Решение № 2-2058/2026 2-2058/2026~М-95/2026 М-95/2026 от 4 мая 2026 г. по делу № 2-2058/2026

УИД №

Дело №


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ <адрес>

Видновский городской суд <адрес> в составе председательствующего судьи Куприяновой Я.Г., при секретаре ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Тандер» о признании фактического исполнения трудовых обязанностей, о признании действий незаконными, обязании внести изменения в трудовую книжку, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда, обязании осуществить действия,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском к АО «Тандер», ссылаясь на следующие обстоятельства.

ДД.ММ.ГГГГ между сторонами был заключён трудовой договор № о принятии истца на должность директора-стажёра филиала «Юг» в <адрес> с последующим переводом на должность директора магазина после прохождения обучения в течение одного месяца. До заключения указанного трудового договора работодатель предложил истцу вакансию директора магазина по адресу: <адрес> уровнем заработной платы от 90 000 руб. до 100 000 руб., а затем – директора магазина по адресу: <адрес> уровнем работной платы 120 000 руб. Эти предложения зафиксированы в откликах и приглашениях в личном кабинете истца на hh.ru и подтверждены устными гарантиями директора группы ФИО3 После завершения обучения истец приступил к исполнению обязанностей по управлению магазином, однако перевод на должность директора и согласованный уровень оплаты труда произведены не были.

Фактическая заработная плата на должности директора-стажёра составила: за апрель 2025 года – 79 189,44 руб., за май 2025 года – 64 791,36 руб., за июнь 2025 года – 68 390,88 руб., за июль 2025 года – 82 788,96 руб., за август 2025 года – 75 589,92 руб., за сентябрь 2025 года – 79 189,44 руб., за октябрь 2025 года – 28 796,16 руб., за ноябрь 2025 года – 0,00 руб. Первоначальные расчёты заработной платы за август и сентябрь 2025 года отражали большую сумму начислений, чем была выплачена впоследствии. Заработная плата за октябрь 2025 года выплачена в размере на 21 197,11 уб. меньшем, чем подлежало выплате.

За ноябрь 2025 года заработная плата не была выплачена вовсе. Отпускные за период предоставленного отпуска с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ также не перечислены, несмотря на согласование отпуска в электронном кадровом сервисе.

ДД.ММ.ГГГГ, уведомив директора-наставника о намерении оформить больничный, истец выразил готовность продолжать работу в рамках трудового договора. В ответ после возникшего конфликта директор-наставник фактически запретила истцу появляться на рабочем месте.

С ДД.ММ.ГГГГ истец оказался в режиме вынужденного простоя с минимальными выплатами. Документально это оформлено не было.

В период работы в АО «Тандер» истец отказался от альтернативных предложений работы, в частности, истцом были отклонены: предложение на позицию управляющего магазином в сети «Чижик» с заработной платой 126 000 руб., предложение на позицию управляющего магазином «Дикси» с заработной платой 132 100 руб., предложение на позицию директора магазина-партнёра «Пятёрочка» с заработной платой 120 000 руб.

Стремясь урегулировать ситуацию без обращения в суд, ДД.ММ.ГГГГ истец направил в адрес АО «Тандер» заявление о предложении урегулирования трудового спора, однако задолженность по заработной плате и отпускным погашена не была.

В связи с указанными обстоятельствами истец, уточнив исковые требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), просит суд: признать, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец фактически исполнял обязанности директора магазина в порядке совмещения с должностью директор-стажер без надлежащего оформления и доплаты со стороны АО «Тандер»; признать незаконными действия АО «Тандер», выразившиеся в недоплате истцу заработной платы и искажении данных в расчетных листах за август и сентябрь 2025 года; признать незаконными действия АО «Тандер», выразившиеся в задержке перечисления истцу отпускных за декабрь 2025 года; признать незаконными действия АО «Тандер», выразившиеся в недоплате истцу отпускных за декабрь 2025 года; признать период трудовых отношений с АО «Тандер» с ДД.ММ.ГГГГ по дату вынесения решения судом как период, в котором истец находился в вынужденном прогуле по вине работодателя; признать незаконными действия АО «Тандер», выразившиеся в недопуске истца к работе при наличии работы и готовности истца ее исполнять и фактическом переводе истца в режим вынужденного прогула по вине работодателя без надлежащего обеспечения оплаты труда; обязать АО «Тандер» внести изменения в трудовую книжку истца, указав в качестве занимаемой должности «Директор магазина» вместо «Директор-стажёр» с ДД.ММ.ГГГГ; взыскать с АО «Тандер» в пользу истца начисленную, но не перечисленную заработную плату за август 2025 года и сентябрь 2025 года в размере 102 779,36 руб. (с НДФЛ); взыскать с АО «Тандер» в пользу истца задолженность по заработной плате за совмещение должностей директора магазина и директора-стажёра за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 270 000 руб. (с НДФЛ); взыскать с АО «Тандер» в пользу истца задолженность по выплате среднего заработка за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 708 598,54 руб. (с НДФЛ); взыскать с АО «Тандер» в пользу истца задолженность по отпускным за отпуск в декабре 2025 года в размере 23 152,40 руб. (с НДФЛ); взыскать с АО «Тандер» в пользу истца компенсацию за задержку выплаты заработной платы, отпускных и среднего заработка, рассчитанную на ДД.ММ.ГГГГ: за задержку зарплаты за май 2025 года – 16 761,67 руб. (с НДФЛ), за задержку зарплаты за июнь 2025 года – 14 495 руб. (с НДФЛ), за задержку зарплаты за июль 2025 года – 12 555 руб. (с НДФЛ), за задержку зарплаты за август 2025 года – 23 448,59 руб. (с НДФЛ), за задержку зарплаты за сентябрь 2025 года – 20 370,32 руб. (с НДФЛ), за задержку зарплаты за октябрь 2025 года – 17970,83 руб. (с НДФЛ), за задержку зарплаты за ноябрь 2025 года – 14 068,49 руб. (с НДФЛ), за задержку зарплаты за декабрь 2025 года – 7 822,41 руб. (с НДФЛ), за задержку отпускных за отпуск в декабре 2025 года – 4 095,73 руб. (с НДФЛ), за задержку зарплаты за январь 2026 года – 4 771,61 руб. (с НДФЛ), за задержку зарплаты за февраль 2026 года – 2 415,12 руб. (с НДФЛ); взыскать с АО «Тандер» в пользу истца убытки в виде упущенной выгоды в размере 763 393,84 руб., возникшие вследствие недобросовестного поведения ответчика, выразившемся в систематическом введении истца в заблуждение относительно перспектив карьерного роста и вознаграждения с целью удержания на низкооплачиваемой должности; взыскать с АО «Тандер» в пользу истца реальный ущерб (убытки) в размере 100 000 руб., причинённый невозможностью своевременного погашения обязательств перед кредитором в связи с неправомерной недоплатой заработной платы и нарушением АО «Тандер» трудового законодательства; взыскать с АО «Тандер» в пользу истца судебные расходы, подтвержденные документально: расходы на оплату услуг специалиста (бухгалтера) – 30 000 руб., почтовые расходы – 2 906,07 руб., расходы на приобретение расходных материалов (бумага, картридж, флеш-накопитель) – 4 718 руб.; взыскать с АО «Тандер» в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб.; обязать АО «Тандер» исполнить обязанности налогового агента и страхователя: перечислить НДФЛ и страховые взносы во внебюджетные фонды со всех присужденных судом сумм (заработная плата, отпускные, средний заработок за период вынужденного прогула по вине работодателя).

Истец ФИО1 в судебное заседание явился, настаивал на удовлетворении исковых требований.

Представитель ответчика АО «Тандер» по доверенности ФИО4 в судебном заседании просил в иске отказать по доводам, изложенным в письменных возражениях относительно исковых требований, согласно которым заработная плата истцу выплачивалась в соответствии с трудовым договором. АО «Тандер» не осуществляло «фактический» перевод истца на должность директора магазина, не возлагало на истца выполнение обязанностей, не предусмотренных трудовым договором и должностной инструкцией директора-стажера. Истец не исполнял трудовые обязанности с середины октября 2025 года. Требования истца о взыскании «упущенной выгоды» противоречат трудовому законодательству.

Выслушав объяснения сторон, исследовав и проверив письменные материалы дела, оценив в совокупности доказательства по делу, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовыми отношениями являются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

Статьей 16 ТК РФ предусмотрено, что трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

В случаях и порядке, которые установлены трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, или уставом (положением) организации, трудовые отношения возникают на основании трудового договора в результате:

избрания на должность;

избрания по конкурсу на замещение соответствующей должности;

назначения на должность или утверждения в должности;

направления на работу уполномоченными в соответствии с федеральным законом органами в счет установленной квоты;

судебного решения о заключении трудового договора;

признания отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Согласно ст. 56 ТК РФ трудовой договор – соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Сторонами трудового договора являются работодатель и работник.

Трудовая функция работника определяется содержанием трудового договора в соответствии со ст. 57 ТК РФ.

Статьей 61 ТК РФ предусмотрено, что трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено настоящим Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 (работник) и АО «Тандер» (работодатель) был заключён трудовой договор № согласно п. 1.2 которого работник принимается на работу в АО «Тандер» на должность Директор-стажер в подразделение стажерский центр ММ.

Работа по договору является для работника основным местом работы на 1 ставку (п. 1.4 трудового договора).

Согласно п. 1.7 трудового договора при заключении договора работнику устанавливается испытание продолжительностью 1 календарный месяц.

Работнику устанавливается окладно-премиальная система оплаты труда. Размер должностного оклада работника составляет 26 000 руб. в месяц. Выплата окладной части заработной платы работника производится пропорционально отработанному времени. По решению работодателя в случае добросовестного исполнения работником должностных обязанностей и отсутствия взысканий за нарушение трудовой дисциплины работнику могут быть осуществлены выплаты стимулирующего характера в порядке, предусмотренном локальными нормативными актами работодателя (пункты 3.2, 3.3 трудового договора).

Обращаясь в суд с иском, ФИО1 ссылался на то, что по истечении месяца с момента принятия его на работу на должность директора-стажёра с заработной платой от 90 000 руб. до 100 000 руб. в месяц после прохождения обучения ответчик должен был перевести его на должность директора магазина с заработной платой 120 000 руб. После завершения обучения истец приступил к самостоятельному исполнению обязанностей по управлению магазином, однако перевод на должность директора и согласованный уровень оплаты труда произведены не были. Размер заработной платы истца также оказался ниже обещанного ответчиком, а за ноябрь 2025 года заработная плата не была выплачена вовсе. Отпускные за период предоставленного отпуска с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ также не перечислены, несмотря на согласование отпуска в электронном кадровом сервисе.

Истец утверждает, что ДД.ММ.ГГГГ он уведомил директора-наставника о намерении оформить больничный и выразил готовность продолжать работу в рамках трудового договора. Директор-наставник фактически запретила истцу появляться на рабочем месте, что подтверждается перепиской истца с директором-наставником. С ДД.ММ.ГГГГ истец оказался в режиме вынужденного простоя, однако документально это оформлено не было.

Возражая относительно исковых требований, ответчик указывает на то, что размер заработной платы, порядок её начисления и выплаты определены трудовым договором, локальными нормативными актами работодателя и действующим законодательством.

Из письменных материалов дела следует, что начисление заработной платы производилось исходя из установленного оклада, предусмотренного трудовым договором, пропорционально фактически отработанному времени, что соответствует ст.ст. 19, 135 ТК РФ.

Все выплаты производились своевременно и в полном объеме за фактически отработанное время, что подтверждается расчетными листками.

Суд соглашается с утверждением ответчика о том, что доводы истца о занижении заработной платы являются необоснованными и основаны на его субъективных ожиданиях относительно уровня дохода, который не был закреплен в трудовом договоре.

С ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время истец занимает должность директор-стажер в подразделении Стажерский центр ММ. Каких-либо ссылок о временном характере исполнения истцом трудовых обязанностей в указанной должности, переводе его на иную должность, в частности, указываемую: директор магазина трудовой договор не содержит.

Доводы истца о фактически имевшем место переводе его на должность директора магазина объективными доказательствами не подтверждены. Никаких дополнительных соглашений по данному вопросу между сторонами не заключалось, каких-либо приказов, касающихся перевода ФИО1 на другую должность или наделения его дополнительными обязанностями, не предусмотренными должностной инструкцией, не издавалось, иного не представлено.

По смыслу ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор с каждым работником должен содержать обязательные условия, в том числе, условие о трудовой функции.

В силу абз. 3 ч. 2 ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации условие о трудовой функции работника (работе по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы) является обязательными для включения в трудовой договор с работником.

Истцом не представлены доказательства, в достаточной степени подтверждающие обстоятельства, на которые он ссылается в обоснование своих доводов. Истец не представил доказательства, подтверждающие возложение обязанностей по должности директора магазина, в материалы дела не представлены данные сотрудника, который мог возложить такие обязанности на работника, не находят своего подтверждения указанные даты, а именно начало указанных работ, а также их продолжительность. В спорный период истец исполнял обязанности согласно трудовому договору, факт совмещения должностей не установлен, заработная плата начислялась и выплачивалась истцу в соответствии с требованиями трудового законодательства и условиями трудового договора.

Доводы истца о фактически имевшем место в действительности переводе его на должность директора магазина объективными доказательствами не подтверждены. Условиями трудового договора и должностной инструкцией не предусмотрена возможность выбора работником выполнения наиболее приемлемых для себя обязанностей по исключительному волеизъявлению работника. Действующим законодательством не предусмотрена обязанность работодателя по переводу работника на другую должность. В трудовом договоре не содержится обязательства ответчика перед истцом о переводе последнего на другую должность.

Кроме того, ответчик указывает на то, что с середины октября 2025 года ФИО1 самовольно прекратил выходить на работу по месту работы, указанному в трудовом договоре.

При этом каких-либо документов, подтверждающих уважительные причины отсутствия, работодателю предоставлено не было, письменных заявлений о переводе, простое либо невозможности выполнять трудовые обязанности истцом не подавалось.

В силу ст.ст. 21 и 22 ТК РФ работник обязан добросовестно исполнять трудовые обязанности и соблюдать правила внутреннего трудового распорядка.

Начисление заработной платы за период отсутствия работника на рабочем месте без уважительных причин не производится, поскольку заработная плата является вознаграждением именно за труд (ст. 129 ТК РФ).

В материалы дела ответчиком представлен табель учета рабочего времени.

Следовательно, отсутствие начислений за соответствующие периоды обусловлено фактическим неисполнением истцом трудовой функции.

Запись о должности истца соответствует фактически заключенному трудовому договору.

Оснований для внесения изменений в трудовую книжку не имеется, поскольку истец был принят именно на должность директора-стажера, перевод на должность директора магазина не оформлялся.

Таким образом, суд находит требования истца о признании, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он фактически исполнял обязанности директора магазина в порядке совмещения с должностью директор-стажер без надлежащего оформления и доплаты со стороны АО «Тандер», признании незаконными действий АО «Тандер», выразившихся в недоплате истцу заработной платы и искажении данных в расчетных листах за август и сентябрь 2025 года, признании незаконными действий АО «Тандер», выразившихся в задержке перечисления истцу отпускных за декабрь 2025 года, недоплате истцу отпускных за декабрь 2025 года, признании периода трудовых отношений с АО «Тандер» с ДД.ММ.ГГГГ по дату вынесения решения судом как периода, в котором истец находился в вынужденном прогуле по вине работодателя, признании незаконными действий АО «Тандер», выразившихся в недопуске истца к работе при наличии работы и готовности истца ее исполнять и фактическом переводе истца в режим вынужденного прогула по вине работодателя без надлежащего обеспечения оплаты труда, обязании АО «Тандер» внести изменения в трудовую книжку истца, указав в качестве занимаемой должности «Директор магазина» вместо «Директор-стажёр» с ДД.ММ.ГГГГ, взыскании с АО «Тандер» в пользу истца начисленной, но не перечисленной заработной плату за август 2025 года и сентябрь 2025 года в размере 102 779,36 руб. (с НДФЛ), задолженности по заработной плате за совмещение должностей директора магазина и директора-стажёра за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 270 000 руб. (с НДФЛ), задолженности по выплате среднего заработка за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 708 598,54 руб. (с НДФЛ), задолженности по отпускным за отпуск в декабре 2025 года в размере 23 152,40 руб. (с НДФЛ) – необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

В связи с отказом в удовлетворении исковых требований о взыскании заработной платы, отпускных, среднего заработка за период вынужденного прогула по вине работодателя требования ФИО1 об обязании АО «Тандер» исполнить обязанности налогового агента и страхователя, перечислив НДФЛ и страховые взносы во внебюджетные фонды со всех присужденных судом сумм, также подлежат отклонению.

Кроме того, представленные истцом расчеты носят односторонний характер и не подтверждаются первичными бухгалтерскими документами работодателя. Заявленные суммы носят произвольный характер и основаны на предположениях истца.

Также истец утверждает, что отказался от альтернативных предложений работы, исходя из доверия к данным ответчиком обещаниям. В частности, истцом были отклонены: предложение на позицию управляющего магазином в сети «Чижик» с заработной платой 126 000 руб., предложение на позицию управляющего магазином «Дикси» с заработной платой 132 100 руб. и предложение на позицию директора магазина-партнёра «Пятёрочка» с заработной платой 120 000 руб. Вследствие невыплаты и задержки заработной платы, а также её занижения по сравнению с обещанным уровнем истец оказался в ситуации, когда регулярные обязательные платежи (ЖКУ, налоги, кредиты) перестали своевременно исполняться. Для поддержания минимального уровня дохода истцу пришлось искать временную подработку. Факт возникновения задолженностей и вынужденной подработки подтверждается квитанциями, выписками, расчётами убытков и упущенной выгоды, а также реестром материальных претензий, в котором сведены все заявленные ко взысканию суммы.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Истец просит взыскать упущенную выгоду, ссылаясь на предложения работы у иных работодателей.

Однако трудовое законодательство не предусматривает взыскание упущенной выгоды работником с работодателя. Заработная плата является платой за труд, а не гарантией получения дохода на уровне иных предложений рынка труда.

Согласно ст. 232 ТК РФ работодатель возмещает прямой действительный ущерб, причиненный работнику, тогда как упущенная выгода возмещению не подлежит.

Кроме того, представленные истцом сведения о вакансиях и предложениях работы не подтверждают наличие обязательств со стороны третьих лиц и носят исключительно предположительный характер.

Судом не установлено нарушение прав истца ответчиком, поскольку доводы истца об ином размере заработной платы, чем указан в его трудовом договоре, не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

В связи с этим суд оставляет без удовлетворения требования истца о взыскании с АО «Тандер» убытков в виде упущенной выгоды в размере 763 393,84 руб., возникших вследствие недобросовестного поведения ответчика, выразившегося в систематическом введении истца в заблуждение относительно перспектив карьерного роста и вознаграждения с целью удержания на низкооплачиваемой должности, а также реального ущерба (убытков) в размере 100 000 руб., причинённого невозможностью своевременного погашения обязательств перед кредитором в связи с неправомерной недоплатой заработной платы и нарушением АО «Тандер» трудового законодательства.

В соответствии с ч. 1 ст. 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки ЦБ РФ от начисленных, но не выплаченных в срок сумм и (или) не начисленных своевременно сумм в случае, если вступившим в законную силу решением суда было признано право работника на получение неначисленных сумм, за каждый день задержки начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены при своевременном их начислении в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

В связи с отклонением основных требований истца производные требования о взыскании компенсации за задержку выплаты заработной платы, отпускных и среднего заработка также не подлежат удовлетворению.

Согласно статье 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Доказательств причинения физических или нравственных страданий АО «Тандер» ФИО1 в нарушение требований статей 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено, не подтверждено и наличие противоправных действий со стороны ответчика.

Поскольку судом не установлено неправомерных действий либо бездействия ответчика в отношении истца, суд отказывает в удовлетворении требований истца о взыскании компенсации морального вреда.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, которые согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В связи с отказом в удовлетворении требований истца оснований для взыскания с ответчика судебных расходов не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194–199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к АО «Тандер» о признании фактического исполнения трудовых обязанностей, о признании действий незаконными, обязании внести изменения в трудовую книжку, взыскании заработной платы, задолженности по заработной плате и отпускным, среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации за задержку выплаты заработной платы, отпускных и среднего заработка, убытков, судебных расходов, компенсации морального вреда, обязании осуществить действия, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Видновский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Я.Г. Куприянова

Решение в мотивированной форме изготовлено 05 мая 2026 года.