Приговор № 22-877/2025 от 8 сентября 2025 г. по делу № 1-60/2025

№ 22-877/2025

Судья Лукьянов Р.Н.

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ
ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

9 сентября 2025 г.

г. Орёл

Судебная коллегия по уголовным делам Орловского областного суда в составе

председательствующего Габлиной Е.В.,

судей Витене А.Г., Рогачева А.В.

при ведении протокола секретарём Яшиной И.А.

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Бычкова Д.А. в интересах осужденной ФИО1, апелляционному представлению прокурора <адрес> г Орла ФИО7 на приговор Северного районного суда г. Орла от 30 июня 2025 г., по которому

ФИО1, <дата> года рождения, уроженка п. Н – <адрес>, гражданка Российской Федерации, имеющая среднее образование, разведенная, на иждивении никого не имеющая, неработающая, невоеннообязанная, зарегистрированная по адресу: <адрес>, судимая:

25 декабря 2020 г. по приговору Северного районного суда г. Орла по п. «г» ч. 3 ст.158 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года; постановлением Северного районного суда г. Орла от 9 февраля 2022 г. условное осуждение отменено, назначено наказание в виде 2 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

4 августа 2021 г. по приговору Северного районного суда г. Орла по ч.1 ст.157 УК РФ к 10 месяцам исправительных работ с удержанием 10% из заработной платы в доход государства (постановлением Северного районного суда г. Орла от 6 октября 2021 г. исправительные работы заменены лишением свободы на срок 3 месяца 10 дней с отбыванием наказания в колонии-поселения;

21 апреля 2023 г. постановлением Кинешемского городского суда Ивановской области соединено наказание по приговорам Северного районного суда г. Орла от 25 декабря 2020 г. и 4 августа 2021 г., на основании ст. 70 УК РФ окончательно назначено 2 года 1 месяц лишения свободы в исправительной колонии общего режима, наказание отбыто 7 марта 2024 г.,

осуждена по п. «з» ч. 2 ст. 111УК РФ к 3 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Срок отбытия наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В срок отбывания наказания в соответствии с п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачтено время содержания под стражей с 7 января 2025 г. по день, предшествующий дню вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав дело по докладу судьи Габлиной Е.В., изложившей обстоятельства дела, содержание обжалуемого приговора и доводы, приведенные в апелляционной жалобе, представлении, возражениях, выступления осужденной ФИО1, участвующей посредством видео-конференц-связи, её защитника - адвоката Бычкова Д.А., просивших об изменении приговора по доводам апелляционной жалобы и частично по доводам апелляционного представления, мнение государственного обвинителя Кибалиной Н.В., частично поддержавшей доводы апелляционного представления, возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

по приговору суда ФИО1 признана виновной в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью ФИО2, опасного для жизни, совершенного с применением предмета (ножа), используемого в качестве оружия в период времени с 1 часа 30 минут до 2 часов 30 минут 7 января 2025 г. в <адрес> в <адрес>.

Преступление совершено при обстоятельствах, установленных судом и приведенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину признала частично, не отрицала, что нанесла ранение потерпевшему ФИО2, однако сделала это не умышленно.

В основной апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Бычков Д.А. ставит вопрос о переквалификации действий осужденной ФИО1 с п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ на ст. 118 УК РФ и назначении ей наказания в пределах санкции ст. 118 УК РФ. В обоснование указывает на нарушения п. 2 ст. 307 УПК РФ, считая, что в описании преступления, изложенном в обжалуемом приговоре, приведено множество фактов, которые основаны исключительно на вымысле стороны обвинения и суда, не подтверждаются материалами дела, исследованными в судебном заседании. Полагает, что осужденная на предварительном следствии оговорила себя, сообщив информацию не соответствующую действительности. В суде она вспомнила как в действительности все было на самом деле, изменила свои показания. Полагает, что из обстоятельств, установленных в судебном заседании, усматривается, что ФИО1 нанесла ножевое ранение потерпевшему ФИО2 не умышленно, а по неосторожности. События, произошедшие на кухне в квартире, были в условиях темноты, внезапности и неожиданности со стороны потерпевшего по отношению к ФИО1, никакого умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего у осужденной не было, что, по мнению автора жалобы, подтверждается показаниями самого потерпевшего и показаниями ФИО1, а также показаниями эксперта ФИО9

