Апелляционное постановление № 22-504/2025 от 19 февраля 2025 г. по делу № 1-486/2024

Судья Юренский А.Н. Дело № 22-0504


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

20 февраля 2025 года г. Архангельск

Архангельский областной суда в составе председательствующего судьи Бакова Н.Н.

при секретаре Туркиной С.В.

с участием прокурора Лапшина М.В.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Судариковой Н.С.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Судариковой Н.С. на приговор Северодвинского городского суда Архангельской области от 18 декабря 2024 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в городе <адрес>, несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ, с применением ст. 53.1 УК РФ к 1 году принудительных работ с удержанием 10% из заработной платы в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года.

Изучив материалы дела, выслушав выступление защитника и осуждённого, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора о законности приговора, суд

установил:

ФИО1 признан виновным в том, что 29 ноября 2023 года на территории <адрес>, управляя механическим транспортным средством «<данные изъяты>», нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть Е., при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционной жалобе адвокат Сударикова Н.С. считает приговор незаконным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Полагает, что судом не учтены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда. Считает, что при производстве экспертизы экспертом Г.А.М. неверно применено значение коэффициента сцепления шин с дорогой, поскольку был гололед. По мнению автора жалобы, применение указанного коэффициента со значением 0,1 привело бы к иному результату автотехнической экспертизы и оправданию ФИО1. Полагает, что наличие гололеда 29 ноября 2023 года подтверждается исследованными в судебном заседании видеозаписями, показаниями ФИО1 и свидетеля В.. Также считает, что суд необоснованно отказал в назначении повторной комиссионной автотехнической экспертизы. Просит приговор отменить, назначить повторную комиссионную автотехническую экспертизу и вынести в отношении Котова оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника потерпевший ФИО2 просит оставить приговор без изменения.

Проверив материалы дела и обсудив доводы сторон, суд апелляционной инстанции считает приговор законным, обоснованным и справедливым.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления при изложенных в приговоре обстоятельствах соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленных судом, являются правильными, поскольку основаны на совокупности доказательств, проверенных в судебном заседании и получивших оценку в приговоре в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 88 УПК РФ. Не находит поводов сомневаться в этом и суд апелляционной инстанции.

В судебном заседании ФИО1, не оспаривая обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, вину не признал, показав, что потерпевшая сначала не намеревалась переходить проезжую часть, после чего быстрым шагом проследовала (стала перебегать) по пешеходному переходу, не убедившись в безопасности перехода. Видимость была хорошая, около 500 метров, его обзору перед ДТП ничего не мешало. Дорожное покрытие было скользким, убирать проезжую часть и посыпать песком со смесью стали уже после произошедшего ДТП.

Несмотря на занятую осужденным позицию, его доводы опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, согласно протоколу осмотра места происшествия и схеме места совершения правонарушения проезжая часть в районе места ДТП прямая. Вид покрытия – асфальт, выбоины и разрытия отсутствуют, профиль дороги горизонтальный. Состояние покрытия – асфальтовое, покрытие сухое. На проезжей части нанесены линии разделения встречных потоков разметкой, пешеходный переход обозначен разметкой, регламентируемой п. 1.14.1 ПДД РФ («зебра»). Общая видимость в обе стороны более 300 метров. На проезжей части присутствуют сплошные спаренные следы торможения длиной 30,6 метра по направлению от <адрес> «<данные изъяты>» расположен по диагонали проезжей части на полосе встречного движения и имеет повреждения в районе нижней части ветрового стекла в виде трещины. Колеса автобуса оборудованы всесезонными покрышками, осветительные, сигнальные приборы, тормозная система исправны.

Свидетель В. показал, что когда он следовал в качестве кондуктора ООО «<данные изъяты>» в автобусе, под управлением осужденного, то обнаружил, что проезжую часть <адрес> по нерегулируемому пешеходному переходу, слева направо, переходит Е.. Он её увидел, когда она уже перед автобусом бежала, поэтому сразу голосом предупредил об этом ФИО1. В этот момент осужденный начал тормозить и вывернул руль влево, однако наезда на пешехода избежать не удалось.

При осмотре видеозаписей, изъятых на месте происшествия, следует, что к пешеходному переходу проезжей части <адрес> в <адрес> шагом подходит женщина, вступает на проезжую часть и начинает её переходить. После чего по проезжей части со стороны <адрес> следует автобус, под управлением осужденного, и совершает наезд на женщину, переходящую проезжую часть по пешеходному переходу, после чего останавливается.

Согласно заключению эксперта при исследовании трупа Е.М.П. выявлены телесные повреждения в области головы, груди, верхних и нижних конечностей, образующие тупую сочетанную травму тела, которые по квалифицирующему признаку опасности для жизни человека в совокупности оцениваются как тяжкий вред здоровью и состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти Е.М.П.

Согласно заключению автотехнической экспертизы место наезда на пешехода Е. располагалось посередине правой по ходу движения автобуса полосы движения. При сравнении расстояния удаления автобуса от места наезда на пешехода в момент возникновения опасности (в момент выхода пешехода на проезжую часть <адрес>) (59,2…89,4 метра) с расстоянием его остановочного пути (48,5…53,3 метра) установлено, что расстояние удаления превышает расстояние его остановочного пути, следовательно, с момента возникновения опасности (с момента выхода пешехода на проезжую часть <адрес>) у водителя автобуса имелась техническая возможность, путем применения мер экстренного торможения, избежать наезда пешехода.

Также эксперт Г.А.М. в судебном заседании показал, что представленных ему следователем материалов, в том числе дисков с видеозаписями дорожно-транспортного происшествия, и исходных данных было достаточно для проведения автотехнической экспертизы. При определении состояния дорожного покрытия для проведения расчетов и применения соответствующего коэффициента, а также погодных условий, им были получены материалы и видеозаписи в момент ДТП. Исследовав представленные на исследование видеозаписи, он удостоверился, что дорожное покрытие действительно было обработано песко-соляной смесью, поэтому им был принят соответствующий коэффициент, предусмотренный методикой. Согласно методике, если пешеход выходит из-за объекта, например из-за припаркованного автомобиля, моментом возникновения опасности является момент обнаружения пешехода водителем. При этом, если водителю ничего не ограничивает обзорность, то в данном случае моментом возникновения опасности является выход пешехода на проезжую часть. В случае с дорожно-транспортным происшествием по настоящему делу, водителю ничего не мешало обзорности. На момент столкновения пешеход располагалась в середине полосы движения автобуса, то есть проследовала всю ширину встречной полосы, вышла на полосу движения автобуса и прошла половину ширины данной полосы движения, это около 4,6 метра. Пешеход Е. шла спокойным темпом движения, как при движении до пешеходного перехода, так и при следовании по пешеходному переходу, ускорив шаг только при движении на нее автобуса.

Кроме того виновность ФИО1 в установленном деянии объективно подтверждается показаниями потерпевшего Е., свидетелей О.С.Н., П.А.А., Р.М.Б., протоколом дополнительного осмотра места происшествия, транспортного средства - автобуса «<данные изъяты>», картой вызова бригады скорой медицинской помощи, сообщениями из ГБУЗ «СГКБ № СМП» и иными письменными материалами уголовного дела, проверенными в судебном заседании и получившими оценку в приговоре в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 88 УПК РФ.

Причин, которые бы указывали на заинтересованность свидетелей в оговоре осужденного, не установлено и объективных данных в подтверждение этому суду не представлено. Перед допросами указанные участники процесса были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания относительно фактических обстоятельств дела последовательны, согласуются между собой. Оснований не доверять их показаниям у суда не имелось, так как они подробные и непротиворечивые, при этом объективно подтверждены иными представленными стороной обвинения доказательствами, в том числе заключениями судебных экспертиз, протоколом осмотра места происшествия, транспортного средства.

Вопреки доводам апелляционной жалобы экспертные заключения обоснованы, надлежащим образом мотивированы, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, в связи с чем оснований сомневаться в объективности их выводов не имеется. При этом предусмотренных ст. 207 УПК РФ оснований для назначения дополнительной либо повторной автотехнической экспертизы, в частности комиссионной, не имеется.

Представленные на исследование материалы дела были достаточны для ответов на поставленные перед экспертом Г.А.М. вопросы, в пределах его компетенции, результаты исследований согласуются с показаниями свидетелей, исследованными в судебном заседании протоколами осмотра видеозаписей момента дорожно-транспортного происшествия. Заключение эксперта содержит ответы только на поставленные технические вопросы, связанные с дорожно-транспортным происшествием. Указанные в апелляционной жалобе обстоятельства не влияют на правильность выводов эксперта. В судебном заседании указанный эксперт в целях разъяснения данного им заключения ответил на вопросы представителей стороны защиты, мотивировав использованные им методики и коэффициенты с учетом исследуемой дорожной ситуации, основанной на представленных следователем в достаточном объеме материалах дела. Показания осужденного и свидетеля ФИО3 о том, что дорожное покрытие было скользким вследствие наледи, не свидетельствуют об обратном и не ставят под сомнение выводы автотехнической экспертизы.

Вопреки изложенным в апелляционной жалобе доводам суд в достаточной степени исследовал позицию стороны защиты об отсутствии вины осужденного, переходе потерпевшей проезжей части ускоренным шагом и ее обнаружении ФИО1 на незначительном расстоянии, обоснованно признав ее несостоятельной, при этом в приговоре приведены мотивы принятого решения, не согласиться с которыми оснований не имеется.

Так ФИО1, являясь водителем транспортного средства, должен был знать и соблюдать требования ПДД РФ, не создавать опасности для движения и не причинять вред, при этом выбрать скорость движения управляемого им автобуса с учетом возможности постоянного контроля за движением транспортного средства, имея возможность заблаговременно видеть пешехода, предпринять необходимые и своевременные меры к снижению скорости и остановке управляемого им автобуса, а также уступить дорогу имеющему преимущество в движении пешеходу Е., пересекающей проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 N 25 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения", опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить. При этом водитель в соответствии с пунктом 10.1 Правил дорожного движения РФ должен выбрать скорость движения, обеспечивающую ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

Вопреки доводам представителей стороны защиты согласно исследованным в судебном заседании доказательствам у водителя ФИО1 имелась техническая возможность избежать наезда на пешехода, поскольку при обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, отсутствии ограничений в обзоре и видимости, моментом возникновения опасности для осужденного следует считать момент выхода потерпевшей (пешехода) на проезжую часть. При этом Е. перед и по пешеходному переходу двигалась шагом, ускорив его только уже при непосредственном движении на нее автобуса.

Несоблюдение в полной мере потерпевшей Е. ПДД РФ, признанное судом в качестве смягчающего наказание Котова обстоятельства, не свидетельствует об отсутствии его вины в совершении преступления, поскольку допущенные осужденным нарушения Правил дорожного движения РФ, в частности пунктов 10.1, 14.1, находятся в причинной связи с наступившими последствиями в виде смерти Е..

Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и сомнений не вызывают.

Утверждения стороны защиты об отсутствии в деле доказательств вины ФИО1 в преступлении, за совершение которого он осужден, опровергаются совокупностью доказательств, непосредственно исследованных в судебном заседании.

Всем доказательствам по делу, в том числе тем, на которые ссылается сторона защиты, в приговоре дана надлежащая оценка, при этом суд указал мотивы, по которым он принял одни доказательства и отверг другие. Оснований не согласиться с доводами суд апелляционной инстанции не усматривает.

Нарушений принципов состязательности, равноправия сторон и презумпции невиновности в судебном заседании не допущено.

Все ходатайства стороны защиты, в частности о назначении дополнительной автотехнической экспертизы, в судебном заседании были разрешены судом после их обсуждения со сторонами и решения об отказе мотивированы. Необоснованного отказа в удовлетворении ходатайств, направленных на представление стороной защиты допустимых и достоверных доказательств, судом не допущено.

Оценив все исследованные по делу доказательства с точки зрения их допустимости, достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения дела, суд сделал правильный вывод о виновности ФИО1 в совершенном преступлении и верно квалифицировал его действия по ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Наказание ФИО1 назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного им преступления по неосторожности (отнесенного к категории средней тяжести), данных о личности виновного, который в целом характеризуется удовлетворительно, по месту работы – положительно, смягчающих и отсутствия отягчающих обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание Котова обстоятельств судом правильно учтены раскаяние в содеянном, явка с повинной в виде объяснения, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, принесение извинений потерпевшему, состояние здоровья осужденного и его сожительницы, а также не в полной мере соблюдение потерпевшей Е.М.П. пункта 4.5. ПДД РФ.

Каких-либо обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, и которые бы не были приняты судом во внимание, по делу не установлено.

Принимая во внимание характер, степень общественной опасности преступления и сведения о личности ФИО1, суд обоснованно не усмотрел фактических и правовых оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. ст. 64, 73 УК РФ, а также освобождения осужденного от уголовной ответственности или наказания. Не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

При этом с учетом обстоятельств содеянного, совокупности смягчающих наказание обстоятельств, характеристик осужденного суд правильно применил положения ст. 53.1 УК РФ, заменив лишение свободы на принудительные работы, поскольку предусмотренные ч. 2 ст. 43 УК РФ цели наказания могут быть достигнуты при отбывании ФИО1 принудительных работ.

Назначенное ФИО1 основное и дополнительное наказание справедливо и соразмерно содеянному, чрезмерно суровым не является, соответствует требованиям закона и данным о личности осужденного.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд

постановил:

Приговор Северодвинского городского суда Архангельской области от 18 декабря 2024 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Судариковой Н.С. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ст. ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подается непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Н.Н. Баков