Решение № 2-2694/2020 2-63/2021 2-63/2021(2-2694/2020;)~М-2718/2020 М-2718/2020 от 9 июня 2021 г. по делу № 2-2694/2020

дело №2-63/2021

УИД:23RS0003-01-2020-005252-66


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

город-курорт Анапа "10" июня 2021 года

Анапский городской суд Краснодарского края в составе:

судьи Аулова А.А.

при секретаре Засеевой О.В.

с участием: истца ФИО1 и его представителя - адвоката Щурий С.А., представившего удостоверение №5921 от 29 февраля 2016 года и ордер №674808 от 19 октября 2020 года,

ответчика - индивидуального предпринимателя ФИО2 и его представителя ФИО3З-Б., действующего на основании доверенности 23АВ 0348383 от 21 августа 2020 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности внести записи в трудовую книжку, возложении обязанности произвести оплату обязательных платежей, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности внести записи в трудовую книжку, возложении обязанности произвести оплату обязательных платежей, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда, сославшись на то, что с 10 июля 2014 года по 19 августа 2019 года он работал у индивидуального предпринимателя ФИО2 в дайвинг-клубе "КЛАД" в должности видео-оператора и в его должностные обязанности входила съёмка на видеокамеру работы сотрудников клуба при погружении под воду туристов с аквалангами, после чего обрабатывать и размещать материалы видеосъемки в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" на сайте "YOUTUBE", сервисное обслуживание оборудования для подводного плавания, работа с воздушными компрессорами для дайвинга, при этом размер ежемесячной платы составлял 50 000 рублей. Вместе с тем, трудовые отношения в установленном законом порядке оформлены не были, запись в трудовую книжку внесена не была, неоднократно представлялись на подписание договоры, однако ни один из экземпляров договора выдан не был, взносы в фонд социального страхования и пенсионный фонд работодателем не вносились. Между тем, факт трудовых отношений подтверждается сертификатами о повышении профессиональных навыков подводного пловца, в которых имеется указание на индивидуального предпринимателя ФИО2 как инструктора, впоследствии им также был получен сертификат инструктора, право на управление маломерным судном, в связи с чем он управлял лодкой дайвинг-клуба "КЛАД". Между тем, 19 августа 2019 года индивидуальный предприниматель ФИО2 уволил его без объяснения причин, однако с приказом об увольнении не ознакомил, трудовую книжку при увольнении не выдал, расчет не произвел, при этом размер задолженности по заработной плате составляет 45 000 рублей. В связи с чем истец ФИО1 обратился в суд с настоящими исковыми требованиями и просит установить факт трудовых отношений между ним и индивидуальным предпринимателем ФИО2 в период с 10 июля 2014 года по 30 мая 2018 года в должности видео-оператора, с 01 июня 2018 года по 19 августа 2019 года в должности инструктора по дайвингу, обязать индивидуального предпринимателя ФИО2 внести в трудовую книжку записи о приеме на работу и увольнении с работы по собственному желанию с 19 августа 2019 года, обязать индивидуального предпринимателя ФИО2 внести необходимые вычеты и взносы во все государственные внебюджетные фонды, в налоговые органы, взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в его пользу задолженность по выплате заработной платы в размере 45 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал по изложенным доводам и основаниям и пояснил, что в сентябре 2013 года он через общего знакомого, который обучался у ФИО2 подводному плаванию, познакомился с последним, при этом, поскольку у него имелась видеокамера, он предложил ФИО2 осуществлять видеосъемку подводных погружений групп в дайвинг-клубе ФИО2 "КЛАД", на что последний дал свое согласие. В июле 2014 года он прибыл в г. Анапа и стал производить видеосъемку погружений групп с инструкторами, при этом денежные средства за проделанную им работу ему выдавала администратор дайвинг-клуба "КЛАД" Г.Н.. Впоследствии в 2016 году в дайвинг-клубе появилась вакансия сотрудника по работе с воздушными компрессорами (аквалангами) для дайвинга по заправке воздухом, после чего с 2016 года по 2017 год он стал выполнять указанную работу. В 2018 году им были получены сертификат инструктора по дайвингу, а также удостоверение на право управление моторным судном, после чего он стал работать в дайвинг-клубе "КЛАД" в должности инструктора по дайвингу до августа 2019 года. В его обязанности как инструктора по дайвингу входил инструктаж группы перед погружением, обучение, подбор оборудования для погружения, выход в море на моторном судне, погружение с группой и возвращение в дайвинг-клуб, а также производство фото- и видеосъемки по желанию клиентов клуба. Работа носила сезонный характер, в основном он работал с мая месяца по октябрь месяц, рабочий день с 07 часов 00 минут до 19 часов 00 минут. При этом срочный трудовой договор между ним и индивидуальным предпринимателем ФИО2 не составлялся. Однако в августе 2019 года индивидуальный предприниматель ФИО2 пояснил, что заработную плату выплачивать не будет, после чего он прекратил осуществление трудовой деятельности в дайвинг-клубе "КЛАД" у индивидуального предпринимателя ФИО2 При этом среднемесячный размер его заработной платы составлял в среднем 40 000 – 45 000 рублей, а в должности инструктора по дайвингу среднемесячный размер заработной платы мог составлять 70 000 – 80 000 рублей. Заработная плата за работу в должности инструктора по дайвингу в 2019 году была выплачена ему индивидуальным предпринимателем ФИО2 частично, размер задолженности по заработной плате за период с июня 2019 года по 19 августа 2019 года составляет 45 000 рублей.

Ответчик – индивидуальный предприниматель ФИО2 в судебном заседании заявленные исковые требования не признал и пояснил, что общий знакомый, который проходил у него обучение по подводному погружению, познакомил его с ФИО1, который также заинтересовался дайвингом и попросил разрешение осуществлять подводную видеосъемку при проведении подводных погружений, на что он дал свое согласие и попросил ФИО1 оказать ему содействие в рекламе дайвинг-клуба "КЛАД" в телекоммуникационной сети "Интернет", при этом ФИО1 самостоятельно договаривался с клиентами о производстве видеосъемки, для чего он разрешил ему (ФИО1) занять часть помещения офиса дайвинг-клуба "КЛАД", где ФИО1 также и проживал в течение четырех лет, денежные средства за производство видеосъемки клиенты оплачивали также непосредственно ФИО1 Впоследствии ФИО1 высказал желание стать инструктором по дайвингу, прошел обучение, в рамках которого обязательными являются получение права на управление моторным судном и обучение по заправке воздухом баллонов для подводного погружения, после чего получил сертификат инструктора, в соответствии с которым получил право на обучение. Впоследствии ФИО1 познакомился с девушкой, перестал проживать в офисном помещении дайвинг-клуба, однако оставлял там своего малолетнего сына одного, в связи с чем он высказал ему свои претензии, после чего ФИО1 забрал свои личные вещи, часть принадлежащего ему (индивидуальному предпринимателю ФИО2) оборудования и уехал. При этом с 2014 года до настоящего времени инструкторы по дайвингу у него не работали, все инструкторы, осуществлявшие свою деятельность в дайвинг-клубе, являлись индивидуальными предпринимателями либо самозанятыми гражданами, также не оформлялись и трудовые отношения с истцом ФИО1 Инструкторы по дайвингу проходили практику в дайвинг-клубе "КЛАД". Денежные средства за видеосъемку ФИО1 получал от клиентов самостоятельно, на счет индивидуального предпринимателя ФИО2 указанные денежные средства не поступали, о выплате денежных средств ФИО1 администратором Г. Н. ему ничего неизвестно. Истец ФИО1 в качестве инструктора по дайвингу у него никогда не работал, он мог самостоятельно осуществлять подводные погружения с клиентами с целью производства видеосъемки либо для страховки. Истец ФИО1 самостоятельно подводные погружения клиентов не осуществлял, в основном в период с 2014 года по 2019 год погружение с клиентами осуществлял он сам либо К. Р.Ш., который является инструктором по дайвингу и индивидуальным предпринимателем.

Также ответчик – индивидуальный предприниматель ФИО2 и его представитель ФИО3 З-Б. ссылаются, что истцом ФИО1 не представлено доказательств, что в спорный период он был допущен к выполнению работы в дайвинг-клубе "КЛАД" индивидуальным предпринимателем ФИО2, выполнял работы в интересах последнего, под контролем и управлением работодателя, подчинялся правилам внутреннего распорядка и ему выплачивалась заработная плата, в связи с чем просили в удовлетворении заявленных исковых требований отказать.

Заслушав истца ФИО1 и его представителя – адвоката Щурий С.А., ответчика - индивидуального предпринимателя ФИО2 и его представителя ФИО3, исследовав письменные материалы дела, суд находит заявленные исковые требования, подлежащими частичному удовлетворению, по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права, и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит, в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года принята Рекомендация №198 о трудовом правоотношении (далее - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальными законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно, в первую очередь, определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определенным графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-члены должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

Частью 4 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации, конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Сторонами трудовых отношений является работник и работодатель (часть 1 статьи 20 Трудового кодекса Российской Федерации).

По общему правилу, установленному частью 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Вместе с тем, согласно части 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В части 1 статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации дано понятие трудового договора как соглашения между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Частью 1 статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года №15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" приведено разъяснение, являющееся актуальным для всех субъектов трудовых отношений, о том, что при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как-то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года №15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" в пунктах 20 и 21 содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений, о том, что отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 20 названного постановления).

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что к характерным признакам трудовых отношений относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя, интегрированность работника в организационную структуру работодателя, признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск, оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы, осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов, предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация №198 о трудовом правоотношении).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, который заключается в письменной форме. При этом обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

В тоже время само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 названного кодекса следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.

Целью указанных норм - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе оформить в письменной форме с ним трудовой договор может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя на заключение трудового договора вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

Таким образом, по смыслу взаимосвязанных положений статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется, и трудовой договор считается заключенным.

В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, относятся письменные доказательства, свидетельские показания, аудио- и видеозаписи.

Как следует из материалов дела, ФИО2 с 28 марта 2014 года зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя с основным видом деятельности - деятельность зрелищно-развлекательная прочая, не включенная в другие группировки, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей №ИЭ9965-20-48311800 от 15 июня 2020 года.

23 января 2018 года Конфедерацией подводной деятельности России ФИО1 выдано свидетельство № с правом подготовки подводных пловцов.

31 июля 2018 года ГИМС МЧС России по Краснодарскому краю ФИО1 выдано удостоверение на право управления маломерным судном.

ФИО1, как инструктору индивидуального предпринимателя ФИО2 выдан пропуск для проезда на территорию морского порта Анапы на период с 20 мая 2019 года по 31 октября 2019 года.

09 июня 2018 года между П. А.И. и индивидуальным предпринимателем ФИО2 заключен договор о прохождении курса подводного плавания (дайвинга) в дайвинг-клубе "КЛАД".

Как усматривается из тетради обучающегося П. А.И. в дайвинг-клубе "КЛАД", в качестве инструкторов, проводивших теоретические и практические занятия, указаны, в том числе ФИО2 (09 июня 2018 года) и ФИО1 (13 июня 2018 года).

30 мая 2019 года между Ф О.Б. и индивидуальным предпринимателем ФИО2 заключен договор о прохождении курса подводного плавания (дайвинга) в дайвинг-клубе "КЛАД".

Как усматривается из бланка "Занятия и Навыки" дайвинг-клуба "КЛАД", в качестве инструкторов, проводивших теоретические и практические занятия с Ф О.Б., указаны, в том числе ФИО2 (02 июня 2019 года) и ФИО1 (30 мая 2019 года, 31 мая 2019 года, 03 июня 2019 года, 04 июня 2019 года, 05 июня 2019 года).

Как усматривается из бланка "Занятия и Навыки" дайвинг-клуба "КЛАД", в качестве инструктора, проводившего теоретические и практические занятия с К. К.В. и К. В.В. за период с 12 июня 2019 года по 24 июня 2019 года, указан ФИО1

Как усматривается из скриншотов страниц дайвинг-клуба "КЛАД" в социальной сети Instagram в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", датированных 15 сентября 2018 года, 29 июля 2018 года, 11 июня 2019 года, 15 июня 2019 года, 06 июля 2019 года, на фотографиях запечатлены, в том числе истец ФИО1 и ответчик - индивидуальный предприниматель ФИО2, а также имеются отзывы клиентов дайвинг-клуба "КЛАД", в которых указано, что ФИО1 являлся инструктором дайвинг-клуба.

Согласно статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела (абз.1 ч.1).

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов (абз.2 ч.1).

Истец ФИО1 в обоснование заявленных исковых требований об установлении факта трудовых отношений между ним и ответчиком указывает на то, что факт его трудовых отношений с ответчиком - индивидуальным предпринимателем ФИО2 может подтвердить свидетель П. А.И., являвшаяся клиентом дайвинг-клуба "КЛАД" индивидуального предпринимателя ФИО2

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля П. А.И. суду показала, что в настоящее время она является супругой ФИО1, с которым познакомилась в 2018 году, когда обратилась в дайвинг-клуб "КЛАД" с целью обучения и последующего подводного погружения, при этом курс обучения состоял из теоретического обучения, который преподавал ФИО2, и практического курса подводного погружения, который осуществлял ФИО1, как инструктор по дайвингу. Денежные средства в размере 18 000 рублей за курс обучения оплачивались ею администратору дайвинг-клуба "КЛАД", также ею заключался договор с дайвинг-клубом "КЛАД", кроме того, ей была выдана тетрадь погружений, в которой указан в качестве инструктора по подводному погружению ФИО1, который и был ей представлен как инструктор по дайвингу дайвинг-клуба "КЛАД".

Оснований не доверять показаниям указанного свидетеля у суда не имеется, поскольку показания свидетеля являются последовательными и согласуются с пояснениями истца и письменными доказательствами, представленными истцом, свидетель в соответствии с требованиями ч.2 ст.70 ГПК РФ предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, какие-либо факты возможной недобросовестности свидетеля при сообщении суду ставших известными ему сведений, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела судом, не установлено.

Ответчик - индивидуальный предприниматель ФИО2 в обоснование возражений на заявленные исковые требования об отсутствия факта трудовых отношений между ним и истцом указывает на то, что указанные обстоятельства может подтвердить свидетель ФИО4, который оказывал ему помощь при осуществлении его деятельности в дайвинг-клубе "КЛАД".

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля К. Р.Ш. суду показал, что инструктором по дайвингу у индивидуального предпринимателя ФИО2 никогда не работал, в трудовых отношениях не состоял. Примерно с 2011 года по 2015 год он занимался подводным погружением в качестве инструктора по дайвингу в дайвинг-клубе "КЛАД", вместе с тем, в период с 2018 года по 2020 год он не занимался деятельностью по подводному погружению клиентов в дайвинг-клубе, при этом, поскольку он состоял в дружеских отношениях с ФИО2, иногда он оказывал ему помощь. ФИО2 привлекал инструкторов по дайвингу для обучения учеников. Про трудовые отношения между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и ФИО1 ему ничего неизвестно, также ему ничего неизвестно об выплате индивидуальным предпринимателем ФИО2 ФИО1 заработной платы, напротив, по его мнению, ФИО1 должен был оплачивать индивидуальному предпринимателю ФИО2 арендную плату за оборудование для подводного погружения.

Судом не принимаются во внимание показания данного свидетеля, поскольку свидетель не сообщил суду каких-либо сведений об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения настоящего гражданского дела.

Согласно пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Аналогичная правовая норма закреплена статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, то есть представлены сторонами. Разрешая гражданско-правовой спор в условиях конституционных принципов состязательности и равноправия сторон и связанного с ними принципа диспозитивности, осуществляя правосудие как свою исключительную функцию (ч.1 ст.118 Конституции Российской Федерации), суд не может принимать на себя выполнение процессуальных функций сторон.

В силу пункта 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, в силу присущего исковому виду судопроизводства начала диспозитивности, эффективность правосудия обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Суд, содействуя сторонам в реализации этих прав, осуществляет, в свою очередь, лишь контроль за законностью совершаемых ими распорядительных действий, основывая решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, и оценивая относимость, допустимость, достоверность каждого из них в отдельности, а также достаточность и взаимную связь их в совокупности.

В соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам, исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации, необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года №15).

Таким образом, оценив представленные в ходе судебного разбирательства письменные доказательства, пояснения сторон, показания свидетелей в их совокупности, суд приходит к выводу, что фактически между истцом ФИО1 и ответчиком - индивидуальными предпринимателем ФИО2 имели место трудовые отношения, так как работодатель предоставлял истцу постоянное место работы, работник приступил к работе с ведома и по поручению работодателя, выполнял трудовую функцию в качестве инструктора по дайвингу, сложившиеся отношения сторон носили длящийся характер и не ограничивались исполнением единичной обязанности, так как истец ФИО1 работал в соответствии с рабочим графиком, на протяжении всего периода работы и исполнял функциональные обязанности инструктора по дайвингу, получая при этом денежные средства за выполненную работу в качестве заработной платы, а поскольку по смыслу взаимосвязанных положений статей 15, 16, 56, части второй статьи 67, статьи 303 Трудового кодекса РФ, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным, при этом доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить сам работодатель, поскольку работник ФИО1 является слабой стороной в трудовом правоотношении, вместе с тем, доказательств, опровергающих установленные по делу обстоятельства, отсутствия трудовых отношений с истцом и доводы истца о наличии между ними трудовых отношений, ответчиком - индивидуальным предпринимателем ФИО2 в нарушение требований статьи 56 ГПК РФ суду не представлено, в связи с чем суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца ФИО1 об установлении факта трудовых отношений с индивидуальным предпринимателем ФИО2

При этом суд находит безосновательными доводы стороны ответчика о том, что истец ФИО1 не представил допустимых доказательств, подтверждающих наличие трудовых отношений между ним и индивидуальным предпринимателем ФИО2, поскольку при наличии вышеуказанных доказательств, представленных истцовой стороной, и не представлении ответчиком в нарушение ст. 56 ГПК РФ суду доказательств, опровергающих доводы истца о наличии между сторонами трудовых отношений и подтверждающих отсутствие трудовых отношений с истцом, все сомнения толкуются в пользу работника.

Кроме того, суд признает несостоятельным доводы стороны ответчика об отсутствии трудовых отношений между сторонами со ссылкой на то обстоятельство, что документально эти отношения не оформлялись (отсутствуют сведения о принятии ответчиком кадровых решений в отношении истца, о получении им заработной платы, о заключении между сторонами трудового договора), поскольку такая ситуация прежде всего может свидетельствовать о допущенных нарушениях закона со стороны ответчика - индивидуального предпринимателя ФИО2 по надлежащему оформлению отношений с работниками ФИО1

Согласно части 1 статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Одним из обязательных условий, подлежащих включению в трудовой договор, является дата начала работы, а в случае, когда заключается срочный трудовой договор, - также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом (абзац третий части 2 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые договоры могут заключаться как на неопределенный срок, так и на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен названным кодексом и иными федеральными законами (часть 1 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).

Срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, в том числе для выполнения сезонных работ, когда в силу природных условий работа может производиться только в течение определенного периода (сезона) (часть 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 293 Трудового кодекса Российской Федерации сезонными признаются работы, которые в силу климатических и иных природных условий выполняются в течение определенного периода (сезона), не превышающего, как правило, шести месяцев.

В судебном заседании истец ФИО1 пояснил, что он осуществлял трудовую деятельность в дайвинг-клубе "КЛАД" индивидуального предпринимателя ФИО2 в период с 2014 года по 19 августа 2019 года в период курортного сезона с мая по октябрь месяц.

Трудовой договор, заключенный для выполнения сезонных работ в течение определенного периода (сезона), прекращается по окончании этого периода (сезона) (часть 4 статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, принимая во внимание деятельность ответчика - индивидуального предпринимателя ФИО2 по оказанию услуг по прохождению курсов подводного плавания (дайвинга) для граждан, приезжающих на отдых в курортный сезон в г. Анапа, характер трудовой деятельности истца ФИО1 в качестве инструктора по дайвингу, между истцом ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО2 подлежал заключению срочный трудовой договор.

Принимая во внимание представленные истцовой стороной письменные доказательства, в частности свидетельство № от 23 января 2018 года на право подготовки подводных пловцов, договор о прохождении курса подводного плавания (дайвинга) в дайвинг-клубе "КЛАД" от 09 июня 2018 года, заключенный между П. А.И. и индивидуальным предпринимателем ФИО2, договор о прохождении курса подводного плавания (дайвинга) в дайвинг-клубе "КЛАД" от 30 мая 2019 года, заключенного между Ф. О.Б. и индивидуальным предпринимателем ФИО2, пропуск для проезда на территорию морского порта Анапы на период с 20 мая 2019 года по 31 октября 2019 года, в которых истец ФИО1 указан в качестве инструктора по дайвингу, суд приходит к выводу об установлении факта трудовых отношений между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и ФИО1 в должности инструктора по дайвингу в период с 01 июня 2018 года по 30 сентября 2018 года и с 01 мая 2019 года по 19 августа 2019 года.

При этом суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований в части установлении факта трудовых отношений между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и ФИО1 в должности видеооператора дайвинг-клуба "КЛАД", поскольку факт трудовой деятельности истца ФИО1 в указанной должности в указанный период в ходе судебного разбирательства своего документального подтверждения не нашел.

В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Исходя из положений статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В соответствии с положениями статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

В соответствии с положениями статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В связи с отсутствием документальных сведений, подтверждающих размер заработной платы истца ФИО1 в период работы у ответчика - индивидуального предпринимателя ФИО2 в должности инструктора по дайвингу в период с 01 июня 2018 года по 30 сентября 2018 года и с 01 июня 2019 года по 19 августа 2019 года, определением Анапского городского суда Краснодарского края от 15 января 2021 года в соответствии со ст.79 ГПК РФ по настоящему гражданскому делу назначена судебная оценочная экспертиза, производство которой было поручено эксперту ООО "Межрегиональный центр экспертиз и консалтинга "ЭКСКО".

Согласно заключения эксперта ООО "Межрегиональный центр экспертиз и консалтинга "ЭКСКО" №007-21-ос от 15 марта 2021 года размер среднемесячной заработной платы инструктора по дайвингу дайвинг-клуба в период курортного сезона (май-сентябрь) в г. Анапа Краснодарского края составляет 44 000 рублей.

При определении размера подлежащей взысканию задолженности по заработной плате суд приходит к выводу об её исчислении, исходя из выводов проведенной по делу судебной экспертизы, поскольку утверждения истца ФИО1 о том, что при трудоустройстве ему была определена ежемесячная заработная плата в размере 50 000 рублей относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами не подтверждены.

Таким образом, поскольку размер среднемесячной заработной платы инструктора по дайвингу дайвинг-клуба в период курортного сезона (май-сентябрь) в г. Анапа Краснодарского края составляет 44 000 рублей, при этом истец ФИО1 ссылается, что в период с июня 2019 года по 19 августа 2019 года задолженность ответчика - индивидуального предпринимателя ФИО2 по выплате заработной платы составляет 45 000 рублей, между тем, доказательств обратного ответчиком суду не представлено, в связи с чем суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных исковых требований в указанной части.

В соответствии с абзацем 1 статьи 66 Трудового кодекса Российской Федерации трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.

В трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора и сведения о награждениях за успехи в работе (абзац 4 статьи 66 Трудового кодекса Российской Федерации).

Также суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца о внесении в трудовую книжку записи о принятии истца ФИО1 на работу в должности инструктора по дайвингу с 01 июня 2018 года и увольнении с занимаемой должности с 30 сентября 2018 года на основании пункта 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ, записи о принятии истца ФИО1 на работу в должности инструктора по дайвингу с 01 мая 2019 года и записи об увольнении с занимаемой должности с 19 августа 2019 года на основании пункта 3 части 1 статьи 77 и статьи 80 Трудового кодекса РФ.

В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; а также осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами.

До 01 января 2017 года отношения в части уплаты обязательных страховых взносов работодателями на территории Российской Федерации регламентировались Федеральным законом от 24 июля 2009 года №212-ФЗ "О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования".

С 01 января 2017 года в связи с принятием Федерального закона от 03 июля 2016 года №250-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона "О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации в связи с передачей налоговым органам полномочий по администрированию страховых взносов на обязательное пенсионное, социальное и медицинское страхование" уплата страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование осуществляется в порядке главы 34 части 2 Налогового кодекса Российской Федерации.

Таким образом, поскольку суд пришел к выводу об установлении факта трудовых отношений между истцом ФИО1 и ответчиком - индивидуальным предпринимателем ФИО2, являются обоснованными требования истца ФИО1 в части возложения на ответчика – индивидуального предпринимателя ФИО2 обязанности по обеспечению его прав как работника на социальное и пенсионное обеспечение, в связи с чем суд полагает необходимым удовлетворить требования истца в данной части путем возложения на ответчика - индивидуального предпринимателя ФИО2 обязанности произвести отчисления в установленном законом порядке страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование в отношении ФИО1, исходя из заработной платы истца в размере 44 000 рублей.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Данная правовая норма направлена на создание правового механизма, обеспечивающего работнику судебную защиту его права на компенсацию наряду с имущественными потерями, вызванными незаконными действиями или бездействием работодателя, физических и нравственных страданий, причиненных нарушением трудовых прав.

Размер компенсации морального вреда определяется судом, исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (абзац четвертый пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации"). Таким образом, суд, определяя размер компенсации, действует не произвольно, а на основе вытекающих из законодательства критериев.

При этом, учитывая, что Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

Поскольку в ходе судебного разбирательства установлен факт нарушения трудовых прав истца ФИО1, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, характер допущенного работодателем нарушения прав истца и длительность такого нарушения, значимость нарушенного права, степень вины ответчика, степень причиненных истцу нравственных страданий, а также учитывая требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика - индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу истца ФИО1 компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей, что будет способствовать восстановлению баланса между нарушенными правами истца и мерой ответственности, применяемой к ответчику.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. Размер и порядок уплаты государственной пошлины устанавливается федеральными законами о налогах и сборах.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

По смыслу подпункта 1 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации и статьи 393 Трудового кодекса Российской Федерации работники при обращении в суд с требованиями, вытекающими из трудовых отношений, освобождаются от уплаты судебных расходов.

В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку истец ФИО1 освобожден от уплаты государственной пошлины при обращении в суд, при этом суд пришел к выводу о частичном удовлетворении заявленных исковых требований, с ответчика - индивидуального предпринимателя ФИО2 в соответствии с положениями пп.1 п.1 ст.333.19 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит взысканию в соответствующий бюджет бюджетной системы Российской Федерации государственная пошлина в сумме 1 550 рублей, а государственная пошлина в размере 300 рублей уплачена излишне и на основании пп.1 п.1 ст.333.40 Налогового кодекса РФ подлежит возврату истцу ФИО1

На основании изложенного и руководствуясь статьями 98, 103, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности внести записи в трудовую книжку, возложении обязанности произвести оплату обязательных платежей, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и ФИО1 в должности инструктора по дайвингу в период с 01 июня 2018 года по 30 сентября 2018 года и с 01 мая 2019 года по 19 августа 2019 года.

Возложить на индивидуального предпринимателя ФИО2 обязанность внести в трудовую книжку ФИО1 записи о приеме на работу в должности инструктора по дайвингу с 01 июня 2018 года и увольнении с занимаемой должности с 30 сентября 2018 года на основании п.2 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации, записи о приеме на работу в должности инструктора по дайвингу с 01 мая 2019 года и увольнении с занимаемой должности с 19 августа 2019 года на основании п.3 ч.1 ст.77 и ст.80 Трудового кодекса Российской Федерации.

Возложить на индивидуального предпринимателя ФИО2 обязанность направить сведения о периоде работы ФИО1 в Пенсионный фонд Российской Федерации, произвести отчисления в установленном порядке страховых взносов на обязательное социальное, пенсионное и медицинское страхование, налогов на доходы физического лица в отношении ФИО1 за период с 01 июня 2018 года по 30 сентября 2018 года и с 01 мая 2019 года по 19 августа 2019 года.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за период с июня 2019 года по 19 августа 2019 года в размере 45 000 рублей, с удержанием при выплате налога на доходы физических лиц, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности внести записи в трудовую книжку, возложении обязанности произвести оплату обязательных платежей, о компенсации морального вреда - отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 государственную пошлину в соответствующий бюджет бюджетной системы Российской Федерации в размере 1 550 рублей.

Государственная пошлина в размере 300 рублей, уплаченная 28 августа 2020 года ФИО1 при подаче искового заявления ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности внести записи в трудовую книжку, возложении обязанности произвести оплату обязательных платежей, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда, подлежит возврату ФИО1, как излишне уплаченная.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Краснодарского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Анапский городской суд.

Судья:

Мотивированное решение суда изготовлено 16 июня 2021 года.