Апелляционное постановление № 22К-225/2026 от 28 января 2026 г.

Судья Вьюгин И.В. Дело №22К-225/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Иваново «29» января 2026 года

Судья Ивановского областного суда Веденеев И.В.

с участием прокурора Грачева Д.А.,

обвиняемого ФИО1/путём использования системы видео-конференц-связи/, его защитника – адвоката Письменского С.В., представившего удостоверение № и ордер № от 12 января 2026 года, выданный Ивановской городской коллегией адвокатов №1,

при ведении протокола судебного заседания секретарём Никогосян Я.С.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника Письменского С.В. на постановление Октябрьского районного суда г.Иваново от 7 января 2026 года, которым

ФИО1, родившемуся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданину РФ, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.228 УК РФ избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Доложив содержание обжалуемого судебного решения и существо апелляционной жалобы защитника, выслушав мнения участников судебного разбирательства, суд

у с т а н о в и л:

в производстве СО ОМВД России по Октябрьскому району г.Иваново находится уголовное дело, возбуждённое 5 января 2026 года по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.228 УК РФ.

По подозрению в совершении данного преступления, в порядке ст.ст.91,92 УПК РФ, ФИО1 задержан фактически, как установлено судом первой инстанции 5 января 2026 года. Соответствующий протокол задержания следователем составлен 6 января 2026 года и в тот же день ФИО1 по указанной норме уголовного закона предъявлено обвинение.

Постановлением Октябрьского районного суда г.Иваново от 7 января 2026 года обвиняемому ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, то есть по 4 марта 2026 года включительно. Мотивы принятому решению в вынесенном постановлении судом приведены.

В апелляционной жалобе защитник Письменский С.В. просит об изменении состоявшегося 7 января 2026 года судебного решения и об избрании обвиняемому меры пресечения в виде домашнего ареста, приводя в обоснование своей позиции следующие доводы:

-выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела; принадлежность перчатки, в которой обнаружены наркотические средства, именно ФИО1 материалами дела не подтверждена; при этом сам по себе факт нахождения данной перчатки непосредственно у обвиняемого указанную принадлежность не подтверждает; объективных данных о фактической возможности обвиняемого скрыться от правоохранительных органов не представлено; ФИО1 какими-либо материальными средствами не обладает, загранпаспорт у него отсутствует, а имеющаяся у него тяжёлая травма ноги делает его маломобильным; вывод суда о наличии у обвиняемого возможности продолжить заниматься преступной деятельностью является немотивированным, противореча предположению суда о том, что обвиняемый может скрыться, осознавая тяжесть обвинения и возможную ответственность за деяние; утверждать о том, что, осознавая возможность быть лишённым свободы за уже совершённое деяние, обвиняемый может продолжить заниматься аналогичной противоправной деятельностью, нелогично; вывод суда о том, что более мягкая мера пресечения не обеспечит беспрепятственный ход расследования и надлежащее поведение обвиняемого, является необоснованным; в целях соблюдения баланса интересов обвинения и защиты в отношении ФИО1 возможно избрание домашнего ареста по месту его регистрации и жительства; данная мера пресечения исполняется с использованием технических средств, в силу чего обвиняемый будет находиться под постоянным контролем правоохранительных органов; возможность применения в отношении обвиняемого домашнего ареста подтверждается показаниями его жены – ФИО5, а также данными о его личности; на иждивении обвиняемого находятся двое малолетних детей и отец-инвалид, нуждающийся в присутствии сына.

В судебном заседании обвиняемый ФИО1, его защитник Письменский С.В. апелляционную жалобу поддержали по изложенным в ней доводам, обратив внимание на следующее. Обвиняемый. Состояние его здоровья ухудшается, и он нуждается в оказании медицинской помощи, которая ему рекомендовалась ранее, до заключения по стражу. При этом в условиях следственного изолятора необходимая ему помощь надлежащим образом не оказывается. Защитник. Обоснованность подозрения ФИО1 в причастности к инкриминируемому ему преступлению судом фактически не проверена. Приведённые в обжалуемом постановлении доказательства в подтверждение вывода суда об указанной обоснованности последний не подтверждают. По состоянию здоровья обвиняемый нуждается в медицинской помощи, оказание которой в условиях следственного изолятора невозможно. Наличие жилищных условий для исполнения в отношении обвиняемого домашнего ареста подтверждено. Также ФИО1 характеризуется исключительно положительно.

Прокурор Грачев Д.А., находя приведённые стороной защиты доводы необоснованными, просил об оставлении состоявшегося 7 января 2026 года в отношении обвиняемого ФИО1 судебного решения без изменения.

Проверив материалы дела, исследовав дополнительно представленные стороной защиты сведения, обсудив доводы жалобы, выслушав участвующих в деле лиц, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вопреки доводам жалобы, предусмотренных ст.389.15 УПК РФ оснований для отмены вынесенного 7 января 2026 года в отношении обвиняемого ФИО1 постановления не имеется.

Принимая в рамках предоставленных ему полномочий оспариваемое в настоящее время стороной защиты решение, суд первой инстанции исследовал все представленные в судебное заседание сведения о юридически значимых обстоятельствах по делу, учёл положения уголовно-процессуального закона, регламентирующие условия и порядок избрания обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу, дал исследованным сведениям в целом соответствующую фактическим обстоятельствам дела и мотивированную оценку, обоснованно при этом исключив возможность применения в отношении ФИО1 более мягкой, нежели заключение под стражу, меры пресечения.

Доводы стороны защиты, сводящиеся к утверждению об отсутствии оснований для избрания в отношении ФИО1 самой строгой, меры пресечения, носят исключительно субъективный характер, опровергаются установленными по делу фактическими обстоятельствами и представленными в распоряжение суда материалами.

Следует отметить, что, исходя из сформулированных в ч.1 ст.97 УПК РФ положений, юридическая техника изложения оснований для избрания меры пресечения связывает их наличие с обоснованной возможностью нежелательного поведения обвиняемого, а не с категоричным выводом о таком поведении. Применительно же к ФИО1 такая возможность подтверждается приведёнными как ниже, так и в обжалуемом постановлении конкретными фактическими обстоятельствами.

Предъявление ФИО1 обвинения в совершении умышленного тяжкого преступления, связанного с незаконным оборотом наркотического средства, размер которого более, чем в восемнадцать раз превышает крупный размер; при этом санкцией уголовного закона за совершение инкриминируемого обвиняемому преступления предусмотрено наказание исключительно в виде лишения свободы и на достаточно длительный срок;

сведения об отсутствии у обвиняемого фактически с августа 2025 года стабильного и легального источника дохода/л.д.15-16/,

сведения о том, что обвиняемый на протяжении продолжительного промежутка времени является потребителем наркотических средств, для исключения употребления которых за обвиняемым необходим фактически постоянный контроль/л.д.15-16/; при этом последний эффективным в условиях нахождения обвиняемого по месту своего жительства явно не является, к выводу о чём позволяют прийти показания свидетеля ФИО5 от 6 января 2026 года;

первоначальный этап предварительного следствия по уголовному делу,

в своей совокупности позволяют согласиться с выводом суда первой инстанции о наличии обоснованных опасений в том, что, находясь на свободе, вне условий содержания в следственном изоляторе, ФИО1 может как скрыться от предварительного следствия, так и продолжать заниматься преступной деятельностью. В связи с этим вывод суда первой инстанции об отсутствии в настоящее время оснований для избрания обвиняемому более мягкой меры пресечения является правильным. При имеющихся фактических обстоятельствах дела оснований для иного вывода не находит и суд апелляционной инстанции, поскольку беспрепятственное осуществление на настоящем этапе уголовного судопроизводства в отношении ФИО1 посредством применения к нему более мягкой, нежели содержание под стражей, меры пресечения невозможно. Присущие мерам пресечения, не связанным с реальной изоляцией от общества в условиях содержания в следственном изоляторе, в том числе и домашнему аресту, ограничения, механизм контроля за их соблюдением, не обеспечат необходимый уровень последнего в отношении ФИО1, к выводу о чём позволяют прийти вышеизложенные сведения. Более мягкие, нежели заключение под стражу, меры пресечения предполагают в связи с их избранием механизм контроля за соблюдением возложенных на лицо ограничений, фактически не предусматривающий объективных препятствий для их нарушения.

Наряду с изложенным, суд апелляционной инстанции полагает необходимым обратить внимание на п.5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определённых действий»/в действующей редакции/, согласно которому о том, что лицо может скрыться от предварительного следствия на первоначальных этапах производства по уголовному делу могут свидетельствовать тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок. Данные обстоятельства применительно к обвиняемому ФИО1 являются актуальными.

Нелогичных и противоречивых выводов суда применительно к ч.1 ст.97 УПК РФ обжалуемое постановление, вопреки доводам стороны защиты, не содержит.

Вместе с тем, из описательно-мотивировочной части постановления подлежат исключению

указание судом на то, что ранее ФИО1 привлекался к уголовной ответственности, отбывал лишение свободы, в том числе за незаконный оборот наркосредств,

а также вывод о противоправной направленности его личности.

Документально подтверждённых сведений о наличии у ФИО1 на момент инкриминируемого ему преступления не снятой и не погашенной в установленном законом порядке судимости преступленные материалы не содержат. Имеющиеся же сведения о привлечении ФИО1 ранее к уголовной ответственности юридически значимых негативных последствий, предусмотренных действующим уголовным и уголовно-процессуальным законодательством, для обвиняемого не влекут и учёту как отрицательно характеризующие сведения при избрании ему меры пресечения не подлежат.

Не имеется в представленных материалах и данных, достаточных для утверждения в настоящее время о противоправной направленности личности ФИО1

Между тем, изменение обжалуемого постановления в указанной части не влияет на правильность принятого 7 января 2026 года судом первой инстанции в отношении обвиняемого по существу ходатайства следователя решения. Установленные судом и приведённые как в обжалуемом постановлении иные обстоятельства, равно как и приведённые выше, в своей совокупности исключают в настоящее время возможность избрания обвиняемому более мягкой, нежели заключение под стражу, меры пресечения.

Приведённые в рамках апелляционного производства стороной защиты доводы о наличии у обвиняемого места жительства, его положительных характеристиках и наличии у него близких родственников, нуждающихся в нём, изложенные в обжалуемом постановлении выводы суда первой инстанции не опровергают и не исключают актуальность вышеуказанных опасений, свидетельствующих о необходимости избрания в настоящее время обвиняемому самой строгой меры пресечения.

Следует отметить, что в силу ст.99 УПК РФ при решении вопроса о мере пресечения подлежит учёту совокупность всех, а не отдельно взятых обстоятельств по делу. Нарушений требований данной нормы закона применительно к состоявшемуся 7 января 2026 года в отношении ФИО1 решению суд апелляционной инстанции не усматривает.

Одно лишь отсутствие у обвиняемого заграничного паспорта и достаточных материальных средств, на что обращено в жалобе, не исключает возможности ФИО1 скрыться от предварительного следствия, в том числе и на территории РФ.

Само по себе наличие у обвиняемого материальных и жилищных условий для исполнения в его отношении домашнего ареста применение последнего не обуславливает.

Нарушений требований ст.ст.91,92 УПК РФ при задержании ФИО1 в качестве подозреваемого, влекущих безусловную отмену оспариваемого стороной защиты постановления с освобождением обвиняемого из-под стражи, суд апелляционной при имеющихся обстоятельствах дела не усматривает.

Не допущено влекущих такие последствия и нарушений требований главы 23 УПК РФ при предъявлении ФИО1 6 января 2026 года обвинения по ч.2 ст.228 УК РФ.

Проверка обоснованности предъявленного ФИО1 обвинения в рамках настоящего апелляционного производства исключена, выходя за предмет и пределы последнего. Вместе с тем, вопреки доводам жалобы, в представленных материалах содержится достаточных данных, указывающих на обоснованность подозрения обвиняемого в причастности к совершению инкриминируемого ему преступления, к выводу о чём позволяет прийти содержание протоколов осмотров места происшествия от 5 января 2026 года/л.д.7-8,9-10/, протокола личного досмотра ФИО1/л.д.22/, справки об исследовании от 5 января 2026 года №2/1и/л.д.21/, показаний свидетелей ФИО7/л.д.11-12/, ФИО8/л.д.17-19/, ФИО9/л.д.13-14/.

Следует отметить, что вопросы о доказанности события инкриминируемого ФИО1 преступления и его виновности в последнем подлежат разрешению судом только при рассмотрении уголовного дела по существу, по результатам оценки и проверки всех собранных по уголовному делу доказательств. Иное противоречило бы требованиям ст.87, ч.1 ст.88 УПК РФ. Предоставление же собранных доказательств в полном объёме на настоящей стадии производства по делу и в рамках настоящего судебного разбирательства исключено.

Состояние здоровья ФИО1 в настоящее время и рекомендованное ему прохождение плановой медицинской реабилитации, на что акцентировано в рамках апелляционного производства внимание стороной защиты, не является обстоятельством, исключающим возможность его содержания под стражей. В связи с этим следует отметить, что сведений о наличии у ФИО1 тяжёлых заболеваний, перечень которых утверждён постановлением Правительства РФ, и которые препятствуют его содержанию в условиях следственного изолятора, в материалах дела не имеется. Носящих конкретный характер сведений о наличии у обвиняемого таких заболеваний не представлено и стороной защиты.

Не констатировалось у ФИО1 заболеваний, являющихся противопоказаниями к его нахождению в условиях нахождения под стражей, и за период его содержания в изоляторе временного содержания, что следует из соответствующего сообщения сотрудника спецчасти ИВС УМВД России по Ивановской области от 7 января 2026 года.

Вывод суда о наличии в следственном изоляторе для оказания содержащимся в последнем лицам необходимой медицинской помощи ошибочным, вопреки доводам жалобы, не является, соответствуя фактическим обстоятельствам дела. Доводы, связанные с утверждениями о фактическом неоказании обвиняемому такой помощи, равно как и о ненадлежащем оказании последней, подлежат проверке в ином порядке, выходя за предмет и пределы настоящего судебного разбирательства.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л:

постановление Октябрьского районного суда г.Иваново от 7 января 2026 года в отношении обвиняемого ФИО1 изменить, исключив из описательно-мотивировочной части

указание судом на то, что ранее ФИО1 привлекался к уголовной ответственности, отбывал лишение свободы, в том числе за незаконный оборот наркосредств,

вывод о противоправной направленности его личности.

В остальной части указанное постановление оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника Письменского С.В. – без удовлетворения.

Судебное решение может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Судья: И.В.Веденеев