цепочку;

- протокол выемки ДД.ММ.ГГГГ у потерпевшего И. телефона «<данные изъяты>» и серебряной цепочки;

- протокол осмотра ДД.ММ.ГГГГ сотового телефона «<данные изъяты>» и серебряной цепочки;

- протокол осмотра ДД.ММ.ГГГГ двух файлов с видеозаписью, из которых следует, что в кассовой зоне магазина находятся двое мужчин, один из которых покупает бутылку водки, после чего оба мужчины направляются к выходу из магазина.

Все доказательства оценены в приговоре в соответствии с положениями ст. ст. 87, 88 и 307 УПК РФ, на основании чего суд обоснованно пришел к выводу, что доказательства, представленные стороной обвинения, являются допустимыми.

Судом дана надлежащая оценка показаниям потерпевшего, свидетелей в совокупности с другими доказательствами по делу. Ставить под сомнение объективность оценки показаний потерпевшего и свидетелей у суда апелляционной инстанции не имеется.

Все доводы стороны защиты о непричастности осужденного к инкриминируемому ему деянию были проверены судом и обосновано отвергнуты совокупностью собранных по делу доказательств, в том числе утверждения ФИО1 о том, что он корыстного мотива и умысла на совершение преступления не имел; телефон взял, чтобы позвонить; громко и продолжительно разговаривал, отходил за здание, в связи с чем не слышал и не видел потерпевшего; после разговора желал вернуть телефон, но потерпевший ушел; цепочку не похищал, нашел её за подкладом своей куртки, замочек цепочки был не исправен, поэтому цепочка упала за подклад его куртки в момент, когда они с потерпевшим по-дружески обнимались.

Суд обоснованно расценил такие указания осужденного как избранный способ защиты, обусловленный стремлением уйти от уголовной ответственности.

Предметом тщательной оценки суда первой инстанции явились показания самого осужденного ФИО1, в том числе о том, что он не намеревался ничего похищать, потерпевший ничего у него не требовал, заявление о привлечении к уголовной ответственности было написано им в состоянии алкогольного опьянения.

Вместе с тем, указанные показания обоснованно признаны судом несостоятельными и опровергнуты совокупностью исследованных судом доказательств виновности осужденного; при этом суд первой инстанции учел, что потерпевший И. как в ходе расследования уголовного дела, так и в ходе судебного заседания категорично заявлял, что он требовал вернуть ему телефон, ФИО1 от этого уклонялся, а затем, догнав его, сорвал с него цепочку.

Судом первой инстанции верно установлено, что показания потерпевшего в указанной части согласуются с его заявлением о принятии преступления, где он изложил обстоятельства совершенного в отношении него преступления аналогичным образом.

Также судом первой инстанции получили оценку и показания свидетелей В. и М. в совокупности с показаниями потерпевшего.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом верно установлено наличие у осужденного прямого умысла на открытое хищение имущества потерпевшего, исходя из установленных судом фактических обстоятельств уголовного дела, из которых следует, что потерпевший предпринимал попытки прекратить противоправное изъятие его имущества – мобильного телефона, просил ФИО1 вернуть ему телефон, но ФИО1 его игнорировал, после чего ФИО1 сорвал еще и цепь с потерпевшего и скрылся с места совершения преступления.

Утверждения осужденного о том, что он не слышал и не видел потерпевшего, опровергнуты показаниями И. о том, что он не только требовал вернуть телефон, но также пошел вслед за ФИО1, обошел его, продолжал требовать вернуть телефон, на что ФИО1 стал на него кричать.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката и утверждениям осужденного о недопустимости показаний потерпевшего в связи с их противоречивостью, судом оценены все показания потерпевшего, в том числе данные в суде о том, что ФИО1 его не слышал и что он сам прекратил высказывать ФИО1 требования вернуть телефон, которые в тоже время признаны судом как не свидетельствующие об отсутствии в деянии ФИО1 состава преступления.

При этом суд первой инстанции обоснованно учел, что требования вернуть телефон И. высказывал ФИО1 многократно, что для ФИО1 было очевидным, однако такие требования были безрезультатными, осознанно и умышленно игнорировались осужденным с целью оставить чужое имущество в своем владении, в связи с чем потерпевший вынужден был обратиться за помощью к прохожим.

Все свои выводы относительно обоснованности учета показаний потерпевшего, уличающих ФИО1 в виновности, суд первой инстанции мотивировал надлежащим образом.

