Апелляционное определение № 22-710/2026 от 22 апреля 2026 г.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Дело № 1-758/2025 Судья: Уланов А.Н.

Рег. № 22-710/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 23.04.2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

председательствующего Жигулиной С.В.

судей Шумакова Е.В., Попова А.Е.,

при секретаре Романчуке Н.С.

с участием прокурора отдела прокуратуры Санкт-Петербурга ФИО1,

осужденных ФИО2, ФИО3, ФИО4, участвующих посредством видеоконференцсвязи,

защитника – в лице адвоката Шерле О.А., действующего в защиту осужденного ФИО4,

адвоката Скрипова А.В., действующего в защиту осужденного ФИО2,

адвоката Лилюевой М.Л., действующей в защиту осужденного ФИО3,

потерпевшего потерпевший, и действующего в его интересах адвоката Денисова Н.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя -старшего помощника прокурора <адрес> Санкт-Петербурга ФИО5, апелляционные жалобы адвокатов Шерле Л.А., Ильина Ю.А. в защиту осужденного ФИО4, адвоката Цымбалова В.В. в защиту осужденного ФИО3, потерпевшего потерпевший на приговор Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от <дата>, которым

ФИО2, <дата> года рождения, уроженец <...>, гражданин <...>, ранее не судимый,

осужден:

- по п. «а, в, г» ч.2 ст.163 УК РФ в виде лишения свободы на срок 3 (три) года;

- по п. «а, в, з» ч.2 ст.126 УК РФ в виде лишения свободы на срок 7 (семь) лет;

В соответствии с частью 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено ФИО2 наказание в виде лишения свободы на срок 8 (восемь) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО2 исчислен со дня вступления приговора суда в законную силу.

В срок наказания, назначенного ФИО2, зачтен период с <дата> до дня вступления приговора суда в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за один отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима по правилам пункта «а» части 3.1. статьи 72 УК РФ.

Мера пресечения ФИО2 – заключение под стражу – оставлена без изменения и до вступления приговора суда в законную силу, с указанием на содержание его в учреждении СИЗО-6 ГУФСИН РФ по Санкт-Петербургу и <адрес>, с отменой меры пресечения по вступлении приговора суда в законную силу.

ФИО3, <дата> года рождения, уроженец <адрес>, гражданин <...>, ранее не судимый,

осужден:

- по п. «а, в, г» ч.2 ст.163 УК РФ в виде лишения свободы на срок 3 (три) года;

- по п. «а, в, з» ч.2 ст.126 УК РФ в виде лишения свободы на срок 7 (семь) лет.

В соответствии с частью 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено ФИО3 наказание в виде лишения свободы на срок 8 (восемь) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО3 подлежит исчислению со дня вступления приговора суда в законную силу. В срок наказания, назначенного ФИО3, зачтен период с <дата> до дня вступления приговора суда в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за один отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима по правилам пункта «а» части 3.1. статьи 72 УК РФ. Мера пресечения ФИО3 –заключение под стражу – оставлена без изменения и до вступления приговора суда в законную силу указано на необходимость содержания его в учреждении СИЗО-6 ГУФСИН РФ по Санкт-Петербургу и <адрес>, по вступлении приговора в законную силу меру пресечения постановлено отменить.

Пашаев Мехрал, <дата> года рождения, уроженец Грузии, гражданин Грузии, ранее не судимый,

осужден:

- по п. «а, в, г» ч.2 ст.163 УК РФ в виде лишения свободы на срок 2 (два) года;

- по п. «а, в, з» ч.2 ст.126 УК РФ в виде лишения свободы на срок 5 (пять) лет 6 (шесть) месяцев.

В соответствии с частью 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено ФИО4 наказание в виде лишения свободы на срок 6 (шесть) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО4 исчислен со дня вступления приговора суда в законную силу.

В срок наказания, назначенного ФИО4 зачтен период с <дата> до дня вступления приговора суда в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за один отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима по правилам пункта «а» части 3.1. статьи 72 УК РФ. Мера пресечения ФИО4 в виде заключения под стражу – оставлена без изменения и до вступления приговора суда в законную силу ФИО4 постановлено содержать его в учреждении СИЗО-6 ГУФСИН РФ по Санкт-Петербургу и <адрес>, по вступлении приговора суда в законную силу мера пресечения подлежит отмене.

Доложив материалы дела, выслушав мнения участников процесса, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

Приговором суда ФИО2, ФИО3, ФИО4 признаны каждый виновными и осуждены за совершение похищения человека, совершенного группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, а также с угрозой применения такого насилия, из корыстных побуждений, а также за совершение каждым вымогательства, то есть требовании передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, в крупном размере,

Преступления совершены в точно неустановленный период времени, но не позднее 22 часов 07 минут <дата> на территории Санкт-Петербурге при обстоятельствах, подробно приведенных в приговоре.

В ходе судебного следствия ФИО2, ФИО3, ФИО4, каждый вину в совершении преступлений не признали.

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Шерле О.А. в защиту осужденного ФИО4 находит приговор суда незаконным и необоснованным, несправедливым, подлежащим отмене с направлением уголовного дела на новое рассмотрение, полагая, что судом не в полном объеме и необъективно исследованы доказательства, имеющие существенное значение для дела.

В обоснование доводов жалобы защитником Шерле О.А. указано, что в основу приговора в качестве доказательств положены протоколы осмотров видеозаписей с камер наружного видеонаблюдения, которые по мнению автора апелляционной жалобы не соответствуют критериям относимости и достоверности, так как не идентифицированы лица тех, кто изображен на видеозаписях, не установлен характер взаимодействия между ними.

Вывод суда о том, что обвиняемые, применяя физическую силу к потерпевшему, захватили потерпевший силой поместив в приисканный ФИО4 автомобиль, после чего последовательно, против воли потерпевший перемещали его по территории Санкт- Петербурга не подтвержден.

Обращено внимание на то, что протоколы осмотра видеозаписей (т. 2 л. д. 236-241; т. 1 л. д. 120-128), составлены следователем без участия потерпевшего, а также обвиняемых, при наличии возможности обеспечить их участие в проведении указанных следственных действий. По мнению автора жалобы, видеозаписи отражают только наличие конфликта между потерпевшим и обвиняемыми, но не устанавливают захват потерпевшего, и его удержание против его воли. Поэтому выводы, сделанные на основе данных доказательств являются по мнению автора жалобы, предположительными и не могли быть положены в основу обвинительного приговора.

Кроме того, судом не был исследован в судебном заседании дополнительный протокол осмотра тех же видеозаписей от <дата>, произведенный с участием потерпевшего потерпевший и адвоката Андреева В.В. (т. 2 л.д. 244-249), в ходе производства которого потерпевший потерепвший подтвердил фактические события, запечатленные на видеозаписи, а также дал пояснения относительно характера взаимодействия между участниками конфликта, отрицал факт его насильственного перемещения, показав, что «никто из участвовавших лиц не вымогал у него денежные средства, не мешал свободному его перемещению, не ограничивал его свободу и он, потерпевший, имел возможность уйти.

Также защитником Шерле О.А. в обоснование жалобы указано, что судом не исследовано происхождение денежных средств и характер взаимоотношений сторон, а именно: судом не установлена и не исследовалась природа спорных денежных средств в размере 130 000 рублей, которые потерпевший признавал в качестве долга перед ФИО2 и ФИО3 Не были исследованы и отсутствуют в материалах дела банковские выписки, которые могли бы подтвердить или опровергнуть движение денежных средств между участниками событий, их происхождение и правомерность, что делает невозможным вывод о том, что имело место вымогательство чужого имущества, так как препятствует отграничению вымогательства от самоуправства (ст. 330 УК РФ). Наличие долговых обязательств перед ФИО2 и ФИО3 потерпевший неоднократно подтверждал, что не было учтено судом.

Не оценен судом технический аспект, связанный с блокировкой дверей автомобиля, арендованного ФИО4, которая осуществлялась автоматически при начале движения; не был допрошен специалист сети службы каршеринг «Сити Драйв» по данным обстоятельствам. Не учтено, что потерпевший претензий к водителю автомобиля ФИО4 не имел, о чем заявлял.

Автор жалобы расценивает как несостоятельный вывод суда о том, что ФИО4 насильно удерживал потерпевшего с помощью блокировки дверей автомобиля. Данный довод стороны защиты судом оставлен без внимания.

Указывает на необъективность оценки судом показаний свидетелей; заявляет об искажении судом смысла показаний, так как судом осуществлена избирательная оценка судом показаний свидетелей Свидетель №5, Свидетель №6, свидетель, Свидетель №8, искажающая их действительный смысл, так как судом выборочно отражены их показания только в части совместного перемещения лицами потерпевшего без указания на то, что потерпевший следовал с ними добровольно и что спор между ним был о возврате потерпевшим долга, а не о требовании от него передачи принадлежащего потерпевшему, что является нарушением принципа объективности.

Ряд доказательств по мнению автора жалобы получены с нарушением закона, вместе с тем, судом не были эти доказательства исключены и не были признаны недопустимыми доказательствами, а именно: протоколы допросов свидетелей свидетель и свидитель (т. 1 л.д. 231-234; т. 2 л.д. 1-5) являются недопустимыми доказательствами, так как в суде эти показания не были подтверждены каждым из свидетелей и заявили о том, что указанные протоколы следственных действий они не подписывали. Почерковедческая экспертиза подписи свидитель носит вероятностный характер и не может быть положена в основу приговора. Показания ФИО4 от <дата>. в протоколе его допроса, при проведении предварительного следствия (т.4 л.д. 36-43) фактически скопированы из протокола допроса ФИО4 в качестве свидетеля от <дата> (т. 4 л.д. 10-16).

Судом не было учтено, что ФИО4 после проведенного у него в жилище обыска, фактически был задержан и доставлен в следственный отдела по <адрес> Санкт-Петербурга, где в отсутствии адвоката дал показания в качестве свидетеля, которые впоследствии не подтвердил. Эти показания следователем были скопированы и перенесены в протокол допроса ФИО4 в качестве подозреваемого, при этом фактически следственное действие - допрос подозреваемого ФИО4 не проводилось, а ФИО4 подписал уже готовый протокол его допроса в качестве обвиняемого. Поэтому автор жалобы ссылается на то, что данные доказательства - протокол допроса ФИО4 в качестве свидетеля от <дата> и протокол допроса ФИО4 в качестве подозреваемого от <дата>, являются недопустимыми доказательствами. Протокол проверки показаний ФИО4 на месте от <дата> (т. 4 л.д. 57-62) содержит сведения о том, что окончено данное следственное действие в 02 часа 55 минут, данное время исправлений не имеет. При этом, по мнению защитника Шерле О. при проведении указанного следственного действия были допущены нарушения УПК РФ, не получившие оценку судом: не устранены противоречия относительно времени окончания данного следственного действия (02 часа 44 минуты с исправлением, не заверенным участниками, и 02 часа 55 минут без исправлений), что не соответствует требованиям ст.166 УПК РФ, что также влечет признание его недопустимым доказательством.

Автор жалобы не соглашается с квалификацией действий ФИО4 и неприменением закона о менее тяжком преступлении, поскольку судом неверно оценены характер имущественного спора между ФИО4 и потерпевшим. У потерпевшего имелись долговые обязательства перед ФИО4, что подтверждает, как потерпевший, так и свидетели по делу, что исключает наличие корыстной цели и препятствует квалификации действий ФИО4 по ст.163 УК РФ.

Несогласие с квалификацией действий ФИО4 защитник обосновывает тем, что отсутствовал предварительный сговор ФИО4 с кем-либо на совершение похищения и вымогательства, его роль сводилась только к аренде автомобиля и управлению им, при этом он не был осведомлен об истинных намерениях ФИО3 и ФИО2

Указывает, что ФИО4 не выполнял объективную сторону преступления, подпадающего под признаки преступлений, предусмотренных ст.163, 126 УПК РФ, потерпевший сел в автомобиль добровольно и мог из него выйти. ФИО4 не выдвигал требований передачи имущества и не высказывал угроз применения насилия с этой целью. Полагал необходимым квалифицировать действия ФИО4 по ч.2 ст.330 УПК РФ.

При этом, по мнению автора жалобы, судом был нарушен принцип состязательности сторон, и невозможность возложения бремени доказывания на сторону защиты, так как суд согласился с позицией стороны обвинения, проигнорировав доводы стороны защиты. Вместо их тщательной проверки суд отклонил их как «заведомо ложные», не приведя при этом убедительных и процессуально закрепленных мотивов такого вывода. Суд фактически переложил бремя доказывания мотива на самих обвиняемых и сторону защиты, нарушив принцип презумпции невиновности.

В апелляционной жалобе адвокат Ильин Ю.А. в защиту осужденного ФИО4 выражает несогласие в приговором суда, считая его незаконным и необоснованным. По мнению автора, выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, судом первой инстанций допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела, указывает на неверное применение норм уголовно-процессуального закона при вынесении обжалуемого приговора.

В обоснование доводов указывает, что в действиях ФИО4 отсутствует состав преступлений, предусмотренных п.п. «а», «в», «з» ч. 2 ст. 126, п.п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 163 УК РФ, вина в совершении указанных преступлений не доказана, выражает несогласие с квалификацией действий ФИО4 Потерпевший указывал на то, что его никто не похищал, в автомобиль сел добровольно, имел долговые обязательства перед ФИО2, ФИО3 Потерпевшего ФИО4 не трогал, требований о передаче денежных средств ФИО2 и ФИО3 не высказывал. При решении вопроса судом об избрании меры пресечения потерпевший также высказывал свою позицию об отсутствии у него претензий к обвиняемым. Показания потерпевшего потерепвший подтверждаются показаниями свидетелей, обвиняемых, и свидетельствуют о том, что подсудимый ФИО4 в предварительный преступный сговор с Цушбой и ФИО3 на похищение ФИО6 и вымогательства у последнего денежных средств не вступал. потерпевший насильно в салоне арендованного автомобиля не удерживал, двери не блокировал, свободу передвижения не ограничивал, насильно потрепевший, в том числе против его воли по территории Санкт-Петербурга не перемещал, насилия не применял, угрозы применения насилия не высказывал, денежные средства у потерпевший не вымогал.

Автор жалобы полагает, что судом не был установлен способ достижения преступной цели. Не принято во внимание судом примечание к ст.126 УК РФ. Потерпевший имел возможность уйти от обвиняемых, позвать на помощь при необходимости, в том числе, сотрудников Росгвардии, проезжавших мимо автомобиля, в котором он находился.

Считает, что совокупность имеющихся доказательств не достаточна для вывода о виновности ФИО4 в совершении вымогательства, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, в крупном размере. Таким образом, в действиях подсудимого ФИО4 отсутствует состав преступлений, предусмотренных п.п. «а», «в», «з» ч. 2 ст. 126, п.п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 163 УК РФ. Вместе с тем, при самоуправстве, по мнению автора жалобы, виновный не преследует цели завладеть чужим имуществом, а изымает или требует передачи имущества, принадлежащего ему самому или иного имущества, по его мнению, незаконно удерживаемого потерпевшим. Умысел подсудимых был направлен на требование от потерпевшего возврата денежного долга, а не на завладение чужим имуществом. Последние имели повод и основания обсуждать с потерпевшим и требовать от него возвращения ФИО2 и ФИО3 присвоенных им денежных средств, при этом, потерпевший потерпевший. на стадии предварительного следствия, затем в суде, не отрицал наличия долга в сумме 130 000 рублей перед ФИО2 и ФИО3, в связи с чем полагает, что действий ФИО4 подпадают под признаки преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 330 УК РФ - самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативно правовым актом порядку совершения каких-либо действий, правомерность которых оспаривается организацией или гражданином, если такими действиями причинен существенный вред, совершенное с применение насилия или угрозой его применения.

По утверждению защитника, суд не привел всесторонний анализ доказательств, обосновывающих квалификацию действий ФИО4 по ст.ст.126, 163 УК РФ, ограничившись формальной ссылкой, перечислением содержания представленных по делу доказательств, не указав, какие доказательства в их совокупности неопровержимо подтверждают предложенную органом предварительного следствия квалификацию.

Нарушение норм УПК РФ, по мнению автора жалобы, допущенные судом выражаются в том, что ряд доказательств, являются недопустимыми, так как получены в нарушение требований Уголовно-процессуального кодекса РФ: протокол допроса свидетеля свидетель от <дата>. (т. 1 л.д. 231-234), поскольку в ходе судебного заседания свидетель свидетель не подтвердил показания, изложенные в данном протоколе допроса, пояснил, что протокол его допроса лично не читал. Протокол его допроса перед подписанием был прочитан следователем вслух и в протоколе не было тех показаний, которые были оглашены государственным обвинителем. Пояснил суду, что подписи в протоколе допроса не похожи на его подписи. По окончании допроса протокол предъявляется допрашиваемому лицу для прочтения либо по его просьбе оглашается следователем, о чем в протоколе делается соответствующая запись. Факт ознакомления с показаниями и правильность их записи допрашиваемое лицо удостоверяет своей подписью в конце протокола. Допрашиваемое лицо подписывает также каждую страницу протокола. Бремя доказывания и обоснования того, что доказательство является допустимым возложено законом на сторону обвинения. Аналогичные показания свидетель в суде дал и относительно его протокола допроса от <дата>. (т. 2 л.д. 1-5). Допрошенный в ходе судебного заседания свидетель свидитель не подтвердил показания, изложенные в данном протоколе допроса, пояснил, что протокол допроса с такими показаниями не подписывал, подпись в протоколе не его. С целью опровержения доводов свидетеля свидитель по ходатайству государственного обвинителя судом была назначена и проведена почерковедческая экспертиза (заключение №.../Э/301-25 от <дата>), согласно выводам которой, подписи от имени свидитель, расположенные в протоколе допроса свидетеля от <дата> выполнены, вероятно, самим свидитель

Автор жалобы указывает, что выводы эксперта относительно принадлежности подписи в протоколе допроса свидетеля от <дата> свидитель носят вероятный характер и не могут быть положены в основу обвинительного приговора. При этом в суде свидетель был допрошен без участия его защитника, который участвовал при его допроса при проведении предварительного следствия. Оперативный сотрудник, который присутствовал при проведении следственного действия и со слов свидетеля свидетель принимал участие в следственное действии, в протоколе не указан. Показания ФИО4 в протоколе его допроса в качестве подозреваемого от <дата> (т. 4 л.д. 36-43), фактически скопированы из протокола его допроса в качестве свидетеля от <дата> (т. 4 л.д. 10-16). ФИО4 был допрошен в качестве свидетеля без участия защитника и в дальнейшем данные им показания не подтвердил, что влечет недопустимость данного доказательства. Протокол проверки показаний ФИО4 на месте от <дата> (т. 4 л.д. 57-62) также является недопустимым доказательством, поскольку следственное действие проводилось <дата> в период времени с 01 часа 25 минут до 02 часов 44 минут (время окончания исправлено, участвующими в ходе следственного действия лицами исправления не заверены, ранее время проведения следственного действия было с 01 часа 25 минут до 02 часов 55 минут). На 4 листе протокола (т. 4 л.д. 60 материалов уголовного дела) имеется сведения о времени окончания следственного действия - 02 часа 55 минут, данное время исправлений не имеет. Оптический диск, содержащий видеозаписи с камеры видеонаблюдения, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, <адрес> за <дата> год. (т. 2 л.д. 242-243, 250). Указанная видеозапись была осмотрена следователем <дата> при производстве предварительного следствия (т. 2 л.д. 236-241). В ходе осмотра видеозаписи установлено, что потерпевший потерпевший.Х. садится в автомобиль КИА, а не в автомобиль д.к. с регистрационным знаком <...> регион под управлением подсудимого ФИО4, как указано в обвинительном заключении, что опровергает версию стороны обвинения, так как событие преступления, что входит в предмет доказывания требует уточнения и эти противоречия судом не были устранены. Также судом не был допрошен свидетель Свидетель №8, о вызове и допросе которого ходатайствовала сторона защиты. Отказывая в удовлетворении ходатайства стороны защиты, суд первой инстанции указал, что ранее показания Свидетель №8 были оглашены в порядке, предусмотренном ст. 281 УПК РФ и оснований для его допроса в судебном заседании не имеется, чем было нарушено право стороны защиты и права подсудимого на справедливое судебное разбирательство.

Кроме того, автором жалобы указано, что в нарушении требований ст.307 УПК РФ, ст.60 ч.3 УК РФ, судом первой инстанции в обвинительном приговоре в отношении ФИО4 лишь формально перечислены обстоятельства, смягчающие наказание. Должная оценка всем обстоятельствам, смягчающим наказание, судом не дана, не исследован вопрос о влиянии назначаемого вида и размера наказания на условия жизни его семьи. Назначенное наказание является чрезмерно суровым и не справедливым, так как не учтены данные о личности ФИО4 и влияние назначенного ему наказания на условия жизни его семьи.

В апелляционной жалобе потерпевший потерпевший выражает несогласие с приговором, считая его незаконным, не обоснованным и не справедливым, не соответствующим требованиям уголовного и уголовно-процессуального законодательства, и подлежащего отмене и необходимости квалифицировать действия подсудимых по ч.2 ст.330 УПК РФ.

Указывает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, которые были установлены судом при рассмотрении уголовного дела.

Полагает, что суд неправильно установил фактические обстоятельства уголовного дела, одновременно дал противоречивую оценку исследованным в ходе судебного заседания доказательствам.

Судом первой инстанции были проигнорированы его показания, данные в ходе предварительного следствия после <дата>, а также те обстоятельства, зафиксированные на видеозаписи, не была принята во внимание его, потерпевшего, позиция после <дата>, показания данные в ходе предварительного следствия и в суде, в которых он сообщал, что ФИО2, ФИО3 и ФИО4 его не похищали, денежные средства в сумме 600 000 рублей не вымогали. В автомобиль к ФИО2, ФИО3 и ФИО4 он садился добровольно. Показал, что он был должен ФИО2 и ФИО3 130 000 рублей, о чем неоднократно сообщал следователю и в суде, ФИО4 его не бил, угрозы не высказывал и денежных средств с него не требовал. Подтвердил, что ФИО2 и ФИО3 применяли в отношении него насилие - били, но причиной этому были высказанные им, потерпевшим, в их адрес оскорбления.

Указывает, что в суде он предоставил письменное заявление о том, что моральный и материальный вред ему возмещен в полном объеме, претензий к ФИО2, ФИО3 и ФИО4 он не имеет.

Обращает внимание на то, что ранее просил суд прекратить уголовное в связи с примирением сторон, однако его доводы в данной части также проигнорированы судом.

В апелляционном представлении старший помощник прокурора <адрес> Санкт-Петербурга ФИО5 выражает несогласие с приговором суда от <дата>, полагая его незаконным и необоснованным и подлежащим изменению на основании ст. ст. 389.15, 389.17, 389.18 УПК РФ в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона.

Не оспаривая выводы суда о виновности ФИО2, ФИО3, ФИО4 и квалификации их действий, считает, что приговор Красносельского районного суда <адрес> от <дата> подлежит изменению в части решения вопроса о зачете времени содержания ФИО2, ФИО3, ФИО4 под стражей в срок лишения свободы.

В обоснование указывает, что ФИО4 М, согласно рапорту оперуполномоченного 13 отдела ОРЧ (УР) 4 ГУ МВД России по СПб и ЛО (т.4 л.д. 28) был фактически задержан <дата> в 21 ч. 00 мин, а в последствии <дата> Красносельским районным судом Санкт-Петербурга ему избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Вместе с тем, суд первой инстанции необоснованно зачел в срок отбывания ФИО4, наказания в виде лишения свободы период с <дата> до дня вступления приговора в законную силу, в то время как осужденный содержался под стражей с <дата>.

Согласно рапорту заместителя начальника 82 отдела полиции УМВД России по <адрес> Санкт-Петербурга (т.1 л.д. 177) ФИО2 в рамках уголовного дела №..., был фактически задержан <дата> в 18 ч. 25 мин, а в последствии <дата> Красносельским районным судом Санкт-Петербурга ему избрана мера пресечения в виде домашнего ареста. Согласно рапорту оперуполномоченного 13 отдела ОРЧ (УР) 4 ГУ МВД России по СПб и ЛО (т.5 л.д. 77) в рамках уголовного дела №... ФИО2, был фактически задержан <дата> в 12 ч. 00 мин.

Постановлением следователя СО по <адрес> ГСУ СК РФ по Санкт-Петербургу от <дата> мера пресечения в виде домашнего ареста отменена. Постановлением Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. ФИО3 согласно рапорту заместителя начальника 82 отдела полиции УМВД России по <адрес> Санкт-Петербурга ( т. 4 л.д. 155) в рамках уголовного дела №..., был фактически задержан <дата> в 18 ч. 25 мин, а в последствии <дата> Красносельским районным судом Санкт-Петербурга ему избрана мера пресечения в виде домашнего ареста. Согласно рапорту оперуполномоченного 13 отдела ОРЧ (УР) 4 ГУ МВД России по СПб и ЛО (т. 4 л.д. 172) в рамках уголовного дела №..., ФИО3 был фактически задержан <дата> в 18 ч. 45 мин. Постановлением следователя СО по <адрес> ГСУ СК РФ по Санкт-Петербургу от <дата> мера пресечения в виде домашнего ареста отменена. Постановлением Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Приговором суда на основании ст. 72 ч.3.1 п. «а» УК РФ зачтено в срок лишения свободы ФИО2 с <дата> до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. ФИО3 зачтено в срок лишения свободы с <дата> до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. В соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ время нахождения лица под домашним арестом засчитывается в срок содержания лица под стражей до судебного разбирательства и в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей или лишения свободы. В соответствии с п. 2 ч. 10 ст. 109 УПК РФ в срок содержания под стражей засчитывается время нахождения под домашним арестом, из расчета два дня его применения за один день содержания под стражей, с последующем зачетом в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Таким образом, вопреки требованиям уголовного закона судом неверно зачтен срок нахождения под домашним арестом, из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день отбывания наказания, что значительно уменьшает временной период, зачтенный в срок отбытия наказания осужденным.

Автор представления ссылается на то, что судом первой инстанции допущены нарушения уголовного закона, влекущие существенное нарушение прав ФИО2 и ФИО3, а приговор в указанной части подлежит изменению, путем зачета срока нахождения под домашним арестом, за период с <дата> по <дата> включительно из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день нахождения под стражей с последующим зачетом в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

По мнению государственного обвинителя, допущенные нарушения уголовного закона судом первой инстанции в части вопроса о зачете времени содержания под стражей ФИО4 являются существенным, поскольку повлекло фактическое увеличение срока наказания, подлежащего отбыванию осужденным, что не отвечает принципу справедливости. Указанные нарушения, повлияли на исход дела, исказив саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, могут быть исправлены при рассмотрении дела в апелляционном порядке.

В связи с изложенным автор представления указывает на необходимость изменения приговора с указанием в резолютивной части приговора о зачете в срок наказания, назначенного ФИО4, период с <дата> до дня вступления приговора суда в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима по правилам п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

На основании ч. 3.4 ст. 72 УК РФ зачесть ФИО2 в срок наказания время нахождения его под домашним арестом с <дата> по <дата> из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, а в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ - время содержания его под стражей с <дата> по <дата> включительно, период с <дата> по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

На основании ч. 3.4 ст. 72 УК РФ зачесть ФИО3 в срок наказания время нахождения его под домашним арестом с <дата> по <дата> из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, а в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ - время содержания его под стражей с <дата> по <дата> включительно, период с <дата> по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В апелляционной жалобе адвокат Цымбалов В.В. в защиту осужденного ФИО3 находит приговор суда незаконным, необоснованным и несправедливым, подлежащим отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции. В обоснование доводов жалобы указывает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, а также то, что судом допущены существенные нарушение уголовно-процессуального закона, повлиявшие на рассмотрение уголовного дела.

По мнению адвоката Цымбалова В.В., в судебном заседании не нашел объективного подтверждения предъявленный стороной обвинения подсудимому ФИО3 способ достижения преступной цели, при котором ФИО4, ФИО2 и ФИО3 осуществили незаконный захват, перемещение и последующее удержание потерпевшего ФИО6 в целях совершения другого преступления либо по иным мотивам.

Не принято во внимание примечание к положению ст.126 УПК РФ, согласно которому лицо, добровольно освободившее похищенного, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления, позиция Верховного суда РФ, согласно которой добровольным следует признавать такое освобождение похищенного человека, при котором виновное лицо осознавало, что у него имелась реальная возможность удерживать потерпевшего, но оно освободило его, в том числе передало родственникам, представителям власти, указало им на место нахождения похищенного лица, откуда его можно освободить. В судебном заседании установлено, что потерпевший потерпевшийХ., находясь в <адрес> Санкт-Петербурга и в <адрес> Санкт-Петербурга неоднократно имел возможность уйти от подсудимых, позвать на помощь, в том числе и сотрудников Росгвардии, которые проезжали мимо припаркованного у <адрес><...> в Санкт-Петербурге, автомобиля, в котором находился потерпевший, мог обратиться за помощью к сотруднику охраны Юго-Западной ТЭЦ, который потребовал покинуть стоянку.

Указывает, что при квалификации действий по ст.163 УК РФ необходимо установить цель завладения чужим имуществом, в то время как из материалов дела, из показаний допрошенных лиц следует, что у потерпевшего имелись долговые обязательства перед подсудимым ФИО3 и имея право требования к потерпевшему, этим и были обусловлены его действия.

Полагает, что виновность ФИО3 в совершении тех преступлений, по которым он осужден, не нашла своего подтверждения, видеозаписи не имеют раскадровки, не свидетельствуют о похищении подсудимыми потерпевшего потерепевший., не отражают существенных обстоятельств конфликта и наличие между ними спора о денежных средствах. Выводы суда носят предположительный и субъективный характер («внешне схож», «вероятно..»), что является недопустимым доказательством по уголовному делу.

Судом не исследован дополнительный протокол осмотра тех же видеозаписей от <дата>, произведенный с участием потерпевшего потерпевший. и адвоката Андреева В.В. (т. 2 л.д. 244-249), в ходе которого потерпевший потерпевший подтвердил фактические события, запечатленные на видеозаписи, а также пояснения относительно характера взаимодействия между участниками конфликта, а именно отрицал факт насильственного перемещения, пояснив, что никто из участвовавших лиц не вымогал у него денежные средства, не мешал свободному перемещению, не ограничивал в свободе. потерпевший. самостоятельно перемещался и имел возможность покинуть данное место.

Ссылается на то, что в основу обвинительного приговора в качестве доказательства положены денежные средства, природа которых не исследована, не исследованы банковские выписки, которые могли бы подтвердить или опровергнуть движение средств между участниками событий, их происхождение и правомерность. Это препятствует возможности вывода о наличии вымогательства чужого имущества и дает основания для квалификаций действий ФИО3 по ч.2 ст. 330 УК РФ, о чем неоднократно указывала сторона защиты. Кроме того, факт наличия долга перед ФИО2 и ФИО3 потерпевший неоднократно подтверждал, однако суд не учел это при вынесении приговора.

Судебная коллегия, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб защитников, потерпевшего, заслушав мнения участников судебного разбирательства, приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. ст. 389.15-389.17 УПК РФ основаниями отмены судебного решения в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции; существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, несправедливость приговора, повлиявшие на исход дела.

Таких нарушений уголовного закона, повлиявших на исход данного уголовного дела, не установлено.

В силу ст. 297 УПК РФ, приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст.ст. 303-304, 307 - 309 УПК РФ. Так, согласно ст. 307 УПК РФ в обжалуемом приговоре содержится описание преступных деяний, признанных доказанным, детально изложены обстоятельства уголовного дела, установленные судом, с указанием места, времени, способа совершения деяний, формы вины, мотивов, целей и последствий преступлений, также приведены доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении осужденных. Каких-либо противоречий в выводах судом не допущено.

Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, глав 37-39 УПК РФ, определяющих процедуру рассмотрения уголовного дела.

Вина осужденных ФИО2, ФИО3, ФИО4 в содеянном ими, установлена совокупностью собранных доказательств, правильно оцененных судом. Так, вина каждого осужденного подтверждается в том числе: показаниями потерпевшего потрепвший (том 1 л.д. 194-197, 201-206); оглашенными судом на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, согласно которым <дата>, по адресу: Санкт-Петербург, <адрес> он договорился о встрече со знакомым, прибыл в обговоренное место и ожидал напротив ТЦ <...>», в этот момент к нему потерепвший подошли ФИО2 и ФИО3 ничего не говоря, стали наносить потерпевший. удары руками, сжатыми в кулак по голове. ФИО2 нанес ему не менее 5 ударов, а ФИО3 нанес не менее 3 ударов в область головы, в том числе в лицо. ФИО2 совместно с ФИО3 подняли потрепвший за руки, силой потащили в автомобиль. Поместив потрепвший на задние сиденье автомобиля, ФИО2 и ФИО3 сели слева и справа от него. В автомобиле ФИО2 и ФИО3 отняли у потерепвший С.Х. телефон, из-за чего позвонить знакомым попросить о помощи, либо в службу 112 потерепвший не мог. Водителем был ФИО4, по ходу движения ФИО2 и ФИО3 наносили потрепвший удары кулаками, а также ладонями своих рук с разных сторон в область плеч и головы. ФИО2 нанес не менее 8 ударов, а ФИО3 не менее 5 ударов. потерпевший. привезли к Юго-Западной ТЭЦ. ФИО2 вытащил потерпевший из машины, затем стал наносить потрепвший удары кулаками в область груди, живота и головы, руками (сжатыми в кулак и ладонями), нанес не менее 5 ударов, от ударов он, потерпевший, упал. Спустя некоторое время, ФИО2 и ФИО3 подняли потерпевший., а ФИО3 стал спрашивать почему потерпевший. от них скрывался. Затем ФИО2 сказал, что он, потерпевший, должен вернуть 600 000 рублей. В этот момент, он, потерпевший., понял, что если он не отдаст деньги, то в следующий раз ему будет хуже. Далее, ФИО2 и ФИО3, удерживая потерпевшийХ. за верхнюю одежду, против его воли снова затолкали в машину и куда-то повезли, по ходу движения ФИО2 вернул потерпевший. телефон, но через время вновь его забрал, попросив потерпевший.Х. разблокировать телефон, ввести пароль, что ФИО6 и сделал, так как боялся за свою жизнь и здоровье. Примерно через 30 минут, его, потрепвший, привезли в район Стрельны, а после в какое-то безлюдное место, вблизи домов не было, с ними так же проследовали и другие машины, которые находились у рынка «<...> ФИО2 вновь вытащил потерпевший. из машины, затем ФИО3 нанес потерпевшийХ. несколько ударов кулаками по голове и по телу не менее 3 раз, затем последний стал говорить потрепвший, что он должен вернуть 600 000 рублей, иначе – потерпевший С.Х. будет валяться здесь с пробитой головой.Затем ФИО2 и ФИО3 сели в какую-то машину и уехали, телефон потерпевший. ФИО2 забрал с собой. Водитель ФИО4 заставил потрепвший сесть в автомобиль, после чего, повез в неизвестном для потерпевший С.Х. направлении на тот момент (в ходе следствия установлено, что повезли потерпевший. к ТЦ «<...>» по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>). Когда они приехали к <...>» там уже был Свидетель №1, ФИО2 и ФИО3 Находясь у указанного торгового центра, ФИО2 и ФИО3 выдвинули требование о том, что потерпевший. должен был передать им денежные средства до <дата>. Показал, что денежные средства у него вымогали ФИО2 и ФИО3, долга перед ними у него потерпевший.) не было. ФИО4 блокировал замки дверей, чтобы потерпевший С.Х. не мог выйти из машины. Указал, что вышеуказанные лица помещали, перевозили, удерживали его, потерпевший.Х., насильно, против его воли; протоколами принятия устного заявления о преступлении потерпевшего потерпевший от <дата> и от <дата> (том 1 л.д. 73, 138); протоколами осмотров мест происшествия от <дата> (том 1 л.д. 97-91), от <дата> с фототаблицей (том 2 л.д. 203-210, 211-216, 217-227, 228-233) ; протоколами осмотра предметов от <дата> с фототаблицей (том 1 л.д. 92-115), от <дата> ( том 2 л.д. 236-241), от <дата> с фототаблицей (том 2 л.д. л.д. 129-130, 131), от <дата> с фототаблицей (том 2 л.д. 95-97), от <дата> с фототаблицей ( том 2 л.д. 99-103); сопроводительным письмом ООО "<...> приложением; сопроводительным письмом АО «<...>» (том 2 л.д. 235); сопроводительным письмом СПб ГКУ «<...>» (том 2 л.д. 119); сопроводительными письмами ПАО «<...>» (том 2 л.д. 94), ООО «Т2 <...> (том 2 л.д. 98); заключением комиссии экспертов №....80.2 от <дата> (том 3 л.д. 50-53), согласно которому потерпевший потерпевший психическим расстройством не страдает и в период совершения в отношении него противоправных действий не страдал, с учетом достаточной сохранности функций памяти и интеллекта, отсутствия нарушений сознания и восприятия, достаточном уровне критических и прогностических функций по своему психическому состоянию мог правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и может давать о них показания, может участвовать в следственных действиях и судебных заседаниях; заключениями эксперта №... от <дата> (том 3 л.д. 31-34) и №... от <дата> (том 3 л.д. 37-42), согласно которым у потерпевший установлены гематомы, в том числе лица (кровоподтек) правой параорбитальной области, ушиб (отек) мягких тканей области носа, установленные повреждения не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья и поэтому расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью; вещественными доказательствами – оптическим диском CD-R c видеозаписями, оптическим диском с видеозаписями источника видеоизображения №...; показаниями свидетелей Свидетель №1 (том 1 л.д. 236-243), свидетель (том 1 л.д. 231-234), свидитель (том 2 л.д 1-5), Свидетель №4 (том 2 л.д. 34-37), Свидетель №5 (том 2 л.д. 7-11), Свидетель №6 (том 2 л.д. 13-17), свидетель (том 2 л.д. 20-23), Свидетель №8 (том 2 л.д. 25-29); показаниями подсудимого ФИО4 (том 4 л.д. 36-43, 44-46, 47, 66-68); протоколом проверки показаний ФИО4 на месте от <дата> с приложением и иными доказательствами, подробно изложенными в приговоре.

Все собранные по делу доказательства были исследованы и оценены судом в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности признаны достаточными для разрешения уголовного дела по существу. Суд привел мотивы, по которым принял за основу перечисленные в приговоре в обоснование виновности осужденных доказательства в качестве достоверных и допустимых, и отверг другие доказательства. На основании совокупности всесторонне исследованных доказательств судом правильно постановлен обвинительный приговор.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, в том числе событие преступления, время, место и способ совершения преступления судом установлены правильно.

Судебная коллегия, соглашаясь с выводами суда, считает, что доказательства, представленные стороной обвинения, и положенные судом в основу приговора, являются допустимыми, а совокупность исследованных доказательств обоснованно признана достаточной для разрешения уголовного дела по существу, и подтверждает вину осужденных в совершении указанного преступления. Искажений содержания показаний потерпевших, свидетелей, других доказательств, в приговоре не имеется.

Вопреки доводам жалоб, оснований для признания вышеисследованных доказательств недопустимыми судом первой инстанции не установлено, не находит таковых и судебная коллегия. Выводы суда о виновности осужденных ФИО4, Цушба и ФИО3 в совершении преступлений основаны на доказательствах, полученных в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших оценку суда. Каких-либо существенных противоречий в доказательствах, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности осужденных в содеянном, в выводах суда первой инстанции судебная коллегия не усматривает. Как правильно указал суд первой инстанции, исследованная в судебном заседании совокупность доказательств явилась достаточной для вывода о доказанности вины осужденных в совершении ими преступлений.

Все доказательства, представленные сторонами, были исследованы в ходе судебного заседания и получили надлежащую оценку в приговоре. При этом нарушений права на защиту осужденных в ходе предварительного и судебного следствия не допущено.

Какая-либо заинтересованность в искусственном создании доказательств обвинения, совершение незаконных, противоправных действий в отношении осужденных со стороны сотрудников правоохранительных органов отсутствуют.

Протоколы следственных действий, в том числе протоколы допросов потерпевшего потерпевший, свидетелей Свидетель №1, свидитель, свидетель., Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №6, свидетель, Свидетель №8 на стадии предварительного расследования, составлены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, что подтверждается подписями участвующих лиц, и содержат сведения об обстоятельствах, подлежащих доказыванию, в связи с чем, суд обоснованно признал их допустимыми и достоверными, дав надлежащую оценку в приговоре.

Решение об оглашении показаний потерпевшего потерпевший, свидетелей Свидетель №1, свидетель, свидитель, Свидетель №4, в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ; решение об оглашении показаний свидетелей Свидетель №5, Свидетель №6, свидетель, Свидетель №8, в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ; решение об оглашении показаний осужденного ФИО4 в порядке п.1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, приняты судом обоснованно.

При этом, требования ч. 1 ст. 281 УПК РФ были соблюдены, так как в ходе предварительного следствия сторона защиты была осведомлена о наличии показаний потерпевшего потерпевший, свидетелей Свидетель №1, свидетель, свидитель, Свидетель №4, уличающих подсудимых в совершении преступлений, с которыми подсудимые и их защитники были ознакомлены в полном объеме при выполнении требований ст.217 УПК РФ, а следовательно имели возможность в установленном законом порядке оспорить показания данных лиц.

Судом выяснялись причины возникших противоречий в их показаниях на следствии и в судебном заседании, чему дана правильная оценка в приговоре. Изменение ими показаний судом расценено правильно как их желание помочь осужденным избежать сурового наказания.

Вместе с тем, показания потерпевшего на стадии предварительного следствия являются допустимыми доказательствами, полученными органом следствия в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Данные показания потерпевшего полностью согласуются с его же заявлением о преступлении, в котором потерпевший. просит привлечь к уголовной ответственности малознакомых ему лиц Пеймана и А., которые <дата> около 22 часов 00 минут, находясь у <адрес> в Санкт-Петербурге, с целью получения с потерпевший. денежных средств в размере 600.000 рублей, которые он якобы был им должен, напали на него, применили физическое насилие к последнему и отвезли в лес, где вымогали с потерепвший. несуществующий долг. После чего. привезли потерпевшийХ. к <...>», где отпустили, дав время – месяц, чтобы найти деньги.

Показания потерпевшего и его заявления находят своё подтверждение в видеозаписях, содержащихся на дисках в материалах дела и результатами их осмотра как на стадии предварительного следствия так и судебного следствия.

Так согласно протокола осмотра предметов от <дата>, согласно которому осмотрен полученный по запросу из АО «<...>» оптический диск, на 00 минутах 31 секунде, из автомобиля «д.к.», а также автомобиль «Шкода октавия», выходит 4 человека, один из которых, основываясь на произведенных в ходе предварительного следствия допросах, внешне схож с потерпевшим потерпевший, а двое других – с ФИО2 и ФИО3 (далее по тексту, силуэт, которого рукой ведут к месту и наносят удары – потерпевший; силуэт, ведущий своей рукой потерпевший и наносящий последнему удары – ФИО2). Так, согласно отображающимся видеокадрам видно, что ФИО2 насильно ведет своей рукой потерпевший в сторону зарослей и удерживает последнего; на 00 минутах 37 секундах видеозаписи, ФИО2 начинает наносить размашистые удары по голове и туловищу потерпевший руками (не менее 5 раз); на 00 минутах 43 секундах, ФИО2 наносит склонившемуся от боли потерпевший удар коленом в голову, от чего потерпевший падает на землю. На 04 минутах 30 секундах, одно из лиц там находившихся, силой поднимает с земли потерпевший.Х. и насильно помещает в автомобиль «Киа Рио», после чего, все садятся в автомобили и уезжают.

Показания потерпевшего подтверждаются и протоколом осмотра предметов от <дата> с фототаблицей, согласно которому осмотрен полученный по запросу из СПб ГКУ «ГМЦ» оптический диск содержащий видеозапись с <адрес> в <адрес> Санкт-Петербурга, на 31 минуте 35 секунде, что соответствует реальному времени – <дата> 22 часа 07 минут 2 человека наносят удары по другому человеку, который не выходил из автомобилей, а пришел на место самостоятельно, после чего, ведут под руки человека – исходя из внешнего сходства - потерпевшего потерпевший, к припаркованному автомобилю белого цвета.

Показания потерпевшего потерепвший и приведённые выше доказательства согласуются с показаниями свидетеля Свидетель №1, который пояснил, что ФИО6 ему сообщил, что вечером <дата> ФИО2 и ФИО3 избили его, далее погрузили в «каршеринговый» автомобиль и довезли до пустыря за ярмаркой <...>», снова избили его, вымогая с потерпевший 600 000 рублей. Также на то место, подъехал ещё один автомобиль с лицами из их компании), после чего потерпевший снова усадили в «каршеринговый» автомобиль, на котором увезли куда-то в лес, в <адрес>. В процессе принудительного перемещения потерпевший, последнего регулярно избивали руками и ногами ФИО2 и ФИО3, высказывая угрозы жизни и здоровью. Дополнительно указал, что когда он в тот день увидел потерпевший, последний был сильно избит: у него была разбита губа, все лицо было в синяках. Он пояснил мне позже, что его избивали ФИО2 и ФИО3, окружив его и не давая убежать. потерепвший также рассказал, что после того, как он давал показания в следственном отделе, на него «вышел» один из адвокатов обвиняемых (его имя и интересы кого именно адвокат представлял, не уточнил), и попросил потерпевший. изменить его показания, чтобы снять вину с ФИО2, ФИО3 и ФИО4, что якобы они потерпевший. не похищали и силой не увозили, повреждений ему не наносили, денежных средств не вымогали. За изменение показаний адвокат предложил ему денежные средства, на получение которых он (ФИО6) согласился, и в итоге сообщил следствию в дальнейшем недостоверные показания, чтобы снять ответственность с похитивших его вышеуказанных лиц.

Полностью согласуются показания потерпевший с показаниями свидетеля свидитель о том, что ФИО2, ФИО3 и ФИО4 ему знакомы. Знает, что ФИО2, ФИО3 и ФИО4 занимались куплей-продажей банковских карт других людей («дропов»), чтобы заработать деньги. Пояснил, что либо <дата>, либо <дата>, он встретился с ФИО2, ФИО3 и ФИО4 возле своего дома, у кофейни «Цех85». В ходе общения, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 сказали, что совершили похищение человека, у которого вымогали денежные средства и наносили ему телесные повреждения. Вышеуказанные преступления они совершили в отношении ранее ему неизвестного таджика, или узбека, по имени его зовут С.. ФИО2, ФИО3 и ФИО4 пояснили, что обманным путем договорились о встрече с потерпевший у ТЦ «<...> в <адрес> Санкт-Петербурга. По приезде к нему, они увидели потерпевший ФИО3 и ФИО2 выбежали из машины, стали бить потерепвший. руками и ногами по различным частям тела, от чего тот упал на землю, затем потащили потерпевший. в машину, силой посадили его в автомобиль и повезли к ТЦ «тц», после - в сторону Стрельны, а после - к ТЦ «<...>».

Версия потерпевшего, изложенная в его показаниях, полностью согласуется с показаниями ФИО4, согласно которым он, совместно с ФИО2 и ФИО3 находился в компьютерном клубе, где ФИО2 ему сказал, чтобы ФИО4 взял в аренду автомобиль-каршеринг через свой аккаунт, что он и сделал. <дата>, примерно в 13 часов 00 минут ФИО2 создал аккаунт в мессенджере под именем «Андрей» и начал переписку с потерпевший имени выдуманного «Андрея») под предлогом того, что «Андрей» хочет оформить банковскую карту и продать ее <...> заинтересовался, согласился, после чего – с ним, от имени «Андрея» была согласована встреча за торговым центром «Фиолент» - <адрес> в Санкт-Петербурге. Когда подошел потерпевший ФИО2 сразу же нанес ему удар кулаком своей правой руки в лицо. потерпевший упал, в этот момент из машины вышел ФИО3, пошел к ним (ФИО2 и потерпевший и также стал наносить удары. Таким образом, ФИО2 нанес не менее 5 ударов кулаками в область головы ФИО6, а ФИО3 нанес не менее 3 ударов ладонями рук в область головы ФИО6 Спустя непродолжительный промежуток времени, ФИО2 и ФИО3, против воли потерпевший подняли последнего за руки с двух сторон и потащили последнего к ФИО4 в автомобиль, поместили потерпевший. на заднее сиденье и сели по левую и правую сторону от него. ФИО4 заблокировал двери, чтобы потерпевший не мог убежать, а ФИО2 или ФИО3 забрал у потерпевший С.Х. телефон. Далее поехали на автомобиле, «на ходу» ФИО2 и ФИО3 сказали ФИО4, что нужно найти тихое место и поехали за рынок «<...>». В процессе движения, ФИО2 и ФИО3 говорили потерпевший., что ему необходимо вернуть 600 000 рублей и, вместе с тем, продолжали наносить потерепвший. удары. По приезде на вышеуказанное место, ФИО2 и ФИО3 «вытащили» потерпевший. на улицу и продолжили говорить про вышеуказанные средства, ФИО4 остался в автомобиле. Для того, чтобы потерпевший начал разговаривать, ФИО2 его (потерпевший.) бил, наносил удары кулаками в область груди, живота и головы потерпевший. сжатыми в кулак ладонями, всего нанес не менее 5 ударов. ФИО3 в этот раз ударов не наносил, только вымогал денежные средства в размере 600 000 рублей. Через какое - то время, ФИО2 и ФИО3 вновь подняли потерпевший. и силой «затолкали» в автомобиль, сели в него по левую и правую сторону от потерпевший на заднем ряде сидений, после чего уехали, а ФИО4 проследовал за ними. Спустя 30 минут, они приехали к вышеуказанному участку местности, где ФИО2 и ФИО3 вновь вытащили» потерепвший из автомобиля и продолжили наносить удары и вымогать денежные средства в размере 600 000 рублей, ФИО4 остался в автомобиле. Далее согласовали встречу с Свидетель №1, ФИО2 и ФИО3 сели в автомобиль к Свидетель №8 и поехали в сторону вышеуказанного ТЦ на встречу к Свидетель №1, а ФИО4 потребовал от потерпевший., чтобы он сел в автомобиль, что он и сделал. ФИО4 заблокировал замки дверей, чтобы потерпевший. никуда не делся и начал движение. По приезду к ТЦ там уже был Свидетель №1, ФИО2 и ФИО3, а также Свидетель №5, Свидетель №6, свидетель, Свидетель №8 В ходе беседы между потерепевшийХ., ФИО2 и ФИО3, была найден консенсус, что потерпевший. в течение месяца вернет ФИО2 и ФИО3 600 000 рублей, а ФИО2 и ФИО3 перестанут применять к ним физическую силу.

Суд первой инстанции обоснованно принял в основу приговора именно показания потерпевшего, свидетелей и подсудимого ФИО4, данные в ходе предварительного расследования уголовного дела. Потерпевший потерпевший в январе 2025 года изменил свои первоначальные показания, указав, что его никто не похищал, денег не вымогал, данные показания он подтвердил в ходе судебного следствия. Однако, каких-либо убедительных мотивов такому изменению показаний потерпевший не привёл.

Судом выяснялись причины возникших противоречий в показаниях потерпевшего на следствии и в судебном заседании, чему дана правильная оценка в приговоре.

Кроме того, свидетель свидитель отказался в суде от показаний, данных в ходе предварительного следствия.

Изменение ими показаний судом расценено правильно, как желание содействовать подсудимым избежать уголовной ответственности.

Вместе с тем, показания потерпевшего и свидетеля на стадии предварительного следствия являются допустимыми доказательствами, полученными органом следствия в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Данных о предвзятости следователя к осужденным в материалах уголовного дела нет и не представлены таковые суду стороной защиты.

Вопреки доводам стороны защиты, суд первой инстанции верно принял в основу приговора именно показания потерпевшего, свидетелей и подсудимого ФИО4 данные на стадии предварительного расследования уголовного дела по следующим основаниям.

Так потерпевший ФИО6 в январе 2025 года изменил свои первоначальные показания, полностью отказавшись от версии с похищением и вымоганием денежных средств.

Вместе с тем, каких-либо убедительных мотивов такому изменению показаний потерпевший не привёл.

Свидетель Свидетель №1 в своих показаниях при этом указывал, что со слов потерпевшего знает о предложении последнему изменить показания за вознаграждение.

При этом вновь выдвинутая потерепвший версия, которую он поддержал и в суде, противоречит результатам осмотра видеозаписей. Так видеозапись за торговым центром «<...>» зафиксировала, как один из лиц, которые препровождает ФИО6 в машину к ФИО4, силой схватил куртку потерпевший сзади и удерживает потерпевшего весь путь до машины. Это обстоятельство легко просматривается на видеозаписи, поскольку потерпевший одет в темную куртку на фоне которой рука, сжатая в кулак, и удерживающая куртку чётко выделяется на цветовом контрасте. При этом нанесение ударов по голове потерпевший зафиксировано на видеозаписи, несмотря на тёмное время суток и наличие кустов.

На судебном следствии потерпевший указывает на удары «ладошкой», которые он получил у ТЭЦ. Вместе с тем, на видеофиксации с данной локации чётко прослеживается, что потерпевшему наносятся многочисленные удары, как руками, так и кулаками, а после падения потерпевшего удары наносились и ногами. При этом в конце второй видеозаписи у ТЭЦ за «<...> прямо видно, как потерпевший силой поднимают с земли и ведут в автомобиль «Киа Рио», при этом потерпевший идет сам, однако его уверено держат за руку и силой усаживают в автомобиль «Киа Рио».

Все противоречия в показаниях потерпевший, начиная с января 2025 года, также в его же показаниях в протоколе опроса адвокатом, показаниях на судебном следствии, носят явный и очевидный характер заведомой ложности, поскольку они противоречат не только показаниям иных свидетелей и подсудимого, но даже видеозаписям с мест событий. Данные противоречия, в условиях отсутствия разумных мотивов изменения показаний потерпевшего, дают суду основания прийти к выводу, что в январе 2025 года, а также при допросе на судебном следствии потерпевший даёт заведомо ложные показания, преследуя цель содействовать подсудимым в уклонении от уголовной ответственности.

Показания свидетеля свидитель в суде, не приняты судом во внимание, поскольку по мнению суда, носят характер заведомо ложных. Так в ходе судебного следствия свидитель полностью отказался от ранее данных показаний, изложил версию событий преступления такую, которая не нашла подтверждения в материалах дела.

Несмотря на то, что свидитель был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в суде он настаивал, что протокол допроса (в т. 2 л.д.1-5) не содержит его подписей.

Вместе с тем, в суде был допрошен следователь свидетель, который показал, что он осуществлял допрос свидетеля в присутствии защитника, по окончании допроса протокол был подписан свидетелем, адвокатом, каких-либо изменений в протокол не вносилось. При этом из заключения эксперта от <дата> следует, что подпись от имени свидитель в протоколе допроса (т.2 л.д.1-5) в строках «свидетель», а также у нижнего среза первого, второго, третьего и четвертого листов выполнены, вероятно, самим Свидетель №3 Вероятностный вывод при этом связан исключительно с простотой самой подписи.

Судебная коллегия находит правильной оценку, данную судом о том, что первоначальная версия осужденного ФИО4, данная на стадии предварительного расследования уголовного дела, полностью согласуется с показаниями потерпевшего, данными на той же стадии, показаниями свидитель, а также результатами изучения вещественных доказательств – видеозаписей. При этом выдвинутая на судебном следствии версия, подтверждения в материалах дела не нашла.

При оценке доказательств суд верно исходил из того, что ни одно из приведенных доказательств: ни показания свидетелей, потерпевшего, ни другие доказательства, приведенные выше и положенные в основу приговора, не имеют заранее установленной силы сами по себе, но в своей совокупности, подтверждая и дополняя друг друга, свидетельствуют о виновности подсудимых ФИО2, ФИО3, ФИО4, каждого в отдельности в совершении инкриминируемых им деяний.

Проверялась судом первой инстанции версия стороны защиты о наличии самоуправства в действиях подсудимых, которая строилась на утверждении о том, что требование на возврат 130 000 рублей, которое потерпевший потерпевший свидетель Свидетель №1 получили от дропа, распределили между собой, была признана недостоверной и опровергнута совокупностью исследованных судом допустимых и достоверных доказательств, приведенных в приговоре.

В соответствии с п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> №... «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» от хищения следует отличать случаи, когда лицо, изымая и (или) обращая в свою пользу или пользу других лиц чужое имущество, действовало в целях осуществления своего действительного или предполагаемого права на это имущество (например, если лицо обратило в свою пользу вверенное ему имущество в целях обеспечения долгового обязательства, не исполненного собственником имущества). При наличии оснований, предусмотренных ст.330 УК РФ, в указанных случаях содеянное образует состав самоуправства.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N 56 «О судебной практике по делам о вымогательстве (статья 163 Уголовного кодекса Российской Федерации)» к предмету вымогательства по смыслу статьи 163 УК РФ относится, в частности, чужое (то есть не принадлежащее виновному на праве собственности) имущество, а именно вещи, включая наличные денежные средства, документарные ценные бумаги; безналичные денежные средства, бездокументарные ценные бумаги, а также имущественные права, в том числе права требования и исключительные права.

В соответствии с п. 10 вышеуказанного постановления указано, что при решении вопроса об отграничении грабежа и разбоя от вымогательства, соединенного с насилием, судам следует учитывать, что при грабеже и разбое насилие является средством завладения имуществом или его удержания, тогда как при вымогательстве оно подкрепляет угрозу. Завладение имуществом при грабеже и разбое происходит одновременно с совершением насильственных действий либо сразу после их совершения, а при вымогательстве умысел виновного направлен на получение требуемого имущества в будущем.

В случаях, когда вымогательство сопряжено с непосредственным изъятием имущества потерпевшего, при наличии реальной совокупности преступлений эти действия в зависимости от характера примененного насилия должны дополнительно квалифицироваться как грабеж или разбой.

Суд принял во внимание, что подсудимые ФИО2, ФИО3, ФИО4, каждый показали, что ролью потерпевший., в схеме взаимодействия с «дропами», было только приискание данных «дропов» и передача их контактов, то есть непосредственно финансовые потоки потерпевший. не контролировал, деньги не получал.

Защитная версия подсудимых строилась исключительно на схеме работы с дропами, при этом полностью игнорируется тот факт, что потерпевший в данной схеме денег от «дропов» не получал.

Сами подсудимые не смогли представить суду доказательств тому, что требуемые от потерепвшийХ. средства принадлежали кому-либо из подсудимых, равно как не представлено доказательств легальности названных денежных средств, природа их происхождения. Потерпевший при этом прямо указал на то, что требование денег сопряжено именно с тем, что «дропы», которых он приискал, присвоили деньги себе, при этом потерпевший каких-либо обязательств и ответственности за их поведение не нёс.

Суд принял во внимание, что согласно показаниям потерпевшего и подсудимых денежные средства на счетах «дропов» стали недоступны в силу применения к ним положений Федерального закона от <дата> N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма».

Таким образом, суд верно пришел к выводу о том, что осужденные выдвигали в отношении потерпевшего требования о возврате денежных средств, которые никогда не поступали в распоряжение потерпевшего или лиц, подконтрольных потерпевшему, при этом сами денежные средства носят характер незаконных финансовых операций. Соответственно, сами требования носили безосновательный характер, сопряжены с вымогательством средств, полученных преступным путём, и не могут быть квалифицированы по статье 330 УК РФ.

Суд также принял во внимание, утверждение подсудимых Цушба и ФИО3 о том, что они осуществляли торговлю на бирже криптовалюты. Вместе с тем, указать конкретную криптобиржу они в ходе рассмотрения уголовного дела не смогли, как не смогли представить доказательств деятельности в рамках зарегистрированной криптобиржи.

Согласно «Модельного закона о цифровых финансовых активах», принятого <дата> в Санкт-Петербурге Постановлением 55-11 на 55-ом пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств-участников СНГ криптобиржа - информационная система, которая предназначена для учета прав на криптовалюту и совершения сделок с криптовалютой, в том числе ее перевода, обмена на другие виды криптовалюты и законные средства платежа, и оператором которой является профессиональный участник рынка цифровых финансовых активов.

При таких обстоятельствах, верно установив фактические обстоятельства, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что при состоятельности утверждений подсудимых о торгах на криптобирже они имели объективную возможность представить сведения о такой деятельности, выписки по соответствующим информационным ресурсам по учёту совершённых ими сделок. Отсутствие таких доказательств суд правильно расценил как свидетельство несостоятельности версий подсудимых о наличии прав на деньги, требования о которых они выдвигали потерпевшему, равно как об отсутствии критерия «легальности» в происхождении названных средств.

Доводы апелляционных жалоб защитников, потерпевшего о том, что между осужденными ФИО2, ФИО3, ФИО4 и потерпевшим потерпевший. имел место только конфликт, отрицают факт вымогательства, насильственного перемещения, ограничение свободы потерпевшего, а также наличие возможности у потерпевшего уйти, в связи с чем не согласны с квалификацией действий по ст. 126 УК РФ на основании примечания к данной статье, являются несостоятельными.

Согласно примечанию к ст. 126 УК РФ, лицо, добровольно освободившее похищенного, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> №... «О судебной практике по делам о похищении человека, незаконном лишении свободы и торговле людьми», добровольным следует признавать такое освобождение похищенного человека, при котором виновное лицо осознавало, что у него имелась реальная возможность удерживать потерпевшего, но оно освободило его, в том числе, передало родственникам, представителям власти, указало им на место нахождения похищенного лица, откуда его можно было освободить. Вместе с тем, под добровольным освобождением похищенного человека применительно к указанной норме права понимается такое освобождение, которое не обусловлено достижением цели похищения.

Согласно установленным судом обстоятельствам, освобождение потерпевший не было добровольным, так как потерпевший был отпущен осужденными после того, как от потерпевшего было получено согласие на выполнение требований о возврате денежных средств.Таким образом, ко времени освобождения потерпевший осужденными выполнена объективная сторона преступления, предусмотренного ст. 126 УК РФ, достигнута цель похищения, а поэтому осужденные не подлежит освобождению от уголовной ответственности по примечанию к указанной выше норме уголовного закона.

Анализ собранных по делу доказательств свидетельствует о правильности установления судом фактических обстоятельств дела и выводов о доказанности вины ФИО2, ФИО3, ФИО4 /каждого/ в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «в», «г» ст. 163 УК РФ, п.п. «а», «в», «з» ч. 2 ст. 126 УК РФ, и действиям осужденных судом дана правильная правовая оценка.

Оснований для иной квалификации действий осужденных, в том числе как самоуправство, не имеется.

Доводы жалоб о том, что суд не оценил доказательства стороны защиты, по мнению судебной коллегии, являются несостоятельными. Как видно из представленных материалов, все доказательства, представленные сторонами, были исследованы в ходе судебного заседания.

Согласно протоколу судебного заседания судебное следствие по делу проведено в установленном законом порядке. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, им дана надлежащая оценка в приговоре. Все заявленные ходатайства разрешены в соответствии с нормами УПК РФ.

При назначении наказания, при определении его вида и размера, суд учел характер и степень общественной опасности содеянного, личность каждого осужденного, в том числе, обстоятельства, влияющие на наказание, влияние назначаемого наказания на исправление виновных и на условия жизни их семей.

ФИО2, является гражданином Российской Федерации, имеет место жительства в Санкт-Петербурге, со средним образованием, имеет легальный род деятельности (учащийся), военнообязанный, на учётах в психиатрическом и наркологическом диспансерах не состоит, не судим.

В качестве смягчающих вину обстоятельств в соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ суд учел совершение преступления впервые, молодой возраст подсудимого, наличие заболеваний и инвалидности (с детства), положительные характеристики, активную социальную позицию (участие в проведении выборов).

С учётом позиции потерпевшего и его заявления, согласно которым ему полностью возмещён ущерб и он прощает подсудимых, суд верно применил положения п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ.

Обстоятельств, предусмотренных ст.63 УКР Ф, по делу обоснованно не установлено.

Наличие обстоятельства, установленного п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ и отсутствие обстоятельства, установленных ст.63 УК РФ является основанием для применения положений ч.1 ст.62 УК РФ.

Суд пришел к правильному выводу о назначении ФИО2 наказание в виде лишения свободы за каждое из преступлений.

Принимая во внимание наличие смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, с учетом личности подсудимого, суд не установил оснований для назначения дополнительного наказания.

По каждому преступлению суд принял во внимание ч.1 ст.67 УК РФ, роль подсудимого в совершённых преступлениях, в которых он являлся исполнителем.

Окончательное наказание суд назначил по правилам ч.3 ст.69 УК РФ путём частичного сложения наказаний.