В апелляционном представлении прокурор, не оспаривая выводы суда о виновности осужденной и квалификации её действий, ставит вопрос об отмене приговора и постановлении нового апелляционного приговора, просит исключить указание о наличии смягчающего наказание обстоятельства – противоправного поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства – явки с повинной, исключения указания о применении положений ч. 3 ст. 68 УК РФ, применении ч. 2 ст. 68 УК РФ, усилении наказания. В обоснование данных требований, ссылаясь на положения п.18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 г. № 55 «О судебном приговоре», указывает, что при вынесении обжалуемого приговора суд первой инстанции в качестве смягчающего наказание обстоятельства признал противоправность поведения потерпевшего ФИО2, однако в нарушение требований ст. 73 УПК РФ, в описательно – мотивировочной части приговора отсутствует взаимосвязь между противоправными действиями потерпевшего ФИО2 и обусловленность ими совершения преступления ФИО1, что свидетельствует о противоречии между установленными фактическими обстоятельствами по делу. Полагает, что по делу необоснованно применены положения ч. 3 ст. 68 УК РФ, с учетом недостаточной совокупности смягчающих по делу обстоятельств считает необходимым назначить наказание с учетом положений ч. 2 ст. 68 УК РФ, то есть усилить наказание. Кроме того, считает необходимым учесть в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1, явку с повинной, содержащуюся в ее объяснениях от 7 января 2025 г., в которых она подробно изложила обстоятельства совершенного ею преступления.

В возражениях на апелляционные жалобы прокурор просит оставить их без удовлетворения.

В судебном заседании суда второй инстанции государственный обвинитель Кибалина Н.В. просила вынести по делу новый приговор и признать объяснение ФИО1 от 7 января 2025 г. явкой с повинной, в остальной части не поддержала доводы апелляционного представления.

Выслушав стороны, проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах, представлении, возражениях, судебная коллегия находит приговор суда подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии с пп.1, 2 ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены судебного решения судом апелляционной инстанции являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

В силу ст. 389.23 УПК РФ в случае, если допущенное судом нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, суд апелляционной инстанции устраняет данное нарушение, отменяет решение суда первой инстанции и выносит новое судебное решение.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии со ст. 87, 88 УПК РФ суд должен проверить и оценить все собранные по делу доказательства с точки зрения их допустимости и достоверности, дав им надлежащую оценку в приговоре.

В силу п.1 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием, в том числе, мотивов, целей преступления.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 г. № 55 «О судебном приговоре», если суд установил обстоятельства преступления, которые не были отражены в предъявленном подсудимому обвинении, но признаны судом смягчающими наказание (к примеру, противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившиеся поводом для преступления), эти обстоятельства также должны быть приведены при описании деяния подсудимого.

Постановленный по настоящему уголовному делу приговор указанным положениям закона не отвечает.

Так, в соответствии с п. «з» ч.1 ст. 61 УК РФ суд признал обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1, противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления.

Вместе с тем при описании деяния, совершенного ФИО1, обстоятельства, свидетельствующие о противоправности поведения потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления, в приговоре указал лишь, что «ФИО2 ранее неоднократно совершал противоправные действия в виде причинения ФИО1 физической боли (в ходе конфликта разбил бровь и нанес удар по затылочной части головы)», при этом не указал, относится ли это к обстоятельствам, установленным по настоящему делу или это относится к ранее совершенным ФИО2 противоправным деяниям в отношении ФИО1

Невозможность установления на основе приведенного в приговоре описания деяния обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, свидетельствует о том, что судом допущено нарушение закона, искажающее саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия.

При изложенных обстоятельствах, судебная коллегия находит обвинительный приговор подлежащим отмене в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона и выносит новый приговор.

Судебная коллегия считает, что доказательства, непосредственно исследованные в судебном заседании суда первой инстанции, являются допустимыми для разрешения уголовного дела в суде апелляционной инстанции и постановления апелляционного приговора.

Исходя из исследованных в судах первой и второй инстанций доказательств, установлено следующее.

7 января 2025 г. в период времени с 1 часа 30 минут по 2 часа 20 минут, между находящимися в состоянии алкогольного опьянения в квартире по адресу: <адрес> ФИО1 и ее сожителем ФИО2 возник конфликт, в ходе которого у ФИО1, в отношении которой ФИО2 ранее неоднократно совершал противоправные действия в виде причинения физической боли, а также в ходе данного конфликта нанес ФИО1 ладонью левой руки один удар в область лица (как пощечину, но жестко), в результате чего она ударилась головой о пластиковый уголок облицовочной сливной трубы в туалете и рассекла левую бровь, на почве внезапно возникших неприязненных отношений к последнему возник и сформировался преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2

Во исполнение своего внезапно - возникшего преступного умысла, направленного на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2, находясь в указанном месте, в указанное время, осознавая общественную опасность, противоправность своих действий, предвидя возможность и неизбежность наступления общественно-опасных последствий и желая их наступления, держа в правой руке кухонный нож, являющийся ножом хозяйственно-бытового назначения и к холодному оружию не относящийся, ФИО1 нанесла один удар клинком указанного ножа в область левой части живота ФИО2

Своими действиями ФИО1 умышленно причинила ФИО2 телесное повреждение в виде проникающего колото-резаного ранения передней брюшной стенки живота с повреждением брыжейки поперечной ободочной кишки и тощей кишки, которое по квалифицирующему признаку опасности для жизни, расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью (согласно п.6.1.15 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации за № 194 н от 24 апреля 2008 г.)

В судебном заседании суда первой инстанции подсудимая ФИО1 вину в совершении преступления признала частично и пояснила, что 6 января 2025 г. в 20 час. 45 мин. она приехала с работы, ФИО2 уже был пьян, так как к нему в гости приходили друзья. Она разобрала сумки, он (ФИО2) начал с ней конфликтовать, но она пыталась не реагировать, при этом они разговаривали, ругались. Она начала говорить ФИО2 о том, что сосед работает, а он нет, после чего он (ФИО2) разбил ей бровь. Ужин уже был приготовлен, она пошла в ванную комнату вытереть кровь, он сел есть. Далее она вышла из ванной, положила себе поесть. ФИО2 выключил свет сначала выключателем, причем делал это все молча. Она задвинула дверь в комнату, чтобы ему не попадал свет, включила свет и продолжила есть. ФИО2 вышел в коридор и рубильником отключил свет во всей квартире. Она не стала ничего говорить и стала светить себе телефоном. Далее ФИО2 забрал у нее телефон, тогда она пересела к подоконнику, включила фонарик, поставила его таким образом, чтобы свет падал на подоконник. Потом она взяла нож, так как что-то хотела отрезать. ФИО2 зашел на кухню попить и толкнул ее в плечо. Она развернулась к нему с ножом в руке и почувствовала, что попала ножом в ФИО2, он это тоже почувствовал и сказал ей об этом. Далее она отошла назад, бросила нож на стол, сказала ему, чтобы он лег, стала звонить в скорую помощь, он тоже звонил. На следственном эксперименте она по-другому описывала события, так как запуталась, где стоял ФИО2 Описывая нож, пояснила, что он острый, у него длинное лезвие с деревянной ручкой. Потерпевшему за причиненное телесное повреждение она выплатила 100 000 рублей. В тот вечер она употребляла спиртное. Употребление алкоголя никак не повлияло на нее, свои действия она контролировала, если бы она не употребляла алкоголь, все было бы также. Если бы ФИО2 не ударил ее в плечо, она бы не ударила его (т.3 л.д.20-22).

Из оглашенных в суде первой инстанции показаний ФИО1 в качестве обвиняемой от 6 февраля 2025 г. и 7 февраля 2025 г. следует, что она давала частично другие показания, а именно, что примерно в 2 час. 30 мин. 7 января 2025 г. она села поесть, для чего поставила тарелку с едой на подоконник, сама села на табуретку лицом к окну. ФИО2 все ещё ходил по квартире и ругался, кричал, скандалил, что она ему мешает. Он находился в состоянии алкогольного опьянения, она была значительно трезвее, но также выпивала. Насколько она помнит, ФИО2 вошёл в кухню и ударил её чем-то сильно в область затылка, от чего она испытала сильную физическую боль. Она не видела, чем он её бил, так как находилась спиной к нему. Она встала со стула, правой рукой дотянулась до ящика стола, в котором у них лежат кухонные принадлежности, и взяла нож, которым она обычно режет хлеб. Нож был длинный. Она резко схватила данный нож, развернулась, вытянула руку вперёд в сторону ФИО2 и почувствовала, что куда-то попала. Умысла причинять ему вред здоровью у нее не было, она вытянула нож в его сторону, чтобы защититься. Хотя она понимала, что он находится возле неё, и она может в него попасть, но она не видела из-за темноты насколько близко к ней находится ФИО2 (т.1 л.д.101 - 104, 106 - 109).

Судебная коллегия критически относится к показаниям подсудимой ФИО1 в части непризнания вины в умышленном нанесении удара ножом потерпевшему ФИО2, поскольку ее показания в этой части опровергаются ее же первоначальными показаниями в части описания своих действий, связанных с тем, что она встала со стула, прошла к кухонному столу, выдвинула ящик с кухонными принадлежностями, резко схватила нож, развернулась и нанесла им удар в живот потерпевшему, данными в качестве обвиняемой, которые в этой части согласуются с показаниями потерпевшего ФИО2, заключением судебно-медицинской экспертизы, показаниями эксперта ФИО9, свидетелей и другими доказательствами. Судебная коллегия считает, что такие показания подсудимая дает с целью облегчить свою ответственность за содеянное.

Не смотря на частичное признание вины ФИО1, ее виновность в совершении преступления подтверждается исследованными доказательствами.

Так, потерпевший ФИО2 в суде первой инстанции пояснил, что события конфликта происходили с 6 на 7 января 2025 г. на кухне, возле стола в <адрес>. № по <адрес>. ФИО1 готовила на кухне, он подошел к ней со спины, при этом в течение дня они с ней ругались. Он подошёл к ней со спины, хотел взять её за руку, чтобы вывести из квартиры, она развернулась через левое плечо, и как раз в этот момент он почувствовал, что в него, в левую часть первого подреберья воткнулся нож, который был у подсудимой в правой руке, она его сразу вытащила. Скорую ФИО1 не вызвала, потому что была в ступоре, и это пришлось делать ему самому. Сначала он ходил по квартире на ногах, пока ждал скорую, а потом ему стало плохо, наверное, терял сознание и очнулся уже, когда в квартире были сотрудники полиции и скорой помощи. Перед тем как ФИО1 нанесла ему удар ножом, он дал ей пощечину за то, что она его оскорбляла. Других ударов он ей не наносил, только брал за руку. Он был в состоянии опьянения, так как пил крепкое пиво, а ФИО1 водку, примерно выпила 0,5 литра. Когда они разговаривали, света на кухне не было, так как он его выключил, чтобы успокоить ФИО1 Он пытался успокоить ФИО1, психанул, вышел в подъезд и выключил автомат, то есть обесточил квартиру. ФИО1 взяла светильник, он работает от батареек и светит достаточно ярко. В момент удара светильник стоял на кухне на столе и светил вверх. Претензий к ФИО1 он не имеет, она возместила ему материальный ущерб в сумме 100 000 рублей (т.3 л.д.13 об. – 14).

Из оглашенных в суде второй инстанции показаний потерпевшего ФИО2, данных им на предварительном следствии при дополнительном допросе 28 марта 2025 г., усматривается, что примерно в 23 часа 6 января 2025 г. он нанес ладонью левой руки один удар в область лица ФИО1 (как пощечину, но жестко). В результате данного удара она ударилась головой о пластиковый уголок облицовочной сливной трубы в туалете и рассекла левую бровь, у нее потекла кровь из области левой брови (т. 2, л.д.110-111).

Судебная коллегия за основу приговора берет показания потерпевшего ФИО2, данные им в суде и на следствии при дополнительном допросе 28 марта 2025 г., так как данные показания согласуются как с показаниями подсудимой ФИО1, данными ею в качестве обвиняемой, так и с другими доказательствами по делу, исследованными судом первой инстанции.

Свидетель ФИО11, врач – хирург БУЗ ОО «БМП им. ФИО12», в суде подтвердил, что 7 января 2025 г. в отделение поступил ФИО2 с проникающим колото-резанным ранением брюшной полости. Проникающее было поставлено на основании того, что была эвентрация, то есть выпадение органов брюшной полости большого сальника. Был подан в операционную, проведено оперативное лечение. Колото-резанное ранение располагалось в области левого подреберья. На операции была произведена лапаротомия, учитывая проникающий характер ранения. При проведении лапаротомии было выявлено повреждение брыжейки поперечной кишки и серозно-мышечной оболочки тощей кишки. Количество крови в животе было около 500 мл., было произведено ушивание ранений брыжейки поперечной кишки и серозно-мышечной оболочки тощей кишки, санация и дренирование брюшной полости. После операции пациент был переведен в реанимацию (т. 3 л.д.15 - 16).

Из показаний свидетеля ФИО13, данных им в суде, и с учетом показаний, данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в суде первой инстанции, следует, что 7 января 2025 г. он выезжал с ФИО14 и ФИО15 около 2 час. 20 мин. по адресу: <адрес> или 22. Когда прибыли на место, квартира была закрыта, за дверью слышали женский голос, которая пыталась открыть дверь. Когда зашли, их встретила подсудимая, в квартире не было света, в руке последней был фонарик, позднее свет появился. Они прошли в комнату, там увидели мужчину с ранением в области живота снизу. Он лежал с оголенным торсом на диване. Его напарник прошел на кухню и обнаружил там нож. Все происходящее записывалось на видео (т.3 л. д. 17 об. – 18, т.2 л. д. 101 - 104).

Из показаний свидетеля ФИО15, данных им в суде, и с учетом показаний, данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в суде, следует, что 7 января 2025 г. поступило сообщение о том, что по адресу: <адрес> мужчиной получено ножевое ранение. Совместно с ФИО13 и ФИО14 они поднялись на этаж, позвонили в квартиру, за дверью был женский голос, она сказала, что у мужчины в квартире ножевое ранение. Дверь подсудимая открыла не сразу. Когда они вошли, освещения в квартире не было. У ФИО1 был телефон или фонарик, точно не помнит. Потерпевший был в зале, в области живота у него была кровь. ФИО1 попросила вызвать скорую помощь. Потом они проследовали с ФИО1 на кухню, она пояснила, что произошло, на кухонном столе справой стороны был нож (т. 318 об. – 19, т. 2 л.д. 106 - 108).

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО16 от 7 января 2025 г., данных на стадии предварительного расследования, следует, что прибывшая на место происшествия скорая медицинская помощь в лице фельдшера ФИО16 при входе в квартиру обнаружила, что на кровати в зале лежит ФИО2, который был в сознании, прикрывал рану на животе одной рукой, а именно левой. Затем ФИО2 доставили в больницу им. Семашко (т.1 л. д. 188 – 190).

Приведенные выше показания подсудимой ФИО1, потерпевшего ФИО2, свидетелей ФИО11, ФИО13, ФИО15, ФИО16 в части механизма нанесения ФИО1 удара ножом потерпевшему ФИО2 и получения последним повреждений, их тяжесть, а также в части места нанесения удара и противоправного поведения потерпевшего, объективно подтверждаются:

сообщением 112 от ФИО2, зарегистрированным в КУСП № от <дата>, в котором он сообщил о том, что по адресу: <адрес> нанесено ножевое ранение в живот, кровотечение (т.1 л. д. 10);

сообщением бригады скорой помощи ФИО16, зарегистрированным в КУСП № от <дата> о том, что по адресу: <адрес> - ножевое ранение, проникающее, геморрагический шок, гр. ФИО2 <дата> года рождения (т. 1. л. д. 11);

сообщением из больницы им. Семашко, зарегистрированным в КУСП № от <дата> о том, что <дата> в 3 час. 5 мин. доставлен бригадой «03» гр. ФИО2, <дата> г.р., проживает по адресу: <адрес>. Диагноз проникающее ножевое ранение передней брюшной стенки. Пояснил, что ударила ножом сожительница (т. 1. л. д. 12);

протоколом осмотра места происшествия от <дата> с участием специалиста ФИО17, согласно которому была осмотрена <адрес> по адресу: <адрес>. В ходе осмотра изъято: кухонный нож с деревянной рукояткой со следами вещества бурого цвета, упакован и изъят в бумажный конверт белого цвета, перемотанный лентой; фрагмент подошвы обуви, изъят в конверт белого цвета на отрезке светлой дактопленки размером 161х114 мм; следы пальцев рук на отрезках светлой дактопленки размерами 34ммх3мм, 34ммх28мм, упакованы в бумажный конверт; фрагмент ткани со следами вещества бурого цвета, изъят в конверт белого цвета (т. 1. л. д. 15 - 22);

протоколом следственного эксперимента от <дата> с фототаблицей к нему с участием потерпевшего ФИО2, статиста ФИО18, который был проведен с целью установления обстоятельств причинения телесного повреждения ФИО2 Установлено, что в момент поворота ФИО1 зажатым в руке ножом нанесла ранение в левую половину живота ФИО2 Произведён осмотр рубца и его ориентации на животе потерпевшего ФИО2 Рубец располагается по средней ключичной линии, ниже подреберье на 9 см, направлен вертикально и ориентирован на два – восемь циферблата часов. Высота рубца над уровнем пола составляет 106 см. потерпевший находится в домашних тапках на босую ногу (т. 1. л. д. 43 - 51);

протоколом следственного эксперимента от <дата> с участием обвиняемой ФИО1, согласно которому установлено, что следственный эксперимент проводился с целью установления обстоятельств причинения телесного повреждения ФИО2 ФИО1 указала, что <дата>, находясь на кухне <адрес>, сидела вполоборота левой стороной к подоконнику у окна и почувствовала удар по голове сзади слева над ухом, после чего развернулась, встала, подошла к столешнице, выдвинула ящик с кухонными принадлежностями, схватила нож и выставила его перед собой. Куда был направлен нож, в какую часть относительно ФИО19 она не видела. При двукратном воспроизведении того, как ФИО1 вытянула нож, клинок ножа-муляжа находился на расстоянии 107 см от пола (т. 1. л. д. 110 -117);

заключением эксперта № от <дата>, согласно которому на клинке представленного на экспертизу ножа обнаружена кровь человека, ДНК в которой произошла от ФИО2 На фрагменте ткани обнаружена кровь человека, ДНК в которой произошла от ФИО2 На рукояти ножа обнаружен биологический материал, ДНК в котором произошла от ФИО1(т. 1. л. д. 145 - 153);

заключением эксперта № от <дата>, согласно которому представленный на экспертизу нож изготовлен самодельным способом с применением технологичного оборудования, является ножом хозяйственно-бытового назначения и к холодному оружию не относится (т. 1. л. д. 157 - 159);

заключением эксперта № от <дата>, согласно которому у ФИО2, <дата> года рождения, было обнаружено телесное повреждение в виде проникающего колото-резаного ранения передней брюшной стенки живота с повреждением брыжейки поперечной ободочной кишки и тощей кишки. Данное повреждение получено от действия колюще-режущего предмета, давностью образования не более 6 - 12 часов до момента поступления в стационар и по квалифицирующему признаку опасности для жизни расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью (т. 1 л. д. 163 - 165);

протоколом осмотра предметов от <дата> с фототаблицей, согласно которому были осмотрены и в последующем признаны и приобщены в качестве вещественных доказательств: нож, изъятый в ходе ОМП <дата> по адресу: <адрес>, ответ на запрос и СD - R диск с аудиозаписью, приложенный к ответу от ГУ МЧС России по <адрес> от <дата> (т. 1. л. д. 214 - 219, 220, 221 - 223);

протоколом осмотра предметов от <дата> с фототаблицей, согласно которому был осмотрен и в последующем признан и приобщен в качестве вещественного доказательства: DVD-R диск с видеозаписями, приложенный к ответу ОБППСП от <дата> (т. 2. л. д. 117 - 121, 122 -123);

заключением эксперта № д от <дата>, согласно которому, учитывая размеры клинка ножа, представленного на экспертизу, с учетом приблизительных размеров колото-резаной раны живота, указанных в медицинской (карте около 3х 2 см), не исключается возможность причинения колото-резаной раны ФИО2 представленным на исследование ножом (т. 1. л. д. 170 - 172);

показаниями эксперта ФИО9, который подтвердил указанное выше заключение судмедэкспертизы от <дата>, а также пояснил, что механизм образования колото-режущего ранения - это разрезание ткани, укол и разрезание ткани. Сам проникающий характер ранения является опасным для жизни состоянием даже без повреждения внутренних органов, а в данном случае было кровотечение. По степени тяжести повреждение относится к тяжкому вреду здоровья. При производстве следственного эксперимента была установлена высота расположения ножа клинка над полом, она составила 107 см. Также замеряли высоту расположения ножевого ранения, рубца от ножевого ранения, которая составила 107 см, то есть в этой части имеется совпадение. Направление движение ножа также совпало. Нож по отношению к потерпевшему находился спереди назад. Клинок ножа шел в живот спереди назад. При этом имеется три совпадения - направление движения клинка в тело, расположение высоты над телом и плоскость клинка, то есть рубец совпадал с плоскостью входа клинка ножа. Таким образом, подсудимая должна была держать нож плоским концом параллельно полу плоской частью. Относительно силы удара два условия: каково состояние травмируемой ткани и острота клинка. Если тупой нож, то конечно нужно значительное усилие. Живот - это мягкие ткани, которые под кожей не прикрыты костным скелетом, то есть для преодоления, сопротивления не нужно большое усилие. В живот можно ударить, что значит со значительной силой будет ножевое проникающее ранение, а можно держать нож и напороться, то есть давление. Но в любом случае травматическая сила есть. Механизм действия колото-резанного ранения - укол и разрезание ткани. Поэтому ответить на вопрос о конкретной силе однозначно нельзя. Исходя из показаний подсудимой, у нее только направление движения и относительно высота совпадает, он не может дать оценку этому, это не компетенция врача, но может сказать о совпадении или относительно совпадений (т. 3 л. д. 15 об. – 16 об.);

протоколом дополнительного допроса потерпевшего ФИО2 от <дата>, из показаний которого следует, что ранее в течение 6 лет сожительства с ФИО1 он мог применять к ней физическую силу в ходе их словесных конфликтов (т. 1 л. д. 39 - 40);

заключением судебной медицинской экспертизы № от <дата>, согласно которому, с учетом записей представленных для проведения судебно – медицинской экспертизы ксерокопий медицинских документов при обращении за медицинской помощью в БУЗ <адрес> «ГБ им. ФИО20» и БУЗ <адрес> «БСМП им. ФИО12» <дата>, у ФИО1 были установлены следующие повреждения: кровоподтеки головы, лица (без указания точной анатомической локации и их количества); ссадины в области лица над бровями и справа от носа (без указания их количества); кровоподтек в нижней трети левого бедра по передней поверхности. Обнаруженные повреждения образовались в результате достаточного по своей силе травматического воздействия тупых твердых предметов ( -та), по механизму образования: кровоподтеки - удар, и (или) сдавление, ссадины - трение и /или удар со скольжением. Установленные при проведении судебно – медицинской экспертизы повреждения у ФИО1 относятся к поверхностным, как в отдельности, так и в совокупности не повлекли длительного расстройства здоровья либо незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как не причинившие вреда здоровью (т. 1 л. д.176 – 181);

ответом из приемного отделения БУЗ <адрес> «Больница скорой медицинской помощи им. ФИО12» № от <дата>, согласно которому <дата> в 12 час. 40 мин. в приемное отделение больницы обращалась ФИО1, установлен диагноз: ушибы, ссадины, кровоподтеки мягких тканей головы, лица (т. 1 л. д. 208);

постановлением о выделении в отдельное производство материалов уголовного дела в отношении ФИО2 по ст. 116 УК РФ по факту причинения им <дата> телесных повреждений ФИО1 (т. 1 л. д. 225);

справкой начальника ОП № (по <адрес>) УМВД России по <адрес> ФИО21 о неоднократных обращениях (13 раз) ФИО1 за период времени с 2020 г. по 2025 г. в ОП № (по <адрес>) УМВД России по <адрес> по фактам конфликтов с сожителем ФИО2 и нанесения им телесных повреждений ФИО1 (т. 1 л. д. 227);

распиской потерпевшего ФИО2, датированной <дата>, о получении 100 000 руб. от ФИО1 в счет компенсации морального и материального вреда за причинение телесных повреждений (т. 2 л. д. 52);

копией медицинской карты на имя ФИО1, согласно которой в день поступления в ФКУ СИЗО -1 УФСИН России по <адрес><дата> в ходе осмотра у ФИО1 установлены множественные ушибы мягких тканей бедра, головы, ссадины над бровями и справа от носа (т. 2 л. д. 38- 39).

Указанные доказательства судебная коллегия признает относимыми и допустимыми, их совокупность – достаточной, а виновность ФИО1 в совершении преступления доказанной, в связи с чем квалифицирует ее действия по п. «з» ч. 2 ст.111 УК РФ – как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Об умышленном характере действий подсудимой и направленности ее умысла на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2 свидетельствует орудие преступления - нож и способ его совершения – акцентированный удар в область расположения жизненно важных органов человека – живота, что привело к повреждению в виде проникающего колото-резаного ранения передней брюшной стенки живота с повреждением брыжейки поперечной ободочной кишки и тощей кишки, повлекшему тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

По смыслу уголовного закона под предметами, используемыми в качестве оружия, понимаются любые материальные объекты, которыми мог быть причинен вред здоровью потерпевшего, а также иные предметы, применение которых создавало реальную опасность для его жизни или здоровья.

Квалифицирующий признак "с применением предмета, используемого в качестве оружия" нашел свое подтверждение в ходе судебного заседания, поскольку во время совершения преступления ФИО1 использовала нож хозяйственно-бытового назначения как предмет, используемый в качестве оружия, нанесла проникающий удар в живот потерпевшему, в связи с чем ему были причинены телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью.

Довод подсудимой об отсутствии умысла на причинение телесного повреждения ФИО2 полностью опровергается исследованными судом доказательствами, подтверждающими осознанный характер действий ФИО1, в том числе ее же показаниями, данными в ходе предварительного расследования, и результатами проведенного с ее участием следственного эксперимента.

Исследованные доказательства подтверждают, что преступление совершено ФИО1 по мотиву возникших личных неприязненных отношений, обусловленных поведением самого ФИО2, который в ходе конфликта, возникшего после употребления спиртных напитков, непосредственно перед преступлением применял в отношении ФИО1 насилие, не опасное для жизни и здоровья.

При этом описанные действия ФИО1 перед причинением ножевого ранения ФИО2 свидетельствуют об умышленном характере ее действий.

Анализируя приведенные выше доказательства, судебная коллегия приходит к выводу, что, нанося удар ножом потерпевшему, ФИО1 в полной мере сознавала фактический характер и общественную опасность своих действий, руководила ими, ориентируясь в ситуации, предвидела возможность наступления тяжких последствий и желала их наступления, а в последствии давала о них пояснения, преуменьшая свою роль в содеянном, что также свидетельствует о том, что в момент совершения преступления ФИО1 не находилась в состоянии аффекта.

Версия стороны защиты о том, что потерпевший случайно наткнулся на нож, который в руке держала ФИО1, не нашла своего объективного подтверждения и опровергается достаточной совокупностью приведенных допустимых, достоверных доказательств.

Судебная коллегия не находит оснований для квалификации действий ФИО1 по ч. 1 ст. 118 УК РФ, поскольку, с учетом установленных обстоятельств бесспорно установлено, что преступление было совершено умышленно, а не по неосторожности, о чем свидетельствуют как механизм причиненного потерпевшему телесного повреждения – проникающее ранение ножом, обладающим колюще – режущими свойствами, используемым в качестве оружия, так и его локализация – в брюшную полость, где располагаются жизненно важные органы.

Вопреки доводам стороны защиты о том, что подсудимая оговорила себя на предварительном следствии и только в суде вспомнила обстоятельства, при которых было причинено ножевое ранение потерпевшему, не ставит под сомнение достоверность приведенных выше доказательств, умышленный характер ее действий.

Оснований не доверять показаниям потерпевшего ФИО2, свидетелей ФИО11, ФИО13, ФИО15, ФИО16, эксперта ФИО9 судебная коллегия не находит, так как они детальны, последовательны, согласуются между собой и с совокупностью письменных доказательств, а также частично с показаниями подсудимой ФИО1, данными в качестве обвиняемой.

Переходя к вопросу назначения наказания, судебная коллегия в соответствии со ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновной, наличие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление ФИО1 и условия жизни ее семьи.

Преступление, совершенное ФИО1, направлено против жизни и здоровья и относится в силу положений ст. 15 УК РФ к категории тяжких.

При изучении личности ФИО1 установлено, что она ранее судима, разведена, на иждивении никого не имеет, характеризуется удовлетворительно, на учете у врача-психиатра и нарколога не состоит.

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы № от <дата> ФИО1 ---------- (т. 1 л. д. 48-51).

Вопреки доводам апелляционного представления, судебная коллегия признает обстоятельством, смягчающим наказание, в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ - противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, поскольку материалами дела доказано, что тяжкий вред здоровью потерпевшего причинен ФИО1 на фоне внезапно возникшей личной неприязни, обусловленной совершением потерпевшим непосредственно перед этим противоправных действий в отношении нее, выразившихся в нанесении ей ударов; а также в силу п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ - оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, добровольное возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления, частичное признание вины (ч. 2 ст. 61 УК РФ).

Также судебная коллегия приходит к выводу о том, что на основании п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, необходимо признать явку с повинной, содержащуюся в объяснениях ФИО1 от <дата>, в которых она сообщила об обстоятельствах нанесения удара ножом своему сожителю ФИО2 (т.1 л.д.14).

На момент дачи указанных объяснений органы предварительного расследования не обладали сведениями о совершении преступления именно ею.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 г. N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания" под явкой с повинной, которая в силу п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ является обстоятельством, смягчающим наказание, следует понимать добровольное сообщение лица о совершенном им или с его участием преступлении, сделанное в письменном или устном виде.

Кроме того, в сообщении ФИО2 в ОД ОП № УМВД России по <адрес> № в 2 час. 22 мин. <дата> указано о ножевом ранении в живот, кровотечении, о лице, причинившем ему ранение, он не сообщал.

Согласно рапорту инспектора ППСП 3 роты УМВД России по <адрес> ФИО14 от <дата>, примерно в 2 час. 27 мин. <дата> по указанию дежурного ГУН ОБППСП УМВД России по <адрес> они выехали по адресу: <адрес>, дверь открыла неизвестная женщина, которая пояснила, что в ходе конфликта нанесла своему сожителю ФИО2 ножевое ранение (т. 1 л.д.13).

Обстоятельствами, отягчающими наказание, в соответствии с положениями ст.63 УК РФ, судебная коллегия признает рецидив преступлений, который в соответствии с п. «б» ч. 2 ст. 18 УК РФ – является опасным; в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, поскольку именно это повлияло на ее поведение и способствовало совершению преступления, снизив способность ФИО1 к самоконтролю и усилив агрессию в отношении потерпевшего.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, данные о ее личности, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, а также установленные в законе цели наказания, судебная коллегия приходит к выводу, что ее исправление возможно только в условиях изоляции от общества, ей следует назначить основное наказание в виде реального лишения свободы без дополнительного наказания. По этим же основаниям судебная коллегия не находит оснований для применения положений ст.73 УК РФ, назначения более мягкого вида наказания, чем предусмотрено санкцией на основании ст.64 УК РФ.

Поскольку в отношении ФИО1 установлены обстоятельства, отягчающие наказание, правовых оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ не имеется.

Учитывая совокупность смягчающих обстоятельств, судебная коллегия приходит к выводу о назначении наказания по правилам ч. 3 ст. 68 УК РФ.

При этом судебная коллегия находит несостоятельными доводы апелляционного представления о назначении наказания по правилам ч. 2 ст. 68 УК РФ и об усилении назначенного наказания.

Местом отбывания лишения свободы в соответствии с п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ следует назначить исправительную колонию общего режима.

В срок лишения свободы подлежит зачету время содержания ФИО1 под стражей с 7 января 2025 г. по 8 сентября 2025 г. с учетом положений, предусмотренных п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Судьба вещественных доказательств разрешается в соответствии со ст.81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.20, 389.23, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

п р и г о в о р и л а:

приговор Северного районного суда г. Орла от 30 июня 2025 г. в отношении ФИО1 отменить, постановить новый обвинительный приговор.

Признать ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч.2 ст.111 УК РФ, и назначить ей 2 года 10 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу - с 9 сентября 2025 г., с зачетом в срок лишения свободы времени ее содержания под стражей с 7 января 2025 г. по 8 сентября 2025 г. с учетом положений п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Вещественные доказательства по уголовному делу: нож, как орудие преступления – уничтожить; ответ на запрос и СD - R диск с аудиозаписью, приложенный к ответу от ГУ МЧС России по <адрес> от <дата>; DVD - R диск с видеозаписями, приложенный к ответу ОБППСП от <дата> – хранить в материалах уголовного дела.

Апелляционный приговор может быть обжалован в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Кассационные жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст.401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев с момента оглашения приговора, а осужденной, содержащейся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ей копии апелляционного приговора.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор могут быть поданы непосредственно в Первый кассационный суд общей юрисдикции и подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи