Апелляционное определение № 33-874/2026 от 5 апреля 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

УИД 18RS0021-01-2024-003495-13

Судья Хисамутдинова Е.В. 1-я инстанция: № 2-103/2025

Докладчик Шалагина Л.А. Апел. производство: № 33-874/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

06 апреля 2026 года г. Ижевск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Шалагиной Л.А.,

судей Стех Н.Э., Ивановой М.А.,

при секретарях судебного заседания Леоновой Л.Т., Шибановой С.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на решение Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 11 февраля 2025 года по делу по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании права собственности, расторжении договора купли-продажи, прекращении права собственности.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Удмуртской Республики Шалагиной Л.А., объяснения третьего лица ФИО1, поддержавшей доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, просившей решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении иска ФИО2, ответчика ФИО3, ее представителя - ФИО5, действующей по устному ходатайству, просивших решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Первоначально ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 (далее по тексту - ответчик) о признании права собственности на жилое помещение в порядке наследования, мотивируя свои требования тем, что в сентябре 1995 года после расформирования военной части истец ФИО2 вместе с матерью ФИО6 переехал из Украины в Россию в г.Можгу, где проживали родители матери. 05 октября 1995 года они были зарегистрированы в доме родителей матери - ФИО7 и ФИО8 по адресу: <адрес>.

Спустя непродолжительный период времени родители матери предложили ей на принадлежащем им земельном участке построить отдельный дом, который будет являться личным жильем истца и его матери. ФИО6 приняла указанное предложение и занялась строительством собственного дома. Земельный участок обоюдным решением матери и ее родителей был поделен, своими силами и за свой счет ФИО6 построен дом, и каждая семья самостоятельно осуществляла владение, пользование и распоряжение жилыми домами и земельными участками, не нарушая соглашения, достигнутого на стадии решения вопроса о строительстве жилого объекта матерью истца.

Построенным домом пользовались только истец ФИО2 и его мать ФИО6, иных лиц, претендующих на этот дом и переданный им земельный участок, не имелось на протяжении всего периода владения и пользования. Они, как собственники жилого дома и земельного участка, следили за данными объектами недвижимости, поддерживали дом в технически исправном состоянии, проводили в нем необходимый текущий ремонт, оплачивали коммунальные услуги, пользовались предоставленным им земельным участком, самостоятельно обрабатывали его, занимались посадкой овощей и фруктов, исходя из личных желаний и потребностей. Домом и земельным участком владели и пользовались открыто и непрерывно на протяжении всего периода времени, мать ФИО6 вплоть до своей смерти 04 марта 2022 года, на момент подачи иска истец ФИО2 также пользовался всем этим имуществом. Возведенный матерью жилой дом не был ею зарегистрирован надлежащим образом, и документы о праве собственности на него у матери отсутствовали.

После смерти матери истец ФИО2, как наследник первой очереди, принял спорный жилой дом и земельный участок, пользовался ими, проживал в доме на постоянной основе и оплачивал необходимые коммунальные платежи, нес расходы по содержанию этого имущества. После смерти матери вступил в права наследования на имущество умершей, взяв на себя бремя содержания оставшегося ему в наследство дома с находящимися в нем предметами домашней обстановки и обихода, земельного участка, которым они пользовались, в соответствии с решением о выделе земли в пользование, а также принял все необходимые меры по сохранению наследственного имущества.

ФИО6 и ФИО2 в совокупности владели домом и земельным участком почти 30 лет. За этот период времени никаких требований относительно спорного имущества к ним никто не предъявлял. Владение домом и земельным участком осуществлялось открыто, добросовестно, длительный период времени. Имуществом пользовались как своим собственным и считали его таковым. Иного собственника у дома не имеется, дом в течение длительного периода времени никем не был зарегистрирован, требований о выезде ФИО9 и его матери ФИО6 из дома никто никогда не предъявлял.

Истец принял наследство, открывшееся после смерти матери, и унаследовал, в том числе, спорное недвижимое имущество – жилой дом и земельный участок, вошедшие в наследственную массу наследодателя. Учитывая, что время владения домом и земельным участком превышает предусмотренный статьей 234 Гражданского кодекса Российской Федерации пятнадцатилетний срок, то у ФИО6 возникло право на дом и землю на основании приобретательной давности. Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможности приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности.

В сентябре 2021 года умер дед истца ФИО2 - ФИО7, после смерти которого открылось наследство на жилой дом, принадлежавший ему и его жене (бабушке истца), и земельный участок, на котором был построен дом истца ФИО9 и его матери ФИО6 Наследниками было решено, что оформлением наследства будет заниматься ответчик ФИО3, ей было поручено провести межевание земельных участков согласно фактически сложившемуся землепользованию и поставить вновь образуемые земельные участки на кадастровый учет. Также ей было дано поручение провести необходимый сбор документов для регистрации и постановки на учет принадлежащего ФИО2 и его матери дома для того, чтобы эти объекты (дом и земельный участок) не вошли в наследственную массу и не были предметом притязаний третьих лиц в случае, если наследниками будет принято решение о продаже наследственного дома с земельным участком.

Ответчик ФИО3 полностью выполнила необходимые работы. В результате проведенных работ (межевание) земельному участку, который выделен истцу с матерью, был присвоен кадастровый №, в процессе формирования земельного участка его площадь, исходя из уточненных данных, составила 470 кв.м. Зарегистрированный жилой дом поставлен на учет с кадастровым номером №, площадь дома составляет 107,3 кв.м.

В связи с чем истец ФИО2 просил установить факт добросовестного, открытого и непрерывного владения ФИО6, умершей 04 марта 2022 года, жилым домом общей площадью 107,3 кв.м, кадастровый №, и земельным участком площадью 470 кв.м, с кадастровым номером №, находящимися по адресу: <адрес>, как своим собственным в течение срока приобретательной давности; признать право собственности ФИО6 на указанный жилой дом и земельный участок в силу приобретательной давности; прекратить право собственности ФИО3 на указанный жилой дом и земельный участок и обязать Управление Росреестра по Удмуртской Республике внести соответствующую запись о прекращении права собственности; признать ФИО2 наследником имущества ФИО6 на указанные жилой дом и земельный участок.

В ходе рассмотрения дела истец ФИО2 в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) изменил исковые требования, о чем представлено письменное заявление, согласно которому спорные объекты недвижимости отчуждены ответчиком ФИО3 по договору купли-продажи от 04 марта 2024 года, заключенному с покупателем ФИО4, в связи с чем истец просил:

- расторгнуть договор купли-продажи от 04 марта 2024 года, заключенный между ФИО3 и ФИО4, на продажу жилого дома площадью 107,3 кв.м, кадастровый №, на продажу жилого дома площадью 86,1 кв.м с кадастровым номером № и земельного участка площадью 1355 кв.м с кадастровым номером №;

- признать за ФИО3 право собственности на жилой дом площадью 86,1 кв.м с кадастровым номером № и земельный участок площадью 840 кв.м с кадастровым номером №;

- установить факт добросовестного, открытого и непрерывного владения ФИО6, умершей 04 марта 2022 года, жилым домом общей площадью 107,3 кв.м, кадастровый №, находящимся по адресу: <адрес>, как своим собственным в течение срока приобретательной давности;

- признать право собственности ФИО6 на жилой дом общей площадью 107,3 кв.м, кадастровый №, находящийся по адресу: <адрес>, ввиду приобретательной давности;

- прекратить право собственности ФИО4 на жилой дом общей площадью 107,3 кв.м, кадастровый №, находящийся по адресу: <адрес>, и обязать Управление Росреестра по Удмуртской Республике внести соответствующую запись о прекращении права собственности;

- признать факт добросовестного, открытого и непрерывного владения ФИО6, умершей 04 марта 202 года, земельным участком площадью 470 кв.м с кадастровым номером №, расположенным по адресу: <адрес>;

- признать право собственности ФИО6 на земельный участок площадью 470 кв.м с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, и обязать Управление Росреестра по Удмуртской Республике внести соответствующую запись о прекращении права собственности;

- прекратить право собственности ФИО4 на земельный участок площадью 470 кв.м с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, и обязать Управление Росреестра по Удмуртской Республике внести соответствующую запись о прекращении права собственности;

- признать за ФИО2 право собственности в порядке наследования на жилой дом общей площадью 107,3 кв.м, кадастровый №, находящийся по адресу: <адрес>, и земельный участок площадью 470 кв.м, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>.

Определением суда от 24 октября 2024 года, занесенным в протокол судебного заседания, изменение иска принято судом, кроме того, к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО4, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора - Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Удмуртской Республике.

Определением суда от 10 января 2025 года, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены нотариусы нотариального округа город Можга Удмуртской Республики ФИО10 и ФИО11

В судебном заседании представитель истца ФИО5 исковые требования с учетом их изменения поддержала, просила их удовлетворить, суду пояснила, что передача земельного участка родителями К-ными своей дочери ФИО6 есть ничто иное как сделка. Анализ совершенных между К-ными и ФИО6 действий позволяет сделать вывод о том, что фактически между ними состоялся договор, согласно которому К-ны передали в пользование ФИО12 часть принадлежащего им земельного участка, а ФИО6 его приняла и владела данным земельным участком, как своим собственным, на протяжении всего периода ее жизни. Получив в дар часть земельного участка от родителей, ФИО6 воспользовалась своим правом на возведение здания и реализовала его, построив отдельный жилой дом, в котором и проживала. На момент передачи земельного участка ФИО6 сделка по передаче земельного участка могла быть осуществлена устно и письменного подтверждения сделки, факта ее заключения не требовалось.

В ходе рассмотрения настоящего дела свидетельскими показаниями установлено, никем и ничем не опровергнуто, что ФИО6 приняла переданный ей земельный участок, чем совершила действия направленные на приобретение его в свою собственность, и начала строительство жилого дома. Учитывая, что строительство велось на личные денежные средства ФИО6, оснований для сомнения в том, что спорный жилой дом принадлежал фактически именно ей на праве собственности, не имеется. Регистрация права собственности на возведенный объект недвижимости - жилой дом проводилась по желанию правообладателей, законно установленных требований по обязательной регистрации объекта недвижимости на тот момент времени не имелось. В ходе судебного разбирательства допрошенные в качестве свидетелей лица, а так же ответчик ФИО3, третье лицо ФИО13 подтвердили тот факт, что, действительно, ФИО6 за свой счет построила жилой дом на земельном участке, который был передан ей родителями. За весь истекший период никто никогда не ставил под сомнение правомерность владения ФИО6 как земельным наделом, так и жилым домом, споров о праве на эти объекты не возникало. Как родители, так и сестры и брат с первых дней знали о принятом родителями решении передать часть земельного участка своей дочери для строительства последней своего личного жилого дома, данное решение родителей не оспаривали, сомнению не подвергали и каких либо требований не выдвигали. Свидетели, допрошенные в ходе судебного разбирательства, так же подтвердили тот факт, что родители К-ны передали своей дочери земельный участок, на котором последняя построила дом. В ходе судебного разбирательства были допрошены родственники, которые поддерживали тесные и близкие отношения как с родителями К-ными, так и с их детьми. Они говорили о том, что была дружная семья, что они приезжали и помогали в строительстве жилого дома ФИО6, и родители им показали, какой земельный участок был выделен, была проделана межа. Умершая сестра болела, и не всегда у неё была возможность обрабатывать земельный участок, и родители в силу пожилого возраста не могли обрабатывать свой земельный участок. И свидетели поясняли, что родители К-ны им говорили, где земельный участок ФИО6, а где их участок, что есть межа. Процедура межевания данного земельного участка и раздела земельных участков прошла именно по той меже, которая была и есть на сегодняшний день.

Действующее ныне законодательство защищает права собственника при аналогичных ситуациях и закрепляет, что право собственности может быть установлено путем применения статьи 234 ГК РФ ввиду приобретательной давности.

Кроме того, согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, имущество, принадлежащее наследодателю, переходит к наследникам, если оно принадлежало наследодателю независимо от государственной регистрации права на недвижимость, и при отсутствии надлежаще оформленных документов, подтверждающих право собственности наследодателя на имущество, возможно предъявление иска о включении имущества в состав наследства, а также предъявление требования о признании права собственности в порядке наследования за наследниками умершего. Так как в свое время необходимые документы оформлены не были, то признание права собственности возможно при наличии титульного собственника.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования признала в полном объеме, суду пояснила, что в настоящее время проживает в доме ФИО6 с согласия ФИО2, смотрит за хозяйством, поскольку ФИО2 болен. Признаёт, что данный дом и земельный участок принадлежали ранее матери истца. Именно его мать за свой счёт построила данный жилой дом. Родители очень хотели, чтобы ФИО6 приехала в г.Можгу, поскольку ФИО6 была больна диабетом, у неё погиб муж на Украине. Продав там квартиру, ФИО6 вернулась в г.Можгу. Дом ФИО6 не был оформлен, но все считали, что этот дом, а также земельный участок, который родители выделили ФИО6, является собственностью последней. Она (ФИО3), ФИО13, ФИО2 собрались все вместе после смерти брата ФИО14 и решили, поскольку пока она находится в г.Можге и имеет возможность заниматься оформлением документов, и ей и делегировали всё оформить на себя. Хотя это собственность ФИО2, он является наследником после смерти своей мамы.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО1 и ее представитель ФИО15 с исковыми требованиями не согласились, просили отказать в их удовлетворении, поддержали доводы, изложенные в письменных объяснениях по делу, согласно которым отец ФИО1 – ФИО14 принял фактически наследство своего отца ФИО7, приехав в 2021 году в г.Можгу на постоянное место жительства. В одном из домов проживали родители отца, бабушка ФИО1 умерла в 2012 году, дедушка умер в 2021 году. Отец совершал оплату за коммунальные услуги за оба дома по одному лицевому счету, производил строительство спорного дома в конце 90-х годов, был прописан по адресу: <адрес>, проживал в спорном доме. Дом и земельный участок должны быть включены в общую наследственную массу и поделены между наследниками. Земельный участок оформлен в 2024 году, строительство осуществлялось на старом земельном участке, который принадлежал деду ФИО7 Имущество, в первую очередь земельный участок, должен быть поделен между всеми наследниками согласно завещанию. Спорный жилой дом возведен на земельном участке, не принадлежащем ФИО6

ФИО15 дополнительно суду пояснила, что доводы истца о том, что родители выделили часть земельного участка из общей площади 1355 кв.м своей дочери ФИО6, и та фактически пользовалась данным земельным участком, и на данном участке был построен жилой дом, противоречат представленным в материалы документам, а именно наследственным делам.

Наследственная масса нотариусом была определена, это был жилой дом с кадастровым номером № и земельный участок с кадастровым номером № площадью 1355 кв.м. Получается, что спорный жилой дом построен на земельном участке, не принадлежащем на праве собственности ФИО6 Имеется завещание. При оформлении завещания ФИО7 указал в тексте завещания, что завещает своему сыну ФИО14 все имеющееся у него имущество, и текст завещания не содержит сведений о размере земельного участка. Имеется цепочка последовательно оформленных нотариусом свидетельств, выданных ФИО6, ФИО3, в которых указан кадастровый номер всего земельного участка. В данном случае нельзя жилой дом рассматривать отдельно от земельного участка. Если устанавливать право собственности на дом, то здесь необходимо установить, кто является на сегодняшний день собственником земельного участка, к кому перешел по наследству данный земельный участок. ФИО14 не обращался к нотариусу за оформлением наследственных прав, но на сегодняшний день есть его наследник ФИО1, которая имеет право на долю земельного участка площадью 1355 кв.м по закону. Поскольку ФИО1 - наследник, то ей должна принадлежать и часть дома на этом земельном участке.

Истец ФИО2, ответчик ФИО4, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО13, представитель Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Удмуртской Республике, нотариусы нотариального округа: город Можга Удмуртской Республики ФИО10 и ФИО11 в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом.

На основании статьи 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие указанных лиц, участвующих в деле.

Ответчик ФИО4 ранее при рассмотрении дела исковые требования признала, суду пояснила, что прочитала в газете объявление о продаже дома. Позвонила по указанному номеру телефона, пришла, посмотрела дом. Ей понравилось, что два здания расположены на одном участке. Ее дочь проживала с семьей в Палестине, и так как там начались военные действия, они переехали жить к ней, им семерым в квартире было тесно. С ФИО3 познакомились, переговорили, и было принято решение купить эти два объекта. Она подумала, что эти два объекта лучше разделить. Ей подсказали, что надо сделать межевание, что она и сделала. Со слов ФИО3 ей было известно, что имущество наследственное – первый дом ранее принадлежал родителям ФИО3, а именно отцу ФИО7, а второй дом принадлежал ФИО6 На территории была тропинка, которая разделяла земельные участки, межевание было оформлено исходя из этого. Затем ей позвонила ФИО3 и сказала, что это имущество арестовано. Ей известно, что судебное разбирательство идет долго, это неудобно, и они договорились, что будут расторгать договор, но поскольку в МФЦ в этом было отказано, они обратились в суд. ФИО3 ей вернула деньги по расписке, чтобы впоследствии ни у кого не возникало претензий. Они добровольно расторгли договор, давление на нее не оказывалось. Она согласна, чтобы в судебном порядке был расторгнут данный договор. Требования о расторжении договора купли-продажи о прекращении права собственности на данные объекты признает в полном объеме.

Ранее при рассмотрении дела третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО13 с иском согласилась, суду пояснила, что живет в г.Ижевске, и у нее, и у ее сестры ФИО3 есть свои квартиры. У брата ФИО14 была квартира на Севере. Сестра ФИО6 осталась одна с сыном на Украине. Когда ФИО6 приехала в г.Можгу, все они принимали участие в судьбе сестры, помогали, как могли на протяжении всей ее жизни. Она (ФИО13) поддержала решение родителей о выделе земельного участка ФИО6 После того, как земельный участок был разделен, когда ФИО6 начала строительство дома, у других сестер и брата никаких претензий по данному поводу не было, они все были рады, что сестра вернулась, и что они все вместе. ФИО6 как раз удачно продала квартиру, и все свои денежные средства вложила в строительство дома. Безусловно, спорный дом и земельный участок должны быть переданы в собственность ФИО2

11 февраля 2025 года судом постановлено решение, которым исковые требования ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании права собственности, расторжении договора купли-продажи, прекращении права собственности удовлетворил. Суд решил:

расторгнуть договор купли-продажи от 04 марта 2024 года, заключенный между ФИО3 и ФИО4 на продажу жилого дома площадью 107,3 кв.м, кадастровый №, на продажу жилого дома площадью 86,1 кв.м с кадастровым номером № и земельного участка площадью 1355 кв.м с кадастровым номером №

Установить факт добросовестного, открытого и непрерывного владения ФИО6, умершей 04 марта 2022 года, жилым домом общей площадью 107,3 кв.м, кадастровый №, находящимся по адресу: <адрес><адрес>, как своим собственным в течение срока приобретательной давности и признать право собственности ФИО6 на жилой дом общей площадью 107,3 кв.м, кадастровый №, находящийся по адресу: <адрес>, в порядке приобретательной давности.

Установить факт добросовестного, открытого и непрерывного владения ФИО6, умершей 04 марта 2022 года, земельным участком площадью 470 кв.м с кадастровым номером №, расположенным по адресу: <адрес><адрес> признать право собственности ФИО6 на земельный участок площадью 470 кв.м с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>.

Признать за ФИО2 право собственности в порядке наследования после смерти матери ФИО6 на жилой дом общей площадью 107,3 кв.м, кадастровый №, находящийся по адресу: <адрес>, и земельный участок площадью 470 кв.м, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>.

Признать за ФИО3 право собственности на жилой дом площадью 86,1 кв.м с кадастровым номером № и земельного участка площадью 840 кв.м с кадастровым номером №.

Прекратить право собственности ФИО4 на жилой дом общей площадью 107,3 кв.м, кадастровый №, находящийся по адресу: <адрес>, и на земельный участок площадью 470 кв.м с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>.

В апелляционной жалобе третье лицо ФИО1 выражает свое несогласие с вынесенным решением, считает его незаконным и необоснованным, указывая на то, что ее фактически отстранили от принятия наследства. Ее отец ФИО14 на момент смерти своего отца ФИО7 был наследником по завещанию, а также был зарегистрирован и проживал в спорном доме, и фактически принял наследство: произвел за свой счет расходы на содержание имущества, оплатил долги наследодателя.

ФИО7 не отказался от своего права на землю, передал ее непосредственно во временное владение ФИО6, которая проживала на участке ФИО7 без оформления прав на дом, такое владение не ведет к приобретательной давности. Дом возведен на чужой земле, перешедшей по завещанию всем наследникам.

В последующем ФИО1 представила дополнения к апелляционной жалобе, в которых ссылается на то, что суд необоснованно положил в основу решения свидетельские показания о якобы имевшем место устном дарении дома, однако согласно статье 257 ГК РСФСР и статье 574 ГК РФ договор дарения недвижимости требует обязательной письменной (нотариальной) формы, соответственно, в силу статьи 162 ГК РФ факт возникновения права собственности на основании «устного дарения» не может подтверждаться показаниями свидетелей. Суд первой инстанции нарушил требования статьи 60 ГПК РФ, обосновав решение недопустимыми доказательствами.

Кроме того, материалами дела подтверждается, что ФИО14 фактически принял наследство после смерти ФИО7 жилой дом с кадастровым номером № и земельный участок с кадастровым номером №. Следовательно, в силу закона он признается собственником спорного дома с момента открытия наследства, независимо от факта государственной регистрации. Фактическое принятие наследство ФИО14 через проживание в доме подтверждает его право на долю. ФИО14 не получил свидетельство о праве на наследство по уважительной причине, поскольку тяжело болел, что подтверждается медицинскими документами, что не отменяет принятия им наследства фактически.

Приобретательная давность не может быть установлена в отношении имущества, у которого имеются законные наследники, принявшие наследство. Владение ФИО2 не являлось добросовестным, так как он достоверно знал о наличии наследственных прав ФИО14 Кроме того, наличие зарегистрированного права на дом ФИО3 исключает возможность признания имущества бесхозяйным.

На момент смерти ФИО2 обжалуемое решение суда в законную силу не вступило, следовательно, права собственности у него не возникло, он не мог завещать несуществующее право.

Действия ФИО3 по единоличной регистрации права в 2024 году и попытка продажи дома после предъявления иска ФИО1 свидетельствуют о недобросовестности действий по попытке вывести имущество из спора, злоупотребление правом, лишении других наследников законных долей.

Судом дана неправильная оценка юридической природы самостроя. Дом возведен при жизни ФИО7 на его земельном участке, по правилам, действовавшим в тот момент, самовольная постройка на чужой земле принадлежала собственнику земли. Следовательно, дом являлся имуществом ФИО7 и вошел в наследственную массу по его завещанию.

Ответчик ФИО3 представила письменные возражения на апелляционную жалобу ФИО1, в которых выразила несогласие с доводами жалобы и дополнений к ней, просила оставить решение суда без изменения.

В ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции определением судебной коллегии по гражданским делам Верхового Суда Удмуртской Республики от 25 марта 2026 года в порядке процессуального правопреемства произведена замена истца ФИО2, умершего 11 июля 2025 года, на его правопреемника ФИО3

В судебном заседании суда апелляционной инстанции третье лицо ФИО1, поддержали доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, просила решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении иска ФИО2, ответчик ФИО3, ее представитель ФИО5 возражали против доводов апелляционной жалобы и дополнений к ней, полагали решение суда законным и обоснованным, просили оставить его без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Ответчик ФИО4, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО13, представитель Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Удмуртской Республике, нотариусы нотариального округа: город Можга Удмуртской Республики ФИО10 и ФИО11 в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в связи с чем в порядке статей 167, 327 ГПК РФ дело рассмотрено судебной коллегией в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Согласиться с указанными выше выводами суда первой инстанции судебная коллегия не может по следующим основаниям.

Судами первой и апелляционной инстанции установлены и подтверждаются материалами дела следующие обстоятельства.

21 сентября 2021 года умер ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельством о смерти № от 21 сентября 2021 года, выданным отделом записи актов гражданского состояния Администрации города Можги Удмуртской Республики (л.д. 171, т. 1).

После смерти ФИО7 в срок, установленный законом для принятия наследства, 16 марта 2022 года с заявлением о принятии наследства к нотариусу обратилась дочь наследодателя ФИО3, указав в заявлении, что наследниками по закону являются ФИО3, ФИО13, ФИО14, ФИО2, наследниками по завещанию – ФИО3, ФИО13, ФИО6, ФИО14 (л.д. 171 оборот - 172, т. 1).

Согласно завещанию, удостоверенному нотариусом города Можги и Можгинского района Удмуртской Республики ФИО11 14 марта 2008 года, ФИО16 все движимое и недвижимое имущество, которое ко дню его смерти окажется ему принадлежащим, где бы оно ни находилось и в чем бы оно ни заключалось, завещает следующим образом: 1/3 (одну третью) долю от всего имущества – сыну ФИО14, оставшиеся 2/3 (две третьих) доли – дочерям ФИО6, ФИО3 и ФИО17 в равных долях каждой (л.д. 173, т. 1).

ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла 04 марта 2022 года, что подтверждается свидетельством о смерти № от 05 марта 2022 года, выданным отделом записи актов гражданского состояния Администрации города Можги Удмуртской Республики (л.д. 214, т. 1).

Как следует из свидетельства о рождении № от 21 июля 1983 года, ФИО6 являлась матерью ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 213, т. 1).

ФИО14, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер 04 января 2024 года, что подтверждается свидетельством о смерти № от 10 января 2024 года, выданным отделом записи актов гражданского состояния г.Новый Уренгой (л.д. 184 об., т. 1).

Как следует из свидетельства о рождении № от 29 августа 1986 года, ФИО14 являлся отцом ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 190, т. 1).

23 января 2024 года нотариусом нотариального округа: город Можга Удмуртской Республики ФИО11 ФИО3 выданы свидетельства о праве на наследство по завещанию на земельный участок с кадастровым номером №, адрес (местоположение): <адрес> также на жилой дом площадью 48,9 кв.м, находящийся по тому же адресу, кадастровый номер объекта № (л.д. 175, 180, т. 1).

26 февраля 2024 года по заказу ФИО3 кадастровым инженером ФИО18 подготовлен технический план здания, расположенного по адресу: <адрес>, для постановки на кадастровый учет индивидуального жилого дома в кирпичном исполнении, площадью 107,3 кв.м, согласно которому указанный объект недвижимости расположен в границах земельного участка с кадастровым номером № (л.д. 91-116, т. 1).

27 февраля 2024 года на основании указанного технического плана здания и свидетельства о праве на наследство по завещанию от 23 января 2024 года за ФИО3 зарегистрировано право собственности на здание с кадастровым номером №, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от 27 февраля 2024 года (л.д. 25-27, т. 1).

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости от 05 марта 2024 года, здание с кадастровым номером №, а также здание с кадастровым номером № расположены на земельном участке площадью 1355 кв.м с кадастровым номером №, расположенном по адресу: <адрес> (л.д. 21, т. 1).

04 марта 2024 года между ФИО3 и ФИО4 заключен договор купли-продажи жилого дома площадью 107,3 кв.м, назначение: жилое, кадастровый №, жилого дома площадью 86,1 кв.м, назначение: жилое, кадастровый №, и земельного участка площадью 1355 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: ИЖС, кадастровый №, расположенных по адресу <адрес> (л.д. 142-144, т. 1).

Согласно пункту 4 указанного договора цена отчуждаемых жилых домов и земельного участка определена по договоренности сторон и составляет 1 400 000 рублей.

Из выписок из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости от 05 марта 2024 года и 19 марта 2024 года усматривается, что ФИО4 значится собственником следующих объектов недвижимого имущества:

- жилого дома площадью 107,3 кв.м, назначение: жилое, кадастровый №, адрес: <адрес>, с 05 марта 2025 года на основании договора купли-продажи от 04 марта 2024 года (л.д. 152-153, т. 1);

- жилого дома площадью 86,1 кв.м, назначение: жилое, кадастровый №, адрес: <адрес>, с 05 марта 2024 года на основании договора купли-продажи от 04 марта 2024 года (л.д. 150-151, т. 1);

- земельного участка площадью 470 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: ИЖС, кадастровый №, адрес: <адрес>, с 19 марта 2024 года на основании договора купли-продажи от 04 марта 2024 года (л.д. 154-155, т. 1);

- земельного участка площадью 840 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: ИЖС, кадастровый №, адрес: <адрес>, с 19 марта 2024 года на основании договора купли-продажи от 04 марта 2024 года (л.д. 148-149, т. 1).

Постановлением Администрации муниципального образования городской округ Город Можга Удмуртской Республики от 01 апреля 2024 года № 315 в связи с разделом земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, с кадастровым номером № присвоены вновь образованному земельному участку общей площадью 470 кв.м, с кадастровым номером № - адрес: <адрес>; вновь образованному земельному участку общей площадью 840 кв.м, с кадастровым номером № - адрес: <адрес>; присвоены объекту капитального строительства общей площадью 107,3 кв.м, с кадастровым номером № - адрес: <адрес>; объекту капитального строительства общей площадью 86,1 кв.м, с кадастровым номером № - адрес: <адрес> (л.д. 156, т.1).

10 июля 2024 года между ФИО4 и ФИО3 заключено соглашение, согласно которому объектам, переданным по договору купли-продажи от 04 марта 2023 года, присвоены другие адреса, а именно: жилой дом площадью 107,3 кв.м, назначение: жилое, кадастровый №, адрес: <адрес>; жилой дом площадью 86,1 кв.м, назначение: жилое, кадастровый №, адрес: <адрес>а; земельный участок площадью 1355 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: ИЖС, кадастровый №, разделен на два земельных участка – земельный участок площадью 470 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: ИЖС, кадастровый №, адрес: <адрес>, и земельный участок площадью 840 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: ИЖС, кадастровый №, адрес: <адрес>. Стороны по обоюдному согласию решили расторгнуть договор купли-продажи жилых домов и земельного участка от 4 марта 2024 года, привести стороны в первоначальное положение (л.д.144-145, т. 1).

Уведомлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии от 16 июля 2024 года приостановлена государственная регистрация права ФИО3 на основании соглашения от 10 июля 2024 года о расторжении договора купли-продажи, поскольку с момента полной оплаты стоимости недвижимого имущества, его передачи и регистрации права собственности договор купли-продажи от 04 марта 2024 года земельного участка и расположенных на нем жилых домов считается исполненным, а обязательства сторон прекращенными. Кроме того, земельный участок площадью 1355 кв.м, кадастровый №, в связи с разделом на два земельных участка с кадастровыми номерами №, №, снят с кадастрового учета, право собственности на него погашено, предмет договора изменился, что делает невозможным совершение сделок с отношении исходного земельного участка. Для устранения причин приостановления государственной регистрации прав заявителю рекомендовано обратиться в суд за расторжением договора купли-продажи от 04 марта 2024 года либо представить документы об отчуждении и иные необходимые документы для регистрации перехода права собственности и регистрации права собственности на жилые дома и на два вновь образованных земельных участка (л.д.146-147, т. 1).

Как следует из расписки от 02 августа 2024 года, ФИО4 получила от ФИО3 денежные средства в размере 1 400 000 руб., ранее уплаченные по договору купли-продажи от 04 марта 2024 года за жилой дом площадью 107,3 кв.м, назначение: жилое, кадастровый №, жилой дом площадью 86,1 кв.м, назначение: жилое, кадастровый №, и земельный участок площадью 1355 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: ИЖС, кадастровый №, по обоюдному согласию, ввиду наложения Можгинским судом обеспечительных мер в виде наложения ареста. Деньги получены в полном объеме, претензий по расчетам не имеет, относительно регистрации за нею права на вышеперечисленные объекты недвижимости не претендует (л.д. 215, т. 1).

При разрешении возникшего спора суд руководствовался пунктами 3, 4 статьи 1, статьей 12, статьей 218, пунктом 3 статьи 234, статьей 236, статьями 263, 264, пунктом 2 статьи 450, пунктом 1 статьи 451, пунктом 1 статьи 1110, статьей 1120, пунктом 2 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ), статьей 57 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных Верховным Судом Российской Федерации 11 февраля 1993 года № 4462-1, статьей 11 Федерального закона от 30 ноября 1994 года № 52-ФЗ «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пунктами 19, 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пунктом 36 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», частями 1, 2 статьи 39, статьей 67, частью 2 статьи 68, частью 3 статьи 173, частью 4 статьи 198 ГПК РФ.

Разрешая исковые требования, суд, исходя из анализа представленных сторонами спора доказательств, пришел к выводам о том, что ФИО6 с 1995 года и до момента смерти в 2022 году, то есть более 15 лет, добросовестно, открыто и непрерывно владела спорным имуществом, как своим собственным, что в соответствии со статьей 234 ГК РФ является основанием для признания права собственности в силу приобретательной давности.

Вместе с тем суд счел, что супруги К-ны воспользовались правом, предусмотренным законом, и передали в 1995 году своей дочери ФИО6 часть принадлежащего им имущества в виде земельного участка в постоянное пользование, и поскольку в течение всего периода их жизни они не выдвигали требований и претензий относительно переданного имущества, не требовали его возврата, родители ФИО6 тем самым добровольно отказались от этого имущества, из чего следует вывод о том, что спорный земельный участок выбыл из их владения и не является наследственным имуществом. ФИО14 также не предъявлял никаких претензий ФИО6 относительно указанного имущества, соответственно, он не оспаривал правомерность и законность владения ФИО6 спорным земельным участком и возведенным ею на земельном участке жилым домом.

Признавая за ФИО2 право собственности в порядке наследования на жилой дом кадастровый №, находящийся по адресу: <адрес>, и земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, суд полагал, что ФИО2 фактически принял наследство после смерти матери ФИО6, проживая в жилом доме, построенном на земельном участке, которыми ФИО6 добросовестно, открыто и непрерывно владела как своими собственными в течение срока приобретательной давности. Данное обстоятельство является существенным и влечет удовлетворение исковых требований о расторжении договора купли-продажи от 04 марта 2024 года, заключенного между ФИО3 и ФИО4

Судебная коллегия не может согласиться с постановленным по делу решением в связи со следующим.

После принятия Можгинским районным судом Удмуртской Республики обжалуемого решения, а именно 11 июля 2025 года истец ФИО2 умер.

25 марта 2026 года определением судебной коллегии по гражданским делам Верхового Суда Удмуртской Республики в порядке процессуального правопреемства произведена замена истца ФИО2, умершего 11 июля 2025 года, на его правопреемника ФИО3, принявшую наследство после смерти ФИО2

В соответствии со статьей 38 ГПК РФ сторонами в гражданском судопроизводстве являются истец и ответчик. Стороны пользуются равными процессуальными правами и несут равные процессуальные обязанности.

Как следует из материалов дела, после произведения процессуального правопреемства в настоящем деле в части требований ФИО2 к ФИО3 о расторжении договора купли-продажи недвижимого имущества продажи от 04 марта 2024 года, заключенного между ФИО3 и ФИО4, а также в части признания за ФИО2 права собственности в порядке наследования после смерти ФИО6 на жилой дом общей площадью 107,3 кв.м, кадастровый №, находящийся по адресу: <адрес>, и земельный участок площадью 470 кв.м, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, истцом и ответчиком является ФИО3

Обязательственное правоотношение предполагает наличие двух субъектов - кредитора и должника. Совпадение их в одном лице (конфузия) делает бессмысленным существование субъективного права и корреспондирующей ему обязанности, а потому при наступлении подобных обстоятельств обязательство прекращается (статья 413 ГК РФ).

На основании изложенного совпадение истца и ответчика в одном лице является в дальнейшем основанием для прекращения производства по делу в силу статьи 222 ГПК РФ.

Согласно статье 328 ГПК РФ, предусматривающей полномочия суда апелляционной инстанции, по результатам рассмотрения апелляционных жалобы, представления суд апелляционной инстанции вправе отменить решение суда первой инстанции полностью или в части и прекратить производство по делу либо оставить заявление без рассмотрения полностью или в части.

Из разъяснений, изложенных в пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» в соответствии с частью 3 статьи 327.1 ГПК РФ вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционных жалобе, представлении, суду апелляционной инстанции при рассмотрении дела следует проверять наличие предусмотренных частью 4 статьи 330 ГПК РФ безусловных оснований для отмены судебного постановления суда первой инстанции, а также оснований для прекращения производства по делу (статья 220 ГПК РФ) или оставления заявления без рассмотрения (абзацы второй - шестой статьи 222 ГПК РФ).

Таким образом, решение Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 11 февраля 2025 года следует отменить в части удовлетворения искового заявления ФИО3 (правопреемника ФИО2) к ФИО3 о расторжении договора купли-продажи недвижимого имущества продажи от 04 марта 2024 года, заключенного между ФИО3 и ФИО4, а также в части признания за ФИО3 (правопреемником ФИО2) права собственности в порядке наследования после смерти ФИО6 на жилой дом общей площадью 107,3 кв.м, кадастровый №, находящийся по адресу: <адрес>, и земельный участок площадью 470 кв.м, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, и прекратить производство по делу в указанной части.

Что касается заявленных в иске в качестве самостоятельных требований об установлении факта добросовестного, открытого и непрерывного владения ФИО6, умершей 04 марта 2022 года, жилым домом общей площадью 107,3 кв.м, кадастровый №, и земельным участком площадью 470 кв.м с кадастровым номером 18:29:003392:364, находящимися по адресу: <адрес>, как своим собственным в течение срока приобретательной давности, судебная коллегия полагает необходимым отметить следующее.

В соответствии с пунктом 3 статьи 218 ГК РФ в случаях и в порядке, предусмотренных настоящим Кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.

В силу пункта 1 статьи 234 ГК РФ лицо - гражданин или юридическое лицо, не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», возможность обращения в суд с заявлением о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 Гражданского кодекса РФ, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с заявлением о признании за ним права собственности. Ответчиком по иску о признании права собственности в силу приобретательной давности является прежний собственник имущества.

Таким образом, обращаясь в суд и предъявляя настоящий иск, ФИО2 просил о признании за ними права собственности на спорный земельный участок по праву приобретательной давности (статья 234 ГК РФ).

При определении оснований настоящего иска и обстоятельств, имеющих значение для дела и подлежащих доказыванию сторонами (часть 2 статьи 56 ГПК РФ) суду первой инстанции надлежало учесть правовую позицию о предмете и основаниях иска, изложенную в пунктах 5, 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 года № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», согласно которой под уточнением обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, следует понимать действия судьи и лиц, участвующих в деле, по определению юридических фактов, лежащих в основании требований и возражений сторон, с учетом характера спорного правоотношения и норм материального права, подлежащих применению. При определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться суду при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела. Поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судьей вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела.

Таким образом, основание иска составляют юридические факты, на которых истец основывает материально-правовое требование к ответчику, обстоятельства (создающие, изменяющие права и обязанности сторон или же препятствующие возникновению прав и обязанностей), из которых вытекает право требования истца и на которых истец их основывает.

В рассматриваемом случае предмет иска, то есть материально-правовое требование, это признание права собственности, а факт добросовестного, открытого и непрерывного владения ФИО6 спорным недвижимым имуществом, это основание иска, то есть это юридические факты, на которых истец основывает материально-правовое требование к ответчику, и как следствие, судом не могло быть принято решение об их удовлетворении, в качестве самостоятельных материально-правовых требований, в связи с чем решение суда в указанной части подлежит отмене.

Решение суда в части удовлетворения требований о признании права собственности ФИО6 на жилой дом общей площадью 107,3 кв.м, кадастровый №, и на земельный участок площадью 470 кв.м с кадастровым номером <адрес>, находящиеся по адресу: <адрес>, в порядке приобретательной давности, по мнению судебной коллегии, также подлежит отмене, в связи со следующим.

На основании статьи 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем признания права. Предметом иска о признании права является констатация факта принадлежности субъекту вещного права на имущество, а основанием иска являются обстоятельства, подтверждающие наличие у истца такого права. На истца возлагается обязанность по доказыванию юридических оснований возникновения права собственности.

При рассмотрении дела судом установлено, что ФИО6, умершая мать истца ФИО2, при жизни не обращалась в суд с иском о признании за ней права собственности на спорные объекты недвижимости в порядке приобретательной давности, что не оспаривалось лицами, участвующими в деле.

Между тем, согласно положениям статей 12, 17 ГК РФ, действующим законодательством не предусмотрено признание права собственности за умершим, так как правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью. Таким образом, умершее лицо не может приобрести никаких прав, в том числе и право собственности.

Исходя из этого, судебная коллегия приходит к выводу, что требование истца о признании за умершей ФИО6 на жилой дом и земельный участок удовлетворению не подлежало, в связи с чем решение суда в данной части подлежит отмене.

С решением суда в части расторжения договора купли-продажи, заключенного между ФИО19 и ФИО4, судебная коллегия считает возможным согласиться по следующим основаниям.

04 марта 2024 года между ФИО3 и ФИО4 заключен договор купли-продажи жилого дома площадью 107,3 кв.м, назначение: жилое, кадастровый №, жилого дома площадью 86,1 кв.м, назначение: жилое, кадастровый №, и земельного участка площадью 1355 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: ИЖС, кадастровый №, расположенных по адресу <адрес>.

Согласно пункту 4 указанного договора цена отчуждаемых жилых домов и земельного участка определена по договоренности сторон и составляет 1 400 000 рублей (л.д. 142-144, т. 1).

Из выписок из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости от 05 марта 2024 года и 19 марта 2024 года усматривается, что ФИО4 значится собственником следующих объектов недвижимого имущества:

- жилого дома площадью 107,3 кв.м, назначение: жилое, кадастровый №, адрес: Удмуртская Республика, <адрес>, с 05 марта 2025 года на основании договора купли-продажи от 04 марта 2024 года (л.д. 152-153, т. 1);

- жилого дома площадью 86,1 кв.м, назначение: жилое, кадастровый №, адрес: Удмуртская Республика, <адрес>, с 05 марта 2024 года на основании договора купли-продажи от 04 марта 2024 года (л.д. 150-151, т. 1);

- земельного участка площадью 470 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: ИЖС, кадастровый №, адрес: <адрес>, с 19 марта 2024 года на основании договора купли-продажи от 04 марта 2024 года (л.д. 154-155, т. 1);

- земельного участка площадью 840 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: ИЖС, кадастровый №, адрес: <адрес>, с 19 марта 2024 года на основании договора купли-продажи от 04 марта 2024 года (л.д. 148-149, т. 1).

Согласно положениям статьи 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Статьей 452 ГК РФ предусмотрено, что соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

Последствия изменения и расторжения договора регламентированы статьей 453 ГК РФ, согласно пункту 2 которой при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства.

В случае изменения или расторжения договора обязательства считаются измененными или прекращенными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения.

В случае изменения или расторжения договора в судебном порядке обязательства считаются измененными или прекращенными с момента вступления в законную силу решения суда об изменении или о расторжении договора, если этим решением не предусмотрена дата, с которой обязательства считаются соответственно измененными или прекращенными. Такая дата определяется судом исходя из существа договора и (или) характера правовых последствий его изменения, но не может быть ранее даты наступления обстоятельств, послуживших основанием для изменения или расторжения договора (пункт 3 статьи 453 ГК РФ).

Как усматривается из материалов дела, после заключения договора купли продажи Постановлением Администрации муниципального образования городской округ Город Можга Удмуртской Республики от 01 апреля 2024 года № 315 в связи с разделом земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, с кадастровым номером № присвоены вновь образованному земельному участку общей площадью 470 кв.м, с кадастровым номером № - адрес: <адрес>; вновь образованному земельному участку общей площадью 840 кв.м, с кадастровым номером № - адрес: <адрес>; присвоены объекту капитального строительства общей площадью 107,3 кв.м, с кадастровым номером № - адрес: <адрес>; объекту капитального строительства общей площадью 86,1 кв.м, с кадастровым номером № - адрес: <адрес> (л.д. 156, т.1).

10 июля 2024 года между ФИО4 и ФИО3 заключено соглашение, согласно которому объектам, переданным по договору купли-продажи от 04 марта 2023 года, присвоены другие адреса, а именно: жилой дом площадью 107,3 кв.м, назначение: жилое, кадастровый №, адрес: <адрес>; жилой дом площадью 86,1 кв.м, назначение: жилое, кадастровый №, адрес: <адрес>; земельный участок площадью 1355 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: ИЖС, кадастровый №, разделен на два земельных участка – земельный участок площадью 470 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: ИЖС, кадастровый №, адрес: <адрес>, и земельный участок площадью 840 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: ИЖС, кадастровый №, адрес: <адрес>

Стороны по обоюдному согласию решили расторгнуть договор купли-продажи жилых домов и земельного участка от 04 марта 2024 года, привести стороны в первоначальное положение (л.д.144-145, т. 1).

Как следует из расписки от 02 августа 2024 года, ФИО4 получила от ФИО3 денежные средства в размере 1 400 000 руб., ранее уплаченные по договору купли-продажи от 04 марта 2024 года за жилой дом площадью 107,3 кв.м, назначение: жилое, кадастровый №, жилой дом площадью 86,1 кв.м, назначение: жилое, кадастровый №, и земельный участок площадью 1355 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: ИЖС, кадастровый №, по обоюдному согласию, ввиду наложения Можгинским судом обеспечительных мер в виде наложения ареста. Деньги получены в полном объеме, претензий по расчетам не имеет, относительно регистрации за нею права на вышеперечисленные объекты недвижимости не претендует (л.д. 215, т. 1).

Таким образом, стороны договора купли-продажи от 04 марта 2024 года пришли к соглашению о расторжении указанного договора, соглашение совершено в той же форме, что и расторгаемый договор, денежные средства по договору в сумме 1 400 000 руб. возвращены продавцом покупателю в полном объеме, обязательства сторон прекратились, стороны пришли к соглашению о приведении сторон договора в первоначальное положение.

Данное обстоятельство исключает возможность удовлетворения иска в части признания за ФИО3 права собственности на жилой дом площадью 86,1 кв.м с кадастровым номером № и земельного участка площадью 840 кв.м с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>, поскольку в качестве последствий расторжения договора восстанавливается ее право на все имущество, принадлежавшее ей до заключения расторгнутого договора купли-продажи.

Вместе с тем, уведомлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии от 16 июля 2024 года приостановлена государственная регистрация права ФИО3 на основании соглашения от 10 июля 2024 года о расторжении договора купли-продажи, поскольку с момента полной оплаты стоимости недвижимого имущества, его передачи и регистрации права собственности договор купли-продажи от 04 марта 2024 года земельного участка и расположенных на нем жилых домов считается исполненным, а обязательства сторон прекращенными.

Кроме того, земельный участок площадью 1355 кв.м, кадастровый №, в связи с разделом на два земельных участка с кадастровыми номерами №, №, снят с кадастрового учета, право собственности на него погашено, предмет договора изменился, что делает невозможным совершение сделок с отношении исходного земельного участка.

Для устранения причин приостановления государственной регистрации прав заявителю рекомендовано обратиться в суд за расторжением договора купли-продажи от 04 марта 2024 года либо представить документы об отчуждении и иные необходимые документы для регистрации перехода права собственности и регистрации права собственности на жилые дома и на два вновь образованных земельных участка (л.д.146-147, т. 1).

Поскольку после заключения и последующего расторжения договора земельный участок площадью 1355 кв.м, кадастровый №, в связи с разделом на два земельных участка с кадастровыми номерами №, №, снят с кадастрового учета, право собственности на него погашено, в Едином государственном реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости ФИО4 значится собственником следующих объектов недвижимого имущества: жилого дома площадью 107,3 кв.м, назначение: жилое, кадастровый №, жилого дома площадью 86,1 кв.м, назначение: жилое, кадастровый №, земельного участка площадью 470 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: ИЖС, кадастровый №, земельного участка площадью 840 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: ИЖС, кадастровый №, постольку решение Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 11 февраля 2025 года подлежит изменению в части прекращения права собственности ФИО4 на спорное недвижимое имущество, с изложением абзаца седьмого резолютивной части решения в новой редакции.

Апелляционная жалоба ФИО1 удовлетворить частично.

Руководствуясь статьей 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 11 февраля 2025 года отменить:

- в части удовлетворения по искового заявления ФИО3 (правопреемника ФИО2) к ФИО3 о расторжении договора купли-продажи недвижимого имущества продажи от 04 марта 2024 года, заключенного между ФИО3 и ФИО4,

- в части признания за ФИО3 (правопреемником ФИО2) права собственности в порядке наследования после смерти ФИО6 на жилой дом общей площадью 107,3 кв.м, кадастровый №, находящийся по адресу: <адрес>, и земельный участок площадью 470 кв.м, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>,

прекратить производство по делу в указанной части.

Решение Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 11 февраля 2025 года отменить:

- в части установления факта добросовестного, открытого и непрерывного владения ФИО6, умершей 04 марта 2022 года, жилым домом общей площадью 107,3 кв.м, кадастровый №, находящимся по адресу: <адрес>, как своим собственным в течение срока приобретательной давности и признания права собственности ФИО6 на жилой дом общей площадью 107,3 кв.м, кадастровый №, находящийся по адресу: <адрес>, в порядке приобретательной давности,

- в части установления факта добросовестного, открытого и непрерывного владения ФИО6, умершей 04 марта 2022 года, земельным участком площадью 470 кв.м с кадастровым номером №, расположенным по адресу: <адрес> признания права собственности ФИО6 на земельный участок площадью 470 кв.м с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>,

- в части признания за ФИО3 права собственности на жилой дом площадью 86,1 кв.м с кадастровым номером № и земельного участка площадью 840 кв.м с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>,

Решение Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 11 февраля 2025 года изменить в части прекращения права собственности ФИО4 на спорное недвижимое имущество, изложив абзац седьмой резолютивной части решения в следующей редакции:

«Прекратить право собственности ФИО4 на жилой дом общей площадью 107,3 кв.м с кадастровым номером №, земельный участок площадью 470 кв.м с кадастровым номером №, на жилой дом площадью 86,1 кв.м с кадастровым номером №, земельный участок площадью 840 кв.м с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>».

В остальной части это же решение оставить без изменения.

Апелляционную жалобу ФИО1 удовлетворить частично.

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 17 апреля 2026 года.

Председательствующий судья Шалагина Л.А.

Судьи Иванова М.А.

Стех Н.Э.