Апелляционное определение № 33-1140/2026 от 20 апреля 2026 г.

КОПИЯ

89RS0003-01-2025-002610-20

Дело № 2-53/2026

Судья Горлова И.А.

Апелляционное дело № 33-1140/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Салехард 21 апреля 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:

председательствующего судьи Байкиной С.В.,

судей коллегии Козловой М.В., Курманова Э.Р.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Яковлевой В.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами

по апелляционной жалобе истца ФИО1 на решение Надымского городского суда от 04 февраля 2026 г.

Заслушав доклад судьи суда Ямало-Ненецкого автономного округа Байкиной С.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения, указав в обоснование исковых требований, что в августе 2023 года к ней обратились ответчики с просьбой о займе денежных средств для погашения кредитных обязательств. 30 августа 2023 г. ФИО1 предоставила в долг ФИО3 денежные средства путем банковского перевода в размере 2400 000 руб. 08 октября 2025 г. в адрес ответчиков направлена претензия с требованием о возврате долга, денежные средства не возвращены. Поскольку договор займа в письменном виде не заключался, просила взыскать с ФИО2, ФИО3 по 1200 000 руб. как неосновательное обогащение, а также проценты в соответствии со ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за каждый день просрочки, начиная со дня, следующего за днем вынесения решения, по дату фактического исполнения обязательства.

Решением Надымского городского суда от 04 февраля 2026 г. в удовлетворении иска отказано.

С решением суда не согласилась истец ФИО1 Ее представитель ФИО4 в апелляционной жалобе указала, что судом рассматривался спор о взыскании неосновательного обогащения. Ни одной нормой права, регулирующей правоотношения о взыскании неосновательного обогащения, не предусмотрено требований о наличии письменного документа. Напротив, стороной истца заявлялось о том, что в случае наличия документа, содержащего такие сведения, способ защиты права был бы избран иной, в связи с чем выразила несогласие с выводами суда о том, что истец должна была представить документ о предоставлении ответчикам денежных средств на условиях возвратности. Полагала, что судом применен закон, не подлежащий применению – п. 4 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации. Считала, что ссылаясь на передачу денежных средств в дар или в целях благотворительности, суд первой инстанции не учел, что договор купли-продажи является возмездной сделкой, обязательное условие которой – уплата покупателем за товар определенной денежной суммы (цены). Взяв за основу показания ответчика ФИО3, суд фактически установил, что между сторонами была совершена сделка купли-продажи с целью прикрыть другую сделку – получение субсидии. В то же время в обжалуемом решении указано, что стороны не оспаривают сделку по купле-продаже квартиры, что принято судом. Считала, что судом первой инстанции сделаны взаимоисключающие выводы. Отметила, что судом не учтен факт передачи ответчиками первоначального взноса в размере 600000 руб., что подтверждает отсутствие договоренности о фактическом возврате истцом всех полученных по сделке купли-продажи денежных средств. Просила решение суда отменить, вынести новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Возражений на апелляционную жалобу не поступило.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец ФИО1 и ответчики ФИО2, ФИО3 не явились, о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, что подтверждается телефонограммой истцу ФИО1 и ответчику ФИО2, уведомлением о доставке смс-извещения ответчику ФИО3 (при наличии ее согласия на смс-извещение – л.д. 35).

Сведений о причинах неявки указанные лица не сообщили, об отложении судебного заседания не ходатайствовали. Информация о времени и месте судебного заседания размещена также на официальном сайте суда Ямало-Ненецкого автономного округа в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Принимая во внимание, что неявка участвующих в деле лиц не препятствует апелляционному рассмотрению дела, судебная коллегия на основании ч. 3 ст. 167, ч. 1 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации приходит к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с абз. 1 ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела (п. 1); недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела (п. 2); несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела (п. 3); нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права (п. 4).

Такие нарушения допущены судом при рассмотрении дела, и они выразились в следующем.

Судом установлено, материалами дела подтверждается, что ответчик ФИО2 является сыном ФИО5 (л.д. 82).

30 августа 2023 г. истец ФИО1 совершила две банковских операции: операцию по снятию наличных денег в размере 2 400 000 руб. и операцию по внесению указанной суммы на счет ответчицы ФИО3 в ПАО «Сбербанк» в сумме 2400 000 руб., что подтверждается сведениями по операциям на счетах, чеками (л.д. 41-46, 49, 57).

На дату перевода денежных средств ответчики ФИО2 и ФИО3 состояли в браке. Факт перечисления истцом денежных средств в указанном размере ответчиками не оспаривается.

