Апелляционное постановление № 22-1141/2023 от 11 декабря 2023 г. по делу № 1-176/2023

Судья Куашев А.К. дело № 22-1141/2023


Апелляционное постановление

г. Нальчик 12 декабря 2023 года

Суд апелляционной инстанции судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Кабардино – Балкарской Республики в составе:

председательствующего - Баговой Т.Н.,

при секретаре судебного заседания – Мезовой А.А.,

с участием:

прокурора – Камбачоковой З.З. ,

осужденного – ФИО1,

его защитника – адвоката Ульбашева А.А.,

потерпевшего - Потерпевший №1,

представителя потерпевшего - адвоката Константиновой Л.Р.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Ульбашева М.М. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Чегемского районного суда КБР от 13 октября 2023 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес> Дагестанской АССР, гражданин Российской Федерации, зарегистрированный и проживающий по адресу: КБР, <адрес>, с высшим образованием, женатый, работающий в должности директора ООО «<данные изъяты>», являющийся заместителем председателя <данные изъяты> в Кабардино-Балкарии, военнообязанный, несудимый,

осужден по ч.1 ст.264 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы сроком на 1 год.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ на период отбывания назначенного наказания осужденному ФИО1 установлены следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования по месту жительства (пребывания) и не изменять место жительства (пребывания), место работы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы;

Судом постановлено возложить на осужденного ФИО1 обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, 1 раз в месяц для регистрации, в дни, установленные этим органом.

Осуществление надзора за отбыванием осужденным ФИО1 назначенного наказания постановлено возложить на уголовно-исполнительную инспекцию по месту его жительства.

Срок отбывания наказания осужденному ФИО1 постановлено исчислять со дня постановки его на учет в уголовно-исполнительную инспекцию.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 постановлено оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Гражданский иск Потерпевший №1 предъявленный к ФИО1, постановлено удовлетворить частично.

Судом постановлено взыскать с ФИО1 в пользу Потерпевший №1 в счет компенсации морального вреда 100 000 рублей и в счет возмещения расходов на оплату услуг представителя - 110 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований Потерпевший №1, постановлено отказать.

Решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Баговой Т.Н., выслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

ФИО1 признан виновным в нарушении им под управлением автомобиля «Ауди 100» с государственным регистрационным знаком №, Правил дорожного движения РФ, повлекшего по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего Потерпевший №1, 16.01.2022 года примерно в 13 часов 03 минуты на автомобильной дороге «<адрес>» со стороны <адрес> КБР, в направлении <адрес> КБР, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 не признал себя виновным в совершении инкриминируемого ему преступления.

В апелляционной жалобе адвокат Ульбашев М.М. в интересах осужденного ФИО1 просит:

- Постановление Чегемского районного суда КБР от 14.09.2023 об отказе в удовлетворении ходатайства защиты о приобщении к материалам уголовного адвокатского запроса за № от 02.08.2023 в ГКУ КБР «<данные изъяты>» и ответа на него за № от 08.08.2023 отменить;

- Постановление Чегемского районного суда КБР от 02.10.08.2023 года об отказе в удовлетворении ходатайства защиты о признании недопустимыми доказательствами по уголовному делу и исключения их из числа доказательств по обвинению ФИО1 отменить;

- Постановление Чегемского районного суда КБР от 05.10.08.2023 года об отказе в удовлетворении ходатайства защиты о назначении дополнительной медицинской судебной экспертизы отменить;

- Постановление Чегемского районного суда КБР от 05.10.08.2023 года об отказе в удовлетворении ходатайства защиты о назначении повторной комплексной транспортно-трасологической и автотехнической судебной экспертизы отменить;

- Приговор Чегемского районного суда КБР от 13.10.2023 года в отношении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. отменить, вынести оправдательный приговор, за отсутствием в деянии состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264 УК РФ;

- В удовлетворении исковых требований Потерпевший №1 отказать в полном объеме.

Мотивирует тем, что приговор является незаконным и необоснованным; выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Со ссылкой на Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года №55 «О судебном приговоре», ст. 297 УПК РФ, п.п.3,4 ч.1 ст.305, п.2 ст.307 УПК РФ, указывает, что с самого начала судебного разбирательства, суд принял сторону государственного обвинителя, отклоняя ходатайства защиты, не давая оценку исследованным в судебном заседании доказательствам защиты, таким образом, лишая ФИО1 права на защиту, гарантируемого Конституцией РФ.

В качестве доказательств, при вынесении обвинительного приговора, суд взял за основу показания потерпевшего Потерпевший №1, полностью противоречащие материалам уголовного дела.

Так, показания Потерпевший №1 о том, что в момент происшествия автомашина ФИО1 начинала маневр левого разворота с обочины в месте примыкания федеральной автодороги к автодороге <адрес>, опровергаются фототаблицей к протоколу осмотра места административного правонарушения от 16.01.2022, из которой установлено, что в указанном Потерпевший №1 месте обочина отсутствует. Указанное подтверждает показания ФИО1 о том, что перед столкновением транспортных средств, он в соответствии с п.9.4 ПДД РФ двигался по крайней правой полосе автодороги «<адрес>», после чего перестроился на левую полосу движения, где продолжил маневр разворота на полосе встречного движения.

Также опровергнуты показания Потерпевший №1 о том, что при совершении ФИО1 маневра «левый разворот», он предпринимал попытки избежать столкновения, поочередно выворачивая руль влево и вправо, поскольку на фототаблице к протоколу осмотра места административного правонарушения от 16.01.2022 зафиксирован прямолинейный след торможения принадлежащего ему автомобиля «ВАЗ 11193» с частичным выездом на левую полосу движения. Из этого следует, что Потерпевший №1 в нарушение п.9.4 ПДД РФ не только двигался по левой полосе движения, но и, видя, что идущая впереди автомашина «Ауди» под управлением ФИО1 совершает маневр перестроения на левую полосу движения, попыток к перестроению на свободную правую полосу не предпринял.

Не соответствуют материалам дела и показания Потерпевший №1 о том, что автодорога <адрес>, в месте столкновения имеет две полосы движения в одном направлении, из которых правая полоса предназначена для съезда с моста (место примыкания федеральной автодороги), а левая, по которой он двигался, якобы предназначена для движения прямо. Согласно ответу ГКУ КБР «<данные изъяты>» на адвокатский запрос за № от 08.08.2023 в июле 2022 года были внесены изменения в проект организации дорожного движения, одно из которых, дословно из ответа «на участках км 6+810 и км 6+160 изменены дорожные знаки 5.15.1 «Направления движения по полосам» и горизонтальные дорожные разметки 1.18 в части запрещения движения прямо по крайней правой полосе», то есть примерно в 12-13 часов 16.01.2022 водитель автомобиля «Ауди», г/н № ФИО1 имел полное право двигаться прямо по крайней правой полосе по автодороге <адрес>, то есть данная полоса предназначалась не только для съезда с федеральной автодороги, как утверждает Потерпевший №1 Однако, в удовлетворении ходатайства защиты от 14.09.2023 о приобщении к материалам уголовного дела адвокатского запроса за № от 02.08.2023 в ГКУ КБР «<данные изъяты>» и ответа на него за № от 08.08.2023 судом отказано, какая-либо оценка им не дана.

Полагает, что в нарушение ч.4 ст.302 УПК РФ, обжалуемый приговор основан на предположениях свидетелей Свидетель №5, Свидетель №6 и Свидетель №7, не являющихся участниками либо очевидцами происшествия, прибывшими на место ДТП по просьбе Потерпевший №1, и соответственно, не несущими по своему содержанию доказательной базы. Тем более, их показания о том, что ФИО1, якобы, пояснял, что виновником ДТП является именно он, последним в судебном заседании опровергнуты. Что касается оглашенных в судебном заседании показаний свидетеля Свидетель №4, то они основаны исключительно на версии ее супруга - потерпевшего Потерпевший №1, с чьих слов она и узнала об обстоятельствах происшествия.

Таким образом, судом первой инстанции полностью проигнорирована необходимость соблюдения принципа презумпции невиновности.

Протокол осмотра места административного правонарушения от 16.01.2022 и схема к нему, равно как и заключения автотехнических экспертиз № от 23.01.2023 и № от 23.03.2023 и заключение специалиста № от 15.07.2022, принятые и учтенные судом в качестве доказательства виновности подсудимого ФИО1, также составлены и получены с нарушением действующего законодательства и Административного регламента.

В связи с этим, стороной защиты неоднократно обращалось внимание суда на наличие существенных нарушений при составлении протокола осмотра места административного правонарушения от 16.01.2022 и схемы к нему, в полной мере подтвержденных исследованным в судебном заседании письмом УГИБДД МВД по КБР от 06.04.2023 за исх.№, в соответствии с которым в действиях должностных лиц, составивших протокол и схему действительно усматриваются нарушения в отражении значений и привязки относящихся к ДТП сведений, однако факты данных нарушений судом первой инстанции были полностью проигнорированы.

Кроме того, нарушения, допущенные при составлении протокола осмотра места ДТП и схемы, подтверждаются заключениями эксперта № от 18.03.2022 и № от 08.06.2022, поскольку отсутствие сведений о расположении начала и окончания следов торможения колес автомобиля ВАЗ-11193 относительно границ проезжей части не позволило экспертам дать ответы на поставленные перед ними вопросы.

В соответствии с заключением комиссионной автотехнической экспертизы экспертов ЭКЦ ГУВД по <адрес> № от 14.11.2022, местом столкновения автомобилей ВАЗ-11193 и «Ауди-100» необходимо признать участок проезжей части автодороги «<адрес>» на полосе движения в сторону <адрес>, в районе изменения следа торможения автомобиля ВАЗ-11193. Но указания точного места расположения места столкновения относительно ширины полосы движения в сторону <адрес> заключение не содержит, что опять-таки является результатом упущений и нарушений при составлении протокола осмотра места административного правонарушения и схемы к нему. И как следствие, отсутствие координатных привязок расположения следов торможения автомобиля ВАЗ-11193, относительно границ проезжей части, не дало возможность экспертам ЭКЦ ГУВД по <адрес> категорично ответить на вопрос о траектории движения автомобиля Ауди 100 перед столкновением. Дословно из заключения: «перед столкновением автомобиль Ауди 100 выполнял маневр разворота не с крайнего левого положения на проезжей части. Более точно установить из какого положения выполнял маневр разворота автомобиль Ауди 100, экспертным путем не представляется возможным».

Судом первой инстанции не принято во внимание и то, что в заключениях эксперта № от 23.01.202.3 (эксперт ФИО23) и № от 23.03.2023 (эксперт ФИО9), которые приводятся в обжалуемом приговоре в качестве доказательств, подтверждающих вину моего подзащитного, в исходных данных отражено, что расстояние начала правого следа до задней левой оси а/м Лада составляет 7 метров, где след и заканчивается. Однако, ни в протоколе осмотра места административного правонарушения, ни в схеме к нему нет размера «7 метров», а согласно схемы к протоколу цифра «7» является условным обозначением «следа юза», а не его размер; координатная привязка расположения начала и окончания следов торможения автомобиля ВАЗ-11193 относительно границ проезжей части, на экспертизы не представлена.

Кроме того, в заключении эксперта № от 23.01.2023 экспертом ФИО23, в нарушение практики и методики проведения дополнительных экспертиз, приводятся результаты и выводы ранее проведенных им же заключений эксперта № от 18.03.2022, № от 08.06.2022, заключения экспертов ЭКЦ ГУВД по <адрес> № от 14.11.2022 и заключение специалиста № от 15.07.2022. Аналогично в заключении № от 23.03.2023 экспертом ФИО9 приводятся результаты и выводы всех перечисленных экспертов и специалиста.

Также указывает, что заключения автотехнических судебных экспертиз № от 23.01.2023 и № от 23.03.2023 проведены с грубым нарушением требований ст.207 УПК РФ и ФЗ-73 «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» от 31.05.2001 года.

Кроме того, в материалах уголовного дела содержатся два DVD-диска с фотоматериалами с места ДТП и снимками транспортных средств, однако, законность их изъятия и приобщения к материалам уголовного дела, в судебном заседании не установлена, поскольку каких-либо процессуальных документов, подтверждающих, в том числе, осмотр транспортных средств с фотофиксацией техническими средствами перед назначением автотехнических экспертиз, материалы уголовного дела не содержат. Тем не менее, оба вышеуказанных диска исследованы экспертами при производстве экспертиз и легли в основу вышеперечисленных заключений, которые в последующем приняты судом первой инстанции во внимание при вынесении обжалуемого приговора.

В связи с перечисленными нарушениями, стороной защиты 02.10.2023 заявлено ходатайство об исключении из перечня доказательств вышеуказанного протокола и схемы к нему, данных на его основе заключений автотехнических экспертиз № от 23.01.2023 и № от 23.03.2023, а также заключения специалиста № от 15.07.2022, однако судом в его удовлетворении без какой-либо мотивировки отказано.

После отказа судом в удовлетворении вышеуказанного ходатайства, с целью устранения возникших сомнений в обоснованности заключений экспертов № от 23.01.2023 и № от 23.03.2023, и учитывая, что заключение комплексной транспортно-трасологической и автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ является неполным, поскольку его выводы не содержат ответов ни на один из поставленных защитой вопросов, в том числе:

- Каковы координаты, расположения вероятного места столкновения автомобилей ВАЗ-11193 и Ауди-100 относительно границ проезжей части?

- Под каким углом располагались автомобили ВАЗ-11193 и Ауди-100 в момент столкновения относительно своих продольных осей и границ проезжей части?

- Каково было взаимное положение автомобилей ВАЗ-11193 и Ауди-100 относительно полос проезжей части автодороги?

- Занимали ли в момент столкновения габариты автомобиля Ауди-100 левую крайнюю полосу проезжей части в направлении <адрес>, т.е. полосу первоначального движения автомобиля ВАЗ-11193?

- Каков механизм отброса и перемещения автомобилей ВАЗ-11193 и Ауди-100 после столкновения вплоть до полной остановки после ДТП?

- Какова была скорость движения автомобиля ВАЗ-11193 исходя из длины большего следа торможения автомобиля ВАЗ-11193 31.9 метров, углов взаимного положения обоих ТС относительно друг друга и границ проезжей части в момент столкновения и конечного положения обоих ТС после ДТП?

- Какими пунктами ПДД РФ следовало руководствоваться водителям в данной дорожной ситуации?

- защитой в ходе судебного заседания 05.10.2023 заявлено ходатайство о назначении повторной комплексной транспортно-трасологической и автотехнической экспертизы в Институте независимой автотехнической экспертизы - Московском автомобильно-дорожном государственном техническом университете, однако судом первой инстанции в удовлетворении заявленного защитой ходатайства без какой-либо мотивировки также отказано.

На основании изложенного защита приходит к выводу, что судом первой инстанции, в качестве доказательств приняты заключения экспертов № от 23.01.2023 и № от 23.03.2023, не содержащие объективных данных о том, что действия ФИО1 в данной ситуации не соответствовали требованиям пунктов 8.1,8.5,8.7 ПДД РФ, которые с технической точки зрения находятся в причинной связи с фактом ДТП.

Также, судом первой инстанции в обжалуемом приговоре в качестве доказательств приведены результаты двух судебно-медицинских экспертиз № от 28.01.2022 и за № от 03.02.2023, проведенных экспертом ГБУЗ «Бюро СМЭ» МЗ КБР ФИО11 Согласно заключений у гр.Потерпевший №1 имелись телесные повреждения: ЗЧМТ. Ушиб головного мозга легкой степени тяжести. Перелом затылочной кости справа без выраженного смещения фрагментов. Ушиб мягких тканей головы. По степени тяжести, описанные телесные повреждения, квалифицируются как причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни.

При ознакомлении с материалами уголовного дела в порядке ст.217 УПК РФ установлено, что согласно выписного эпикриза из истории болезни №, Потерпевший №1 ранее, а именно - 07.09.2017, доставлялся в отделение сочетанной травмы МЗ ГБУЗ «РКБ» КБР, будучи пострадавшим в другом дорожно-транспортном происшествии. Диагноз заключительный: основной - тяжелая сочетанная травма, ОЧМТ. Ушиб головного мозга средней степени тяжести. Острая эпидуральная гематома малого объема справа. Перелом костей свода и основания черепа.

Заключения дополнительной судебно-медицинской экспертизы, позволяющего разграничить телесные повреждения, полученные Потерпевший №1 при ДТП, имевшем место 07.09.2017 и телесные повреждения, полученные им же в результате ДТП, имевшем место 16.01.2022, материалы уголовного дела не содержат. В связи с этим, эксперт ФИО11 по ходатайству защиты вызвана в судебное заседание, где поочередно допрошена государственным обвинителем и защитником, однако показания, данные ею при допросе стороной защиты, в описательно-мотивировочную часть приговора не включены, что подтверждается протоколом судебного заседания и аудиозаписью к нему. При этом ссылается на ст. 15 УПК РФ.

Эксперт ФИО11 показала, что выводы в заключении судебной экспертизы № от 03.02.2023 основаны согласно медицинской карты № стационарного больного нейрохирургического отделения МЗ ГБУЗ «РКБ» КБР Потерпевший №1 Компьютерное обследование головного мозга Потерпевший №1 на снимке или скопированное на DVD диск ей представлено не было, а заключение основано исключительно на описании из истории болезни. При проведении экспертизы история болезни (медицинская карта) № с компьютерным обследованием головного мозга Потерпевший №1 на снимке или скопированным на DVD диск за 2017г. отделения сочетанной травмы МЗ ГБУЗ «РКБ» КБР предварительным следствием не представлялась и при экспертном исследовании не использовалась.

В ходе судебного заседания, защитой, с указанной выше целью 05.10.2023 заявлено ходатайство о назначении дополнительной судебно-медицинской экспертизы, однако судом первой инстанции в его удовлетворении без какой-либо мотивировки также отказано.

Также указывает, что в нарушение п.4 Постановления Пленума ВС РФ от 29 ноября 2016 года №55 «О судебном приговоре» в силу положений ч.3 ст. 240 УПК РФ, обжалуемый приговор основан, в том числе, на заключении специалиста № от 15.07.2022, которое приводится судом первой инстанции, как одно из доказательств виновности ФИО1 Однако данное заключение в судебном заседании не исследовалось, что также подтверждается протоколом судебного заседания и аудиозаписью к нему.

Действия ФИО1 суд первой инстанции квалифицирует, как совершенные по неосторожности. При этом автору апелляционной жалобы неясно, на основании чего судом установлена именно эта форма вины, поскольку в описании инкриминируемого ФИО1 преступного деяния, изложенного в описательно-мотивировочной части приговора, не содержится ни формы его вины, ни признаков, позволяющих расценивать это деяние как совершенное именно по неосторожности. Указания на конкретный вид неосторожности, т.е. легкомыслие либо небрежность, обжалуемый приговор также не содержит. В связи с чем, при вынесении приговора судом первой инстанции допущены существенные нарушения требований как п.1 ст.307 УПК РФ, так и п.п.18-19 Постановления Пленума ВС РФ от 29 ноября 2016г. №55 «О судебном приговоре», в силу которых описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, как оно установлено судом, с указанием в том числе формы вины, которая к тому же входит в число обязательных признаков состава любого преступления. Выводы относительно квалификации преступления по той или иной статье уголовного закона, ее части либо пункту должны быть мотивированы судом.

Считает, что приговор вынесен с нарушением требований ч.1 ст. 297 УПК РФ.

В возражении на апелляционную жалобу государственный обвинитель – старший помощник прокурора <адрес> КБР ФИО12 просит приговор, как законный и обоснованный, оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав стороны, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения на неё, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вывод суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, соответствует установленным судом фактическим обстоятельствам и подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств:

-показаниями потерпевшего Потерпевший №1 об обстоятельствах совершенного 16.01.2022 преступления в его отношении, подробно изложенных в приговоре;

- показаниями свидетелей Свидетель №5, Свидетель №6, Свидетель №7, Свидетель №4, полный анализ и содержание которых приводится в приговоре; показаниями судебно – медицинского эксперта ФИО11 в судебном заседании о том, что она в своем заключении разграничила повреждения, полученные потерпевшим в ДТП 2017 года и повреждения, которые были получены им в результате настоящего ДТП.;

- письменными материалами уголовного дела: протоколом осмотра места происшествия от 16.01. 2022 со схемой к нему ( л.д. 6-10, т.1); протоколами осмотра предметов от 20.04.2023 с фототаблицами к нему- с 11 часов 20 минут по 11 часов 50 минут автомобиля «ВАЗ 11193» (л.д. 128-133, т.3) и с 12 часов 00 минут по 12 часов 40 минут – автомобиля «Ауди-100» ( л.д. 134-139, т. 3); заключением судебно- медицинского эксперта за № от 28.01.2022 года, согласно выводам которого, у Потерпевший №1 были выявлены повреждения в виде закрытой черепно-мозговой травмы, ушиба головного мозга легкой степени тяжести, перелома затылочной кости справа без выраженного фрагментов смещения. Ушиб мягких тканей головы, квалифицируемые как причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни (л.д. 25-30, т.1); заключением судебно- медицинского эксперта за № от 03.03.2023 года ( л.д. 97-103, т.2), заключениями автотехнических судебных экспертиз - № от 23.03.2023 (л.д. 145-188, т.2) и № от 23.01.2023 ( л.д. 72-89, т. 2), подробно изложенными в приговоре.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, оценка исследованным судом первой инстанции доказательствам дана в соответствии с требованиями статей 17, 87, 88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности - достаточности для разрешения данного дела. В основу приговора положены доказательства, которые были непосредственно исследованы, проверены в ходе судебного разбирательства и обоснованно признаны допустимыми.

Судом были надлежащим образом оценены показания свидетелей, выявленные противоречия были устранены путем сопоставления их показаний между собой и с другими доказательствами, в связи с чем, суд справедливо сослался на приведенные в приговоре показания потерпевшего и свидетелей, обоснованно признав их достоверными.

Суд первой инстанции, установив фактические обстоятельства дела, правильно пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 и верно квалифицировал его действия по ч.1 ст. 264 УК РФ.

Оценка исследованных судом доказательств подтверждает выводы о виновности ФИО1, который, управляя автомобилем, нарушил требования пунктов Правил дорожного движения РФ, что повлекло по неосторожности причинение потерпевшему Потерпевший №1 телесных повреждений, повлекших тяжкий вред его здоровью.

Исходя из совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, суд обоснованно пришел к выводу о том, что наступившие последствия в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшему Потерпевший №1 находятся в прямой причинной связи с действиями осужденного ФИО1, который в нарушение требований пунктов 8.1, 8.5, 8.7. Правил дорожного движения РФ не принял мер для обеспечения безопасности движения.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судебное разбирательство проведено судом в пределах предъявленного осужденному обвинения, с соблюдением принципов состязательности сторон и презумпции невиновности, при этом сторонам обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей, при этом каких-либо ограничений прав участников уголовного судопроизводства допущено не было. Постановленный в отношении ФИО1 обвинительный приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, суд первой инстанции в соответствии со статьей 307 УПК РФ в приговоре подробно изложил описание преступного деяния, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины и последствий преступления, а также привел доказательства, на которых основаны изложенные в приговоре выводы суда. Приведенные в приговоре доказательства были непосредственно исследованы в ходе судебного разбирательства, и обоснованно признаны судом допустимыми.

Заявленные участниками процесса ходатайства были рассмотрены судом в установленном законом порядке, по результатам их рассмотрения приняты мотивированные решения.

При назначении ФИО1 наказания суд первой инстанции учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, конкретные обстоятельства дела, данные о его личности, смягчающие наказание обстоятельства, в качестве которых судом признаны в соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ совершение преступления впервые, что он ранее не судим, положительные характеристики по месту работы и жительства, на учетах у врача-нарколога и психиатра он не состоит.

Выводы суда о назначении вида и размера наказания, являются мотивированными и обоснованными. Назначенное осужденному наказание, по мнению суда апелляционной инстанции, представляется справедливым и соразмерным содеянному.

Доводы апелляционной жалобы о недоказанности виновности ФИО2 в совершении преступления, незаконности и необоснованности приговора, опровергаются совокупностью изложенных обстоятельств.

Как видно из материалов уголовного дела, нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом первой инстанции не допущено.

В ходе судебного заседания судом апелляционной инстанции к материалам дела приобщены по ходатайству адвоката Ульбашева М.М. копии адвокатского запроса и ответа на него из ГКУ КБР «<данные изъяты>» о том, что в июле 2022 года по автодороге <адрес> КБР были внесены изменения в проект организации дорожного движения, одно из которых, дословно из ответа «на участках км 6+810 и км 6+160 изменены дорожные знаки 5.15.1 «Направления движения по полосам» и горизонтальные дорожные разметки 1.18 в части запрещения движения прямо по крайней правой полосе».

Суд апелляционной инстанции находит, что эти изменения никак не могут повлиять на выводы суда о виновности ФИО2, поскольку им это преступление совершено в январе месяце 2022 года, а изложенные изменения внесены в проект организации дорожного движения в июле 2022 года.

Вместе с тем приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Как видно из материалов уголовного дела, ФИО1 в ходе предварительного следствия, оказывая материальную помощь в приобретении лекарственных препаратов для лечения потерпевшего Потерпевший №1, перевел ему на карточку 20000 рублей.

Суд апелляционной инстанции находит подлежащим удовлетворению заявленное прокурором Камбачоковой З.З. ходатайство о признании смягчающим наказание осужденного ФИО1 обстоятельством добровольное частичное возмещение им материального ущерба в этой части на основании пункта «к» части 1 статьи 61 УК РФ. Поскольку назначенное наказание ФИО1 суд апелляционной инстанции находит справедливым, оснований для его смягчения не имеется. В остальной части приговор подлежит оставлению без изменения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

приговор Чегемского районного суда КБР от 13 октября 2023 года в отношении ФИО1 изменить.

Признать смягчающим наказание осужденного ФИО1 обстоятельством добровольное частичное возмещение материального ущерба на сумму 20000 рублей на основании пункта «к» части 1 статьи 61 УК РФ.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного постановления.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационную жалобу, представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в апелляционном порядке в соответствии с требованиями гл.45.1 УПК РФ.

В случае пропуска шестимесячного срока на обжалование судебных решений в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение подается непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ.

При этом осужденный ФИО1 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья Т. Н. Багова