Приговор № 1-89/2018 1-89/2019 от 11 декабря 2019 г. по делу № 1-89/2018

Дело № 1-89/2018


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Звенигово 12 декабря 2019 года

Звениговский районный суд Республики Марий Эл в составе: председательствующего судьи Смирнова А.В., при секретаре Ипатовой В.А.,

с участием: государственного обвинителя – старшего помощника прокурора <адрес> Республики Марий Эл ФИО1,

подсудимого и гражданского ответчика ФИО2,

защитника – адвоката Самигуллина Р.М., представившего удостоверение №, ордер № от <дата>,

потерпевших и гражданских истцов ФИО3, ФИО4, их законных представителей ФИО5, ФИО6, представителей потерпевших ФИО7, ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании в <адрес> Республики Марий Эл материалы уголовного дела в отношении

ФИО2, <.....>

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ,

установил:

ФИО2, управляя автомобилем, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человеку, при следующих обстоятельствах:

<дата> около 09 часов 15 минут водитель ФИО2, имеющий водительское удостоверение на право управления транспортными средствами категории «В», «С», «СЕ», управляя в дорожных условиях, осложненных наличием на проезжей части автодороги зимней скользкости, технически исправным грузовым автомобилем с разрешенной максимальной массой более 3,5 тонн марки «<.....>», г.н. <.....>, с полуприцепом марки «<.....>», г.н. <.....>, двигаясь со скоростью около 77,69 км/ч по 46 км автодороги <.....> в направлении <адрес> Республики Марий Эл, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью человеку, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, нарушил требования пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 (далее – ПДД), в соответствии с которым водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом дорожные и метеорологические условии, скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требования Правил, при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства; пункта 10.3 ПДД, которым установлено, что вне населенных пунктов грузовым автомобилям с разрешенной максимальной массой более 3,5 тонн разрешается движение со скоростью не более 70 км/ч (за исключением автомагистрали), вследствие чего не выбрал безопасную скорость, необходимую для постоянного контроля за движением автомобиля, не учел дорожные и метеорологические условия, в связи с чем при совершении маневра торможения потерял контроль над управлением автомобилем, в результате чего выехал на встречную полосу проезжей части, где создал помеху для движения автомобилю марки «<.....>», г.н. <.....>, под управлением ФИО9, который, не имея возможности избежать столкновения, предпринял меры к экстренному торможению при котором возник занос автомобиля с выездом на встречную для него полосу движения со столкновением с двигавшемся по ней во встречном направлении автомобилем марки «<.....>», г.н. <.....>, под управлением ФИО3, в результате чего:

- водителю автомобиля «<.....>» ФИО3 были причинены: <.....>, которые в своей совокупности повлекли за собой вред здоровью, опасный для жизни человека, относятся к повреждениям, причинившим тяжкий вред здоровью человека, а также <.....>, повлекший за собой средней тяжести вред здоровью;

- пассажиру автомобиля «<.....>» ФИО4 были причинены: <.....>, которые в своей совокупности повлекли за собой вред здоровью, опасный для жизни человека, относятся к повреждениям, причинившим тяжкий вред здоровью человека.

Подсудимый ФИО2 вину в совершении преступления не признал, заявил, что столкновение легковых автомобилей «<.....>» и «<.....>», в результате которого пострадали потерпевшие, произошло по вине иного водителя, который в нарушение требований ПДД выехал на полосу движения автомобиля «<.....>».

Так, из показаний подсудимого ФИО2 следует, что <дата> около 07 часов он по просьбе своего знакомого на принадлежащем последнему автомобиле «<.....>», г.н. <.....>, с полуприцепом, г.н. <.....>, выехал из <адрес>, чтобы перегнать его в <адрес> для ремонта тента. Видимость была хорошей, температура воздуха составляла примерно -1, -2 градуса, на проезжей части имелся гололед, осуществлял движение со скоростью 75-76 км/ч. Проезжая по 46 км автодороги <.....> он за 150 м увидел стоящий впереди него частично на обочине частично на его проезжей части грузовой автомобиль с включенным аварийным сигналом. Поскольку, чтобы объехать указанный автомобиль ему предстояло выехать на встречную полосу движения, он стал притормаживать и почувствовал, что в этот момент автомашина потеряла управление, полуприцеп и тягач стало «складывать» и юзом выносить на встречную полосу движения, где находилась автобусная остановка, на которой стояла девушка.

Он пытался рулем восстановить контроль над управлением автомобиля, но автомобиль не реагировал и шел юзом, после чего почувствовал как его полуприцеп ударился колесами об бордюр остановки, отчего автомобиль вновь выровнялся и он выехал на полосу своего первоначального движения, съехав на правую обочину и остановился. После этого он выровнял автомобиль относительно дороги и увидел, что произошло столкновение двух легковых автомашин «<.....>» и «<.....>», в которой находились водители и пассажиры, которым он вызвал скорую помощь. Первыми приехали на место дорожно-транспортного происшествия автомашины дорожной службы, которые посыпали проезжую часть реагентами, в связи с чем к моменту приезда следственно оперативной группы лед на проезжей части растаял. В управляемом им автомобиле был установлен работающий видеорегистратор, карта памяти которого была им выдана следователю.

Из показаний ФИО2 следует также, что в момент заноса его автомобиля он заметил, как его полуприцеп объехали двигавшиеся во встречном ему направлении две автомашины, одной из которой оказался столкнувшийся с «<.....>» «<.....>». Непосредственно после ДТП он общался с водителем данного автомобиля ФИО9, который пояснил ему, что он, увидев занос встречного автомобиля, попытался объехать его по встречной полосе, но столкнулся с двигавшейся по ней автомашиной «<.....>».

Оценивая в совокупности с другими доказательствами показания подсудимого ФИО2 об отсутствии в его действиях при управлении грузовым автомобилем нарушений требований ПДД, о том, что столкновение легковых автомобилей «<.....>» и «<.....>» произошло по причине нарушения ПДД иным водителем, суд пришел к выводу о том, что они не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, связаны с защитой подсудимого от уголовного преследования и намерением таким образом избежать уголовной ответственности за совершенное преступление.

Так, вина подсудимого в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора, полностью подтверждается следующими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО9 показал, что <дата> около 09 часов он, управляя технически исправным автомобилем марки «<.....>», совместно с пассажиром ФИО10, двигался по автодороге <.....> в направлении <адрес>. Видимость была хорошая, температура воздуха от 0 до +1 градуса, на проезжей части имелась зимняя скользкость в виде гололеда. Проезжая по 46-му км автодороги со скоростью не более 90 км/ч, он увидел, что в непосредственной от него близости двигавшийся навстречу ему грузовой автомобиль <.....> неожиданно стало выносить на его полосу движения таким образом что его кабина полностью перекрыла ему дорогу, в связи с чем он применил экстренное торможение, в ходе которого его автомобиль также стало заносить, он стал неуправляемым, в результате чего машину вынесло на встречную для него полосу движения, где он, едва разминувшись с задней частью полуприцепа вышеуказанного грузового автомобиля, столкнулся с двигавшимся во встречном ему направлении позади полуприцепа автомобилем «<.....>», которого до этого момента не было видно, так как его закрывал развернувшийся поперек проезжей части полуприцеп. После столкновения легковые автомашины остались на том же месте, а грузовой автомобиль выровнялся и встал по ходу своего первоначального движения примерно метрах в 50 от них. В его автомашине имелся видеорегистратор, который на момент ДТП был включен и зафиксировал его обстоятельства.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО10 дала аналогичные с ФИО9 показания, пояснив также о том, что в пути следования находилась на переднем пассажирском сиденье автомобиля, в связи с чем отчетливо видела события, как предшествующие ДТП, так и произошедшие в ходе него.

Из показаний допрошенных в качестве свидетелей фельдшеров скорой медицинской помощи ФИО11 и ФИО12 следует, что <дата> около 09 часов 28 минут они прибыли на 46 км автодороги <.....>, на котором произошло ДТП с участием легковых автомашин «<.....>» и «<.....>», а также грузового автомобиля <.....> который находился неподалеку от них. Ими были госпитализированы водитель и пассажирка автомобиля «<.....>», остальные в экстренной медицинской помощи не нуждались (т. 2 л.д. 73-77, 80-84).

Аналогичные сведения об обстоятельствах выезда бригады скорой помощи на место ДТП изложены в картах вызова скорой медицинской помощи №№ и № от <дата> (т. 1 л.д. 62-63, 64-65).

Свидетель ФИО13 - инспектор ДПС ОГИБДД ОМВД России по <адрес> показал, что <дата> утром он вместе с инспектором ДПС ГИБДД ФИО14 по поступившему из дежурной части сообщению о столкновении автомашин выехал на 46 км автодороги <.....>, где было установлено, что в ДТП принимали участие три автомашины - «<.....>», «<.....>», которые находились на обочине с механическими повреждениями спереди, а также грузовой автомобиль <.....> с полуприцепом, который стоял вдоль проезжей части без каких-либо повреждений. На место ДТП прибыла также следственно-оперативная группа, после чего был произведен осмотр места происшествия и вышеуказанных автомашины.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО14 дал аналогичные с ФИО13 показания относительно обстановки места ДТП.

Свидетель ФИО5 – мать потерпевшего ФИО3, свидетель ФИО6 – мать потерпевшей ФИО4 показали, что их дети состоят в браке. <дата> утром они на принадлежащей им автомашине из <адрес> выехали в <адрес>, а через некоторое время им сообщили, что они попали в ДТП.

Допрошенные в выездном судебном заседании потерпевшие ФИО3 и ФИО4 показали, что в связи с причиненными им тяжелыми травмами событий <дата> они не помнят, в связи с чем не могут пояснить при каких обстоятельствах произошло ДТП с их участием.

Свидетель ФИО15 показал, что он является собственником грузового автомобиля марки «<.....>», г.н. <.....>, с полуприцепом марки «<.....>», г.н. <.....>, который используется для осуществления грузоперевозок. <дата> он договорился со своим знакомым ФИО2 о том, чтобы он перегнал вышеуказанный автомобиль с полуприцепом из <адрес> в <адрес> для проклейки тента. <дата> около 09 часов 20 минут к нему позвонил ФИО2 и сообщил, что попал в ДТП на 46 км автодороги <.....>, после чего он сам незамедлительно туда прибыл, где увидел, что в ДТП помимо его автомобиля участвовали еще две легковые машины «<.....>» и «<.....>», которые находились на правой обочине (при осмотре в направлении <адрес>) с различными механическими повреждениями. Принадлежащий ему автомобиль находился на правой полосе проезжей части на некотором расстоянии от легковых машин без каких-либо повреждений, в нем был установлен видеорегистратор, который на момент ДТП был включен. Обстоятельства ДТП он ни с кем не выяснял, ему они не известны (т. 2 л.д. 96-99).

В ходе судебного следствия в качестве свидетеля был также допрошен врач-хирург ФИО16, который каких-либо значимых сведений, имеющих существенное значение для правильного установления фактических обстоятельств уголовного дела, не сообщил.

Помимо приведенных показаний вина подсудимого в совершении преступления подтверждается также следующими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Согласно рапорту оперативного дежурного ОМВД России по <адрес><дата> в 09 часов 20 минут в дежурную часть полиции от диспетчера скорой медицинской помощи поступило сообщение о ДТП с пострадавшими, произошедшем на 46 км автодороги <.....> (т. 1 л.д. 3).

Из протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия, проведенного <дата> в период с 10 часа 30 минут до 14 часов 00 минут при температуре 0 градусов, приобщенных к нему схемы и фототаблицы, следует, что местом ДТП является асфальтированный участок 46-го км автодороги <.....>, предназначенный для двух направлений движения, с нанесенными на проезжей части линиями продольной горизонтальной разметки, разделяющей встречные потоки транспортных средств, проезжая часть которого на момент осмотра мокрая.

На указанном участке дороги на правой обочине (при осмотре в направлении <адрес>) стоят легковые автомашины «<.....>», г.н. <.....>, и «<.....>», г.н. <.....>, со значительными механическими повреждениями, расположенными в передних их частях. Рядом с автомашинами на обочине и проезжей части расположены осколки стекол, фрагменты пластиковых частей и других мелких деталей от указанных выше автомашин.

Неподалеку от легковых автомашин, также преимущественно на правой обочине, в направлении <адрес> стоит грузовая автомашина марки «<.....>», г.н. <.....>, с полуприцепом марки «<.....>», г.н. <.....>, у которой отсутствуют какие-либо механические повреждения, однако на трех левых задних колесах имеются наслоения вещества белого цвета, аналогичного с веществом белого цвета, нанесенного на бордюр автобусной остановки, расположенной на левой обочине незначительно позади от грузового автомобиля, на которой установлены следы от колес транспортного средства.

В ходе осмотра установлено также, что в автомобиле «<.....>» имеется видеорегистратор, карта памяти которого изъята и приобщена к материалам уголовного дела (т. 1 л.д. 6-26).

При дополнительных осмотрах места ДТП <дата> и <дата> произведены дополнительные замеры проезжей части 46 км автодороги <.....> и ее элементов, необходимые для проведения экспертных исследований (т. 1 л.д. 88-96, 147-152).

В протоколах осмотра транспортных средств от <дата>, <дата> и <дата> у автомашин «<.....>», г.н. <.....>, «<.....>», г.н. <.....>, зафиксированы те же механические повреждения, что и в протоколе осмотра места ДТП; у автомашины «<.....>», г.н. <.....>, и ее полуприцепа «<.....>», г.н. <.....>, зафиксировано отсутствие механических повреждений (т. 1 л.д. 27-28, 29-30, 31-32, т. 2 л.д. 87-90, 91-94, 95, 100-102, 103).

Из протокола осмотра карты памяти, изъятой из установленного в автомашине «<.....>», <.....>, видеорегистратора, ее осмотра в судебном заседании, установлено, что на ней имеется видеофайл (видеофонограмма) № от <дата> с видеозаписью, на которой зафиксировано, что автомобиль, в котором установлен видеорегистратор, движется в направлении <адрес> по правой полосе проезжей части в светлое время суток при частично заснеженной проезжей части.

Согласно данным видеорегистратора в 09 часов 15 минут при движении автомобиля со средней скоростью 78-81 км/час происходит его смещение на полосу встречного движения, затем автомобиль полностью выезжает на полосу встречного движения, полностью перекрывая дорогу двигавшемуся навстречу ему легковому автомобилю, который в непосредственной от него близости смещается на встречную для него полосу, проезжая мимо него, после чего автомобиль, в котором установлен видеорегистратор, проезжает в непосредственной близости от автобусной остановки, расположенной на левой обочине, ударяется об ее бордюр, после чего снова выезжает на свою полосу движения, останавливаясь кабиной практически перпендикулярно по отношению к правой обочине. Затем водитель автомашины – ФИО2 выравнивает положение автомашины относительно проезжей части, осуществляет звонок по мобильному телефону, в ходе которого сообщает, что попал в ДТП, перед которым совершил маневр торможения (т. 1 л.д. 100-107).

После просмотра указанной видеозаписи подсудимый ФИО2 подтвердил достоверность зафиксированных на ней сведений и их относимость к рассматриваемому ДТП.

<дата> в ходе выемки у ФИО9 изъят видеорегистратор марки № с установленной в нем картой памяти, находившийся в салоне автомобиля «<.....>», г.н. <.....>, в момент ДТП <дата>, в ходе осмотра которой установлено, что на ней имеются видеофайлы (видеофонограммы) № от <дата> с видеозаписями, на которых зафиксировано, что автомобиль, в котором установлен видеорегистратор, движется в направлении <адрес> по правой полосе проезжей части в светлое время суток при частично заснеженной проезжей части в условиях незначительных осадков.

Согласно данным видеорегистратора в 09 часов 15 минут при движении автомобиля со средней скоростью 89-90 км/час двигающаяся навстречу данному автомобилю грузовая автомашина с тентовым полуприцепом в непосредственной от него близости в процессе возникшего заноса выезжает на полосу его движения, продолжая двигаться в направлении правой обочины под углом к проезжей части, полностью перегораживая дорогу автомашиной и полуприцепом, продолжая движение в его направлении.

В этот момент автомобиль, в котором установлен видеорегистратор, выносит на встречную полосу движения, где он в непосредственной близости разъезжается с задней правой частью двигающегося в его направлении полуприцепа грузовой автомашины, после чего происходит столкновение с двигавшимся позади грузового автомобиля встречным легковым автомобилем (т. 1 л.д. 129-131, 132-136, 142-146).

Несмотря на то, что видеорегистратор свидетелем ФИО9 следователю был предоставлен спустя значительное время после ДТП - <дата>, оснований сомневаться в относимости, допустимости и достоверности исследованных в судебном заседании видеофонограмм №№, № от <дата> не имеется, поскольку содержащиеся в них сведения полностью согласуются с иными исследованными в судебном заседании доказательствами.

Указанные выводы суда подтверждаются, кроме того, заключением проведенной в ходе судебного следствия по ходатайству защитника видеотехнической экспертизы № от <дата>, из которого следует, что в видеофайлах №№, № отсутствуют признаки монтажа или иных изменений, внесенных в процессе записи или после нее.

Согласно заключению эксперта № от <дата> у ФИО3 при поступлении в больницу <дата> обнаружены: <.....>, повлекшие за собой вред здоровью, опасный для жизни человека, относящиеся к повреждениям, причинившим тяжкий вред здоровью человека, а также <.....>, повлекший за собой вред здоровью средней тяжести (т. 1 л.д. 74-75).

Из заключения эксперта № от <дата> следует, что у ФИО4 при поступлении в больницу <дата> обнаружены: <.....>, которые повлекли за собой вред здоровью, опасный для жизни человека, относятся к повреждениям, причинившим тяжкий вред здоровью человека (т. 1 л.д. 83-84).

Из заключений экспертов № от <дата> и № от <дата> следует, что при поступлении в больницу <дата> у ФИО10 обнаружен перелом грудины, у ФИО9 обнаружен закрытый перелом пятой пястной кости правой кисти, относящиеся к повреждениям, причинившим средней тяжести вред здоровью (т.1 л.д. 204-205, 214).

Из заключения эксперта № от <дата> следует, что средняя скорость движения автомобиля «<.....>» с полуприцепом на видеозаписи № между знаками «Обгон запрещен» и «Пешеходный переход», то есть перед его заносом на встречную полосу, составила <.....> км/ч (т. 1 л.д. 112-115).

Согласно заключению эксперта № от <дата>, средняя скорость движения автомобиля «<.....>» на видеозаписи № между знаками «Место остановки автобуса» и «Пешеходный переход», то есть перед ДТП, составила 82,98 км/ч (т. 1 л.д. 157-161).

Заключениями эксперта № от <дата>, № от <дата> установлено, что:

- наиболее вероятными причинами потери управляемости автомобиля «<.....>» с полуприцепом (его заноса) с экспертной точки зрения могли стать превышение допустимой максимальной скорости движения - 77,69 км/ч при разрешенной 70 км/ч, а также резкие приемы управления водителем автомобиля (резкий поворот рулевого колеса с одновременным нажатием на педаль тормоза и т.п.);

- место столкновения автомобилей «<.....>» и «<.....>» находится между разбросом осколков и разбросом осколков стекла данных транспортных, то есть на правой (в направлении <адрес>) обочине, ближе к правому краю проезжей части дороги;

- непосредственно перед столкновением автомобиль «<.....>» двигался в неуправляемом состоянии (в процессе заноса). В данной дорожно-транспортной ситуации вопрос о наличии либо отсутствии у водителя автомобиля «<.....>» технической возможности предотвратить столкновение путем применения экстренного торможения не имеет технического смысла, так как ни снижение скорости, ни остановка автомобиля «<.....>» не исключают возможности столкновения;

- в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водители автомобилей «<.....>», «<.....>» и «<.....>» с полуприцепом при выборе скоростей движения должны были руководствоваться требованиями абзаца 1 п. 10.1 и п. 10.3 ПДД, учитывая требования абзаца 2 п. 10.1, п.п. 1.4, 9.1, 19.5 и горизонтальной дорожной разметкой 1.6 Приложения № 2 к ПДД;

- с экспертной точки зрения в действиях водителя автомобиля «<.....>» с полуприцепом усматриваются несоответствия требованиям абзаца 1 п. 10.1 и п. 10.3 ПДД, в действиях водителей автомобилей «<.....>» и «<.....>» несоответствий требованиям пунктов ПДД не усматривается (т. 1 л.д. 172-175, т. 2 л.д. 63-66).

Заключения судебно-медицинских экспертиз потерпевших, заключения экспертов № от <дата>, № от <дата>, № от <дата> и № от <дата> суд признает допустимыми доказательствами, они оформлены надлежащим образом, полностью соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ и Федеральному закону «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», нарушений требований ст. 206 УПК РФ при проведении экспертиз не допущено.

Вопреки доводам защитника, существенных нарушений процессуальных требований ст. 198 УПК РФ при назначении судебно-медицинских экспертиз потерпевших, видеотехнических экспертиз и автотехнической экспертизы следователем не допущено, поскольку на момент их назначения ФИО2 подозреваемым или обвиняемым по настоящему уголовному делу не являлся, требования ст. 198 УПК РФ следователем были выполнены с ФИО2 в тот же день, когда он был заподозрен в совершении преступления (т. 2 л.д. 26, 27), впоследующем заявленные им и его защитником ходатайства о назначении повторной автотехнической экспертизы в ином экспертном учреждении были следователем разрешены в соответствии с требованиями ст.ст. 122 и 219 УПК РФ с вынесением соответствующих процессуальных решений.

В связи с этим доводы защитника о нарушении прав ФИО2 при назначении и проведении экспертиз противоречат фактическим обстоятельствам дела, являются необоснованными.

Изложенные в заключениях выводы суду понятны, они даны экспертами, обладающими соответствующей квалификацией, являются непротиворечивыми, научно обоснованными и убедительно аргументированными, получены после непосредственного исследования необходимых и достаточных материалов уголовного дела, в связи с чем суд признает их правильными.

Признавая выводы экспертов правильными, суд исходит также из того, что они полностью согласуются с совокупностью других исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе с показаниями подсудимого ФИО2 и свидетеля ФИО9 о скорости движения управляемых ими автомобилей непосредственно перед ДТП, о причинах возникновения заноса их автомобилей – применение обоими водителями маневра торможения, о наличии на проезжей части зимней скользкости в виде гололеда, с показаниями свидетеля ФИО10 об этом же, с видеозаписями видеорегистраторов автомашин «Мерседес-Бенц» и «<.....>», зафиксировавших дорожную и метеорологическую обстановку, а также обстоятельства рассматриваемого ДТП, с результатами осмотров места ДТП и иными материалами уголовного дела.

По этим основаниям представленные защитником в ходе предварительного следствия заключения специалиста ФИО17 №№ (т. 2 л.д. 150-169, 171-195, 196-215, 216-239), показания специалиста ФИО17 в судебном заседании о недопустимости использования в качестве доказательств вышеуказанных экспертных заключений, являются необоснованными, поскольку противоречат фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Вопреки утверждениям специалиста все эксперты перед проведением экспертиз были надлежащим образом предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, им были разъяснены права и обязанности эксперта, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, в каждом заключении ими приведены примененные при исследованиях методики, методические рекомендации, литература и технические средства.

Таким образом, на основании исследованных в судебном заседании доказательств, которые суд считает относимыми, допустимыми и достоверными, а в своей совокупности достаточными для разрешения уголовного дела, суд пришел к выводу о доказанности вины ФИО2 в совершении преступления.

Все положенные в основу приговора доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

Как было указано выше, доводы подсудимого о том, что столкновение легковых автомобилей «<.....>» и «<.....>», в результате которого пострадали потерпевшие, произошло не по его вине, а в связи с нарушением ПДД иным водителем, совершившем в нарушение требований ПДД выезд на встречную полосу движения, в результате чего и произошло столкновение с двигавшемся по ней автомобилем «<.....>», не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, опровергаются приведенной выше совокупностью доказательств.

Так, исследованными в судебном заседании доказательствами объективно установлено, что водитель ФИО2, управляя с превышением допустимой максимальной скоростью грузовой автомашиной с разрешенной максимальной массой более 3,5 тонн в условиях зимней скользкости, выбрал такую скорость, которая не позволила ему обеспечить возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД, в результате чего он при выполнении маневра торможения автомобиля в целях объезда стоящей впереди грузовой автомашины утратил над ним контроль, что привело к потере управляемости автомобиля – его заносу с последующим выездом на встречную полосу проезжей части, где он создал помеху двигавшемуся в непосредственной от него близости во встречном направлении автомобилю «<.....>» - полностью перекрыл ему дорогу, который, не имея возможности избежать столкновения иным путем, в соответствии с требованиями ПДД предпринял меры к экстренному торможению, при котором возник занос автомобиля с выездом на встречную полосу движения со столкновением с двигавшимся по ней автомобилем «<.....>», в результате которого ФИО3 и ФИО4 был причинен тяжкий вред здоровью.

Превышение ФИО2 допустимой максимальной скорости при управлении грузовым автомобилем объективно подтверждается заключениями экспертов №№ от <дата>, видеозаписью с установленного в автомашине <.....> видеорегистратора о средней его скорости перед ДТП, а также показаниями самого подсудимого о том, что скорость движения управляемого им автомобиля до маневра торможения составляла 75-76 км/час при максимально разрешенной скорости 70 км/час.

Зимняя скользкость на автодороге в месте совершения ДТП установлена как показаниями подсудимого ФИО2, свидетеля ФИО9, так и видеозаписями с видеорегистраторов автомашин «<.....>» и <.....> результатами осмотра места ДТП, в ходе которого зафиксировано состояние проезжей части дороги после ее обработки противогололедной смесью.

Вышеуказанное объективно свидетельствует о том, что избранная ФИО2 скорость при управлении грузовым автомобилем с полуприцепом с учетом дорожных и метеорологических условий не обеспечила ему возможность постоянного контроля за движением управляемого им транспортного средства для выполнения требований ПДД, что и привело при применении водителем маневра торможения к заносу автомобиля с его выездом на полосу встречного движения с полным ее перекрытием.

Применение водителем ФИО2 в условиях гололеда при превышенной максимальной скорости движения перед ДТП маневра торможения в целях совершить объезд стоящего впереди него грузового автомобиля объективно подтверждается как видеозаписями с видеорегистраторов автомашин «<.....>» и «<.....>», на которых зафиксировано наличие по ходу движения автомобиля ФИО2 иного грузового автомобиля с включенными аварийными сигналами, так и показаниями самого ФИО2 об этом.

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации отсутствие в момент ДТП контакта автомобиля <.....> под управлением ФИО2 с автомобилями «<.....>» и «<.....>» никаким образом не свидетельствует о его невиновности в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах, поскольку непосредственной причиной столкновения автомобилей «<.....>» и «<.....>» явился допущенный в связи с нарушением ПДД ФИО2 занос управляемого им грузового длинномерного автомобиля с выездом на встречную полосу движения в непосредственной близости от двигавшегося по ней автомобиля «<.....>», водитель которого при внезапном возникновения опасности для движения – ситуации, возникшей в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения ДТП, обоснованно, в соответствии с требованиями ПДД, применил экстренное торможение, также приведшее к заносу его автомобиля по независящим в сложившейся опасной ситуации от водителя причине.

Доводы подсудимого ФИО2 и его защитника со ссылкой на видеозапись с видеорегистратора автомобиля «<.....>» о том, что водитель автомобиля «<.....>» фактически не применял экстренного торможения и намеренно выехал на встречную полосу движения, являются необоснованными, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, поскольку с учетом особенностей устройства и принципа работы GPS-модуля видеорегистратора фиксируемая им скорость движения является средней на определенно проделанном автомобилем участке дороги, в связи с чем не позволяет фиксировать точную скорость автомобиля в момент начала применения водителем маневра торможения.

Кроме того, GPS-модуль в видеорегистраторах не относится к лицензированным приборам контроля скорости движения, в связи с чем его данные могут учитываться как усредненные лишь в совокупности с иными доказательствами по делу.

Необходимо также отметить, что показания свидетеля ФИО9 о выезде его автомобиля на полосу встречного движения в результате именно неуправляемого его состояния – заноса, возникшего в результате экстренного торможения при описанных им обстоятельствах, объективно подтверждаются заключениями экспертов № от <дата>, № от <дата>.

Утверждения подсудимого ФИО2 о том, что непосредственно после ДТП ФИО9 в ходе состоявшегося между ними разговора лично сообщил ему, что не применял мер к экстренному торможению, а пытался объехать его автомобиль по встречной полосе, являются необоснованными, поскольку никакими объективными сведениями не подтверждены, опровергаются показаниями свидетеля ФИО9 об обратном, согласно которым с ФИО2 по обстоятельствам ДТП он не общался, а также иной совокупностью вышеприведенных доказательств.

Отсутствие на момент осмотра места ДТП на проезжей части следов торможения автомашины «<.....>» никаким образом не опровергает показания ФИО9 о применении им экстренного торможения в целях избежать столкновения с автомашиной под управлением ФИО2, так как до проведения следователем осмотра места происшествия проезжая часть была обработана дорожными службами противогололедными средствами, в связи с чем к моменту приезда следственно-оперативной группы изменилась, имеющаяся на ней наледь растаяла.

Непроведение в ходе предварительного следствия допросов в качестве свидетелей водителя грузового автомобиля, которого намеревался объехать ФИО2, девушки, стоявшей на автобусной остановке, не свидетельствует о неполноте проведенного расследования, поскольку как было указано выше исследованная в судебном заседании совокупность доказательств является достаточной для правильного установления всех фактических обстоятельств произошедшего ДТП.

С учетом изложенного суд квалифицирует действия ФИО2 по ч. 1 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Как было указано выше, непосредственной причиной создавшейся аварийной ситуации явилось нарушение водителем ФИО2 пунктов 10.1 и 10.3 ПДД, в результате чего ФИО3 и ФИО4 был причинен тяжкий вред здоровью.

Нарушение ФИО2 данных требований ПДД находится в прямой причинной связи с наступившими последствиями.

Преступление подсудимым совершено по неосторожности, поскольку при нарушении указанных выше требований ПДД он не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшим, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

Подсудимому ФИО2 органом предварительного расследования вменено также нарушение при управлении автомобилем пунктов 1.3, 1.4, 1.5, 8.1, 9.1, 9.4, 9.9 ПДД, которые подлежат исключению из предъявленного ему обвинения как излишне вмененные, поскольку исходя из установленных судом фактических обстоятельств уголовного дела их нарушение не состоит в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшим.

Так, пункты 1.3 и 1.5 ПДД устанавливают общую обязанность участников дорожного движения знать и соблюдать относящиеся к ним требования ПДД, не создавать опасности для движения и не причинять вреда; п. 1.4 определяет правосторонность движения транспортных средств в Российской Федерации, а нарушение пунктов 9.1, 9.4 и 9.9 ПДД произошло уже в процессе неуправляемого заноса автомобиля, возникшего в результате нарушения ФИО2 требований п.п. 10.1 и 10.3 ПДД.

Подсудимый может и должен нести уголовную ответственность за совершение преступления, в ходе судебного разбирательства он вел себя адекватно, его вменяемость у суда не вызывает сомнения, в связи с чем суд признает подсудимого вменяемым в отношении содеянного и на основании ст. 19 УК РФ подлежащим уголовной ответственности.

При определении вида и размера наказания подсудимому суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, смягчающие наказание обстоятельства, личность виновного, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

ФИО2 по месту жительства характеризуется положительно, на учетах у врача-нарколога и врача-психиатра не состоит, не судим, к административной ответственности за нарушение общественного порядка и общественной безопасности не привлекался (т. 2 л.д. 34-35, 38, 39, 40-41, 43-44, 45, 46-50, 51-52, т. 2 л.д. 245).

К обстоятельствам, смягчающим наказание ФИО2, суд в соответствии со ст. 61 УК РФ относит: обременение социальными связями, наличие на иждивении двоих детей, один из которых является малолетним, совершение преступления впервые по неосторожности, положительные характеристики подсудимого, состояние здоровья его близких, вызов скорой медицинской помощи пострадавшим в ДТП, принятие иных мер к заглаживанию причиненного преступлением вреда – перечисление на созданный знакомыми потерпевших аккаунт 1500 рублей в целях оказания им помощи, принесение в судебном заседании в адрес потерпевших извинений, а также не отвечающее требованиям безопасности дорожного движения эксплуатационное состояние проезжей части автодороги в месте совершения ДТП – наличие на ней зимней скользкости.

Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст. 63 УК РФ, не имеется.

Судом обсужден вопрос о назначении ФИО2 вида наказания, предусмотренного санкцией ч. 1 ст. 264 УК РФ.

Обсудив указанные виды наказания, суд с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, конкретных обстоятельств его совершения, личности виновного, считает необходимым назначить ФИО2 наказание в виде ограничения свободы.

Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ и назначения ФИО2 более мягкого вида наказания, чем предусмотрено ч. 1 ст. 264 УК РФ, суд не находит, поскольку исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, не имеется.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, конкретных фактических обстоятельств допущенных ФИО2 при управлении грузовым автомобилем с разрешенной максимальной массой более 3,5 тонн грубых нарушений правил дорожного движения, повлекших за собой тяжкие последствия, суд полагает невозможным сохранение за подсудимым права в дальнейшем управлять транспортными средствами, в связи с чем считает необходимым применить в отношении него положения ч. 3 ст. 47 УК РФ и назначить ФИО2 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на определенный срок.

При назначении ФИО2 дополнительного наказания судом принято во внимание наличие у него профессионального образования, трудоспособный возраст и надлежащее состояние здоровья, а также наличие у него реальной возможности трудоустроиться в месте своего жительства на работу, не связанную с управлением транспортными средствами.

Назначенное ФИО2 наказание будет соответствовать требованиям ст.ст. 6, 60 УК РФ, обеспечит восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений.

При определении срока основного и дополнительного наказаний судом приняты во внимание все приведенные выше сведения, личность подсудимого, наличие у него иждивенцев, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, а также характер и степень общественной опасности совершенного преступления, его фактические обстоятельства.

Судом обсуждены вопросы о мере пресечения, о вещественных доказательствах и о гражданских исках.

Судьба вещественных доказательств подлежит разрешению в порядке ч. 3 ст. 81 УПК РФ, оснований для применения положений ст. 313 УПК РФ не имеется.

В ходе предварительного следствия прокурором <адрес> Республики Марий Эл в интересах Российской Федерации предъявлен гражданский иск о взыскании с ФИО2 в пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования Республики Марий Эл <.....> рублей, затраченных на лечение потерпевших ФИО3 и ФИО4 и оказание им медицинской помощи (т. 2 л.д. 136-138).

В судебном заседании государственный обвинитель, а также представитель Территориального фонда обязательного медицинского страхования Республики Марий Эл в представленном отзыве, гражданский иск поддержали.

Гражданский ответчик ФИО2 с предъявленными исковыми требованиями прокурора не согласился, поскольку не считает себя виновным в причинении телесных повреждений и вреда здоровью потерпевшим ФИО3 и ФИО4

Разрешая предъявленные исковые требования, суд пришел к выводу о том, что обязанность ответчика по возмещению указанного выше материального ущерба возникла у него в соответствии со следующими положениями действующего законодательства.

В соответствии со ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст. 31 Федерального закона Российской Федерации от 29 ноября 2010 года № 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации" расходы, осуществленные в соответствии с настоящим Федеральным законом страховой медицинской организацией, на оплату оказанной медицинской помощи застрахованному лицу вследствие причинения вреда его здоровью (в том числе по неосторожности) подлежат возмещению лицом, причинившим вред здоровью застрахованного лица.

Согласно статьям 28, 34 указанного Закона, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования, реализующий государственную политику в области обязательного медицинского страхования граждан как составной части государственного социального страхования, является самостоятельным государственным некоммерческим финансово-кредитным учреждением, финансовые средства которого являются федеральной (государственной) собственностью, следовательно, взыскание с виновных лиц расходов, осуществленных на оплату оказанной медицинской помощи застрахованному лицу, в интересах Российской Федерации по искам прокурора закону не противоречит.

Из представленных суду сведений следует, что ГБУ РМЭ «<.....>» потерпевшему ФИО3 была оказана услуга скорой медицинской помощи, стоимостью <.....> рубля, проведено лечение в хирургическом стационаре ГБУ РМЭ «<.....>», стоимость которого составила <.....> рублей, в нейрохирургическом отделении ГБУ РМЭ «<.....>» на сумму <.....> рублей, всего на сумму <.....> рублей.

Потерпевшей ФИО4 ГБУ РМЭ «<.....>» была оказана услуга скорой медицинской помощи, стоимостью <.....> рубля, проведено лечение в травматологическом отделении и гнойной хирургии ГБУ РМЭ «<.....>», стоимость которого составила <.....> рубля, всего на сумму <.....> рублей.

Вышеуказанные расходы оплачены за счет средств Территориального фонда обязательного медицинского страхования Республики Марий Эл (т. 1 л.д. 98-99, 187-193, т. 2 л.д. 109-111).

В связи с этим, исходя из вышеприведенных положений закона, исковые требования прокурора <адрес> Республики Марий Эл в интересах Российской Федерации в лице Территориального фонда обязательного медицинского страхования Республики Марий Эл подлежат удовлетворению полностью, поскольку в результате преступных действий ФИО2 были причинены телесные повреждения и вред здоровью потерпевшим ФИО3 и ФИО4, на оказание медицинской помощи которым и на их лечение были понесены указанные в иске затраты.

Принимая решение о размере расходов, затраченных на оказание медицинской помощи и лечение ФИО3 и ФИО4, суд исходит из того, что заявленные в иске суммы подтверждаются документами, содержащимися в материалах уголовного дела, которые суд считает обоснованными.

В ходе судебного разбирательства потерпевшим ФИО4 и ФИО3 предъявлены гражданские иски о возмещении им в денежном выражении причиненного преступлением морального вреда в размере <.....> и <.....> рублей соответственно, которые мотивированы тем, что в результате вызванных дорожно-транспортным происшествием травм, причинивших тяжкий вред здоровью, они длительное время находились на стационарном лечении, в настоящее время находятся на амбулаторном лечении, испытали и продолжают испытывать физические боли и неудобства, не имеют возможности вести полноценный образ жизни, не могут самостоятельно передвигаться, нуждаются в постоянном постороннем уходе, не могут обслуживать себя в быту, не исключается возможность проведения медицинских операций в связи с возникшими осложнениями здоровья.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Как следует из материалов дела ДТП, в совершении которого признается виновным ФИО2, произошло с участием трех транспортных средств: автомобиля «<.....>», г.н. <.....>, под управлением ФИО9, принадлежащего ФИО18, автомобиля «<.....>», г.н. <.....>, под управлением ФИО3, принадлежащего ФИО4, автомобиля «<.....>», г.н. <.....>, с полуприцепом «<.....>», г.н. <.....>, под управлением ФИО2, принадлежащего ФИО15, в результате которого потерпевшим ФИО3 и ФИО4 причинен тяжкий вред здоровью.

Таким образом, тяжкий вред здоровью ФИО3 и ФИО4 причинен в результате взаимодействия источников повышенной опасности, владельцами которых являются ФИО18, ФИО4 и ФИО15

В соответствии с п. 3 ст. 1079 ГК РФ владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи, то есть юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Статьей 1100 ГК РФ установлено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Таким образом, поскольку владельцы источников повышенной опасности ФИО18 и ФИО15 к участию в уголовном деле в качестве гражданских ответчиков не привлекались, необходимо передать гражданские иски ФИО3 и ФИО4 на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 304, 307-310 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, и назначить ему наказание с применением ч. 3 ст. 47 УК РФ в виде ограничения свободы на срок 2 (два) года с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 (два) года.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ установить осужденному ФИО2 следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования «<адрес>» и не изменять место своего жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Возложить на осужденного обязанность: являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, 1 (один) раз в месяц для регистрации.

Срок ограничения свободы исчислять со дня постановки осужденного на учет специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Меру пресечения ФИО2 – подписку о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Гражданский иск прокурора <адрес> Республики Марий Эл удовлетворить. Взыскать с ФИО2 в пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования Республики Марий Эл <.....> рубля <.....> копеек, затраченных на оказание медицинской помощи и лечение потерпевших ФИО3 и ФИО4

Гражданские иски ФИО3 и ФИО4 о возмещении им в денежном выражении причиненного преступлением морального вреда передать на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Вещественные доказательства после вступления приговора в законную силу: автомобиль <.....> г.н. <.....>, с полуприцепом <.....> г.н. № – оставить по принадлежности у владельца; легковой автомобиль «<.....>», г.н. <.....>, легковой автомобиль «<.....>», г.н. <.....>, видеорегистратор марки № – вернуть владельцам; две карты памяти, два CD-R диска – хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Марий Эл через Звениговский районный суд Республики Марий Эл в течение десяти суток со дня провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе в течение десяти суток заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должно быть указано в жалобе или в отдельном ходатайстве, если приговор будет обжалован иными лицами.

При этом осужденный вправе поручать осуществление своей защиты в суде апелляционной инстанции избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий: А.В. Смирнов