Приговор № 10-1415/2026 от 28 апреля 2026 г.

Дело № Судья Христенко Р.А.

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ
ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

<адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Челябинский областной суд в составе председательствующего судьи Рослякова Е.С.,

судей Силиной О.В. и Набиуллина Р.Р.

при помощнике судьи Устюговой Н.Ю.,

с участием прокурора Шабурова В.И.,

осужденной ФИО1,

защитников – адвокатов Христового А.В., Акулича К.Н.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным представлению государственного обвинителя ФИО17, жалобам осужденной ФИО1, адвокатов ФИО16, ФИО20 и дополнениям к ним на приговор <адрес><адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданка <данные изъяты> несудимая;

осуждена по ч. 4 ст. 159 УК РФ к лишению свободы сроком на четыре года; по ч. 1 ст. 228.1 УК РФ к лишению свободы сроком на четыре года шесть месяцев, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на пять лет условно с испытательным сроком пять лет с возложением соответствующих обязанностей, предусмотренных ч. 5 ст.73 УК РФ;

постановлено меру пресечения до вступления приговора в законную силу в виде запрета определенных действий изменить на подписку о невыезде и надлежащем поведении, после вступления приговора в законную силу – отменить;

постановлено в случае отмены условного осуждения зачесть в срок отбывания наказания в виде лишения свободы время, на которое последняя была задержана с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы, время нахождения ее под домашним арестом с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, время запрета определенных действий с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ из расчета два дня нахождения под домашним арестом и запретом определенных действий за один день лишения свободы;

постановлено признать право на удовлетворение гражданского иска ФИО2 №1, передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Разрешена судьба вещественных доказательств и имущества, на которое наложен арест.

Доложив материалы уголовного дела, заслушав выступления прокурора ФИО15, предложившего приговор отменить по доводам апелляционного представления, осужденной ФИО5, адвокатов ФИО16, ФИО20, поддержавших доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

ФИО1 признана виновной и осуждена за сбыт наркотических средств каннабис - марихуана массой 4,18 г, совершенный ДД.ММ.ГГГГ; а также за мошенничество, то есть хищение имущества ФИО2 №1, ФИО6 (законного представителя ФИО60) путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в особо крупном размере не менее 1 866 666 рублей.

Преступления совершены в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель ФИО17 просит приговор в отношении ФИО1 отменить, постановить новый апелляционный приговор, признать ФИО1 виновной и назначить ей наказание по ч. 1 ст. 228.1 УК РФ в виде лишения свободы сроком на четыре года шесть месяцев, по ч. 4 ст. 159 УК РФ (установить ущерб в размере 2 800 000 рублей) к лишении свободы сроком на четыре года, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к лишению свободы сроком на пять лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, на основании ст. 82 УК РФ отсрочить отбывание наказания до достижения ребенком осужденной четырнадцатилетнего возраста.

Отмечает, что суд первой инстанции по ч. 4 ст. 159 УК РФ необоснованно уменьшил размер причиненного ущерба с 2 800 000 рублей до 1 866 666 рублей. Так, суд первой инстанции в описательно-мотивировочной части обжалуемого решения, пришел к выводу, что потерпевшим ФИО2 №1 и ФИО6 причинен ущерб в размере 1 866 666 рублей исходя из количества наследников, исключив из суммы ущерба долю, причитающуюся ребенку ФИО1 Вместе с тем органами предварительного расследования установлено, что ФИО1 распорядилась по своему усмотрению денежными средствами, полученными от реализации автомобиля, стоимостью не менее 2 800 000 рублей.

Полагает, что суд необоснованно с учетом тяжести и характера совершенных преступлений применил к ФИО1 положения ст. 73 УК РФ, а также возложил на осужденную обязанность не покидать место жительства в ночное время, которая никак не связана с обстоятельствами уголовного дела и личностью ФИО1

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 просит приговор отменить, оправдать ее по ч. 1 ст. 228.1 УК РФ, поскольку она никаких противоправных действий не совершила, к наркотическим средствам не прикасалась, а лишь сказала ФИО19 выбросить их за пределы дома, что последний из корыстных побуждений не выполнил.

В дополнении к апелляционной жалобе осужденная ФИО1 указывает, что после смерти ФИО4 не совершала мошенничество путем обмана или злоупотребление доверием для завладения автомобилем БМВ, право собственности, на который перешло к наследникам умершего. Не совершала никаких действий по завладению чужим имуществом, которые бы могли быть квалифицированы по ст. 159 УК РФ.

Указывает, что выводы суда о том, что она незаконно передала автомобиль ФИО4 в распоряжение автосалона ООО «<данные изъяты>», противоречат решению <адрес><адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому договор № № от ДД.ММ.ГГГГг. между ФИО1 и ООО <данные изъяты>» заключен не был. Следовательно, выводы суда о том, что она незаконно передала автомобиль ФИО4 в распоряжение автосалона ООО «<данные изъяты>» и таким образом произвела его отчуждение, подлежат исключению из обвинения.

Ссылаясь на Указание Банка №-№, отмечает, что данных об РКО № № от ДД.ММ.ГГГГ на листе № кассовой книги ООО «<данные изъяты>» и в его карточке счёта 50 «Касса» не отражено, следовательно, указанный кассовый ордер к учёту бухгалтерией ООО «<данные изъяты>» не принимался и в связи с этим не может быть признан документом первичного учёта, содержащим достоверные данные об отражённой в нём хозяйственной операции.

Кроме того, в качестве документа, подтверждающего личность получателя денежных средств по данному РКО, указаны данные паспорта ФИО4, который умер ДД.ММ.ГГГГ и не мог по этой причине ДД.ММ.ГГГГ предъявить паспорт кассиру ФИО67. В день смерти ФИО4 паспорт последнего забрали для оформления захоронения, а ДД.ММ.ГГГГ в отделе ЗАГС администрации <адрес> на основании паспорта ФИО4 была оформлена Запись Акта о смерти ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГг.

Также из показаний ФИО68., ФИО18, ФИО21 следует, что из кассы на руки ФИО1 получила наличными только 900 000 рублей, что указывает, по мнению автора жалобы, на фальсификацию РКО № № от ДД.ММ.ГГГГ и на то, что суд ошибочно признал установленным факт получения ею ДД.ММ.ГГГГ из кассы ООО «<данные изъяты>» 2 800 000 рублей.

Обращает внимание на то, что еще до возбуждения уголовного дела по факту причинения ФИО2 №1 материального ущерба на сумму не менее 2 800 000 рублей (ДД.ММ.ГГГГг.) потерпевшей признана ФИО63 ФИО69. (ДД.ММ.ГГГГг.). Кроме того, по уголовному делу по факту обмана сотрудников автосалона ООО «<данные изъяты>», которое было возбуждено ДД.ММ.ГГГГг., допрошена ДД.ММ.ГГГГг. в качестве потерпевшей ФИО2 №1, и удовлетворено ходатайство потерпевшей об отказе от заявления гражданского иска по делу, об ознакомлении с материалами уголовного дела по окончании предварительного следствия. Однако ФИО2 №1 к автосалону ООО «Серебряный <данные изъяты>» никакого отношения не имела и в порядке, установленном законом, потерпевшей по настоящему уголовному делу органом расследования не признавалась, следовательно, статус потерпевшей она не имеет. Также в приговоре не приведены показания ФИО63 JI.A. относительно причинения ей действиями ФИО1 материального ущерба.

Считает, что изложенные в приговоре тезисы о том, что ФИО1 путём обмана и злоупотребления доверием ФИО2 №1 сообщила последней о продаже спорного автомобиля ФИО4 до его смерти; что ФИО1 ввела в заблуждение ФИО2 №1 относительно возможности принять автомобиль ФИО4 в наследство, сообщив последней о долговых обязательствах и отсутствии наследственного имущества; что она обманула ФИО2 №1A., указывая о продаже автомобиля ее отцом до своей смерти; что ФИО2 №1, доверяя ей как гражданской жене её отца ФИО4, не подозревая о её преступных намерениях и возможности совершения каких-либо противоправных действий, сообщила ФИО1 о том, что принимать наследство ФИО4 не желает в связи с отсутствием имущества в собственности последнего; что реализация ею автомобиля «произошла вопреки воле иных наследников», не основаны на доказательствах и в силу закона являются недопустимыми. При таких обстоятельствах полагает, что она подлежит оправданию по преступлению, предусмотренному ч. 4 ст. 159 УК РФ, в связи с отсутствием события преступления.

Отмечает, что обнаруженное в помещении дома после смерти ФИО4 вещество растительного происхождения, принадлежавшее ФИО4, намеревалась утилизировать с помощью сотрудника полиции ФИО19, у нее не было умысла на распространение наркотических средств, ФИО19 наркотическое средство было передано для перевозки до мусорного контейнера без намерения наделить его полномочиями по владению и распоряжению ими. Утверждает, что обязанности составлять заявление, рапорт или объяснение из-за обнаружения наркотического средства у неё не было. При этом ФИО19 подтвердил, что решил сбыть наркотические средства позже, уже после того, как покинул ее дом. По мнению автора жалобы, ее вина в инкриминируемых преступлениях не установлена, судом допущены нарушения ст. 14 УПК РФ

В апелляционной жалобе адвокат ФИО20 просит приговор отменить, прекратить производство в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления.

Отмечает, что преступление, предусмотренное ст. 228.1 УК РФ, может быть совершено только с прямым умыслом. При этом в случаях, когда мотив и цель не является обязательным элементом состава преступления, именно через мотив и цель раскрывается умысел лица на совершение преступления.

Как верно установлено судом первой инстанции, ФИО1 передала ФИО19 обнаруженное в доме наркотическое средство в целях его уничтожения. То есть цель передачи наркотического средства не является противоправной в связи с чем в ее действиях формально содержится признаки запрещенного ст. 228.1 УК РФ деяния, но она не являются преступными, поскольку в действиях его подзащитной отсутствует состав преступления.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО61 просит приговор отменить, ФИО1 оправдать по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ, ч. 1 ст. 228.1 УК РФ.

Отмечает, что суд первой инстанции по ч. 1 ст. 228.1 УК РФ счел установленным, что осужденная совместно с ФИО19 упаковала, а затем безвозмездно передала ему наркотические средства, однако данные обстоятельства не нашли подтверждения, поскольку из показаний ФИО1 и ФИО19 следует, что последний самостоятельно высыпал наркотики в пакет, после чего стал держать его при себе.

Ссылается на то, что, поскольку суд первой инстанции в своих выводах признал излишним вменение ФИО1 приобретение и хранение обнаруженных наркотических средств, из объема обвинения подлежит исключению указание о непринятии осужденной мер, направленных на его добровольную сдачу и на оставление в первоначальном месте обнаружения, поскольку у нее не было установленной законом обязанности по сообщению правоохранительным органам сведений об обнаружении наркотического средства в ее жилище и не возникло обязанности по осуществлению добровольной выдачи наркотического средства.

Обращает внимание на то, что осужденная могла выбросить наркотические средства в мусорный бак или уничтожить (утилизировать) его иным образом без обращения в правоохранительные органы соответственно, она могла совершить эти действия при помощи другого лица, что также никоим образом не криминализировало ее действия.

Указывает, что суд не дал оценки доводам стороны защиты об отсутствии общественной опасности в действиях ФИО1 по причине отсутствия угрозы распространения наркотических средств в результате ее действий, не учел, что наркотические средства были фактически выданы ФИО19 как сотруднику полиции, а несоблюдение процедуры процессуального оформления обнаружения, изъятия и уничтожения наркотического средства не делают ее действия уголовно-наказуемыми.

Отмечает, что трактовка судом действии ФИО1 порождает парадоксальную ситуацию, при которой нахождение наркотических средств в доме осужденной при ее осознании данного обстоятельства не является преступным, а выдача наркотических средств действующему сотруднику полиции для утилизации образует тяжкое преступление.

Ссылается на то, что осужденная добросовестно заблуждалась относительно последующих намерений и действий ФИО19, предполагала, что он как сотрудник полиции будет действовать только по закону, а общественная опасность возникла от самовольных действий сотрудника полиции.

Отмечает, что суд первой инстанции не дал должной оценки доводам стороны защиты по ч. 4 ст. 159 УК РФ о переквалификации действий ФИО1 на самоуправство.

Обращает внимание на то, что установленный судом общий размер ущерба в сумме 1 866 666 рублей, причиненного потерпевшим ФИО2 №1 и ФИО6, не основан на законе, поскольку размер ущерба должен быть определен для каждого потерпевшего в отдельности, а исходя из установленной суммы никому из них не был причинен ущерб в особо крупном размере. Ссылается на то, что ФИО1 могла осознавать причинение ущерба каждому из потерпевших только в размере причитающихся им долей, что свидетельствует об отсутствии квалифицирующего признака причинения ущерба в особо крупном размере.

Полагает, что со стороны ФИО1 не было обмана потерпевшей ФИО2 №1 и злоупотребления ее доверием, поскольку ей сообщались правдивые сведений о наличии у умершего ФИО4 кредитных обязательств, в связи с чем ФИО2 №1 и приняла решение не вступать в наследство.

Отмечает, что якобы имевшее место введение ФИО2 №1 в заблуждение относительно возможности принятия автомобиля в наследство ничем не подтверждается, это не является способом хищения.

Обращает внимание на то, что ФИО1 рекомендовала ФИО2 №1 выяснить судьбу автомобиля, что подтверждается показаниями самой потерпевшей ФИО2 №1, свидетеля ФИО21, в связи с чем органами предварительного расследования действия в этой части вменены излишне и должны быть исключены из объема обвинения.

Ссылается на то, что ФИО1 не обманывала ни ФИО21, ни ФИО34 о наличии или отсутствии зарегистрированного брака с ФИО4, поскольку сведения о наличии брака не являлись юридически определяющим обстоятельством, позволяющим приобрести у ФИО1 автомобиль, в связи с чем не могут образовывать обман, посредством которого совершалось изъятие или отчуждение имущества. Отмечает, что сам ФИО21 сообщил суду, что они с ФИО1 не разговаривали по поводу наличия или отсутствия регистрации брака, в связи с чем этим действия явно вменены излишне и должны быть исключены из объема обвинения.

Кроме того, считает что действия по изготовлению и предоставлению поддельного договора купли-продажи ФИО21 вменены его подзащитной излишне и должны быть исключены из объема обвинения, поскольку договор изготовлен не с целью хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, а для того, чтобы у сотрудников ООО «<данные изъяты>» имелась возможность в последующем реализовать автомобиля третьим лицам. Отмечает, что для ФИО21 и самого общества «<данные изъяты>» была очевидна «дефектность» предоставленного договора, наличие в нем ложных сведений, а также, что самими работниками автосалона планировался обман покупателя относительно волеизъявления умершего ФИО4 о продаже автомобиля перед смертью, но эти действия выходили за рамки вмененного осужденной состава мошенничества. Отмечает, что отсутствуют доказательства того, что на основании указанного договора, право на автомобиль могло перейти или перешло к иному лицу и, в частности, к ООО «<данные изъяты>»; что в договоре в качестве цены была указана сумма, которую выдали ФИО1 на руки. Не доказан сам факт того, что по этому договору вообще можно было бы юридически лишить наследников права на автомобиль и наделить правом на него другое лицо. Ссылается на то, что ФИО1 добровольно отказалась от использования договора с поддельной подписью ФИО4 путем обращения к ФИО21 с просьбой об уничтожении договора, в связи с чем ее действия следует трактовать как отказ от преступного намерения.

Обращает внимание на то, что наследники первой очереди не только имели право на наследование имущества наследодателя, но и были обязаны исполнять обязательства умершего. Указывает на то, что ФИО1 хотела, чтобы право владения на автомобиль перешло к ООО «<данные изъяты>», так как кредитором умершего являлось юридическое лицо. Соответственно, умыслом ФИО1 могло охватываться только получение имущества реальной стоимостью 1 420 000 рублей, складывающейся из стоимости автомобиля за минусом долга ФИО4 перед автосалоном (2 800 000 - 1 380 000 рублей).

Кроме того наследником автомобиля являлся, в том числе малолетний сын ФИО5, в связи с чем последняя действовала в его интересах, то есть ФИО1 осознавала, что 1/3 от указанного имущества принадлежала ее сыну, и следовательно, целью и умыслом виновной могло охватываться только причинение ущерба в сумме 946 666 рублей (1 420 000 - 1/3), что не образует особо крупный размер.

Обращает внимание на то, что осужденная, в том числе несла расходы на погребение, которые обременяют наследство, в связи с чем размер похищенного нужно уменьшить на сумму этих затрат (414 032 рублей), что установлено решением <адрес><адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (т.11 л.д. 174-184), и сумму личных средств ФИО1, которые она вложила в приобретение автомобиля (510 000 рублей, т. 12 л.д. 111). В связи с чем правильным будет устанавливать размер ущерба как рыночную стоимость автомобиля за минусом долга ФИО4, затрат на погребение, доли ФИО1 в автомобиле и доли ее сына, что в итоге составит 330 645 рублей (2 800 000 рублей – 1 380 000 рублей – 414 032 рубля – 510 000 рублей- 1/3), в связи с чем в отношении каждого потерпевшего ущерб не будет достигать крупного размера.Кроме того, исходя из фактического владения автомобилем ФИО1 на день смерти ФИО4, наличия наследственных прав на автомобиль у малолетнего ФИО70., равных правам собственника, которые осуществляла ФИО1 как его законный представитель, а также наличия у ФИО1 личных требований по выделению доли в имуществе в размере вложенных в приобретение автомобиля средств, ею действия не являлись противоправными, так как автомобиль фактически для нее не являлся чужим имуществом. Ссылается на то, что осужденная передала автомобиль ООО «<данные изъяты>», осуществляя не только права малолетнего наследника ФИО3, который действительно являлся собственником всего автомобиля целиком как неделимой вещи, но и осуществляя свои права на долю в имуществе (автомобиле) умершего как лицо, которое несло расходы на погребение и финансово участвовало в приобретении автомобиля. Очевидно, что ФИО1 не был в полной мере соблюден порядок совершения таких действий, так как он требовал обращение в различные органы и истечения установленного законом срока, следовательно, суд первой инстанции не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы, что является основанием для признания приговора необоснованным.

В дополнениях к апелляционной жалобе адвокат ФИО61 полагает, что приговор подлежит отмене, так как является незаконным и необоснованным, ФИО1 подлежит оправданию. Обращает внимание на то, что по решению <адрес><адрес> от ДД.ММ.ГГГГ спорный автомобиль BMW 3301 ФИО1 в ООО «<данные изъяты>» не передан. Денежные средства в размере 2 800 000 рублей, полученные в качестве оплаты за автомобиль для ФИО1 являются неосновательным обогащением. Решением <адрес> от ДД.ММ.ГГГГг. установлено, что автомобиль не передан ФИО1 ООО «<данные изъяты>» на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась в ООО <данные изъяты>» с целью продажи автомобиля наследодателя ФИО4 через несколько дней после его смерти, при этом действовала от его имени в отсутствие каких-либо полномочий и документов, что позволяло в последующем считать сделку не состоявшейся. Наследственное имущество в виде автомобиля BMW имеется в натуре, не отчуждено в пользу третьих лиц. По смыслу уголовно-процессуального закона обстоятельства, установленные вступившим в силу решением суда в рамках гражданского судопроизводства, должны признаваться судом без дополнительной проверки.

В уголовном судопроизводстве результатом межотраслевой преюдиции может быть принятие судом данных только о наличии либо об отсутствии какого-либо деяния или события, установленного в порядке гражданского судопроизводства, но не его квалификация как противоправного, которая с точки зрения уголовного закона имеет место только в судопроизводстве по уголовному делу.

Считает, что выводы суда являются необоснованными о том, что ФИО1, обманув ФИО2 №1A. и злоупотребив ее доверием, незаконно передала автомобиль ФИО4 в распоряжение автосалона ООО «<данные изъяты>», лишив возможности наследников ФИО4 - ФИО2 №1A. и малолетнего ФИО6 принять в наследство, установленным судебными решениями в рамках гражданского судопроизводства непередачи осужденной спорного автомобиля автосалону и его наличия в наследственной массе.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель ФИО17 просит их оставить без удовлетворении.

В возражении на апелляционные жалобы осужденной ФИО1 и адвоката ФИО16 потерпевшая ФИО2 №1 указывает, что правомерно является потерпевшей по уголовному делу, так как ФИО1 без ее ведома реализовала в автосалоне автомобиль, принадлежащий ее отцу, тем самым нарушив ее права как наследника, а также права несовершеннолетнего сына наследодателя.

Считает, что указанные действия ФИО1 фактически лишили наследников возможности своевременно реализовать свои наследственные права. То обстоятельство, что впоследствии автомобиль был включен в наследственную массу, связано лишь с тем, что автосалон не успел реализовать автомобиль.

Обращает внимание на то, что на момент совершения инкриминируемых действий ФИО1 занимала должность заместителя прокурора, что предполагает осведомленность о правовых последствиях совершаемых действий.

Отмечает, что действиями ФИО1 ей причинен моральный вред и материальный ущерб. Ранее заявленные исковые требования поддерживает в полном объеме.

В суде апелляционной инстанции ДД.ММ.ГГГГ адвокат ФИО62 указал, что из переписки, обнаруженной в телефонах ФИО27 и ФИО26, следует, что помещенное ими в тайники наркотическое средство не имеет отношения к веществу, которое ФИО19 забрал из дома ФИО1

В кассационной жалобе осужденная ФИО1 указывала, что не приобретала и не хранила наркотические средства, обнаруженные в хозяйственном помещении своего дома после смерти ФИО4 Отмечает, что совместные действия с ФИО19 были направлены на утилизацию наркотических средств, а не на его распространение. Заявляет о том, что не должна нести ответственность за несоблюдение сотрудником полиции ФИО19 требований нормативных актов и установленного порядка их выдачи. Утверждает, что общественная опасность возникла исключительно от действий ФИО19 Обращает внимание, что распространение наркотических средств совершалось ФИО19 не в рамках совместных действий с ней, а им самостоятельно.

В суде апелляционной инстанции прокурор в полном объеме поддержал апелляционное представление, адвокаты и осужденная просили ФИО1 оправдать, удовлетворив доводы жалоб.

Проверив материалы уголовного дела, заслушав мнения участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб и дополнения, апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 389.19 УПК РФ, при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан с доводами апелляционных жалоб, представления и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.

На основании п. 2 ст. 389.15 УПК РФ основанием отмены судебного решения в апелляционном порядке является существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, постановленным в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основанным на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 73 и п. 1 ст. 307 УПК РФ обвинительный приговор должен содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Согласно ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть приговора должна содержать доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства. В описательно-мотивировочной части приговора подлежат юридической оценке фактические обстоятельства, указанные при описании преступного деяния, при этом выводы суда о квалификации преступления должны быть основаны на правильном применении уголовного закона и соответствовать установленным по делу фактическим обстоятельствам.

Постановленный в отношении ФИО1 приговор данным требованиям закона не отвечает.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ в результате рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке суд вправе принять решение об отмене обвинительного приговора и о вынесении обвинительного приговора.

Согласно статье 389.23 УПК РФ в случае, если допущенное судом нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, суд апелляционной инстанции устраняет данное нарушение, отменяет приговор, определение, постановление суда первой инстанции и выносит новое судебное решение.

Суд первой инстанции признал ФИО1 виновной в хищении чужого имущества, совершенное с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, путем обмана и злоупотребления доверием, похитила автомобиль ФИО4, чем причинила его наследникам ФИО2 №1 и несовершеннолетнему ФИО6 (законный представитель ФИО60) ущерб в особо крупном размере не менее 1 866 666 рублей, квалифицировал её действия по ч. 4 ст. 159 УК РФ, однако не учел следующие.

По смыслу закона и разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», действия виновного могут быть квалифицированы как мошенничество только в том случае, если обман и (или) злоупотребление доверием непосредственно использовались для завладения чужим имуществом. При решении вопроса о виновности лиц в совершении мошенничества, присвоения или растраты суды должны иметь в виду, что обязательным признаком хищения является наличие у лица корыстной цели, то есть стремления изъять и (или) обратить чужое имущество в свою пользу либо распорядиться указанным имуществом как своим собственным, в том числе путем передачи его в обладание других лиц, круг которых не ограничен.

От хищения следует отличать случаи, когда лицо, изымая и (или) обращая в свою пользу или пользу других лиц чужое имущество, действовало в целях осуществления своего действительного или предполагаемого права на это имущество (например, если лицо обратило в свою пользу вверенное ему имущество в целях обеспечения долгового обязательства, не исполненного собственником имущества). При наличии оснований, предусмотренных статьей 330 УК РФ, в указанных случаях содеянное образует состав самоуправства.

Приведенная в приговоре квалификация действий осужденной ФИО1 не основана на правильном применении уголовного закона, противоречит фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, исследованным доказательствам, основана на неправильном применении уголовного закона, в связи с чем признать приговор законным и обоснованным нельзя.

Установив приведенные в приговоре обстоятельства, суд первой инстанции дал им неправильную правовую оценку, что повлекло неверную квалификацию действий ФИО1 по ч. 4 ст. 159 УК РФ, поскольку вывод суда о совершении осужденной мошенничества не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со ст. 389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

Таким образом, судом допущены существенные нарушения закона, устранить которые путем внесения изменений в приговор не представляется возможным, в связи с этим приговор подлежит отмене в полном объеме, в том числе по ст. 228.1 УК РФ. Допущенные судом первой инстанции нарушения устранимы в суде апелляционной инстанции. В соответствии со ст. 389.23 УПК РФ, отменяя приговор, суд апелляционной инстанции считает необходимым постановить новый приговор по существу предъявленного ФИО1 обвинения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции установлено, что ФИО1 совершила сбыт наркотических средств каннабис (марихуана) массой 4,18 г, а также самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом порядку совершение действий, правомерность которых оспаривается гражданином, которыми причинен существенный вред.

Преступления совершены ФИО1 при следующих обстоятельствах.

В период с 06 до 21 часов ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, находясь в хозяйственном помещении на первом этаже <адрес> по ул. ФИО10 в <адрес>, обнаружила наркотические средства - каннабис (марихуану) массой в высушенном виде не менее 4,18 г.

При этом ФИО1, состоящая в должности <данные изъяты><адрес>, обладающая обширными знаниями в области уголовно-правового законодательства Российской Федерации, неоднократно утверждавшая <данные изъяты> связанным с незаконным оборотом наркотических средств, достоверно знала о возможности и порядке добровольной сдачи обнаруженного ею наркотические средства сотрудникам правоохранительных органов.

Вместе с тем, у ФИО1, находившейся в указанное время в указанном месте, возник преступный умысел, направленный на незаконный сбыт обнаруженного ею каннабиса (марихуаны) массой в высушенном виде не менее 4,18 г, отнесенного к наркотическим средствам.

Реализуя возникший преступный умысел, направленный на незаконный сбыт наркотических средств – каннабиса (марихуаны), ФИО1, действуя умышленно, находясь в период с 06 до 21 часов ДД.ММ.ГГГГ в хозяйственном помещении на первом этаже <адрес> по ул. ФИО10 в <адрес>, не предприняла мер, направленных на добровольную сдачу обнаруженных наркотических средств - каннабиса (марихуаны) массой в высушенном виде не менее 4,18 г сотрудникам правоохранительных органов и оставила указанные наркотические средства в первоначальном месте их обнаружения, с целью незаконного сбыта.

Далее, находясь в период с 11 часов 50 минут до 21 часов ДД.ММ.ГГГГ в жилой части <адрес> по ул. ФИО10 в <адрес>, ФИО1, действуя умышленно, продолжая реализацию своего преступного умысла, желая избежать нахождения наркотических средств в помещении указанного дома, с целью незаконного сбыта наркотических средств ранее ей знакомому ФИО19, пригласила последнего в хозяйственное помещение на первом этаже указанного дома, где она ранее обнаружила наркотические средства - каннабис (марихуану). ФИО19 совместно с ФИО1 проследовал в хозяйственное помещение указанного дома.

После этого, находясь в указанное время в хозяйственном помещении на первом этаже <адрес> по ул.ФИО10 в <адрес>, ФИО1, действуя умышленно, с целью реализации своего преступного умысла, направленного на незаконный сбыт наркотических средств, продемонстрировала ФИО19 наркотические средства – каннабис (марихуану) массой в высушенном виде не менее 4,18 г, приискала полимерный пакет, в который совместно с ФИО19 упаковала данные наркотические средства, после чего безвозмездно передала ФИО19 наркотические средства - каннабис (марихуану) массой в высушенном виде не менее 4,18 г., упакованное в полимерный пакет, пояснив при этом последнему о своем желании, чтобы он выбросил наркотические средства.

Далее, в период времени с 11 часов 50 минут до 21 часов ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 совместно с ФИО19 проследовали из хозяйственного помещения на первом этаже <адрес> по ул. ФИО10 в <адрес> в жилую часть указанного дома, где ФИО1, действуя умышленно, осознавая, что от незаконно переданные ей ФИО19 наркотические средства – каннабиса (марихуаны), упакованные в полимерный пакет, исходит характерный запах наркотических средств, в целях конспирации своих преступных действий от находившейся в помещении указанного дома ФИО2 №1, приискала в помещении дома ещё один полимерный пакет, в который дополнительно упаковала ранее переданный ей ФИО19 полимерный пакет с указанными наркотическими средствами, завязав горловину пакета на узел, после чего вновь незаконно передала ФИО19 наркотические средства - каннабис (марихуану) массой в высушенном виде не менее 4,18 г, упакованное в два полимерных пакета.

Таким образом, находясь в указанное время в указанном месте, ФИО1, действуя умышленно, совершила незаконный сбыт наркотических средств - каннабиса (марихуаны) массой в высушенном виде не менее 4,18 г, безвозмездно передав их ФИО19, последний в свою очередь из корыстных побуждений в последующем передал ФИО26, ФИО27, для незаконного сбыта.

Согласно справке об исследовании № от ДД.ММ.ГГГГ, представленные на исследование растительные вещества в пакетах-гриппер, изъятые в ходе проведения ДД.ММ.ГГГГ осмотра места происшествия в подъезде № <адрес> в <адрес> являются каннабисом (марихуаной). Расчетная масса каннабиса (марихуаны) в высушенном виде составляет 2,17 г (№1) и 2,01 г (№2). В ходе исследования израсходованы вещества массами по 0,02 г.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, представленное на исследование растительное вещество в двух пакетах-гриппер, изъятых в ходе проведения ДД.ММ.ГГГГ осмотра места происшествия в подъезде № <адрес> в <адрес>, является наркотическим средством – каннабисом (марихуаной). В ходе исследования израсходованы растительные вещества массами по 0,50 г.

Согласно заключениям экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ масса представленного на исследование растительного вещества в пакетах-гриппер, изъятых в ходе проведения ДД.ММ.ГГГГ осмотра места происшествия в подъезде № <адрес> в <адрес>, составляет 1,65 г и 1,49 г.

Таким образом, общая масса в высушенном виде каннабиса (марихуаны), изъятого в ходе проведения ДД.ММ.ГГГГ осмотра места происшествия в подъезде № <адрес> в <адрес>, составила 4,18 г.

На основании Списка 1 Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации, утвержденного Постановлением Правительства РФ № от ДД.ММ.ГГГГ (с последующими изменениями и дополнениями) – каннабис (мариухана), отнесен к наркотическим средствам.

Кроме того, ФИО4, проживавший без регистрации брака с ФИО1 и их малолетним ребенком ФИО3, на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ приобрел за 3 201 000 рублей автомобиль BMW 330i VIN номер: №, белого цвета, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска (далее – автомобиль, автомобиль BMW, автомобиль ФИО4), при этом у ФИО4 имелась задолженность в размере 1 380 000 рублей перед автосалоном ООО «<данные изъяты>» ИНН № по рассрочке, оформленной договором купли-продажи автомобиля № № от ДД.ММ.ГГГГ за ранее находившийся в его собственности автомобиль ТОЙОТА ЛАНД КРУЗЕР 200 VIN номер: №, черного цвета, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска (далее – автомобиль ТОЙОТА ЛАНД КРУЗЕР 200, автомобиль ТОЙОТА).

В период времени с 06 часов до 11 часов 35 минут ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обнаружила труп ФИО4 в помещении <адрес> по ул. ФИО10 в <адрес>, в связи с чем в этот же день, после смерти ФИО4, отрылось наследство.

В соответствии со ст. 1141 ГК РФ наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной ст.ст. 1142 - 1145 и 1148 ГК РФ. Наследники каждой последующей очереди наследуют, если нет наследников предшествующих очередей, то есть если наследники предшествующих очередей отсутствуют, либо никто из них не имеет права наследовать, либо все они отстранены от наследования (ст. 1117 ГК РФ), либо лишены наследства (п. 1 ст. 1119 ГК РФ), либо никто из них не принял наследства, либо все они отказались от наследства. Наследники одной очереди наследуют в равных долях, за исключением наследников, наследующих по праву представления (ст. 1146 ГК РФ).

В соответствии со ст. 1142 ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя. Внуки наследодателя и их потомки наследуют по праву представления.

В соответствии со ст. 1152 ГК РФ, для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось. При призвании наследника к наследованию одновременно по нескольким основаниям (по завещанию и по закону или в порядке наследственной трансмиссии и в результате открытия наследства и тому подобное) наследник может принять наследство, причитающееся ему по одному из этих оснований, по нескольким из них или по всем основаниям. Не допускается принятие наследства под условием или с оговорками. Принятие наследства одним или несколькими наследниками не означает принятия наследства остальными наследниками. Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

В соответствии со ст. 1153 ГК РФ принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство. Если заявление наследника передается нотариусу другим лицом или пересылается по почте, подпись наследника на заявлении должна быть засвидетельствована нотариусом, должностным лицом, уполномоченным совершать нотариальные действия (п. 7 ст. 1125 ГК РФ), или лицом, уполномоченным удостоверять завещания в соответствии с п. 1 ст. 1127 ГК РФ. Принятие наследства через представителя возможно, если в доверенности специально предусмотрено полномочие на принятие наследства. Для принятия наследства законным представителем доверенность не требуется. Признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

В соответствии со ст. 1154 ГК РФ наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Таким образом, после смерти ФИО4 принять наследство последнего, в том числе вышеуказанный автомобиль BMW, имели право наследники первой очереди, в том числе его дети: ФИО2 №1, ДД.ММ.ГГГГ рождения; ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения (через законного представителя – ФИО1), путем подачи по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство, в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

После обнаружения трупа ФИО4 у ФИО1 возник преступный умысел на самовольное, вопреки установленному ГК РФ порядку совершения действий по принятию наследства, обращение в свою пользу чужого имущества в виде доли в денежном выражении, причитавшейся наследникам ФИО4, составляющей разницу между стоимостью автомобиля BMW и задолженностью ФИО4 перед автосалоном ООО «<данные изъяты>», и причинения тем самым существенного вреда наследникам умершего (кроме ФИО3), при этом ФИО1 исходила из того, что она в силу фактических брачных отношений с ФИО4 и как мать его наследника будет действовать в целях осуществления своего предполагаемого и действительного права на спорный автомобиль.

Далее ФИО1, реализуя вышеуказанный преступный умысел на самоуправство, обратилась к ФИО21 с просьбой переместить автомобиль BMW от <адрес> по ул. ФИО10 в <адрес> на территорию одного из автосалонов группы компаний «<данные изъяты>», расположенного на территории <адрес>, а также рассмотреть вопрос об отчуждении данного автомобиля в один из автосалонов группы компаний «<данные изъяты>», получении за него наличных денежных средств, погашении имевшейся у ФИО4 задолженности в размере 1 380 000 рублей перед автосалоном ООО «<данные изъяты>» за автомобиль ТОЙОТА ЛАНД КРУЗЕР 200, а также погашении имевшейся у нее задолженности в размере 520 000 рублей перед автосалоном ООО «<данные изъяты>» ИНН № по рассрочке, оформленной договором купли-продажи № № от ДД.ММ.ГГГГ за находившийся в ее собственности автомобиль KIA QLE (SPORTAGE) VIN номер: №, цвета черный перламутр, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска (далее – автомобиль KIA SPORTAGE, автомобиль КIА, автомобиль ФИО1).

ФИО21, считая, что ФИО1 и ФИО4 состояли в законном браке, желая оказать содействие супруге своего покойного товарища, согласился выполнить указанную просьбу и в период с 06 часов до 14 часов 06 минут ДД.ММ.ГГГГ переместил автомобиль ФИО4 от <адрес> по ул. ФИО10 в <адрес> на территорию автосалона «<данные изъяты>», по адресу: <адрес>, а также в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ согласовал c ФИО34, являющимся учредителем и бенефициаром юридических лиц ООО «<данные изъяты>» ИНН №, ООО «<данные изъяты>» ИНН № ООО «<данные изъяты>» ИНН №, вопросы принятия от ФИО1 автомобиля ФИО4 в пользу ООО «<данные изъяты>» ИНН № выдачи указанной организацией ФИО1 денежных средств за автомобиль в размере 2 800 000 рублей и одновременного погашения за счет указанной суммы задолженностей, имевшихся у ФИО4 и ФИО1 в размере, соответственно, 1 380 000 рублей и 520 000 рублей.

В период с 11 часов 50 минут до 21 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ в помещении <адрес> по ул. ФИО10 в <адрес> ФИО1 умышленно, с целью совершения самоуправства, сообщила ФИО2 №1 недостоверную информацию о том, что автомобиль ФИО4 продан им еще до его смерти, в связи с чем ФИО2 №1, не подозревая о преступных намерениях ФИО1, сообщила последней о том, что принимать наследство ФИО4 не желает в связи с отсутствием имущества в собственности умершего.

После этого ФИО1, находясь в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на территории <адрес>, продолжая реализацию своего преступного умысла на самоуправство, в ходе телефонных разговоров и личных встреч с ФИО22 сообщила последнему, что иные наследники ФИО4, в том числе ФИО2 №1, не будут принимать наследство ФИО4, и согласовала с ФИО22 возможность отчуждения автомобиля ФИО4 в пользу ООО <данные изъяты>» ИНН №, получения за данный автомобиль денежных средств в размере 2 800 000 рублей, часть из которых пойдет на погашение задолженности ФИО4 и ФИО1

Кроме того, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в целях совершения самоуправства в ходе телефонных разговоров и личных встреч с ФИО22 сообщила последнему, что выполнит подпись от имени ФИО4 в предоставленном ФИО22 договоре купли-продажи транспортного средства на автомобиль ФИО4, датированном ДД.ММ.ГГГГ г., то есть до даты смерти последнего, в котором будут отсутствовать сведения о покупателе, а затем передаст данный договор ФИО21 в целях предоставления сотрудникам ООО «<данные изъяты>» ИНН №.

Продолжая реализацию своего преступного умысла, ФИО1 в период с 16 часов до 24 часов ДД.ММ.ГГГГ в помещении <адрес> по ул. ФИО10 в <адрес> обратилась к ранее знакомой ФИО23, неосведомленной о ее преступных намерениях, с просьбой выполнить за ФИО4 его подпись в договоре купли-продажи транспортного средства на автомобиль, на что ФИО23, введенная в заблуждение о действительных намерениях ФИО1, согласилась. После этого ФИО23, находясь в указанное время в указанном месте выполнила от имени ФИО4 подпись в предоставленном ФИО22 договоре купли-продажи транспортного средства на автомобиль ФИО4, датированном ДД.ММ.ГГГГ г., то есть до даты смерти последнего, в котором отсутствовали сведения о покупателе автомобиля. После чего ФИО1 передала ФИО21 договор купли-продажи транспортного средства на автомобиль ФИО4 с подписью, выполненной за последнего ФИО23

После этого ФИО1, продолжая реализацию своего преступного умысла, в период с 09 часов до 21 часа ДД.ММ.ГГГГ прибыла в кассу автосалона ООО «<данные изъяты>» ИНН №, расположенного по адресу: <адрес>, где на основании расходно-кассового ордера ООО «<данные изъяты>» ИНН № № № от ДД.ММ.ГГГГ получила за автомобиль ФИО4 денежные средства на общую сумму 2 800 000 рублей.

За счет указанных денежных средств ФИО1 произвела погашение имевшейся у ФИО4 задолженности в размере 1 380 000 рублей перед автосалоном ООО «<данные изъяты>» ИНН № по рассрочке, оформленной договором купли-продажи автомобиля № № от ДД.ММ.ГГГГ за ранее находившийся в его собственности автомобиль ТОЙОТА ЛАНД КРУЗЕР 200, а оставшейся суммой (1 420 000 рублей) распорядилась по своею усмотрению, действуя, в том числе, как законный представитель ФИО3, погасила свою задолженность в размере 520 000 рублей перед автосалоном ООО «<данные изъяты>» ИНН № по рассрочке, оформленной договором купли-продажи № № от ДД.ММ.ГГГГ за находившийся в ее собственности автомобиль KIA SPORTAGE, а также получила на руки наличные денежные средства в размере 900 000 рублей, о наличии которых не уведомила ФИО2 №1 как наследника ФИО4, тогда как правомерность всех вышеописанных самовольных действий ФИО1 оспаривается потерпевшей ФИО2 №1

Таким образом, своими самоуправными преступными действиями ФИО1 причинила ФИО2 №1 существенный вред в виде материального ущерба на сумму 710 000 рублей (2 800 000 рублей – 1 380 000 рублей – ? доля ФИО3 = 710 000 рублей).

В суде апелляционной инстанции ФИО1 вину по предъявленному обвинению не признает в полном объеме, просит ее оправдать.

В суде первой инстанции ФИО1 вину по предъявленному обвинению признала только в части самоуправства, в остальной части вину не признала, и показала следующее. Во время поисков медалей ФИО4 она и ФИО19 заходили в хозяйственный блок, где обнаружили растительные вещества. Так как ФИО19 являлся оперуполномоченным ОКОН, он сказал ей, что это «<данные изъяты>» наркотические средства, которые остались от ФИО4 Она попросила ФИО19 забрать и уничтожить растительные вещества. Он сложил в пакет и вынес их из дома, второго пакета она ему не передавала.

Так, из показаний ФИО1, данных в ходе предварительного расследования, оглашенных в порядке ст.276 УПК РФ, следует, что она с ДД.ММ.ГГГГ г. проживала с ФИО4 без регистрации брака, у них имеется совместный ребенок ФИО3. В период совместного ведения хозяйства с ФИО4 она неоднократно давала последнему деньги на приобретение автомобилей, всего на общую сумму 510 000 рублей, в ДД.ММ.ГГГГ г. ФИО4 приобрел очередной автомобиль BMW, при этом у него был долг перед автосалоном в размере 1 380 000 рублей за предыдущий автомобиль, у нее также был автомобиль КIA, приобретенный в рассрочку.

Так как ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 умер, она сообщила об этом ФИО19 - зятю ФИО4, ФИО21 - заместителю ФИО4 по работе. В тот же день ФИО21 с ее согласия перегнал автомобиль BMW на стоянку в автосалон «<данные изъяты>», чтобы ФИО2 №1 - дочь ФИО4 не забрала автомобиль, так как у ФИО4 была вышеуказанная задолженность. Когда приехали супруги ФИО63, тогда состоялся разговор о наследстве, до ФИО2 №1 было доведено, что машина ФИО4 находится в автосалоне, так как была им продана, и что у ФИО4 остались долги.

Также они с ФИО22 договорилась, что автосалон заберет автомобиль ФИО4 за 2 800 000 рублей в счет его долга, с разницы она погасит свою задолженность за автомобиль, оставшуюся сумму получит на руки. Для этого понадобился фиктивный договор купли-продажи автомобиля ФИО4, который ей предоставил ФИО21 Договор по ее просьбе от имени ФИО4 подписала соседка ФИО23 В последующем данный договор по ее просьбе был уничтожен ФИО22

ДД.ММ.ГГГГ она приехала в автосалон, где подписала документы, погасила свой долг на сумму 520 000 рублей, на руки ей было выдано 900 000 рублей.

Не считает себя виновной в мошенничестве и причинении ущерба в размере 2 800 000 рублей, так как распорядилась автомобилем в силу фактических брачных отношений с ФИО4 и как мать его наследника, при этом погасила долг ФИО4 в размере 1 380 000 рублей и понесла затраты на его похороны

При этом сообщила, что она не передавала наркотические средства ФИО19, считает, что он её оговаривает, с целью облегчить свое положение, изобличив иное лицо в совершении преступления. (том № 8 л.д. 55-66, 104-121).

Так, из показаний ФИО1, данных в качестве обвиняемой, следует, что примерно в послеобеденное время приехали ФИО63, они пошли искать медали ФИО4, в том числе зашли в хозблок – помещение, расположенное в гараже дома. В период поисков она обнаружила в шкафу, стоящем вдоль стены слева от входа на полке два подноса из фольги, на котором лежали части растений. ФИО19 увидел их, сказал ей, что это «бошки» - наркотического средства-марихуана. Она попросила забрать эти наркотические средства и выбросить, он согласился. Она дала ему черный пакет, в который он поместил наркотическое средство и со своей семьей ушел из ее дома.(том 8 л.д. 89-94).

В ходе очной ставки между ФИО19 и ФИО1 последняя сообщила, что после смерти ФИО4, когда искала его паспорт и медали, нашла наркотические средства, принадлежащие сожителю. Когда приехал ФИО19, она попросила выкинуть вещи ФИО4 Они вдвоем спустились в хозяйственный блок, где стоял шкаф, который она открыла и на двух полках стояли подносы с наркотическими средствами. После чего она сказала ФИО19 забрать из дома наркотические средства и выкинуть. В дальнейшем ФИО19 вынес пакет из ее дома с наркотическими средствами (том № 8 л.д. 76-80).

Между тем, несмотря на позицию ФИО1, её виновность в совершении сбыта наркотических средств и самоуправстве подтверждается исследованными доказательствами: показаниями потерпевшей и свидетелей, а также письменными доказательствами по делу.

Так, согласно протоколу судебного заседания суда первой инстанции и прослушанной аудиозаписи следует, что ФИО19 сообщил суду, что ФИО1, является сожительницей его тестя ФИО4, неприязненных взаимоотношений между ними не имеется. До задержания он являлся сотрудником – оперуполномоченным ОКОН. ДД.ММ.ГГГГ ему позвонила ФИО1 и сообщила о смерти ФИО4 Они с супругой ФИО2 №1 поехали к ним в дом по ул.ФИО10, <адрес>, обсуждали похороны. Через какое-то время он отлучался с сыном, затем вернулся в дом к ФИО1 Далее, ФИО1 сказала, что необходимо выбросить наркотические средства – марихуану, которые остались от ФИО4, они сложили их в пакет. ФИО1 знала, что это наркотические средства, определив по запаху. В гараже она передала ему пакет, присутствовал специфический запах. Пакет ФИО1 передала без присутствия ФИО2 №1, при этом уже в коридоре дома также вновь попросила выкинуть наркотические средства, при этом ФИО1 дала еще один пакет, поместив сама содержимое еще в одну упаковку. Забрав пакет, он решил его не выбрасывать, а использовать содержимое в корыстных целях, передав наркотические средства ФИО26 для дальнейшей реализации. Считает, что ФИО1, передав ему наркотические средства, фактически произвела сбыт наркотических средств. При обнаружении наркотического средства не сообщил в полицию, поскольку вещество обнаружено не в его жилище, он просто согласился помочь ФИО1

В ходе очной ставки ФИО19 подтвердил свои показания, изобличив ФИО1 в передаче наркотического средства (том № 8 л.д. 76-80).

Так, из показаний ФИО2 №1, данных ею в суде первой инстанции следует, что ФИО4 являлся ее отцом. Около семи лет он сожительствовал с ФИО1, имеют совместного ребенка. В ДД.ММ.ГГГГ г. ей стало известно от ФИО1 о смерти ее отца. Ближе к обеду они с мужем и маленьким ребенком приехали в дом ФИО1, вели разговор о похоронах отца, в дом приезжали и другие лица. Потом ФИО19 уехал с малолетним ребенком на автомобиле. ФИО1 искала медали и форму отца, чтобы передать в похоронное агентство. Спустя два часа вернулся ФИО19 В доме остались она, ФИО1, ФИО19, малолетний ребенок. Около 16 часов она сказала супругу, что необходимо ехать домой. ФИО1 сказала ее супругу ФИО19, чтобы он помог собрать вещи, они ушли в хозяйственный блок дома. Она в это время осталась в гостиной. ФИО1 и ФИО19 отсутствовали около 10 минут. Она в коридоре дома собирала ребенка. В этот момент зашли ФИО1 и ФИО19, у последнего в руках был черный пакет с содержимым внутри. Она поинтересовалась о содержимом пакета, ФИО1 ответила, что это «трава» либо «наркотик», но точно не помнит. ФИО1 взяла еще один черный пакет, они вместе с ФИО19 сложили содержимое еще в один черный пакет. ФИО1 перевязала горловину пакета и попросила выкинуть. Они сели в автомобиль, а ФИО19 положил пакет в багажник автомобиля. В автомобиле появился специфический запах. Она спросила у ФИО19 о происхождении травяного запаха, он сказал, что это пахнет «марихуана», которую передала ФИО1 Доехав до дома, ФИО19 взял с собой пакет в квартиру, положил в шкаф, который находился в комнате отца. Она попросила ФИО19 выкинуть данный пакет. Через пару дней она зашла в комнату отца, данного пакета не обнаружила. ФИО1 ей рассказывала, что ее отец курит «марихуану». Также она знала, что ее отец состоит в отношениях с ФИО24 Она нашла ее номер телефона, попросила о помощи в день задержания ее мужа за сбыт наркотических средств. Она рассказала ФИО24, что пакет с марихуаной передала ФИО1

В связи с существенными противоречиями на основании ч.3 ст.281 УПК РФ оглашены показания ФИО2 №1, отобранные в ходе предварительного следствия, из которых следует, что в утреннее время ДД.ММ.ГГГГ ей стало известно о смерти её отца – ФИО4 Около 14:00 часов ДД.ММ.ГГГГ она и ФИО19 прибыли по месту жительства ФИО4 и его сожительницы – ФИО1 по адресу: <адрес>, ул. ФИО10, <адрес>. В доме находилась только ФИО1 Они прошли в дом, некоторое время посидели, после чего около 16 часов ДД.ММ.ГГГГ она и ФИО19 засобирались ехать домой. В это время ФИО1 попросила ФИО19 сходить с ней в гараж, то есть ФИО1 обратилась к ФИО19 и сказала дословно: «ФИО71, я там забыла кое-что, пойдем я тебе отдам вещи ФИО4». Далее, она осталась в доме одна на кухне, а ФИО5 и ФИО19 ушли в гараж, расположенный в указанном доме, откуда вернулись примерно через 5-10 минут. Когда они вернулись, то у ФИО19 в руках был черный полимерный пакет, в котором что-то находись. ФИО1 достала еще один такой же пакет, в который они с ФИО19 совместно сложили тот пакет, который он принес из гаража. После этого ФИО1 завязала горловину пакета и передала ФИО19 из рук в руки. ФИО1 в её присутствии сказала, что в пакете наркотики либо «трава». Во время следования к своему дому на автомобиле, ФИО19 подтвердил ей, что в пакете, который ему передала ФИО1, находится наркотическое средство – «трава». Подъехав к дому, ФИО19 достал этот пакет из багажника и занес домой, сказав ей при этом, что завтра он поедет на работу с коллегой, и оставлять траву в машине нельзя. Больше они с ФИО19 этот пакет не обсуждали. От самой ФИО5 ей известно, что ФИО4 в последнее время перед смертью стал употреблять наркотические средства. После задержания ФИО19, она в мессенджере «WhatsApp» вела переписку с сестрой ее отца – ФИО25, где они обсуждали, что в день смерти ФИО4, то есть ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 передала ФИО19 пакет с наркотическим средством (том № 7 л.д. 26-30, том 12 л.д. 26-33).

Аналогичные показания потерпевшая ФИО2 №1 дала и в ходе очной ставки с ФИО1, изобличив последнюю (том № 8 л.д. 34-40).

Оглашенные показания ФИО2 №1 подтвердила в полном объеме, противоречия объяснила давностью прошедшего времени.

ФИО26 сообщил суду, что отбывает наказание за сбыт наркотических средств, до осуждения являлся оперуполномоченным сотрудником ОКОН. Лично с ФИО1 не знаком, неприязненных отношений не имеет. В ДД.ММ.ГГГГ г. ФИО19 в присутствии ФИО27 передал ему 200 г марихуаны у <адрес>, попросил её реализовать. Далее, он через мессенджер «Телеграмм» сообщил оператору магазина о наличии у него марихуаны и возможности его реализовать. При этом сообщил, что при реализации мариуханы они использовали только то, что было ему передано ФИО19 Оборудование для выращивание конопли покупал с целью дальнейшего возможного сбыта наркотических средств. ФИО19 сообщил ему, что марихуану он забрал у ФИО1 (том № 6 л.д. 16-21, 38-47, 48-52, 58-62).

Сама ФИО27 пояснила в суде, что сожительствовала с ФИО26, ничем незаконным не занималась.

В силу чего были оглашены показания ФИО27, данные ею в ходе предварительного следствия о том, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ они с ФИО26 находились в <адрес>, расположенной по адресу: <адрес>. ФИО26 от его друга ФИО19 на сотовый телефон пришло сообщение о том, что у него имеется 200 г «<данные изъяты>» (каннабис), с просьбой продать этот «вес», чтобы получить за это денежные средства. Позднее ФИО19 приехал к ним домой, и в ходе разговора они решили формировать тайники с закладками по заказу интернет-магазина «<данные изъяты>». ФИО19 передал им оптовый вес 200 г «шишек» (каннабиса), чтобы она и ФИО26 реализовали эти наркотические средства. Деньги, полученные от реализации каннабиса, решили делить поровну между ФИО26 и ФИО19 Далее она через мессенджер «Телеграмм» аккаунт «<данные изъяты>» связалась с магазином «<данные изъяты>», брала у магазина заказ на формирование мегаклада примерно по 10-15 г, а также на формирование небольших тайников с наркотическими средствами весом по 1-2 г каннабиса. После этого она сообщала устно о заказе интернет-магазина «<данные изъяты>» ФИО26, расфасовывала необходимый для заказа интернет-магазина «<данные изъяты>» вес в мегаклад и в маленькие свертки, после чего передавала их ФИО26 Последний раскладывал мегаклады и свертки с наркотическими средствами на территории <адрес>, фотографировал место закладки и мегаклада, после чего направлял фотографии и сведения о местонахождении «клада» по мессенджеру «Телеграмм» со своего аккаунта «<данные изъяты>» на ее аккаунт «<данные изъяты>». Она отправляла эти сведения в интернет-магазин, после чего ей приходили денежные средства, которые она обналичивала и передавала ФИО26 Она знает, что половину от переданных ей сумм ФИО26 передавал ФИО19 (том № 6 л.д. 16-21, 38-47, 48-52, 58-62).

После оглашения показаний ФИО27 указала, что не помнит показания ввиду прошедшего времени.

Из показаний свидетеля ФИО28, оглашенных в судебном заседании, следует, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с ним в одной камере следственного изолятора находился следственно-арестованный ФИО29 Со слов последнего ему стало известно, что в отношении него возбуждено уголовное дело по факту незаконного оборота наркотических средств. В ходе беседы ФИО19 сказал, что марихуану он нашел в пакете на какой-то детской площадке. В дальнейшем ФИО19 рассказал, что пакет с марихуаной ему передала его теща - <данные изъяты>. Фамилию тещи он не называл, в какой именно <данные изъяты> работает, не говорил (том № 7 л.д.75-77).

Из показаний свидетеля ФИО25, оглашенных в судебном заседании, следует, что ФИО4 её родной брат. Около восьми лет назад ФИО4 развелся с женой и стал сожительствовать с ФИО1 У брата есть дочь - ФИО2 №1, с которой они поддерживают дружеские отношения. В конце ДД.ММ.ГГГГ г. после задержания ФИО19, в ходе переписки ФИО2 №1 сообщила ей, что в день смерти ФИО4, то есть ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 в своем доме передала ФИО19 пакет с какими-то наркотическими средствами. Также ФИО2 №1 пояснила, что, как только она стала предъявлять ФИО1 претензии по поводу переданного ФИО19 пакета, то та ее заблокировала во всех мессенджерах и социальных сетях (том № 7 л.д. 69-71, 72-74).

Объективно вина ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228.1 УК РФ, подтверждается исследованными письменными доказательствами.

Приказом <адрес><адрес> ФИО30 № от ДД.ММ.ГГГГ «Об освобождении от должности и увольнении ФИО1», согласно которому последняя освобождена от должности <данные изъяты><адрес> и ДД.ММ.ГГГГ уволена из органов <данные изъяты><адрес> в отставку в связи с выходом на пенсию по выслуге лет (том 8 л.д. 239-240).

Как следует из приказов <данные изъяты><адрес>, <данные изъяты><адрес> ФИО1 осуществляла надзор за процессуальной деятельностью в подразделениях СУ УМВД России по <адрес>, СЧ ГСУ ГУ МВД России по <адрес>, <адрес> МСО СУ СК России по <адрес>, отдела по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой <адрес>» СУ УМВД России по <адрес> (том № 8 л.д. 234-236, 241-250).

Из рапорта об обнаружении признаков преступления от ДД.ММ.ГГГГ следователя ФИО31 следует, что в ходе расследования уголовного дела в отношении ФИО19, установлено, что последнему неустановленным лицом не позднее ДД.ММ.ГГГГ передано наркотическое средство – каннабис (марихуану) массой не менее 4,18 г (том № 1 л.д. 4).

Согласно рапорту об обнаружении признаков преступления от ДД.ММ.ГГГГ, в <адрес> межрайонный следственный отдел СУ СК России по <адрес> из отдела полиции <адрес>» УМВД России по <адрес> поступил материал проверки по факту покушения на сбыт наркотических средств неустановленными лицами в подъезде № <адрес> в <адрес> с использованием сети «Интернет» (том № 1 л.д. 16).

Из протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и фототаблице к нему следует, что проведен осмотр места происшествия - подъезда № <адрес> в <адрес>, где обнаружены и изъяты два свертка с веществом растительного происхождения (том № 1 л.д. 100-108).

Как следует из рапорта оперуполномоченного по ОВД ОРЧ СБ ГУМВД России по <адрес> ФИО32, установлена причастность неустановленных сотрудников отделения по противодействию организованным преступным группам и сообществам отдела по контролю за оборотом наркотиков УМВД России по <адрес> к сбыту наркотических средств на территории <адрес> совместно с ФИО27 (том № 1 л.д. 134-139).

Согласно постановлению о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности, представленного из ГУ МВД России по <адрес>, а также результатами ОРД, в соответствии с которыми установлена причастность оперуполномоченного отделения по противодействию организованным преступным группам и сообществам отдела по контролю за оборотом наркотиков УМВД России по <адрес> ФИО19 к сбыту наркотических средств на территории <адрес> совместно с ФИО26 и ФИО27 (том № 1 л.д. 143-147, 151-152, 153-155).

Согласно протоколу личного досмотра и изъятия от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО27 в ходе досмотра изъят ее сотовый телефон марки «Самсунг А80» (том № 1 л.д. 158-160).

Из рапорта заместителя командира взвода ОБ ППСП УМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в указанную дату у <адрес> была задержана ФИО27 по подозрению в незаконном обороте наркотических средств и доставлена в отдел полиции «<адрес> УМВД России по <адрес> (том № л.д. 156-157).

Как следует из протокола осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ и фототаблицы к нему, осмотрен сотовый телефон «Самсунг» изъятый у ФИО27 и обнаружен в интернет приложении «Телеграмм» аккаунт «<данные изъяты> привязанный к абонентскому номеру +№, с которого осуществлялась переписка с аккаунтом «<данные изъяты>», привязанный к абонентскому номер +№ с фототаблицей (том № 1 л.д. 184-191).

Из протокола личного досмотра от ДД.ММ.ГГГГ и фототаблице к нему следует, что у ФИО26 в ходе досмотра изъят его мобильный телефон «iPhone SE» с сим-картой «МТС» (том № 1 л.д. 193-199).

Из справки об исследовании № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что, представленные на исследование растительные вещества в пакетах «гриппер», изъятые в ходе проведения ДД.ММ.ГГГГ осмотра места происшествия в подъезде № <адрес> в <адрес> являются каннабисом (марихуаной). Расчетная масса каннабиса (марихуаны) в высушенном виде составляет 2,17 г. (№1) и 2,01 г (№2). В ходе исследования израсходованы вещества массами по 0,02 г (том 2 л.д. 93-94).

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, представленное на исследование растительное вещество в двух пакетах «гриппер», изъятое в ходе проведения ДД.ММ.ГГГГ осмотра места происшествия в подъезде № <адрес> в <адрес>, является наркотическим средством – каннабисом (марихуаной). В ходе исследования израсходованы растительные вещества массами по 0,50 г (том 2 л.д. 100-108).

Согласно протоколу допроса эксперта ФИО33 от ДД.ММ.ГГГГ последний состоит в должности эксперта отделения криминалистических экспертиз и учетов межрайонного отдела <адрес>» (дислокация <адрес>) ЭКЦ ГУ МВД России по <адрес>. При проведении экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ была допущена техническая ошибка при указании массы каннабиса (марихуаны) в высушенном виде. Так, при проведении исследования (справка об исследовании № от ДД.ММ.ГГГГг.) была установлена масса каннабиса (марихуаны) в высушенном виде - 2,17 г (№ 1) и 2,01 г (№ 2). При проведении исследования израсходованы вещества массами по 0,02 г., то есть осталось 2,15 г и 1,99 г. В последующем при проведении экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ были израсходованы вещества массами по 0,50 г., то есть осталось 1,65 г и 1,49 г, что и указано в заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ Таким образом, изначальная масса изъятого наркотического средства - каннабиса (марихуаны) в высушенном виде составляет 2,17 г (№ 1) и 2,01 г (№ 2) (том 2 л.д. 136-138).

Как следует из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, масса представленного на исследование растительного вещества в пакетах «гриппер», изъятых в ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ в подъезде № <адрес> в <адрес>, составляет 1,65 г и 1,49 г. (том 2 л.д. 129-133).

Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что масса каннабиса (марихуаны), изъятого в ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГг. в подъезде № <адрес> в <адрес>, составляет в высушенном виде 1,65 г и 1,49 г соответственно (том 2 л.д. 146-149).

Согласно протоколу осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ объектом осмотра является полимерный сейф-пакет № со штрих кодом, пакет герметично упакован, целостность пакета не нарушена. На пакете имеются отметки и оттиск синей печати ГУ МВД РФ по <адрес> ЭКЦ №, в ходе осмотра упаковка пакета не вскрывалась (том 2 л.д. 152-157).

Из протокола выемки от ДД.ММ.ГГГГ следует, что у потерпевшей ФИО2 №1 изъят принадлежащий ей мобильный телефон «iPhone 13» (том 3 л.д. 79-84).

Как следует из протокола осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ и фототаблицы к нему, проведен осмотр сотового телефона марки «Iphone 13», изъятого в ходе выемки у ФИО2 №1 В ходе осмотра установлено, что на указанном мобильном телефоне имеется приложение «WhatsApp», где между ФИО2 №1 и пользователем под наименованием «ФИО72 (аккаунт привязан к номеру телефона +№ и в ходе следствия установленной как ФИО73.), имеется переписка за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ о том, что «ФИО74 - «Богухвал» ДД.ММ.ГГГГ передала ФИО19 пакет с марихуаной (том 3 л.д. 85-110).

Согласно протоколу обыска от ДД.ММ.ГГГГ в жилище ФИО26 по адресу: <адрес>, помимо прочего, изъяты: магниты; моток изоленты синего цвета; моток изоленты красного цвета; моток изоленты белого цвета; паспорт на имя ФИО26 и мобильный телефон марки «iPhone» в корпусе черного цвета (том 3 л.д. 114-117).

Из протокола осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ следует, что проведен осмотр сотового телефона марки «iPhone», изъятого в ходе обыска ДД.ММ.ГГГГ в жилище ФИО26 В ходе осмотра установлено, что на указанном мобильном телефоне имеется приложение «Настройки», при открытии которого установлено, что пользователем «<данные изъяты>» является «ФИО11 ФИО75». Также в ходе осмотра на главном экране обнаружено приложение мессенджера «Telegram», при входе в приложение обнаружено, что с указанного приложения имеется доступ к аккаунту «<данные изъяты>», зарегистрированному на абонентский номер «+№». В ходе предварительного следствия установлено, что аккаунт «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» зарегистрированы на один и тот же абонентский номер «+№». В ходе предварительного следствия установлено, что аккаунты «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» принадлежат ФИО26 (том 3 л.д. 129-188).

Из протокола осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ следует, что были осмотрены предметы, изъятые в ходе обысков ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес>; по адресу: <адрес>; по адресу: <адрес>; в ходе выемки ДД.ММ.ГГГГ у свидетеля ФИО27; в ходе личного досмотра у ФИО27; в ходе личного досмотра у ФИО26. В частности, в ходе осмотра мобильного телефона марки «Самсунг», изъятого ДД.ММ.ГГГГ в ходе личного досмотра у ФИО27, установлено, что в приложении «Телеграмм» обнаружен аккаунт <данные изъяты>», привязанный к абонентскому №. В телефоне обнаружена переписка с аккаунтом под названием «<данные изъяты>», привязанным к абонентскому номеру №. В переписке с аккаунтом «<данные изъяты>» обнаружены фотоматериалы (фото подъезда, где сделаны закладки наркотических средств) с пояснительными записями, датированные ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 13:28 до 13:29 часов, отосланные от аккаунта «<данные изъяты>» в адрес аккаунта «<данные изъяты>», а именно: «<адрес> пад 4 этаж магнит», время 13:28 часов; «<адрес> пад 2 этаж магнит», время 13:28 часов; «<адрес> пад 1 этаж за ножкой магнит», время 13:28 часов; «<адрес> пад 2 этаж магнит», время 13:29 часов; «<адрес> 3 пад 1 этаж за ножкой магнит», время 13:29 часов. Из указанной переписки также следует обсуждение сбыта наркотических средств. ДД.ММ.ГГГГ в ходе проведения осмотра места происшествия в подъезде № <адрес> в <адрес> из вышеуказанных мест хранения изъято наркотическое средство – каннабис (марихуана) массой не менее 4,18 г (том 3 л.д. 189-266).

Как следует из протокола обыска от ДД.ММ.ГГГГ и фототаблицы к нему, произведен обыск в помещении <адрес> по ул. ФИО10 в <адрес>, установлено место совершения преступления, где ФИО1 незаконно передала наркотическое средство – каннабис (марихуану) ФИО19 (том 4 л.д. 90-99).

Согласно ответам должностных лиц УМВД России по <адрес>, отдела полиции «<адрес>», отдела полиции «Орджоникидзевский», отдела полиции «<адрес>», отдела полиции «<адрес>», ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ не обращалась в дежурную часть с заявлениями об обнаружении наркотических средств и об их добровольной сдаче сотрудникам полиции (том № 2 л.д. 33, 35, 37,39, 41).

Из протокола проверки показаний на месте от ДД.ММ.ГГГГ с участием обвиняемого ФИО26 следует, что, находясь в лестничной площадке между 2 и 3 этажами подъезда № <адрес>, на двери хозяйственного отсека при помощи магнитов прикрепил два свертка с наркотическим средством - каннабисом (марихуаной). Данное наркотическое средство он ранее получил от ФИО19 (том № 6 л.д. 123-127).

Виновность ФИО1 в самоуправстве подтверждается следующими доказательствами.

Показаниями потерпевшей ФИО2 №1, данными ею в ходе предварительного расследования и в суде первой инстанции, о том, что ФИО4 является ее отцом, который около семи лет сожительствовал с ФИО1, и у них имеется совместный ребенок. ДД.ММ.ГГГГ от ФИО1 стало известно о смерти ее отца, они с мужем приехали в дом ФИО1, где последняя сообщила, что ФИО4 незадолго до смерти продал свой автомобиль, что у него имеются долги, поэтому она сказала, что не будет вступать в наследство. В последующем она узнала, что это ФИО1 распорядилась автомобилем BMW, принадлежавшим ее отцу, с чем она не согласна и поэтому оспаривает ее действия путем подачи нотариусу заявления о принятии наследства ФИО4 и предъявления к ФИО1 по уголовному делу гражданского иска о возмещении ущерба на сумму более 3 000 000 рублей (том 7 л.д. 26-30, 34-40 очная ставка с ФИО1, том 12 л.д. 26-33).

В суде апелляционной инстанции ДД.ММ.ГГГГ потерпевшая ФИО2 №1 сообщила, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ г. материальный ущерб, начиная с 200 000 рублей, являлся для нее существенным вредом, так как она не работала, находилась в отпуске по уходу за двумя малолетними детьми, заработная плата супруга составляла около 60 000 рублей в месяц, и у него были кредитные обязательства, они проживали в служебной квартире отца, так как не имели собственного жилья.

Показаниями свидетеля ФИО21, данными им в ходе предварительного расследования и в суде первой инстанции, из которых следует, что он состоит в должности руководителя отдела контроля ООО «<данные изъяты> фактически является начальником службы безопасности группы компаний «<данные изъяты>», до ДД.ММ.ГГГГ данную должность занимал ФИО4, с которым они ранее совместно проходили службу в МВД. Ему знакома ФИО1, ранее состоявшая в должности <данные изъяты><адрес>. ФИО4 и ФИО1 проживали совместно в одном доме по адресу: <адрес>, ул. ФИО10, <адрес>, у них был несовершеннолетний ребенок. Учитывая данные обстоятельства, а также тот факт, что ФИО4 всегда позиционировал ФИО1 как свою супругу, он считал, что они состоят в официальном браке и являются законными супругами. Утром ДД.ММ.ГГГГ на его мобильный телефон поступил звонок от ФИО1, которая сообщила, что обнаружила труп ФИО4 Через некоторое время он прибыл домой к ФИО1, при этом принадлежащий ФИО4 автомобиль BMW стоял на улице возле гаража. ФИО1 попросила его оказать ей содействие в возврате автомобиля ФИО4 в один из автосалонов группы компаний «<данные изъяты>», пояснив, что у нее не имеется финансовой возможности выплачивать ипотеку на дом, имевшуюся у нее задолженность перед автосалоном ООО «<данные изъяты>» по рассрочке за находившийся в ее собственности автомобиль KIA, а также имевшуюся у ФИО4 задолженность перед автосалоном ООО «<данные изъяты>» по рассрочке за ранее находившийся в его собственности автомобиль ТОЙОТА. Он согласился помочь ФИО1, после чего в утреннее время ДД.ММ.ГГГГ перегнал автомобиль ФИО4 от указанного дома на территорию автосалона «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>. Так как он самостоятельно не имел возможности решить вопросы, связанные с отчуждением автомобиля ФИО4 в один из автосалонов группы компаний «<данные изъяты>» и погашением имевшихся у ФИО1 и ФИО4 задолженностей перед автосалонами, он обратился к собственнику указанной группы компаний – ФИО34 и объяснил ему сложившуюся ситуацию. ФИО34 считал, что ФИО1 является супругой ФИО4 и поручил своим сотрудникам провести оценку автомобиля ФИО4, его стоимость была оценена в 2 800 000 рублей. В ходе совещаний с ФИО34, учитывая, что автомобиль ФИО4 не являлся залоговым, а ФИО1 желала произвести отчуждение автомобиля, было принято решение оформить сделку по приобретению данного автомобиля «задним» числом, то есть датировать ее до момента смерти ФИО4 При этом ФИО34 сообщил ему, что готов выплатить ФИО1 как официальной супруге ФИО4 денежные средства в размере 2 800 000 рублей за данный автомобиль при условии отсутствия на автомобиль ФИО4 претензий со стороны иных наследников. ФИО1 говорила ему, что ни она, ни другие лица, в том числе дети ФИО4, не будут принимать наследство ФИО4 и ни у кого не будет претензий на данный автомобиль. О том, что ФИО1 и ФИО4 не состояли в браке, ему стало известно уже после того, как ФИО1 получила денежные средства за автомобиль. В последующем начальник юридического отдела группы компаний «<данные изъяты>» ФИО35 передала ему договор купли - продажи на автомобиль ФИО4, датированный ДД.ММ.ГГГГ г., в котором не был указан покупатель данного автомобиля. В вечернее время ДД.ММ.ГГГГ по заранее достигнутой с ФИО1 договоренности он прибыл к ней домой, где передал ей вышеуказанный договор купли-продажи транспортного средства, в котором подпись от имени ФИО4 выполнила ФИО23 Данный договор он забрал с собой, но в последующем он никак не использовался, и через некоторое время, после получения ФИО1 денег он сжег договор в мусорном баке по месту своей работы. В утреннее время ДД.ММ.ГГГГ по заранее достигнутой договоренности они с ФИО1 прибыли в автосалон ООО «<данные изъяты>», расположенный по адресу: <адрес>, проследовали в кассу, где ФИО1 получила за автомобиль ФИО4 денежные средства на сумму 2 800 000 рублей, из которых 520 000 рублей ушли на погашение имевшейся у ФИО1 задолженности по рассрочке на принадлежащий ей автомобиль KIA, 1 380 000 рублей ушли на погашение имевшейся у ФИО4 задолженности по рассрочке на ранее принадлежавший последнему автомобиль ТОЙОТА. Оставшиеся денежные средства на сумму 900 000 рублей ФИО1 получила лично на руки от кассира и забрала их себе. Автомобиль ФИО4 продан не был и находился на территории одного из автосалонов «<данные изъяты>» в <адрес> (том 7 л.д. 124-129, 130-134, 135-142, 143-147).

Показаниями свидетеля ФИО34, данными им в ходе предварительного расследования и в суде первой инстанции, из которых следует, что он является единственным учредителем и участником ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты> и других юридических лиц, основным видом финансово-хозяйственной деятельности которых является продажа и обслуживание автотранспорта. ФИО4 состоял в должности начальника службы безопасности его компаний, официально был трудоустроен в ООО «<данные изъяты>». Он знаком с ФИО1, которую ФИО4 представил ему как супругу, также ему было известно, что ФИО1 являлась <данные изъяты><адрес>. После смерти ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ к нему обратился ФИО21 и попросил рассмотреть вопрос об отчуждении принадлежащего ФИО4 автомобиля марки BMW в один из автосалонов группы компаний «<данные изъяты>» с целью погашения имевшихся у ФИО1 и ФИО4 задолженностей по рассрочкам за автомобили KIA и ТОЙОТА, при этом ФИО21 пояснил, что со слов ФИО1 никто из наследников принимать наследство ФИО4 не будет, в связи с чем никто не будет иметь претензий относительно принадлежащего последнему автомобиля марки BMW. После этого он и его сотрудники стали рассматривать варианты, при которых автомобиль ФИО4 будет отчужден ФИО1 в пользу одного из автосалонов группы компаний «<данные изъяты>». Рассматривался вариант дождаться открытия наследственного дела спустя 6 месяцев после смерти ФИО4 и произвести процедуру отчуждения в судебном порядке. Другим вариантом являлся процесс приобретения данного автомобиля у ФИО4 датами, предшествующими его смерти, поскольку незадолго до смерти ФИО4 действительно хотел продать данный автомобиль в один из автосалонов группы компаний «<данные изъяты>» и приобрести себе новый автомобиль. Поскольку он был убежден, что в любом случае автомобиль вернется в собственность автосалона, то согласовал подчиненным ему сотрудникам, в том числе главному бухгалтеру ООО «<данные изъяты>» ФИО18, выдачу денежных средств для ФИО1 Со слов подчиненных ему сотрудников известно, что ФИО1 получила за автомобиль ФИО4 денежные средства на сумму 2 800 000 рублей, которыми погасила имевшиеся у нее и ФИО4 задолженности по рассрочкам на автомобили, а оставшуюся часть денежных средств забрала себе. В последующем автомобиль ФИО4 продан не был (том № 7 л.д. 155-158, 148-154).

Показаниями свидетеля ФИО36, данными им в ходе предварительного расследования и в суде первой инстанции, из которых следует, что он состоит в должности управляющего директора автосалона ООО «<данные изъяты>», расположенного по адресу: <адрес>. О смерти ФИО4 он узнал ДД.ММ.ГГГГ от своих коллег. На момент смерти у ФИО4 имелась задолженность перед автосалоном ООО «<данные изъяты> по рассрочке на ранее находившийся в его собственности автомобиль ТОЙОТА, а также он имел в собственности автомобиль марки BMW, который самостоятельно привез из Грузии, а затем продал в автосалон ООО «<данные изъяты>», после чего снова выкупил его у главного бухгалтера ООО «<данные изъяты>» ФИО18 У жены ФИО4 – ФИО1 имелась задолженность перед автосалоном ООО «<данные изъяты>» по рассрочке на находящийся в ее собственности автомобиль KIA. В ДД.ММ.ГГГГ г. ФИО21 пригнал принадлежащий ФИО4 автомобиль марки BMW на территорию автосалона ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>. Поскольку на территории указанного автосалона не было места для хранения данного автомобиля, в ДД.ММ.ГГГГ. он лично перегнал данный автомобиль на территорию автосалона ООО «<данные изъяты>», по адресу: <адрес>. (том № 7 л.д. 229-233, 234-236).

Показаниями свидетеля ФИО18, данными ею в ходе предварительного расследования и в суде первой инстанции, из которых следует, что она состоит в должности главного бухгалтера ООО «<данные изъяты>», в документах которого имеется расходно-кассовый ордер № № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО4 через ФИО1 выдано 2 800 000 рублей. Основанием выдачи является оплата за автомобиль ВМW по договору без номера от ДД.ММ.ГГГГ. Выдача производилась в кассе ООО «<данные изъяты>», расположенном по адресу: г.<адрес><адрес>. Выплату производила кассир ФИО37, которая ошиблась в указании даты договора, указав ДД.ММ.ГГГГ год вместо ДД.ММ.ГГГГ год. Данный автомобиль она приобретала ДД.ММ.ГГГГ в автосалоне «<данные изъяты>», после чего ДД.ММ.ГГГГ продала автомобиль ФИО4 (том № 7 л.д. 181-183).

Показаниями свидетеля ФИО35, данными в ходе предварительного расследования и в суде первой инстанции, из которых следует, что она состоит в должности руководителя юридического отдела ООО «<данные изъяты>», которая оказывает правовое сопровождение юридических лиц, учредителем которых является ФИО34 Ей известно, что ФИО4 состоял в должности руководителя службы безопасности группы компаний «<данные изъяты>», фактически был трудоустроен в ООО «<данные изъяты> При жизни ФИО4 сообщал ей, что ФИО1 является его женой, и у них есть совместный несовершеннолетний ребенок. На момент смерти ДД.ММ.ГГГГ у ФИО4 имелась задолженность перед автосалоном ООО «<данные изъяты>» по рассрочке на ранее находившийся в его собственности автомобиль ТОЙОТА, в собственности у ФИО4 находился автомобиль марки BMW. ДД.ММ.ГГГГ от коллег ей стало известно о смерти ФИО4, в тот же день ФИО34 пригласил ее на совещание в автосалон «<данные изъяты>» в <адрес>, на котором также присутствовали ФИО21 и ФИО38 Данное совещание проводилось по инициативе ФИО21, поскольку он обратился к ФИО34 с просьбой помочь ФИО5 рассмотреть вопрос об отчуждении последней принадлежащего ФИО4 автомобиля в один из автосалонов группы компаний «<данные изъяты>», выдаче ей за автомобиль денежных средств и погашении за счет данной суммы имевшихся у ФИО1 и ФИО4 задолженностей по рассрочкам на автомобили KIA и ТОЙОТА. ФИО21 отмечал, что со слов ФИО1 ему известно, что она является единственным наследником ФИО4 и на имущество последнего больше никто претендовать не будет. Ни у кого из присутствующих не возникало сомнений в том, что ФИО1 является законной супругой ФИО4, все знали, что у них есть совместный несовершеннолетний ребенок. Кроме того, все доверяли ФИО1, поскольку она состояла в должности <данные изъяты><адрес>. На совещании было принято решение пойти навстречу ФИО1, принять у нее автомобиль ФИО4, выдать ей за него денежные средства, частью которых она бы погасила имевшиеся у нее и ФИО4 задолженности по рассрочкам на автомобили, при этом ФИО34 не интересовала юридическая сторона оформления данной процедуры, поскольку никто не ожидал, что с ФИО1 и автомобилем ФИО4 могут возникнуть проблемы. ДД.ММ.ГГГГ на своем рабочем компьютере она создала бланк договора купли-продажи транспортного средства на принадлежащий ФИО4 автомобиль BMW, указав последнего как продавца автомобиля. Вторая сторона договора, то есть покупатель, осталась незаполненной, ее было возможно вписать в последующем. Данный договор она датировала серединой ДД.ММ.ГГГГ г., то есть до даты смерти ФИО4 В тот же день, находясь на своем рабочем месте, по адресу: <адрес>, она передала данный договор ФИО21 Каким образом в последующем ФИО21 собирался подписывать данный договор, ей известно не было. В последующем она данной ситуации не касалась, что происходило с договором и с автомобилем ФИО4, ей неизвестно (том № 7 л.д. 159-164).

Показаниями свидетеля ФИО38, из которых следует, что она является учредителем и директором ООО «<данные изъяты>», оказывающего бухгалтерские и юридические услуги. ФИО4 состоял в должности руководителя службы безопасности группы компаний «<данные изъяты>», фактически был трудоустроен в ООО «<данные изъяты>». При жизни ФИО4 сообщал ей, что ФИО1 является его женой и у них есть совместный несовершеннолетний ребенок. ДД.ММ.ГГГГ ФИО34 пригласил ее на встречу, где в присутствии ФИО21 поинтересовался, каким образом можно принять автомобиль умершего ФИО4 и выплатить денежные средства, при этом ей было известно, что у ФИО1 также имелась рассрочка на автомобиль в сумме 520 000 рублей, а у ФИО4 задолженность чуть больше одного миллиона рублей. Она сказала, что, пока нет наследников, они не могут взять автомобиль, но возможно выплатить аванс за будущую покупку автомобиля, соответственно, погасить рассрочки. Указанное решение было принято ФИО34, после чего она попросила бухгалтеров сделать приходно-кассовые ордера и выслать на электронную почту ООО «<данные изъяты>» главному бухгалтеру ФИО18 Денежные средства ФИО1 были выданы по расходно-кассовому ордеру в кассе автосалона ООО «<данные изъяты>». Она лично попросила ФИО18 проконтролировать процесс выдачи денежных средств. После выдачи денежных средств ей позвонила ФИО18 и сказала, что ДД.ММ.ГГГГ выданы денежные средства ФИО1 в качестве предоплаты за автомобиль, при этом какой-либо договор купли-продажи не предъявлялся. По бухгалтерским операциям основанием выдачи денежных средств было указано «предоплата».

Показаниями свидетеля ФИО39, оглашенными судом первой инстанции, из которых следует, что он состоит в должности директора автосалона ООО «<данные изъяты>», он подписывал расходный кассовый ордер № № от ДД.ММ.ГГГГ на выдачу ФИО1 денежных средств на сумму 2 800 000 рублей за автомобиль ФИО4, однако не помнит обстоятельства его подписания (том 7 л.д. 241-243).

Показаниями свидетеля ФИО40, исследованными в суде первой инстанции, из которых следует, что она состоит в должности кассира ООО «<данные изъяты>». Пприбыв на смену ДД.ММ.ГГГГ и проводя проверку кассовых чеков, выставленных за предыдущую смену, она установила, что кассир ФИО41 неверно указала НДС в кассовом чеке о поступлении денежных средств на сумму 1 380 000 рублей с назначением платежа «Заказ на автомобиль», поэтому она выставила кассовый чек коррекции № 1 «Расход», то есть отменила операцию, проведенную кассиром ФИО41, а затем выставила кассовый чек коррекции № 2 с верным НДС. Выставленный ею кассовый чек в режиме «онлайн» ушел в ОФД (ИФНС). Кроме того, когда она пришла на смену ДД.ММ.ГГГГ, то главный бухгалтер ООО «<данные изъяты>» ФИО42 предупредила ее, что по какой-то причине в кассе не хватает денежных средств на сумму 1 380 000 рублей, но кассовый чек на приход этих денег уже был выбит ДД.ММ.ГГГГ. ФИО42 сказала, что денежные средства на указанную сумму должны подвезти в кассу в течение рабочего дня ДД.ММ.ГГГГ. В последующем ДД.ММ.ГГГГ денежные средства на указанную сумму действительно поступили в кассу автосалона (том 7 л.д. 221-224).

Показаниями свидетеля ФИО43, исследованными в суде первой инстанции, из которых следует, что она состоит в должности кассира ООО «<данные изъяты>». Когда она находилась на рабочей смене в кассе автосалона ООО «<данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, главный бухгалтер организации ФИО44 сказала ей сделать приходный кассовый ордер о получении от ФИО1 наличных денежных средств на сумму 520 000 рублей в счет оплаты имевшей у нее рассрочки на автомобиль KIA. Также ФИО44 предупредила, что денежные средства будут внесены в кассу автосалона в течение рабочего дня. Она выполнила распоряжение ФИО44, создала приходный кассовый ордер ООО «<данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому от ФИО1 приняты наличные денежные средства на сумму 520 000 рублей в качестве оплаты за автомобиль KIA. В последующем ДД.ММ.ГГГГ денежные средства на сумму 520 000 рублей действительно были внесены в кассу автосалона ООО «<данные изъяты>», но, кто именно вносил эти деньги, она не помнит (том 7 л.д. 225-228).

Показаниям свидетеля ФИО45, исследованными в суде первой инстанции, из которых следует, что она состоит в должности кассира ООО «<данные изъяты>». Она пробивала кассовый чек от ДД.ММ.ГГГГ о принятии денежных средств на сумму 520 000 рублей за автомобиль ФИО1 В кассовом чеке указан VIN номер автомобиля, за который производилась оплата. Конкретные обстоятельства принятия данных денежных средств не помнит. При этом, если кассовый чек был пробит, то денежные средства однозначно поступили в кассу автосалона. Кассовый чек мог быть выбит при фактическом поступлении денежных средств в кассу автосалона по указанию вышестоящего руководства – главного бухгалтера ООО «<данные изъяты>» ФИО44 (том № 7 л.д. 217-220).

Показаниями свидетеля ФИО46, исследованными в суде первой инстанции, из которых следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ г. по ДД.ММ.ГГГГ г. он состоял в должности специалиста по оценке и выкупу автомобилей ООО «<данные изъяты> В один из дней ДД.ММ.ГГГГ г. по указанию руководства, находясь на территории автосалона «Мерседес Прайм Авто» по адресу: <адрес>, он проводил осмотр автомобиля марки BMW. О том, что данный автомобиль принадлежал ранее знакомому ему ФИО4, он не знал. После осмотра он сделал оценку стоимости данного автомобиля, которая превышала сумму 2 800 000 рублей, но точную сумму оценки не помнит (том 7 л.д. 237-240).

Показаниями свидетеля ФИО41, из которых следует, что она была знакома с ФИО4 по работе, он вносил оплату по рассрочке за свой автомобиль. ДД.ММ.ГГГГ ею был распечатан ордер на сумму 1 380 000 рублей, но оплата по нему была внесена ДД.ММ.ГГГГ

Показаниями свидетеля ФИО37, данными в ходе предварительного расследования и в суде первой инстанции, из которых следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ г. по ДД.ММ.ГГГГ г. она состояла в должности кассира ООО «<данные изъяты>». В утреннее время ДД.ММ.ГГГГ она вышла на смену в кассу автосалона ООО «<данные изъяты>», и главный бухгалтер ФИО18 сообщила ей, что в течение рабочего дня в автосалон явится ФИО1, которой необходимо будет выдать денежные средства на сумму 2 800 000 рублей за автомобиль ФИО4, который ранее состоял в должности начальника службы безопасности группы компаний «<данные изъяты>». Также ФИО18 пояснила, что из выдаваемых ФИО1 денежных средств на сумму 2 800 000 рублей, фактически 1 380 000 рублей уйдут в кассу автосалона ООО «<данные изъяты>» в качестве оплаты за автомобиль ФИО4, а 520 000 рублей уйдут в кассу автосалона ООО «<данные изъяты>» в качестве оплаты за автомобиль ФИО1 Таким образом, фактически она должна была выдать ФИО1 только разницу денежных сумм в размере 900 000 рублей. Далее в утреннее время ДД.ММ.ГГГГ в кассу автосалона зашли ФИО18, ФИО21 и ранее незнакомая ей ФИО1 ФИО18 сказала ей выдать ФИО1 денежные средства согласно ранее полученным указаниям. Она составила расходный кассовый ордер на сумму 2 800 000 рублей, согласно которому денежные средства были выданы ФИО1 за то, что она продала автосалону ООО «<данные изъяты>» автомобиль ФИО4 марки BMW. Юридически, согласно указанному документу, деньги предназначались ФИО4, но их получателем выступала ФИО1 Она передала вышеуказанный расходный кассовый ордер ФИО1, которая с ним ознакомилась и лично расписалась в нем. Затем она передала ФИО1 наличные денежные средства на сумму 900 000 рублей. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 свои личные денежные средства не вносила и ей их не передавала. В последующем кто-то из сотрудников бухгалтерии забрал из кассы автосалона ООО «<данные изъяты>» наличные денежные средства на сумму 1 380 000 рублей и на сумму 520 000 рублей для их передачи в кассы автосалонов ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» (том № 7 л.д. 202-205, 212-216).

Показаниями свидетеля ФИО42, из которых следует, что она состояла в должности главного бухгалтера ООО «<данные изъяты>», ФИО4 состоял в должности руководителя службы безопасности группы компаний «<данные изъяты>». В ДД.ММ.ГГГГ г. ФИО4 попросил сделать на оставшуюся сумму рассрочки приходно-кассовый ордер, но денежные средства не внес. В начале ДД.ММ.ГГГГ г. ей сообщили о смерти ФИО4, в день похорон ФИО4 позвонила ФИО38 и сказала, что привезут деньги и погасят рассрочку. Был распечатан тот же самый приходно-кассовый ордер без исправления даты документа. Далее она звонила кассиру и уточняла, внесли ли деньги по рассрочке. Она помнит, что при оформлении приходно-кассового ордера ошиблась в НДС, хотя он не начисляется при окончательном расчете с физическим лицами.

Показаниями свидетеля ФИО47, из которых следует, что они с женой ФИО23 проживают по соседству с ФИО1, ему известно, что последняя проживала с ФИО4, который передвигался на автомобиле BMW. Автомобиль после смерти ФИО4 он не видел. Знает, что у ФИО4 имеется дочь от первого брака.

Показаниями свидетеля ФИО23, данными в ходе предварительного расследования и в суде первой инстанции, из которых следует, что она является соседкой ФИО1 и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ на ее мобильный телефон поступил звонок от ФИО1, которая спросила, какой у нее почерк, и пояснила, что нужно изготовить одну подпись, после чего они договорились о встрече. Вечером того же дня она прибыла в дом ФИО1 по вышеуказанному адресу, где последняя попросила ее выполнить подпись за ФИО4 в каком-то договоре, на что она согласилась. Для чего конкретно ФИО1 требовался данный договор, последняя ей не поясняла. После этого ФИО1 предоставила ей несколько документов с образцами подписей ФИО4 и дала ей чистый лист бумаги формата А4, на котором она по просьбе ФИО1 стала тренироваться выполнять подпись от имени ФИО4 Через некоторое время в указанный дом также прибыл ФИО21, который положил на стол распечатанный на листах формата А4 договор купли-продажи транспортного средства на автомобиль ФИО4 В содержание данного договора она не вникала и не читала его. Подписи покупателя в договоре не было, данная графа вообще была не заполнена. Затем она выполнила подпись в данном договоре в графе «продавец» за ФИО4 ФИО21 или ФИО1 забрали у нее данный договор, после чего она отправилась к себе домой (том № 7 л.д. 90-92, 87-89).

В суде первой инстанции допрошена в качестве свидетеля - нотариус ФИО48, которая сообщила, что в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Если имущество находится в залоге, то право залога не прекращается со смертью наследодателя. Пользователь наследственного имущества имеет право на неделимую вещь – это его преимущественное право, при этом наследник должен уведомить других наследников о пользовании указанным имуществом. В силу ст. 256 ГК РФ в случае смерти одного из супругов пережившему супругу принадлежит доля в праве на общее имущество супругов, равная одной второй, если иной размер доли не был определен брачным договором, совместным завещанием супругов, наследственным договором или решением суда. На наследнике лежит право сохранить наследственное имущество до его вступления в права наследования. Нотариусом также может быть выдано распоряжение о выдаче денежных средств на погребение и достойные похороны.

В суде первой инстанции допрошена в качестве свидетеля ФИО49, которая сообщила, что с ФИО1 находится в дружеских отношениях. ДД.ММ.ГГГГ ей от ФИО1 стало известно о смерти ФИО4 До смерти ФИО4 передвигался на автомобиле BMW. Организацией похорон занималась ФИО1, она все оплачивала. С дочерью ФИО4 она не знакома, видела ее всего лишь пару раз. Впоследствии ей также стало известно, что ФИО2 №1 требовала наследство до похорон ее отца, ФИО1 отдала ей вещи отца, также сообщила ФИО2 №1, что по поводу автомобиля надо разбираться с автосалоном, где была оформлена рассрочка ФИО4

В суде первой инстанции допрошена в качестве свидетеля ФИО50, которая сообщила, что является психологом, в ДД.ММ.ГГГГ г. ей позвонила ФИО1, сообщила о смерти ФИО4, была в подавленном состоянии, спросила, каким образом сообщить о смерти отца сыну, поскольку последний был очень привязан к отцу. Она работала с ней и ее сыном как психолог, корректировала психическое поведение.

В суде первой инстанции допрошен в качестве свидетеля ФИО51 который сообщил, что с ФИО4 знаком, находились в дружеских отношениях. ФИО4 проживал с ФИО1, ездил на автомобиле, который приобрел в автосалоне. Ему известно, что ФИО4 брал телефон в кредит, общий размер его долгов они с ФИО4 не обсуждали.

В суде первой инстанции допрошен в качестве свидетеля ФИО52, который сообщил, что является отчимом ФИО1, считает ее своей дочерью. ДД.ММ.ГГГГ узнал о смерти ФИО4, приехал за ребенком, прибыла следственно-оперативная группа. Он с ребенком уехал и прибыл снова в дом ФИО1 около 15 часов, в доме уже находились ФИО63. ФИО2 №1 интересовалась жильем и другим наследством, поскольку ФИО63 проживали в квартире ее отца ФИО4 Далее прибыл ФИО21, который по месту своей работы узнал, что ФИО4 должен был денежные средства за автомобиль. Вопрос наследственного автомобиля ФИО2 №1 подняла сама, ФИО21 сообщил ей о долгах. Он знал, что ФИО4 не был богатым человеком, поэтому они решили помочь дочери ФИО1 безвозвратно денежными средствами на похороны. ДД.ММ.ГГГГ он отвез Богухвал 500 000 рублей на похороны, но она спросила разрешения о погашении рассрочки за указанный автомобиль. Он ей сказал, что это ее право.

Из оглашенных показаний свидетелей ФИО53, ФИО54, следует, что последние были знакомы с ФИО4 длительное время, ранее они вместе проходили службу в органах внутренних дел. ФИО53известно, что в молодости ФИО4 употреблял наркотическое средство – каннабис (марихуану). Свидетель ФИО54 во время совместной службы в отделе полиции за ним подобное не замечал. Охарактеризовали ФИО65 с положительной стороны (том № 7 л.д. 101-105, 96-100).

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО24 суду показала, что знакома с ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ г., совместно работали в <данные изъяты>, дружили. Последние 3-4 года не общаются, поскольку она состояла в близких отношениях с сожителем ФИО1 – ФИО4 Ей известно, что ФИО1 и ФИО4 имеют совместного ребенка, в зарегистрированном браке не состояли. Последние 2-3 года ФИО1 и ФИО4 совместного хозяйства не вели. ФИО4 ей рассказывал, что они проживали на разных этажах. Он занимался воспитанием ребенка. Между ФИО1 и ФИО4 на бытовой почве происходили скандалы. Со слов ФИО4 он помогал ФИО1 оплачивать ипотеку, коммунальные платежи, покупал продукты. В собственности ФИО4 находился автомобиль BMW белого цвета. ФИО4 ей рассказывал о долговых обязательствах, о приобретении автомобиля в размере 1 000 000 рублей. Также ФИО4 делился с ней о желании приобрести в Грузии другой автомобиль BMW. Ранее в состоянии опьянения она ФИО4 не наблюдала. О смерти ФИО4 ей сообщил ФИО21 После смерти ФИО4 с ней связалась дочь последнего – ФИО2 №1 Ей неизвестно откуда у ФИО2 №1 был ее номер телефона. С ней они только обсуждали обстоятельства задержания ее мужа ФИО19

Объективно вина ФИО1 в самоуправстве подтверждается исследованными письменными доказательствами.

Согласно протоколу осмотра места происшествия и трупа ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ, непосредственным объектом осмотра явилось помещение <адрес> по ул. ФИО10 в <адрес>. На полу комнаты, расположенной на первом этаже указанного дома, обнаружен труп ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., без видимых признаков насильственной смерти. Осмотр проведен в период с 11часов 35минут до 11 часов 50 часов ДД.ММ.ГГГГ (том № 1 л.д. 208-214).

Из акта судебно-медицинского исследования № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что смерть ФИО4 наступила от <данные изъяты> (том № 1 л.д. 220-232).

Также виновность подтверждается ФИО1 следующими документами.

Заявлением ФИО2 №1 от ДД.ММ.ГГГГ, поданным нотариусу нотариального округа <адрес><адрес> ФИО55, о принятия наследства ФИО4 (том 1 л.д. 237).

Заявлением ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ, поданным нотариусу нотариального округа <адрес><адрес> ФИО55, из которого следует, что она, действуя как законный представитель своего несовершеннолетнего сына ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения, принимает наследство ФИО4 (том 1 л.д. 238).

Карточкой учета транспортного средства, из которой следует, что ФИО4 является собственником транспортного средства - автомобиля BMW 330i VIN номер: № белого цвета, ДД.ММ.ГГГГ г. выпуска (том 1 л.д. 247).

Документами, предоставленными директором ООО «<данные изъяты>» ФИО56, из которых следует, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 имелась задолженность в размере 520 000 рублей перед автосалоном ООО «<данные изъяты>» ИНН № которая погашена в полном объеме ДД.ММ.ГГГГ, а у ФИО4 на ДД.ММ.ГГГГ имелась задолженность в размере 1 380 000 рублей перед автосалоном ООО «<данные изъяты>» ИНН №, которая погашена ФИО1 в полном объеме ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д. 19-24).

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что рыночная стоимость автомобиля BMW 330i, VIN: №, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, на ДД.ММ.ГГГГ г., с технической (расчетной) точки зрения, составляла 2 777 600 рублей 00 копеек (том 2 л.д. 207-211), автомобиль был признан вещественным доказательством и передан на ответственное хранение (том 2 л.д. 66-73, 74-78).

Расходным кассовым ордером ООО «<данные изъяты>» № № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 через ФИО1 выданы денежные средства на сумму 2 800 000 рублей; основание – оплата за автомобиль BMW, VIN №, по договору № б/н от ДД.ММ.ГГГГ; имеются подписи директора ФИО39, главного бухгалтера ФИО18, кассира ФИО37, а также ФИО1, получившей денежные средства на указанную сумму (том 4 л.д. 114-119, 120).

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что подпись от имени ФИО1 в расходном кассовом ордере № № от ДД.ММ.ГГГГ о выдаче ФИО4 через ФИО1 суммы 2 800 000 рублей, расположенная на строке «Подпись» после текста «Два миллиона восемьсот тысяч рублей 00 копеек», выполнена самой ФИО1 (том 2 л.д. 176-180).

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что в расходном кассовом ордере № № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 2 800 000 рублей первоначально был выполнен печатный текст, затем все подписи и запись «ФИО37» (том 2 л.д. 189-191).

Содержанием телефонных переговоров между ФИО1 и ФИО22 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что ими обсуждаются вопросы отчуждения автомобиля ФИО4 и получения за него денежных средств, в частности:

ФИО1 просит ФИО21 ничего не говорить ФИО2 №1 про автомобиль ФИО4, поскольку она уже сообщила последней, что данный автомобиль был продан; ФИО21 сообщает, что по поводу автомобиля будет общаться с ФИО34, а также то, что сделку по приобретению автомобиля можно будет провести «задним» числом; ФИО1 сообщает, что никто из наследников ФИО4, в том числе ФИО2 №1, не будут принимать его наследство; ФИО21 сообщает, что сделку по автомобилю ФИО4 оформят ДД.ММ.ГГГГ по документу от ДД.ММ.ГГГГ г., что долгов у ФИО4 и ФИО1 не будет, поскольку их погасят, а остаток денежных средств передадут ФИО1, а также сообщает, что нужно будет расписаться в документе по продаже автомобиля;

ФИО21 приглашает ФИО1 в автосалон для получения денежных средств в кассе (том 3 л.д. 2-13, 14-25).

Содержанием телефонных переговоров между ФИО34 и ФИО22, между ФИО22 и ФИО38, между ФИО1 и ФИО23 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что: ФИО34 и ФИО21 обсуждают судьбу автомобиля ФИО4; ФИО22 сообщает ФИО38, что нужно будет решить вопрос о принятии группой компаний «<данные изъяты>» принадлежащего ФИО4 автомобиля марки BMW «задним» числом;

ФИО1 просит ФИО23 приехать к ней домой и «выполнить одну подпись» (том 3 л.д. 41-50).

Изъятыми у ФИО42 документами, из которых следует, что в кассу ООО «<данные изъяты>» ИНН № от ФИО4 поступили денежных средства на сумму 1 380 000 рублей (том 5 л.д. 151-154, 155-176).

Из нотариального дела о наследовании №ДД.ММ.ГГГГ год, следует, что наследство ФИО4 по закону приняли: дочь – ФИО2 №1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, сын ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения в лице законного представителя ФИО1. Наследственная масса состоит из: прав на денежные средства, находящиеся на счетах в ПАО «Сбербанк», с причитающимися процентами и компенсациями; прав на денежные средства, находящиеся на счетах в Банке ВТБ (ПАО), с причитающимися процентами и компенсациями; прав на денежные средства, находящиеся на счетах в АО «Альфа-Банк», с причитающимися процентами и компенсациями; автомобиля марки BMW, VIN номер: №, белого цвета, ДД.ММ.ГГГГ г. выпуска (том № 1 л.д. 236, том № 11 л.д. 21-75).

Так, стороной защиты представлены следующие доказательства:

решение <адрес><адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому с наследников ФИО2 №1, несовершеннолетнего ФИО3 (законный представитель ФИО1) взыскана задолженность по кредитному договору в пользу ПАО Банк ВТБ в размере 615 502, 54 копейки, а также задолженность по кредитной карте в размере 109 131, 20 рублей;

претензия ООО «<данные изъяты>» к ФИО1, в которой юридическое лицо просит вернуть денежные средства в размере 2 800 000 рублей, выданных в качестве предоплаты за автомобиль BMW;

исковое заявление, направленное в <адрес><адрес> о признании наследника несовершеннолетнего ФИО6 (законный представитель ФИО60), не принявшим наследство после смерти ФИО4

договор займа от ДД.ММ.ГГГГ, договор купли-продажи, договор залога на автомобиль KIA, приобретенный ФИО1

Согласно справкам 2-НДФЛ ФИО4 и ФИО1 имели постоянный источник дохода в виде заработных плат.

Решение <адрес><адрес> от ДД.ММ.ГГГГ об удовлетворении исковых требований Общества с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>» к ФИО1, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО3 о взыскании денежных средств.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции не может положить в основу приговора заключение психофизиологического исследования в отношении ФИО19, так как в соответствии с уголовно-процессуальным законом психофизиологические исследования с применением полиграфа не являются доказательствами по делу.

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции необоснованно включил в число потерпевших ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ рождения, поскольку в силу п. 1 ст. 1153 ГК РФ принятие наследства носит заявительный характер, а законный представитель ФИО6 - ФИО60 не только не совершала действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, оставшегося после смерти ФИО4 (п. 2 ст. 1153 ГК РФ), но и обратилась с исковым заявлением о признании своего несовершеннолетнего сына не принявшим наследство, которое апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ удовлетворено.

Обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ, в нем указаны: существо обвинений, место и время совершения преступлений, их способы, мотивы, цели, последствия (характер и размер вреда, причиненного преступлениями) и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

Следственные действия с ФИО1 проводились в установленном законом порядке, в том числе с участием адвоката, в необходимых случаях с участием понятых, протоколы составлены надлежащим образом, подписаны всеми участниками следственных действий.

Органами предварительного расследования обоснованно в качестве потерпевшей признана ФИО2 №1, поскольку общественно опасными действиями ФИО1 ей был причинен ущерб, что не противоречит положениям ст. ст. 42 и 252 УПК РФ. При этом и процессуальные действия при признании ФИО2 №1 потерпевшей не содержат каких-либо нарушений, которые бы могли фундаментально повлиять на принятия судом апелляционной инстанции нового приговора.

Нарушений норм УПК РФ при производстве предварительного расследования и сборе доказательств, по настоящему уголовному делу, которые в соответствии со ст. 75 УПК РФ могли бы послужить основанием для признания их недопустимыми, допущено не было. Доказательства, представленные стороной защиты, не опровергают выводы о совершении ФИО1 самоуправства и сбыта наркотических средств при обстоятельствах, изложенных судом апелляционной инстанции.

Допустимость и достоверность исследованных в ходе судебного следствия доказательств, полученными в соответствии с требованиями уголовно - процессуального закона, не вызывает сомнений, а их совокупность достаточна для вывода о виновности подсудимого в совершении инкриминируемых ей деяний, нарушений конституционных прав ФИО1 допущено не было.

Анализируя перечисленные выше доказательства, суд апелляционной инстанции отмечает, что они последовательны, получены с соблюдением требований закона, полностью согласуются между собой в описании обстоятельств, являющихся предметом судебного следствия, не содержат противоречий или неясностей, которые могли бы свидетельствовать о непричастности ФИО1 к совершению инкриминируемых ей преступлений. Данных о фальсификации доказательств в отношении ФИО1 в материалах уголовного дела не имеется.

Показания потерпевшей ФИО2 №1, свидетелей, данные в ходе предварительного следствия, суд считает достоверными и правдивыми в той части, в которой они не противоречат обстоятельствам, установленным судом, поскольку получены они с соблюдением норм УПК РФ и ст. 51 Конституции РФ, они согласуются между собой и с другими доказательствами, исследованными в суде, в том числе с показаниями самой ФИО1

Какая-либо заинтересованность в исходе дела потерпевшей или свидетелей, в искусственном создании доказательств обвинения в отношении ФИО1 со стороны сотрудников правоохранительных органов либо её оговора, равно как и наличия существенных противоречий в приведенных показаниях об обстоятельствах дела, ставящих их под сомнение, материалами дела не установлено. Оснований сомневаться в их достоверности и, соответственно признавать недопустимыми доказательствами у суда апелляционной инстанции не имеется.

К показаниям ФИО1, данным в ходе судебного следствия и предварительного расследования, в части того, что она не совершала преступлений, которые ей инкриминированы, суд апелляционной инстанции относится критически, поскольку в этой части они опровергаются показаниями потерпевшей и свидетелей, данными в ходе предварительного и судебного следствия.

О прямом умысле ФИО1 на сбыт наркотических средств, свидетельствует упаковка наркотических средств в пакеты, информирование ФИО2 №1 о содержимом в пакетах при передаче наркотических средств ФИО19, так как ФИО1 не могла не осознавать общественную опасность своих действий.

Суд апелляционной инстанции расценивает такие показания ФИО1 как способ защиты от предъявленного обвинения и реализацию её конституционного права на защиту.

Так, вопреки доводам стороны защиты из показаний ФИО19, ФИО2 №1, ФИО27, ФИО26 следует, что в тайники были помещены именно те наркотические средства, которые ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 передала ФИО19, так как иными наркотическими средствами ФИО19 не обладал. Переписка в телефонных переговорах ФИО26 и ФИО27 не свидетельствуют о том, что из тайников были изъяты иные средства, так как из ее содержания следует, что интернет-магазин они использовали для сбыта «своего» наркотического средства, которое, как следует из их показаний, они получили от ФИО19, а последний получил от ФИО1

При этом доводы ФИО1 о непричастности к инкриминируемому преступлению со ссылками на ряд документов необоснованны, поскольку в ходе судебного следствия данные документы не исследовались (протокол явки с повинной ФИО19 т.6 л.д. 162-164; протокол очной ставки между ФИО1 и ФИО19 т. 8 л.д. 41-47; протокол допроса ФИО19 т. 6 л.д. 224-228).

Оценивая изложенные письменные доказательства, суд апелляционной инстанции исходит из того, что они добыты надлежащими должностными лицами, признает их допустимыми и достоверными, поскольку они были получены органами предварительного следствия в установленном уголовно-процессуальном законом порядке. Не доверять экспертам и выводам проведенных по делу экспертиз у суда апелляционной инстанции оснований не имеется, экспертизы проведены компетентными специалистами, их мотивированные выводы основаны на результатах надлежащим образом выполненных исследований, не противоречат друг другу и другим, собранным по делу доказательствам. Письменные доказательства по делу добыты с соблюдением требований УПК РФ и процессуальных нарушений собирании доказательств не допущено, в связи с чем суд апелляционной инстанции полагает возможным положить их в основу апелляционного приговора.

Оперативно-розыскные мероприятия были осуществлены в соответствии с Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № № «Об оперативно-розыскной деятельности» при наличии к тому оснований, предусмотренных ст. 7 указанного закона, в целях пресечения и раскрытия преступлений, а также выявления и установления лиц, их подготавливающих или совершивших, с соблюдением гражданских прав и свобод, а также с учетом публичного интереса в сфере борьбы с незаконным оборотом наркотических средств, в связи с чем суд констатирует правомерность осуществления оперативно-розыскных мероприятий. Каких-либо оснований полагать недобросовестное фиксирование результатов оперативных мероприятий у суда апелляционной инстанции не имеется. Полученные в результате оперативно-розыскной деятельности сведения представлены органу предварительного расследования в установленном порядке и закреплены результатами производства следственных действий в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства.

Под незаконным сбытом наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, следует понимать незаконную деятельность лица, направленную на их возмездную либо безвозмездную реализацию (продажа, дарение, обмен, уплата долга, дача взаймы и т.д.) другому лицу (далее - приобретателю). При этом сама передача лицом реализуемых средств, веществ, растений приобретателю может быть осуществлена любыми способами, в том числе непосредственно, путем сообщения о месте их хранения приобретателю, проведения закладки в обусловленном с ним месте, введения инъекции.

При этом для квалификации действий лиц по ч.1 ст. 228.1 УК РФ как оконченного преступления не имеет значения размер фактически полученного наркотического средства.

То есть совершенные ФИО1 действия по передаче наркотических средств ФИО19 для последующей утилизации, образует состав сбыта наркотических средств. Ссылка ФИО1 на отсутствие у нее корыстного мотива не имеет правового значения для юридической оценки содеянного, так как по смыслу уголовного закона под незаконным сбытом понимается как возмездная, так и безвозмездная передача наркотического средства любым способом, в том числе путем сообщения о месте их хранения приобретателю.

Таким образом, суд апелляционной инстанции полагает, что органами предварительного расследования представлено достаточно доказательств виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228.1 УК РФ, считает необходимым квалифицировать ее действия как незаконный сбыт наркотических средств.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции считает, что органами предварительного расследования ФИО1 излишне вменены приобретение и хранение обнаруженных наркотических средств - каннабис (мариухана), в связи с чем они подлежат исключению из объема предъявленного обвинения.

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из предъявленного обвинения ФИО1 указание о вступлении ФИО19 с ФИО26, ФИО27 и неустановленным лицом в преступный сговор с целью незаконного сбыта наркотических средств, в том числе и переданного ФИО7 наркотического средства - каннабис (мариухана), как излишне вмененное.

Что касается обвинения в части неправомерных действий ФИО1 по распоряжению автомобилем ФИО4, то с учетом анализа ранее приведенных норм права ФИО1 совершила именно самоуправство, а не мошенничество, по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, действия ФИО1 не были направлены на завладение автомобилем ФИО4, к которому она и так имела доступ, так как автомобиль ФИО4 после его смерти уже находился у нее, соответственно, и сообщение ею ложных сведений ФИО2 №1 о том, что ФИО4 при жизни продал автомобиль, как и умолчание при общении с ФИО22 о том, что она не состоит в зарегистрированном браке с ФИО4, не говорит об этом.

Так очевидно, что совершение ФИО1 действий в отношении автомобиля ФИО4 было обусловлено тем, что она состояла с ФИО4 в фактических брачных отношениях и как мать его наследника предполагала наличие у нее права на данное имущество, однако вместо совершения законных действий по принятию наследства в порядке, предусмотренном ГК РФ, она решила получить денежные средства за автомобиль в обход установленных процедур, то есть путем самоуправных действий, и за счет вырученных средств погасить имевшуюся у ФИО4 задолженность перед ООО «<данные изъяты>».

Как следует из показаний ФИО2 №1 и ее действий по обращению к нотариусу с заявлением о принятии наследства, оставшегося после смерти ФИО4, предъявлении к ФИО1 по уголовному делу гражданского иска о возмещении ущерба, причиненного действиями с автомобилем ФИО4, она не согласна с самовольными действиями ФИО1 и оспаривает их правомерность.

Кроме того, ФИО1 достоверно было известно, что ФИО2 №1 проживает в служебной квартире ФИО4 из-за отсутствия собственного жилья, и находится в отпуске по уходу за двумя малолетними детьми.

При этом ФИО1 не могла не понимать и понимала, что полученные за автомобиль ФИО4 денежные средства в размере 2 800 000 рублей будут превышать размер его долга на сумму 1 380 000 рублей перед ООО «<данные изъяты>», что у ФИО4 помимо сына ФИО3 имеется дочь ФИО2 №1, которая также имеет право на получение доли в денежном выражении, оставшейся после погашения долгов ФИО4 за минусом доли ФИО3 (1 420 000 рублей – ? ), что лишив ФИО2 №1, причитающейся ей доли в размере денежных средств (710 000 рублей), она тем самым причинит последней вред, который, исходя из имущественного положения ФИО2 №1, о котором ФИО1 было достоверно известно, будет являться для ФИО2 №1 существенным.

Оценивая показания свидетеля ФИО24, согласно которым ФИО4 и ФИО1 не вели совместно хозяйство, суд апелляционной инстанции признает их в этой части недостоверными, поскольку они опровергаются объективными данными о проживании ФИО4 и ФИО1 по одному адресу, об участии ФИО4 в содержании и воспитании общего ребенка, о сообщении ФИО4 коллегам по работе о семейных отношениях с ФИО1

При этом, вопреки доводам стороны защиты, о нахождении ФИО1 и ФИО4 в фактических брачных отношениях и наличии у них ребенка не дают оснований для признания умышленных действий ФИО1 не образующими состава преступления, поскольку в результате нарушения ФИО1 установленного законом порядка совершения действий по принятию и распоряжению наследственным имуществом, правомерность которых оспаривается ФИО2 №1, последней был причинен существенный вред.

Довод ФИО1 о том, что автомобиль ФИО4 она передала на хранение, опровергается тем, что она получила за него денежные средства, часть которых израсходовала на покрытие долга ФИО4 перед автосалоном, а оставшейся суммой она распорядилась по своему усмотрению.

Доводы стороны защиты о том, что из размера денежных средств, вырученных ФИО1 в результате распоряжения автомобилем ФИО4, подлежат исключению понесенные ФИО1 затраты на погребение ФИО4 на сумму 414 032 рубля и ранее передававшиеся ею ФИО4 денежные средства на общую сумму 510 000 рублей, являются несостоятельными, поскольку расходование ФИО1 денежных средств на цели, не связанные с покрытием долгов ФИО4, является способом распоряжения незаконно полученными денежными средствами, и материалы уголовного дела не содержат достоверных доказательств того, что ФИО1 передавала ФИО4 деньги на общую сумму 510 000 рублей.

Также суд апелляционной инстанции считает необоснованным доводы апелляционного представления о причинении действиями ФИО1 ущерба в размере 2 800 000 рублей, поскольку в силу ст. 1175 ГК РФ наследники, принявшие наследство, отвечают и по долгам наследодателя, в связи с чем наследники ФИО4 фактически могли получить только разницу между стоимостью автомобиля (2 800 000 рублей) и его долгами перед автосалоном (1 380 000 рублей), которая по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляла 1 420 000 рублей.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции квалифицирует действия ФИО1, в результате которых ФИО2 №1 не получила причитающуюся ей долю денежных средств, вырученных за автомобиль ФИО4, по ч. 1 ст. 330 УК РФ как самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом порядку совершение действий, правомерность которых оспаривается гражданином, которыми причинен существенный вред.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переквалификации действий ФИО1 на иные составы преступлений, как и не находит оснований для ее оправдания.

С учетом выводов <данные изъяты> суд апелляционной инстанции признает ФИО1 <данные изъяты> и подлежащей уголовной ответственности.

При назначении ФИО1 наказания суд апелляционной инстанции в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности преступлений, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи.

ФИО1 впервые совершила преступления небольшой тяжести и тяжкое преступление.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд апелляционной инстанции учитывает у ФИО1: наличие одного малолетнего ребенка (п. «г» ч. 1 ст.61 УК РФ) и одного несовершеннолетнего ребенка; болезненное состояние здоровья, обусловленное <данные изъяты>; наличие положительных характеристик; признание фактических обстоятельств передачи автомобиля ФИО4 в автосалон и получения денежных средств в кассе ООО «<данные изъяты>», а также обнаружения наркотического средства и передачи ФИО19; наличие хронических заболеваний у родственников ФИО1; наличие наград и дипломов у детей ФИО1

Также суд апелляционной инстанции учитывает наличие у ФИО1 постоянного места жительства, положительные характеристики, устойчивых социальных связей и то, что она не состоит на учетах в психоневрологическом и наркологическом диспансерах.

Иных обстоятельств, подлежащих учету в качестве смягчающих наказание ФИО1, не имеется. Сведений о том, что преступления ею совершены в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств, суду не представлено, в ходе судебного разбирательства не установлено.

Отягчающих наказание обстоятельств не установлено.

Правовых оснований для применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку судом не установлены в отношении ФИО1 обстоятельства, смягчающие наказания предусмотренные пунктами «и» и (или) «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Суд апелляционной не усматривает исключительных смягчающих обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, поведением ФИО1 до и после совершения преступлений и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных деяний, в связи с чем не находит оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ (по ч.1 ст. 228.1 УК РФ), ст.64 УК РФ.

Суд апелляционной инстанции считает необходимым по ч. 1 ст. 330 УК РФ назначить ФИО1 наказание в виде штрафа с учетом ее материального положения и условия жизни ее семьи.

Вместе с тем, с учетом окончания преступления ДД.ММ.ГГГГ на момент рассмотрения уголовного дела судом апелляционной инстанции, установленный п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ двухгодичный срок давности привлечения ФИО1 к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 330 УК РФ истек, в связи с чем ФИО1 подлежит освобождению от наказания за данное преступление на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Учитывая характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, данные о личности виновной по ч.1 ст. 228.1 УК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о назначении ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы, поскольку только такое наказание, связанное с изоляцией от общества, будет отвечать целям исправления виновной и обеспечит возможность предупреждения совершения ею новых преступлений.

Учитывая указанные смягчающие наказание обстоятельства, суд апелляционной инстанции считает возможным не назначать ФИО1 по ч. 1 ст. 228.1 УК РФ дополнительный вид наказания в виде ограничения свободы.

Суд апелляционной инстанции считает обоснованным довод апелляционного представления об отсутствии оснований для применении к ФИО1, совершившей тяжкое преступление, имеющее большую общественную опасность, положений ст. 73 УК РФ.

На основании п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ следует назначить ФИО1 отбывание наказания в исправительной колонии общего режима.

В месте с тем, по смыслу закона критериями применения положений ч. 1 ст. 82 УК РФ являются наличие у осужденного ребенка в возрасте до 14 лет и его обязанность как родителя заниматься воспитанием своего ребенка, при этом интересам ребенка, которые затрагиваются осуждением его родителя, в контексте принципов гуманизма и уважения личности придается первостепенное значение, и только в исключительных случаях, если с учетом личности родителя либо совершения им преступления в отношении малолетнего применение института отсрочки отбывания наказания противоречит интересам самого ребенка, либо в иных случаях в силу прямого запрета закона, то есть при совершении родителем преступлений, указанных в ч. 1 ст. 82 УК РФ, отсрочка отбывания наказания не применяется.

Также согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 25, 26 постановления Пленума Верховного Суда от ДД.ММ.ГГГГ N № (в редакции от ДД.ММ.ГГГГ) «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания», решая при постановлении приговора, на стадии его проверки в апелляционном порядке или при исполнении приговора вопрос о применении отсрочки отбывания наказания к указанным в ч. 1 ст.82 УК РФ лицам, суд учитывает характеристику и иные данные о личности, поведение в период отбывания наказания, условия жизни лица и его семьи, сведения о наличии у него жилья и необходимых условий для проживания с ребенком и другие данные. Осужденного следует считать уклоняющимся от воспитания ребенка, если он оставил его в родильном доме или передал в детский дом либо ведет антиобщественный образ жизни и не занимается воспитанием ребенка и уходом за ним, без уважительной причины оставил ребенка родственникам или иным лицам, скрылся либо совершает иные действия (допускает бездействие), свидетельствующие об уклонении от воспитания ребенка.

Как усматривается из материалов уголовного дела, ФИО1 имеет на иждивении двоих несовершеннолетних детей, один из которых малолетний ФИО3, родившийся ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Каких - либо оснований, препятствующих применению в отношении ФИО1 положений ст. 82 УК РФ, каких-либо фактов, свидетельствующих о том, что ФИО1 не исполняла своих обязанностей по воспитанию и содержанию детей, а решение об отсрочке отбывания наказания противоречило бы интересам ее детей, суду апелляционной инстанции не известны и не установлены.

Так из имеющейся в материалах уголовного дела характеризующих сведений ФИО1 следует, что она проживает совместно с детьми, занимается их воспитанием и содержанием, общественный порядок не нарушает.

Принимая во внимание наличие у ФИО1 малолетнего ребенка, в отношении которого она добросовестно исполняет родительские обязанности, суд апелляционной инстанции считает возможным применить положения ст. 82 УК РФ и отсрочить ФИО1 реальное отбывание наказания в виде лишения свободы, назначенное по ч. 1 ст. 228.1 УК РФ, до достижения ее ребенком ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения, четырнадцатилетнего возраста.

Согласно материалам уголовного дела ФИО1 задержана в порядке ст. 91 УПК РФ, в отношении нее применялись меры пресечения в виде домашнего ареста и запрета определенных действий, время ее содержания под стражей в связи с задержанием, время нахождения под домашним арестом и время запрета определенных действий, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, подлежат зачету в срок лишения свободы в случае отмены предоставленной отсрочки отбывания наказания, при этом суд апелляционной инстанции, ввиду отсутствия соответствующих доводов, применяет те же правила льготного зачета, которыми руководствовался суд первой инстанции.

В период судебного разбирательства потерпевшей ФИО2 №1 заявлены исковые требования к ФИО1 компенсации морального вреда в размере 1 500 000 рублей, возмещении материального вреда в размере 3 500 000 рублей. Гражданский иск потерпевшей поддержан, государственный обвинитель просил данный иск не удовлетворять.

При решении вопроса о вещественных доказательствах по делу суд руководствуется требованиями ст. ст. 81, 82 УПК РФ.

Учитывая, что спорный автомобиль «BMW 330i» VIN номер: <данные изъяты>, белого цвета, 2019 года выпуска, признан вещественным доказательством, однако, арест на него не наложен, суд считает необходимым наложить арест на указанный автомобиль и сохранить до разрешения гражданских исков.

На основании изложенного и руководствуясь 307, 308, 309, п. 3 ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

приговорил:

приговор <адрес><адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 отменить.

Постановить новый апелляционный приговор в отношении ФИО1.

ФИО1 признать виновной в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 330 УК РФ, ч. 1 ст. 228.1 УК РФ, назначив ей наказание:

по ч. 1 ст. 330 УК РФ, в виде штрафа в размере двадцати тысяч рублей и освободить от назначенного наказания на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования;

по ч. 1 ст. 228.1 УК РФ в виде лишения свободы сроком четыре года три месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

на основании ст. 82 УК РФ отсрочить ФИО1 реальное отбывание наказания в виде лишения свободы, назначенное по ч. 1 ст. 228.1 УК РФ на срок четыре года три месяца, до достижения её ребенком ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения, четырнадцатилетнего возраста.

В случае отмены отсрочки отбывания наказания засчитать ФИО1 в срок лишения свободы:

время содержания под стражей в связи с задержанием ДД.ММ.ГГГГ из расчета один день за полтора дня лишения свободы;

время нахождения под домашним арестом с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы;

на основании п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ время запрета определенных действий, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, из расчета два дня его применения за один день содержания под стражей, подлежащего последовательному зачету в соответствии с ч. 3.2 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Признать право на удовлетворение гражданского иска ФИО2 №1, передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Судьбу вещественных доказательств по уголовному делу разрешить следующим образом: растительное вещество - каннабис (марихуана), находящееся в двух пакетах «гриппер» из упаковки № 1 массой в высушенном виде соответственно 1,65 г и 1,49 г и хранящееся в полимерном сейф-пакете № со штрих кодом, в камере хранения наркотических средств отдела полиции <данные изъяты>» УМВД России по <адрес> - уничтожить.

Вещественное доказательство - сотовый телефон марки «iPhone 13», принадлежащей ФИО2 №1, хранящийся в камере хранения вещественных доказательств следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес>, по вступлению приговора в законную силу вернуть по принадлежности последней.

Вещественные доказательства: 2 упаковки пакетов-гриппер; 2 мотка изоленты синего цвета; мерную ложку, «весы»; банковскую карту банка «Tinkoff.Black» на имя «ФИО76»; банковскую карту банка «Сбербанк» №; слот для сим-карты «Теле2»; слот для сим-карты и сим-карты «Теле2»; 2 мотка изоленты желтого цвета; моток изоленты белого цвета; 2 полимерных пакета «Агроперлит»; 2 полимерных пакета грунта; 3 полимерных бутылки удобрений; термометр в полимерной коробке; термометр в картонной коробке; фильтр; ультрафиолетовую лампу; 5 сим-карт; слот для сим-карты «МТС»; банковскую карту банка «Ю» на имя «ФИО77»; банковскую карту банка «Россельхоз Банк» №; банковскую карту «МТС Банк» №; магниты; моток изоленты синего цвета; моток изоленты красного цвета; моток изоленты белого цвета; мобильный телефон марки «iPhone SE», смартфон марки «IРhone XR», связки ключей от домофона; системный блок; воздухоотвод с фильтром; теплицу; сим-карты ООО «Т2 Мобайл», ПАО «Мегафон», ПАО «МТС»; 3 записные книжки в обложках темного цвета с надписями «ДД.ММ.ГГГГ», «ДД.ММ.ГГГГ», «ДД.ММ.ГГГГ»; 2 сим-карты оператора «Теле2» и сим-карту оператора «Мегафон»; мобильный телефон «Самсунг А80», принадлежащий ФИО27, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СУ СК России по <адрес> - хранить до рассмотрения выделенного из данного дела уголовного дела.

Вещественные доказательства: расходный кассовый ордер ООО «<данные изъяты>» № № от ДД.ММ.ГГГГ на 1 листе; документы, содержащие подписи ФИО1 (первые листы обвинительных заключений, сопроводительные письма, уведомления); CD-R диск, на котором содержатся аудиозаписи телефонных переговоров; CD-R диск, на котором содержится детализация телефонных соединений; документы, изъятые ДД.ММ.ГГГГ в ходе проведения обыска по месту работы свидетеля ФИО21; документы, изъятые ДД.ММ.ГГГГ в ходе выемки у свидетеля ФИО21 в помещении <адрес> следственного отдела на транспорте ЦМСУТ СК России; документы ООО «<данные изъяты>» ИНН №, изъятые ДД.ММ.ГГГГ в ходе выемки у свидетеля ФИО42; квитанция к приходному кассовому ордеру ООО <данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ на 1 листе, изъятая ДД.ММ.ГГГГ в ходе выемки у ФИО1 – хранить в материалах уголовного дела.

Наложить арест на автомобиль «BMW 330i» VIN номер: №, белого цвета, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, сохранить до разрешения гражданских исков.

Вещественное доказательство - автомобиль «BMW 330i» VIN номер: <данные изъяты>, белого цвета, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска оставить на ответственном хранении у свидетеля ФИО36, по адресу: <адрес>.

Апелляционный приговор может быть обжалован в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: