Апелляционное определение № 33-394/2026 33-8725/2025 от 2 февраля 2026 г.

Судья Иноземцева И.С. № 33-394/2026

№ 2-611/2025

22RS0001-01-2025-001028-48


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

27 января 2026 года город Барнаул

Судебная коллегия по гражданским делам Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Секериной О.И.,

судей Цибиной Т.О., Попова С.В.

при секретаре Сафронове Д.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу истца ФИО1 на решение Алейского городского суда Алтайского края от 08 октября 2025 года по делу по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Алейторг-6» об изменении формулировки увольнения, взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Цибиной Т.О., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

03 мая 2016 года ФИО1 принята на работу в ООО «Алейторг-6» на должность заведующей в магазин № 6 город Алейска, с ней заключен трудовой договор.

Согласно должностной инструкции заведующего магазином №6 г.Алейск ФИО1, утвержденной 03 мая 2016 года, с которой ознакомлена ФИО1, в должностные обязанности входит сохранность товарно-материальных ценностей и тары в процессе торговли, подготовка денежной выручки и оформление документов для сдачи выручки в соответствии с установленным администрацией порядком в кассу предприятия или представителю инкассации (если в магазине выручка подлежит инкассации), приемка товаров по количеству и качеству согласно правилам приемки; заведующий магазином несет ответственность за недостачу вверенных товарно-материальных ценностей.

03 мая 2016 года работодателем ООО «Алейторг-6» с ФИО1 заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности.

02 июля 2025 года приказом директора ООО «Алейторг-6» №8 в магазине №6 назначена комиссия для проведения инвентаризации, по результатам которой выявлена недостача товарно-материальных ценностей в размере 151 370 руб. 29 коп.

По итогам проведенной инвентаризации 02 июля 2025 года ФИО1 предложено представить объяснение, из содержания которого следует, что ФИО1 с результатом ревизии не согласна.

Приказом работодателя №58 от 04 июля 2025 года «О проведении служебного расследования» в связи с выявлением недостачи в магазине №6 г.Алейск назначена комиссия для проведения служебной проверки причин недостачи и нанесения предприятию материального ущерба в составе председателя комиссии главного бухгалтера К., членов комиссии заместителя директора А., юрисконсульта Б.

По итогам служебной проверки 11 июля 2025 года составлен акт, согласно которому по результатам инвентаризации обнаружена недостача товарно-материальных ценностей размере 151 370 руб. 29 коп. На основании изучения инвентаризационных документов, исследования товарных остатков в магазине, устных и письменных объяснений материально-ответственного лица, а также объяснений членов инвентаризационной комиссии выявлено, что ФИО1 своими действиями допустила недостачу вверенных ей товарно-материальных и денежных средств путем их незаконного присвоения, что повлекло образование материального ущерба. Комиссия полагала возможным применить дисциплинарное взыскание к работнику ФИО1 в виде увольнения по инициативе работодателя в связи с утратой доверия; привлечь ФИО1 к материальной ответственности по возмещению ущерба.

От ознакомления и подписания акта служебной проверки ФИО1 отказалась, о чем 11 июля 2025 года составлен акт.

В связи с утратой доверия ввиду совершения виновных действий заведующей магазином №6 г. Алейск ФИО1 приказом работодателя от 11 июля 2025 года № 41 прекращено действие трудового договора с работником по п.7 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение виновных действия работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности.

Изложенные обстоятельства выступили поводом для обращения ФИО1 в суд с иском ООО «Алейторг-6» об изменении формулировки увольнения, взыскании компенсации морального вреда, указывая на то, что 09 июня 2025 года она написала заявление об увольнении по собственному желанию, ожидая соответствующего приказа о прекращении трудового договора по инициативе работника. 15 июля 2025 года работнику вручена трудовая книжка с записью об увольнении в связи с утратой доверия. Отрицая выявленную недостачу и формулировку увольнения, ФИО1 заявила о нарушении процедуры увольнения в связи с невручением приказа об увольнении, уклонении от истребования письменного объяснения, выплате расчета 23 июля 2025 года, просила изменить формулировку и дату увольнения на увольнение по собственному желанию по ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации, взыскать компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Решением Алейского городского суда Алтайского края от 08 октября 2025 года ФИО1 в иске отказано, в связи с чем в апелляционной жалобе истец ставит вопрос об отмене состоявшегося судебного акта с принятием нового решения об удовлетворении иска. Содержание жалобы повторяет суть искового заявления, где ФИО1 заявляет о нарушении процедуры увольнения, лишении работника возможности предоставить объяснение, уклонении работодателя от выявления причин недостачи, вручения приказа об увольнении, передаче трудовой книжки спустя 4 дня после прекращения трудового договора, производстве окончательного расчета 23 июля 2025 года. В жалобе ее податель излагает механизм возникновения недостачи, связанный с незаконным порядком ведения бухгалтерского учета, в рамках которого товары из магазинов ООО «Алейторг» выдавались сотрудникам общества без оплаты согласно расходным ведомостям. При этом списание товаров, поставленных на приход по счетам-фактурам со складов, производилось месяцем позже. Критикуя решение суда об отказе истцу в иске, ФИО1 заявляет, что суд принял решение в отсутствие первичных документов по проведенной инвентаризации, а именно инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей, сличительной ведомости, акта инвентаризации, приказа о проведении инвентаризации, расписки о сдаче комиссии расходных и приходных документов, товарно-денежных отчетов магазина за июнь-июль 2025 года. Ходатайства истца об истребовании названных документов, о также вызове в суд и допросе свидетелей отказа от дачи работником объяснений оставлены без удовлетворения. ФИО1, отрицая вину в недостаче, в жалобе указала о вынужденном характере собственных действий, когда в течение каждого месяца она проводила товары с других складов ООО «Алейторг» через возглавляемый магазин, принимая счета-фактуры без товара и без денежных средств. В жалобе ее податель ходатайствует о вызове свидетелей-работников общества, истребовании инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей, сличительной ведомости, акта инвентаризации, приказа о проведении инвентаризации, расписки о сдаче комиссии и расходных и приходных документов, товарно-денежных отчетов магазина за июнь-июль 2025 года.

В письменных возражениях ООО «Алейторг-6» просит решение суда поддержать, отрицая факт обращения работника с заявлением об увольнении по собственному желанию, сообщая о подаче заявления о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности за утрату товарно-материальных ценностей, ссылаясь на факт проведения в рамках доследственной проверки бухгалтерской экспертизы, подтвердившей факт недостачи в магазине № 6 в размере 151 370 руб. 29 коп., в связи с чем 05 ноября 2025 года возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, ООО «Алейторг-6» признано потерпевшим (л.д. 129-131).

Проверив материалы дела, изучив доводы жалобы и возражений, выслушав истца и его представителя, доводы жалобы поддержавших, возражения работодателя, коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены состоявшегося судебного акта.

Пунктом 7 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

Согласно пункту 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 расторжение трудового договора с работником по пункту 7 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с утратой доверия возможно только в отношении работников, непосредственно обслуживающих денежные или товарные ценности (прием, хранение, транспортировка, распределение и т.п.), и при условии, что ими совершены такие виновные действия, которые давали работодателю основание для утраты доверия к ним.

Как установлено судом первой инстанции, ФИО1, занимая должность заведующей магазином № 6 г. Алейск (л.д 44-45), имела статус материально-ответственного лица, с ней работодателем 03 мая 2016 года заключен договор о полной материальной ответственности (л.д. 50).

11 июля 2025 года ФИО1 привлечена работодателем к дисциплинарному взысканию в виде увольнения по пункту 7 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за утрату доверии в связи с выявленной недостачей товарно-материальных ценностей по результатам инвентаризации в размере 151 370 руб. 29 коп., о чем составлен акт служебной проверки от 11 июля 2025 года, от ознакомления с которым работник отказался (л.д. 64-67).

Данным события предшествовало инвентаризация товарно-материальных ценностей, проведенная 02 июля 2025 года, по итогам которой ФИО1 предложено представить объяснение, из содержания которого следует, что ФИО1 с результатом ревизии, проведенной 02 июля 2025 года, не согласна (л.д. 71).

Разрешая спор и отказывая истцу в иске об изменении формулировки увольнения, суд первой инстанции верно установил, что занимаемая должность связана с непосредственным обслуживанием денежных или товарных ценностей, привел доводы о том, что в должностные обязанности ФИО1 входило непосредственное обслуживание товарных ценностей и их сохранность, ею совершены виновные действия, дающие основание для утраты доверия со стороны работодателя, в результате которых работодателю причинен материальный ущерб (недостача товарно-материальных ценностей).

Вопреки доводам жалобы, судом доказано совершение ФИО1 виновных действий, подтверждающих ее причастность к образованию недостачи товарно-материальных ценностей и, соответственно, дающих основание для утраты доверия к ним со стороны работодателя.

При этом работодатель представил суду сведения о механизме образования недостачи в магазине № 6 по вине ФИО1, а также доказательства факта и размера такого ущерба в виде досудебного исследования документов ООО «Алейторг-6», проведенного специалистом-ревизором 8 отдела УЭБиПК ГК МВД России по Алтайскому краю за период с 11 апреля 2024 года (дата последней инвентаризации) по 02 июля 2025 года (л.д. 84-88).

Отвечая на доводы о нарушении процедуры увольнения, городской суд высказался о соблюдении работодателем сроков и процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности.

Действительно, согласно ч. 1 ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (ч. 2 ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (ч. 1 ст. 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Перечень случаев возложения на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба приведен в ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации.

Так, согласно положениям ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника, когда в соответствии с данным Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей.

В силу ч. 1 ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт (ч. 2 ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации).

В п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» даны разъяснения о том, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Размер ущерба, причиненного имуществу работодателя, можно установить в ходе инвентаризации путем выявления расхождений между фактическим наличием имущества и данными регистров бухгалтерского учета. Такой вывод следует из ч. 2 ст. 11 Федерального закона от 06 декабря 2011 года № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете».

В ч. 3 ст. 11 Федерального закона от 06 декабря 2011 года № 402-ФЗ предусмотрено, что случаи, сроки и порядок проведения инвентаризации, а также перечень объектов, подлежащих инвентаризации, определяются экономическим субъектом, за исключением обязательного проведения инвентаризации. Обязательное проведение инвентаризации устанавливается законодательством Российской Федерации, федеральными и отраслевыми стандартами.

Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29 июля 1998 года № 34н утверждено Положение по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, п. 27 которого установлено, что проведение инвентаризации является обязательным в том числе при выявлении фактов хищения, злоупотребления или порчи имущества.

Порядок проведения инвентаризации активов и обязательств экономических субъектов, а также случаи, срок и порядок обязательного проведения инвентаризации и перечень объектов бухгалтерского учета, подлежащих инвентаризации при ее обязательном проведении, установлен Федеральным стандартом бухгалтерского учета, утвержденным приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13 января 2023 года № 4н.

Отвечая на доводы жалобы, суд апелляционной инстанции, проанализировав должностную инструкцию истца, полагает о верном выводе суда первой инстанции о том, что должностные обязанности ФИО1 связаны с непосредственным обслуживанием денежных или товарных ценностей, в связи с чем с ней и был заключен договор о полной материальной ответственности, а потому ФИО1 относится к лицам, увольнение которых возможно по основанию, предусмотренному п.7 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Утверждение в жалобе о том, что судом первой инстанции не дана оценка факту отсутствия в материалах дела первичных документов по проведенной инвентаризации, а именно инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей, сличительной ведомости, акта инвентаризации, приказа о проведении инвентаризации, расписки о сдаче комиссии расходных и приходных документов, товарно-денежных отчетов магазина за июнь-июль 2025 года, подлежит отклонению, поскольку названные документы в связи с проведением доследственной проверки в виде товарных отчетов ООО «Алейторг-6» с 11 апреля 2024 года по 02 июля 2025 года, приказа от 02 июля 2025 года «О проведении инвентаризации», сличительной ведомости результатов инвентаризации от 02 июля 2025 года, инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей от 02 июля 2025 года, сличительной ведомости результатов инвентаризации от 11 апреля 2024 года, инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей от 11 апреля 2024 года, актов списания и письменных объяснений ФИО1. В. и К., копии реестра приходных ордеров и ведомостей магазина № 6 представлены юридическим лицом в правоохранительные органы с целью проведения бухгалтерского исследования.

В результате проведенного исследования специалист пришел к выводу о том, что согласно учетным данным остаток товарно-материальных ценностей в магазине на 11 апреля 2024 года составил 509 01 руб. 23 коп. Начиная с этой даты до 02 июля 2025 года в магазин поступило ценностей на 3 050 611 руб. 66 коп., реализовано товара на 3 324 033 руб. 76 коп., остаток на дату проведения инвентаризации должен был составить 236 379 руб. 13 коп., однако оказался равен 83 602 руб. 01 коп.

С учетом акта списания фруктов и овощей от 02 июля 2025 года на сумму 1 406 руб. 83 коп., сумма недостачи в магазине составила 151 370 руб. 29 коп. (л,д. 84-87).

Настоящее заключение истцом не оспорено, сомнению в жалобе не подвергнуто, ходатайство о проведении судебной бухгалтерской экспертизы податель жалобы не заявлял ни одной из судебных инстанций.

Вместе с тем, судом апелляционной инстанции истребованы перечисленные выше первичные и установочные документы, которые также подтверждают факт недостачи в заявленном работодателем размере в условиях того, что инвентаризация производилась в присутствии самой ФИО1, о чем свидетельствует подпись этого работника на каждом листе акта и описи. При этом в ходе проверки ФИО1 не выразила возражений по поводу выявленных нарушений.

При выявлении размера недостачи ФИО1 не заявляла о наличии расходных или приходных документов, которые могли повлиять на размер недостачи, в том числе, в сторону ее уменьшения, не указывала на это в объяснении, в суде первой инстанции, в апелляционной жалобе, а потому предложение суду апелляционной инстанции дополнительно изучить имеющиеся у истца приходные ордера и ведомости магазина № 6 от 02 июля 2025 года, происхождение которых неизвестно, оставлено коллегией без внимания.

Доводы заявителя о том, что работодателем не доказана ее вина в совершении действий, дающих основание для утраты доверия, суд второй инстанции отклоняет, поскольку состав дисциплинарного проступка, указанного в п.7 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации, является формальным, оконченным со дня совершения деяния, дающего работодателю основание для утраты доверия к работнику, независимо от причинения работодателю материального ущерба. Такие действия работника лишь должны давать основания предполагать, что таковые могут повлечь причинение подобного ущерба.

Более того, в ходе рассмотрения спора в городском суде, а затем в апелляционной жалобе, ФИО1, раскрывая механизм возникновения недостачи, сообщает суду о вынужденном характере собственных действий, когда в течение каждого месяца она проводила товары с других складов ООО «Алейторг» через возглавляемый магазин, принимая счета-фактуры без товара и без денежных средств.

Вопреки позиции истца, такие действия правильно оценены судом в качестве виновного поведения лица, которому вверены материальные ценности, ставшие причиной возникновения недостачи. ФИО1 как материально-ответственное лицо обязана соблюдать порядок отпуска товаров, обеспечивать сохранность товарно-материальных ценностей, контролировать количество получаемого товара и соответствие его в предоставляемых документах.

При этом обвинения работодателя в ненадлежащей организации бухгалтерского учета не следует оценивать в качестве обстоятельств, освобождающих работника от дисциплинарной ответственности.

Такие данные могут способствовать снижению размера возмещения ущерба, что предметом настоящего спора не является.

Безосновательно и утверждение в жалобе о том, что судом не исследовался вопрос о соблюдении процедуры ее увольнения, поскольку объяснение о причинах возникновения недостачи у работник отобрано (л.д. 71), от ознакомления с приказом работодателя № 41 от 11 июля 2025 года о прекращении трудового договора, который является приказом о применении дисциплинарного взыскания к работнику в виде увольнения, ФИО1 отказалась, о чем составлен акт от 11 июля 2025 года (л.д. 52), трудовая книжка вручена работнику в день увольнения 11 июля 2025 года (л.д. 63), сведения об обращении к работодателю с заявлением об увольнении по желанию работника суду не представлены.

Между тем, отказывая истцу во взыскании денежной компенсации морального вреда, суд первой инстанции не учел, что в силу ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику при увольнении, производится в день увольнения работника, или 11 июля 2025 года.

В материалах дела имеется расчет оплаты неиспользованного отпуска и реестр зачисления денежных средств уволенному работнику 23 июля и 06 августа 2025 года (л.д. 59-61), что подтверждает законность требований работника на своевременное получение причитающихся при увольнении выплат и о чем истец заявлял в качестве основания иска о взыскании денежной компенсации морального вреда.

Нарушение работодателем требований ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации коллегия оценивает в качестве нарушения трудовых прав работник.

В соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации 5 000 руб., коллегия исходит из периода задержки выплат и размера задолженности, а также того обстоятельства, что работник не был уволен по инициативе работодателя без законных на то оснований.

Ссылок на иные обстоятельства, которые не были исследованы судом первой инстанции либо опровергали его выводы, а также на нарушения норм материального права и норм процессуального права, повлиявшие на исход дела, жалоба не содержит.

Руководствуясь ст.ст. 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

апелляционную жалобу истца ФИО1 удовлетворить частично.

Решение Алейского городского суда Алтайского края от 08 октября 2025 года отменить в части отказа ФИО1 в иске к обществу с ограниченной ответственностью «Алейторг-6» о взыскании компенсации морального вреда.

Принять в этой части новое решение.

Взыскать в пользу ФИО1 (паспорт ***) с общества с ограниченной ответственностью «Алейторг-6» (ОГРН ***) компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб.

В остальной части решение суда оставить без изменения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное решение изготовлено 05 февраля 2026 года.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>