Апелляционное постановление № 22К-1915/2020 от 21 августа 2020 г. по делу № 3/2-7/2020

Судья Коровина Г.П. Дело № 22-1915


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Воронеж 21 августа 2020 г. Воронежский областной суд в составе

председательствующего судьи Стариловой С.Ф.

при секретаре судебного заседания Деменковой М.Н.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Воронежской области Бутырина Е.И.,

адвоката Романцова О.И., представившего удостоверение № 2005 от 23 марта 2009 г. и ордер № 22395 от 21 августа 2020 г.,

обвиняемого ФИО1, участвовавшего в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи,

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе адвоката ФИО2 в интересах обвиняемого ФИО1 на постановление <данные изъяты> от 8 августа 2020 г., которым обвиняемому ФИО1 продлен срок содержания под стражей на 1 месяц 21 сутки, а всего до 3 месяцев 21 суток, то есть до 1 октября 2020 г.

Заслушав доклад судьи Стариловой С.Ф. об обстоятельствах дела, содержании постановления районного суда, доводах апелляционной жалобы, содержании письменных возражений на апелляционную жалобу защитника и.о. прокурора <данные изъяты> ФИО3; выступления адвоката Романцова О.И. и обвиняемого ФИО1, поддержавших апелляционную жалобу; позицию прокурора Бутырина Е.И., полагавшего постановление районного суда законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

установил:

ДД.ММ.ГГГГ следователем <данные изъяты> возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, по факту обнаружения 29 сентября 2019 г. трупа ФИО4 с признаками насильственной смерти.

11 июня 2020 г. по подозрению в совершении указанного выше преступления в соответствии со ст. ст. 91, 92 УПК РФ был задержан ФИО1

13 июня 2020 г. постановлением <данные изъяты> ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, то есть по 11 августа 2020 г. включительно.

18 июня 2020 г. ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Срок предварительного следствия по делу неоднократно продлевался в установленном законом порядке, в том числе 5 августа 2020 г. руководителем СУ СК РФ по <данные изъяты> ФИО5 на 1 месяц, а всего до 12 месяцев, то есть по 1 октября 2020 г. включительно.

6 августа 2020 г. в <данные изъяты> поступило ходатайство следователя <данные изъяты> ФИО6, согласованное с и.о. руководителя Бутурлиновского МСО СУ СК РФ по <данные изъяты> ФИО7, о продлении срока содержания ФИО1 под стражей на 1 месяц 21 сутки.

8 августа 2020 г. постановлением <данные изъяты> ФИО1 продлен срок содержания под стражей на 1 месяц 21 сутки, а всего до 3 месяцев 21 суток, то есть до 1 октября 2020 г.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО2 просит отменить постановление суда первой инстанции, полагая, что оно не соответствует положениям закона, и избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста. В обоснование своего требования автор жалобы ссылается на то, что ФИО1 не причастен к инкриминированному ему преступному деянию; что показания свидетелей, уличающих последнего в совершении преступления, а также показания потерпевшей ФИО8 о том, что ФИО1 склонял свидетеля ФИО9 к даче ложных показаний, следует оценивать критически. Указывает, что ФИО1 не намерен каким-либо образом воздействовать на свидетелей и других участников уголовного судопроизводства, поскольку все основные свидетели по делу допрошены, вещественные доказательства изъяты. Отмечает, что вывод суда о том, что ФИО1 может скрыться от органа предварительного расследования и суда, основан на недопустимых доказательствах (справке о/у ОУР ОМВД России по <данные изъяты> ФИО10), при отсутствии конкретных фактических данных, подтверждающих данный вывод суда, а также без учета того обстоятельства, что у ФИО1 имеются жена, малолетняя дочь и родители, которым требуется его помощь.

На апелляционную жалобу защитника и.о. прокурора <данные изъяты> ФИО3 принесены письменные возражения, в которых он указывает на необоснованность доводов жалобы адвоката и просит постановление районного суда оставить без изменения.

Проверив представленные материалы, выслушав выступления сторон, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 3 лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда до 6 месяцев.

В силу ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. ст. 97 и 99 УПК РФ.

Требования приведенных выше норм закона районным судом соблюдены.

Так, из представленных материалов усматривается, что ходатайство о продлении срока содержания под стражей в отношении ФИО1 возбуждено перед судом уполномоченным на то лицом, с согласия надлежащего руководителя следственного органа и соответствует требованиям ст. 109 УПК РФ; оно мотивировано тем, что окончить предварительное расследование по уголовному делу в установленный ранее судом срок содержания обвиняемого под стражей не представилось возможным; тем, что отсутствуют основания для отмены либо изменения избранной ФИО1 меры пресечения, а также необходимостью ознакомить обвиняемого ФИО1 с заключениями экспертов, предъявить ему обвинение в окончательной редакции, уведомить об окончании следственных действий, выполнить иные следственные и процессуальные действия по делу.

Как видно из оспариваемого постановления, при разрешении ходатайства о продлении срока содержания ФИО1 под стражей судом были учтены обстоятельства, имеющие значение для принятия такого рода решения, в том числе то, что на момент рассмотрения ходатайства основания для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу не изменились; что ФИО1 обоснованно обвиняется в причастности к особо тяжкому преступлению, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на длительный срок, что в совокупности с данными о его личности и имеющейся у органа предварительного расследования информации о том, что ФИО1 склонял свидетелей к даче ложных показаний по делу, имеются основания полагать, что, находясь на свободе, он может скрыться от следствия и суда в целях уклонения от уголовной ответственности, продолжить заниматься преступной деятельностью, воздействовать на свидетелей.

Таким образом, поскольку закончить расследование по уголовному делу в отношении обвиняемого в совершении особо тяжкого преступления ФИО1 до истечения установленного судом ранее срока содержания его под стражей не представилось возможным, а обстоятельства, послужившие основанием для избрания ему меры пресечения в виде заключения под стражу, не изменились, то вывод суда о необходимости дальнейшего содержания обвиняемого под стражей следует признать законным.

Судом обсуждался вопрос о возможности изменения ФИО1 меры пресечения на более мягкую, однако такие основания установлены не были, не установлены они и в заседании апелляционной инстанции.

Суд при разрешении вопроса о продлении срока содержания ФИО1 под стражей располагал необходимыми материалами и сведениями о его личности, возрасте, семейном положении, состоянии здоровья, месте жительства и, вопреки доводу жалобы защитника, учел их при вынесении постановления.

Срок, на который оспариваемым судебным решением продлено содержание ФИО1 под стражей, обусловлен характером инкриминированного ему преступного деяния, объемом проведенных и запланированных следственных и процессуальных действий, в связи с чем он является разумным, не выходящим за срок предварительного следствия по делу, а поэтому оснований для вывода о волоките и неэффективности следствия не имеется.

Объективных данных, свидетельствующих о невозможности ФИО1 содержаться под стражей в условиях следственного изолятора по состоянию здоровья, в материалах дела нет. Медицинское заключение о наличии заболеваний, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 14 января 2011 г. № 3 «О медицинском освидетельствовании подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», исключающих возможность нахождения ФИО1 под стражей, в материале отсутствует.

Довод защитника о том, что выводы суда о наличии оснований для содержания ФИО1 под стражей не подтверждены конкретными фактическими данными, опровергается содержанием постановления.

Ссылка в апелляционной жалобе адвоката на непричастность ФИО1 к инкриминированному ему преступному деянию; на то, что суд не дал надлежащей оценки показаниям свидетелей и потерпевшей, на недопустимость доказательств, не может быть признана убедительной: согласно действующему законодательству на досудебной стадии производства по делу суд не должен входить в обсуждение вопросов, касающихся доказанности вины и правильности квалификации действий обвиняемого, достоверности доказательств, поскольку законом они отнесены к компетенции суда первой инстанции, разрешающего дело по существу.

Судебное разбирательство проведено с соблюдением положений ст. 15 УПК РФ, в условиях состязательности сторон и при обеспечении участникам судопроизводства возможности обосновать свою позицию.

Постановление суда отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение постановления районного суда, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление <данные изъяты> от 8 августа 2020 г., которым обвиняемому ФИО1 продлен срок содержания под стражей, оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката ФИО2 - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий С.Ф. ФИО3