Решение № 2-400/2017 2-400/2017~М-363/2017 М-363/2017 от 6 августа 2017 г. по делу № 2-400/2017

№ 2-400/2017 Мотивированное
решение по делу изготовлено 07.08.2017г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Лысково 03 августа 2017 года

Лысковский районный суд Нижегородской области в составе:

председательствующего судьи Васениной А.Н.,

при секретаре Качутовой Е.В.,

с участием истца ФИО9,

представителя истца ФИО9 ФИО10,

представителя ответчика АО «Газпромнефть-Северо-Запад» ФИО11,

помощника прокурора Лысковского района Нижегородской области Слесаревой О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО9 к АО «Газпромнефть-Северо-Запад» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, процентов, компенсации морального вреда и судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО9 обратилась в Лысковский районный суд Нижегородской области с вышеуказанным иском, в обоснование которого указывает, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.г. ФИО9 состояла в трудовых отношениях с АО «Газпромнефть-Северо-Запад». На основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО9 была принята на работу в должности управляющей АЗС Нижегородского отделения Управления розничных продаж, южный участок АЗС, АЗС №.

Согласно приказу № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО9 уволена с должности управляющей АЗС Нижегородского отделения Управления розничных продаж, южный участок АЗС, АЗС №, на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, в связи с расторжением трудового договора по инициативе работника, на основании заявления об увольнении по собственному желанию.

Утверждает, что собственного добровольного волеизъявления на увольнение не имела, заявление об увольнении было написано ей под давлением со стороны администрации в лице начальника Нижегородского отделения Южного участка АЗС № АО «Газпромнефть-Северо-Запад» ФИО3, который неоднократно обращался к ФИО9 с требованием об увольнении по собственному желанию.

Указывает, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 оказывал на ФИО9 психологическое давление, принуждая в присутствии специалиста по экономической безопасности ФИО6 написать заявление об увольнении по собственному желанию. ФИО9 отказывалась написать данное заявление, но психологическое давление со стороны ФИО3 было настолько велико, что истица, получив нервный стресс, находилась на больничном с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ Затем в первый рабочий день после больничного – ДД.ММ.ГГГГ. начальник участка ФИО3 позвонил ей по телефону и вновь предложил написать заявление по собственному желанию. При этом, каких-либо служебных проверок в отношении нее, заключений относительно качества выполняемой работы не имелось, к дисциплинарной ответственности не привлекалась, но угроза наступления для нее неблагоприятных последствий на работе, послужило поводом и основанием для написания заявления об увольнении по собственному желанию.

Истица была вынуждена обратиться к начальнику Отдела розничных продаж Нижегородского отделения ФИО2 с заявлением об оказании на нее давления и понуждения на увольнение по собственному желанию, также была проведена встреча в головном офисе по обсуждению сложившейся ситуации.

Считая указанное увольнение незаконным, с учетом уточнения исковых требований в порядке ст. 39 ГПК РФ, ссылаясь на ст. ст. 80, 391, 394 ТК РФ, ч. 1 ст. 3, ч. 1 ст. 39, п. 4 ч. 2 ст. 131, ч.3 ст. 196 ГПК РФ, истица просила суд признать незаконным увольнение ФИО9 и отменить приказ от ДД.ММ.ГГГГ № «О прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении)», восстановить ее на работе в прежней должности – управляющей АЗС Нижегородского отделения Управления розничных продаж Южного участка АЗС № АО «Газпромнефть-Северо-Запад», взыскать с ответчика в пользу ФИО9 средний заработок за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.г. в размере <данные изъяты> руб. и далее до даты восстановления на работе, исходя из среднемесячного заработка <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп., проценты в размере <данные изъяты>. за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.г. и далее до даты выплаты среднемесячного заработка за время вынужденного прогула, компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб., а также судебные расходы в сумме <данные изъяты>.

В судебном заседании истица ФИО9 и её представитель ФИО4 исковые требования с учетом заявления в порядке ст. 39 ГПК РФ поддержали в полном объеме, по основаниям указанным в иске.

Представитель ответчика АО «Газпромнефть-Северо-Запад» ФИО11 в судебном заседании требования истицы не признал по основаниям, указанным в отзыве на иск.

Свидетель ФИО3, допрошенный по ходатайству истицы ФИО9, показал, что с ДД.ММ.ГГГГ работает в должности начальника Нижегородского отделения Южного участка АЗС № АО «Газпромнефть-Северо-Запад», до этого времени с ДД.ММ.ГГГГ работал управляющим АЗС №. Указал, что ФИО9 - бывший сотрудник Нижегородского отделения АО «Газпромнефть-Северо-Запад», работала в должности управляющий АЗС №, отношения между ними носили служебный характер, неприязненных отношений не имелось. С ДД.ММ.ГГГГг. ФИО9 в компании не работает, поскольку уволена по собственному желанию, какого-либо психологического давления на нее, как работника не оказывал. До назначения на должность он (свидетель) долгое время также работал управляющим АЗС, поэтому знает, какие процессы там протекают, обязанности и функционал управляющего и операторов. На ДД.ММ.ГГГГ. ФИО9 проработала в должности управляющего АЗС более полугода, за это время она, как и другие операторы АЗС прошла обучение в течение 3 месяцев в учебном центре компании, приобрела основные навыки по работе с персоналом. Вместе с тем, на ДД.ММ.ГГГГ. в работе ФИО9 имелись недостатки, на которые ей было указано, состоялась беседа о необходимости их исправления. Следующая встреча состоялась в ДД.ММ.ГГГГ на внеплановой инвентаризации по факту образовании сверхнормативных излишек в размере трех тонн. По результатам инвентаризации с ФИО9 состоялся разговор о причине образования излишек, на что она пояснила, что причины ей неизвестны, при этом количественный и качественный учет нефтепродуктов является непосредственной обязанностью управляющего АЗС. Для разрешения ситуации он со своей стороны вместе с ФИО9 проверил отпуск-намерник выносной топливно-раздаточной колонки (далее по тексту –ТРК) дизельного топлива, который показал, что ТРК переливает клиенту. Отпуск-намерник на АЗС откалиброван, проверен аккредитованной лабораторией. АЗС - трассовая, топливо привозят по три бензовоза в день. ФИО9 ознакомлена с инструкцией по приему нефтепродуктов и должна была ознакомить с ней своих сотрудников: проверка документов, прием. Однако, при просмотре записей видео-наблюдения было установлено, что персонал АЗС при приеме нефтепродуктов не руководствуется данной инструкцией, не выполняет закрепленные в ней требования. ФИО9 персонал не контролирует. Она назначена приказом ответственной за обеспечение безопасных условий труда на АЗС. При подъеме на высоту операторы должны пристегиваться к парковочному поручню бензовоза. ФИО9 категорически игнорировала данные требования, поясняя, что персоналу неудобно это делать. При приеме бензовоза операторы заносят данные привезенного топлива (температуру, плотность) в табличку, которая доступна в учетной записи оператора АЗС, которой операторы не пользовались. ДД.ММ.ГГГГ была плановая инвентаризация на АЗС №, была выявлена недостача 1360 кг по всем четырем сортам топлива. По данному факту недостачи ФИО9 также не пояснила причин ее образования.

ДД.ММ.ГГГГ на АЗС № произошло ДТП, утвержден регламент действий сотрудников при ДТП, если ущерб составляет менее 10 000 рублей, ущерб с клиента не взыскивается. В данном случае с клиента были взяты денежные средства за ущерб в размере 1500 рублей, которые по кассе оприходованы не были, на горячую линию компании поступила жалоба.

В ДД.ММ.ГГГГ проходили курсы, но ФИО9 не должна была принимать в них участия, поскольку в списках на это обучение ее не было. После обучения с ФИО9 состоялся разговор по поводу ненадлежащего исполнения ею трудовых обязанностей, она ответила, что она исправиться и просила дать ей последний шанс, просила за нее поручиться. Он поручиться за нее отказался. Она попросила вызвать ФИО6, который тоже ей отказал. При разговоре у свидетеля был в руках пустой бланк заявления на увольнение по собственному желанию, стандартный пустой бланк, находящийся в свободном доступе, чтобы ФИО9 подумала над своим поведением и приняла решение о том, исправиться ли и работать дальше, с учетом предъявляемых компанией требований, либо уволиться из компании. После разговора, проведенного в нормальном деловом режиме, о чем может пояснить ФИО6, в тот же день она позвонила и предложила расстаться по соглашению сторон, сообщив, что направит ему заявление об уходе. На следующий день ФИО9 ушла на больничный, на котором пробыла две недели. ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 вышла с больничного.

ДД.ММ.ГГГГ он позвонил ФИО9 для того, чтобы узнать, где заявление, которое она обещала написать, для того, чтобы ему, как руководителю определиться со своим дальнейшим положением, на что она пояснила, что ничего писать не собирается.

В начале ДД.ММ.ГГГГ в отдел корпоративной защиты поступила информация, что в период больничного учетная запись ФИО9 использовалась сотрудниками АЗС, как в дневное, так и в ночное время, что строго в организации запрещено, о причинах возникшей ситуации ФИО9 пояснить не смогла. С операторов были взяты объяснения, из которых следовало, что логин и пароль учетной записи управляющего были размещены на мониторе рабочего места управляющего АЗС, и это было сделано для того, чтобы операторы могли вносить параметры топлива в таблицу. При этом, согласно политике безопасности, у каждого из операторов имеется своя учетная запись, что регламентировано корпоративными документами.

С истцом неоднократно проводились разговоры о недостатках в ее работе, которые необходимо исправить, но все требования ФИО9 игнорировала, несмотря на это в целях нормального функционирования АЗС ее просьбы не были оставлены без внимания, была оказана необходимая техническая помощь. Написать заявление об увольнении по собственному желанию ее не вынуждал. Угроз в адрес истца также не высказывал, психологического давления не оказывал. Все требования ФИО9 игнорировала. После рабочей встречи, проведенной по указанию руководителя ФИО1 с участием ФИО2, ФИО6 и ФИО9 04 или ДД.ММ.ГГГГг. ей было предложено идти и работать дальше, исполнять свои обязанности по должности управляющего АЗС, однако с ДД.ММ.ГГГГг. истица вновь ушла на больничный. Вышла она на работу ДД.ММ.ГГГГ., а с ДД.ММ.ГГГГ. ушла в отпуск, во время которого написала заявление об увольнении по собственному желанию, указав конкретную дату увольнения ДД.ММ.ГГГГ., увольнение было согласовано на ДД.ММ.ГГГГ., в этот же день был издан приказ об увольнении и произведен расчет с ФИО9

Свидетель ФИО3 также пояснил, что в настоящее время в Лысковском районе имеется одна АЗС, планируется к открытию еще две АЗС, одна из которых расположена напротив, но поскольку процесс согласования по аренде АЗС длительный, им была подана заявка ФИО7 на подбор персонала на вакансию «управляющий АЗС в г.Лысково», в тексте вакансии указание, что именно на АЗС № указаний нет. Подбор персонала осуществлялся на готовящуюся к открытию АЗС, а также в резерв персонала.

Свидетель ФИО6 в ходе судебного заседания показал, что обеспечивает экономическую безопасность Общества в регионе. ФИО9 работала с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В ДД.ММ.ГГГГ г. начальник южного участка ФИО3 пояснил ему, что ФИО9 хочет, чтобы тот присутствовал при их разговоре, при котором ФИО9 просила дать ей поработать, испытательный срок, в течение которого она сможет исправить работу на АЗС, но он (свидетель) отказался за нее поручиться, поскольку это не входит в его должностные обязанности. Со стороны ФИО9 были серьезные нарушения, граничащие с нарушением закона, были сбои в работе, коллектив жаловался, была инвентаризация. При осмотре кассовой зоны были выявлены денежные средства, не оприходованные и хранящиеся отдельно от кассы. ДД.ММ.ГГГГ. был сбой в работе ТРК, но ФИО9 была оказана техническая помощь и сбой был устранен. Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ в работе ФИО9 были выявлены нарушения по пожарной безопасности, заправщик курил на АЗС, со стороны управляющего АЗС контроль отсутствовал, риски, с учетом класса опасности объекта были велики.

Допрошенный по ходатайству истицы свидетель ФИО1 пояснил суду, что ФИО9 работала в должности управляющей АЗС № с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ г. В ДД.ММ.ГГГГ у нее был конфликт с операторами АЗС, о чем на имя руководства поступило коллективное письмо с просьбой разобраться в том, что ФИО9 пыталась продавать просроченную продукцию, что было недопустимо. По его поручению, начальник отдела розничных продаж ФИО2 собирал совещание, по результатам которого конфликт был исчерпан.

Свидетелю известно также, что в ДД.ММ.ГГГГ г. у начальника южного участка ФИО3 с ФИО9 состоялся разговор, в котором он указал на недостатки в ее работе, поскольку она не справлялась со своими обязанностями по приему нефтепродуктов и реализации сопутствующих товаров, были излишки по результатам инвентаризации и предложил подумать над увольнением по собственному желанию, она планировала написать заявление.

Где-то через месяц, в ДД.ММ.ГГГГ. по электронной почте ему было направлено письмо от ФИО9, в котором она просила уволиться по соглашению сторон, которое подразумевает выплату. Письмо не было оставлено без внимания, была организована рабочая встреча, в которой участвовали начальник отдела розничных продаж ФИО2, начальник южного участка ФИО3, начальник службы безопасности ФИО6 и управляющий АЗС № ФИО9, по результатам которой ФИО9 было предложено продолжать работать на занимаемой должности. Какого-либо неприязненного отношения к истице не было, имели место чисто служебные отношения. Свидетель также указал, что вакансия на должность управляющего была открыта в качестве кадрового резерва на АЗС М-7, расположенную на противоположной от АЗС № стороне, которую Общество планирует взять в аренду, также планируется взять в аренду и еще одну АЗС в Лысковском районе. ФИО3 – грамотный сотрудник, в подчинении которого находится 9 АЗС, негативных отзывов о нем не имеется. Вакансия на место ФИО9 открылась с момента ее увольнения, размещалась она специалистом по подбору линейного персонала ФИО7 ФИО9 была нарушена должностная инструкция, в связи с чем, было организовано проведение служебного расследования, но был проведен только первый этап служебного расследования по установлению виновных в нарушении политики безопасности компании лиц, ФИО9 была признана виновной, второго этапа не последовало, поскольку ей было принято решение об увольнении по собственному желанию.

Свидетель ФИО7 в суде пояснила, что работает в должности специалиста по подбору линейного персонала, получает заявки на подбор персонала. В Лысковском районе существует одна АЗС, также ДД.ММ.ГГГГ планируется взять в аренду еще две АЗС в Лысковском районе и одну - в Кстовском районе. В начале ДД.ММ.ГГГГ ей была размещена вакансия операторов и управляющих АЗС на Кстовской и Лысковской АЗС. Данные заявки были получены от ФИО3, а по Кстовскому району – от другого управляющего.

Свидетель ФИО2 пояснил в суде, что в ДД.ММ.ГГГГ. ФИО9 была принята на должность управляющей АЗС № в Лысковском районе. Со его стороны нареканий к ее работе не было, так как непосредственным руководителем ФИО9 он не является. В ДД.ММ.ГГГГ г. имела место коллективная жалоба со стороны персонала на ФИО9, он (свидетель) выезжал на место, после беседы с работниками АЗС конфликт был улажен, АЗС продолжила работу в нормальном режиме. В ДД.ММ.ГГГГ года на АЗС № были выявлены излишки по дизельному топливу, которые были метрологически обоснованны работой ТРК. После проведения инвентаризации на АЗС, от ФИО9 ему на электронную почту поступило письмо с просьбой оказать содействие, поскольку на нее оказывают давление в принятии решения по увольнению с работы, в этот же день было совещание - О. И. продолжила свою работу. Непосредственно после первых майских праздников ДД.ММ.ГГГГ. по распоряжению руководителя ФИО1 им (свидетелем) была организована рабочая встреча с ФИО9, с руководителем ФИО3 и ФИО6, по результатам которой О. И. было предложено работать дальше по занимаемой должности, таким образом ситуация была разрешена. Впоследствии, в ДД.ММ.ГГГГ. ФИО9 вновь ушла на больничный, во время которого бесконтрольным образом использовалась ее учетная запись по программе, что категорически не допускается на основании требований политики безопасности компании, с которыми ФИО9 была ознакомлена под роспись, при этом пояснить то обстоятельство, каким образом ее учетная запись использовалась операторами АЗС она не смогла, из письменных объяснений операторов АЗС № следует, что логин и пароль ФИО9 были наклеены на рабочий компьютер. По данному случаю было проведено первое служебное расследование по установлению виновных лиц, до второго этапа служебного расследования дело не дошло. ФИО9 по ее заявлению был предоставлен очередной ежегодный оплачиваемый отпуск, а и также «донорские дни», находясь в котором, она написала заявление об увольнении, согласовав с работодателем дату увольнения. Какого-либо психологического давления, угроз со стороны представителей работодателя (с его стороны, со стороны ФИО3, кого-либо еще) в адрес ФИО9 высказано не было, решение о прекращении исполнения служебных обязанностей принималось ФИО9 самостоятельно.

Свидетель ФИО8, допрошенная в суде по ходатайству истицы, показала, что знает ФИО9 как человека ответственного, которая всем была довольна. ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 была очень расстроена, можно сказать, у нее был нервный срыв, как она пояснила, что ее хотят уволить с работы. О каких-либо конкретных проблемах на работе она не рассказывала. О причинах ее увольнения свидетелю ничего неизвестно.

Свидетель ФИО5, допрошенный в суде по ходатайству истицы, показал, что ФИО9 проработала управляющей АЗС Газпромнефть в Лысковском районе около года. В конце ДД.ММ.ГГГГ года пришел новый начальник, который стал предъявлять новые требования и претензии к работе его жены. ДД.ММ.ГГГГ на обучении в головном офисе в г.Нижний Новгород начальник ФИО3 предлагал ей уволиться по собственному желанию. В ДД.ММ.ГГГГ, 4 или 5 числа, ФИО9 ездила на встречу с вышестоящим руководством, начальником розничных продаж ФИО2, на которой также присутствовал ФИО3, по проведении которой его (свидетеля) жене ФИО9 было предложено спокойно идти и работать дальше, в той же должности. Заявление об увольнении по собственному желанию ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 писала добровольно, поскольку ситуация на работе складывалась не в ее пользу. О каком-либо проводимом в отношении нее служебном расследовании жена ему не говорила.

Суд, с учетом мнения явившихся лиц, считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав истицу, её представителя, представителя ответчика, прокурора, полгавшего исковые требования удовлетворению не подлежащими, исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 37 Конституции РФ, труд в Российской Федерации свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового Кодекса РФ (далее по тексту – ТК РФ) основанием прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника.

В силу ст. 80 ТК РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

Обязательным условием признания увольнения по п. 3 ст. 77 ТК РФ законным выступает добровольность волеизъявления работника.

На это же обращено внимание в подпункте "а" п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", согласно которому расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. При этом, если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Судом установлено и материалами дела подтверждено, что ФИО9 приказом № от ДД.ММ.ГГГГ на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ. была принята на работу с ДД.ММ.ГГГГ на должность управляющей АЗС №, Южного участка АЗС Управления розничных продаж, Нижегородского отделения АО «Газпромнефть – Северо-Запад», расположенную по адресу: <адрес>., с тарифной ставкой (окладом) <данные изъяты> рубля. (л.д. 14, 9 - 13).

Из материалов дела следует, что ФИО9, проявляя инициативу и волеизъявление, ДД.ММ.ГГГГ на имя генерального директора АО "Газпромнефть-Северо-Запад" ФИО1 подала письменное заявление (датировано ДД.ММ.ГГГГ., л.д.15) о расторжении трудового договора по собственному желанию, последним рабочим днем просила считать ДД.ММ.ГГГГ., с чем работодатель согласился путем издания приказа об увольнении.

Учитывая, что положения трудового законодательства не устанавливают порядок подачи работником заявления об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию, суд исходит из того, что такой порядок аналогичен порядку подачи заявления об увольнении по собственному желанию, а именно - об отзыве заявления работодатель должен быть уведомлен работником в письменной форме до истечения срока предупреждения об увольнении.

Дата увольнения была согласована между сторонами на ДД.ММ.ГГГГ.

При этом, суд учитывает, что при ознакомлении с приказом об увольнении, истец не выразила несогласие с увольнением и не указывала о намерении отзыва заявления об увольнении, кроме того, после истечения срока предупреждения об увольнении истец не продолжила трудовые отношения в соответствии с ч. 6 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации, указанные обстоятельства свидетельствуют о совершении истцом последовательных действий с намерением расторгнуть трудовой договор по собственному желанию.

После издания приказа об увольнении истец на работу не выходила, получила трудовую книжку, окончательный расчет, что не оспаривалось ФИО9 в ходе судебного заседания.

Попытка избежать увольнения по порочащим основаниям путем использования права на подачу заявления об увольнении по собственному желанию и последующее расторжение трудового договора само по себе не может являться подтверждением оказания давления на работника со стороны работодателя.

При этом суд учитывает позицию ФИО9, высказанную в ходе судебного разбирательства относительно того, что сам по себе факт предоставления ей объяснений работодателю по факту использования ее логина и пароля иными лицами в период ее нахождения на больничном, на принятие ею решения об увольнении не повлиял.

Позиция ФИО9 в данной части подтверждается и показаниями свидетеля ФИО5, пояснившего, что заявление об увольнении по собственному желанию в июне 2017 года его жена, ФИО9, писала добровольно, о чем было решено на семейном совете, поскольку ситуация на работе складывалась не в ее пользу.

Относительно передачи ей незаполненного стандартного бланка увольнения ее непосредственным руководителем ФИО3 пояснила, что имеет право подумать над тем, увольняться ей или нет, продолжила работать дальше, что также, по - мнению суда, свидетельствует о свободе ее волеизъявления.

Более того, само по себе предложение об увольнении по собственному желанию, а также высказывание намерения об увольнении по инициативе работодателя (передача стандартного незаполненного бланка об увольнении), не является понуждением к увольнению, не может означать вынужденность написания заявления, так как у работника имеется право выбора.

Довод истицы о том, что в качестве механизма психологического давления при принятии ФИО9 решения являлись угрозы со стороны начальника участка ФИО3 о проведении внеплановой инвентаризации в связи с неисправностью измерительной системы «veder root», отсутствием с его стороны действий по оказанию помощи в решении данной проблемы был опровергнут показаниями допрошенных в ходе судебного заседания свидетелей ФИО2, ФИО1, ФИО6 пояснивших, что ФИО9 была оказана техническая помощь в устранении неисправностей в поверительных приборах, что выявленные в ДД.ММ.ГГГГ на АЗС № излишки по дизельному топливу были метрологически обоснованны работой топливно-раздаточной колонки (ТРК).

Разрешая довод стороны истца о том, что в ДД.ММ.ГГГГ. по инициативе ФИО3 в период работы ФИО9 в должности управляющей АЗС № на данную АЗС на ее должность была открыта и размещена в сети «Интернет» вакансия, что также является элементом психологического давления и принуждения, своего подтверждения в ходе судебного заседания не нашел.

Так, из показаний свидетеля ФИО7 следует, что в Лысковском районе имеет место одна АЗС №, кроме того, с ДД.ММ.ГГГГ компанией планируется взять в аренду еще две АЗС в Лысковском районе, в связи с чем, ей в начале ДД.ММ.ГГГГ по заявке ФИО3 была размещена вакансия операторов и управляющих АЗС в Лысковском районе.

Показания данного свидетеля согласуются с показаниями допрошенных в качестве свидетелей ФИО1, ФИО2, ФИО6, которые являются последовательными и непротиворечивыми, подтверждены письменными материалами дела.

В совокупности указанные обстоятельства свидетельствуют о совершении истцом последовательных действий с намерением расторгнуть трудовой договор по собственному желанию, в том числе и после высказанного с ее стороны предложения работодателю о расторжении трудового договора по соглашению сторон, которое подразумевает дополнительную денежную выплату, о чем пояснил суда свидетель ФИО1

Процедура увольнения, предусмотренная ст. ст. 80, 84.1, 140 ТК РФ работодателем соблюдена.

Суд приходит к выводу, что в материалах настоящего дела отсутствуют какие-либо доказательства, свидетельствующие об оказании ответчиком давления на ФИО9 при подаче заявления об увольнении. Факт психологического воздействия на истца с целью увольнения по собственному желанию не доказан.

Разрешая требования истца о признании незаконным увольнения, восстановлении на работе и производные требования о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, суд на основании установленных по делу обстоятельств с учетом собранных по делу письменных доказательств, руководствуясь положениями ст. ст. 77, 80, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, а также ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации об обязанности каждой стороны доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, приходит к выводу об отсутствии оснований для их удовлетворения, поскольку увольнение истца произведено работодателем на основании ее личного заявления; доказательств, которые соответствуют требованиям допустимости, относимости и достаточности, подтверждающих, что заявление об увольнении по собственному желанию написано ею под давлением работодателя, не представлено.

Принимая во внимание изложенное, у суда отсутствуют достаточные правовые основания для удовлетворения заявленных исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО9 к АО «Газпромнефть-Северо-Запад» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, процентов, компенсации морального вреда и судебных расходов отказать.

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Лысковский районный суд Нижегородской области.

Судья А. Н. Васенина