Приговор № 1-162/2019 от 17 ноября 2019 г. по делу № 1-162/2019

Дело № 1-162/2019

28RS0021-01-2019-000775-83


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Сковородино 18 ноября 2019 года

Сковородинский районный суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Неволиной М.Н.,

при секретаре Ворокосовой Т.Я.,

с участием:

государственных обвинителей Рудченко Е.И.,

потерпевшей Потерпевший №1,

защитника подсудимого – адвоката Громыко А.В., представившего удостоверение № и ордер № от 11 сентября 2019 года,

подсудимого ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина Российской Федерации, с образованием 9 классов, в браке не состоящего, детей не имеющего, не работающего, не военнообязанного, зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>,

судимого:

15 ноября 2010 года <адрес> городским судом Амурской области по ч. 2 ст. 228 УК РФ, с применением ч.4 ст.74 УК РФ, ст.70 УК РФ (по совокупности с приговорами <адрес> районного суда Амурской области от 21 сентября 2009 года и 20 октября 2009 года, судимости по которым погашены), к 3 годам 4 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

освобожденного 14 марта 2014 года по отбытию срока наказания;

31 января 2017 года <адрес> районным судом Амурской области по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, в соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности с приговором <адрес> районного суда Амурской области от 02 августа 2016 года, с учетом постановления <адрес> районного суда Амурской области от 26 октября 2016 года, (судимость по которому погашена) к 1 году 1 месяцу лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

31 октября 2017 года решением <адрес> городского суда Амурской области установлен административный надзор сроком на 8 лет,

освобожденного 28 февраля 2018 года по отбытию срока наказания;

26 марта 2019 года мировым судьей Амурской области по <адрес> районному судебному участку № 2 по ч. 1 ст. 119 УК РФ к 10 месяцам лишения свободы, в соответствии со ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком 1 год,

содержащегося под стражей с 12 мая 2019 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предметов, используемых в качестве оружия, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего ФИО2.

Преступление совершено им при следующих обстоятельствах.

11 мая 2019 года в период времени с 16 часов до 19 часов 35 минут, во дворе <адрес>, между ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, находящимися в состоянии алкогольного опьянения, произошел конфликт поводом, к которому послужило некачественное исполнение ФИО2, по мнению ФИО1, работ по разборке пола расселенного дома барачного типа, расположенного по адресу: <адрес>. На высказанные ФИО1 претензии, ФИО2, находящийся в состоянии алкогольного опьянения, выразился в адрес ФИО3 нецензурной бранью, после чего поднялся на крыльцо, ведущее в <адрес>, где взял доску и подойдя к ФИО1 попытался ею нанести удар ФИО1 от которого последний увернулся. В этот момент у ФИО1, находящегося в состоянии алкогольного опьянения, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, вызванных высказанной ФИО2, в его адрес нецензурной бранью и попыткой ФИО2 нанести ему удар доской, возник преступный умысел, направленный на причинение ФИО2 тяжкого вреда здоровью опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, путем нанесения ударов рукой сжатой в кулак и доской по голове ФИО2

С этой целью, 11 мая 2019 года в период времени с 16 часов до 19 часов 35 минут, находясь около крыльца <адрес>, ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, реализуя свой преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, действуя из личной неприязни по отношению к последнему, умышленно, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения ФИО2 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, и желая этого, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий в виде причинения смерти ФИО2, хотя при должной внимательности и предусмотрительности, мог и должен был предвидеть эти последствия, в отсутствие признаков состояния необходимой обороны, находясь напротив стоящего ФИО2, нанес ему со значительной силой не менее 3 ударов кулаком левой руки, в жизненно важный орган человека - в область лица головы ФИО2, от чего последний потерял равновесие и выронил удерживаемую доску, которой ранее пытался нанести удар ФИО1. После чего, ФИО1, продолжая реализовывать свой преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2, опасного для жизни, с применением предмета, используемого в качестве оружия, действуя из личной неприязни по отношению к последнему, умышленно, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения ФИО2 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, и желая этого, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий в виде причинения смерти ФИО2, хотя при должной внимательности и предусмотрительности, мог и должен был предвидеть эти последствия, в отсутствие признаков состояния необходимой обороны, поднял доску, которую выронил ФИО2, продолжая стоять напротив ФИО2, удерживая в обеих руках доску, со значительной силой нанес один удар указанной доской в жизненно важный орган человека -левую теменную область головы ФИО2

Своими умышленными преступными действиями ФИО1 причинил ФИО2 физическую боль и следующие телесные повреждения:

Закрытую тупую черепно-мозговую травму: с одной ушибленной раной в левой теменной области, с одной ссадиной в лобной области слева, с окологлазничной гематомой слева, с одной ссадиной на верхней губе, с двумя ссадинами на нижней губе, с одной ссадиной под левым глазом, с одним кровоизлиянием под мягкие ткани головы в проекции левой теменной кости, с острой субдуральной гематомой левого полушария объемом до 100 мл, с диффузными кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку обоих полушарий, которые квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни и как повлекшие за собой смерть.

Смерть ФИО2 наступила в 20 часов 25 минут 11 мая 2019 года в хирургическом отделении ГБУЗ АО «<адрес> ЦРБ» от расстройства мозгового кровообращения, образовавшегося в результате закрытой тупой черепно-мозговой травмы и состоит в прямой причинно-следственной связи с действиями ФИО1

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершенном преступлении не признал, пояснил, что действовал в состоянии необходимой обороны, так как защищал свою жизнь и здоровье, убивать ФИО2 он не хотел.

Подсудимый ФИО1 воспользовался предоставленным ему ст. 47 УПК РФ правом, в силу ст. 51 Конституции РФ от дачи показаний в суде отказался.

В судебном заседании по ходатайству стороны государственного обвинения, в порядке ст. 276 УПК РФ, оглашены показания подсудимого ФИО1, данные в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого, обвиняемого, из которых, в частности, установлено, что 11 мая 2019 года около 16 часов он шел по улицы <адрес> и около дома № № увидел ФИО2, который ему известен как житель города <адрес>, не имеющий постоянного места жительства. С ФИО2 находились его товарищи - Свидетель №5 и Свидетель №2. Они разбирали списанный деревянный барак, в котором никто не живет, расположенный около <адрес>. Он подошел к ним, подозвал ФИО2, и предложил ему снять со всего барака розетки и проводку, которая бы пригодилась ему в хозяйстве, за это он предложил ФИО2 500 рублей. На его предложение ФИО2 согласился и, взяв у него 500 рублей, сходил в магазин, в котором приобрел три бутылки водки. Он же пошел домой, переоделся в спецовку синего цвета, состоящую из куртки и штанов, и вернулся. Он, вместе с ФИО2 и его товарищами, снимал розетки и проводку. В этот момент, около барака остановился микрогрузовик однокабинный белого цвета, за рулем которого был неизвестный ему мужчина. Мужчина обратился к нему, представился ФИО37, и спросил, имеются ли в бараке, разбираемом ими, половые доски. Он предложил ему зайти и посмотреть состояние пола в бараке. ФИО37 зашел в барак, посмотрел доски, его устроило состояние и он предложил ему организовать ФИО2 и его приятелей снять доски с пола, чтобы он к 18 часам этого же дня приехал и забрал их. Он согласился с предложением ФИО37. После этого ФИО37 куда-то съездил и привез литр спирта, который он передал ФИО2. К этому моменту, также помогать разбирать барак, пришел Свидетель №1. Он (ФИО1) передал спирт ФИО2 и объяснил, что к 18 часам нужно оторвать половые доски и предоставить их ФИО37, на что тот его заверил, что они все сделают. Привезенный спирт он не пил, выпил немного водки, которую принес ФИО2, однако, он был полностью адекватен. Он не стал контролировать выполнение ФИО2 и его товарищами работ, взял снятые розетки, проводку и ушел домой.

Около 18 часов 11 мая 2019 года он пришел к бараку, который разбирали ФИО2 с товарищами, чтобы посмотреть всю ли работу они сделали. Придя на место, он увидел, что ФИО2 и его товарищи почти ничего не сделали, но выпили весь спирт и находятся в состоянии сильного алкогольного опьянения. Товарищи ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения стали разбегаться кто куда. ФИО2 также пошел домой, он догнал его во дворе <адрес>, и стал предъявлять ему претензии о том, что он и его товарищи выпили спирт предоставленный им, а работу, возложенную на них, не выполнили. ФИО2 на его претензии ответил в грубой форме, что ему безразлично, то что он не выполнил работу, на которую подрядился, после чего нецензурно выразился в его адрес. Он предложил ФИО2 выяснить отношения на трезвую голову на следующий день, на что ФИО2 отреагировал агрессивно, поднялся на крыльцо дома <адрес>, ведущее в его квартиру. На крыльце ФИО2 схватил деревянную доску длиной не меньше полутора метров, после чего начал кричать ему, чтобы он подошел для того, чтобы его ударить. Он не стал подходить к ФИО2, и тогда тот стал подходить к нему, сокращая дистанцию. Он не отбегал, так как не воспринимал слова ФИО2, о том, что тот нанесет ему удар доской, всерьез. Когда между ними оставалось расстояние примерно с метр, ФИО2 размахнулся доской и нанес удар, однако, он увернулся и, кулаком левой руки нанес ФИО2 не менее трех ударов в область лица, бил он в область губ, носа и, вроде бы, левого глаза. Удары он наносил с приложением силы, в тот момент он воспринимал пьяного ФИО2, как серьезного противника, от которого можно ожидать разное. В тот момент ФИО2 выглядел агрессивно, в руках у него была немаленькая доска, которой тот мог причинить ему повреждения, высказывал угрозу ударить палкой. Он знает, что ФИО2 ранее привлекали к ответственности за то, что он наносил телесные повреждения другим лицам ножом, палкой, он об этом слышал. Он думал, что ФИО2 ничего ему не сделает, когда последний к нему подходил. Когда ФИО2 начал ему угрожать, подходя с доской, расстояние до ФИО2 от него (ФИО1) было где-то метров 5. Он не убегал, потому что не воспринимал в тот момент угрозы ФИО2 всерьез, хотя возможность убежать у него в тот момент была. Когда расстояние между ними сократилось до полутора метров, он считает, что тогда уже убежать не мог, так как ФИО2 уже замахнулся. Он боялся, что ФИО2 представляет угрозу его жизни. От его ударов ФИО2 потерял равновесие и стал покачиваться, однако, на ногах устоял. При этом, потеряв равновесие, ФИО2 выронил доску, которой пытался нанести ему дар. В этот момент, когда ФИО2 пошатывало, он (ФИО1) ему никаких ударов нанести не пытался, но он, взяв доску, которую выронил ФИО2, и, удерживая ее обеими руками, с замаха от правого плеча, заведя доску за спину, со стороны своего правого плеча, с приложением силы, нанес ею один удар плашмя сбоку в область головы ФИО2, который в момент удара повернулся к нему боком или полубоком, точно он не помнит, в связи с чем его удар пришелся в левую часть головы ФИО2 в область затылка. От удара ФИО2 упал на четвереньки, при этом головой он ни обо что не ударялся, просто упал именно на четвереньки, после чего не вставая, на четвереньках пополз к себе в дом. Он, бросив доску во дворе дома <адрес>, неподалеку от входа на крыльцо в дом ФИО2, пошел к себе домой. Крови и телесных повреждений он у ФИО2 не видел, но и внимания на это не обращал. После полученных ударов, ФИО2 на состояние своего здоровья ему не жаловался. 12 мая 2019 года от сотрудников полиции ему стало известно, что ФИО2 скончался. Своими действиями он причинять смерть ФИО2 не хотел, хотел только защитить себя от его действий. Если бы ФИО2 не пошел на него с доской, он соответственно не защищался и ударов ему бы не наносил. Считает, что посягательство на причинение ему телесных повреждений со стороны ФИО2 было окончено когда он нанес ему удар доской и тот упал на четвереньки. В тот момент он понял, что ФИО2 больше не представляет ему угрозы (т. 1 л.д. 110-119, л.д. 130-134, л.д. 145-149, л.д. 163-166)

Подсудимый ФИО1 после оглашения в суде своих показаний, данных в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого, обвиняемого, подтвердил их правильность. Дополнительно на вопросы суда пояснил, что ФИО2 был одного с ним роста (<данные изъяты>), но более крупного, коренастого телосложения.

Вина подсудимого ФИО4 в совершенном преступлении при обстоятельствах, указанных в приговоре, подтверждается следующими доказательствами.

Показаниями потерпевшей Потерпевший №1, которая суду показала, что ФИО2 приходится ей родным братом. До момента смерти, она видела брата, примерно, полгода назад. О смерти брата ей сообщил младший брат, который узнал об этом от сотрудников полиции. Ее брат пил, жил непонятно где, больше за ним ничего плохого она не замечала. При них он всегда вел себя спокойно, уравновешено, плохого ничего не делал, в драках замечен не был. Ее брат действительно был неоднократно судим. Гражданский иск заявлять не желает.

Показаниями свидетеля Свидетель №7, которая суду показала, что ФИО1 приходится ей родным братом. 09 или 10 мая 2019 года ее брат пошел к бараку, где все это произошло, по <адрес>, номер барака не знает. Барак находится рядом с их домом, через дорогу. Потом пришел часов в пять или шесть вечера, и сказал, что у него с ФИО2 произошел конфликт, из-за чего, ей не рассказывал. ФИО2 на него сам в драку полез, прыгнул на него с доской, он у ФИО2 забрал доску и ею ударил ФИО2. Сказал, что он ударил ФИО2 доской, защищал себя. Брат был выпивший, но спокоен. Она сходила посмотреть, когда пришла туда, ФИО2 сидел в крови на траве в ограде двух бараков, она сказала, чтоб он шел домой. Видела, что у ФИО2 текла кровь с носа, и с правой стороны на голове. ФИО2 ей ничего не говорил. Потом пошла домой. На следующий день приехали сотрудники полиции и брата забрали. С ней брат вел себя спокойно, адекватно, выпивал нечасто, работал неофициально.

Показаниями свидетеля Свидетель №1, данных им в ходе предварительного расследования и исследованных судом, в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что 11 мая 2019 года примерно часов в 16 он шел по <адрес> и увидел своих знакомых, ФИО2, Свидетель №2 и Свидетель №5 по кличке «<данные изъяты>», они разбирали барак, расположенный по адресу: <адрес>. Данный барак недавно расселили. Он подошел к ним, спросил, что они делают, на что ему сказали, что разбирают барак, их попросил ФИО3 снять какие-то розетки, который тоже там был. ФИО2, Свидетель №5 и Свидетель №2 были выпившие, однако, не сильно пьяные. Они сказали, что водки им дал ФИО3. Никаких телесных повреждений на лице и голове у ФИО2 в тот момент не было. Сам ФИО5 тоже был там.

Буквально, как только он подошел к бараку, подъехал автомобиль белого цвета, с него вышел какой-то мужчина, который спросил, могут ли они снять доски с пола барака и отдать ему. Он спросил этого мужчину, будет ли им, что-нибудь за это. Мужчина ответил, что может привести водки. Потом к этому мужчине подошел ФИО5, они о чем-то побеседовали, после чего мужчина уехал, а ФИО5 подошел к ним и сказал, что нужно до 6 часов вечера снять доски с пола барака, потом этот мужчина приедет и заберет их. Они согласились и пошли отдирать доски, ФИО5 ушел домой, в этот момент приехал этот же мужчина, который отдал им литр спирта, пояснив, что водки не было. Они взяли спирт, и мужчина уехал. Они начали распивать спирт и потихоньку отдирать доски. Через некоторое время, во сколько именно он точно не знает, пришел ФИО5, который посмотрел на сделанную ими работу и начал говорить, что они плохо работали, что досок оторвали мало, начал кричать на ФИО2, мол почему они все выпили и ничего не сделали, ФИО2 начал ему что-то отвечать. Он понял, что сейчас лучше всего пойти домой, чтобы не попасть под конфликт, после чего ушел домой. Также сразу же с барака, примерно одновременно с ним, ушли и Свидетель №5 с Свидетель №2, видимо из-за тех же причин. Когда они уходили, между ФИО2 и ФИО5 происходил словесный конфликт около соседнего с бараком <адрес>, они орали друг на друга, но он не видел, чтобы они дрались, только словесный конфликт. Когда они работали на разборке барака, снимали полы в том числе, между ними ни с кем у ФИО2 конфликтов не было, его никто не бил, каких-либо досок, кирпичей на него не падало. ФИО2 не жаловался ему на что-либо, что у него что-нибудь болит или что его кто-то избил, телесных повреждений он на нем не видел (т. 1 л. д. 172-175).

Показаниями свидетеля Свидетель №2, данных им в ходе предварительного расследования и исследованных судом, в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что утром 11 мая 2019 года ФИО2 предложил ему и Свидетель №5, пойти и начать разбирать расселенный барак, расположенный по соседству с его домом. Для того, чтобы забрать оттуда что-нибудь ценное, куда-нибудь продать. В тот момент в бараке никто не проживал, люди с него съехали, двери во все квартиры барака были не заперты. Они согласились с ФИО2 и с утра 11 мая 2019 года стали разбирать барак. В тот момент никаких телесных повреждений на голове у ФИО2 не было, ФИО2 ни на что не жаловался.

В послеобеденное время, точно не знает, во сколько, когда они разбирали барак, к ним подошел ФИО3, который живет по соседству с ним в <адрес>. ФИО3 предложил им помочь ему поснимать с комнаты барака проводку, после чего дал денег ФИО2, на которые ФИО2 сходил и купил водки несколько бутылок. Они стали выпивать водку и снимать проводку, ФИО3 работал с ними, одет был ФИО5 в спецовку синего цвета. Через какое-то время к ним подошел Свидетель №1, который также живет неподалеку, тот тоже стал с ними выпивать. Почти в это же время к дому подъехал автомобиль, в котором был мужчина, которого он не знает. Мужчина попросил их сорвать доски с пола барака, вроде как хотел ими выложить свой гараж. Что это был за мужчина, он не знает, к нему подошел ФИО5, они о чем-то переговорили, а потом мужчина уехал.

После того как мужчина уехал, ФИО5 подошел к ним и сказал, что нужно до 18 часов снять доски с пола в квартирах барака, после чего приедет мужчина и ему их надо отдать. Сказав им это, ФИО5 ушел домой, сколько времени было в этот момент, он не знает, может часов 16, у него отсутствуют мобильный телефон и часы, во времени он ориентируется плохо. Через некоторое время мужчина снова приехал и передал им бутылку спирта. Взяв у него спирт, они пошли обратно в барак отдирать доски и выпивать спирт, так как водка к тому моменту уже закончилась. Через некоторое время, где-то часа через полтора, когда он находился в бараке и отдирал доски, услышал на улице какие-то крики. Выйдя из дома, увидел, что между ФИО5 и ФИО2 происходит конфликт во дворе <адрес>. Конфликт был просто на словах, они ругались. ФИО5 «наезжал» на ФИО2, что ФИО2 плохо работает, что работа не сделана. ФИО2, будучи в состоянии алкогольного опьянения, также отвечал ему, что-то оскорбительное. В этот момент тот увидел Свидетель №1, который уходил от барака и тоже решил уйти, чтобы не влезать в разборки. Кроме ФИО5 и ФИО2 никто не конфликтовал, других лиц там не было. Он подошел к Свидетель №5 и сказал ему, что нужно уходить. Свидетель №5 согласился с ним, и они ушли наверх в сторону домов по улице <адрес>. Когда уходили, ФИО5 с ФИО2 продолжали конфликтовать, и их конфликт резко обострялся. Он подумал, что, наверное, у них дойдет до драки, но самой драки он не видел.

Когда они разбирали барак, и накануне, между ними ни у кого с ФИО2 конфликтов не было, его никто не бил, каких-либо досок, кирпичей при разборке барака на него не падало. ФИО2 не жаловался ему на что-либо, что у него что-нибудь болит или что его кто-то избил, телесных повреждений он на нем не видел.

ФИО2 может охарактеризовать как нормального мужчину, но тот агрессивно и непредсказуемо себя ведет, когда выпьет, поэтому пьяного его лучше не трогать.

ФИО5 знает очень плохо, поверхностно, несмотря на то, что ФИО1 его сосед, поэтому ничего про него сказать не может (т. 1 л.д. 176-179).

Показаниями свидетеля Свидетель №3, данных ею в ходе предварительного расследования и исследованных судом, в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что 11 мая 2019 года, примерно в начале 19 часа, она пришла к себе домой в <адрес>. Первая дверь, ведущая на веранду, была как обычно не заперта, а дверь, ведущая в жилые помещения квартиры, была запрета изнутри. Она постучала, но никто не открывал. Через окно, расположенное на веранде, она увидела, что ФИО2 лежит на диване. Она подумала, что он напился и спит, и решила его не будить, а пойти прогуляться по своим делам и зайти к нему на обратном пути, в надежде, что к тому времени он проснется. Кроме ФИО2 в квартире никого не было.

Примерно через час, когда она сделала все дела, она снова зашла к ФИО2, однако, он вcё также не открывал дверь, и лежал на диване в том же положении, что и час назад, когда она заходила. Тогда она подумала, что с ним могло что-нибудь случится. После чего вытащила одну «стеклину» из окна на веранде, и через образовавшийся проем, проникла в свою квартиру, подошла к ФИО2 и увидела, что ФИО2 избит, и лежит весь в крови и хрипит, сознания при этом у ФИО2 не было. В крови также была подушка, на которой он лежал головой. Она сразу же достала телефон и позвонила на станцию скорой медицинской помощи. Минут через десять приехала скорая медицинская помощь, фельдшер которой осмотрела ФИО2, поставила ему капельницу. После этого ФИО2 сразу же загрузили в машину скорой помощи и отвезли в больницу. Об обстоятельствах получения травмы ФИО2, ей ничего неизвестно. ФИО2, когда трезвый, всегда был спокойный, когда выпьет - становится непредсказуемым, может вести себя нормально, а может и агрессивно. Постоянных конфликтов и врагов у ФИО2 не было, жил он спокойно, ни на что и не на кого не жаловался. На жизнь зарабатывал различными «калымами» (т. 1 л.д. 180-185).

Показаниями свидетеля Свидетель №5, данных им в ходе предварительного расследования и исследованных судом, в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что 10 мая 2019 года он, вместе с Свидетель №2, находился дома у ФИО2, который жил в <адрес>. Дома у ФИО2 они пили спиртное и общались. Рядом с домом, где жил ФИО2, стоит барак, жильцов которого расселили и в настоящее время там никто не живет. В процессе общения ФИО2 предложил «покалымить» на этом бараке, разобрать его. Он и Свидетель №2 согласились с данным предложением и с утра 11 мая 2019 года они приступили к разборке барака.

Утром 11 мая 2019 года у ФИО2 не было телесных повреждений и на голове в том числе, жалоб никаких ФИО2 не высказывал.

Когда они разбирали барак, к ним подошел ФИО3, которого он знает, как ранее судимого жителя <адрес>, но сильно он с ним никогда не общался, у них большая разница в возрасте.

ФИО5 попросил их снять проводку из комнат квартир барака, они согласились. За это ФИО5 дал ФИО2 денег, и ФИО2 сходил купил им всем водки несколько бутылок, и они принялись за работу. Кривошеев сходил домой, переоделся и работал с ними, тот выпивал водку с ними, но почти не пил, совсем немного. В чем был одет ФИО1, он уже не помнит.

Также им помогал Свидетель №1 по кличке «<данные изъяты>», когда тот пришел он не видел. Но вскоре после его прихода, к разбираемому ими бараку приехал автомобиль, из которого вышел мужчина, которого он не знает. Мужчина договорился с ФИО5, что они снимут доски с пола барака и тот приедет и заберет их в 6 вечера, потом мужчина приехал и привез им бутылку спирта.

ФИО5 озадачил их снимать доски с пола, сказав, что нужно управится до 18 часов, а сам ушел домой. Они начали работать, выпивая попутно спирт. Что происходило дальше, он помнит плохо, поскольку напился. Через какое-то время пришел ФИО5 и начал кричать на ФИО2, что работа сделана плохо, что уже 18 часов, сейчас приедет мужчина забирать доски, что ему говорить. ФИО2 тоже на повышенных тонах начал ему, что-то отвечать. ФИО2 с Кривошеевым ссорились, но еще не дрались, хотя было видно, что они подерутся. В этот момент к нему подошел Свидетель №2 и начал его уводить от барака, говоря, что не нужно вмешиваться в их разборки. Он согласился с Свидетель №2 и они ушли. Когда они уходили, Свидетель №1 он не видел, он, наверное, тоже ушел. Когда они уходили, конфликт у ФИО2 с ФИО5 происходил во дворе <адрес>. Когда они разбирали барак, никто ни с кем не дрался, ФИО2 никто не бил, в том числе по голове, также он не видел, чтобы ФИО2 падал, или на него что-нибудь падало, сам ФИО2 на что-либо не жаловался. Про ФИО2 может сказать, что когда он трезвый - нормальный, когда пьяный, то от него можно ожидать чего угодно, так как становится агрессивным (т. 1 л.д. 193-195).

Показаниями свидетеля ФИО47, данных ею в ходе предварительного расследования и исследованных судом, в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что в должности фельдшера отделения скорой медицинской помощи ГБУЗ АО «<адрес> ЦРБ» она состоит с 2007 года. Согласно предъявленной ей копии карты вызова скорой медицинской помощи № от 11 мая 2019 года может пояснить, что 11 мая 2019 года в 19 часов 35 минут диспетчером отделения ОСМП был принят вызов, что по адресу: <адрес>, находится избитый ФИО2, которому <данные изъяты> год. Вызов поступил от знакомой. Диспетчером незамедлительно был организован выезд по указанному адресу, в составе бригады была она. Прибыв по указанному адресу в 19 часов 43 минуты 11 мая 2019 года, ее встретила женщина, которая представилась Свидетель №3, пояснив, что это она вызвала скорую. Свидетель №3 провела ее в квартиру <адрес>, где на диване в комнате находился избитый ФИО2, лицо которого было в крови, также тот хрипел. Со слов Свидетель №3, придя к ФИО2 и увидев его лежащего на диване, всего в крови, без сознания, Свидетель №3 сразу же вызвала скорую помощь. Осмотрев ФИО2, она установила, что общее состояние у него тяжелое, он находится в коме, температура тела 37 градусов, кожные покровы были бледные. Также на ФИО2 были множественные гематомы лица, контузия обоих глаз (отеки), рваная рана верхней губы. На внешние раздражители ФИО2 не реагировал. Ею была оказана ему первая медицинская помощь, а именно был поставлен катетер в вену, внутривенно введен «анальгин», «нейрокс», «преднизолон» для повышения давления, подключен физиологический раствор. После чего ФИО2 был перемещен в машину скорой медицинской помощи и направлен для госпитализации в реанимационное отделение ГБУЗ АО «<адрес> ЦРБ». Ею был выставлен предварительный диагноз ФИО2, а именно: «ЗЧМТ, ушиб головного мозга, кома». Из характера травм имеющихся у ФИО2 она сделала вывод, что они получены криминальным путем. После возвращения на станцию скорой медицинской помощи, ею было сообщено диспетчеру о травмах, имеющихся у ФИО2, после чего диспетчер сообщила о травмах ФИО2 в полицию. Об обстоятельствах получения травм ФИО2 ничего не сообщал, так как находился в коматозном состоянии (т. 1 л.д. 186-189).

Показаниями свидетеля Свидетель №6, данных им в ходе предварительного расследования и исследованных судом, в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что, он работает в должности врача травматолога - ортопеда в ГБУЗ АО «<адрес> ЦРБ». 11 мая 2019 года в 20 часов 20 минут бригадой скорой медицинской помощи ОСМП в хирургическое отделение ГБУЗ АО «<адрес> ЦРБ» был доставлен ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. На момент доставления в хирургическое отделение ФИО2 признаков жизни не подавал, у него отсутствовала сердечно-дыхательная деятельность. Проведенные реанимационные мероприятия положительного эффекта не дали, в связи с чем была констатирована смерть ФИО2 Фельдшер ОСМП ФИО47, которая привезла ФИО2, пояснила, что ФИО2 был избит, когда и кем неизвестно. После констатации смерти ФИО2 его труп был направлен в <адрес> отделение ГБУЗ АО «Амурское бюро СМЭ», а о произошедшем сообщено в полицию (т. 1 л.д. 196-198).

Изложенное объективно подтверждается письменными доказательствами:

Рапортом об обнаружении признаков преступления от 11 мая 2019 года следователя следственного отдела по Сковородинскому району ФИО14, согласно которому 11 мая 2019 года от оперативного дежурного дежурной части ОМВД России по Сковородинскому району поступило сообщение о том, что в хирургическом отделении ГБУЗ АО «<адрес> ЦРБ» скончался ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, доставленный с множественными телесными повреждениями на голове (т.1 л.д. 3).

Протоколом явки с повинной ФИО1. от 12 мая 2019 года, согласно которому ФИО1 сообщил о том, что 11 мая 2019 года около 16 часов он шел по <адрес> около старых бараков, и увидел ФИО2 с друзьями, которых зовут Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №5, фамилий их он не знает. Он предложил им поработать, то есть снять доски с пола одного из списанных деревянных бараков, расположенного около <адрес>. На его предложение ФИО2 с друзьями согласились. Он дал им денег, на которые ФИО2 с друзьями купили водки и собирались начать работать. Он с ними не оставался и пошел домой. Где-то примерно в 18 часов, он пришел посмотреть выполнена ли работа, и увидел, что ФИО2 со своими друзьями пьяны, а работа не сделана. Друзья ФИО2 почти сразу же ушли, а ФИО2 остался. ФИО2 тоже ему сказал, что тот пошел спать, на что он сказал ему: «Куда это тот пошел, ведь работа то не сделана». Но ФИО2 его не послушал и пошел домой, тот жил в <адрес>, то есть по соседству. Он догнал ФИО2 во дворе <адрес>, потребовал остановится, однако, ФИО2 начал ему грубить, а потом поднялся на крыльцо <адрес>, взял доску, длиной не меньше полутора метров. ФИО2 взял эту доску и пошел на него и сказал, что ударит его этой доской, после чего замахнулся ею и ударил, он увернулся от удара, после чего нанес ФИО2 не менее трех ударов кулаком левой руки в область лица. От его ударов ФИО2 потерял равновесие, выронил доску, однако, не упал, а остался стоять на ногах, просто покачивался. Он схватил доску, которую выронил ФИО2, и ею нанес ему один удар в голову, в левую часть затылка. От удара доской, ФИО2 упал на четвереньки и пополз к себе домой. Он же откинул доску и пошел к себе домой, больше в этот день он ФИО2 не видел. Все вышеуказанное он сообщает добровольно, давления на него никто не оказывал, в том числе сотрудники полиции. Он сам все решил рассказать (т.1 л.д. 81-82).

Заявлением о явке с повинной ФИО1 от 12 мая 2019 года, согласно которому ФИО1 сообщил, что 11 мая 2019 года, находясь во дворе домов № по <адрес>, у него состоялся конфликт с ФИО2. В ходе конфликта он нанес около 5 ударов кулаком в область лица Свидетель №2, от чего Свидетель №2 потерял равновесие и наклонился в сторону земли. Рядом с Свидетель №2 лежала палка, которую он поднял и нанес ею 1 удар Свидетель №2 в область затылка. Свидетель №2 упал и пополз в сторону <адрес> (т. 1 л.д. 37-38).

Протоколом осмотра места происшествия от 11 мая 2019 года и фототаблицей, согласно которым в ходе осмотра <адрес> установлено, квартира расположена в одноэтажном деревянном доме барачного типа, состоящего из четырех квартир, на момент осмотра в квартирах № никто не проживает, квартиры заброшены. На веранде квартиры<адрес> имеется окно, ведущее в квартиру. Одно из стекол окна вытащено, установлено тут же, рядом около окна.

При входе в квартиру установлено, что она состоит из прихожей, комнаты, условно обозначенной №, и комнаты, условно обозначенной №. В комнате, условно обозначенной №, расположен диван, в изголовье которого лежит подушка с наволочкой, пропитанной пятнами вещества по цвету похожему на кровь, аналогичными пятнами пропитана ткань дивана, расположенная под подушкой. Участвующая в осмотре Свидетель №3 пояснила, что именно на данном диване 11 мая 2019 года лежал ФИО2, когда она его обнаружила. Пол комнаты застелен ковром, в части ковра, расположенного около изголовья дивана, имеются пятна вещества по цвету похожих на кровь (т. 1 л.д. 5-13).

Протоколом осмотра места происшествия от 13 мая 2019 года, согласно которого был произведен осмотр <адрес>. В ходе осмотра указанного дома, установлено, что в помещениях частично отсутствует проводка, розетки, выключатели. В одном из помещений осматриваемого дома половые доски отсутствуют, пол представлен деревянными балками перекрытия. На момент осмотра двор дома не огорожен, доступ в него беспрепятственный. Двор дома покрыт грунтом, а также частично травянистой растительностью. Учитывая, что на момент осмотра идет дождь, двор дома также покрыт лужами. Во дворе осматриваемого дома обнаружена лежащая доска на травянистой растительности на расстоянии 13 метров от стены, выходящей во двор <адрес>, проходящей вдоль проезжей части по улице <адрес> и 4.6 метров от стены, выходящей во двор дома, проходящей вдоль проезжей части по улице <адрес>. На момент осмотра указанная деревянная доска вся мокрая, травянистая растительность, расположенная под доской и на расстоянии от нее также мокрая. Следов вещества по цвету похожего на кровь, не обнаружено. С места происшествия изъята деревянная доска (т. 1 л.д. 14-18).

Копией карты вызова скорой медицинской помощи № от 11 мая 2019 года, заполненной фельдшером ФИО47, согласно которой 11 мая 2019 года в 19 часов 35 минут на пульт диспетчера поступил вызов о том, что по адресу: <адрес>, находится ФИО2. Повод к вызову-избили. Вызвала знакомая. Прибытие к больному в 19 часов 43 минуты. По факту выезда, со слов знакомой, установлено, что она пришла к нему, увидела лежащим на диване, всего в крови, без сознания, вызвала скорую. Согласно объективным данным, полученным при осмотре пациента, у пациента множественные гематомы лица, контузия обоих глаз, рваные раны верхней губы, на внешние раздражители не реагирует. Оказана медицинская помощь. Госпитализирован в реанимационное отделение. Диагноз: ЗЧМТ, ушиб головного мозга, кома (т. 2 л.д. 9).

Выпиской заместителя главного врача ГБУЗ АО «<адрес> ЦРБ» ФИО15 от 13 мая 2019 года, согласно которой ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ, умер 11 мая 2019 года в 20 часов 25 минут на входе в хирургическое отделение (т. 1 л.д. 204).

Протоколом осмотра предметов от 02 августа 2019 года, согласно которому в частности осмотрена, изъятая в ходе предварительного следствия, доска, размеры которой составляют 2,6х14х165 см. Доска грязная. На осматриваемой доске имеются пятна серого и черновато-серого цвета, различной формы и величины (т. 2 л.д. 17-21).

Заключением эксперта № судебно-медицинской экспертизы трупа, начатой 13 мая, оконченной 06 июня 2019 года, согласно выводам которого при экспертизе трупа ФИО2 обнаружены следующие телесные повреждения:

Закрытая тупая черепно-мозговая травма: с одной ушибленной раной в левой теменной области, с одной ссадиной в лобной области слева, с окологлазничной гематомой слева, с одной ссадиной на верхней губе, с двумя ссадинами на нижней губе, с одной ссадиной под левым глазом, с одним кровоизлиянием под мягкие ткани головы в проекции левой теменной кости, с острой субдуральной гематомой левого полушария объемом до 100 мл, с диффузными кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку обоих полушарий. Данные телесные повреждения носят характер прижизненных и, могли образоваться не более 3-х суток назад от момента начала СМЭ трупа, от не менее 4 ударов со значительной силой тупым твердым предметом. Смерть потерпевшего наступила от комплекса всех указанных повреждений. Указанные телесные повреждения квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни и как повлекшие за собой смерть.

Непосредственной причиной смерти гр-на ФИО2 явилось - расстройство мозгового кровообращения, образовавшееся в результате закрытой тупой черепно-мозговой травмы. Непосредственная причина смерти находится в прямой причинно-следственной связи с обнаруженной при исследовании закрытой тупой черепно-мозговой травмой.

На теле погибшего не было обнаружено телесных повреждений характерных для обороны.

Установить последовательность нанесения телесных повреждений не представляется возможным, по причине короткого промежутка времени между их нанесением.

Потерпевший мог находиться в любом положении по отношению к нападавшему, возможно, левой половиной тела, не исключающем возможность причинения вышеуказанных телесных повреждений.

Экспертом считается маловероятным образование вышеописанных повреждений при падении из положения стоя, как с приданным телу ускорением, так и без такового.

Из выписки зам. Главного врача <адрес> ЦРБ ФИО15 известно, что ФИО2 умер в <адрес> ЦРБ 11 мая 2019 года в 20:25 часов.

Экспертом считается маловероятным, что вышеописанные повреждения могли быть причинены самим ФИО2

В момент смерти ФИО2 находился в состоянии средней степени алкогольного опьянения, в крови от трупа обнаружен этиловый спирт в концентрации - 1,84%о, моча - 3,66%о.

После нанесения обнаруженных у него телесных повреждений, потерпевший мог совершать активные физические действия (кричать, разговаривать, передвигаться, ходить, длительный промежуток времени, исчисляемый часами) (т. 1л.д. 206-211).

Заключением эксперта № от 07 августа 2019 года дополнительной судебно-медицинской экспертизы трупа, согласно которому при экспертизе трупа гр-на ФИО2 обнаружены следующие телесные повреждения:

Закрытая тупая черепно-мозговая травма: с одной ушибленной раной в левой теменной области, с одной ссадиной в лобной области слева, с окологлазничной гематомой слева, с одной ссадиной на верхней губе, с двумя ссадинами на нижней губе, с одной ссадиной под левым глазом, с одним кровоизлиянием под мягкие ткани головы в проекции левой теменной кости, с острой субдуральной гематомой левого полушария объемом до 100 мл, с диффузными кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку обоих полушарий. Данные телесные повреждения носят характер прижизненных и, могли образоваться не более 3-х суток назад от момента начала СМЭ трупа, от не менее 4 ударов со значительной силой тупым твердым предметом. Смерть потерпевшего наступила от комплекса всех указанных повреждений. Каждый последующий удар усугублял предыдущий. Указанные телесные повреждения квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни и как повлекшие за собой смерть.

Экспертом не исключается, что указанные повреждения могли образоваться от ударов руками, сжатыми в кулак, ногами, как в обуви, так и без таковой.

Экспертом не исключается, что любое из указанных повреждений могли образоваться от одного удара доской.

Непосредственной причиной смерти гр-на ФИО2 явилось - расстройство мозгового кровообращения, образовавшееся в результате закрытой тупой черепно-мозговой травмы. Непосредственная причина смерти находится в прямой причинно-следственной связи с обнаруженной при исследовании закрытой тупой черепно-мозговой травмой.

На теле погибшего не было обнаружено каких-либо других телесных повреждений (т. 1 л.д. 223-225).

Заключением эксперта № от 24 мая 2019 года, согласно которому у ФИО1 каких-либо повреждений на теле не обнаружено ( т. 1 л.д. 230).

Оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Суд квалифицирует действия подсудимого ФИО1 по ч. 4 ст. 111 УК РФ - умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предметов, используемых в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Суд считает, что вина подсудимого в совершении данного преступления нашла свое подтверждение в судебном заседании совокупностью доказательств, положенных в основу приговора.

Из совокупности указанных в приговоре доказательств достоверно установлено, что 11 мая 2019 года в период времени с 16 часов до 19 часов 35 минут, во дворе <адрес>, между ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, находящимися в состоянии алкогольного опьянения, произошел конфликт поводом, к которому послужило некачественное исполнение ФИО2, по мнению ФИО1, работ по разборке пола расселенного дома барачного типа, расположенного по адресу: <адрес>. На высказанные ФИО1 претензии, ФИО2, находящийся в состоянии алкогольного опьянения, выразился в адрес ФИО3 нецензурной бранью, после чего поднялся на крыльцо, ведущее в <адрес>, где взял доску и подойдя к ФИО1 попытался ею нанести удар ФИО1 от которого последний увернулся. В этот момент у ФИО1, находящегося в состоянии алкогольного опьянения, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, вызванных высказанной ФИО2, в его адрес нецензурной бранью и попыткой ФИО2 нанести ему удар доской, возник преступный умысел, направленный на причинение ФИО2 тяжкого вреда здоровью опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, путем нанесения ударов рукой сжатой в кулак и доской по голове ФИО2

С этой целью, 11 мая 2019 года в период времени с 16 часов до 19 часов 35 минут, находясь около крыльца <адрес>, ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, реализуя свой преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, действуя из личной неприязни по отношению к последнему, умышленно, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения ФИО2 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, и желая этого, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий в виде причинения смерти ФИО2, хотя при должной внимательности и предусмотрительности, мог и должен был предвидеть эти последствия, в отсутствие признаков состояния необходимой обороны, находясь напротив стоящего ФИО2, нанес ему со значительной силой не менее 3 ударов кулаком левой руки, в жизненно важный орган человека - в область лица головы ФИО2, от чего последний потерял равновесие и выронил удерживаемую доску, которой ранее пытался нанести удар ФИО1. После чего, ФИО1, продолжая реализовывать свой преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2, опасного для жизни, с применением предмета, используемого в качестве оружия, действуя из личной неприязни по отношению к последнему, умышленно, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения ФИО2 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, и желая этого, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий в виде причинения смерти ФИО2, хотя при должной внимательности и предусмотрительности, мог и должен был предвидеть эти последствия, в отсутствие признаков состояния необходимой обороны, поднял доску, которую выронил ФИО2, продолжая стоять напротив ФИО2, удерживая в обеих руках доску, со значительной силой нанес один удар указанной доской в жизненно важный орган человека -левую теменную область головы ФИО2

Своими умышленными преступными действиями ФИО1 причинил ФИО2 физическую боль и следующие телесные повреждения:

Закрытую тупую черепно-мозговую травму: с одной ушибленной раной в левой теменной области, с одной ссадиной в лобной области слева, с окологлазничной гематомой слева, с одной ссадиной на верхней губе, с двумя ссадинами на нижней губе, с одной ссадиной под левым глазом, с одним кровоизлиянием под мягкие ткани головы в проекции левой теменной кости, с острой субдуральной гематомой левого полушария объемом до 100 мл, с диффузными кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку обоих полушарий, которые квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни и как повлекшие за собой смерть.

Смерть ФИО2 наступила в 20 часов 25 минут 11 мая 2019 года в хирургическом отделении ГБУЗ АО «<адрес> ЦРБ» от расстройства мозгового кровообращения, образовавшегося в результате закрытой тупой черепно-мозговой травмы и состоит в прямой причинно-следственной связи с действиями ФИО1

Суд считает, что подсудимый ФИО1, нанеся потерпевшему ФИО2 со значительной силой не менее 3 ударов кулаком левой руки, в жизненно важный орган человека - в область лица головы ФИО2, и один удар со значительной силой доской в жизненно важный орган человека -левую теменную область головы ФИО2, осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения ФИО2 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, и желал этого, то есть действовал с прямым умыслом.

Согласно показаниям подсудимого ФИО1, данным в судебном заседании, подсудимый понимал, что наносит удары кулаком в лицо и доской по голове, это осознавал и видел куда бьет.

Вина подсудимого ФИО1 по отношению к смерти потерпевшего оценивается судом в форме неосторожности, так как его умыслом указанные последствия не охватывались.

О наличии у подсудимого ФИО4 прямого умысла на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, свидетельствует нанесение потерпевшему ФИО2 ударов кулаком и предметом – деревянной доской, локализация ударов - нанесение ударов в жизненно важный орган человека – голову, нанесение ударов со значительной силой для образования телесного повреждения, повлекшего смерть потерпевшего.

В результате умышленных действий ФИО1, потерпевшему ФИО2 была причинена закрытая тупая черепно-мозговая травма: с одной ушибленной раной в левой теменной области, с одной ссадиной в лобной области слева, с окологлазничной гематомой слева, с одной ссадиной на верхней губе, с двумя ссадинами на нижней губе, с одной ссадиной под левым глазом, с одним кровоизлиянием под мягкие ткани головы в проекции левой теменной кости, с острой субдуральной гематомой левого полушария объемом до 100 мл, с диффузными кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку обоих полушарий, которые является опасными для жизни повреждениями и по этому признаку квалифицируется как причинившие тяжкий вред здоровью, повлекшие за собой смерть.

Суд считает установленной причинную связь между данными действиями подсудимого ФИО1 и наступившими последствиями – причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни ФИО2, повлекшего за собой смерть последнего.

Установленный в суде мотив совершенного преступления –возникшие личные неприязненные отношения, вызванные высказанной ФИО2, в его адрес нецензурной бранью и попыткой ФИО2 нанести ему удар доской, а также возникший между подсудимым ФИО1 и погибшим ФИО2 конфликт, поводом к которому послужило некачественное исполнение ФИО2, по мнению ФИО1, работ по разборке пола расселенного дома барачного типа, расположенного п о адресу: <адрес>, нашли свое подтверждение.

В судебном заседании из показаний самого подсудимого ФИО2 установлено, что 11 мая 2019 года около 18 часов он пришел к бараку, которые разбирали ФИО2 с товарищами, чтобы посмотреть всю ли работу они сделали. Придя на место, он увидел, что ФИО2 и его товарищи почти ничего не сделали, но выпили весь спирт и находятся в состоянии сильного алкогольного опьянения. Товарищи ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения стали разбегаться кто куда. ФИО2 также пошел домой, он догнал его во дворе <адрес>, и стал предъявлять ему претензии о том, что он и его товарищи выпили спирт предоставленный им, а работу возложенную на них не выполнили. ФИО2 на его претензии ответил в грубой форме, что ему безразлично, то что он не выполнил работу, на которую подрядился, после чего нецензурно выразился в его адрес. Он предложил ФИО2 выяснить отношения на трезвую голову, на следующий день, на что ФИО2 отреагировал агрессивно, поднялся на крыльцо <адрес>, ведущее в его квартиру. На крыльце ФИО2 схватил деревянную доску длиной не меньше полутора метров, после чего начал кричать ему, чтобы он подошел для того, чтобы его ударить. Он не стал подходить к ФИО2, и тогда тот стал подходить к нему, сокращая дистанцию. Когда между ними оставалось расстояние примерно с метр, ФИО2 размахнулся доской и нанес удар, однако, он увернулся и, кулаком левой руки нанес ФИО2 не менее трех ударов в область лица бил он в область губ, носа и, вроде бы, левого глаза. Удары он наносил с приложением силы, в тот момент он воспринимал пьяного ФИО2, как серьезного противника, от которого можно ожидать разное. От его ударов ФИО2 потерял равновесие и стал покачиваться, однако, на ногах устоял. При этом, потеряв равновесие, ФИО2 выронил доску, которой пытался нанести ему дар. В этот момент, когда ФИО2 пошатывало, он (ФИО1) ему никаких ударов нанести не пытался, но он, взяв доску, которую выронил ФИО2, и удерживая ее обеими руками с замаха от правого леча, заведя доску за спину, со стороны своего правого плеча, с приложением силы, нанес ею один удар плашмя сбоку в область головы ФИО2, который в момент удара повернулся к нему боком или полубоком, точно он не помнит, в связи с чем его удар пришелся в левую часть головы ФИО2 в область затылка. От удара ФИО2 упал на четвереньки, при этом головой он ни обо что не ударялся, просто упал именно на четвереньки, после чего не вставая, на четвереньках пополз к себе в дом. Он бросив доску во дворе <адрес>, неподалеку от входа на крыльцо в дом ФИО2, пошел к себе домой.

Присутствующие в тот вечер в бараке свидетели Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №5, разбиравшие совместно с погибшим ФИО2 барак, подтвердили наличие конфликта возникшего между погибшим ФИО2 и подсудимым ФИО1 по поводу некачественного исполнения работы по разборке пола расселенного дома барачного типа, которые также пояснили, что инициатором конфликта стал именно подсудимый ФИО1.

Кроме того, о произошедшем между подсудимым ФИО1 и погибшим ФИО2 конфликте указывает допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №7, которой известно о данном конфликте со слов самого подсудимого ФИО1.

Суд признает показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №5 в качестве допустимых и достоверных доказательств, поскольку они согласуются с показаниями друг друга, а также с показаниями подсудимого ФИО1 в данной части.

С учетом изложенных показаний подсудимого, свидетелей, обстоятельств, предшествующих нанесению подсудимым ударов потерпевшему, суд считает установленным наличие конфликта между подсудимым ФИО1 и погибшим ФИО2, возникшего в результате личных неприязненных отношений, вызванных высказанной ФИО2, в адрес подсудимого ФИО1 нецензурной бранью и попыткой ФИО2 нанести ему удар доской, а также возникший между подсудимым ФИО1 и погибшим ФИО2 конфликт, поводом к которому послужило некачественное исполнение ФИО2, по мнению ФИО1, работ по разборке пола расселенного дома барачного типа, расположенного по адресу: <адрес>, что подтверждает наличие у подсудимого мотива к совершению преступления.

В части квалифицирующего признака совершения данного преступления «с применением предметов, используемых в качестве оружия», суд полагает следующее.

Из показаний подсудимого ФИО1 следует, что после нанесения им погибшему ФИО2 не менее трех ударов кулаком по лицу, он взял деревянную доску, которую выронил погибший ФИО2 и нанес ею один удар в голову последнего.

Из заключения эксперта № от 06 июня 2019 года следует, что имеющиеся у ФИО2 повреждения: закрытая тупая черепно-мозговая травма: с одной ушибленной раной в левой теменной области, с одной ссадиной в лобной области слева, с окологлазничной гематомой слева, с одной ссадиной на верхней губе, с двумя ссадинами на нижней губе, с одной ссадиной под левым глазом, с одним кровоизлиянием под мягкие ткани головы в проекции левой теменной кости, с острой субдуральной гематомой левого полушария объемом до 100 мл, с диффузными кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку обоих полушарий, носят характер прижизненных и могли образоваться не более 3-х суток назад от момента начала СМЭ трупа, от не менее 4 ударов со значительной силой тупым твердым предметом. Смерть потерпевшего наступила от комплекса всех указанных повреждений в п. 1. Указанные телесные повреждения квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни и как повлекшие за собой смерть.

Непосредственной причиной смерти гр-на ФИО2 явилось - расстройство мозгового кровообращения, образовавшееся в результате закрытой тупой черепно-мозговой травмы. Непосредственная причина смерти находится в прямой причинно-следственной связи с обнаруженной при исследовании закрытой тупой черепно-мозговой травмой.

Установить последовательность нанесения телесных повреждений не представляется возможным, по причине короткого промежутка времени между их нанесением.

Экспертом считается маловероятным образование вышеописанных повреждений при падении из положения стоя, как с приданным телу ускорением, так и без такового.

Экспертом считается маловероятным, что вышеописанные повреждения могли быть причинены самим ФИО2

Из заключения эксперта № от 07 августа 2019 года дополнительной судебно-медицинской экспертизы трупа, следует, что имеющиеся у ФИО2 телесные повреждения: закрытая тупая черепно-мозговая травма: с одной ушибленной раной в левой теменной области, с одной ссадиной в лобной области слева, с окологлазничной гематомой слева, с одной ссадиной на верхней губе, с двумя ссадинами на нижней губе, с одной ссадиной под левым глазом, с одним кровоизлиянием под мягкие ткани головы в проекции левой теменной кости, с острой субдуральной гематомой левого полушария объемом до 100 мл, с диффузными кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку обоих полушарий, носят характер прижизненных и, могли образоваться от не менее 4 ударов со значительной силой тупым твердым предметом. Смерть потерпевшего наступила от комплекса всех указанных выше повреждений. Каждый последующий удар усугублял предыдущий. Указанные телесные повреждения квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни и как повлекшие за собой смерть.

Экспертом не исключается, что указанные повреждения могли образоваться от ударов руками, сжатыми в кулак, ногами, как в обуви, так и без таковой.

Экспертом не исключается, что любое из указанных повреждений могли образоваться от одного удара доской.

Непосредственной причиной смерти гр-на ФИО2 явилось - расстройство мозгового кровообращения, образовавшееся в результате закрытой тупой черепно-мозговой травмы. Непосредственная причина смерти находится в прямой причинно-следственной связи с обнаруженной при исследовании закрытой тупой черепно-мозговой травмой. На теле погибшего не было обнаружено каких-либо других телесных повреждений.

Суд признает данные заключения судебно-медицинского эксперта достоверными и допустимыми доказательствами.

Выводы, содержащиеся в данных заключениях, согласуются с совокупностью других доказательств, положенных в основу приговора, и дополняют друг друга.

Данные заключения эксперта выполнены судебно-медицинским экспертом бюро СМЭ министерства здравоохранения Амурской области ФИО17, имеющим высшее медицинское образование, первую квалификационную категорию, стаж работы по специальности 14 лет.

У суда нет причин не доверять выводам, содержащимся в проведенных экспертизах, положенных в основу приговора, поскольку они были назначены в установленном законом порядке, проведены в экспертном учреждении, заключения соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ.

Факт причинения удара погибшему ФИО2 деревянной доской подсудимым ФИО1 подтверждается показаниями самого подсудимого ФИО1, а также свидетелем Свидетель №7, которая пояснила, что как ей рассказал сам подсудимый ФИО1, забрал у ФИО2 доску, и ударил ею ФИО2.

В судебном заседании установлено, что после нанесения не менее трех ударов кулаком в область лица и одного удара палкой по голове, погибший ФИО2 упал на руки и ноги и стал передвигаться таким образом к себе домой, соответствует выводам содержащимся в заключении экспертизы № от 06 июня 2019 года, согласно которым после нанесения обнаруженных у него телесных повреждений, потерпевший мог совершать активные физические действия (кричать, разговаривать, передвигаться, ходить, длительный промежуток времени, исчисляемый часами).

Из показаний свидетеля Свидетель №7, допрошенной в судебном заседании, также установлено, что в этот же день она, сразу после того как подсудимый ФИО1 ей рассказал о случившимся, пошла посмотреть на ФИО2 Последнего она увидела сидящего на траве в ограде двух бараков, у ФИО2 текла кровь с носа и с правой стороны головы.

Суд признает показания свидетеля Свидетель №7 в качестве допустимого и достоверного доказательства, несмотря на то, что свидетель указывает дату произошедших событиях 09 или 10 мая 2019 года, поскольку они в целом согласуются с показаниями подсудимого ФИО1.

Из показания свидетеля Свидетель №3, исследованных в судебном заседании, установлено, что 11 мая 2019 года она примерно в 20 часов 00 минут обнаружила погибшего ФИО2 лежащего на диване в <адрес>. ФИО2 лежал весь крови без сознания и хрипел. В крови была подушка, на которой лежал ФИО2 головой.

Кроме этого факт наличия у ФИО2 телесных повреждений, подтверждается показаниями свидетеля ФИО47, данных ею в ходе предварительного расследования и исследованных в ходе судебного заседания, из которых установлено, что прибыв 11 мая 2019 года в 19 часов 43 минуты на <адрес>, она увидела лежащего на диване в комнате избитого ФИО2, лицо которого было в крови. ФИО2 хрипел, находился в тяжелом состоянии. У ФИО2 были множественные гематомы лица, контузия обеих глаз(отеки), рваная рана верхней губы.

Копией карты вызова скорой медицинской помощи № от 11 мая 2019 года, из которой следует, что при осмотре ФИО2, фельдшером ФИО47 установлено наличие у него множественных гематом лица, контузия обоих глаз, рваные раны верхней губы, на внешние раздражители не реагирует.

Показания свидетелей Свидетель №3, ФИО47 суд признает в качестве допустимых и достоверных доказательств, поскольку они согласуются между собой, а также с исследованными материалами дела.

Суд, с учетом исследованных материалов уголовного дела, приходит к выводу о правильности вменения в действиях подсудимого ФИО1 квалифицирующего признака ст. 111 УК РФ «с применением предмета, используемого в качестве оружия», так как таковым предметом могут быть любые материальные объекты, которыми могли быть причинены смерть или вред здоровью потерпевшего (перочинный или кухонный нож, топор и т.п.), а также иные предметы, применение которых создавало реальную опасность для жизни или здоровья потерпевшего, а факт причинения телесного повреждения погибшему, опасного для жизни, в суде установлен.

В качестве допустимого и относимого доказательства суд признает показания подсудимого ФИО1, данные им в ходе предварительного расследования и исследованные в судебном заседании в части места, времени, механизма нанесения ударов погибшему ФИО2. Показания подсудимого ФИО1 в этой части согласуются с заявлением о явке с повинной и протоколом явки с повинной, сделанной подсудимым в отделении полиции, что позволяет суду признать их в качестве допустимого и относимого доказательства, что позволяет суду признать ее в качестве допустимого и относимого доказательства.

При допросе ФИО1 в качестве подозреваемого и обвиняемого, в присутствии адвоката Никулина О.В. положения уголовно-процессуального закона соблюдены, при обстоятельствах, исключающих какое-либо давление на ФИО4 со стороны сотрудников правоохранительных органов. Указанные протоколы допросов подписаны ФИО1, его защитником Никулиным О.В.. ФИО1 разъяснены процессуальные права, в том числе не свидетельствовать против себя и других близких родственников, каких-либо заявлений, замечаний при осуществлении допросов и проверки показаний на месте не поступало.

Оснований полагать, что ФИО1 оговорил себя, давая показания в ходе производства предварительного расследования, в качестве подозреваемого и обвиняемого, не имеется. При этом объективных данных, свидетельствующих о том, что данные показания даны под каким-либо принуждением, а также в состоянии алкогольного опьянения, материалы уголовного дела не содержат.

Все приведенные судом доказательства, положенные в основу приговора, получены с соблюдением норм УПК РФ, содержат достаточные сведения о месте, времени, способе совершенного преступления, характере и размере вреда, причиненного совершенным преступлением, виновности ФИО1 в его совершении.

Несмотря на установленное в суде обстоятельство о том, что погибший ФИО2 11 мая 2019 года, до нанесения ФИО1 ему не менее трех ударов кулаком по лицу и одного удара доской по голове, замахнулся доской на подсудимого ФИО1 говоря, что бы последний подошел к нему для того чтобы он (ФИО2) нанёс ему ( ФИО1) удар, суд считает, что ФИО1, нанесший со значительной силой потерпевшему не менее трех ударов кулаком по лицу и также один удар со значительной силой доской по голове, используя ее в качестве оружия, не находился в состоянии необходимой обороны.

В соответствии с положениями ст. 37 УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

Защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.

Не являются превышением пределов необходимой обороны действия обороняющегося лица, если это лицо вследствие неожиданности посягательства не могло объективно оценить степень и характер опасности нападения.

Согласно пунктам 3,4,5,7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 N 19 "О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление" разъяснено, что под посягательством, защита от которого допустима в пределах, установленных частью 2 статьи 37 УК РФ, следует понимать совершение общественно опасных деяний, сопряженных с насилием, не опасным для жизни обороняющегося или другого лица (например, побои, причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью, грабеж, совершенный с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья).

Состояние необходимой обороны возникает не только с момента начала общественно опасного посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, но и при наличии реальной угрозы такого посягательства, то есть с того момента, когда посягающее лицо готово перейти к совершению соответствующего деяния. Суду необходимо установить, что у обороняющегося имелись основания для вывода о том, что имеет место реальная угроза посягательства.

Необходимая оборона может быть признана правомерной независимо от того, привлечено ли посягавшее лицо к уголовной ответственности, в том числе в случае защиты от посягательства лица в состоянии невменяемости или лица, не достигшего возраста, с которого наступает уголовная ответственность.

При выяснении вопроса, являлись ли для оборонявшегося лица неожиданными действия посягавшего, вследствие чего оборонявшийся не мог объективно оценить степень и характер опасности нападения (часть 2.1 статьи 37 УК РФ), суду следует принимать во внимание время, место, обстановку и способ посягательства, предшествовавшие посягательству события, а также эмоциональное состояние оборонявшегося лица (состояние страха, испуга, замешательства в момент нападения и т.п.). В зависимости от конкретных обстоятельств дела неожиданным может быть признано посягательство, совершенное, например, в ночное время с проникновением в жилище, когда оборонявшееся лицо в состоянии испуга не смогло объективно оценить степень и характер опасности такого посягательства.

Действия не могут признаваться совершенными в состоянии необходимой обороны, если вред посягавшему лицу причинен после того, как посягательство было предотвращено, пресечено или окончено и в применении мер защиты явно отпала необходимость, что осознавалось оборонявшимся лицом.

Из показаний подсудимого ФИО1, данных в ходе предварительного следствия, подтвержденных в суде, признанных судом допустимыми и достоверными доказательствами, установлено, что началом конфликта, произошедшего между погибшим ФИО2 и подсудимым ФИО1 послужили претензии, высказанные ФИО1 погибшем ФИО2. После чего ФИО2 пошел домой, а подсудимый ФИО1 догнал ФИО2 и стал вновь предъявлять претензии. ФИО2 ответил подсудимому ФИО1 в грубой форме, выразился в его адрес нецензурными выражениями, поднялся на крыльцо дома и, стоя на крыльце дома, схватив деревянную доску не менее полутора метров, начал кричать подсудимому ФИО1, чтобы он подошел, для того чтобы ударить его. Подсудимый ФИО1 не стал подходить к ФИО2, тогда последний подошел к ФИО1 и размахнувшись доской нанес подсудимому ФИО1 удар, от которого последний увернулся. При этом, после того как ФИО2 замахнулся на подсудимого доской, он просил подойти подсудимого ФИО1 к нему для нанесения ФИО2 удара подсудимому, но подсудимый не подошел и ждал, когда потерпевший ФИО2 подойдёт к нему. Кроме этого, после нанесённых подсудимым ФИО1 погибшему ФИО2 не менее трех ударов в лицо, последний выронил деревянную доску, однако, подсудимый ФИО1, не прекратил свои действия и, подняв данную деревянную доску, нанес ею один удар, повернувшемуся в этот момент к нему боком ФИО2, в жизненно важный орган человека-голову.

Суд, с учетом времени, места, обстановки и способа посягательства со стороны ФИО2, предшествовавшие посягательству события, с учетом возраста погибшего ФИО2 (<данные изъяты> год), возраста подсудимого ФИО1 (<данные изъяты> лет), их физиологического состояния, где, как установлено из показаний самого подсудимого и свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №5, ФИО2 находился в более сильном алкогольного опьянения, чем подсудимый ФИО1, считает, что действия погибшего ФИО2 для подсудимого ФИО1 не были неожиданными, подсудимый объективно оценивал действия погибшего ФИО2 о возможности нанесения им удара доской. В связи с чем, суд считает, что подсудимый ФИО1 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения ФИО2 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, и желал этого, то есть действовал с прямым умыслом.

С учетом изложенного, у суда нет оснований рассматривать действия ФИО1, связанные с причинением тяжкого вреда здоровью погибшему ФИО2, повлекшего его смерть, как совершенные в состоянии необходимой обороны, либо превышения её пределов.

Доказательств того, что подсудимый в момент совершения преступления находился в состоянии сильного душевного волнения, судом также не установлено.

Совокупность письменных доказательств, положенных в основу приговора, также подтверждает сделанный судом вывод о доказанности вины подсудимого ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, в связи с чем позицию подсудимого ФИО1 о причинении тяжкого вреда здоровью погибшему ФИО2, повлекшего его смерть, как совершенные в состоянии необходимой обороны, суд расценивает как способ уйти от ответственности.

Таким образом, оснований для вынесения оправдательного приговора, либо переквалификации действий подсудимого ФИО1 на ч. 1 ст. 114 УК РФ, суд не усматривает.

Все доказательства, положенные судом в основу вывода о виновности подсудимого ФИО1 в совершении преступления, квалифицированного по ч. 4 ст. 111 УК РФ, не противоречат друг другу, согласуются между собой, содержат достаточные сведения о месте, времени, способе совершенного подсудимым преступления, признаны судом в качестве допустимых и относимых, а в своей совокупности достаточными для принятия судом решения по уголовному делу.

Из исследованного заключения комиссии экспертов № 703 от 27 июня 2019 года, следует, что ФИО1 ранее и в период совершения инкриминируемого ему деяния, хроническим психическим расстройством, слабоумием либо иным болезненным состоянием психики, которое лишало бы его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдал, и не страдает в настоящее время. У него обнаруживаются отдельные <данные изъяты> Однако указанные особенности психики не выходят за рамки характерологических особенностей, не сопровождаются нарушениями мышления, критики и не лишают его возможности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Как видно из материалов уголовного дела, в период совершения инкриминируемого ему деяния у ФИО1 не отмечалось и признаков какого-либо временного психического расстройства, его действия носили последовательный, целенаправленный характер, в них не прослеживалось признаков бреда, галлюцинаций, расстроенного сознания, он мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время Кривошеее С.И. также может осознавать фактический характер своих действий, руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать о них показания. Психическое состояние ФИО1 не связано с возможностью причинения этим лицом иного существенного вреда, либо с опасностью для себя и для других лиц, поэтому в применении принудительных мер медицинского характера он не нуждается (т. 1 л.д. 235-236).

Суд, учитывая данное заключение экспертов, руководствуясь положениями статьи 19 УК РФ, признает ФИО1 вменяемым физическими лицом, подлежащим уголовной ответственности за совершенное преступление.

Учитывая поведение подсудимого ФИО1 в инкриминируемый ему период времени, а также выводы заключения судебно-психиатрической экспертизы, суд считает, что, совершая преступление, подсудимый ФИО1 в полной мере мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, и руководить ими. Оснований сомневаться в обоснованности выводов экспертов, у суда не имеется, поскольку данные выводы экспертов надлежащим образом мотивированы и не противоречивы, основаны на личном контакте экспертов с подсудимым и изучении материалов уголовного дела, в связи с чем, подсудимый ФИО1 признается судом вменяемым и подлежащим уголовной ответственности на общих основаниях.

Исследованные судом доказательства, соответствующие установленным обстоятельствам дела, не имеют существенных противоречий, являются допустимыми, достоверными и в своей совокупности достаточными для признания виновности ФИО1 в совершении преступления 11 мая 2019 года.

При назначении наказания подсудимому суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, личность виновного, а также влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семей.

Из исследованных в суде данных о личности погибшего ФИО2, установлено следующее.

Согласно копии паспорта, ФИО2 родился ДД.ММ.ГГГГ, места регистрации не имел (т.2 л.д. 152).

Согласно справкам ГБУЗ «<адрес> ЦРБ» ФИО2 на учете у врачей нарколога и психиатра не состоял (т. 2 л.д. 165).

Согласно характеристике по месту жительства, ФИО2 характеризовался посредственно. Холост, детей на иждивении не имел, не работал, жил на случайные заработки, злоупотреблял спиртными напитками, отношения поддерживал с лицами склонными к совершению преступлений и административных правонарушений, привлекался к административной ответственности (т.2 л.д. 161).

Из исследованных судом сведений о личности ФИО1 установлено следующее.

Из копии паспорта следует, что ФИО4 родился ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрирован по адресу: <адрес>, сведения о семейном положении и о детях отсутствуют (т. 2 л.д. 37-41)

Согласно характеристики, представленной начальником ФКУ ИК-№ ДД.ММ.ГГГГ, подсудимый ФИО1 характеризовался посредственно. ФИО1 был трудоустроен, распоряжения и указания представителей администрации не всегда исполнял точно и своевременно. Трудовая дисциплина удовлетворительная. От работ по благоустройству ИУ не отказывается. За время отбывания наказания имеет 2 взыскания. За добросовестное отношение к труду и примерное поведение имеет 2 (два) поощрения. Режимные требования соблюдал. Мероприятия воспитательного характера посещал, для себя делал правильные выводы. По характеру малообщительный, спокойный, деятельный, хитрый. С осуждёнными поддерживал дружеские, стабильные, бесконфликтные отношения. С сотрудниками администрации и с персоналом исправительного учреждения вежлив, корректен. С ДД.ММ.ГГГГ состоял на профилактическом учете как лицо, склонное к совершению суицида и членовредительству (т. 2 л.д. 57).

Согласно характеристики по месту жительства, ФИО1 характеризуется посредственно. Проживает с сестрой Свидетель №7. Официально не работает, живет случайными заработками. В браке не состоит, детей не имеет. С ДД.ММ.ГГГГ состоит на учете в ОУУП и ПДН России по Сковородинскому району в категории лиц, состоящих на административном надзоре. В 2019 году жалоб и заявлений в адрес ОМВД России по Сковородинскому району на ФИО1 не поступало. За текущий год ФИО1 привлекался к административной ответственности (т. 2 л.д.78).

Подсудимый ФИО1 согласен со сведениями, изложенными в характеристиках.

Согласно представленным справкам ГБУЗ «<адрес> ЦРБ», подсудимый ФИО1 на учете у врача- нарколога не состоит, состоит на консультативном учете у врача-психиатра ( т. 2 л.д. 81).

Согласно сведениям о судимости, представленным органами внутренних дел, копиям приговоров, ФИО1 на дату совершения преступления судим:

15 ноября 2010 года Свободненским городским судом Амурской области по ч. 2 ст. 228 УК РФ, с применением ч.4 ст.74 УК РФ, ст.70 УК РФ (по совокупности с приговорами Свободненского районного суда Амурской области от 21 сентября 2009 года и 20 октября 2009 года, судимости по которым погашены), к 3 годам 4 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, освобожден 14 марта 2014 года по отбытию срока наказания;

31 января 2017 года Сковородинским районным судом Амурской области по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, в соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности с приговором Сковородинского районного суда Амурской области от 02 августа 2016 года, с учетом постановления Сковородинского районного суда Амурской области от 26 октября 2016 года, (судимость по которому погашена) к 1 году 1 месяцу лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима; 28 февраля 2018 года освобожден по отбытию срока наказания;

26 марта 2019 года мировым судьей Амурской области по Сковородинскому районному судебному участку № 2 по ч. 1 ст. 119 УК РФ, к 10 месяцам лишения свободы, в соответствии со ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком в 1 год (т. 2, д.д.88-89,93-102, 145-147, 150-151).

Согласно решению Белогорского городского суда Амурской области от 31 октября 2017 года, в отношении ФИО1 установлен административный надзор на 8 лет, за вычетом срока, истекшего после отбытия наказания (т. 2 л.д. 43-46).

Согласно решению Сковородинского районного суда Амурской области от 12 марта 2019 года на ФИО1 возложены дополнительные ограничения в виде: запрещения пребывания в определенных местах (кафе, ресторанах, ночных клубах и др. увеселительных заведениях, где производиться реализация алкогольной продукции; запрещения посещения мест проведения массовых и иных мероприятий и участия в указанных мероприятиях, сохранив при этом ранее установленные решением административные ограничения и обязанности (т.2 л.д.65-73).

Подсудимый ФИО1 неоднократно привлекался в 2018 году к административной ответственности по ст. 19.24 КоАП РФ за несоблюдение административных ограничений и невыполнение обязанностей, установленных при административном надзоре (т.2 л.д.74-75)

В части смягчающих и отягчающих наказание подсудимого обстоятельствах, суд полагает следующее.

Смягчающими наказание обстоятельствами у подсудимого ФИО1 суд, в соответствии с п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ, признает явку с повинной, а также активное способствование раскрытию и расследованию преступления, так как в ходе предварительного следствия подсудимый давал последовательные, признательные показания, изобличающие его в совершении преступления, способствующие установлению обстоятельств совершенного преступления.

Кроме этого в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд признает в качестве смягчающего наказание обстоятельства противоправность и аморальность поведения, потерпевшего, явившаяся поводом для преступления.

Вопреки позиции органа предварительного расследования, изложенной в обвинительном заключении, суд не усматривает оснований для применения положений ч.1.1 ст. 63 УК РФ и признания отягчающим наказание обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

В соответствии с ч.1.1 ст. 63 УК РФ предусмотрено, что судья (суд), назначающий наказание, в зависимости от характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного может признать отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств или других одурманивающих веществ.

Фактическое нахождение виновного в момент совершения преступления в состоянии опьянения и констатация этого при описании преступного деяния само по себе не является основанием для признания данного обстоятельства отягчающим.

В судебном заседании установлена вина подсудимого ФИО1 в совершении умышленного преступления против жизни и здоровья, относящегося к категории особо тяжких преступлений.

Также в судебном заседании подсудимый ФИО1 подтвердил, что он действительно употреблял алкоголь перед совершением преступления, но то немногое количество алкоголя, которое он употребил, не ослабило его волевой контроль.

Суд, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного, не усматривает оснований для применения положений ч.1.1 ст. 63 УК РФ и признания у подсудимого ФИО1 отягчающим наказание обстоятельством- совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

В судебном заседании также установлено, что ФИО1 совершил данное умышленное преступление, относящиеся к категории особо тяжких преступлений, в период непогашенной судимости за умышленные преступления, относящиеся к категории тяжких и к категории средней тяжести, за которые он осуждался к реальному лишению свободы (ч.4 ст.111УК РФ), в связи с чем отягчающим наказание обстоятельством у подсудимого ФИО1 суд, на основании п. «а» ч.1 ст.63 УК РФ, признает рецидив преступлений, который в соответствии с п. «б» ч.2 ст.18 УК РФ, относится к опасному рецидиву.

Оснований для применения положений ч.6 ст. 15 УК РФ о рассмотрении вопроса об изменении категории совершенного ФИО1 преступления на менее тяжкое, суд не усматривает, так как в действиях подсудимого судом установлено отягчающее наказание обстоятельство, рецидив преступлений.

Положениями части 1 статьи 68 УК РФ определено, что при назначении наказания при рецидиве, опасном рецидиве или особо опасном рецидиве преступлений учитываются характер и степень общественной опасности ранее совершенных преступлений, обстоятельства, в силу которых исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным, а также характер и степень общественной опасности вновь совершенных преступлений.

С учетом характера и степени общественной опасности, ранее совершенного преступления (судим за умышленные преступления, одно из которых направлено направленное против здоровья населения и общественной нравственности, другое против собственности, за которые отбывал наказание в виде реального лишения свободы), суд считает, что исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным, и, учитывая наличие отягчающего наказание обстоятельства- рецидива преступлений, полагает необходимым назначить подсудимому ФИО1 наказание по правилам ч.2 ст. 68 УК РФ.

Несмотря на наличие перечня смягчающих обстоятельств, предусмотренных статьей 61 УК РФ, суд не усматривает оснований для применения положений ч.3 ст. 68 УК РФ и назначения ФИО1 наказания менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, по ранее приведенным мотивам, положенным в обоснование сделанного вывода о назначении наказания по правилам ч.2 ст. 68 УК РФ.

Также суд не усматривает оснований для назначения ФИО1 более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление, так как не усматривает наличия исключительных обстоятельств, предусмотренных статьей 64 УК РФ.

Санкция части 4 ст. 111 УК РФ предусматривает единственное основное наказание, которое может быть назначено виновному- лишение свободы на срок от двух месяцев лишения свободы до пятнадцати лет.

Учитывая категорию и характер совершенного преступления (особо тяжкое преступление против жизни и здоровья), учитывая наличие перечня смягчающих наказание обстоятельств, наличие отягчающего наказание обстоятельства, установленные сведения о личности виновного (не работает, в браке не состоит, по месту жительства характеризуется посредственно, данное преступление совершено им в период административного надзора, установленного по решению суда, неоднократно привлекался к административной ответственности за несоблюдение административных ограничений и невыполнение обязанностей, устанавливаемых при административном надзоре, совершил преступление в период непогашенных и не снятых судимостей за совершение умышленных преступлений, относящихся к категории тяжких преступлений и к категории средней тяжести, а также в период испытательного срок, совершил преступление через непродолжительный период времени после освобождения из мест лишения свободы), руководствуясь положениями ст. 43 УК РФ, суд считает, что в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, назначенное подсудимому ФИО1 наказание должно быть связано с реальным лишением свободы, так как он представляет опасность для общества.

Оснований для применения положений ч.1 ст.62 УК РФ, не имеется, так как в действиях подсудимого ФИО1 установлены, обстоятельства, отягчающие наказание.

С учетом наличия перечня обстоятельств, смягчающих наказание, суд полагает возможным не назначать подсудимому ФИО1 за совершенное преступление, предусмотренное ч.4 ст. 111 УК РФ, дополнительное наказание, предусмотренное санкцией части 4 статьи 111 УК РФ, в виде ограничения свободы.

Судом установлено, что подсудимый ФИО1 совершил умышленное особо тяжкое преступление, вина которого установлена данным приговором, в течение испытательного срока, назначенного приговором Сковородинского районного суда Амурской области от 26 марта 2019 года.

С учетом положений ч. 5 ст. 74 УК РФ, суд отменяет условное осуждение, назначенное подсудимому ФИО1 приговором мировым судьей Амурской области по Сковородинскому районному судебному участку № от 26 марта 2019 года, и назначает ему наказание по правилам, предусмотренным статьей 70 УК РФ.

В соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ назначенное наказание ФИО1 надлежит отбывать в исправительной колонии строгого режима.

Учитывая установленные обстоятельства, данные о личности подсудимого и назначенное ему наказание, суд полагает необходимым оставить в отношении ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу.

Время срока содержания ФИО1 под стражей в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Гражданский иск по делу не заявлен.

В соответствии со ст. 81 УПК РФ вещественные доказательства:

деревянная доска, куртка синего цвета, штаны синего цвета, хранящиеся в камере вещественных доказательств следственного отдела по Сковородинскому району следственного управления Следственного комитета РФ по Амурской области, подлежат уничтожению по вступлению приговора в законную силу;

индивидуальная карта амбулаторного больного на имяФИО1, хранящаяся в камере вещественныхдоказательств следственного отдела по Сковородинскому району следственного управления Следственного комитета РФ по Амурской области, подлежит передаче в лечебное учреждение - ГБУЗ АО «<адрес> ЦРБ», после вступления приговора в законную силу;

копия карты вызова СМП № от 11 мая 2019 года, выписка заместителя главного врача ГБУЗ АО «<адрес> ЦРБ» от 13 мая 2019 года, хранящиеся в материалах уголовного дела, подлежат хранению в течение всего срока хранения уголовного дела.

Руководствуясь ст. ст. 307- 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ, и назначить наказание в виде 9 (девяти) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 74 УК РФ отменить условное осуждение по приговору мирового судьи Амурской области по Сковородинскому районному судебному участку № от 26 марта 2019 года.

Согласно ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к наказанию, назначенному по данному приговору, частично присоединить не отбытую часть наказания по приговору мирового судьи Амурской области по Сковородинскому районному судебному участку № от 26 марта 2019 года, назначив ФИО1 окончательное наказание в виде 10 (десяти) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания исчислять с 18 ноября 2019 года.

Зачесть в срок отбывания наказания период содержания ФИО1 под стражей с 12 мая 2019 года по 17 ноября 2019 года, а также время содержания ФИО1 под стражей до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 – заключение под стражей, оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Вещественные доказательства:

деревянную доску, куртку синего цвета, штаны синего цвета, хранящиеся в камере вещественных доказательств следственного отдела по Сковородинскому району следственного управления Следственного комитета РФ по Амурской области, уничтожить по вступлению приговора в законную силу;

индивидуальную карту амбулаторного больного на имяФИО1, хранящуюся в камере вещественныхдоказательств следственного отдела по Сковородинскому району следственного управления Следственного комитета РФ по Амурской области, передать в лечебное учреждение - ГБУЗ АО «<адрес> ЦРБ» после вступления приговора в законную силу;

копию карты вызова СМП № от 11 мая 2019 года, выписку заместителя главного врача ГБУЗ АО «<адрес> ЦРБ» от 13 мая 2019 года, хранящиеся в материалах уголовного дела, хранить в течение всего срока хранения уголовного дела.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Амурского областного суда через Сковородинский районный суд в течение 10 суток со дня его постановления, а осужденным ФИО1 в тот же срок, со дня вручения им копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должен указать в апелляционной жалобе.

Председательствующий судья М.Н.Неволина