08 октября 2025 г. истцом в адрес ответчиков направлены претензии, в которых она просила возвратить сумму долга в размере 1 200 000 руб. каждым из ответчиков не позднее пяти рабочих дней с момента получения претензии, путем перечисления денежных средств на банковские реквизиты, указанные в претензиях (л.д. 13-17).

Данные претензии получены каждым из ответчиков 09 октября 2025 г., что подтверждается отчетами об отслеживании почтового отправления (л.д. 15,18)

До настоящего времени денежные средства не возвращены.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Разрешая спор, суд первой инстанции, применив положения ст. 159, 160, 808 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, указал, что утверждение истца о предоставлении ответчикам денежных средств на условиях возвратности подлежит доказыванию наличием письменного документа.

Применительно к положениям п. 4 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, руководствуясь разъяснениями, данными в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15 апреля 2025 г. № 3-КГ25-1-К3, суд указал, что при внесении денежных средств на счет ответчика ФИО3, истец ФИО1 не могла не знать об отсутствии у нее обязательства перед ответчиками, в счет которого ей передавались деньги.

Исходя из того, что передача истцом денежных средств ответчикам в силу личных отношений сторон никакими обязательствами не обусловлена, спорные денежные средства переданы истцом добровольно, безвозмездно и без встречного предоставления, между сторонами не имелось обязательств или договоров, во исполнение которых могли быть переданы денежные средства, о чем истцу было известно, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что с учетом положений п. 4 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют правовые основания для удовлетворения иска о взыскании с ответчиков в пользу истца неосновательного обогащения.

В связи с отказом в удовлетворении исковых требований о взыскании неосновательного обогащения требование о взыскании процентов в соответствии со ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации также оставлено без удовлетворения.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции, так как они не соответствуют обстоятельствам дела и не подтверждаются представленными сторонами доказательствами. Кроме того, нормы материального права о взыскании неосновательного обогащения применены судом неправильно.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в частности, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Согласно пункту 1 статьи 158 Гражданского кодекса Российской Федерации сделки совершаются устно или в письменной форме (простой или нотариальной).

В силу пункта 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Указанные правила применяются к двусторонним (многосторонним) сделкам (договорам), если иное не установлено Гражданским кодексом Российской Федерации (пункт 2 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации). Так, договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору (пункты 2 и 3 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа). Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Статьей 808 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены требования к форме договора займа: договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда заимодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Согласно статье 162 Гражданского кодекса Российской Федерации несоблюдение требований о форме совершения сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства. В случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон, несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность.

При этом договор займа является реальным и в соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Статьей 812 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от заимодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре. Если договор займа должен быть совершен в письменной форме (статья 808 Гражданского кодекса Российской Федерации), его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя заемщика с заимодавцем или стечения тяжелых обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона, лицо, участвующие в деле, должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Поскольку для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками) именно на условиях договора займа, то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

При наличии возражений со стороны ответчика относительно природы возникшего обязательства следует исходить из того, что займодавец заинтересован в обеспечении надлежащих доказательств, подтверждающих заключение договора займа, и в случае возникновения спора на нем лежит риск недоказанности соответствующего факта.

В соответствии с частью 2 статьи 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при непредставлении истцом письменного договора займа или его надлежащим образом заверенной копии вне зависимости от причин этого (в случаях утраты, признания судом недопустимым доказательством, исключения из числа доказательств и т.д.) истец лишается возможности ссылаться в подтверждение договора займа и его условий на свидетельские показания, однако вправе приводить письменные и другие доказательства, в частности расписку заемщика или иные документы.

К таким доказательствам может относиться, в частности, платежное поручение, подтверждающее факт передачи одной стороной определенной денежной суммы другой стороне.

Такое платежное поручение подлежит оценке судом исходя из объяснений сторон об обстоятельствах дела, по правилам, предусмотренным статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации - по внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, с учетом того, что никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

При этом указание в одностороннем порядке плательщиком в платежном поручении договора займа в качестве основания платежа само по себе не является безусловным и исключительным доказательством факта заключения сторонами соглашения о займе и подлежит оценке в совокупности с иными обстоятельствами дела, к которым могут быть отнесены предшествующие и последующие взаимоотношения сторон, в частности их взаимная переписка, переговоры, товарный и денежный оборот, наличие или отсутствие иных договорных либо внедоговорных обязательств, совершение ответчиком действий, подтверждающих наличие именно заемных обязательств, и т.п.

Действительно, доказательства заключения между сторонами договора беспроцентного займа, стороной истца суду не представлены. Ответчик ФИО3 факт заключения с истцом договора займа оспаривала. Письменная форма договора займа не соблюдена.

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что возникшие между сторонами правоотношения не могут рассматриваться в качестве заемных правоотношений, а подлежат квалификации как правоотношения, возникшие из неосновательного обогащения, в связи с чем истцом избран способ защиты, соответствующий характеру нарушенных прав.

В силу статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В указанной выше норме права дано понятие обязательства вследствие неосновательного обогащения, из которого вытекает, что для возникновения такого обязательства необходимо одновременное наличие трех условий: 1) наличие обогащения; 2) обогащение за счет другого лица; 3) отсутствие правового основания для такого обогащения.

В соответствии со статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения:

1) имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное;

2) имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности;

3) заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки;

4) денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Из приведенных норм права следует, что приобретенное за счет другого лица без каких-либо на то оснований имущество является неосновательным обогащением и подлежит возврату, а не получившая встречного предоставления сторона вправе требовать возврата переданного контрагенту имущества.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения (сбережения) ответчиком имущества за счет истца и отсутствие правовых оснований для такого обогащения, а на ответчике - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения (сбережения) такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Таким образом, для правильного разрешения настоящего спора суду первой инстанции следовало установить, в счет исполнения каких обязательств или в отсутствие таковых истцом осуществлялось перечисление ответчику денежных средств, доказан ли истцом факт приобретения или сбережения денежных средств именно ответчиком, а также доказано ли ответчиком наличие законных оснований для приобретения этих денежных средств либо предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации обстоятельств, в силу которых эта денежная сумма не подлежит возврату.

Вместе с тем, суд первой инстанции правильно установив, что обязательств между истцом и ответчиками не было, пришел к неверному выводу о предоставлении истцом денежных средств в дар или в целях благотворительности и об осведомленности истца о безвозмездной и безвозвратной передаче денежных средств ответчикам при отсутствии взаимных обязательств. Эти выводы суда доказательствами не подтверждены.

Так, обращаясь в суд с иском о взыскании с ответчиков денежных средств в размере 2400000 руб. в качестве неосновательного обогащения, истец ссылался на то, что хоть указанные денежные средства и были перечислены ею на счет ответчика в качестве займа, письменный договор займа между сторонами так и не был заключен, в связи с проживанием сторон в разных городах, и денежные средства ей до настоящего времени ответчиками не возвращены.

Факт перечисления и поступления денежных средств в указанном выше размере от истца на счет ответчика ФИО3 подтверждается приходным кассовым ордером от 30 августа 2023 г. (л.д.12) и ответчиками не оспаривался.

При этом доказательств наличия законных оснований для приобретения денежных средств в размере 2400000 руб. ответчиками не представлено.

В судебном заседании суда первой инстанции ответчик ФИО3 поясняла, что ею и супругом приобретена квартира, принадлежавшая истцу. При этом по взаимной договоренности ФИО1 взяла на себя обязательство перечислить денежные средства, полученные по ипотечному кредиту, обратно ответчикам для погашения кредитных обязательств. Заключение договора купли-продажи было более выгодным, чем дарение квартиры, поскольку на приобретение квартиры по договору купли-продажи супругами получена субсидия в размере 450000 руб. Денежные средства, полученные от истца, она передала супругу, после чего супруг закрывал какие-то кредиты, в том числе ее личные кредиты (л.д. 64, 84-89).

Материалами дела подтверждается, что 28 августа 2023 г. между ПАО Сбербанк и ФИО2, ФИО3 заключен кредитный договор <***> на сумму 2400 000 руб. для приобретения готового жилья в виде жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес> (л.д. 93-100).

Согласно договору купли-продажи от 28 августа 2023 г. истец ФИО1 продала ответчику ФИО2 жилое помещение по адресу <адрес>. Стоимость объекта согласно договору составляет 3000 000 руб., при этом сторонами установлено, что часть стоимости объекта в сумме 600 000 руб. оплачивается за счет собственных средств покупателя, а часть стоимости объекта в сумме 2400 000 руб. оплачивается за счет целевых кредитных денежных средств, предоставленных ответчикам ФИО2, ФИО3 в соответствии с кредитным договором от 28 августа 2023 г. <***> (л.д. 109-111).

Денежные средства в сумме 600000 руб. истец ФИО1 получила от ответчика ФИО2 25 августа 2023 г., что подтверждается распиской (л.д. 172).

Согласно выписке из ЕГРН титульным собственником жилого помещения по адресу <адрес> является ФИО2 Ранее собственником указанного жилого помещения являлась ФИО1, что подтверждается выпиской ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости. Квартира приобретена супругами в период брака и заявлена ответчиком ФИО3 к разделу (л.д. 104, 105-108).

Из истории операций по кредитному договору следует, что 03 октября 2023 г. в счет погашения кредита зачислено 450000 руб., которые были предоставлены ответчикам в виде субсидии как многодетной семье на приобретение жилья (л.д. 146).

Также справками из банка от 30 августа 2023 г. подтверждается, что ФИО3 осуществлены платежи по другим кредитам на общую сумму 844881 руб. 56 коп. (л.д. 145-199).

Вместе с тем, перечисленные доказательства подтверждают только источник получения истцом денежных средств в сумме 2400000 руб. в результате исполнения сделки по договору купли-продажи квартиры.

Ни одним из перечисленных доказательств обещание истца подарить денежные средства, полученные от продажи квартиры и перечисленные ей банком, не подтверждаются.

Согласно пункту 1 статьи 161 Гражданского кодекса Российской Федерации должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения: 1) сделки юридических лиц между собой и с гражданами; 2) сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки.

Договор дарения между сторонами на сумму 2400000 руб. не заключался, следовательно, в силу несоблюдения простой письменной формы сделки, при отсутствии доказательств согласования сторонами условий договора дарения, обязательства передать денежные средства на безвозмездной и безвозвратной основе у истца перед ответчиками не возникло.

Указанные обстоятельства судом первой инстанции учтены не были. Признавая незаключенным договор займа в связи несоблюдением простой письменной формы сделки, суд первой инстанции не учел, что и простая письменная форма договора дарения на сумму свыше 10000 руб. сторонами не соблюдена.

Как указано выше, обязательство из неосновательного обогащения возникает при наличии определенных условий, которые составляют фактический состав, порождающий указанные правоотношения.

Условиями возникновения неосновательного обогащения являются следующие обстоятельства: имело место приобретение (сбережение) имущества, приобретение произведено за счет другого лица (за чужой счет), приобретение (сбережение) имущества не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, прежде всего договоре, то есть произошло неосновательно. При этом указанные обстоятельства должны иметь место в совокупности.

Поскольку судом установлено, что никаких сделок между сторонами не заключалось и обязательств по передаче денежных средств у истца перед ответчиками не возникло, сумма переведенных при отсутствии каких-либо оснований истцом ответчикам денежных средств является неосновательным обогащением ответчиков.

Подпунктом 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Названная норма Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит применению только в том случае, если передача денежных средств или иного имущества произведена добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего (дарение), либо с благотворительной целью.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом первой инстанции бремя доказывания между сторонами распределено неверно, что привело к необоснованному отказу в удовлетворении исковых требований. В решении ошибочно указано, что истец должен был представить доказательства предоставления ответчикам денежных средств на условиях возвратности и неосведомленности об отсутствии обязательств при добровольном перечислении денежных средств, в то время как такие доказательства должны были представлены ответчиками.

На основании части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Согласно части 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В силу части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в мотивировочной части решения суда должны быть указаны: 1) фактические и иные обстоятельства дела, установленные судом; 2) выводы суда, вытекающие из установленных им обстоятельств дела, доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле; 3) законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

В нарушение указанных норм выводы суда о том, что спорные денежные средства переданы истцом добровольно, безвозмездно и без встречного предоставления, при осведомленности истца об отсутствии обязательств, сделаны судом только на основании объяснений ответчика ФИО3, которые другими доказательствами не подтверждены. При этом истец ФИО1 эти обстоятельства отрицала. Ответчик ФИО2 ни объяснений, ни доказательств наличия обстоятельств, предусмотренных п. 4 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, суду не представил.

Поскольку доказательств того, что денежные средства истец предоставила ответчикам во исполнение несуществующего обязательства, при этом знала об отсутствии обязательства либо предоставила имущество в целях благотворительности, ответчиками не представлено, а правовых оснований для получения от истца денежных средств в сумме 2400 000 руб. у ответчиков не имелось, исковые требования подлежали удовлетворению.

Пример практики Верховного Суда Российской Федерации, приведенный в оспариваемом решении, касался других, не схожих с рассматриваемым делом обстоятельств: в рассматриваемом деле, в отличие от дела, по которому вынесено определение Верховного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2025 г. № 33-КГ25-10-К3, вопрос о цели передачи денежных средств исследован судом.

При этом оценка доказательств, приведенных сторонами в обоснование своих требований и возражений, произведена неверно.

Так, истец настаивала, что перевела денежные средства, рассчитывая на то, что они будут возвращены. Намерения передавать денежные средства в дар либо в целях благотворительности не имела. Ее объяснения подтверждаются направлением претензии с требованиями возврата денежных средств, обращение в суд с настоящим иском.

Ответчик ФИО3 утверждала, что истец подарила денежные средства для исполнения супругами кредитных обязательств.

Вместе с тем, объяснения ответчика ФИО3 доказательствами не подтверждены. Напротив, ее объяснения опровергаются исследованными судом доказательствами.

Как следует из справки банка, ипотечный кредит, предоставленный на сумму 2400000 руб. для приобретения квартиры, не погашен. Остаток задолженности по кредиту на 18 декабря 2025 г. составлял 1951207 руб. 94 коп. (л.д. 148).

Из представленных ответчиком ФИО3 справок следует, что 30 августа 2023 г. ею погашены другие кредиты, причем на общую сумму 844881 руб. 56 коп. (л.д. 145-199).

Кроме того, предоставление истцом денежных средств для погашения кредитов не свидетельствует о том, что эти денежные средства были предоставлены в целях благотворительности, без условия о возврате.

Какой-либо переписки, переговоров и других доказательств, подтверждающих, что истец, перечисляя денежные средства, знала об отсутствии обязательства, добровольно отказалась от права требования возврата денежных средств либо предоставила денежные средства в целях благотворительности, в деле нет.

Пунктом 2 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что правила, предусмотренные главой, регламентирующей взыскание неосновательного обогащения, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

С учетом изложенного судебная коллегия приходит к выводу о том, что перечисленные истцом ответчикам денежные средства в сумме 2400 000 руб. подлежат возврату.

Принимая во внимание, что денежные средства, перечисленные истцом, предназначались для обоих ответчиков, были получены ими в браке, в силу ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации предполагается, что деньги потрачены супругами по взаимному согласию на общие нужды семьи, а их доли в общем совместном имуществе предполагаются равными (ст. 39 Семейного кодекса Российской Федерации), обязанность по возврату денежных средств должна быть возложена на ответчиков в равных долях.

Согласно п. 1 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок (п. 3 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку требования о взыскании неосновательного обогащения являются обоснованными, подлежат удовлетворению и требования истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами со дня, следующего за днем вынесения решения, по дату фактического исполнения обязательства по возврату денежных средств.

При изложенных обстоятельствах решение суда первой инстанции подлежит отмене как принятое с нарушением норм материального права, при неправильно установленных обстоятельствах, не подтвержденных исследованными судом доказательствами, с вынесением по делу нового решения об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Правила, изложенные в части первой настоящей статьи, относятся также к распределению судебных расходов, понесенных сторонами в связи с ведением дела в апелляционной, кассационной и надзорной инстанциях (ч. 2 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Истец понесла расходы по уплате государственной пошлины: при подаче иска – в размере 39 000 руб., при подаче апелляционной жалобы – в размере 3000 руб., что подтверждается чеком по операции мобильного приложения «Сбербанк онлайн» от 29 сентября 2025 г. (л.д. 9) и чеком по операции мобильного приложения «Сбербанк онлайн» от 09 марта 2026 г.

Размер государственной пошлины соответствует требованиям, установленным ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, исковые требования и апелляционная жалоба удовлетворены полностью.

Следовательно, судебные расходы по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчиков в полном объеме.

В п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что при предъявлении иска совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие) распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор, и фактического процессуального поведения каждого из них (статья 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 41 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, статья 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Принимая во внимание, что неосновательное обогащение и проценты за пользование чужими денежными средствами взысканы с ответчиков в равных долях, оба ответчика исковые требования не признали, добровольно денежные средства, полученные как неосновательное обогащение, не возвратили, расходы по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчиков в пользу истца в равных долях.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа

определила:

Решение Надымского городского суда от 04 февраля 2026 г. отменить, принять новое решение.

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами удовлетворить.

Взыскать с ФИО3 (паспорт <данные изъяты>) в пользу ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) неосновательное обогащение в размере 1200000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами согласно пункту 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начисляемые на подлежащую взысканию сумму задолженности в размере ключевой ставки Банка России, начиная с даты вступления решения суда в законную силу по день фактического исполнения, расходы по уплате государственной пошлины за подачу искового заявления в размере 19500 руб., расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в размере 1500 руб.

Взыскать с ФИО2 (паспорт <данные изъяты>) в пользу ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) неосновательное обогащение в размере 1200000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами согласно пункту 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начисляемые на подлежащую взысканию сумму задолженности в размере ключевой ставки Банка России, начиная с даты вступления решения суда в законную силу по день фактического исполнения, расходы по уплате государственной пошлины за подачу искового заявления в размере 19500 руб., расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в размере 1500 руб.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 05 мая 2026 г.

Председательствующий /подпись/

Судьи /подписи/

Судья С.В. Байкина