Решение № 2-489/2019 2-489/2019~М-545/2019 М-545/2019 от 5 ноября 2019 г. по делу № 2-489/2019

Дело №

№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05.11.2019 г. Скопин

Скопинский районный суд Рязанской области в составе:

председательствующего судьи – Кузнецовой Г.Н.,

при секретаре – Ежовой Н.Н.,

с участием представителя ФИО3 – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в г. Скопине

гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО5, ФИО6 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка, о прекращении права собственности на жилой дом и земельный участок, об исключении регистрационных записей из ЕГРН, о возврате жилого дома и земельного участка в собственность,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО5, ФИО6 о признании недействительным договора дарения целого жилого дома и земельного участка, расположенных по <адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО3 и ФИО5, ФИО7, о прекращении права собственности ответчиков на спорное имущество с исключением соответствующих регистрационных записей об этом из ЕГРН, о возврате спорных жилого дома и земельного участка в собственность истицы ФИО3.

В обоснование заявленных требований ФИО3 указала, что ДД.ММ.ГГГГ между ней с одной стороны и ФИО5 и ФИО7 с другой стороны был заключен договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по <адрес>, согласно которому истица подарила ФИО5 и ФИО7, каждому из них по 1\2 доле спорного имущества. В связи с тем, что на момент заключения оспариваемого договора ФИО3 было 74 года, что она юридически не грамотна, текст договора ей был малопонятен, истица существенно заблуждалась относительно природы совершенной сделки. Действительной волей истицы при заключении оспариваемого договора было то, что спорное имущество перейдет в собственность ФИО5 и ФИО7 только после смерти ФИО3, до наступления которой ФИО5 и ФИО7 обязуются пожизненно ухаживать за истицей и содержать ее. ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 умер. В наследство после его смерти на 1\2 долю спорного имущества вступает его сын ФИО6. В ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 при оформлении наследственных прав после смерти ФИО7 узнала, что ею фактически ДД.ММ.ГГГГ был заключен договор дарения, а не договор ренты с пожизненным содержанием. Ссылаясь на ст. 178 ГК РФ, ФИО3 просит вышеуказанный договор признать недействительной сделкой и применить последствия недействительности сделки.

Истица ФИО3, ответчики ФИО5 и ФИО6, управление Росреестра по <адрес> о месте и времени слушанья дела извещены надлежащим образом. В судебное заседание стороны по делу не явились. В деле от ответчицы ФИО5 и третьего лица управления Росреестра по <адрес> имеются заявления о рассмотрении дела в их отсутствие. Дело рассмотрено в отсутствие истицы ФИО3 в соответствии с ч.3 ст. 167 ГПК РФ, в отсутствие ответчицы ФИО5 и представителя третьего лица управления Росреестра по <адрес> в соответствии с ч. 5 ст. 167 ГПК РФ, в отсутствие ответчика ФИО6 – в соответствии с ч. 4 ст. 167 ГПК РФ.

Представитель истицы ФИО3 – ФИО4 в судебном заседании поддержал требования ФИО3 к ФИО5 и ФИО6 по доводам, изложенным в иске.

Из объяснений истицы ФИО3, данных в ходе рассмотрения дела, следует, что когда она заболела, то решила отдать свой дом сыну ФИО7 и дочери ФИО5, полагая, что дети за это будут ухаживать за ней до дня смерти. Мужчина, который составлял договор, не разъяснял ФИО3 условия договора, сама она неграмотная, доверяла своим детям. После заключения договора ФИО7 на протяжении 10 лет проживал вместе с истицей, ухаживал за ней до дня своей смерти, а дочь ФИО5 присылала деньги на содержание истицы. В ДД.ММ.ГГГГ умер сын истицы ФИО7. После смерти ФИО7 в наследство вступил его сын ФИО6 В настоящее время дочь истицы не может за ней ухаживать, так как сама болеет. Истица возражает против того, чтобы ее внук- ФИО6, с которым она не общается очень длительное время, стал собственником части дома. Истица опасается, что внук выгонит ее из дома.

Из объяснений ответчицы ФИО5, данных в ходе рассмотрения дела, следует, что она с ФИО3 и ФИО7 договорились переоформить спорный дом на ответчиков с условием, что они с братом будут ухаживать за матерью до дня ее смерти, а после смерти матери дом перейдет к ним. Спорный договор они с ФИО3 и ФИО7 заключали в регистрационной палате в <адрес>. Ответчица точно не поняла, какой именно договор был заключен с матерью: договор дарения или договор ренты. Разницы между этими двумя договорами не понимает. Ответчица со своим братом ФИО7 после заключения договора постоянно ухаживали, а ответчица и продолжает ухаживать за матерью до настоящего времени.

В деле от ответчицы ФИО5 имеется заявление о признании иска ФИО3 к ней.

Ответчик ФИО6 отзыва на иск не представил.

Суд, заслушав объяснения представителя истицы ФИО3 – ФИО4, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам:

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 с одной стороны и ФИО5 и ФИО7 с другой стороны был заключен договор дарения, согласно которому ФИО3 передала безвозмездно в дар ФИО5 и ФИО7 в равных долях целый жилой дом общей площадью <данные изъяты> кв.м, и земельный участок площадью <данные изъяты> кв.м, расположенные по <адрес>. Государственная регистрация данного договора дарения и права общей долевой собственности произведена ДД.ММ.ГГГГ. На момент рассмотрения дела ответчица ФИО5 и ФИО7 значатся собственниками спорного имущества. Данные факты подтверждаются объяснениями представителя истца ФИО3 – ФИО4, договором дарения целого жилого дома и земельного участка, заключенного между ФИО3 с одной стороны и ФИО5 и ФИО7 с другой стороны от ДД.ММ.ГГГГ, сообщением филиала ФГБУ «ФКП Росреестра» по <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ, имеющимися в деле.

Из пункта 8 оспариваемого договора дарения следует, что содержание сделки, ее последствия, ответственность, права и обязанности сторон, а также содержание ст. 167,209,213, 218, 223,288, 292, 450, 551, 572, 573, 574, 576 ГК РФ сторонам известны.

Стороны договора заявляют, что они не лишены дееспособности, не страдают заболеваниями, препятствующими понимать существо подписываемого ими договора, а также об отсутствии обстоятельств, вынуждающих совершить указанную сделку на крайне невыгодных для себя условиях.

Также установлено, что ФИО7 умер ДД.ММ.ГГГГ. Наследство после его смерти путем подачи заявления нотариусу принял его сын ФИО6. Данные факты подтверждаются объяснениями представителя истца ФИО4, свидетельством о смерти ФИО7, материалами наследственного дела № по ФИО7, имеющимися в деле.

Из показаний свидетеля ФИО1 являющегося супругом ответчицы ФИО5, данных в ходе рассмотрения дела, следует, что в ДД.ММ.ГГГГ его супруга ФИО5, ее брат ФИО7 и их мать ФИО3 договорились между собой о том, что ФИО3 отдает дом своим детям, а они, в свою очередь, будут ухаживать за матерью до дня ее смерти. Свидетель возил ФИО3, ФИО5 и ФИО7 в <адрес> в регистрационную палату, где вышеуказанные лица переоформили дом на ФИО5 и ФИО7. ФИО5 и ФИО7 договорились между собой, что ФИО5 помогает деньгами, а ФИО7 ухаживает за матерью. ФИО5 и ФИО7 исполняли, а ФИО5 и продолжает исполнять свои обязанности в отношении матери. О том, что в ДД.ММ.ГГГГ вышеуказанные лица заключили именно договор дарения ФИО5 и ФИО3 узнали в ДД.ММ.ГГГГ у нотариуса, к которому обратились по вопросу принятия наследства после смерти ФИО7.

Из показаний свидетеля ФИО2 данных в ходе рассмотрения дела, следует, что лет ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 рассказала свидетелю, что она свой дом и земельный участок отписала сыну и дочери, а они за это будут ухаживать за ней до дня смерти. В этом году у неё умер сын. После этого ФИО3 говорила, что у нее с домом и земельным участком произошел какой – то казус.

На основании исследованных в судебном заседании доказательств суд пришел к следующим выводам:

Согласно ч.1 ст. 178 ГК РФ в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

По смыслу приведенных положений п. 1 ст. 178 ГК РФ, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (ч. 2 ст. 56 ГПК РФ).

Из текста оспариваемого договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ следует, что он заключен в простой письменной форме, подписан собственноручно ФИО3, ФИО5 и ФИО7. Договор дарения спорной недвижимости содержит однозначные формулировки, свидетельствующие о заключении договора дарения (с правовыми последствиями в виде передачи дарителем одаряемым права собственности на спорную недвижимость), а не договора ренты (пожизненного содержания с иждивением).

Из содержания договора следует, что стороны указали, что не лишены дееспособности, не страдают заболеваниями, препятствующими понимать существо подписываемого ими договора, а также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие заключать настоящий договор на крайне невыгодных для себя условиях.

Следовательно, по мнению суда, истица, обладающая навыками чтения и письма, и по своему психическому состоянию в юридически значимый период, понимающая значение своих действий, в момент подписания договора дарения не лишена была возможности его внимательно изучить, в случае сомнений в представленных ей на подпись документах, обладала правом воспользоваться услугами юриста или отказаться от подписи в документе.

Таким образом, суд пришел к выводу, что в ходе рассмотрения дела истцом не были представлены доказательства того, что на момент заключения договора дарения дома и земельного участка волеизъявление истца было искажено под влиянием заблуждения, связанного с преклонным возрастом, неграмотностью, состоянием здоровья истца.

Также суд не принимает признание иска ФИО3 ответчицей ФИО5, поскольку оно противоречит закону и нарушает права и законные интересы ответчика ФИО6

При таких обстоятельствах исковые требования ФИО3 к ФИО5 и ФИО6 о признании недействительным договора дарения целого жилого дома и земельного участка, расположенных по <адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО3 и ФИО5, ФИО7, о прекращении права собственности ответчиков на спорное имущество с исключением соответствующих регистрационных записей об этом из ЕГРН, о возврате спорных жилого дома и земельного участка в собственность истицы ФИО3 являются незаконными, необоснованными и удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного,

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО5, ФИО6 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка, о прекращении права собственности на жилой дом и земельный участок, об исключении регистрационных записей из ЕГРН, о возврате жилого дома и земельного участка в собственность – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Рязанский областной суд через Скопинский районный суд Рязанской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья-