Апелляционное постановление № 22-2444/2025 от 22 мая 2025 г. по делу № 1-73/2025

Судья Панова Е.П.

Дело № 22-2444


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 23 мая 2025 года

Пермский краевой суд в составе председательствующего судьи Доденкиной Н.Н.,

при секретаре судебного заседания Чечкине А.С.,

с участием прокурора Нечаевой Е.В.,

осужденного ФИО1

защитника – адвоката Кривощекова А.Г.

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видео-конференц-связи уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и адвоката Чайкина Н.Л. в его защиту на приговор Кунгурского городского суда Пермского края от 20 марта 2025 года, которым

ФИО1, дата года рождения, уроженец ****, судимый:

21 октября 2015 года Кунгурским городским судом Пермского края (с учетом постановления Соликамского городского суда Пермского края от 14 декабря 2016 года) по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (3 преступления), на основании ч.3 ст. 69 УК РФ к 2 годам 4 месяцам лишения свободы, освобожденный 22 декабря 2017 года по отбытию срока наказания;

16 июня 2023 года Кунгурским городским судом Пермского края по ч. 2 ст. 314.1 УК РФ, ст. 158.1 УК РФ (9 преступлений), на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ к 10 месяцам лишения свободы;

2 февраля 2024 года Кунгурским городским судом Пермского края по ст. 158.1 УК РФ (3 преступления), на основании ч.ч. 2, 5 ст. 69 УК РФ к 1 году 4 месяцам лишения свободы, освобожденный 15 октября 2024 года по отбытию срока наказания;

осужден по ч. 1 ст. 318 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы зачтено время содержания ФИО1 под стражей с 20 ноября 2024 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима;

решены вопросы по мере пресечения, исчислению срока наказания и судьбе вещественных доказательств.

Изложив содержание приговора, существо апелляционных жалоб, заслушав выступления осужденного ФИО1, адвоката Кривощекова А.Г. в поддержание доводов жалоб, мнение прокурора Нечаевой Е.В., полагавшей об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в применении насилия, не опасного для жизни или здоровья в отношении представителя власти – У. в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Преступление совершено 15 ноября 2024 года в г. Кунгур Пермского края при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 не соглашается с приговором ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, также находит приговор несправедливым в части назначенного ему наказания.

Считает, что судом не были приняты во внимание многочисленные неточности в ходе расследования уголовного дела, а именно тот факт, что согласно показаниям У., Д., А., Н. он был доставлен в отдел полиции на их служебном транспорте, однако из допроса сотрудников ОКОН следует, что именно они доставили ФИО1 в отдел полиции.

Полагает, что приговор постановлен с обвинительным уклоном на основании показаний сотрудников полиции, вместе с тем суд не принял во внимание показания свидетелей Е. и Ч., пояснявших о том, что они не видели агрессии со стороны ФИО1 и целенаправленного удара головой в сторону потерпевшего.

Доводит до сведения, что он был возмущен тем обстоятельством, что сотрудники полиции не хотели сводить его в туалет, нарушили его права, в связи с чем он начал жестикулировать руками, не проявляя агрессии, но сотрудники полиции резко прижали его к сейфу и именно в этот момент голова ФИО1 соприкоснулась с головой У., что произошло непроизвольно, поскольку тогда размах головой он уже сделать не мог, а значит не мог нанести акцентированный удар.

Обращает внимание, что в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции были просмотрены видеозаписи, на которых не отражено момента соприкосновения голов ФИО1 и потерпевшего, ввиду чего делает вывод, что сотрудники полиции его оговаривают, покрывая друг друга.

Указывает, что в судебном решении не описан мотив его противоправных действий, который мог быть связан только с его нежеланием находиться в отделе полиции, вместе с тем обращает внимание на показания свидетелей В. и С., которые указывали, что при доставлении в отдел полиции ФИО1 был спокоен, нормально общался, не отказывался проехать в отдел полиции, в автомобиль сел самостоятельно, ввиду чего доводит до сведения, что понимал о необходимости несения административной ответственности и не сопротивлялся этому.

Ссылаясь на положения ст. 61 УПК РФ, полагает, что суд не должен руководствоваться показаниями сотрудников полиции, поскольку они являются заинтересованными лицами.

Кроме того находит приговор чрезмерно суровым, несправедливым, считает возможным назначение ему наказания в виде ограничения свободы.

В апелляционной жалобе адвокат Чайкин Н.Л. выражает несогласие с приговором, находит выводы суда о виновности его подзащитного не соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Обращает внимание, что суд не принял во внимание то обстоятельство, что основная часть допрошенных свидетелей стороны обвинения в ходе предварительного расследования давала иные показания, нежели в судебном заседании. Потерпевший пояснял о том, что совместно со свидетелем А. участвовали в доставлении ФИО1 в кабинет 111 отдела полиции, однако показания потерпевшего и данного свидетеля были опровергнуты показаниями свидетелей В. и С., которые указали о задержании и доставлении ФИО1 в отдел ими, причем при задержании последний вел себя спокойно.

Указывает на противоречия в показаниях потерпевшего, который в ходе предварительного следствия сообщал, что ФИО1 откинул голову назад, а затем резко ударил его в область подбородка, в судебном заседании У. пояснил, что возможности откинуть голову назад у ФИО1 не было, так как он был прижат потерпевшим к сейфу. Полагает показания потерпевшего в суде согласуются с показаниями ФИО1, пояснявшего об отсутствии у него возможности нанести целенаправленный удар головой.

Полагает, что судом не дано должной оценки показаниям свидетелей Н., Е., поскольку Н. указывал, что ФИО1, по его мнению, находился в состоянии опьянения, но контроль своим действиям отдавал, непроизвольных движений не производил, однако в ходе предварительного расследования сообщал, что ФИО1 вел себя неадекватно, у него были «дерганные» движения, что подтверждает доводы ФИО1 о том, что находясь в состоянии наркотического опьянения, он не мог контролировать свои движения или действия в полной мере.

Указывает, что показания свидетеля Е. не совпадают с обстановкой произошедшего, поскольку тот указывал о том, что ФИО1 кружился вокруг своей оси, кричал на полицейских, потому он попросил пересадить его в соседний кабинет. Обращает внимание, что из протокола осмотра места происшествия, а также видеозаписи следует, что пересадить Е. могли только в ту часть кабинета, которую занимал Н. и Д., однако данные свидетели отрицают тот факт, что в их части кабинета присутствовал кто-то посторонний. Таким образом, Е. оставался одним из незаинтересованных в исходе дела свидетелей, но не пожелавшим давать показания в суде. Также не дана оценка показаниям Е. в части того, что административный протокол в отношении него составляла какая-то женщина, о которой никто не говорил, что свидетельствует о неполноте следствия, поскольку не установлены все свидетели произошедшего.

По мнению защиты, в материалах дела отсутствует совокупность доказательств виновности ФИО1, видеозапись не может служить доказательством нанесения умышленного удара, а резко отклоненная голова сотрудника полиции не свидетельствует об ударном воздействии, поскольку такое движение головы может быть характерным для избежания соприкосновения с каким-либо предметом в ситуации, когда потерпевший, применяя силу, принуждал сесть ФИО1 на стул, а тот оказывал активное противодействие.

Считает, что в ходе судебного следствия не установлены ни умысел, ни мотив ФИО1, поэтому вывод суда в данной части содержит существенный противоречия, что влияет на решение о виновности либо невиновности его подзащитного.

Просит приговор отменить, уголовное дело прекратить в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления.

В возражениях на жалобы государственный обвинитель Дозморова М.А. просит оставить приговор без изменения, доводы апелляционных жалоб осужденного и его защитника – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции оснований для их удовлетворения не находит.

Как следует из материалов дела, ФИО2 в судебном заседании вину в совершении преступления не признал, воспользовавшись положением ст. 51 Конституции РФ от дачи показаний отказался, в связи с чем были оглашены его показания в качестве подозреваемого, согласно которым он пояснял, что будучи доставленным 15 ноября 2024 года в отдел полиции, находился в состоянии наркотического опьянения, чем объяснил свое неадекватное поведение, а именно непроизвольные телодвижения, жестикулирование конечностями, неестественные движения руками и головой, при этом отдавал себе отчет, что находится в отделе полиции и нельзя нарушать общественный порядок; из-за того, что сотрудники не вывели его в туалет, решил пожаловаться начальнику, в кабинет начальника его не пускали, преградив ему путь, он пытался прорваться, когда один из сотрудников схватил его или хотел схватить, в результате его непроизвольного движения головой у него произошел физический контакт с головой сотрудника. Отрицал наличие у него умысла и мотива на совершение преступления, полагая, что сотрудники полиции его оговорили и сфабриковали дело, ввиду наличия неприязненного к нему отношения из-за произошедшего с ним 2023 году конфликта с сотрудником полиции ФИО3.

Суд, критически расценив показания подсудимого ФИО2, в обоснование доказанности его вины сослался на совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, подробно изложенных в приговоре.

Так, из показаний потерпевшего У. установлено, что 15 ноября 2024 года во время дежурства, в отдел полиции был доставлен ФИО1 для составления на него протокола об административном правонарушении по ч. 1 ст. 6.9 КоАП РФ, имевшем место 17 октября 2024 года. ФИО1 был возбужден, кричал, требовал вызвать ему командира их отделения Н., находящегося в смежной с ними комнате, Н. выходил к ФИО1, разговаривал с ним, после чего ФИО1 несколько раз пытался пройти в кабинет к Н., его предупреждали не заходить в кабинет, просили не мешать работать, ФИО1 на замечания не реагировал, прорвался в кабинет Н., за ним вошли он с А., просили его вернуться на место, ФИО1 на их просьбы не реагировал, замахнулся на них руками, они с А., взяв того под руки, пытались вывести из кабинета, ФИО1 сопротивлялся и размахивал руками, после чего он применил физическую силу (загиб руки за спину), они вместе с А. надели на ФИО1 наручники и вывели его из кабинета, где он пытался усадить его на стул, ФИО1 продолжил вырываться, тогда он прижал его к сейфу, удерживая руками за плечи, в ответ ФИО1 нанес ему удар головой в лицо, причинив физическую боль; в этот же день он обратился в стоматологическую клинику, где ему зафиксировали ушиб нижней челюсти.

Показания потерпевшего У. обоснованно признаны достоверными, поскольку они в целом последовательны и согласуются с показаниями участников расследуемых событий – свидетелей А., Д., подтвердивших, что после доставления ФИО1 в отдел полиции тот вел себя агрессивно, возмущался его задержанием, требовал командира, находивший в соседнем кабинете начальник отделения Н. выходил к нему, разговаривал, У. и А. тоже просили того успокоиться, но он прошел в кабинет Н., замахнулся руками на зашедшего за ним У., тот в ответ применил в отношении ФИО1 физическую силу, загиб руки за спину, ему надели наручники и вывели из кабинета, ФИО1 продолжал сопротивляться, не хотел садиться на стул, для преодоления сопротивления У. прижал его руками к сейфу, на что ФИО1 целенаправленно ударил своей головой У. в лицо; показаниями свидетеля Н., пояснившего, что доставленный для составления протокола об административном правонарушении в отдел полиции ФИО1 вел себя агрессивно, просил его подойти, он вышел из соседнего кабинета, ФИО1 в разговоре просил отпустить его, обещая явиться в отдел на следующих день, он отказал ему и вернулся в свой кабинет, в связи с чем ФИО1 стал нервничать, кричать, чтобы его пропустили в его кабинет, Р. и А. не пускали его, он оттолкнув их, прошел в кабинет, за ним вошли Р. и А., пытаясь его остановить, тот не реагировал, замахнулся рукой на У., после чего У. применил к нему физическую силу, на него надели наручники и вывели из кабинета; затем он услышал стук металлического сейфа, Р. сказал, что ФИО1 ударил его головой в челюсть, когда тот прижал его к сейфу, пытаясь преодолеть его сопротивление, чтобы усадить на стул; в области подбородка у У. видел покраснение от нанесенного ему удара ФИО1

Вопреки доводам апелляционных жалоб, у суда не имелось оснований сомневаться в достоверности показаний, как потерпевшего, так и свидетелей, которые являлись очевидцами противоправных действия ФИО1,

Наряду с показаниями указанных лиц суд обоснованно сослался на протокол осмотра диска с видеозаписями с камер видеонаблюдения, просмотренных в судебном заседании, согласно видео и аудиозаписи которого установлено, что ФИО1, несмотря на воспрепятствование ему У. и А. проходит в кабинет начальника службы, замахивается на сотрудников полиции, на требования Н. прекратить свои действия не реагирует, после чего У. применил физическую силу и уложил ФИО1 на пол, Н. говорит ему, что он замахивался и требует прекратить сопротивление, на ФИО1 надели наручники, после чего подняли и вывели из кабинета; У. пытается удержать его, ФИО1 сопротивляется, У., удерживая руками за плечи, прижимает ФИО1 к сейфу; видно, как отклоняется голова У. и после этого он усаживает ФИО1 на стул.

Согласно показаниям У. и А., когда У. прижал ФИО1 к сейфу, в этот момент тот целенаправленно ударил его головой в лицо.

Доводы осужденного об отсутствии видеозаписи в кабинете Н., поскольку кто-то из присутствующих умышленно передвинул её, не ставят под сомнение установленные обстоятельства происходящего, поскольку при наличии звукозаписи в совокупности с видеосъемкой обеспечена целостность фиксируемых событий.

Его доводы о том, что на видеозаписи не видно момента нанесения им удара не могут быть приняты во внимание, поскольку на видеозаписи запечатлено, как У., удерживая руками за плечи ФИО1, прижимает его к сейфу, при этом рост У. значительно выше роста ФИО1, поэтому за У. ФИО1 не видно, однако слышен звук, характерный для удара и видно, как в сторону отклонилась голова У., что подтверждает показаниями У. и присутствующего в кабинете А. о нанесении ФИО1 в этот момент удара головой в лицо У.

Кроме того, показания потерпевшего и указанных свидетелей о причинении У. ушиба мягких тканей лица объективно подтверждаются сообщением врача стоматолога, к которому У. обратился 15 ноября 2024 года в 15.30 часов за медицинской помощью, согласно сообщения, травма получена им при исполнении служебных обязанностей в результате удара в лицо, по результатам обследования выставлен диагноз «ушиб мягких тканей области угла нижней челюсти справа, слева; выпиской из амбулаторной карты У., содержащей сведения о получении травмы при указанных обстоятельствах.

Виновность осужденного подтверждается частично и его собственными показаниями, в которых он не оспаривает свое противодействие сотрудникам полиции и наличие контакта его головы с головой потерпевшего, при этом излагая иные обстоятельства, которые опровергнуты совокупностью всех исследованных доказательств.

Между тем, объяснение ФИО2 о его поведении в отделе полиции в связи с нахождением в наркотическом опьянении, вызывающем непроизвольное движение частей тела обоснованно опровергнуто судом со ссылкой на заключение по результатам его медицинского освидетельствования, согласно которому состояние наркотического опьянения у него не установлено, и по результатам проведенной в отношении него судебно-психиатрической экспертизы, ФИО1 в период инкриминируемого ему деяния не находился в состоянии какого-либо временного психического расстройства, по своему психическому состоянию в полной мере мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

Доводы жалоб относительно обстоятельств доставления ФИО2 в отдел полиции, а также доводы осужденного ввиду не установления в ходе предварительного следствия лиц, заходивших в кабинете отдела полиции № 111 в период нахождения там ФИО2, на выводы суда о доказанности его вины не влияют.

Наряду с этим, по ходатайству стороны защиты в судебном заседание были допрошены свидетели Ч. и Е., находящиеся в одном кабинете с ФИО2

Ч. подтвердил что, когда привели в кабинет ФИО1 все было спокойно, отрицая какие-либо непроизвольные движения у ФИО1, ввиду того, что в дальнейшем он вышел из кабинета, потому не мог наблюдать происходящие события.

Е. пояснял о том, что ФИО1, находясь в кабинете, шумел, кружился вокруг своей оси, просил поговорить с начальником, который к нему выходил и разговаривал с ним, выходя из кабинета, видел, что ФИО1 стоял в наручниках.

Не подтверждение Е. всех обстоятельств, происходящего в кабинете, на что обратил внимание адвокат, связано с его субъективным восприятием, кроме того объяснением того о нахождении в состоянии опьянения и плохим самочувствием.

Изложенные, а также иные приведенные в приговоре доказательства надлежащим образом оценены судом.

Вопреки доводам стороны защиты показания потерпевшего, а также свидетелей А., Д., Н. логичны и последовательны, существенных противоречий не имеют, поскольку в совокупности подтверждают одни и те же обстоятельства, свидетельствующие о совершении осужденным ФИО1 инкриминируемого преступления. Указанные показания согласуются как между собой, так и с материалами дела.

Имевшиеся незначительные противоречия судом устранены путем оглашения показаний потерпевшего и свидетелей А. и Н., данных ими в ходе предварительного следствия, которые они подтвердили, объяснив наличие этих противоречий.

При этом суд указал в приговоре основания и мотивы, по которым одни из доказательств признаны достоверными, а другие, в частности, показания осужденного о том, что он умышленно не наносил удара У., лишь непроизвольно в силу нахождения в состоянии эйфории, вызванной употреблением наркотического средства, сделал движение своей головой, опровергается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, обоснованно опровергнуты судом совокупностью согласующихся между собой доказательств.

Несогласие стороной защиты с оценкой судом в приговоре показаний потерпевшего, свидетелей, письменных доказательств, не свидетельствуют о неправильности сделанных судом выводов о виновности ФИО1 в совершении преступления, а направлено на переоценку выводов суда, в связи с чем, данные доводы жалоб являются несостоятельными.

Оснований для оговора осужденного со стороны указанных лиц суд первой инстанции не усмотрел, не находит таковых и суд апелляционной инстанции, учитывая, что каких-либо убедительных мотивов для оговора осужденного стороной защиты не представлено, и судом обоснованно не установлено, в том числе с учетом того, что свидетели А., Д., Н. являются очевидцами произошедшего.

Ссылка в апелляционной жалобе осужденного на ст. 61 УПК РФ является необоснованной, поскольку каких-либо обстоятельств, дающих основание полагать, что потерпевший или свидетели прямо или косвенно заинтересованы в исходе данного уголовного дела, не имеется и автором жалобы не приведено.

Тот факт, что эти свидетели являются сотрудниками полиции, не является основанием сомневаться в объективности данных ими показаний, при том, что они не только согласуются между собой, но и подтверждаются иными, в том числе письменными доказательствами.

Доводы о наличие неприязненных отношений, возникших в 2023 году между сотрудником полиции П. и ФИО1, о чем последний заявил в суде первой инстанции, и что, по его мнению, послужило основанием для возбуждения в отношении него сфабрикованного уголовного дела, являются необоснованными и надуманными.

Все доказательства, положенные в основу приговора, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. Правильность оценки этих доказательств судом, сомнений не вызывает, поскольку каждое из исследованных в суде доказательств оценены в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ, а их совокупность признана достаточной для доказанности вины ФИО1

При этом следует заметить, что в отличие от совокупности согласующихся доказательств, положенных в основу обвинения осужденного, ФИО1, отрицая умышленное нанесение удара головой в лицо потерпевшего, в подтвержденных им показаниях, данных в ходе предварительного следствия и в суде, излагает по - разному обстоятельства происходящего, и выдвигает различные версии: объясняя нанесение удара своими непроизвольными действиями ввиду нахождения в состоянии наркотического опьянения; поддерживая доводы адвоката Кривощекова А.Г., выдвинутые в суде апелляционной инстанции, полагает, что потерпевший сам ударился о его голову, когда толкнул его в сторону сейфа; а также, ссылаясь на видеозапись, вообще отрицает обоснованность применения им физического насилия и получение У. телесных повреждений от его действий. Данные версии опровергаются исследованными и изложенными выше доказательствами.

Также нельзя согласиться с доводами жалоб в части отсутствия у ФИО1 повода и умысла для совершения преступления.

На основании совокупности исследованных по делу доказательств судом правильно установлены фактические обстоятельства по делу, согласно которым ФИО1, доставленный в отдел полиции для составления протокола об административном правонарушении, после того, как командиром отделения Н. ему было отказано в просьбе отпустить его домой, не желая находиться в отделе полиции, что и стало поводом совершения преступления, стал вести себя агрессивно, кричал, требовал пропустить его в кабинет начальника, то есть своим поведением мешал нормальной работе сотрудников полиции, в связи с чем У. и А., действующие в силу своих должностных обязанностей приняли меры к предотвращению противоправных действий ФИО1, в ответ на указанные правомерные действия сотрудников полиции, ФИО1, оказывая им противодействие, вошел в кабинет Н., где продолжил вести себя агрессивно, при попытке сотрудников вывести его из кабинета, замахивался на них руками, в связи с чем к нему была применена физическая сила и надеты наручники; после того, как его вывели из кабинета начальника, свои противодействия не прекратил, достоверно понимая, что У. является сотрудником полиции - должностным лицом, имея умысел на применение к нему насилия в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, умышленно нанес ему удар головой в область лица.

Выводы суда об умышленных действиях ФИО1 при нанесении ударов потерпевшему и наличии причинно-следственной связи между обнаруженными у пострадавшего У. телесными повреждениями и действиями ФИО1 сделаны на основании совокупности исследованных доказательств и судом апелляционной инстанции признаются правильными.

При этом адресованные ФИО1 требования прекратить свои противоправные действия, а также примененное в отношении него насилие и средства ограничения движений, обоснованно признаны судом законными, предпринятыми в связи с выполнением сотрудниками полиции своих должностных обязанностей,

Действия ФИО1 верно квалификацированы по ч. 1 ст. 318 УК РФ, как применение не опасного для жизни и здоровья насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Таким образом оснований для оправдания ФИО1, о чем ставится вопрос в жалобе адвоката, поддержанной осужденным, не имеется.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства, принципа состязательности уголовного судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения, суд апелляционной инстанции не установил.

Согласно протоколу и аудиозаписи судебного заседания, судопроизводство по делу осуществлялось в соответствии с требованиями ст. 15 УПК РФ на основе состязательности сторон, в судебном заседании исследованы все собранные по делу доказательства, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела, заявленные ходатайства разрешены в установленном законом порядке. Вопреки доводам осужденного, суд не выступал на стороне обвинения или защиты, напротив создал все необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Также нельзя согласиться с доводами апелляционной жалобы осужденного о назначении ему несправедливого и сурового наказания.

При назначении осужденному наказания суд первой инстанции в соответствии с положениями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ обоснованно учел характер и степень общественной опасности совершенного умышленного преступления, относящегося к категории средней тяжести, наличие смягчающих и отягчающих обстоятельств, личность виновного, который по месту регистрации характеризуется отрицательно, по месту фактического проживания удовлетворительно, привлекался к уголовной и административной ответственности, на учете врача нарколога не состоит, с 2014 года ему установлен диагноз «пагубное употребление нескольких психоактивных веществ», также принято во внимание судом влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих обстоятельств судом учтено состояние здоровья осужденного.

Каких-либо иных обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, достоверные сведения о которых имеются в материалах дела, но не учтенных судом, судом апелляционной инстанции не установлено.

Вместе с тем, в качестве отягчающего обстоятельства судом учтен рецидив преступления, при наличии которого обоснованно указано об отсутствии оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, а также принято мотивированное решение о назначении наказания по правилам ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Выводы суда о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде лишения свободы с реальным его отбыванием, отсутствии оснований для применения положений ст.ст. 64, 73, ст. 53.1 УК РФ мотивированы надлежащим образом, в том числе с учетом фактических обстоятельств преступления, степени его общественной опасности, личности осужденного, и сомнений в своей объективности не вызывают.

Вид исправительного учреждения, в котором осужденному надлежит отбывать наказание, избран судом правильно, в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Таким образом, все обстоятельства, которые должны приниматься во внимание при назначении наказания, судом учтены надлежащим образом. Сомнений в справедливости и соразмерности назначенного осужденному наказания не имеется, чрезмерно суровым наказание не является.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены или изменения судебного решения, в том числе по доводам апелляционных жалоб, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Кунгурского городского суда Пермского края от 20 марта 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, доводы апелляционных жалоб осужденного ФИО1 и адвоката Чайкина Н.Л. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, с соблюдением требований статьи 4014 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 40110 – 40112 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий