Решение № 2-363/2018 2-363/2018 ~ М-324/2018 М-324/2018 от 16 мая 2018 г. по делу № 2-363/2018

№ 2-363/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Усть-Вымский районный суд Республики Коми в составе:

председательствующего судьи Лисиенко А.Ю., при секретаре судебного заседания Пирязевой Т.А.,

с участием: помощника прокурора Усть-Вымского района Республики Коми Козлова Ю.В., истца ФИО1, представителя истца ФИО1 - ФИО2, представителя ответчика ООО «Жешартский ЛПК» ФИО3, действующего на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании в селе Айкино Усть-Вымского района Республики Коми 17 мая 2018 года гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Жешартский ЛПК» о признании приказа об увольнении от 22 февраля 2018 г. незаконным, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда в сумме 10000 рублей,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в Усть-Вымский районный суд Республики Коми с иском к ООО «Жешартский ЛПК» о признании приказа об увольнении от 22 февраля 2018 г. незаконным, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда в сумме 10000 рублей. В обоснование заявленных требований истец указала, что с 23 декабря 2011 г. работала в ООО «Жешартский ЛПК» в должности диспетчера транспортного цеха, с 16 февраля 2015 г. в должности старшего диспетчера транспортного цеха. 26 февраля 2018 г. уволена по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ в связи с сокращением штата работников, однако оснований для прекращения трудовых отношений не имелось, поскольку увольнение произведено без соблюдения установленного порядка в отсутствие мотивированного мнения профсоюзной организации, не учтено ее преимущественное право на оставление на работе, на ее иждивении находится несовершеннолетняя дочь, истец является единственным лицом, фактически осуществляющим родительские обязанности по воспитанию и развитию ребенка в возрасте до четырнадцати лет. Кроме того, указала, что фактического сокращения штата не было, поскольку на её место была принята ФИО4

В ходе рассмотрения иска по существу, истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 уточнили исковые требования, просили признать приказ об увольнении ФИО1 от 22 февраля 2018 г. незаконным, восстановить в должности старшего диспетчера транспортного цеха ООО «Жешартский ЛПК», взыскать среднемесячный заработок за период вынужденного прогула в сумме 51202,24 рублей, взыскать компенсацию морального вреда в сумме 20000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 уточненные исковые требования поддержали в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «Жешартский ЛПК» ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые и уточненные требования ФИО1 не признал, поддержав доводы и основания, изложенные в письменном отзыве, указав, что иск необоснован и удовлетворению не подлежит.

Заслушав истца ФИО1 и её представителя ФИО2, представителя ответчика ООО «Жешартский ЛПК» ФИО3, допрошенных свидетелей, мнение помощника прокурора Усть-Вымского района Республики Коми Козлова Ю.В., полагавшего в иске отказать в полном объеме, проверив и оценив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 22 Трудового кодекса РФ работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

Увольнение по указанному основанию допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Статья 179 Трудового кодекса РФ предусматривает, что при сокращении численности или штата работников преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией.

При равной производительности труда и квалификации предпочтение в оставлении на работе отдается: семейным - при наличии двух или более иждивенцев (нетрудоспособных членов семьи, находящихся на полном содержании работника или получающих от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию); лицам, в семье которых нет других работников с самостоятельным заработком; работникам, получившим в период работы у данного работодателя трудовое увечье или профессиональное заболевание; инвалидам Великой Отечественной войны и инвалидам боевых действий по защите Отечества; работникам, повышающим свою квалификацию по направлению работодателя без отрыва от работы.

В силу положений статьи 180 Трудового кодекса РФ при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с частью третьей статьи 81 настоящего Кодекса.

О предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации, сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» прекращение трудового договора на основании пункта 2 части 1 статьи 81 ТК РФ признается правомерным при условии, что сокращение численности или штата работников в действительности имело место. Обязанность доказать данное обстоятельство возлагается на ответчика.

Реализуя закрепленные Конституцией Российской Федерации (статья 34 часть 1; статья 35 часть 2) права, работодатель в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала), обеспечивая при этом в соответствии с требованиями статьи 37 Конституции Российской Федерации закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников.

Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации при условии соблюдения установленного порядка увольнения и гарантий, направленных против произвольного увольнения.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что на основании трудового договора N 1221 от 01 ноября 2014 г., истец ФИО1 принята на работу на должность диспетчера транспортного цеха ООО «Жешартский ЛПК» на неопределенный срок, переводом с ООО «Жешартский фанерный комбинат».

Соглашением к трудовому договору от 16 февраля 2015 г. истец переведена на должность старшего диспетчера транспортного цеха.

Приказом N 985 от 22 февраля 2018 г. истец уволена 26 февраля 2018 г. по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ в связи с сокращением штата работников организации.

Согласно штатному расписанию работников транспортного цеха ООО «Жешартский ЛПК» по состоянию на 11 декабря 2017 г., штат ответчика состоял из 88 штатных единиц работников транспортного цеха, включая 1 единицу старшего диспетчера, которую занимал истец.

Приказом N 786 от 20.12.2017 «Об изменении численности и штатного расписания» с 25 февраля 2018 г. из штатного расписания работников транспортного цеха исключена должность старший диспетчер с окладом 4935 руб.

В штатном расписании по состоянию на 28 февраля 2018 г. должность старшего диспетчера отсутствует.

В судебном заседании установлено, что сокращение штата работников транспортного цеха действительно имело место, осуществлено в целях оптимизации и повышения эффективности деятельности ООО «Жешартский ЛПК».

При таких обстоятельствах, суд полагает, что у ответчика имелись основания для увольнения истца ФИО1 с занимаемой должности.

Доводы истца о том, что на ее место была принята ФИО4, суд считает ошибочными и опровергнутыми представленными письменными доказательствами, а именно: договором оказания услуг № 19 от 01 марта 2018 г. и актами № 5 от 01 марта 2018 г. и от 02 апреля 2018 г. выполненных работ по договору подряда.

Проверяя соблюдение ответчиком установленной процедуры увольнения, судом установлено, что о предстоящем увольнении по сокращению численности штата истец ФИО1 была предупреждена 20 декабря 2017 г., то есть за два месяца до увольнения. Указанное обстоятельство подтверждается ее подписью в уведомлении и не оспаривалось в ходе судебного разбирательства.

20 декабря 2017 г. ответчиком направлено уведомление в ГУ РК «Центр занятости населения Усть-Вымского района» о том, что с 25 февраля 2018 г. планируется расторжение трудового договора со старшим диспетчером транспортного цеха ФИО1 на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

В связи с предстоящим сокращением численности работников и штата, ответчик 21 декабря 2017 г. направил запрос председателю Объединенной профсоюзной организации «Жешартский фанерный комбинат» о даче мотивированного мнения по вопросу увольнения истца.

Профсоюзная организация в ответ на данный запрос 28 декабря 2017 г. направила мотивированное мнение, из которого следует, что расторжение трудового договора со старшим диспетчером транспортного цеха ФИО1 правомерно, соответствует требованиям трудового законодательства, при этом обращено внимание на то, что ФИО1 обладает более высокой квалификацией по отношении к другим работникам, является матерью несовершеннолетнего ребенка, не достигшего возраста 14 лет.

Истцу в порядке трудоустройства предлагались вакансии, что подтверждается уведомлениями ООО «Жешартский ЛПК» от 15 февраля 2018 г., от 19 февраля 2018 г., от 20 февраля 2018 г., от 21 февраля 2018 г., от 22 февраля 2018 г.

Согласия на занятие какой-либо из предложенных должностей от истца не поступило, указанное обстоятельство истцом в судебном заседании не оспаривалось.

Проверяя соблюдение ответчиком требований ст. 179 Трудового кодекса РФ о преимущественном праве работника на оставлении на работе, суд пришел к выводу об отсутствии нарушений в данной части, поскольку в ходе организационно-штатных мероприятий сокращалась единственная штатная единица по должности старшего диспетчера транспортного цеха ООО «Жешартский ЛПК». Соответственно, у истца не возникло преимущественного права на оставление в должности.

Доводы истца ФИО1 о том, что увольнение произведено без учета гарантий предусмотренных ст. 261 Трудового кодекса РФ, поскольку она является одинокой матерью, одна воспитывает несовершеннолетнего ребенка после расторжения брака, отец ребенка участия в воспитании не принимает, добровольно ребенка не содержит, взысканные решением суда алименты не уплачивает, имеется задолженность по алиментам, семья признана малоимущей, суд не принимает во внимание, поскольку они основаны на неверном толковании истицей положений ст. 261 Трудового кодекса РФ.

Частью 4 статьи 261 Трудового кодекса РФ установлен запрет на расторжение трудового договора по инициативе работодателя с женщинами, имеющими детей в возрасте до трех лет, одинокими матерями, воспитывающими ребенка в возрасте до четырнадцати лет (ребенка-инвалида до восемнадцати лет), а также другими лицами, воспитывающими указанных детей без матери (за исключением увольнения по ограниченному числу оснований, непосредственно перечисленных в данной статье).

Официального определения понятия одинокой матери, равно как и лица, воспитывающего ребенка без матери, не содержится ни в Трудовом кодексе Российской Федерации, ни в иных федеральных законах.

Вместе с тем при предшествовавшем регулировании в области социальной защиты материнства и детства общепризнанным считалось понятие одинокой матери как не состоящей в браке, если в свидетельствах о рождении детей запись об отце ребенка отсутствует или эта запись произведена в установленном порядке по указанию матери (при сохранении права на получение установленных выплат в случае вступления одинокой матери в брак). При этом наравне с такими матерями соответствующие денежные выплаты назначались женщинам, не состоящим в браке, записанным в качестве матерей усыновленных ими детей, а в отдельные периоды - также вдовам и вдовцам, имеющим детей и не получающим на них пенсию по случаю потери кормильца или социальную пенсию (например, п. 3 Постановления Совета Министров СССР от 12 августа 1970 г. N 659 "Об утверждении Положения о порядке назначения и выплаты пособий беременным женщинам, многодетным и одиноким матерям" и п. 8 названного Положения, п. 4 Временного положения о порядке назначения и выплаты единовременного пособия при рождении ребенка, единого ежемесячного пособия на детей, государственного пособия одиноким матерям, утвержденного Постановлением Совета Министров СССР от 24 ноября 1990 г. N 1177, п. 41 Положения о порядке назначения и выплаты государственных пособий гражданам, имеющим детей, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 4 сентября 1995 г. N 883).

Тем самым указанные граждане признавались нуждающимися в повышенной социальной защите, поскольку являлись единственными родителями (усыновителями) детей, то есть единственными лицами, наделенными родительскими правами и несущими родительские обязанности по воспитанию своих детей (родных или усыновленных).

Исходя из рассматриваемых положений части четвертой ст. 261 Трудового кодекса РФ в целях повышения уровня социальной и правовой защиты и поддержания стабильности трудовых отношений поименованных в ней лиц с семейными обязанностями не допускается расторжение трудового договора по инициативе работодателя (за перечисленными в данной статье исключениями), наряду с работающими женщинами, имеющими детей в возрасте до трех лет, также с работниками, воспитывающими детей этого возраста без матери в указанных выше случаях, - вне зависимости от того, являются ли они единственными воспитателями таких детей, и, кроме того, с работниками, являющимися единственными воспитателями детей, в том числе родных или усыновленных, оставшихся без материнского и (или) отцовского попечения в соответствующих случаях, в возрасте старше трех лет, но не достигших четырнадцати лет (детей-инвалидов - восемнадцати лет).

Согласно п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 января 2014 г. за № 1 «О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних» следует, что при разрешении споров о незаконности увольнения без учета гарантии, предусмотренной частью четвертой статьи 261 ТК РФ, судам следует исходить из того, что к одиноким матерям по смыслу данной нормы может быть отнесена женщина, являющаяся единственным лицом, фактически осуществляющим родительские обязанности по воспитанию и развитию своих детей (родных или усыновленных) в соответствии с семейным и иным законодательством, то есть воспитывающая их без отца, в частности, в случаях, когда отец ребенка умер, лишен родительских прав, ограничен в родительских правах, признан безвестно отсутствующим, недееспособным (ограниченно дееспособным), по состоянию здоровья не может лично воспитывать и содержать ребенка, отбывает наказание в учреждениях, исполняющих наказание в виде лишения свободы, уклоняется от воспитания детей или от защиты их прав и интересов, в иных ситуациях.

Судом установлено, что истец ФИО5 является матерью несовершеннолетнего ребенка ФИО6, ................ года рождения, отцом несовершеннолетнего ребенка является ФИО7

Брак между истцом ФИО1 и ФИО7 расторгнут 21 ноября 2009 г.

Решением мирового судьи Жешартского судебного участка Усть-Вымского района Республики Коми с ФИО7 в пользу ФИО1 взысканы алименты на содержание несовершеннолетнего ребенка, ФИО6, ................ года рождения, в размере 1/6 части со всех видов заработка.

Согласно постановлению судебного пристава-исполнителя ОСП по Усть-Вымскому району Республики Коми от 09 февраля 2018 г. задолженность ФИО7 по алиментам составляет 139388,15 рублей.

Судом установлено, что ФИО7 работает в ООО «Газстроймеханизация», постановлением судебного пристава-исполнителя ОСП по Усть-Вымскому району Республики Коми от 09 февраля 2018 г. обращено взыскание на заработную плату и иные доходы должника.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО8 суду показал, что истец ФИО1 является его дочерью, имеет несовершеннолетнего ребенка, ее бывший муж ФИО7 материальной помощи на содержание ребенка не оказывает, имеет задолженность по алиментам.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО9 суду пояснила, что истец ФИО1 является ее подругой, имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка, на протяжении длительного времени, бывший муж, ФИО1 – ФИО7 материальной помощи на содержание ребенка не оказывает.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО10 суду показал, что он работает на ООО «Жешартский ЛПК», там же работала до увольнения ФИО1, у которой есть на иждивении несовершеннолетний ребенок, все коллеги по работе знают, что ФИО1 одна воспитывает несовершеннолетнего ребенка.

Оценив в совокупности свидетельские показания и представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что гарантии, предусмотренные частью четвертой статьи 261 Трудового кодекса РФ на истца не распространяются, поскольку по смыслу положений указанной нормы права ФИО1 не относится к категории одинокой матери.

Истцом не представлено каких-либо доказательств, достоверно и однозначно свидетельствующих, что она является единственным лицом, фактически осуществляющим родительские обязанности по воспитанию несовершеннолетнего ребенка.

Расторжение брака между родителями, их раздельное проживание, взыскание алиментов с отца ребенка не подтверждает обстоятельства, являющиеся основанием для отнесения истца к категории одинокой матери. Доказательств уклонения отца ребенка, не лишенного родительских прав от обязанностей по воспитанию и содержанию ребенка, на период решения вопроса об увольнении, истцом не представлено и материалы дела не содержат.

С учетом изложенного, суд считает, что истец ФИО1 уволена с занимаемой должности в соответствии с требованиями ст. ст. 81, 179, 180 Трудового кодекса РФ, о сокращении штата работников организации в установленном порядке истец уведомлена надлежаще и заранее, вакантные должности соответствующие и не соответствующие квалификации и опыту работы истца ответчиком предлагались, в отношении истца со стороны ответчика не допущена дискриминация в области труда, в связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований о восстановлении на работе не имеется.

Согласно ст. 394 Трудового кодекса РФ в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Поскольку увольнение истца ФИО1 произведено ответчиком ООО «Жешартский ЛПК» без нарушений действующего трудового законодательства РФ, суд считает правильным отказать во взыскании в пользу ФИО1 заработной платы за время вынужденного прогула в соответствии со ст. 234 Трудового кодекса РФ в сумме 51202,24 рублей.

Учитывая, что Трудовой Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

Таких нарушений со стороны ответчика, судом так же не установлено, соответственно, исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в сумме 20000 рублей, надлежит оставить без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 12, 56, 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Уточненные исковые требования ФИО1 к ООО «Жешартский ЛПК» о признании приказа об увольнении с 26 февраля 2018 г. с должности старшего диспетчера транспортного цеха незаконным и восстановлении в должности, о взыскании среднемесячного заработка за период вынужденного прогула в сумме 51202,24 рублей, о взыскании компенсации морального вреда в сумме 20000 рублей, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Коми через Усть-Вымский районный суд Республики Коми в месячный срок со дня изготовления мотивированного решения в окончательной форме.

.................

Судья - А.Ю. Лисиенко

................

................

................