Апелляционное постановление № 22-1179/2024 от 25 сентября 2024 г. по делу № 1-19/2024

судья А.В. Алеева № 22-1179/2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

26 сентября 2024года город Петрозаводск

Верховный Суд Республики Карелия

в составе председательствующего Кутузова С.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи

ФИО1,

с участием прокурора прокуратуры Республики Карелия Захарова Д.А.,

осужденного ФИО2 и его адвоката Гвоздикова Д.А.,

осуждённого ФИО3 и его адвоката Абрамовской Н.С.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвокатов Токко А.А. и Гвоздикова Д.А. на приговор Олонецкого районного суда Республики Карелия от 18 июня 2024 года, которым

ФИО3, родившийся (...), ранее не судимый,

осуждён по ч.3 ст. 256 УК РФ к лишению свободы на 2 года 2 месяца, в соответствии со ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год, с установлением обязанностей: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осуждённого, являться на регистрацию в указанный орган согласно установленному ему графику,

ФИО2, родившийся (...), ранее не судимый,

осуждён по ч.3 ст. 256 УК РФ к лишению свободы на 2 года 2 месяца, соответствии со ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год, с установлением обязанностей: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осуждённого, являться на регистрацию в указанный орган согласно установленному ему графику.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении осужденным ФИО3 и ФИО4 оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Взыскано солидарно с ФИО3 и ФИО2 в пользу Северо-Западного территориального управления Федерального агентства по рыболовству причиненный материальный ущерб в размере 1027618 (один миллион двадцать семь тысяч шестьсот восемнадцать) рублей 13 копеек.

Приговором решён вопрос о вещественных доказательствах по уголовному делу.

Арест, наложенный на автомобиль ФИО2 сохранён до исполнения приговора в части гражданского иска.

Заслушав доклад председательствующего о содержании приговора, существе апелляционных жалоб и возражений, выступления осуждённых ФИО3 и ФИО2, адвокатов Абрамовской Н.С. и Гвоздикова Д.А., поддержавших доводы поданных апелляционных жалоб, мнение прокурора Захарова Д.А. о законности и справедливости приговора суда и возражавшего против удовлетворения апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 и ФИО2 приговором суда признаны виновными в незаконной добыче (вылове) водных биологических ресурсов с применением самоходного транспортного плавающего средства, запрещенных орудий и способов массового истребления, на миграционных путях к местам нереста, группой лиц по предварительному сговору, с причинением особо крупного ущерба на 1027618 рублей 13коп.

Преступление совершено 4 мая 2023 года на территории (.....) Республики Карелия при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Гвоздиков Д.А. действующий в интересах осужденного ФИО2 выражает несогласие с приговором суда, считая его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене. Пишет, что вопреки предъявленному обвинению, период запрета для добычи водных биоресурсов в реке (.....) определен в п. 20.2 п. «л» в «Правилах рыболовства в Ладожском озере» с 25 мая до 10 июля. Считает, что указанные недочеты не были устранены, поскольку действия осужденных были квалифицированны как совершенные «на миграционных путям к местам нереста». Полагает, что вынесение обвинительного приговора невозможно в связи с не установлением места и времени совершения преступления. В обвинительном акте способ и место совершения преступления определено как «путем забрасывания сетного орудия лова в акваторию устья реки (.....)» в (.....) районе Республики Карелия. Вместе с тем, устьем является конечный участок водотока, место впадения водотока в другой водный объект. При этом устье не имеет постоянных характеристик и может меняться в зависимости от количества воды в водотоке, таким образом меняя свое положение. Отмечает, что также не установлено время совершения преступления.

Кроме того, обращает внимание, что государственный обвинитель после завершения судебного следствия, с учётом исследованных доказательств заявил об исключении географических координат места преступления из описания преступного деяния, поскольку обвинение не нашло своего подтверждения в данной части. Однако суд в описательно-мотивировочной части приговора сохранил обвинение без учета позиции государственного обвинения, тем самым выйдя за пределы представленных полномочий. Также указывает, что производство проверки поручалось К., однако решения, а именно назначение экспертизы и продление срока рассмотрения материала принимал Д.. Окончательный срок проверки по делу также невозможно определить. Указанные нарушения считает существенными. Пишет, что исходя из того, что сотрудниками полиции осуществлялся не просто рейд по участкам местности акватории реки (.....), а был организован наблюдательный пункт с применением электронной оптической техники, что в свою очередь подпадает под оперативно-розыскное мероприятие «Наблюдение». Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» строго закрепляет строгие требования к фиксации и закреплению доказательств, полученных в рамках оперативно-розыскных мероприятий, что гарантирует реализацию принципа законности, уважения и соблюдения прав и свобод человека и гражданина. Между тем такой реализации полученные доказательства не получили, поскольку не были зафиксированы электронные устройства с помощью которых проводилась съемка, носители информации, на которых съемка была осуществлена, полученный результат и перезапись на оптический диск. Дознавателем Д. в ходе выемки 18.07.2023 г. был изъят у К. оптический CD-диск, на котором имелись результаты видеонаблюдения. При этом к материалам дела был приобщен иной диск. Суд, признал данный диск допустимым доказательством. Полагает, что в нарушение положений ст. 8 ФЗ от 31.05.2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», эксперт И.. провел исследование необъективно, его заключение не основывается на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных. Выводы суда о виновности подсудимых основаны на выводах ихтиологической экспертизы, которую нельзя признать допустимым доказательством, противоречия невозможно устранить путем его допроса. Кроме того, отмечает, что сертификат эксперта РАН И. является недействующим. Обращает внимание, что ФИО5 является пенсионером, имеет единственный доход в виде пенсии, страдает хроническими заболеваниями, ранее к уголовной ответственности не привлекался. Просит приговор отменить.

В апелляционной жалобе адвокат Токко А.А.. действующий в интересах осужденного ФИО3 выражает несогласие с приговором суда, считая его незаконным и необоснованным и подлежащим отмене. Пишет, что после обнаружения лодки, в которой находились ФИО3 и ФИО5, следователем М. в ней был произведен осмотр. В ходе осмотра были изъяты лодка «(...)» с подвесным мотором, бочка с рыбой, пустой пластиковый ящик, сетное орудие лова с находящейся в нем рыбой. Цитируя пояснения следователя, пишет, что рыба не была пересчитана в связи с плохой погодой. Д.. была организована перевозка изъятых с места происшествия предметов на территорию отдела полиции в г. (.....). После изъятия рыбы, им было принято решение распаковать сетевое орудие лова и содержащуюся там рыбу пересыпать в пустой пластиковый ящик, также изъятый с места происшествия. Ящик им был оставлен на территории отдела полиции в г. (.....) без присмотра, не принято мер к его сохранности. Вернувшись в отдел, Д. было обнаружено, что неустановленное лицо упаковало и опечатало ящик. Далее Д. договорился со своим знакомым Г. о хранении в морозильном помещении бочки и ящика с рыбой. В связи с данными обстоятельствами, автор жалобы выражает сомнения в том, что на ихтиологическую экспертизу поступила именно рыба, изъятая на месте происшествия 4 мая 2023 года. Обращает внимание, что допрошенные в качестве свидетелей К.., Д.., К.. и М.. пояснили, что на месте происшествия в пластиковом ящике находилась корюшка, которая впоследствии была отправлена на ихтиологическую экспертизу, в судебном же заседании данные свидетели свои показания опровергли. Полагает, что такое изменение показаний связано с изъятой с места происшествия упаковки с рыбой направленной на ихтиологическую экспертизу. Пишет, что из показаний эксперта И.. следует, что рыба поступила на экспертизу в двух емкостях: бочке синего цвета и пластиковом ящике. Пояснил, что сетевое орудие лова было чистым, фрагментов рыбы и чешуи не содержало. В ходе экспертизы был произведен пересчет рыбы, взвешена икра, содержавшаяся в рыбе. Пишет, что из показаний ФИО3 и ФИО5 следует то, что они собираясь рыбачить, плывя на реке встретили рыбаков, у которых для своего знакомого Ш.. приобрели бочку с корюшкой объемом 60 литров за 3000 рублей. Также обращает внимание на то, что защита неоднократно обращала внимание суда, что протокол выемки проводился без участия понятых, при этом проводилась фотосъемка, фотографии были скопированы в последствии на компакт-диск. Нахождение данного диска в материалах уголовного дела процессуально никак не оформлено, вследствие чего данный диск является недопустимым доказательством. Полагает, что следствием не представлено бесспорных доказательств того, что рыба-корюшка, находившаяся в синей пластиковой бочке в количестве 5116 экземпляров была выловлена именно ФИО3 и ФИО5. Также выражает несогласие с суммой гражданского иска. Пишет, что ущерб рассчитан с применением повышающего коэффициента. Однако повышающий коэффициент должен применяться, если будет установлено, что рыбная ловля происходила в запрещенном месте или в запрещенный период времени. Отмечает, что инкриминируемое ФИО3 деяние совершено 4 мая 2023 года, то есть в указанное время отсутствовал запрет на рыбную ловлю. Просит приговор отменить.

В возражениях на апелляционные жалобы адвокатов Токко А.А. и Гвоздикова Д.А. Карельский межрайонный природоохранный прокурор Гутов А.В. просит апелляционные жалобы оставить без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, заслушав стороны, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Выводы суда о доказанности вины ФИО3 и ФИО5 в незаконной добыче (вылове) водных биологических ресурсов, с применением самоходного транспортного плавающего средства, запрещённых орудий и способов массового истребления водных биологических ресурсов на миграционных путях к местам нереста, группой лиц по предварительному сговору и причинением особо крупного ущерба являются верными и основанными на необходимой и достаточной совокупности доказательств, получивших оценку суда с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ.

Виновность ФИО3 и ФИО5, несмотря на непризнание осуждёнными своей вины нашла своё подтверждение совокупностью следующих положенных судом первой инстанции в основу приговора доказательств, которыми являются:

показания свидетеля К.. о проведении патрулирования берега устья реки (.....) вместе с Д.., К.. и А.. в ходу которого была обнаружена моторная лодка, которой управлял ФИО5, а ФИО3 забрасывал орудия лова и осуществлял забор рыбы, которую затем сгружали в бочку сине цвета у противоположного берега реки. Указанные действия повторялись неоднократно, 4-5 раз. После задержания ФИО5 и ФИО3 была обнаружена бочка до краёв заполненная рыбой-корюшкой, средство лова – сак с находившейся в нём рыбой и пустой ящик;

аналогичные показания свидетеля Д.. о том. что при совместном рейде в устье реки (.....) ФИО3 и ФИО5 были уличены в незаконном вылове рыбы корюшки с помощью сетного орудия лова. При задержании ФИО5 и ФИО3 в их лодке была обнаружена бочка заполненная корюшкой, а также орудие лова, в котором находилась рыба. Кроме этого подтвердил, что в целях сохранения изъятой рыбы в сохранности, договаривался о её хранении в морозильной камере с Г..;

показания свидетеля Г.. подтвердившего, что весной 2023 года по просьбе Д.. предоставлял возможность хранения в холодильном отделении изъятой корюшки, которая находилась в бочке и ящике;

показаниями свидетеля К.., (...) России по (...) району, который также принимал участие в оперативно профилактическом мероприятии «Водные биоресурсы», в ходе которого в устье реки (.....) были задержаны ФИО5 и ФИО3, занимавшиеся незаконным ловом корюшки, пояснившим об изъятии у них бочки объёмом 40-50л., орудия лова – сака и ящика, которые были заполнены корюшкой;

показаниями свидетеля М.., следователя, проводившей осмотр места происшествия, в ходе которого были изъяты сетное орудие лова, бочка и ящик с корюшкой.

Кроме показаний свидетелей, приведённых выше, виновность ФИО3 и ФИО5 подтверждается: протоколом осмотра места происшествия, которым зафиксировано место задержания осуждённых, изъяты сетное орудие лова, бочка и ящик заполненные рыбой корюшка; осмотром видеозаписи, содержащейся на видеодиске, на которой зафиксированы обстоятельства вылова рыбы и наличие выловленной незаконным способом рыбы в плавательном средстве ФИО5 при задержании осуждённых; протоколы осмотра сетного орудия лова, пластиковой бочки и ящика, используемых ФИО3 и ФИО5 для вылова и хранения рыбы; причинённый преступлением ущерб установлен заключением эксперта от 22. 06. 2023г. по ихтиологической экспертизе, в соответствии с выводами которой установлено количество и вид выловленной рыбы, количество икры, установлено, что вылов осуществлялся орудием лова относящимся к запретным и способом массового истребления рыбы. Как следует из заключения этой же экспертизы, акватория устья реки (.....) в (.....) районе Республики Карелия является путём миграции корюшки к местам нереста и на 4 мая 2023г. имела место миграция корюшки на нерест. Кроме этого в соответствии с произведённым расчётом от 6 июля 2023г. общий ущерб причинённый биоресурсам определён в 1455 200 рублей;

Указанные выше и иные приведённые в приговоре доказательства позволили суду первой инстанции прийти к выводу о доказанности вины ФИО3 и ФИО5 в совершённом преступлении, который суд апелляционной инстанции находит обоснованным, поскольку он основан на совокупности приведённых в приговоре доказательств, исследованных в судебном заседании с участием сторон и проверенных судом в соответствии со ст. 87 УПК РФ путём их сопоставления с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, и установления их источников, которым также была дана надлежащая оценка.

Совокупность приведённых в приговоре доказательств является достаточной для разрешения уголовного дела.

Вопреки доводам апелляционных жалоб стороны защиты, оснований ставить под сомнение достоверность и допустимость представленных обвинением доказательств не имеется.

Аналогичным указанным в апелляционных жалобах доводам судом первой инстанции была дана надлежащая оценка, правильность и обоснованность которой сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания недопустимым доказательством протокола осмотра места происшествия, который отвечает требованиям ст. 164,176,177 УПК РФ. Место совершения преступления определено правильно, как акватория устья реки (.....). При этом указанные координаты места совершения преступления, определённые с использованием системы глобального позиционирования GPS не определяют точку на поверхности земли, а соответствуют некоторой площади на поверхности, что не противоречит установленному приговором месту совершения преступления.

Доводы защиты о необоснованном сохранении судом координат места совершения преступления при иной позиции государственного обвинителя являются несостоятельными, поскольку указанное обстоятельство не свидетельствует об изменении объёма обвинения в порядке полномочий, предоставленных государственному обвинителю ст. 246 УПК РФ.

Совершение преступления ФИО3 и ФИО5 на местах миграции к месту нереста подтверждается заключением ихтиологической судебной экспертизы, надлежащая оценка которому была дана в приговоре и которое обоснованно признано судом допустимым доказательством, оснований сомневаться в компетентности эксперта и научной обоснованности содержащихся в нём выводам не имеется и у суда апелляционной инстанции.

Обоснованность и правильность расчёта причинённого ущерба водным биоресурсам сомнений не вызывает, что позволяет не согласиться с доводами апелляционных жалоб об обратном.

Доводам осуждённых о непричастности к совершению преступления, аналогичным приведённым в апелляционных жалобах, судом дана правильная оценка, позволяющая считать их несостоятельными, поскольку они опровергаются показаниями свидетелей, письменными доказательствами по делу и, в частности, видеозаписью, осмотренной в ходе расследования дела и приобщённой к материалам уголовного дела. Указанные доказательства убедительно свидетельствуют о совершении ФИО3 и ФИО5 инкриминируемого им преступления.

Приведение в материалах дела сведений об ином виде носителе информации, на который была перенесена видеозапись совершённого ФИО5 и ФИО3 противоправного деяния, не свидетельствует о том, что сведения, полученные при её осмотре влекут за собой её признание недопустимым доказательством.

Оснований считать, что проведение рейда сотрудниками полиции являлось оперативно-розыскным мероприятием, не имеется, так как действия сотрудников полиции были обусловлены участием в оперативно-профилактическом мероприятии «Водные биоресурсы», проводимого по распоряжению начальника ОМВД России по (.....) району от 27 апреля 2023года в рамках полномочий, предоставленных полиции и на основании приказа министра МВД Республики Карелия от 26 апреля 2023г., в соответствии с утверждённым планом.

Количество выловленной рыбы корюшка и размер причинённого ущерба водным биоресурсам установленный судом первой инстанции сомнений не вызывает, основан как на первоначально полученных доказательствах в виде осмотра места происшествия, сведений, зафиксированных на видеозаписи, так и подтверждается показаниями свидетелей, приведённых в приговоре, заключением ихтиологической экспертизы.

Суд апелляционной инстанции считает, что оснований для признания доказательств, положенных судом первой инстанции в основу приговора, как о том указывается в апелляционных жалобах стороны защиты, недопустимыми, не имеется.

Наличие квалифицирующих признаков совершённого ФИО3 и ФИО5 преступления судом первой инстанции мотивировано надлежащим образом и сомнений не вызывает. Так как осуждённые совершили преступление группой лиц и по предварительному сговору, использовали для вылова рыбы самоходное транспортное средство и применяли запрещённые орудия способствующие массовому истреблению рыбы на пути миграции к месту нереста. Действиями осуждённых был причинён особо крупный ущерб.

Таким образом, по мнению суда апелляционной инстанции, судом первой инстанции правильно установлены фактические обстоятельства совершённого ФИО3 и ФИО5 преступления, проверены все представленные доказательства, дана оценка всем доводам стороны защиты, в результате чего суд пришёл к правильному выводу о виновности каждого осуждённого в инкриминированном преступлении и обоснованно квалифицировал действия каждого по ч. 3 ст. 256 УК РФ – как незаконная добыча(вылов) водных биологических ресурсов (за исключением водных биологических ресурсов континентального шельфа Российской Федерации и исключительной экономической зоны Российской Федерации) с применением самоходного транспортного плавающего средства, запрещённых орудий и способов массового истребления водных биологических ресурсов на миграционных путях к местам нереста, совершённые группой лиц по предварительному сговору, причинившие особо крупный ущерб.

Нарушений уголовно-процессуального закона, допущенных на досудебной стадии производства по уголовному делу, препятствующих рассмотрению уголовного дела по существу и вынесению по нему законного итогового судебного решения, не установлено.

При рассмотрении уголовного дела судом были обеспечены все условия для обеспечения равенства прав сторон в соответствии со ст. 244 УПК РФ и рассмотрение дела проведено в условиях состязательности сторон в соответствии с ч. 1 ст. 15 УПК РФ.

При назначении наказания ФИО3 и ФИО5 суд, вопреки доводам апелляционных жалоб, в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43 и 60 УК РФ в полной мере учёл характер и степень общественной опасности и обстоятельства совершённого ими преступления, данные о личности виновных, влияние назначенного наказания на исправление каждого осуждённого.

Смягчающими наказание обстоятельствами в отношении каждого из осуждённых суд обоснованно признал пенсионный возраст и состояние здоровья, а кроме этого в отношении ФИО3 – наличие инвалидности 3-ей группы, а ФИО5 – состояние здоровья его супруги.

Иных обстоятельств, подлежащих признанию в качестве смягчающих наказание осуждённым судом первой инстанции не приведено, не установлено таких и при апелляционном рассмотрении дела.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО3 и ФИО5 не имеется.

Сомнений во вменяемости осуждённых у суда апелляционной инстанции не имеется, в связи с чем они подлежат уголовной ответственности и наказанию за совершённое преступление.

Вывод суда в приговоре о том, что цели наказания, установленные ст. 43 УК РФ, могут быть достигнуты при назначении ФИО3 и ФИО5 наказания в виде лишения свободы, у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает, поскольку он основан на всестороннем и полном учёте всех обстоятельств, характеризующих личность осуждённых, с учётом характера и обстоятельств совершённого преступления.

При этом возможность применения в отношении осуждённых положений ст. 73 УК РФ в приговоре в необходимой и достаточной мере мотивирована, оснований не соглашаться с этими выводами суд апелляционной инстанции не находит.

Судом обоснованно признано отсутствие оснований для применения при назначении ФИО3 и ФИО5 наказания положений ст. 64 УК РФ.

Оснований для изменения категории совершённого преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется.

Выводы суда о возможности не назначать осуждённым дополнительное наказание суд апелляционной инстанции находит верными.

Размер назначенного наказания ФИО3 и ФИО5 за совершённое преступление определён судом в пределах установленной санкции, а само наказание чрезмерно суровым не является, оно соразмерно содеянному и является справедливым.

Гражданский иск Северо-Западного территориального управления Федерального агентства по рыболовству разрешён судом в соответствии с требованиями ст. 1064 ГК РФ, на основании ФЗ РФ от 29.12.2004 №166-фз «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов».

Судьба вещественных доказательств и арестованного имущества разрешена судом в соответствии с требованиями ст.ст. 81, 115 УПК РФ.

Нарушений уголовного закона и существенных нарушений уголовно-процессуального закона в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, влекущих изменение или отмену приговора, не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Олонецкого районного суда Республики Карелия от 18 июня 2024 года в отношении ФИО3 и ФИО5 В,Г. оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвокатов Токко А.А. и Гвоздикова Д.А. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ в Третий кассационный суд общей юрисдикции через Олонецкий районный суд Республики Карелия в течение шести месяцев со дня вынесения. В случае пропуска вышеуказанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции в порядке ст. 401.10 УПК РФ. В случае подачи кассационных жалобы, представления лицами, указанными в ст. 401.2 УПК РФ, осуждённые вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий С.В. Кутузов