Апелляционное определение № 10-6505/2025 от 15 декабря 2025 г.

Дело № 10-6505/2025 Судья Хасанова Д.Р.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Челябинск 16 декабря 2025 г.

Челябинский областной суд в составе

председательствующего – судьи Аверкина А.И.,

судей Клюшиной М.А. и Сырейщикова Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Пасынковой С.Н.,

с участием прокурора Шестакова А.А.,

адвоката Куриловой А.И.,

осужденного ФИО7

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным представлению государственного обвинителя Исаевой Е.В., жалобам осужденного ФИО7, адвоката Ашихмина Ю.В. на приговор Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 14 октября 2025 г., которым

ФИО7, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, судимый

20 мая 2021 г. Ленинским районным судом г. Магнитогорска Челябинской области по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, ч. 2 ст. 159 УК РФ, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года 6 месяцев; постановлением того же суда от 20 марта 2023 г. условное осуждение отменено, направлен для отбывания 2 лет лишения свободы в исправительную колонию общего режима;

06 сентября 2021 г. Ленинским районным судом г. Магнитогорска Челябинской области по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года; постановлением того же суда от 25 мая 2022 г. испытательный срок продлен на 1 месяц; постановлением того же суда от 22 марта 2023 г. условное осуждение отменено, направлен для отбывания 1 года 6 месяцев лишения свободы в исправительную колонию общего режима;

28 апреля 2023 г. Ленинским районным судом г. Магнитогорска Челябинской области по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, на основании ст. 70 УК РФ (приговоры от 20 мая 2021 г. и 06 сентября 2021 г.) к 2 годам 8 месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима; освобожденный 13 августа 2024 г. условно-досрочно по постановлению Калининского районного суда г. Челябинска от 26 июля 2024 г. на 1 год 3 месяца 23 дня;

ранее осуждавшийся 11 августа 2025 г. Ленинским районным судом г. Магнитогорска Челябинской области по ч. 1 ст. 158 УК РФ (2 деяния), п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, ст. 70 УК РФ (приговор от 28 апреля 2023 г.) к 5 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, апелляционным определением Челябинского областного суда от 15 октября 2025 г. приговор отменен, уголовное дело направлено на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда;

осужден по ч. 1 ст. 111 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ с учетом приговора Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 11 августа 2025 г. к 6 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу с зачетом в него на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ времени содержания под стражей с 29 июня 2025 г. до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Аверкина А.И., выступления осужденного ФИО7, принимавшего участие в судебном заседании посредством видео-конференц-связи, адвоката Куриловой А.И., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Шестакова А.А., поддержавшего доводы апелляционного представления, изучив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

ФИО7 при обстоятельствах, изложенных в приговоре, осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Исаева Е.В. просит обжалуемый приговор как незаконный, необоснованный, несправедливый изменить: исключить указание на применение ч. 5 ст. 69 УК РФ, обсуждение о применении зачета и отбытого наказания по приговору Ленинского районного суда г. Магнитогорска от 11 августа 2025 г., считать ФИО7 осужденным по ч. 1 ст. 111 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Обращает внимание, что апелляционным определением Челябинского областного суда от 15 октября 2025 г. приговор Ленинского районного суда г. Магнитогорска от 11 августа 2025 г. отменен с возвращением уголовного дела в суд первой инстанции на новое рассмотрение, в связи с чем имеются основания для исключения из вводной приговора указания на осуждение по приговору от 11 августа 2025 г., из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора – ссылки на назначение окончательного наказания с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ, на отбытое наказание по приговору от 11 августа 2025 г.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО7 просит обжалуемый приговор изменить, снизить срок наказания по ч. 1 ст. 111 УК РФ, учесть все смягчающие обстоятельства, наличие <данные изъяты>, позитивные взаимоотношения с потерпевшей.

Обращает внимание на длительное совместное проживание с потерпевшей, поддержание связей в настоящий момент, отсутствие умысла на причинение тяжкого вреда потерпевшей. Ссылается на состояние сильного алкогольного опьянения потерпевшей, которая выражалась в его адрес грубой нецензурной бранью, это спровоцировало его, что подтверждала сама потерпевшая в ходе следствия. Выражает сожаление в содеянном.

В апелляционной жалобе в интересах осужденного ФИО7 адвокат Ашихмин Ю.В. просит обжалуемый приговор изменить как несправедливый вследствие чрезмерной суровости: исключить из него ссылку на применение ч. 5 ст. 69 УК РФ и указания на назначение окончательного наказания в виде 6 лет лишения свободы, обсуждение вопроса о зачете и отбытом наказании по приговору Ленинского районного суда г. Магнитогорска от 11 августа 2025 г.; снизить размер наказания в виде лишения свободы за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ.

Обращает внимание, что апелляционным определением Челябинского областного суда от 15 октября 2025 г. приговор Ленинского районного суда г. Магнитогорска от 11 августа 2025 г. в отношении ФИО7 отменен с возвращением уголовного дела в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Ссылается на смягчающие наказание обстоятельства, признанные судом: на основании п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ – противоправность поведения потерпевшей, явившегося поводом для преступления, выразившегося в оскорблении осужденного нецензурной бранью; на основании п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку осужденный в период предварительного расследования в качестве подозреваемого и обвиняемого, а также в ходе проверки показаний на месте давал подробные признательные показания по обстоятельствам преступления; на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ – признание вины в ходе предварительного расследования и в судебном заседании, раскаяние в содеянном, возраст и <данные изъяты>, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ рождения. Полагает эти обстоятельства важными, весомыми и значимыми, определяющими мотивы совершения преступления и в своей совокупности существенно уменьшающими степень общественной опасности преступления.

Считает назначенное наказание чрезмерно суровым, не соответствующим тяжести преступления и личности осужденного, даже с учетом наличия опасного рецидива и выполнения требований, предусмотренных ч. 2 ст. 68 УК РФ. При наличии большой совокупности смягчающих наказание обстоятельств имелись основания для назначения наказания в меньшем размере.

Положительная характеристика осужденного по месту жительства должна быть признана на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ обстоятельством, смягчающим наказание, а не учитываться только в качестве обстоятельств, характеризующих личность.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Виновность осужденного в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, установлена доказательствами, получившими надлежащую оценку, при этом выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. Приведенная судом мотивация своих выводов о виновности осужденного в совершении конкретного запрещенного уголовным законом деяния является убедительной и основана на исследованных доказательствах.

Осужденный ФИО7 в судебном заседании вину в совершении преступления признал в полном объеме, отказался от дачи показаний на основании ст. 51 Конституции РФ, в ходе предварительного следствия пояснял, что после высказанного потерпевшей ФИО1 в его адрес оскорбления он нанес последней <данные изъяты>, от чего ей стало плохо, кроме него потерпевшую никто не бил.

Виновность осужденного ФИО7 в совершении преступления также подтверждается показаниями потерпевшей, свидетелей и другими представленными стороной обвинения и исследованными в суде доказательствами, а именно:

показаниями потерпевшей ФИО1 в ходе предварительного следствия о том, что когда выразилась в адрес ФИО7 нецензурной бранью, последний нанес ей <данные изъяты>, отчего она испытала сильную физическую боль, и ей стало плохо, <данные изъяты>;

показаниями свидетеля ФИО2 в ходе предварительного следствия о том, что когда ФИО1 выразилась в адрес ФИО7 нецензурной бранью, последний нанес ей <данные изъяты>, от которых ей стало плохо, кроме ФИО7 ФИО1 никто не бил;

показаниями свидетеля ФИО3 в ходе предварительного следствия о том, что когда спала, услышала болезненные стоны, когда увидела на полу дочь, ФИО1, поняла, что что-то случилось, так как дочь ничего пояснить не могла, тогда попросила по телефону внучку, ФИО4, вызвать скорую помощь, сообщив, что ФИО7 с дочерью что-то сделал;

показаниями свидетеля ФИО5 в ходе предварительного следствия о том, что, приехав на вызов для оказания медицинской помощи, обнаружили ФИО1, которая жаловалась на боли <данные изъяты>, был выставлен предварительный диагноз <данные изъяты>;

показаниями свидетеля ФИО4 в ходе предварительного следствия о том, что по просьбе своей бабушки, ФИО3, сообщившей об избиении матери, ФИО1, вызвала скорую помощь для последней, от матери знает, что осужденный нанес ей <данные изъяты>;

сообщениями оперативного дежурного; справкой <данные изъяты>; протоколом осмотра места происшествия; заключениями эксперта, в том числе судебно-медицинской экспертизы № 651 «Д» от 01 августа 2025 г., <данные изъяты>

Выводы суда о виновности ФИО7 в совершении преступления и юридическая квалификация его действий по ч. 1 ст. 111 УК РФ являются правильными. Исследованными доказательствами достоверно подтверждено, что осужденный умышленно нанес потерпевшей <данные изъяты>, причинившую тяжкий вред здоровью потерпевшей по признаку опасности для жизни человека.

Доводы осужденного об отсутствии умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей противоречат исследованным доказательствам. Нанося <данные изъяты> с силой, достаточной для причинения <данные изъяты>, осужденный не мог не предвидеть возможность наступления тяжкого вреда здоровью потерпевшей, желал причинить вред здоровью потерпевшей, неконкретизированный умысел по отношению к наступившим последствиям не является основанием для иной квалификации содеянного, поэтому его умышленные действия верно юридически оценены по ч. 1 ст. 111 УК РФ, то есть по фактически наступившим последствиям.

Вместе с тем на основании ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ ввиду нарушения уголовно-процессуального закона из описания преступного деяния необходимо исключить ошибочные ссылки на <данные изъяты> Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного Приказом Минздрава РФ от 08 апреля 2025 г. № 172н.

Как видно из приговора, решение об осуждении ФИО7 по ч. 1 ст. 111 УК РФ применительно к определению степени тяжести вреда здоровью человека основано на заключении эксперта судебно-медицинской экспертизы от 01 августа 2025 г. в отношении потерпевшей ФИО1

По смыслу п. 2 ст. 196 УПК РФ, предписывающей необходимость обязательного назначения и производства судебной экспертизы для определения характера и степени вреда, причиненного здоровью человека, выводы суда относительно виновности осужденного в совершении преступления в части, касающейся уголовно-правовых последствий для здоровья потерпевшей, должны быть основаны на выводах заключения эксперта судебно-медицинской экспертизы.

Существо данных требований закона суд не нарушил, поскольку изложил при описании преступления словами выводы о причиненных телесных повреждениях, вреде здоровью потерпевшей и степени его тяжести применительно к опасности для жизни потерпевшей в соответствии со словесным изложением выводов эксперта, что является достаточным для установления события и признаков состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ так, как оно описано в приговоре.

Суд обоснованно допросил судебно-медицинского эксперта ФИО6, который по существу уточнил, что вступление в силу и применение новых правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, не изменяет существа выводов, оформленных в заключении эксперта до вступления в действие новых правил, так как вред здоровью остается тот же.

Однако это означает, что суду не следовало входить на основании одних лишь устных показаний эксперта в уточнение нормативных пунктов Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, и приводить в своих выводах при описании преступления пункты нового нормативного документа - <данные изъяты> вместо приведенного в заключении эксперта от 01 августа 2025 г. пункта <данные изъяты> Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 г. № 194н. Именно эти критерии действовали на момент совершения преступления и проведения экспертизы, новые правила определения вреда здоровья не изменили оценку тяжести реально причиненного вреда здоровью ФИО1

Ввиду изложенного указание на новые пункты правил подлежит исключению из приговора, что не влечет его отмену, поскольку никак не устраняет установленных и описанных повреждений, их отнесения к конкретному вреду здоровья по конкретному критерию. Поскольку объем обвинения, признанный судом доказанным и описанным, по существу остается прежним, указанное изменение приговора не влечет смягчение наказания, назначенного осужденному за совершение преступления.

Решая вопрос о назначении наказания, суд первой инстанции в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности содеянного, личность виновного, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Обстоятельством, отягчающим наказание виновного, верно установлен рецидив преступлений, видом которого является опасный рецидив преступлений.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание виновного, учтены противоправность поведения потерпевшей, явившегося поводом для преступления, выразившееся в оскорблении осужденного нецензурной бранью; активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку осужденный в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого и обвиняемого, а также в ходе проверки показаний на месте давал подробные признательные показания по обстоятельствам совершения им преступления; признание вины в ходе предварительного расследования и в судебном заседании, раскаяние в содеянном, возраст осужденного и <данные изъяты>, возраст и состояние <данные изъяты>, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ рождения.

Кроме того, в пользу виновного судом учтено, что он <данные изъяты>, имеет постоянное место жительства и регистрации, по месту жительства характеризуется положительно.

Ссылки осужденного на состояние сильного алкогольного опьянения потерпевшей, которая выражалась в его адрес грубой нецензурной бранью, что спровоцировало его, нашли отражение в признанном судом смягчающем наказании обстоятельстве – противоправности поведения потерпевшей, явившегося поводом для преступления, выразившегося в оскорблении осужденного нецензурной бранью, и повторному учету не подлежат.

Таким образом, судом в пользу осужденного учтены и те из обстоятельств, на которые ссылается сторона защиты в апелляционных жалобах.

Позитивные взаимоотношения с потерпевшей, длительное совместное проживание с ней, поддержание связей в настоящий момент не указывают на наличие каких-либо смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных законом, но не учтенных судом, и не влекут необходимость смягчения назначенного наказания.

То обстоятельство, что положительная характеристика осужденного по месту жительства не признана судом в качестве смягчающего наказание обстоятельства, не свидетельствует о нарушении уголовного закона, поскольку признание судом на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ каких-либо обстоятельств в качестве смягчающих является его правом, а не обязанностью, притом что данное обстоятельство учтено судом в пользу виновного.

Каких-либо обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, сведения о которых имеются в материалах дела, но не учтенных судом, судом апелляционной инстанции не установлено.

Вид наказания применен судом верно, иного основного наказания, кроме лишения свободы, санкция ч. 1 ст. 111 УК РФ не предусматривает. Суд убедительно мотивировал невозможность применения к осужденному положений ст. 64 УК РФ, ч. 3 ст. 68 УК РФ, с чем соглашается суд апелляционной инстанции, который, вопреки доводам адвоката, не находит исключительности в совокупности обстоятельств, учтенных в пользу осужденного. Оснований для применения к осужденному положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, ч. 1 ст. 62 УК РФ у суда не имелось, поскольку в действиях виновного установлено отягчающее наказание обстоятельство – рецидив преступлений, видом которого является опасный рецидив преступлений, что в силу п. «в» ч. 1 ст. 73 УК РФ исключает возможность условного осуждения.

Назначенное осужденному за преступление наказание, вопреки доводам осужденного и его адвоката, отвечает целям восстановления социальной справедливости, его исправления, предупреждения совершения им новых преступлений, соразмерно тяжести содеянного, данным о его личности и смягчению не подлежит. Приговор не может быть признан чрезмерно строгим, размер основного наказания более близок к минимальному пределу с учетом правил ч. 2 ст. 68 УК РФ, чем к максимально возможному.

Вид исправительного учреждения, в котором назначено отбывать наказание виновному, определен верно, в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ – исправительная колония строгого режима.

Доводы апелляционных представления государственного обвинителя и жалобы адвоката о необходимости исключения указания о совместном исполнении по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ постановленного приговора и приговора Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 11 августа 2025 г. в связи с отменой последнего судом апелляционной инстанции с направлением уголовного дела на новое разбирательство являются заслуживающими внимание. Отмена приговора от 11 августа 2025 г., состоявшаяся после постановления обжалуемого приговора, о чем суд, применивший ч. 5 ст. 69 УК РФ, не мог знать, влечет вмешательство по доводам апелляционных представления и жалобы адвоката в обжалуемый приговор – исключение из него указаний о назначении ФИО7 окончательного наказания по совокупности преступлений со ссылкой на ч. 5 ст. 69 УК РФ с учетом приговора Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 11 августа 2025 г., так как последний указанный приговор отменен, юридически не существует, и соответственно, не может исполняться совместно с обжалуемым приговором об осуждении ФИО7 по ч. 1 ст. 111 УК РФ.

Поскольку, кроме исключения решения о применении ч. 5 ст. 69 УК РФ по отмененному приговору от 11 августа 2025 г., вопрос о совестном исполнении каких-либо приговоров судом первой инстанции не рассматривался, не обсуждался и сторонами в апелляционном порядке не был поставлен, в дальнейшем данный вопрос может быть рассмотрен судом первой инстанции по результатам новых разбирательств либо в порядке исполнения приговоров по правилам гл. 47 УПК РФ.

Само по себе исключение применения ч. 5 ст. 69 УК РФ в связи с возникшими новыми обстоятельствами, не известными суду на момент принятия судебного решения, является процессуально достаточным, не требует внесения иных изменений в приговор, в том числе и относительно зачета отбытого наказания, который суд, исходя из примененных в приговоре формулировок, не производил.

Кроме того, приговор подлежит изменению на основании ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона.

Согласно п. 1 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

По смыслу этих положений закона, разъясненных в абз. 2 п. 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 г. № 55 «О судебном приговоре», если суд установил обстоятельства преступления, которые не были отражены в предъявленном подсудимому обвинении, но признаны судом смягчающими наказание (к примеру, совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств либо по мотиву сострадания, в результате физического или психического принуждения; противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившиеся поводом для преступления), эти обстоятельства также должны быть приведены при описании деяния подсудимого.

Суд первой инстанции от этих требований закона безосновательно отступил, установил противоправность поведения потерпевшей, явившегося поводом для преступления, выразившегося в оскорблении ФИО7 нецензурной бранью, признал данное обстоятельство в качестве смягчающего наказание, но при описании события преступления не привел.

Данное нарушение подлежит исправлению со стороны суда апелляционной инстанции, что находится в полномочиях суда второй инстанции, поскольку никак не ухудшает положение виновного, не увеличивает объема его осуждения, констатирует наличие фактически установленного и учетного судом при назначении наказания смягчающего обстоятельства, что на несправедливость приговора не указывает, на вид и размер назначенного наказания не влияет.

Таким образом, при описании преступного деяния необходимо уточнить, что умышленные преступные действия в отношении потерпевшей ФИО1 осужденный ФИО7 совершил в результате противоправного поведения потерпевшей, явившегося поводом для преступления, выразившегося в оскорблении ФИО7 нецензурной бранью.

Существенных нарушений закона, влекущих отмену приговора, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.14, 389.20, 389.28, ч. 2 ст. 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

определил:

приговор Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 14 октября 2025 г. в отношении ФИО7 изменить:

исключить из его описательно-мотивировочной части из описания преступного деяния ссылки на <данные изъяты> Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного Приказом Минздрава РФ от 08 апреля 2025 г. № 172н;

уточнить при описании преступного деяния, что умышленные преступные действия в отношении потерпевшей ФИО1 осужденный ФИО7 совершил в результате противоправного поведения потерпевшей, явившегося поводом для преступления, выразившегося в оскорблении ФИО7 нецензурной бранью;

исключить указание о назначении ФИО7 окончательного наказания по совокупности преступлений со ссылкой на ч. 5 ст. 69 УК РФ с учетом приговора Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 11 августа 2025 г.

В остальной части этот же приговор в отношении ФИО7 об осуждении по ч. 1 ст. 111 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима оставить без изменения, а апелляционные представление государственного обвинителя Исаевой Е.В., жалобы осужденного ФИО7, адвоката Ашихмина Ю.В. – без удовлетворения.

Решение суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи