Апелляционное постановление № 22-1303/2025 от 28 августа 2025 г.

Судья ФИО2 Дело №22-1303/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Иваново 29 августа 2025 года

Ивановский областной суд в составе:

председательствующего судьи Араблинской А.Р.,

при секретаре Жданове Д.С.,

с участием:

прокуроров Грачева Д.А., ФИО1,

потерпевшего Потерпевший №1,

осужденного ФИО3,

защитников – адвокатов Зудовой И.А., Орловой М.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе представителя потерпевшего адвоката Максимова Д.А. в интересах потерпевшего Потерпевший №1 на приговор Ленинского районного суда г.Иваново от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, несудимый,

признан невиновным и оправдан по ч.2 ст.167 УК РФ на основании п.3 ч.2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления, за ФИО3 признано право на реабилитацию и возмещение вреда за уголовное преследование;

осужден по ч.1 ст.245 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 320 (триста двадцать) часов.

До вступления приговора в законную силу мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО3 отменена.

Постановлено в срок отбывания наказания зачесть время фактического задержания ФИО3 – ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с ч.3 ст.72 УК РФ из расчета один день задержания за восемь часов обязательных работ.

Принято решение по гражданскому иску потерпевшего Потерпевший №1 Постановлено взыскать с ФИО3 в пользу Потерпевший №1 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, 100 000 рублей; исковые требования в части требований о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением, оставлены без рассмотрения.

Также принято решение о вещественных доказательствах по делу.

Изложив содержание обжалуемого судебного решения и существо апелляционной жалобы, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции,

установил:

ФИО3 признан виновным и осужден за жестокое обращение с животным в целях причинения ему боли и страданий, повлекшее его гибель.

Преступление совершено в период с 21 часа 40 минут ДД.ММ.ГГГГ по 09 часов 15 минут ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Он же признан невиновным и оправдан в умышленном уничтожении из хулиганских побуждений чужого имущества, с причинением значительного ущерба, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

В суде первой инстанции ФИО3 вину в совершении преступления не признал.

Судом постановлен указанный выше приговор.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего - адвокат Максимов Д.А. в интересах Потерпевший №1, выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, в том числе ввиду того, что суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда. По мнению представителя потерпевшего, выводы суда об отсутствии в действиях ФИО3 садистских методов при убийстве животного, опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами, подтверждающими использование ФИО3 двух видов огнестрельного оружия в течение значительного периода времени, в течении которого животное испытывало страдание, топора для отрубания головы. Считает, что содеянное ФИО3 подлежало квалификации не по ч.1 ст.245 УК РФ, а по п.«в» ч.2 ст.245 УК РФ. Кроме того, полагает, что выводы суда об отсутствии в действиях ФИО3 состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ, основаны исключительно на формальной стоимости убитого животного (114 рублей) и не учитывают значимости указанного имущества для потерпевшего, которая должна в обязательном порядке влиять на выводы суда, в связи с чем оправдание ФИО3 в части совершения преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ, нельзя признать законным и обоснованным. Ссылаясь на п.4 ст.389.15, ч.2 ст. 389.18 УПК РФ, считает, что судом допущено нарушение при назначении наказания, вследствие его чрезмерной мягкости, что также является основанием для отмены приговора. Указывает, что подробно оценивая характер и реальную степень общественной опасности совершенного преступления, связанного с жестоким обращением с живым существом, с применением различных видов огнестрельного оружия в течение значительного периода времени в общественном месте, а также личность подсудимого, в содеянном не раскаявшегося, свою вину полностью отрицавшего, государственный обвинитель предложил справедливый вид и размер наказания, однако судом первой инстанции указанные выше характер, степень общественной опасности и личность подсудимого учтены не были, вследствие чего назначенное наказание нельзя признать справедливым. Поскольку, по мнению представителя потерпевшего, допущенные нарушения не могут быть устранены в суде апелляционной инстанции, просит приговор в отношении ФИО3 отменить, направить уголовное дело на новое судебное разбирательство.

В поданных возражениях защитник-адвокат Зудова И.А. в защиту осужденного ФИО3 с приведением мотивированных доводов просит апелляционную жалобу представителя потерпевшего оставить без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции потерпевший Потерпевший №1 поддержал доводы апелляционной жалобы своего представителя. Дополнительно указал о том, что ФИО3 сам спровоцировал собаку, и возможно поэтому она его укусила. Относительно садистских наклонностей у ФИО3 сослался на показания Свидетель №1, данные на предварительном следствии, из которых следует, что он сам испугался ФИО3, так как он был «бешеный». Указал о том, что собака не была сторожевой, когда он приходил ее кормить, отпускал ее, она бегала и дружелюбно ко всем относилась. Не отрицал, что, находясь на цепи, собака лаяла и бросалась на велосипедистов и мотоциклистов.

Осужденный ФИО3 и защитник-адвокат Зудова И.А. просили в удовлетворении жалобы представителя потерпевшего отказать.

Прокурор Грачев Д.А. полагал судебное решение законным, обоснованным и мотивированным, не подлежащим отмене.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, заслушав выступления сторон, исследовав в совещательной комнате вещественное доказательство – видеозапись, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Уголовное дело в отношении ФИО3 рассмотрено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, глав 37-39 УПК РФ, регламентирующих процедуру рассмотрения уголовного дела.

Выводы суда о виновности ФИО3 в совершении преступления, за которое он осужден обжалуемым приговором, соответствуют правильно установленным фактическим обстоятельствам дела и основаны на совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании с участием сторон, получивших надлежащую оценку в судебном решении.

Из показаний ФИО3 в суде первой инстанции и на предварительном следствии следует, что, находясь в ГСК №, будучи укушенным собакой, обнаружив у нее признаки бешенства, он решил ее безболезненно умертвить, с этой целью выстрелил в нее из травматического пистолета «<данные изъяты>», но поскольку выстрелы не достигли цели, съездил домой, обработал рану, вернулся назад с охотничьим ружьем «<данные изъяты>», выстрелил собаке в голову, отчего она упала замертво. После этого, поскольку считал, что собака бешеная и представляет опасность для окружающих, решил голову собаки отдать на экспертизу, с этой целью отделил голову собаки от туловища.

Утверждение осужденного и его защитника о том, что у ФИО3 отсутствовал умысел на причинение собаке боли и страданий, а его действия были направлены на безболезненное умерщвление собаки, больной бешенством, а также их довод о причинении собакой себе самостоятельного ранения в область груди слева в результате налета на педаль велосипеда, являлись предметом тщательной проверки суда первой инстанции, мотивированно признаны необоснованными, поскольку они опровергаются имеющимися в деле доказательствами.

Так, виновность ФИО3 подтверждается подробно приведенными в приговоре показаниями:

- потерпевшего Потерпевший №1, данных в суде и на предварительном следствии, из которых следует, что примерно в 2006 года он забрал к себе брошенную собаку по кличке Грета, которая жила у него в деревне, и периодически находилась на цепи в будке, установленной в ГСК № рядом с его гаражом №, расположенном по адресу: <адрес>. Собака была привита и здорова, к людям относилась доброжелательно, обычно агрессии не проявляла. Снаружи ГСК висела табличка «осторожно, злая собака», однако для охраны собака не использовалась. ДД.ММ.ГГГГ около 21 час. 45 мин. он посадил собаку на цепь у будки, наутро обнаружил только ошейник, собаки не было, на земле увидел гильзы, после чего вызвал полицию. За день-два до произошедшего никаких странностей в поведении собаки не замечал. К собаке он относился как к члену своей семьи, заботился о ней;

- свидетеля Свидетель №6 о том, что восемь лет назад они взяли к себе собаку по кличке Грета, которая летом проживала с ними в деревне, а в остальное время находилась в ГСК, где у нее была будка, которая стояла возле принадлежащего их семье гаража. Собака обычно находилась на цепи. Жалоб со стороны собственников гаражей на собаку не поступало. Отношение к собаке в семье было хорошим, они с мужем ежедневно ее кормили. О случившемся узнала от супруга. Утрату собаки переживают тяжело;

- свидетеля Свидетель №7, данных в суде и на предварительном следствии, согласно которым на протяжении восьми лет собака по кличке Грета жила в ГСК в будке на цепи. Иногда Потерпевший №1, уезжая из города, забирал собаку с собой. По характеру собака была миролюбивой, агрессии не проявляла. О случившемся узнала ДД.ММ.ГГГГ, в том числе и от Потерпевший №1, на собачьей будке, гараже Потерпевший №1 были следы крови. На видеозаписях видела двух людей, собаку тащили, видела ее тело;

- свидетеля Свидетель №2, данных в суде и на предварительном следствии, о том, что ДД.ММ.ГГГГ в 22 часа он заступил на смену в качестве сторожа ГСК №, около 1 часа ночи пришли Свидетель №1 и неизвестный мужчина, которые жестом предложили ему выпить, на что он отказался. Мужчины ушли в сторону гаража Свидетель №1, через некоторое время он услышал не менее двух выстрелов, но реагировать на это не стал. Около 2 часов закрыл калитку за Свидетель №1 и мужчиной. Утром у гаража Потерпевший №1 увидел кровь возле будки и на гараже, собака по кличке Грета отсутствовала. Он понял, что Свидетель №1 и мужчина что-то сделали с собакой. Знакомых людей собака к себе подпускала, была доброй, а незнакомых облаивала, то есть вела себя как охранная собака;

- свидетеля Свидетель №8 сообщившей, что собака по кличке Грета охраняла ГСК, где у нее была будка, собака находилась там непостоянно, так как Потерпевший №1 иногда забирал ее в деревню. На людей собака реагировала нормально, на пьяных - агрессивно и лаяла. Потерпевший №1 заботился о собаке, кормил, прививал, его семья очень сильно переживала из-за произошедшего. За 2-3 дня до случившегося она видела собаку, та вела себя нормально, агрессии не проявляла;

- свидетеля Свидетель №5, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ ее сын ФИО3 уехал кататься на велосипеде, когда около 4 часов утра вернулся, рассказал, что на него напала и покусала собака, которая живет в гаражах. У сына была разорвана штанина, нога была в крови, заклеена лейкопластырем. ФИО3 сообщил, что застрелил собаку, поскольку посчитал ее бешеной, и она могла навредить окружающим, сказал, что голову собаки отдаст для проведения экспертизы. В тот день сын был трезв, впоследствии обратился в больницу по поводу укуса;

- свидетеля Свидетель №1 в суде и на предварительном следствии, согласно которым в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ, когда ФИО3 на велосипеде ехал к нему в гараж в ГСК №, его за ногу укусила собака, которая сидела на цепи. У ФИО3 в месте укуса была кровь, он достал оружие и выстрелил один раз в сторону собаки. На некоторое время ФИО3 покинул территорию ГСК, когда вернулся, при себе у него было ружье, с которым он пошел к собаке, после этого услышал 4-6 выстрелов. Когда ФИО3 вернулся в гараж, попросил топор, вышел из гаража, после чего он (Свидетель №1) слышал звуки ударов. Вернувшись в гараж, ФИО3 сообщил, что отрубил собаке голову так как она бешеная и нужно сдать ее на анализы. За собакой ухаживал Потерпевший №1, на людей собака лаяла, иногда бегала без цепи, но никого не кусала. В тот день спиртное в гараже распивал только он;

- свидетеля Свидетель №4, данных на предварительном следствии и оглашенных с согласия сторон о том, что рядом с гаражом Потерпевший №1 была будка, в которой на привязи жила собака, которая агрессию не проявляла. ДД.ММ.ГГГГ около 4 часов встретил Свидетель №1, который рассказал, что его знакомый убил собаку и отрезал ей голову, чтобы проверить на бешенство;

- свидетеля Свидетель №13, из которых следует, что от Свидетель №1 ему известно, что в ГСК живет злая собака;

- свидетеля Свидетель №10, согласно которым в будке на территории ГСК жила собака, которая обычно была злой, себя вела агрессивно. 31 августа 2023 года видел эту собаку, она вела себя обыкновенно – выбегала из будки, лаяла, проявляла агрессию;

- свидетеля Свидетель №14 показавшего, что собака жила в ГСК примерно 7 лет, вела себя обычно, иногда лаяла на пробегающих мимо людей, никого не кусала, жалоб на нее не было. Собачья будка была установлена с разрешения правления ГСК;

- свидетеля Свидетель №15 о том, что собака вела себя нормально, неагрессивно, жалоб на нее не поступало, Потерпевший №1 за ней ухаживал.

Как усматривается из материалов уголовного дела, а также протокола судебного заседания каких-либо существенных противоречий в показаниях потерпевшего и свидетелей, которые могли бы повлиять на правильность установления судом обстоятельств совершения ФИО3 преступления, доказанность его вины не имеется. Показания свидетелей, в том числе данные в ходе предварительного расследования и оглашенные в ходе судебного разбирательства на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, которые были подтверждены свидетелями после их оглашения, были получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, оценены судом в совокупности с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, обоснованно признанными достоверными. Сведений о заинтересованности свидетелей при даче показаний, а также оснований для оговора осужденного, не установлено.

Кроме того, виновность ФИО3 подтверждается письменными доказательствами, в числе которых протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ с участием свидетеля Свидетель №1, в ходе которого осмотрен диск с видеозаписями с места происшествия, видеозаписи также исследовались в суде первой инстанции, на которых ДД.ММ.ГГГГ в период с 00:41:28 до 02:53:59 зафиксировано: как в 00:41:28 проезжающего на велосипеде мужчину кусает за левую ногу собака, после чего мужчина отъезжает от собаки, осматривает рану, и производит в сторону собаки, находящейся возле гаража, выстрел из пистолета, после чего уезжает на велосипеде; в 02:13:34 мужчине с велосипедом дверь на территорию ГСК открывает мужчина, и они вдвоем следуют в сторону гаражей; в 02:28:03 из гаража № выходит мужчина с ружьем в руках, подходит вплотную к будке, наклоняется и заглядывает в нее, достает и направляет в сторону будки длинный предмет, из будки выбегает собака, на которую мужчина направляет данный предмет, после чего собака забегает в будку; через несколько секунд собака снова выходит из будки, пробегает мимо мужчины, тот направляет в ее сторону длинный предмет, после чего в 02:32:19 собака падает на землю, мужчина уходит, в 02:44:10 он возвращается и оттаскивает собаку, волоча за хвост ее тело по земле; в 02:47:35 мужчина приволок тело собаки к гаражу, где осматривает его, производит какие-то манипуляции предметом похожим на нож в области головы и шеи собаки; в 02:50:12 ему второй мужчина из гаража передает топор, которым он наносит сначала три, затем еще четыре рубящих удара в область шеи собаки, после чего помещает голову собаки в пакет и заходит в гараж, а в 02:51:49 оттаскивает туловище собаки за гаражи.

Заключениями судебно-медицинских ветеринарных экспертиз, а также показаниями экспертов и специалиста установлены характер, механизм образования повреждений, обнаруженных у собаки по кличке Грета, а также причина ее смерти.

Из заключения судебной ветеринарной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ года следует, что у собаки имелись кровоизлияния в области 8-9 ребра справа и в области 9-10 межреберья; отсутствовала голова; в области 6-7 шейных позвонков имелась гематома подкожной клетчатки, повреждение мягких тканей шеи; ушиблено-рваная рана в области 6-7 шейных позвонков. В области 8-9 ребра справа обнаружена пуля. Собака была обезглавлена с помощью режуще-колюще-рубящего предмета (предметов). Не исключается, что смерть животного наступила в совокупности от действий, направленных на отделение головы от тела. Давность наступления смерти определить не представляется возможным. Собака умирала в мучениях примерно 15-30 минут и оставалась жива до момента нанесения ударов колюще-рубящим предметом, на что указывает отек легких следствие острой кровопотери и травматического шока.

Из оглашенного протокола допроса эксперта ФИО19 следует, что пулевое ранение не может являться причиной смерти, поскольку пуля застряла в коже. Между выстрелами и отделением головы прошло 15-30 минут, и собака была жива до отделения головы, о чем можно сделать вывод, исходя из патологоанатомических изменений в теле собаки. В результате причинения собаке повреждений она испытывала страдания и боль.

Согласно заключению судебной медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ на трупе беспородной собаки за правой лопаточной областью обнаружено входное пулевое отверстие, слева в области 9-10 ребра – резаная рана. При вскрытии в области 8-9 ребра справа обнаружена пуля, установлено наличие обширной гематомы кожи и подкожной клетчатки. Голова отсутствует, повреждены мягкие ткани шеи, имеется гематома подкожной клетчатки в области шеи, мышцы порваны. Голова собаки скорее всего была отрублена не очень острым предметом (скорее всего была отрублена не с первого раза), смерть собаки предположительно наступила от начавшегося отека легких.

Из заключения дополнительной судебной медицинской (ветеринарной) экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ на трупе животного имелись пулевое и ножевое ранение, обширные гематомы, отсутствовала голова. Указанные повреждения повлекли безвозвратный ущерб здоровью животного. Пулевое ранение и обширная гематома кожи за лопаточной костью расположены справа на уровне 8-9 ребра, ножевое ранение и гематомы кожи слева расположены в области 9-10 ребра. По состоянию мышц шеи и шейных позвонков можно предположить, что животное было обезглавлено не очень острым предметом и не с первого раза, скорее всего, рубящим оружием. Наличие обширной гематомы кожи и подкожной клетчатки указывают на прижизненное пулевое ранение. Шерсть вокруг входного пулевого отверстия испачкана кровью. При посмертном ранении патологоанатомическая картина была бы другой. Резаная рана в области 9-10 ребра слева получена собакой при жизни, о чем свидетельствует наличие гематомы кожи и подкожной клетчатки в области ранения. Шерсть была испачкана кровью. При смерти кровь в кровеносных сосудах свертывается и при нанесении ранений мертвому животному обильных кровотечений не происходит (за исключением крупных кровеносных сосудов). Гематома подкожной клетчатки в области шеи могла образоваться от сильного механического воздействия на данную область не совсем острым предметом. На шейных позвонках имеются засечки. Ранение было предположительно нанесено уже после смерти животного. Причиной смерти послужил начавшийся сердечно-легочный (травматический) шок вследствие острой кровопотери после получения пулевого и ножевого ранений. Смерть наступила по причине совокупности ранений, полученных собакой, которые повлекли сильные болевые ощущения, привели к развитию травматического шока, отеку легких и остановке сердца. Смерть собаки не была быстрой и единовременной, полученные повреждения в совокупности вызвали у собаки сильные и длительные болевые ощущения вплоть до момента наступления смерти. При данном расположении полученных ранений смерть не могла быть быстрой и имеющиеся ранения несли животному мучения и страдания.

Эксперт ФИО18 подтвердила выводы указанных выше заключений и показала, что характер имевшихся на теле собаки гематом свидетельствовал об их прижизненном причинении. Причиной смерти собаки стал отек легких. Быстрой смерть собаки не была. Пена у пасти собаки может образовываться по ряду причин, в том числе из-за физиологических особенностей, сдавливания слюнных желез ошейником, из-за волнения и агрессии. Вздыбленная шерсть – это нормальное состояние и оборонительная реакция собаки при страхе, агрессии. При заболевании бешенством меняется модель поведения животного, а пена из пасти появляется при поражении мышц головы, глотательных и жевательных мышц, слюнных желез, что обычно свидетельствует о скорой, в течение 1-2 суток, смерти животного. Лаять при этом собака не может из-за поражения мышц и голосовых связок. Заболевание развивается в течение 14-30 суток, смерть наступает от паралича дыхательной мускулатуры. При привитии собаки вакциной «<данные изъяты>» иммунитет от бешенства сохраняется в течение 2-3 лет. О том, что ранение на груди слева было причинено ножом или схожим предметом, можно судить по форме и состоянию краев раны. В бессознательном состоянии животное продолжает испытывать боль, но реакции организм на нее не проявляет.

Из показаний специалиста ФИО17, данных в суде и на предварительном следствии, следует, что собака была ранена из травматического оружия, и у нее имелась рана в области сердца. Пулевое ранение было получено при жизни, собака была жива и подвижна до нанесения раны в области сердца, вследствие полученных ранений собака испытывала боль не менее 2 часов и ее смерть наступила от острой кровопотери, геморрагического и травматического шока, на что указывает почти полное отсутствие крови в полостях сердца. Имевшиеся у собаки повреждения причиняли ей страдания. Отделение головы от туловища было произведено или в агональный период, или после смерти.

Кроме того виновность ФИО3 в совершении преступления подтверждается и другими доказательствами, подробно приведенными в приговоре, в числе которых протокол осмотра места происшествия, в ходе которого у собачьей будки на земле обнаружены следы вещества бурого цвета, 9 гильз с надписями «<данные изъяты>», две гильзы с надписями «<данные изъяты>»; из гаража № изъяты находящийся под столом топор, на полу 5 гильз с надписями «<данные изъяты>», за гаражом по следам волочения бурого цвета обнаружен и изъят труп собаки без головы; протокол обыска в жилище ФИО3, в ходе которого в том числе изъяты самозарядный карабин «<данные изъяты>», пистолет «<данные изъяты>», шесть патронов калибра 7,62х39мм; заключение судебной баллистической экспертизы №, из которого следует, что самозарядный карабин «<данные изъяты>» № калибра 7,62х39мм, относится к нарезному огнестрельному оружию и пригодный для стрельбы; пистолет «<данные изъяты>» № калибра 9мм Р.А., относится к огнестрельному оружию ограниченного поражения; шесть патронов охотничьих калибра 7,62х39мм, пригодны для производства выстрелов; заключение судебной баллистической экспертизы №, согласно которому изъятый с места происшествия предмет цилиндрической формы – фрагмент оболочки пули патрона калибра 7,62х39мм; заключение судебной баллистической экспертизы №, согласно выводам которой изъятые с места происшествия 7 предметов являются гильзами патрона калибра 7,62х39 БПЗ предназначены для гражданского нарезного огнестрельного оружия; 9 предметов являются гильзами холостых патронов калибра 9мм P.A. «<данные изъяты>», предназначенных для стрельбы из огнестрельного оружия ограниченного поражения и списанного охолощенного оружия; протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому объектом осмотра являлась пуля, извлеченная из трупа собаки, установлено, что она выполнена из пластичного полимерного материала темного цвета, имеет диаметр 9,1мм, и на ней имеются потертости и разрывы; заключение судебной биологической экспертизы №, согласно выводам которой на топоре обнаружена кровь собаки; ветеринарный паспорт собаки по кличке Грета, из которого следует, что собака привита вакциной от бешенства «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ; заключение судебной медицинской экспертизы №, согласно выводам которой у ФИО3 в области средней трети левой голени имелись три ссадины размером 1,5х0,5см, образовавшиеся в период от 1 до 14 суток до момента осмотра, не причинившие вреда здоровью. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 была введена антирабическая вакцина (против бешенства), а также другими доказательствами по делу, приведенными в приговоре.

Сомневаться в объективности положенных в основу приговора доказательств оснований не имеется, поскольку каждое из них согласуется и подтверждается совокупностью других доказательств и получено с соблюдением требований закона.

Все собранные по делу доказательства судом тщательно исследованы и проанализированы, им дана надлежащая оценка, они являются допустимыми, выводы суда в приговоре мотивированы, и сомневаться в их обоснованности у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Также суд первой инстанции дал правильную оценку всем положенным в основу приговора заключениям судебных экспертиз, поскольку каждое из них мотивированно и обоснованно, составлено без нарушений норм УПК РФ, ответы на вопросы даны в полном объеме с учетом полномочий и компетенции экспертов, основания и мотивы, по которым были сделаны соответствующие выводы, изложены в исследовательской и заключительной частях экспертиз, которые проведены надлежащими лицами, на основании представленных экспертам исходных материалов. При этом эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, что подтверждается наличием соответствующих подписей. Каких-либо существенных противоречий между указанными заключениями и другими доказательствами, которые бы ставили под сомнение правильность установления судом фактических обстоятельств по делу и законность приговора, не имеется.

Утверждение стороны защиты о самостоятельном причинении собакой себе ранения в области грудной клетки в результате налета на педаль, мотивированно отвергнуто судом исходя из описания характера ранения (резаной раны), отраженного в заключении судебной медицинской (ветеринарной) основной и дополнительной экспертиз, показаниях эксперта ФИО18 о том, что, судя по форме и состоянию краев раны, ранение на груди слева было причинено ножом или схожим предметом. Кроме того, применение ФИО3 в отношении собаки колюще-режущего предмета, схожего по внешним признакам на нож, следует также из содержания видеозаписи с камер видеонаблюдения, установленных в ГСК №.

Также в ходе судебного следствия установлено, что ФИО3 производил выстрелы в собаку из двух видов оружия – пистолета «<данные изъяты>» и ружья «<данные изъяты>, в связи с чем уточнение судом при описании преступного деяния конкретного оружия, использованного ФИО3 при совершении преступления, не ухудшает положение осужденного и не нарушает его право на защиту.

Судом в приговоре надлежащим образом оценены доводы стороны защиты о том, что собака по кличке Грета проявляла признаки бешенства, и действия осужденного были направлены как в целях самозащиты, так и для того, чтобы обезопасить от нее окружающих. Данная позиция объективно опровергается показаниями: потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №10, Свидетель №8 о том, что поведение собаки в день событий и в предшествующие дни не отклонялось от нормы, эксперта ФИО18 о том, что сами по себе наличие у собаки пены вокруг рта и вздыбленной шерсти не свидетельствуют о заболевании бешенством, поскольку при наличии такового собака утрачивает способность лаять и ее поведение существенно изменяется, в рассматриваемом же случае имело место обычная реакция животного на раздражающие факторы. Кроме того, как следует из ветеринарного паспорта собаки по кличке Грета, ДД.ММ.ГГГГ она была привита вакциной от бешенства «<данные изъяты>», и согласно показаниям эксперта ФИО18 указанная вакцина сохраняет свои действия до 3 лет. Также как верно отмечено судом собака в ночное время находилась в безлюдном, изолированном месте на привязи, и не представляла опасности для окружающих. При этом, несмотря на высказанные ФИО3 опасения, как следует из видеозаписи с камер видеонаблюдения, которые являлись предметом исследования не только суда первой инстанции, но и в совещательной комнате суда апелляционной инстанции, когда осужденный после первого произведенного выстрела вернулся, собака в это время находилась в будке и никакой опасности ни для ФИО3 ни для других лиц не представляла, несмотря на это ФИО3 вплотную подошел к будке, в которой находится собака, наклонялся, заглядывал в будку, протягивал в ее сторону руку, следовательно не опасаясь того, что в этот момент может быть укушен собакой, которая, по его мнению, проявляла признаки бешенства.

При таких обстоятельствах суд обосновано счел достоверными и положил в основу приговора показания ФИО3 только в части не противоречащей объективно установленным обстоятельствам дела, а его позицию расценил как направленную на уменьшение своей ответственности за содеянное.

Вместе с тем, доводы потерпевшего о том, что действия ФИО3 по отношению к собаке изначально носили провокационный характер, поскольку, проезжая на мимо на велосипеде он стал гарцевать на одном колесе, что-то кричал, чем спровоцировал собаку и она его укусила, обоснованными признать нельзя, поскольку объективными доказательствами указанное утверждение не подтверждено, опровергается показаниями осужденного, свидетеля Свидетель №1, а также видеозаписью с камер видеонаблюдения с места происшествия.

Кроме того, сам потерпевший в суде апелляционной инстанции указал о том, что собака, когда находилась на цепи, лаяла и бросалась на велосипедистов и мотоциклистов.

Органом предварительного расследования действия ФИО3 были квалифицированы по п.«в» ч.2 ст.245 УК РФ как жестокое обращение с животным в целях причинения ему боли и страданий, из хулиганских побуждений, с применением садистских методов, повлекшее его гибель.

По смыслу закона (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступления, совершенных из хулиганских побуждений») под уголовно наказуемыми деяниями, совершенными из хулиганских побуждений, следует понимать умышленные действия, которые совершены без какого-либо повода или с использованием незначительного повода. При этом необходимо выяснять кто являлся инициатором конфликта, что явилось поводом к нему.

В ходе рассмотрения дела объективно установлено, что перед совершением преступления ФИО3 был укушен собакой по кличке Грета. Указанное обстоятельство суд обоснованно не посчитал малозначительным, поскольку, получив повреждение ноги и испытав от этого боль, последующие действия совершались ФИО3 из личной неприязни к собаке, а не из желания противопоставить себя обществу, выказать пренебрежение установленным правилами поведения, нормами морали и нравственности, то есть не из хулиганских побуждений, в связи с чем суд обоснованно исключил из обвинения указанный квалифицирующий признак.

Объективная сторона преступления, предусмотренного статьей 245 УПК РФ, выражается в жестоком обращении с животными, под которым понимается причинение им боли, физических страданий в результате их систематического избиения, оставления без пищи и воды на длительное время, использования для ненаучных опытов, причинения неоправданных страданий при научных опытах, мучительного способа умерщвления, использования в различных схватках, натравливания их друг на друга, охоты негуманными способами и т.п. Последствия таких действий - увечье или гибель (смерть) животных.

Субъективная сторона указанного преступления характеризуется виной в виде умысла (прямого или косвенного), когда виновный осознает факт жестокого обращения с животным, предвидит гибель животного или возможность причинения увечья и желает либо допускает наступление данных последствий.

Как верно указано судом, действия ФИО3, который целенаправленно и последовательно применял насилие к животному, было направлено не на его безболезненное умерщвление, а на причинение собаке боли и страданий, а в последующем смерти. Указанное обстоятельство подтверждается совокупностью исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, в числе которых показания свидетеля Свидетель №1, явившегося очевидцем преступления, видеозаписи, на которых зафиксирована последовательность действий осужденного в отношении собаки, заключения судебных медицинских ветеринарных экспертиз, а также показаний экспертов ФИО19, ФИО18, специалиста ФИО17, из которых следует, что в результате причинения собаке повреждений, она длительно испытывала боль и страдания, а характер патологоанатомических изменений в теле собаки и имеющихся у нее гематом, включая на шее в месте отделения головы, свидетельствует о прижизненном причинении, то есть до наступления биологической смерти, всего комплекса повреждений (включая отделение головы). Для причинения повреждений собаке по кличке Грета, находившейся на цепи и не способной убежать, осужденный использовал оружие и иные предметы, что свидетельствует о понимании ФИО3 наступления необратимых последствий для животного в результате применения таких орудий преступления, что указывает о прямом умысле на жестокое обращение с животным в целях причинения ему боли и страданий, повлекшее его гибель.

Вместе с тем, вопреки доводам представителя потерпевшего, суд апелляционной инстанции соглашается с мотивированным выводом суда первой инстанции об отсутствии в действиях ФИО3 квалифицирующего признака «с применением садистских методов».

По смыслу уголовного закона под садистскими методами, применяемыми при жестоком обращении с животными, понимаются мучительные способы обращения с животными, причиняющие им особые страдания, особые и изощренные физические способы воздействия на животных, например, членовредительство, пытки, сожжение живым, удушение, истязание и т.п. При этом законодатель под субъективной стороной садистских методов предполагает не просто жестокое обращение с животными, а цель поступков человека в данном случае подразумевает убийство животного либо или причинение ему увечья, повреждений ради удовольствия и наслаждения его страданиями.

По данному делу указанных выше обстоятельств не было установлено. Согласно заключению амбулаторной судебной психиатрической экспертизы ФИО3 каким-либо психическим расстройством на период совершения преступления не страдал. Ссылку потерпевшего на показания свидетеля Свидетель №1 о том, что он испугался ФИО3, так как он был «бешеный», суд апелляционной инстанции считает необоснованной ввиду того, что в указанной части они не соответствуют действительности, опровергаются показаниями свидетеля Свидетель №1, данными как в ходе предварительного следствия, так на стадии судебного разбирательства.

Вопреки доводам представителя потерпевшего само по себе использование ФИО3 двух видов огнестрельного оружия и топора не свидетельствует о садистских особо изощренных методах причинения животному особых страданий и боли.

Необходимо отметить, что согласно предъявленному обвинению, применение непосредственно садистских методов было инкриминировано ФИО3 только в части действий по отрубанию головы с использованием топора, иные же действия ФИО3 по использованию огнестрельного оружия, а также колюще-режущего предмета, как следует из обвинения, совершались с целью причинения собаке боли и страданий, что охватывается квалификацией части 1 статьи 245 УК РФ. При этом, исходя из заключений и показаний экспертов, основной комплекс повреждений, причинивший боль и страдания, был получен животным до момента нанесения ей ударов колюще-рубящим предметом (топором), а исходя из показаний специалиста отделение головы от туловища произведено животному, находящемуся в агональном состоянии, что в том числе следует и из содержания видеозаписи, исследованной как судом первой инстанции, так и в совещательной комнате судом апелляционной инстанции.

Указанные выше обстоятельства в их совокупности не позволили суду прийти к выводу о том, что действия ФИО3 по отношению к собаке по кличке Грета и способ причинения последней боли, страданий и смерти, вызвали особые страдания и обладали бы той степенью жестокости и особой изощренности, которые являлись бы достаточными для квалификации действий осужденного по квалифицирующему признаку «с применением садистских методов». С данным выводом суд апелляционной инстанции соглашается.

При таких обстоятельствах суд обоснованно переквалифицировал действия ФИО3 с п.«в» ч.2 ст.245 УК РФ на ч.1 ст.245 УК РФ – жестокое обращение с животным в целях причинения ему боли и страданий, повлекшее его гибель.

Органом предварительного расследования ФИО3 наряду с обвинением в совершении преступления, предусмотренного п.«в» ч.2 ст.245 УК РФ, было предъявлено обвинение по ч.2 ст.167 УК РФ (в соответствии с ч.2 ст.17 УК РФ идеальная совокупность преступлений), то есть при совершении действий жесткого обращения с животным ему также инкриминировалось из хулиганских побуждений умышленное уничтожение чужого имущества – собаки по кличке Грета стоимостью 20000 рублей, с причинением значительного ущерба Потерпевший №1

Судом первой инстанции ФИО3 по ч.2 ст.167 УК РФ был признан невиновным и оправдан на основании п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Суд апелляционной инстанции считает принятое судом решение законным, обоснованным и мотивированным, исходя из следующего.

Согласно ч.4 ст.302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении инкриминируемого ему преступления подтверждена совокупностью исследованных доказательств.

В соответствии с ч.2 ст.302 УПК РФ оправдательный приговор постановляется в случае, если в деяниях подсудимого отсутствует состав преступления.

Оправдательный приговор суда по ч.2 ст.167 УК РФ в отношении ФИО3 соответствует требованиям ст.305 УПК РФ. Вопреки доводам представителя потерпевшего, на основе анализа исследованных доказательств суд первой инстанции, правильно установив фактические обстоятельства дела, обоснованно пришел к выводу о невиновности ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, оценив представленные стороной обвинения и стороной защиты доказательства по делу с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - их достаточности для правильного разрешения дела. Оснований не согласиться с данными выводами у суда апелляционной инстанции не имеется.

При принятии решения суд первой инстанции верно исходил из того, что правовой режим животных действующим гражданским законодательством (в силу ст.137 ГК РФ) определен как имущественный, что указывает на необходимость оценки стоимости уничтоженного имущества.

При этом по смыслу закона причинение значительного ущерба является обязательным признаком объективной стороны состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ, отграничивающего его от административного правонарушения, предусмотренного ст.7.17 КоАП РФ. Отсутствие такого последствия умышленного уничтожения чужого имущества исключает возможность квалификации соответствующих деяний по названной статье уголовного закона, в том числе по ее части второй.

В соответствии с п.2 примечаний к ст.158 УК РФ значительный ущерб гражданину, в том числе при умышленных уничтожении или повреждении его имущества, определяется с учетом его имущественного положения, но не может составлять менее пяти тысяч рублей. По смыслу закона при квалификации действий лица по признаку причинения гражданину значительного ущерба и при решении вопроса о том, причинен ли значительный ущерб собственнику или иному владельцу имущества, следует исходить из стоимости уничтоженного имущества, судам также следует учитывать имущественное положение потерпевшего, значимость имущества для потерпевшего. Однако ущерб, причиненный гражданину, не может быть менее размера, установленного примечанием 2 к статье 158 УК РФ, то есть менее 5000 руб.

Из показаний потерпевшего Потерпевший №1 следует, что собака по кличке Грета, которую бросили его соседи, была получена им на безвозмездной основе.

В подтверждение стоимости собаки по кличке Грета органом предварительного следствия представлена справка председателя совета общественной организации «<данные изъяты>» ФИО7, а также показания последней, из которых следует, что стоимость собаки составляет 20000 рублей.

Допрошенная в суде первой инстанции свидетель ФИО7 указала об отсутствии у нее специальных познаний в области оценки имущества, в том числе собак, никакого обучения в указанной области она не проходила, представителем потерпевшего ей была предоставлена фотография собаки, стоимость которой она определила только исходя из своего личного опыта затрат на содержание собаки, при этом никакими нормативными документами она не руководствовалась.

Стороной защиты была представлена справка <данные изъяты>» о рыночной стоимости собаки, исходя из которой стоимость последней составляет 99 рублей, а также в качестве специалиста допрошен ФИО26, подтвердивший выводы, изложенные в его справке о стоимости животного.

По смыслу закона при отсутствии сведений о стоимости имущества либо возникновении сомнений в оценке стоимости уничтоженного имущества, она может быть установлена на основании заключения экспертов. В целях устранения возникших в ходе судебного следствия противоречий и для установления фактической рыночной стоимости уничтоженного имущества – собаки Греты, на основании постановления суда от ДД.ММ.ГГГГ проведена товароведческая оценочная судебная экспертиза № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которой рыночная стоимость имущества – собаки по кличке Грета (метиса немецкой овчарки и лабрадора, беспородной) возрастом от 8 до 10 лет по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляет 114 рублей.

Суд первой инстанции в приговоре надлежащим образом проанализировал указанные выше доказательства, поверил их, изложил мотивы, по которым принял одни доказательства, другие отверг и дал им надлежащую оценку в соответствии со ст. ст. 87, 88 УПК РФ.

Как доказательства, представленные стороной обвинения (справка председателя совета общественной организации «<данные изъяты>» ФИО7 и показания последней), так и доказательства стороны защиты (справка ООО «<данные изъяты>», показания специалиста ФИО26) в подтверждение стоимости уничтоженного имущества, обоснованно не были приняты судом во внимание при определении стоимости собаки Греты. Так, ФИО7 была дана оценка не о рыночной стоимости животного (как это по смыслу закона предусмотрено при оценке имущества), а о расходах, понесенных на его содержание, при отсутствии каких-либо объективных данных, подтверждающих размер таких расходов, только исходя из своего личного опыта. Также суд, принимая во внимание отсутствие у эксперта ФИО26 квалификационного аттестата и сведений о его членстве в саморегулируемых организациях оценщиков, наличие которых в силу закона (ст.4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №135-ФЗ «Об оценочной деятельности в РФ») является обязательными для признания его субъектом оценочной деятельности, правомерно не расценил как допустимое доказательство по делу представленную стороной защиты справку ООО «<данные изъяты>» и показания допрошенного в судебном заседании в качестве специалиста ФИО26

Давая оценку проведенной по уголовному делу судебной товароведческой (оценочной) экспертизе № от ДД.ММ.ГГГГ суд верно исходил из того, что указанное заключение эксперта по настоящему уголовному делу соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства (ст.204 УПК РФ), Федеральному закону от 29 июля 1998 года №135-ФЗ «Об оценочной деятельности в РФ», Федеральному закону «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (ст.41), разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2010 года №28 «О судебной экспертизе по уголовным делам» (пункт 2), экспертиза проведена экспертом, имеющим значительный стаж работы, отвечающим всем признакам субъекта оценочной деятельности, квалификация которого сомнений не вызывает, в пределах поставленных вопросов, входящих в компетенцию эксперта, составлено в письменной форме, содержит подробное описание проведенного исследования, мотивированные выводы на постановленные вопросы, в связи с чем признал заключение эксперта допустимым доказательством и положил в основу приговора.

Оснований не согласиться указанной выше оценкой доказательств, данной судом первой инстанции, не имеется.

При таких обстоятельствах, в ходе судебного разбирательства экспертным путем установлена рыночная стоимость уничтоженного имущества – собаки по кличке Грета, которая составляет 114 рублей, и исходя из п.2 примечаний к ст.158 УК РФ, определяющей минимальный размер (5000 рублей) для определения критерия причинения значительного ущерба гражданину, в том числе при умышленных уничтожении или повреждении имущества, судом первой инстанции обоснованно сделан вывод об отсутствии в действиях ФИО3 состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ.

Доводы представителя потерпевшего о том, что суд должен был руководствоваться не формальной стоимостью убитого животного, а учитывать в том числе и значимость имущества для потерпевшего, в рассматриваемой ситуации основаны на неверном толковании норм закона, поскольку первичной составляющей определения критерия значительности ущерба в силу закона является стоимость уничтоженного имущества, при этом положения п.2 примечания к статье 158 УК РФ как следует из содержания указанной нормы распространяются на Главу 21, включающую в себя в том числе статью 167 УК РФ, то есть она не может быть ниже 5000 рублей. Значимость же уничтоженного имущества для потерпевшего должна оцениваться при стоимости имущества, превышающего 5000 рублей, вместе с тем по данному уголовному делу такая стоимость была определена значительно ниже установленной законом (114 рублей). При этом необходимо также отметить, что потерпевшей стороной в обоснование мотивов определения значимости уничтоженного имущества приведена не его материальная составляющая, а привязанность владельца к животному, что не может учитываться при определении значительности ущерба в качестве составообразующего признака по статье 167 УК РФ; указанные доводы потерпевшего были учтены судом первой инстанции при разрешении гражданского иска Потерпевший №1 о компенсации морального вреда. С материальной же точки зрения, как это требует законодатель, значимым имуществом для потерпевшего собака не являлась.

Ссылка стороны защиты в обоснование доводов на апелляционное определение Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № является несостоятельной, поскольку приведенное судебное решение касается оценки обстоятельств конкретного уголовного дела (уничтожения путем поджога жилого дома стоимостью 200000 рублей) и не носит преюдициальный характер для рассмотрения других уголовных дел с иными установленными обстоятельствами.

Таким образом, выводы суда первой инстанции о невиновности ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ, - умышленном уничтожении из хулиганских побуждений чужого имущества, с причинением значительного ущерба, являются убедительными, основаны на достаточной совокупности исследованных судом доказательств, мотивированы должным образом.

Каких-либо существенных противоречий, повлиявших на выводы суда первой инстанции об оправдании ФИО3 по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления, не имеется, противоречивых выводов в приговоре не приведено, формулировок, ставящих под сомнение невиновность оправданного, приговор также не содержит.

Психическое состояние осужденного судом первой инстанции проверено надлежащим образом. С учетом выводов заключения комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, а также поведения осужденного в ходе судебного разбирательства, суд первой инстанции верно признал ФИО3 вменяемым.

При назначении осужденному наказания по ч.1 ст.245 УК РФ суд в соответствии с требованиями ст.ст.6, 43, 60 УК РФ верно учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, наличие смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Надлежащую и объективную оценку судом получили все известные на момент рассмотрения дела сведения о личности виновного, которые в своей совокупности с иными сведениями учитывались при назначении ему наказания.

Судом принято во внимание, что ФИО3 не судимый, к административной ответственности не привлекался, на учетах у психиатра и нарколога не состоит, является самозанятым, обременен социальными связями, участковым уполномоченным характеризуется удовлетворительно; матерью, соседями, членами кружка радиолюбителей, свидетелями – положительно.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО3, суд в соответствии с п.п.«г,и» ч.1, ч.2 ст.61 УК РФ обоснованно признал наличие малолетнего ребенка у виновного; активное способствование расследованию преступления, выразившееся в добровольной выдаче в ходе обыска орудий совершения преступления; наличие заболеваний у подсудимого и его близких родственников; оказание подсудимым помощи родственникам; принесение извинений; участие в общественной и иной благотворительной деятельности; положительные характеристики.

Выводы суда о непризнании в качестве смягчающего наказание обстоятельства, указанного в п.«з» ч.1 ст.61 УК РФ, надлежащим образом мотивировано, с чем суд апелляционной инстанции соглашается. При этом ссылка защитника в суде апелляционной инстанции на нарушение потерпевшим положений Постановления Правительства Ивановской области №593-п «Об утверждении дополнительных требований к содержанию домашних животных, в том числе к их выгулу, на территории Ивановской области», не может быть принята во внимание, поскольку указанное постановление действует с 04.12.2023, то есть после совершения ФИО3 преступления.

Стороной защиты в суде апелляционной инстанции представлены сведения о наличии у дочери ФИО3 заболевания, которое было установлено после вынесения приговора, а также сведения, согласно которым в рамках исполнительного производства о взыскании с ФИО3 в пользу Потерпевший №1 задолженности в размере 100000 рублей, ФИО3 перечислены денежные средства в размере 20500 рублей. Из дополнительно истребованных судом апелляционной инстанции сведений, поступивших из Ленинского РОСП <адрес> УФССП по <адрес>, следует, что ДД.ММ.ГГГГ на основании исполнительного листа возбуждено исполнительное производство о взыскании задолженности в размере 100000 рублей в отношении ФИО3 в пользу Потерпевший №1, поступившие от ФИО3 в рамках указанного исполнительного производства денежные средства находятся на депозитном счету Ленинского РОСП в связи с отзывом исполнительного листа (поскольку приговор не вступил в законную силу).

Проанализировав указанные выше сведения, суд апелляционной инстанции не находит оснований для признания указанных выше обстоятельств в качестве смягчающих наказание осужденного. Так, сведения о наличии у дочери ФИО3 заболеваний являлись предметом исследования суда первой инстанции и в качестве смягчающего наказание обстоятельства в том числе было признано наличие заболеваний у близких родственников, в число которых входит и дочь осужденного. Установление у нее еще одного заболевания основанием для признания его отдельным смягчающим наказанием обстоятельством не является. Относительно принятия осужденным мер к частичному возмещению морального вреда потерпевшему, суд апелляционной инстанции исходит из того, что данные действия были совершены ФИО3 после вынесения приговора, направления в службу судебных приставов исполнительного документа и поступления об этом уведомления осужденному на сайте Госуслуги, то есть указанное возмещение было связано уже со стадией фактического исполнения приговора в части принятого решения по гражданскому иску, в связи с чем также не подлежит признанию в качестве смягчающего наказание обстоятельства.

Таким образом, каких-либо иных смягчающих наказание обстоятельств, которые судом остались неучтенными, не установлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Также судом достаточно аргументировано признание отягчающим наказание обстоятельством, предусмотренное п.«к» ч.1 ст.63 УК РФ, - совершение преступления с использованием оружия и боеприпасов.

Объективных данных о нахождении ФИО3 в момент совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения в ходе судебного разбирательства установлено не было, в связи с чем у суда отсутствовали основания для разрешения вопроса о наличии либо отсутствии отягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного ч.1.1 ст.63 УК РФ.

Вопреки доводам представителя потерпевшего выводы суда о необходимости назначения ФИО3 за совершенное преступление наказания в виде обязательных работ в приговоре мотивированы, являются обоснованными и правильными, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается. Принимая данное решение суд первой инстанции в соответствии с требованиями закона учел данные о личности подсудимого, характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, наличие совокупности смягчающих и отягчающего наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, и пришел к выводу, что наказание в виде обязательных работ будет соответствовать цели восстановления социальной справедливости, задачам охраны прав и свобод человека и гражданина, общественного порядка и общественной безопасности от преступных посягательств, предупреждения совершения новых преступлений, а также в достаточной мере будет соответствовать исправлению осужденного.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что назначенное ФИО3 наказание не является самым мягким, предусмотренным санкцией ч.1 ст.245 УК РФ, а размер назначенного наказания является близким к максимальному, в связи с чем не имеется оснований полагать, что осужденному назначено чрезмерно мягкое наказание, как об этом указывают потерпевший и его представитель. Оснований для назначения ФИО3 наказания в виде лишения свободы суд первой инстанции не усмотрел, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Ссылку представителя потерпевшего на позицию государственного обвинителя, полагавшего необходимым назначить ФИО3 наказание в виде лишения свободы, обоснованной признать нельзя, поскольку уголовный закон не называет мнение как государственного обвинителя, так и потерпевшего в числе обстоятельств, учитываемых при назначении наказания, так как вопросы назначения наказания в силу п.1 ч.1 ст.29 УПК РФ относятся исключительно к полномочиям суда.

Таким образом, все юридически значимые по делу обстоятельства, влияющие на определение вида и размера наказания, судом были учтены, назначенное наказание суд апелляционной инстанции признает справедливым. Оснований как для усиления назначенного наказания по доводам жалобы представителя потерпевшего, так и для смягчения наказания по приведенным в суде апелляционной инстанции доводам стороны защиты суд апелляционной инстанции не усматривает.

В соответствии с требованиями закона судом в приговоре разрешены вопросы по мере пресечения, о вещественных доказательствах, а также о конфискации на основании п.«г» ч.1 ст.104.1 УК РФ орудий преступления – ружья «<данные изъяты> и пистолета «<данные изъяты>

Принятое судом решение по гражданскому иску потерпевшего Потерпевший №1 о компенсации морального вреда мотивировано должным образом и соответствует требованиям ст.ст.151,1099-1101 ГК РФ, при этом размер данной компенсации, причиненного потерпевшему преступными действиями ФИО3, судом определен в том числе с учетом требований разумности и справедливости. Также судом принято верное решение об оставлении без рассмотрения гражданского иска Потерпевший №1 в части взыскания с ФИО3 материального ущерба, поскольку по ч.2 ст.167 УК РФ в отношении ФИО3 постановлен оправдательный приговор.

Таким образом, уголовное дело рассмотрено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. В ходе рассмотрения дела были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Стороны не были лишены возможности представить доказательства в обоснование своих позиций. Все представленные сторонами доказательства были исследованы и оценены в приговоре надлежащим образом. Заявленные сторонами ходатайства разрешены в установленном порядке и по ним приняты мотивированные решения, которые не вызывают сомнений в своей обоснованности. Каких-либо сведений о нарушении принципов равноправия и состязательности сторон, предвзятом отношении председательствующего судьи к той или иной стороне протокол судебного заседания не содержит.

При изложенных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции полагает, что приговор суда является законным и обоснованным, нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, которые могли бы явиться основанием к его отмене или изменению, в том числе по доводам, изложенным в апелляционной жалобе представителя потерпевшего, не имеется. Судебное решение соответствует требованиям ч.4 ст.7 и ст.297 УПК РФ, правовой позиции Верховного Суда РФ и Конституционного Суда РФ, основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Ленинского районного суда г.Иваново от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО3 оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя потерпевшего адвоката Максимова Д.А. – без удовлетворения.

Приговор и апелляционное постановление могут быть обжалованы в суд кассационной инстанции в порядке главы 47.1 УПК РФ в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу. В случае пропуска этого срока, кассационные жалоба и представление могут быть поданы непосредственно в суд кассационной инстанции и рассмотрены в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий А.Р. Араблинская