Вопреки доводам апелляционной жалобы то обстоятельство, что в момент совершения преступления потерпевший находился в состоянии алкогольного опьянения, не может ставить под сомнение выводы суда о виновности осужденного, так как материалами дела установлено, что в момент совершения преступления потерпевший осознавал, что происходит противоправное изъятие его имущества, пытался этому воспрепятствовать, а затем самостоятельно обратился в полицию, написав соответствующее заявление, в котором изложил обстоятельства произошедшего, достаточные для возбуждения уголовного дела, и которые впоследствии нашли свое подтверждение добытыми в рамках расследования уголовного дела приведенными выше доказательствами.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката и пояснениям осужденного о противоречивости и недостоверности показаний потерпевшего судом первой инстанции обосновано заложены в основу обвинительного приговора показания потерпевшего И. с учетом того, что они согласуются с другими доказательствами, а кроме того являются последовательными в части обстоятельств совершения в отношении него преступления и не содержат существенных противоречий, способных повлиять на выводы суда о виновности ФИО1

Кроме этого, судом первой инстанции верно установлено отсутствие оснований для оговора потерпевшим осужденного, какой-либо заинтересованности у него в рассмотрении уголовного дела, в том числе с учетом того, что до событий они не были знакомы, наличие между ними неприязненных отношений судом обосновано не установлено. На основании изложенного суд апелляционной инстанции находит необоснованными утверждения осужденного ФИО1 об обратном.

Кроме того, несостоятельными являются утверждения стороны защиты, что невиновность ФИО1 подтверждается показаниями свидетеля М.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что судом первой инстанции обоснованно приняты в качестве достоверных показаний показания указанного свидетеля, что ФИО1 распивал спиртные напитки с потерпевшим, звонил ей с телефона потерпевшего, а затем телефон потерпевшего оказался у подсудимого и был И. впоследствии возвращен, так как такие показания свидетеля согласуются с другими вышеприведенными доказательствами, получены с соблюдением требований действующего законодательства.

В тоже время указания свидетеля М. в судебном заседании о неполноте и недостоверности записанных дознавателем её показаний - обоснованно расценены судом первой инстанции как несостоятельные, вызванные стремлением помочь ФИО1, с которым у свидетеля сложились фактические брачные отношения, уйти от ответственности. При этом суд обосновано учел, что в протоколе допроса М., прочитанном ею лично, отсутствуют какие-либо замечания с её стороны, а достоверность сообщенных свидетелем сведений удостоверена её подписью.

Кроме того, судом первой инстанции в целях проверки возможного ограничения прав допрашиваемых по делу лиц допрошена в качестве свидетеля дознаватель Г., из показаний которой установлено соблюдение требований уголовно-процессуального законодательства при расследовании уголовного дела.

С учетом изложенного, суд первой инстанции, вопреки утверждениям стороны защиты, обосновано расценил как недостоверные показания свидетеля М., данные в суде, что у магазина ФИО1 искал потерпевшего, чтобы вернуть ему телефон, что потерпевший признавался в ложном обвинении ФИО1, что подал заявление о преступлении, находясь в состоянии опьянения, но ничего не помнил, был намерен забрать его в обмен на деньги, а также то, что на потерпевшего было оказано давление со стороны сотрудников полиции.

При этом вопреки доводам стороны защиты судом первой инстанции обосновано учтено, что общение потерпевшего И. с М. обуславливалось лишь возможностью возвращения ему похищенного имущества.

Доводы стороны защиты о том, что потерпевший предлагал за денежное вознаграждение забрать заявление о преступлении, получили оценку суда первой инстанции и обоснованно признаны недостоверными.

Все указания осужденного ФИО1 об оказании на потерпевшего И. воздействия со стороны сотрудников полиции верно расценены судом как несостоятельные, являющиеся его предположениями, опровергнутыми совокупностью вышеприведенных доказательств.

Кроме того, суд апелляционной инстанции расценивает как несостоятельные и опровергнутые представленными стороной обвинения доказательствами указания стороны защиты о недопустимости признания в качестве доказательств по делу предъявленных потерпевшим сотового телефона и цепи, так как они, по мнению осужденного, не являлись предметом хищения.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает показания потерпевшего И., категорично настаивающего на том, что именно предъявленные им вещи были похищены у него ФИО1, а впоследствии были ему возвращены; разночтения в указании длины цепи в протоколе осмотра длине цепи, установленной в судебном заседании суда первой инстанции, обосновано учтены судом как допущенная неточность при составлении протокола осмотра цепи, не влияющая на выводы о виновности ФИО1 в совершении преступления, размер причиненного его действиями потерпевшему материального ущерба, и не свидетельствуют об отсутствии в деянии ФИО1 состава преступления.

Утверждения осужденного ФИО1 о нарушении требований УПК РФ в части выдачи потерпевшему вещественных доказательств являются несостоятельными, так как п.п. «а» п. 4 ч. 2 ст. 82 УПК РФ предусмотрено возвращение вещественных доказательств в виде ценностей их законному владельцу после производства необходимых следственных действий; указанные требования закона выполнены дознавателем, в производстве которого находилось уголовное дело в отношении ФИО1

Доводы осужденного ФИО1 о том, что он не похищал цепь, а она сама упала ему в куртку, так как на цепи был сломан замок, получили оценку суда первой инстанции, обосновано признаны несостоятельными, опровергнутыми совокупностью вышеприведенных доказательств, признанных судом достоверными, в том числе последовательными показаниями потерпевшего И., что цепь с его шеи была сорвана ФИО1

Утверждения осужденного ФИО1 о том, что в ходе производства по делу не установлена принадлежность вышеуказанного имущества потерпевшему, несостоятельны, опровергаются показаниями самого потерпевшего, пояснявшего о приобретении им мобильного телефона, а также о наличии при нем цепи в день преступления, похищенных осужденным.

Таким образом, оценив все доказательства по делу в совокупности, суд обоснованно нашел их последовательными, категоричными, взаимно дополняющими друг друга как в основном, так и в деталях, не имеющих существенных противоречий, способных повлиять на выводы суда относительно юридически значимых обстоятельствах уголовного дела.

С учетом изложенного доводы осужденного о не установлении других очевидцев произошедшего и лиц, к которым потерпевший обращался за помощью, на выводы суда о виновности осужденного не влияют, так как вина ФИО1 установлена достаточной совокупностью всех доказательств по делу.

Суд обоснованно квалифицировал действия осужденного ФИО1 по ч. 1 ст. 161 УК РФ как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества.

Оснований для иной квалификации действий осужденного суд апелляционной инстанции не находит.

Не согласиться с выводами суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции оснований не имеется, так как такие выводы, вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката и пояснениям осужденного в суде апелляционной инстанции согласуются с фактическими обстоятельствами по делу, установленными судом.

Оснований для оговора осужденного свидетелями обвинения, в том числе свидетелем В. по мотивам неприязненного отношения к осужденному, заинтересованности в исходе уголовного дела, суд первой инстанции не установил, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Как следует из протокола судебного заседания, судом первой инстанции дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон. Судом исследованы все представленные сторонами доказательства и разрешены по существу заявленные ходатайства, при этом нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, по делу допущено не было.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, регламентирующей общие начала назначения наказания, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, отнесенного к категории преступлений средней тяжести, личности виновного, который под наблюдением у врача-нарколога не состоит, характеризуется положительно, имеет семью, трудится, обстоятельств, смягчающих и отягчающего наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Также при назначении наказания было учтено наличие заболеваний у ФИО1, у его гражданской супруги, у их ребенка, у его родителей.

Помимо этого, вопреки доводам осужденного в суде апелляционной инстанции, судом при постановлении приговора было учтено оказание регулярной помощи ФИО1 своей семье и своим родителям, наличие у его семьи кредитных обязательств, а также то обстоятельство, что выплату обязательных платежей производит в настоящее время М., а родители ФИО1 являются пенсионерами; родители, М. и сын ФИО1 нуждаются в его помощи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд признал добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления, наличие малолетнего ребенка.

Оснований для признания других обстоятельств смягчающими не имеется и судом апелляционной инстанции не установлено.

Обстоятельством, отягчающим наказание, суд установил рецидив преступлений.

Назначенное осужденному наказание отвечает закрепленным в уголовном законодательстве РФ целям исправления и предупреждения совершения новых преступлений, а также принципам справедливости и гуманизма, требования ст.ст. 6, 60, 61 УК РФ соблюдены, как и положения ч. 2 ст. 68 УК РФ.

С учетом вышеизложенного, суд обоснованно пришел к выводу о том, что осужденному подлежит назначить наказание в виде лишения свободы, не усмотрев оснований для применения положений ст. 73, ч. 3 ст. 68 УК РФ; исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, предусматривающих смягчение наказания с применением положений ст. 64 УК РФ, а также оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую по правилам ч. 6 ст. 15 УК РФ, в отношении осужденного ФИО1 судом первой инстанции не установлено, свои выводы в этой части суд мотивировал надлежащим образом.

Окончательное наказание ФИО1 обоснованно назначено в соответствии с ч. 4 ст. 74 УК РФ, с учетом совершения им в период условного осуждения преступления средней тяжести, при отсутствии оснований для сохранения условного осуждения. При этом судом обсуждена возможность сохранения условного осуждения по приговору мирового судьи 2 судебного участка Ордынского судебного района Новосибирской области от 21.11.2018, но вместе с тем, учитывая личность виновного, суд пришел к правильному выводу, что сохранение условного осуждения не будет способствовать перевоспитанию и исправлению ФИО1

Таким образом, назначенное ФИО1 наказание является справедливым, соразмерным содеянному и обеспечивает цели наказания, установленные ст. 43 УК РФ. Оснований для смягчения наказания не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену либо изменение приговора суда, в том числе по доводам апелляционной жалобы, из материалов дела не усматривается, в связи с чем апелляционная жалоба адвоката Огневой О.В. удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, ст. 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Ленинского районного суда г. Новосибирска от 27 декабря 2019 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Огневой О.В. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационной суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Судья Новосибирского областного суда (подпись) Ю.Р. Башарова

«Копия верна»

Судья Новосибирского областного суда Ю.Р. Башарова