Апелляционное постановление № 1-86/2025 22-3468/2025 от 1 апреля 2025 г.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 22-3468/25

Дело № 1-86/25 Судья Гюнтер Е.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 02.04.2025 г.

Судья судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда Цепляева Н.Г.,

при ведении протокола помощником судьи В ВА,

с участием прокурора отдела прокуратуры Санкт-Петербурга П ДН,

осужденного Ш ЕВ ,

защитника – адвоката Г АД

рассмотрев в судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя – старшего помощника прокурора <адрес> Санкт-Петербурга К МБ на приговор Московского районного суда Санкт-Петербурга от <дата>, которым

Ш ЕВ , <дата> года рождения, уроженец <...>, ранее несудимый,

осужден

по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ к лишению свободы сроком на 4 года, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством сроком на 02 года 10 месяцев

на основании ст. 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы назначено условно с испытательным сроком 4 года, с возложением обязанностей в течение испытательного срока являться в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденных, не менять места жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных.

Заслушав доклад судьи Цепляевой Н.Г., мнение прокурора П ДН, поддержавшего апелляционное представление, просившего приговор суда изменить по изложенным в представлении доводам, осужденного Ш ЕВ и адвоката Г АД, возражавших против удовлетворения апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором Московского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> Ш ЕВ признан виновным в нарушении будучи лицом, управляющим автомобилем в состоянии опьянения правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека. Преступление совершено в Санкт-Петербурге при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель - старший помощник прокурора <адрес> Санкт-Петербурга К МБ не оспаривая юридическую квалификацию действий осужденного Ш ЕВ , его виновность в совершении инкриминируемого ему преступления, выражает несогласие с приговором суда, полагает, что приговор является незаконным, необоснованным и несправедливым, поскольку при его постановлении судом неправильно применен уголовный закон, допущено существенное нарушение уголовно-процессуального закона, назначено несправедливое, чрезмерно мягкое наказание, просит приговор изменить, исключить из приговора указание о назначении осужденному наказания в виде лишения свободы с применением положений ст. 73 УК РФ, назначить осужденному местом отбывания наказания в виде лишения свободы, исправительную колонию общего режима; указать в приговоре об исчислении срока дополнительного наказания, назначенного осужденному с момента отбытия основного вида наказания; изменить меру пресечения на заключение под стражу.

В обоснование доводов представления указывает, что само по себе наличие перечисленных в приговоре положительных характеристик и установленных судом смягчающих наказание обстоятельств, не свидетельствуют о том, что исправление Ш ЕВ возможно без реального отбытия наказания и не является безусловным основаниям для применения положений ст. 73 УК РФ.

Совокупность приведенных судом обстоятельств исключительной не является, при этом, компенсация вреда здоровью потерпевшего и возмещение иного ущерба является характерной для лица, совершившего преступление по неосторожности, адекватной реакцией человека, осознавшего последствия своих действий, что не уменьшает степень общественной опасности содеянного.

Полагает, что судом фактически оставлено без внимания, что основным объектом преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, являются общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств. Вместе с тем, безопасность дорожного движения - это состояние данного процесса, отражающее степень защищенности его участников, то есть неопределенного круга лиц от дорожно-транспортных происшествий и их последствий; общественная опасность содеянного заключается в причинении вреда интересам государства и общества в сфере эксплуатации транспортных средств, являющихся источником повышенной опасности; дополнительный объект преступного посягательства - здоровье и жизнь человека - важнейшее, бесценное, охраняемое законом благо, непреходящая общечеловеческая ценность, утрата которой необратима и невосполнима.

Указывает, что судом фактически не учтены обстоятельства совершенного преступления, свидетельствующие о том, что Ш ЕВ , управляя автомобилем то есть источником повышенной опасности, находился в состоянии алкогольного опьянения и утомленном состоянии, в результате чего не смог правильно и адекватно воспринимать дорожную обстановку, уснул за рулем автомобиля, не выдержав боковой интервал, выехал на сторону дороги, предназначенной для встречного движения, где совершил столкновение с троллейбусом, в результате чего, пассажиру автомобиля потерпевшей Потерпевший №1, причинен тяжкий вред здоровью.

Обращает внимание, что преступление по своей сути является циничным. Ш ЕВ осознавая, что находится в состоянии алкогольного опьянения и утомленном состоянии, лишавшем его возможности правильно и адекватно оценивать дорожную обстановку и ставящим под угрозу безопасность движения, представляя угрозу для иных участников дорожного движения, оказывал услуги по перевозке пассажиров. Наступившие в результате противоправных действий Ш ЕВ общественно-опасные последствия в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей являются необратимыми и невосполнимы для ее здоровья.

Оценивая личность Ш ЕВ обращает на систематическое привлечение последнего к административной ответственности за совершение правонарушений в области дорожного движения, связанных, в том числе с превышением допустимого скоростного режима, что свидетельствует о его устойчивом пренебрежительном отношении к закону, закономерно приведшем в итоге к тяжким последствиям.

В возражениях на апелляционное представление защитник осужденного Ш ЕВ – адвокат Г АД указывает, что приговор суда является законным, обоснованным и справедливым, наказание назначенное Ш ЕВ отвечает требованиям ст.ст. 6,43 УК РФ.

Суд апелляционной инстанции, проверив материалы дела, доводы апелляционного представления, выслушав мнение сторон, приходит к выводу, что приговор суда как обвинительный является законным и обоснованным.

Уголовное дело рассмотрено в особом порядке в соответствии с требованиями главы 40 УПК РФ.

Суд правильно, с соблюдением условий, предусмотренных главой 40 УПК РФ, постановил приговор без проведения судебного разбирательства, права осужденного не нарушены, обвинение с которым согласился осужденный, обоснованно и подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу и полученными в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Как усматривается из материалов дела, ходатайство о рассмотрении уголовного дела в особом порядке было заявлено Ш ЕВ в ходе ознакомления с материалами уголовного дела в порядке ст. 217 УПК РФ, в присутствии адвоката Г АА (т.1 л.д. 232-233), В судебном заседании <дата> Ш ЕВ поддержал ходатайство о применении процедуры особого порядка рассмотрения уголовного дела. В судебном заседании Ш ЕВ согласился с предъявленным обвинением, вину в совершении преступления признал полностью, в присутствии защитника Г АД поддержав ранее заявленное им ходатайства о проведении судебного заседания в особом порядке, подтвердил, что оно было заявлено им добровольно после консультации с защитниками, характер и последствия заявленного ходатайства, а также последствия постановления приговора без проведения судебного разбирательства ему были понятны. Суд получив согласие государственного обвинителя, которые не возражали против применения процедуры рассмотрения уголовного дела в особом порядке, постановил данный приговор.

Таким образом, процедура применения особого порядка принятия судебного решения, требования ст. ст. 314 - 316 УПК РФ соблюдены в полной мере.

Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора соответствует положениям ч. 8 ст. 316 УПК РФ.

Согласно выводам суда обвинение Ш ЕВ в совершении преступления является обоснованным и подтверждено доказательствами, содержащимися в материалах уголовного дела, полученными с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

Отразив в приговоре описание преступного деяния, с обвинением в совершении которого Ш ЕВ согласился, суд правильно квалифицировал действия Ш ЕВ по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену приговора в период предварительного следствия и судом, не допущено.

При назначении осужденному Ш ЕВ наказания судом приняты во внимание положения ч. 5 ст. 62 УК РФ, ч. 7 ст. 316 УПК РФ, учтены характер и общественная опасность совершенного им преступления, данные о его личности и обстоятельства смягчающие его наказание, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, а также влияние наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

При назначении наказания осужденному Ш ЕВ суд в качестве обстоятельств смягчающих наказание по ч. 2 ст. 61 УК РФ учел: признание вины, раскаяние, добровольное заглаживания вреда причиненного преступлением (при отсутствии исковых требований), положительную характеристику по месту трудоустройства, наличие на иждивении матери пенсионного возраста страдающую тяжелым хроническим заболеванием, состояние здоровья его супруги, имеющей тяжелое хроническое заболевание.

Также суд обоснованно на основании п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельства смягчающего наказание признал наличие малолетнего ребенка.

Кроме того суд принял во внимание данные о личности Ш ЕВ , согласно которым он на учете в психоневрологическом и наркологическом диспансерах не состоит, трудоустроен, ранее не судим.

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденного, судом не установлено.

Одновременно суд учел характер и степень общественной опасности, обстоятельства совершенного Ш ЕВ преступления, являющегося неосторожным преступлением, направленным против безопасности дорожного движения, относящимся к категории средней тяжести, обстоятельства содеянного им, приведенные в приговоре при описании совершенного преступного деяния, установленные судом, связанные с управлением источником повышенной опасности будучи в состоянии опьянения, характер и размер наступивших последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей.

Таким образом, суд первой инстанции, приняв во внимание все предусмотренные ч. 3 ст. 60 УК РФ обстоятельства, учитываемые при назначении наказания, пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения Ш ЕВ основного наказания в виде лишения свободы, с дополнительным наказанием в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством, в пределах санкции ч. 2 ст. 264 УК РФ.

Суд обоснованно не признал установленные обстоятельства, смягчающие наказание осужденного Ш ЕВ исключительными обстоятельствами, связанными с целями и мотивами преступления, его ролью, его поведением во время или после совершения преступления, существенно уменьшающими степень общественной опасности совершенного преступления, позволяющими назначить ему за совершенное преступление наказание ниже низшего предела, либо более мягкий вид наказания, чем предусмотрено санкцией ч. 2 ст. 264 УК РФ либо не применять дополнительный вид наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, предусмотренный за совершенное им преступление в качестве обязательного.

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления (изложенных в описательно-мотивировочной части приговора), способа совершения преступления, суд обоснованно не усмотрел оснований для изменения категории совершенного Ш ЕВ преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что оснований для назначения осужденному наказания, альтернативного лишению свободы в виде принудительных работ в соответствии со ст. 53.1 УК РФ, не усматривается.

Однако, с учетом, установленных смягчающих наказание обстоятельств, в том числе предусмотренного п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, данных характеризующих личность осужденного с положительной стороны, отсутствия обстоятельств, отягчающих наказание суд обоснованно посчитал возможным назначить Ш ЕВ основное наказание в виде лишения свободы, и дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами не на максимальный срок, предусмотренный санкцией ч. 2 ст. 264 УК РФ.

В тоже время, приняв во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, суд обоснованно назначил Ш ЕВ дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок, близкий к максимальному сроку, предусмотренному за совершенное преступление.

Также с учетом характера и степени общественной опасности совершенного Ш ЕВ преступления, являющегося неосторожным преступлением, направленным против безопасности дорожного движения, относящегося к категории средней тяжести, обстоятельств содеянного им, приведенных в приговоре при описании совершенного преступного деяния, связанного с управлением источником повышенной опасности будучи в состоянии опьянения, в том числе характера и размера наступивших последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей, данных, характеризующих его личность, согласно которым он ранее не судим к уголовной ответственности не привлекался, трудоустроен, имеет семью, малолетнего ребенка, установленных в соответствии с ч.ч. 1,2 ст. 61 УК РФ обстоятельств, смягчающих его наказание при отсутствии обстоятельств, отягчающих наказание, суд принял обоснованное решение о возможности исправления осужденного без отбывания наказания в виде лишения свободы, применив в отношении него положения ст. 73 УК РФ, постановив считать назначенное наказание в виде лишения свободы условным с испытательным сроком, в течение которого он должен будет своим поведением доказать свое исправление, а также с возложением дополнительных обязанностей, в соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ.

При этом испытательный срок, в течение которого Ш ЕВ должен будет своим поведением доказать свое исправление назначен судом в соответствии с ч. 3 ст. 73 УК РФ в размере, близком к максимальному, предусмотренному указанной нормой при назначении наказания в виде лишения свободы на срок свыше одного года.

Мотивируя применение положений ст. 73 УК РФ, суд обоснованно учел совокупность смягчающих наказание Ш ЕВ обстоятельств, отсутствие отягчающих обстоятельств, судом апелляционной инстанции также принимается во внимание поведение Ш ЕВ после совершения преступления. Принимая решение о применении к Ш ЕВ условного осуждения в соответствии со ст. 73 УК РФ и определяя испытательный срок с возложением на осужденного обязанностей, суд первой инстанции вопреки доводам представления учитывал не только совокупность смягчающих наказание обстоятельств, но и принял во внимание влияния назначаемого наказания на исправление подсудимого и на условия его семьи, при этом суд апелляционной инстанции также отмечает, что на иждивении Ш ЕВ находиться малолетний ребенок, и интересы малолетнего ребенка, развитию которого и формированию его личности в малолетнем возрасте противоречат отстранение отца, от воспитательного процесса.

Доводы апелляционного представления о том, что суд при назначении наказания необоснованно применил положения ст. 73 УК РФ, является необоснованным, поскольку в соответствии с п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> №... «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» необходимо исполнять требований закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания, имея в виду, что справедливое наказание способствует решению задач и достижению целей, указанных в ст.ст. 2 и 43 УК РФ.

Оснований для исключения указания о применении ст. 73 УК РФ, как об этом стоит вопрос в апелляционном представлении, суд апелляционной инстанции не находит.

Согласно положениям ч. 1 ст. 73 УК РФ, если, назначив наказание в виде лишения свободы на срок до 8 лет, суд придет к выводу о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания, он постановляет считать назначенное наказание условным. Применение условного осуждения, согласно закону, не ограничено ни характером, ни степенью тяжести содеянного. Исключения, касающиеся невозможности применения условного осуждения, приведенные в ч. 1 ст. 73 УК РФ, не относятся к осужденному Ш ЕВ

Судом первой инстанции мотивировано применение положения ст. 73 УК РФ, предусматривающей возможность исправления Ш ЕВ без реального отбывания им наказания в виде лишения свободы. Таким образом, назначенное Ш ЕВ наказание отвечает выраженным в Конституции РФ и главе 11 УК РФ принципам справедливости, гуманизма и индивидуализации ответственности, а также недопустимости применения чрезмерных мер уголовной репрессии, соответствует требованиям ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, и с учетом установленных по делу обстоятельств не может быть признано чрезмерно мягким либо чрезмерно суровым, и, как следствие несправедливым.

Какие-либо обстоятельства, которые не были бы учтены судом при постановлении приговора, и могли бы повлиять на вид и размер наказания, а также нормы Общей части УК РФ, которые были нарушены судом при назначении наказания, в апелляционном представлении не приведены.

При таких обстоятельствах доводы автора апелляционного представления, не могут быть признаны значимыми и свидетельствующим о наличии бесспорных оснований для изменения приговора и несправедливости назначенного Ш ЕВ наказания.

Доводы представления о том, что суд не в полной мере учел характер, степень общественной опасности, сделаны без учета конкретных обстоятельств дела, направлены на переоценку выводов суда, не свидетельствуют о нарушениях закона при назначении наказания Ш ЕВ и не свидетельствуют о необходимости изменения размера назначенного ему наказания, и об исключении применения положений ст. 73 УК РФ.

Степень общественной опасности преступления устанавливается судом в зависимости от конкретных обстоятельств содеянного, в частности характера и размера наступивших последствий, способа совершения преступления, от вида умысла.

Характер общественной опасности преступления определяется уголовным законом и зависит от установленных судом признаков состава преступления, направленностью деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности и причиненный им вред.

Согласно обжалуемому приговору, как уже указано выше, при назначении наказания осужденному Ш ЕВ суд учел то, что он совершил неосторожное деяние, направленное против безопасности движения, которое в соответствии с положениями ст. 15 УК РФ, как раз в зависимости от характера и степени общественной опасности деяния отнесено к преступлениям средней тяжести.

При назначении наказания осужденному суд принял во внимание, приведенные в приговоре при описании преступного деяния, установленные обстоятельства содеянного Ш ЕВ , который вопреки требованиям Правил дорожного движения РФ управлял транспортным средством, находясь в состоянии опьянения – угрожающем безопасности движения, лишившем его возможности правильно и адекватно оценивать дорожную обстановку, допустил нарушения Правил дорожного движения РФ, обязывающих водителя соблюдать дистанцию с движущимися впереди транспортным средством и соблюдать боковой интервал, обеспечивающие безопасность движения, а также управлять транспортным средством со скоростью, обеспечивающей водителю постоянный контроль за движением, а при возникновении опасности для движения, которую в состоянии обнаружить – принять меры к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства, которые привели к дорожно-транспортному происшествию, в результате которого пассажиру его транспортного средства был причинен тяжкий вред здоровью. Таким образом, суд учел, как характер допущенных Ш ЕВ нарушений правил дорожного движения, так и наступившие вследствие указанных нарушений последствия и пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения осужденному наказания, как основного, так и дополнительного в пределах санкции ч. 2 ст. 264 УК РФ.

Суд учел, что Ш ЕВ не оспаривал факт совершения инкриминируемого деяния и обстоятельства при которых оно было совершено, давал о них показания, вину в свершении преступления признал полностью, раскаялся в содеянном, в дальнейшем согласился с предъявленным ему обвинением ввиду чего уголовное дело рассмотрено в особом порядке, предпринимает меры для заглаживания вреда, причиненного преступлением, перечисляя на счет потерпевшей денежные средства в счет компенсации вреда, выразил готовность и в дальнейшем предпринимать меры для заглаживания вреда, указанные обстоятельства, характеризующие поведение осужденного после совершенного преступления, свидетельствующие о его критическом отношении к содеянному, которые не оспариваются государственным обвинителем, в совокупности с иными установленными смягчающим наказание обстоятельствами, а также данными о его личности, которые также не оспариваются государственным обвинителем, согласно которым Ш ЕВ ранее не судим, к уголовной ответственности не привлекался, трудоустроен, положительно характеризуется по месту работы, женат, имеет малолетнего ребенка, проживает с семьей, положительно характеризуется в быту, его супруга страдает хроническим заболеванием, оказывает помощь матери пенсионного возраста, не состоит на учетах в психоневрологическом и наркологическом диспансерах, имеет постоянное место жительства, обоснованно признаны судом, как свидетельствующие о снижении степени общественной опасности совершенного Ш ЕВ преступления, позволяющие сделать вывод о том, что предусмотренные ч. 2 ст. 43 УК РФ цели наказания, такие как исправление осужденного, а также предупреждение совершения им новых преступлений и восстановление социальной справедливости, могут быть достигнуты без реального отбывания им основного наказания в виде лишения свободы.

При этом, как указано выше суд не усмотрел оснований для признания совокупности установленных обстоятельств, смягчающих наказание, данных о личности осужденного исключительными обстоятельствами, существенно уменьшающими степень общественной опасности совершенных ими преступлений, позволяющими применить положения ст. 64 УК РФ, обоснованно не усмотрел оснований для назначения Ш ЕВ более мягкого вида наказания, а также ниже низшего предела, чем предусмотрено санкцией ч. 2 ст. 264 УК РФ либо для не назначения дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, а также не усмотрел и оснований для изменения категории совершенного им преступления, на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Таким образом, поскольку указаний на какие-либо нарушения, которые могли бы послужить основанием для изменения приговора в части назначенного наказания, обоснованных доводов, свидетельствующих о таких нарушениях, в апелляционном представлении и апелляционной жалобе не содержится, а те обстоятельства, на которые ссылается автор представления были учтены судом, постановившим приговор, при определении вида и размера наказания назначенного Ш ЕВ , и повторному учету не подлежат, оснований для удовлетворения апелляционного представления в части назначенного наказания судом апелляционной инстанции не усматривается.

Оценивая доводы апелляционного представления о том, что суд при назначении наказания Ш ЕВ не в полной мере учел данные о его личности, а именно факт привлечения его к административной ответственности за совершение правонарушений в области дорожного движения, связанных, в том числе с превышением допустимого скоростного режима, без ссылки на указанные нарушения, суд апелляционной инстанции не находит их свидетельствующими, о несправедливости назначенного Ш ЕВ поскольку из материалов уголовного дела следует, что Ш ЕВ привлекался в административной ответственности <дата> по ч. 3 ст. 12.14. КоАП РФ и <дата> по ч.3 ст. 12.23 КоАП РФ, при этом не одно из этих правонарушений не связано с несоблюдением скоростного режима.

Также суд апелляционной инстанции отмечает, Ш ЕВ за совершение административного правонарушения, предусмотренное ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ (нарушение правил маневрирования), назначено наказание в виде штрафа в размере 500 рублей, за административное правонарушение, предусмотренное ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ (нарушение правил перевозки людей), назначено наказание в виде штрафа в размере 3000 рублей.

Штрафы оплачены, сведения о привлечении Ш ЕВ к административной ответственности по ст. 20.25 КоАП РФ – уклонение от исполнения административного наказания, неуплату административного штрафа в срок, предусмотренный законом, в материалах уголовного дела отсутствуют.

Согласно сведениям Госавтоинспекции МВД России об административных правонарушениях в области дорожного движения, совершенных Ш ЕВ , по состоянию на <дата> установлено одно правонарушение от <дата> за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ за которое Ш ЕВ был подвергнут административному наказанию в виде штрафа в размере 3000 рублей, с указанием даты исполнения или закрытия дела <дата>.

Сведения о неисполненных Ш ЕВ административных наказаний за административные правонарушения в области дорожного движения отсутствуют.

Таким образом, имеется информация о том, что Ш ЕВ до совершения преступления, только три раза привлекался к административной ответственности в 2021 году и в 2022 году за правонарушения в области дорожного движения, которые не связаны, как с управлением транспортным средством в состоянии опьянения, невыполнением требования о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, невыполнением обязанностей в связи с дорожно-транспортным происшествием, совершением иных нарушений, влекущих лишение права управления транспортным средством, а также с превышением установленной скорости движения, с нарушением правил дорожного движения, связанным с созданием препятствий для движения других транспортных средств, ввиду несоблюдения дистанции и бокового интервала между транспортными средствами, выезда на полосу встречного движения.

При этом, с учетом представленных сведений и давности совершения Ш ЕВ административных правонарушений, исполнения им административных наказаний в виде штрафов и отсутствия сведений о привлечении его к административной ответственности по ст. 20.25 КоАП РФ, с учетом положений ст. 4.6 КоАП РФ имеются обоснованные основания полагать, что на момент совершения преступления, осужденный уже не являлся лицом подвергнутым административному наказанию за административные правонарушения, предусмотренные ст. 12.6 КоАП РФ и ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ.

Указанные выше сведения о количестве совершенных Ш ЕВ административных правонарушений, их виде и характере, давности привлечения его к административной ответственности, об исполнении им административных наказаний, с учетом данных, характеризующих его личность, отношение к содеянному, а также установленных судом обстоятельств, смягчающих наказание, которые не оспариваются обвинением, при отсутствии обстоятельств, отягчающих наказание, не позволяют оценить Ш ЕВ как лицо, выработавшее устойчивое пренебрежительное отношение к закону, исправление которого невозможно без реального отбывания наказания в виде лишения свободы.

Указывая о несправедливости назначенного осужденному наказания, автор апелляционного представления также ссылается на то, что совершенное Ш ЕВ преступление имеет повышенную общественную опасность, так как оно направлено против безопасности движения и эксплуатации транспорта, заключается в причинении вреда государству и обществу в сфере эксплуатации транспортных средств и имеет дополнительный объект преступного посягательства - здоровье и жизнь человека, указывает, что суд в достаточной мере не учел степень общественной опасности и обстоятельства совершенного преступления, при этом цитирует обстоятельства совершенного Ш ЕВ преступления, установленные судом, приведенные в приговоре, которые, как и направленность совершенного деяния на охраняемые законом социальные ценности – на безопасность движения и эксплуатации транспорта, были учтены судом при назначении осужденному наказания, как определяющие характер и степень общественной опасности преступления.

Апелляционное представление не содержит иных доводов, касающихся обстоятельств содеянного Ш ЕВ , характера и размера, наступивших от совершенного им преступления последствий, причиненного им вреда, данные о его личности, поведении после совершенного преступления, которые не были приняты во внимание судом, однако влияющих на оценку степени общественной опасности совершенного им преступления.

Принимая во внимание указанные выше обстоятельства, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда, изложенными в обжалуемом приговоре и не находит оснований для отмены, либо изменения приговора, в том числе для исключения указания на условное осуждение и полагает, что апелляционное представление государственного обвинителя – помощника прокурора <адрес> Санкт-Петербурга К МБ удовлетворению не подлежит.

Нарушений Конституционных прав и норм уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела в отношении Ш ЕВ с учетом требований ст. 389.15 УПК РФ, которые могли бы послужить основанием отмены либо изменения приговора суда, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Московского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> в отношении Ш ЕВ оставить без изменения.

Апелляционное представление государственного обвинителя – старшего помощника прокурора <адрес> Санкт-Петербурга К МБ оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Кассационная жалоба, представление, могут быть поданы в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через районный суд в течение шести месяцев.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья