Приговор № 1-70/2018 от 15 июля 2018 г. по делу № 1-70/2018

Дело №1-70/2018 (1 18 02640016 000008)


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Углегорск 16 июля 2018 года

Углегорский городской суд Сахалинской области в составе: председательствующего - судьи Серазетдинова Г.О.,

при секретаре судебного заседания Бугорской В.В.,

с участием государственных обвинителей – Углегорского городского прокурора Лычкина К.В., помощника Углегорского городского прокурора Баймурзина А.А.,

подсудимого ФИО1,

защитников – адвоката Ветошкина А.Д., адвоката Ушаковой М.Н.,

потерпевшей Е Л.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <адрес>, гражданина <данные изъяты>, имеющего малолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ, работающего <данные изъяты>», зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, судимого:

- 19 мая 2008 года приговором Углегорского городского суда по ч.4 ст.111 УК РФ к 6 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строго режима. Освобожден 31 июля 2014 года по отбытии срока наказания. Решением Углегорского городского суда от 18 февраля 2016 года установлен административный надзор сроком на 2 года.

содержащегося под стражей по данному уголовному делу с 29 марта 2018 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Преступление ФИО1 совершил в <...> при следующих обстоятельствах.

24 марта 2018 года ФИО1 в вечернее время, находясь в квартире <адрес>, распивал спиртные напитки, в связи с чем, находился в состоянии алкогольного опьянения.

В этот же день, в период с 20 часов 00 минут до 24 часов 00 минут ФИО1 в процессе бытовой ссоры с находящимся там же П В.А., испытывая к нему личные неприязненные отношения, в целях причинения тяжкого вреда здоровью П В.А., осознавая общественную опасность, противоправность и фактический характер своих действий, не предвидя возможности причинения П В.А. смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности мог и должен был предвидеть вероятность такого последствия, умышленно нанес ему не менее четырех ударов кулаками и ногами, обутыми в ботинки, в область расположения жизненно важных органов - голову, причинив П В.А., <данные изъяты> 26 марта 2018 года), <данные изъяты>.

27 марта 2018 года в 7 часов 30 минут в результате причиненной ФИО1 указанной открытой черепно-мозговой травмы, <данные изъяты>, в реанимационном отделении ГБУЗ «Углегорская ЦРБ» наступила смерть П В.А.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании виновным себя в инкриминируемом деянии признал частично. По существу уголовного дела показал, что 24 марта 2018 года в вечернее время находился в квартире Е Л.И., где совместно с другими лицами распивал на кухне спиртное.

Проживающей в этой же квартире П В.А. в это время находился в спальне, где, сидя в кресле, смотрел телевизор. Ему также периодически наливали спиртное и относили вместе с закуской в спальню.

В процессе застолья ФИО1 решил угостить П В.А. спиртным, для этого, налив водки, прошел к нему в спальню, где обнаружил, что П В.А., который был в состоянии алкогольного опьянения, сидит на полу. Решив ему помочь сесть обратно в кресло, ФИО1 взял его под руки и стал поднимать с пола. В это время П В.А. неожиданно схватил его за шею, и кулаком нанес удар в область левого глаза. Он стал пытаться вырваться от него и нанес 3-4 удара кулаками в область лица П В.А., а также около 2 ударов ногами в ботинках в область головы, в том числе, виска. Затем вырвался от П В.А., при этом капюшон от куртки, за которую держал его потерпевший, надорвался. В этой же комнате спала К Н., которая проснувшись от шума, пыталась их «разнять». Какие-именно телесные повреждения причинил П В.А., он не видел, так как в спальне не было света, работал только телевизор.

Затем Пестов зашел в кухню, где выпил рюмку водки и пошел к себе домой.

Не отрицает, что в ответ на насильственные действия П В.А. нанес ему удары в область лица и головы, однако убивать его не хотел. При нанесении ударов не мог размахнуться так как, в спальне для этого не было достаточно места. Полагает, что смерть П В.А. наступила не в результате его действий, так как некоторые телесные повреждения в области головы могли быть им получены при падении и ударении о спинку кровати.

Из протокола явки с повинной ФИО1 следует, что 24 марта 2018 года примерно в 23 часа 00 минут, он, находясь в квартире <адрес> в результате ссоры нанес неоднократные удары кулаками и два удара ногой по лицу и голове П В.А. (т.1, л.д. 50).

Не смотря на частичное признание своей вины подсудимым ФИО1, его вина в совершении инкриминируемого преступления полностью подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Допрошенная в судебном заседании потерпевшая Е Л.И. показала, что длительное время проживала совместно с П В.А. в квартире по адресу: <адрес>. В связи с заболеванием ног, он плохо передвигался. Проводил время в основном в квартире за просмотром телевизора.

24 марта 2018 года она распивала спиртное в своей квартире на кухне, где также находились ее знакомые К Н., Б С., позже, около 20 часов, к ним присоединился ФИО2 В.А. находился в спальне, был в состоянии алкогольного опьянения, и, сидя в кресле, смотрел телевизор. Спустя некоторое время К Н. ушла в спальню, где легла спать на диван.

В процессе распития спиртного Е Л.И. рассказала, что накануне П В.А. ее сильно ударил в область руки, вырвал клок волос. Данный разговор слышал ФИО3 это время находящийся в спальне П В.А. начал кричать, требуя спиртное, при этом стал нецензурно оскорблять Е ФИО4 В. предложил ему налить рюмку водки, и после того, как П В.А. продолжил ее оскорблять, Пестов В. прошел к нему в спальню, где находился около 10 минут. Что происходило в это время в спальне она не знает, так как там громко работал телевизор, кроме того, она разговаривала с Б С. После того, как Пестов В. вернулся из спальни, он немного побыл с ними и ушел.

Утром 25 марта 2018 года в квартиру пришла ее <данные изъяты> М К., которая указала на то, что П В. лежит на полу и его лицо в крови. Пройдя в спальню, она действительно обнаружила его в таком положении, при этом он ничего не говорил и не шевелился. Находящаяся в этой же комнате К Н. сообщила, что прошлым вечером ФИО1 зашел в спальню, где нанес П 3-4 удара кулаками и около 2 ударов ногами в область его головы, при этом сказал, что это ему «<данные изъяты>», то есть за то, что он оскорблял и бил Е Л.И.

Накануне вечером, до произошедших событий у П В.А. каких-либо телесных повреждений не было.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Б С.И. показала, что работает <данные изъяты> станции скорой помощи Углегорской ЦРБ.

25 марта 2018 года она выезжала по вызову в квартиру по адресу: <адрес>, где оказана медицинская помощь П В.А., которого как пояснила соседка, присутствовавшая в квартире, накануне избил знакомый парень по имени Витя. У П В.А. обнаружены множественные ушибленные раны в области головы. После первичной обработки ран, в связи с тяжелым состоянием П В.А. принято решение о его госпитализации в ЦРБ. Данные, полученные при выезде по данному вызову внесены в карту вызова скорой медицинской помощи.

Согласно карты вызова скорой медицинской помощи № от 25 марта 2018 года, бригадой скорой медицинской помощи в период с 10 часов 30 минут по 11 часов 25 минут осуществлен выезд по адресу: <адрес>, где оказана медицинская помощь П В.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения. В качестве анамнеза со слов больного указано о том, что его избил знакомый. При осмотре выявлены множественные раны <данные изъяты>. Доставлен в травматологическое отделение в 11 часов 30 минут (т.2, л.д.43-44).

При проведении осмотров места происшествия 25 и 29 марта 2018 года, зафиксирована обстановка в квартире <адрес>, изъяты предметы, сохранившие следы преступления (т.1, л.д.17-33).

В ходе осмотра места происшествия 28 марта 2018 года у ФИО1 изъята мужская куртка черного цвета, имеющая повреждения в виде надрыва у основания воротника и капюшона (т.1, л.д.34-38).

Свидетель К Н.В. в судебном заседании показала, что 24 марта 2018 года она находилась в квартире Е Л.И., где на кухне распивала спиртное. Муж хозяйки дома П В.А. в это время также находился в квартире, сидел в спальне в кресле и смотрел телевизор. Ему также периодически наливали спиртное и относили в спальню.

В вечернее время к Е Л.И. пришел ФИО3, который также начал распивать спиртное. В процессе застолья П В.А. стал орать на Е Л.И., оскорбляя ее нецензурными словами и требуя выпить. На что ФИО3, который также был выпивший, решил заступиться за Е Л.И. Он прошел в спальню к П В.А. и со словами «<данные изъяты>!» ударил его несколько раз ногой обутой в ботинок в область головы, а также нанес несколько ударов кулаками в область головы. Увидев это, К Н.В. попыталась оттащить ФИО3 от П В.А., сказав: «<данные изъяты>». После этого ФИО1 прекратил свои действия, вышел в кухню, выпив водки, а затем ушел из квартиры.

Были ли у П В.А. какие-либо телесные повреждения после ударов ФИО1 она не увидела, так как в спальне было темно, лишь работал телевизор.

Полагает, что если бы ФИО1 был трезвым, то не стал бы «разбираться» с П В.А. по поводу того, что он оскорблял и применял насилие к Е Л.И., а просто сказал бы ему, что так делать нельзя.

Из заключения судебно-медицинской экспертизы от 3 мая 2018 года № следует, что при судебно-медицинском исследовании трупа П В.А. было обнаружено телесное повреждение – <данные изъяты>

Это телесное повреждение прижизненное, образовалось в результате воздействия твердых тупых предметов (предмета), механизм образования - удар, сдавление, трение. Давность причинения открытой черепно-мозговой травмы в пределах двух суток ко времени поступления гр-на П В А. в ГБУЗ «Углегорская ЦРБ» (25 марта 2018 года), о чем свидетельствуют макро- и микроморфологические особенности <данные изъяты>.

Телесное повреждение - <данные изъяты>, стоит в прямой причинной связи со смертью, согласно пунктам 6.1.2 и 6.1.3 Приказа от 24 апреля 2008 года №194-н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», является опасным для жизни и соответствует тяжкому вреду здоровью.

Смерть П В.А. наступила в результате открытой черепно-мозговой травмы <данные изъяты>, что подтверждается совокупностью макро- и микрофморфологических признаков, выявленных при исследовании трупа.

Смерть П В. А. наступила 27 марта 2018 года в 7 часов 30 минут по данным медицинской карты № стационарного больного реанимационно-анестезиологического отделения ГБУЗ «Углегорская ЦРБ».

Представляется возможным выделить следующие зоны приложения травмирующей силы тупых твердых предметов (предмета), в результате которой образовалась открытая черепно-мозговая травма: 1) <данные изъяты>.

Таким образом, возможность причинения открытой черепно-мозговой травмы <данные изъяты>, при падении на плоскости и ударе головой о твердую распространенную поверхность или тупой твердый предмет следует исключить.

<данные изъяты> образовались в результате ударно-травматического воздействия тупых твердых предметов (предмета) с ограниченной поверхностью контакта. <данные изъяты> (1) могли образоваться в результате воздействия тупых твердых предметов (предмета), как с ограниченной, так и с неограниченной поверхностью контакта. Не исключается возможность причинения всех перечисленных повреждений одним предметом. Определить точные параметры и конструктивные особенности травмировавших предметов не представляется возможным, поскольку специфические формообразующие признаки на перечисленных <данные изъяты> не отразились, а <данные изъяты> подвергалась хирургической обработке.

Промежутки времени между причинением <данные изъяты> были не длительными, о чем свидетельствуют характер указанных повреждений, макро- и микроморфологические особенности <данные изъяты>. Определить точные временные промежутки, а так же установить последовательность нанесения указанных ушибленной раны, ссадины и кровоподтеков головы, не представляется возможным в виду отсутствия достоверных экспертных признаков.

После причинения П В.А. открытой черепно-мозговой травмы <данные изъяты> он мог совершать самостоятельные активные действия в течение времени, необходимого для развития критического отека головного мозга.

Положение П В. А. во время причинения ему открытой черепно-мозговой травмы могло быть различным.

Возможность причинения П В.А. открытой черепно-мозговой травмы <данные изъяты>, при обстоятельствах, изложенных в протоколе допроса подозреваемого ФИО1, проведенного 29 марта 2018 года, исключить нельзя.

Возможность причинения П В.А. открытой черепно-мозговой травмы <данные изъяты>, при обстоятельствах, изложенных в протоколе допроса обвиняемого ФИО1, проведенного 30 марта 2018 года, следует исключить.

Возможность причинения гр-ну П В. А. открытой черепно-мозговой травмы <данные изъяты>, при обстоятельствах, изложенных в протоколе допроса свидетеля К Н.В., проведенного 29 марта 2018 года, исключить нельзя.

При судебно-химическом исследовании крови и желчи от трупа П В. А. этиловый спирт не обнаружен (т.1, л.д.189-196).

При проведении 29 марта 2018 года судебно-медицинской экспертизы ФИО1 у него обнаружены телесные повреждения: <данные изъяты>.

Эти телесные повреждения образовались в результате воздействия тупых твердых предметов, предмета, механизм образования – удар, сдавление, трение, давностью в пределах 3-5 суток ко времени осмотра экспертом 29 марта 2018 года.

Эти телесные повреждения не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, поэтому расцениваются как не причинившие вреда здоровью (т.1, л.д.201).

Согласно заключению эксперта от 19 апреля 2018 года № кровь потерпевшего П В.А. и обвиняемого ФИО1 относится к группе <данные изъяты>. На вещественных доказательствах, изъятых 29 марта 2018 года в ходе осмотра квартиры <адрес> (три фрагмента линолеума, фрагмент ковра, клетчатая рубашка) найдены пятна крови человека группы <данные изъяты>. В пределах системы АВО(Н) эти пятна крови могли образоваться от потерпевшего П В.А., примесь крови обвиняемого ФИО1, в этих пятнах, также нельзя категорически исключить (т.1, л.д.208-215).

Согласно заключению эксперта от 3 мая 2018 года № на куртке, карманах спортивных брюк, полуботинках ФИО1 обнаружена кровь человека, следов слюны человека не обнаружено; на срезах ногтевых пластин П В.А. и ФИО1 обнаружен пот, следов крови человека не найдено.

Пот на срезах ногтевых пластин П В.А., кровь на капюшоне и воротнике куртки, на правом полуботинке ФИО1, могла образоваться от П В.А. с вероятностью не менее 99,9(9)14%, и не происходит от ФИО1

Пот на срезах ногтевых пластин ФИО1, кровь на правом и левом кармане спортивных брюк ФИО1, могла образоваться от ФИО1 с вероятностью не менее 99,9(9)14%, и не происходит от П В.А.

При исследовании крови на манжете правого рукава и в средней трети левого рукава куртки ФИО1, на изнаночном, нижнем крае правой полы куртки ФИО1 выявлен смешанный генотип минимум двух индивидуальных ДНК. По исследованным тест-системам аллельным комбинациям формально соответствует суммарный профиль ПДАФ хромосомной ДНК П В.А. и ФИО1 Следовательно, пятна на манжете правого рукава и средней трети левого рукава куртки ФИО1, на изнаночном, нижнем крае правой полы куртки ФИО1 могли образоваться при смешении крови П В.А и ФИО1

При исследовании крови на планке, кармане левой полы куртки и левом полуботинке ФИО1 выявлен смешанный генотип как минимум трех индивидуальных ДНК. В этой смеси не исключается присутствие биологических следов П В.А. и ФИО1 Причем полученные результаты молекулярно-генетического исследования планки, кармана левой полы куртки и левого полуботинка ФИО1 не одинаковы (т.1, л.д.229-250).

Изъятые при проведении следственных действий предметы и образцы биологических материалов ФИО1 и П В.А., а именно: фрагмент линолеума, мужская куртка черного цвета, мужская кутка с капюшоном, из плотной синтетической ткани черного цвета, 2 выреза линолеума с пятнами бурого цвета, вырез с ковра висящего на стене в спальной комнате, клетчатая рубашка, спортивные брюки черного цвета, кожаные полуботинки черного цвета, срезы ногтевых платин правой руки ФИО1, срезы ногтевых пластин левой руки ФИО1, срезы ногтевых пластин с правой руки П В.А., срезы ногтевых пластин с левой руки П В.А. осмотрены и приобщены в качестве вещественных доказательств к материалам уголовного дела (т.1, л.д.168-185).

Допрошенная в судебном заседании свидетель М Г.В. показала, что Е Л.И. является ее матерью. Она длительное время проживала совместно с П В.А.

Вследствие имеющейся травмы П В.А. с трудом передвигался, в основном находился в квартире, где, сидя в кресле, смотрел телевизор.

Приблизительно 22 марта 2018 года ее мать жаловалась на то, что П В.А. в процессе очередной ссоры вырвал у нее клок волос, а также поставил синяк на руке.

24 марта 2018 года, так как ее мать получила пенсию, они распивали спиртное у нее дома. При этом периодически наливали спиртное и относили П В.А., который постоянно находился в спальне в кресле. Около 20 часов она пошла домой, в подъезде встретила ФИО3, который поднимался на второй этаж, где расположена квартира ее матери.

Утром 25 марта 2018 года она от К Н.В., которая накануне также находилась в квартире ее матери, сообщила о том, что ФИО3 избил П В.А., которого увезли в больницу.

Как она полагает, это произошло из-за поведения П В.А. оскорблявшего Е Л.И.

Свидетель Б С.В. в судебном заседании показала, что 24 марта 2018 года в вечернее время распивала спиртное в квартире Е Л.И., совместно с ней и М Г. Около 20 часов в квартиру также пришел ФИО3, который принес с собой литровую бутылку водки и присоединился к распивающим. В процессе застолья, Е Л.И. жаловалась на то, что ее сожитель П В.А. ее периодически избивает. Спустя непродолжительное время после того как пришел ФИО3 она ушла к себе домой.

25 марта 2018 года утром к ней в квартиру пришла <данные изъяты> М Г. – К, которая попросила помочь погрузить на носилки П В.А., так как его избил ФИО3

Свидетель М Ю.В. в судебном заседании показал, что 25 марта 2018 года он распивал спиртное у Е Л.И., где также находилась К Н. От них он узнал, что накануне ФИО3 избил П В., проживавшего совместно с Е Л.И.

Из показаний свидетеля М О.В. следует, что ФИО1 является ее сыном.

24 марта 2018 года днем он находился на работе, домой пришел поздно вечером, около 23-24 часов, при этом находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, у себя в комнате начал «буянить», то есть агрессивно себя вести, но затем успокоился и лег спать.

25 марта 2018 года за ним приехали сотрудники полиции и попросили проехать в отдел полиции. Вернувшись ФИО1 рассказал, что накануне вечером он распивал спиртное в квартире Е Л.И., где также находился П В.А. Ее сын хотел угостить его водкой, а когда предложил ему выпить, то П В.А. схватил его за шею, а в ФИО1 в ответ на это нанес ему несколько ударов. Затем, когда их разняла К Н., ушел из этой квартиры.

Оценивая показания потерпевшей Е Л.И., свидетелей Б С.И., К Н.В., М Г.В., Б С.В., М Ю.В., М О.В. суд находит их объективными и достоверными, поскольку они полны, последовательны, не противоречивы, полностью согласуются с показаниями подсудимого ФИО1 в части времени, места и других обстоятельств совершенного им преступления, а также объективно подтверждаются материалами дела. В связи с чем, суд признает их обоснованными, допустимыми, достоверными и закладывает в основу приговора.

Проведенные по делу экспертные исследования по мнению суда полностью соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, поскольку выполнены специалистами, квалификация которых сомнения не вызывает. Заключения экспертов оформлены надлежащим образом, научно обоснованы, их выводы представляются суду ясными и понятными, поэтому суд принимает их как допустимые доказательства, в связи с чем, закладывает в основу приговора.

Разрешая вопрос о достоверности и обоснованности, исследованных в судебном заседании письменных доказательств, суд находит их допустимыми, поскольку документы и протоколы составлены и получены в соответствии с требованиями закона, объективно фиксируют фактические данные, раскрывая обстоятельства, подлежащие доказыванию, и при их сопоставлении согласуются не только между собой, но и с совокупностью иных доказательств.

Все приведенные выше доказательства взаимодополняют друг друга, признаются судом достоверными, относимыми, допустимыми и достаточными для разрешения уголовного дела и дают суду основание сделать вывод о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния.

Оценивая показания ФИО1 в части основных обстоятельств совершенного им преступления, относящихся непосредственно к причинению телесных повреждений П В.А. суд исходит из того, что данные показания подсудимого полностью согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, поэтому суд в части не противоречащей иным доказательствам по делу признает их доказательствами по уголовному делу и закладывает в основу приговора.

Показания же ФИО1 в части утверждения о том, что часть телесных повреждений могла быть получена потерпевшим П В.А. при падении и ударению о спинку кровати, суд признает недостоверными, так как они носят предположительный характер, не нашли какого-либо подтверждения в судебном заседании и опровергаются иными доказательствами по делу.

Так, согласно заключению судебно-медицинского эксперта от 3 мая 2018 года № телесное повреждение, выявленное у П В.А. и явившееся причиной его смерти, в виде открытой черепно-мозговой травмы <данные изъяты>. В этой связи, возможность причинения П В.А. открытой черепно-мозговой травмы при падении на плоскости и ударе головой о твердую распространенную поверхность или тупой твердый предмет экспертом исключена.

Исходя из этого, суд полагает, что предположение ФИО1 о том, что часть телесных повреждений могла быть получена потерпевшим П В.А. при падении и ударении о спинку кровати, высказано подсудимым в целях уменьшения степени опасности совершенного им преступления, поэтому показания подсудимого в этой части суд рассматривает как способ защиты от обвинения и отвергает их по причине несостоятельности.

Из заключения судебно-психиатрической экспертизы от 13 апреля 2018 года № следует, что ФИО1 хроническим психическим расстройством, слабоумием не страдал и не страдает в настоящее время. В период совершения преступления, а также на момент производства по уголовному делу ФИО1 мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В момент инкриминируемого ему деяния ФИО1 признаков какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности не обнаруживал. В настоящее время по своему психическому состоянию ФИО1 может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, а так же принимать участие в следственных действиях. В принудительных мерах медицинского характера ФИО1 не нуждается (т.1, л.д.221-222).

Проведенное в отношении подсудимого экспертное исследование по мнению суда полностью соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, поскольку выполнено специалистами, квалификация которых сомнения не вызывает. Заключение экспертов оформлено надлежащим образом, научно обоснованно, его выводы представляются суду ясными и понятными, поэтому суд принимает его как допустимое доказательство, в связи с чем, закладывает в основу приговора.

В судебном заседании ФИО1 конкретно отвечал на поставленные вопросы, в суде и на предварительном следствии давал последовательные и достаточно точные показания об обстоятельствах совершения преступления, активно выстраивал позицию защиты, хорошо ориентировался во времени и пространстве, адекватно воспринимал происходящее с ним. На учете у врачей <данные изъяты> не состоит. Фактические обстоятельства дела, установленные в судебном заседании, свидетельствуют о том, что в период совершения инкриминируемого преступления его сознание было сохранено.

Принимая во внимание совокупность указанных обстоятельств, суд признает подсудимого ФИО1 по отношению к инкриминируемому ему деянию вменяемым. Оснований для назначения ему принудительной меры медицинского характера не имеется.

Оценивая в совокупности все имеющиеся по делу доказательства, суд приходит к выводу о том, что вина ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления доказана полностью и его действия суд квалифицирует как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, то есть преступление, предусмотренное ч.4 ст.111 УК РФ.

Данную квалификацию суд основывает на том, что при совершении преступного деяния ФИО1 действовал умышленно, сознавая незаконный характер своих противоправных действий, опасных для здоровья и жизни потерпевшего, достоверно зная о том, что, нанося с достаточной силой множественные удары кулаками и ногами, обутыми в ботинки, по голове, то есть в область расположения жизненно важных органов, потерпевшего П В.А., может причинить тяжкий вред его здоровью, предвидя возможность или неизбежность причинения в результате этого телесных повреждений, расценивающихся как тяжкий вред здоровью, и желая наступления этих последствий.

Именно телесное повреждение в виде открытой черепно-мозговой травмы, причиненное ФИО1 потерпевшему П В.А., повлекло за собой его смерть.

ФИО1 не желал наступления смерти П В.А. и не предвидел наступления такого последствия своих действий, хотя при необходимой внимательности и осмотрительности с учетом способа причинения телесных повреждений потерпевшему, локализации нанесения множественных ударов кулаками и ногами, мог и должен был предвидеть возможность причинения смерти потерпевшему.

При обсуждении вида и размера наказания суд учитывает обстоятельства, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимого, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, позицию государственного обвинителя, потерпевшей, защиты, а также принцип справедливости и неотвратимости наказания за содеянное, влияние назначенного наказания на исправление осужденного.

ФИО1 совершил преступление, отнесенное законом к категории особо тяжких.

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления, степени его общественной опасности, данных о личности подсудимого, суд не находит оснований для изменения категории совершенного им преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

При изучении личности подсудимого ФИО1 установлено, что он:

- на учете <данные изъяты> не состоит;

- в <данные изъяты>

- работает <данные изъяты>», по месту работы характеризуется удовлетворительно;

- по месту жительства УУП ОМВД России по Углегорскому району характеризуется отрицательно, так как на его поведение в быту неоднократно поступали жалобы соседей, склонен к совершению правонарушений, неоднократно допускал нарушения ограничений, возложенных на него в связи с административном надзором;

- по месту отбывания наказания в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Хабаровскому краю характеризуется отрицательно, так как к труду относился пассивно, по характеру ленивый, грубый, лживый, легко поддается влиянию других, не имеет полезных интересов, поддерживает отрицательную часть осужденных.

В период непогашенной и неснятой судимости по приговору от 19 мая 2011 года, по которому ФИО1 был осужден в связи с совершением особо тяжкого преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, он совершил аналогичное умышленное преступление, относящееся к категории особо тяжких, в связи с чем, в его действиях в соответствии с п.«б» ч.3 ст.18 УК РФ усматривается особо опасный рецидив преступлений.

Вину в совершении инкриминируемого преступления ФИО1 признал частично, 28 марта 2018 года явился с повинной, добровольно указав о совершенном им преступлении.

При проведении предварительного следствия он давал последовательные показания об обстоятельствах совершения преступления, предоставляя органам предварительного следствия ранее неизвестные им данные, чем активно способствовал раскрытию и расследованию преступления.

Как установлено судом, аморальное и противоправное поведение потерпевшего П В.А., выразившееся в грубой нецензурной брани в отношении Е Л.И. и применении насилия к ФИО1, в результате которого согласно заключению эксперта от 30 марта 2018 года №, ему причинены телесные повреждения не расценивающиеся как вред здоровью, непосредственно предшествовало самой преступной ситуации, что главным образом, наряду с алкогольным опьянением, обусловило возникновение у ФИО1 умысла на причинение П В.А. тяжкого вреда здоровью и его реализацию.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого ФИО1, в соответствии со ст.61 УК РФ, суд признает явку с повинной, частичное признание вины, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие малолетнего ребенка у виновного, противоправность и аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, раскаяние в содеянном.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого ФИО1, в соответствии с п.«а» ч.1 ст.63 УК РФ, суд признает наличие в его действиях рецидива преступлений.

В соответствии с ч.2 ст.68 УК РФ срок наказания при любом виде рецидива преступлений не может быть менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, но в пределах санкции соответствующей статьи Особенной части УК РФ.

Оснований для применения при назначении наказания ФИО1 положений ч.3 ст.68 УК РФ суд не усматривает.

Кроме того, суд с учетом обстоятельств совершения преступления и личности ФИО1 признает в соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ обстоятельством, отягчающим его наказание, совершение ФИО1 преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Указанный вывод суд основывает на том, что из обстоятельств совершения данного преступления, признанных судом доказанным, следует, что преступление совершено им в состоянии алкогольного опьянения, характер преступных действий ФИО1 и последствия этих действий в значительной степени обусловлены употреблением алкоголя, что дополнительно мотивировало его на совершение преступления. ФИО1 отрицательно зарекомендовал себя по месту жительства. Из имеющейся в материалах дела копии приговора в отношении ФИО1 от 19 мая 2008 года следует, что ранее им также совершено аналогичное особо тяжкое насильственное преступление в состоянии алкогольного опьянения.

Каких-либо исключительных обстоятельств, позволяющих суду применить к подсудимому ФИО1 более мягкое наказание, чем предусмотрено санкцией статьи, по которой квалифицированы его действия, в материалах уголовного дела не усматривается, не установлено таковых обстоятельств и в судебном заседании, поэтому оснований для применения к нему положений ст.64 УК РФ у суда не имеется.

Исходя из характера и степени общественной опасности, совершенного подсудимым ФИО1 преступления, принимая во внимание личность подсудимого, наличие отягчающих наказание обстоятельств, суд полагает необходимым назначить подсудимому ему наказание в виде лишения свободы. По мнению суда, именно такое наказание позволит достичь целей, установленных уголовным законодательством, - исправление осужденного, предупреждение совершения им новых преступлений.

Учитывая обстоятельства дела, суд считает невозможным исправление ФИО1 без реального отбывания наказания, поэтому не применяет к нему условное осуждение, поскольку в соответствии с п.«в» ч.1 ст.73 УК РФ условное осуждение не назначается при особо опасном рецидиве.

При назначении данного наказания суд не применяет правила, предусмотренные ч.1 ст.62 УК РФ, так как имеются отягчающие наказание ФИО1 обстоятельства.

С учетом установленных судом фактических обстоятельств уголовного дела и характера совершенного ФИО1 особо тяжкого преступления, свидетельствующих о необходимости осуществления надзора со стороны специализированного государственного органа за его поведением после освобождения из исправительного учреждения, суд приходит к убеждению о том, что для достижения целей наказания ФИО1 подлежит назначению дополнительное наказание в виде ограничения свободы в пределах санкции, предусмотренной ч.4 ст.111 УК РФ.

Назначая данный вид наказания, суд учитывает, то, что ФИО1 длительное время проживал в <...>, имеет постоянную регистрацию в данном населенном пункте.

Оснований для назначения подсудимому всей совокупности ограничений, предусмотренных ст.53 УК РФ, суд не усматривает.

Принимая во внимание назначение ФИО1 наказания в виде лишения свободы, учитывая фактические обстоятельства, характер и высокую степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о личности подсудимого и другие обстоятельства дела, мера пресечения виде заключения под стражу, избранная в отношении ФИО1, до вступления приговора в законную силу подлежит оставлению без изменения.

В соответствии с ч.3.2 ст.72 УК РФ, поскольку в действиях ФИО1 содержится особо опасный рецидив преступлений, время его содержания под стражей до постановления приговора суд засчитывает в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

В соответствии с п.«г» ч.1 ст.58 УК РФ отбывать наказание в виде лишения свободы ФИО1 надлежит в исправительной колонии особого режима.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Вещественные доказательства по вступлении приговора суда в законную силу:

- фрагмент линолеума, 2 выреза линолеума с пятнами бурого цвета, вырез с ковра висящего на стене в спальной комнате, срезы ногтевых пластин правой руки ФИО1, срезы ногтевых пластин левой руки ФИО1, срезы ногтевых пластин с правой руки П В.А., срезы ногтевых пластин с левой руки П В.А., хранящиеся при материалах уголовного дела, надлежит уничтожить;

- мужскую куртку с капюшоном из плотной синтетической ткани черного цвета, спортивные брюки черного цвета, кожаные полуботинки черного цвета, хранящиеся при материалах уголовного дела, следует вернуть законному владельцу ФИО1;

- клетчатую рубашку, хранящуюся при материалах уголовного дела, следует вернуть законному владельцу, Е Л.И.

Разрешая вопрос о том, на кого и в каком размере должны быть возложены процессуальные издержки суд исходит из следующего.

В соответствии с ч.5 ст.50 УПК РФ в случае, если адвокат участвует в производстве предварительного расследования или судебном разбирательстве по назначению дознавателя, следователя или суда, расходы на оплату его труда компенсируются за счет средств федерального бюджета.

Согласно ч.2 ст.132 УПК РФ суд вправе взыскать с осужденного процессуальные издержки, за исключением сумм, выплаченных переводчику и защитнику в случаях, предусмотренных ч.ч.4 и 5 настоящей статьи. Процессуальные издержки могут быть взысканы и с осужденного, освобожденного от наказания.

Как следует из материалов дела, подсудимый ФИО1 от услуг адвокатов Ветошкина А.Д. и Ушаковой М.Н., которые защищали его интересы при рассмотрении дела, не отказывался, заявлений о ненадлежащем осуществлении защиты и ходатайств о замене адвоката не заявлял, трудоспособен, в связи с чем, оснований для применения положений ч.4 ст.132 УПК РФ не имеется.

Обстоятельств, предусмотренных ч.6 ст.132 УПК РФ, свидетельствующих о финансовой несостоятельности ФИО1, в силу которых необходимо отнести оплату труда адвоката за счет средств федерального бюджета, не установлено.

В силу изложенных обстоятельств суд считает необходимым возложить процессуальные издержки по делу – сумму, выплачиваемую адвокатам по назначению Ветошкину А.Д. и Ушаковой М.Н. за оказание ими юридической помощи в уголовном судопроизводстве, на подсудимого ФИО1, взыскав с него в порядке регресса указанные процессуальные издержки в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.307, 308 и 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 11 (одиннадцати) лет лишения свободы в исправительной колонии особого режима с ограничением свободы сроком 1 (один) год с установлением ограничений:

- не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный ФИО1 будет проживать после отбывания лишения свободы,

- не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы;

и возложением обязанности:

- являться в указанный орган 1 (один) раз в месяц для регистрации, для чего после отбытия основного наказания в виде лишения свободы самостоятельно явиться в уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства или пребывания для регистрации и разъяснения порядка отбывания наказания.

Начало срока наказания ФИО1 исчислять с 16 июля 2018 года.

Засчитать в срок наказания ФИО1 время содержания его под стражей по настоящему уголовному делу с 29 марта 2018 года по 15 июля 2018 года включительно.

Меру пресечения осужденному ФИО1 в виде заключения под стражу оставить без изменения до вступления приговора в законную силу, после чего отменить.

Вещественные доказательства по вступлении приговора суда в законную силу:

- фрагмент линолеума, 2 выреза линолеума с пятнами бурого цвета, вырез с ковра висящего на стене в спальной комнате, срезы ногтевых пластин правой руки ФИО1, срезы ногтевых пластин левой руки ФИО1, срезы ногтевых пластин с правой руки П В.А., срезы ногтевых пластин с левой руки П В.А. уничтожить;

- мужскую куртку с капюшоном из плотной синтетической ткани черного цвета, спортивные брюки черного цвета, кожаные полуботинки черного цвета вернуть законному владельцу ФИО1;

- клетчатую рубашку вернуть законному владельцу, Е Л.И.

Возложить процессуальные издержки по делу – сумму, выплачиваемую адвокатам по назначению Ветошкину А.Д. и Ушаковой М.Н. за оказание ими юридической помощи в уголовном судопроизводстве, на подсудимого ФИО1, взыскав с него в порядке регресса указанные процессуальные издержки в полном объеме.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Сахалинского областного суда через Углегорский городской суд в течение 10 суток со дня постановления приговора, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий Г.О. Серазетдинов