Оснований для изменения категории какого-либо из совершенных ФИО2 преступления на менее тяжкую в соответствии с частью 6 статьи 15 УК РФ, а также оснований для применения положений статьи 73 УК РФ, суд не усматривает. Каких-либо исключительных обстоятельств, предусмотренных статьи 64 УК РФ, существенно уменьшающих степень общественной опасности какого-либо из преступлений, суд не усмотрел, правильно указав, что более мягкое наказание не обеспечит достижения целей наказания, исправления осужденного.

Учитывая, что ФИО2 ранее не отбывал наказание в виде лишения свободы, при этом осужден за совершение тяжкого и особо тяжкого преступлений, по правилам пункта «в» части 1 статьи 58 УК РФ вид исправительного учреждения верно назначен в виде исправительной колонии строгого режима.

ФИО3 является гражданином Российской Федерации, проживает в Санкт-Петербурге, со средним образованием, имеет легальный род деятельности (учащийся), военнообязанный, на учётах в психиатрическом и наркологическом диспансерах не состоит, не судим.

В качестве смягчающих вину обстоятельств в соответствии с частью 2 статьи 61 УК РФ суд учел совершение им преступления впервые, молодой возраст, положительную характеристику из учебного заведения, участие в благотворительности и реабилитации ветеранов СВО.

С учётом позиции потерпевшего и его заявления, согласно которым ему полностью возмещён ущерб, он простил подсудимых, суд усмотрел основания для применения п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ.

Обстоятельств, предусмотренных ст.63 УКР Ф, по делу правомерно не установлено.

Наличие обстоятельства, установленного п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ и отсутствие обстоятельства, установленных ст.63 УК РФ является основанием для применения положений ч.1 ст.62 УК РФ.

Суд назначил ФИО3 наказание в виде лишения свободы за каждое из преступлений.

Принимая во внимание наличие смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, с учетом личности подсудимого, суд не усмотрел оснований для назначения дополнительного наказания. По каждому преступлению суд учел ч.1 ст.67 УК РФ, роль подсудимого в совершённых преступлениях, в которых он являлся исполнителем.

Окончательное наказание назначено верно по правилам ч.3 ст.69 УК РФ путём частичного сложения наказаний.

Оснований для изменения категории какого-либо из совершенных ФИО3 преступления на менее тяжкую в соответствии с частью 6 статьи 15 УК РФ, а также оснований для применения положений статьи 73 УК РФ, суд не усмотрел. Каких-либо исключительных обстоятельств, предусмотренных статьи 64 УК РФ, существенно уменьшающих степень общественной опасности какого-либо из преступлений, суд обоснованно не установил, указав, что более мягкое наказание не обеспечит достижения целей наказания, исправления осужденного.

Принимая во внимание, что ФИО3 ранее не отбывал наказание в виде лишения свободы, при этом осужден за совершение тяжкого и особо тяжкого преступлений, по правилам пункта «в» части 1 статьи 58 УК РФ вид исправительного учреждения подлежит установлению в виде исправительной колонии строгого режима.

ФИО4 является гражданином Грузии, имеет место жительства в СПб, легально находился на территории РФ, имеет среднее образование, учащийся, невоеннообязанный, на учётах в психиатрическом и наркологическом диспансерах не состоит, не судим.

В качестве смягчающих вину обстоятельств в соответствии с частью 2 статьи 61 УК РФ суд учел совершение преступления впервые, молодой возраст подсудимого, полное признание вины на стадии предварительного расследования уголовного дела, участие в благотворительной деятельности на систематической основе, наличие медали за «Участие в военном параде в день победы», положительные характеристики.

С учётом позиции потерпевшего и его заявления, согласно которым ему полностью возмещён ущерб и он простил подсудимых, суд применил положения п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ.

Также в качестве смягчающего наказание обстоятельства суд учел явку с повинной (п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ).

Обстоятельств, предусмотренных ст.63 УКР Ф, по делу верно не установлено.

Наличие обстоятельства, установленного п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ, п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ и отсутствие обстоятельства, установленных ст.63 УК РФ является основанием для применения положений ч.1 ст.62 УК РФ.

Суд назначает ФИО4 наказание в виде лишения свободы за каждое из преступлений.

Принимая во внимание наличие смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, с учетом личности подсудимого, суд не установил оснований для назначения дополнительного наказания.

По каждому преступлению суд учел ч.1 ст.67 УК РФ, роль подсудимого в совершённых преступлениях, в которых он являлся исполнителем, при этом его роль минимальна.

Окончательное наказание назначено правильно по правилам ч.3 ст.69 УК РФ путём частичного сложения наказаний.

Оснований для изменения категории какого-либо из совершенных ФИО4 преступления на менее тяжкую в соответствии с частью 6 статьи 15 УК РФ, а также оснований для применения положений статьи 73 УК РФ, суд не усмотрел. Каких-либо исключительных обстоятельств, предусмотренных статьи 64 УК РФ, существенно уменьшающих степень общественной опасности какого-либо из преступлений, суд не установил и пришел к выводу, что более мягкое наказание не обеспечит достижения целей наказания, исправления осужденного.

Принимая во внимание, что ФИО4 ранее не отбывал наказание в виде лишения свободы, при этом осужден за совершение тяжкого и особо тяжкого преступлений, по правилам пункта «в» части 1 статьи 58 УК РФ вид исправительного учреждения назначен верно - в виде исправительной колонии строгого режима.

Иных обстоятельств, не учтенных судом и отнесенных ст.61 УК РФ к смягчающим наказание, в материалах уголовного дела не имеется, не содержится таковых и в апелляционных жалобах.

Судебная коллегия находит обоснованным вывод суда о возможности исправления каждого из осужденных только в условиях реального отбывания наказания и отсутствии оснований для применения к ФИО4, ФИО3, ФИО2 положений ст.ст.64, 73 УК РФ.

С учетом фактических обстоятельств преступлений и степени общественной опасности оснований для изменения категории преступления в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ судебная коллегия также не установила.

Вместе с тем приговор суда подлежит изменению по доводам апелляционного представления.

Согласно п.29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> №... «О судебном приговоре» резолютивная часть обвинительного приговора должна быть изложена таким образом, чтобы не возникало сомнений и неясностей при его исполнении.

Статье 308 УПК РФ установлено, что в резолютивной части обвинительного приговора должно быть указано, в том числе решение о зачете времени предварительного содержания под стражей, если подсудимый до постановления приговора был задержан, или к нему применялись меры пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, запрета определенных действий.

Как следует из представленных материалов уголовного дела, ФИО4, согласно рапорту оперуполномоченного 13 отдела ОРЧ (УР) 4 ГУ МВД России по СПб и ЛО (т.4 л.д. 28) был фактически задержан <дата> в 21 ч. 00 мин, а в последствии <дата> Красносельским районным судом Санкт-Петербурга ему избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Однако, суд необоснованно зачел в срок отбывания ФИО4, наказания в виде лишения свободы период с <дата> до дня вступления приговора в законную силу, в то время как осужденный содержался под стражей с <дата>.

Согласно рапорту заместителя начальника 82 отдела полиции УМВД России по <адрес> Санкт-Петербурга (т.1 л.д. 177) ФИО2 в рамках уголовного дела №..., был фактически задержан <дата> в 18 час. 25 мин, а в последствии <дата> Красносельским районным судом Санкт-Петербурга ему избрана мера пресечения в виде домашнего ареста. Согласно рапорту оперуполномоченного 13 отдела ОРЧ (УР) 4 ГУ МВД России по СПб и ЛО (т.5 л.д. 77) в рамках уголовного дела №... ФИО2, был фактически задержан <дата> в 12 ч. 00 мин.

Постановлением следователя СО по <адрес> ГСУ СК РФ по Санкт-Петербургу от <дата> мера пресечения в виде домашнего ареста отменена. Постановлением Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. ФИО3 согласно рапорту заместителя начальника 82 отдела полиции УМВД России по <адрес> Санкт-Петербурга ( т. 4 л.д. 155) в рамках уголовного дела №..., был фактически задержан <дата> в 18 час. 25 мин, а в последствии <дата> Красносельским районным судом Санкт-Петербурга ему избрана мера пресечения в виде домашнего ареста. Согласно рапорту оперуполномоченного 13 отдела ОРЧ (УР) 4 ГУ МВД России по СПб и ЛО (т. 4 л.д. 172) в рамках уголовного дела №..., ФИО3 был фактически задержан <дата> в 18 ч. 45 мин. Постановлением следователя СО по <адрес> ГСУ СК РФ по Санкт-Петербургу от <дата> мера пресечения в виде домашнего ареста отменена. Постановлением Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> ему избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Приговором суда на основании ст. 72 ч.3.1 п. «а» УК РФ зачтено в срок лишения свободы ФИО2 с <дата> до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. ФИО3 зачтено в срок лишения свободы с <дата> до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. В соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ время нахождения лица под домашним арестом засчитывается в срок содержания лица под стражей до судебного разбирательства и в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей или лишения свободы. В соответствии с п. 2 ч. 10 ст. 109 УПК РФ в срок содержания под стражей засчитывается время нахождения под домашним арестом, из расчета два дня его применения за один день содержания под стражей, с последующем зачетом в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Таким образом, вопреки требованиям уголовного закона судом неверно зачтен Цушба, ФИО3 срок нахождения под домашним арестом, из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день отбывания наказания, что значительно уменьшает временной период, зачтенный в срок отбытия наказания осужденным.

Приговор в указанной части подлежит изменению путем зачета срока нахождения под домашним арестом, за период с <дата> по <дата> включительно из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день нахождения под стражей с последующим зачетом в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В резолютивной части приговора подлежит зачету в срок наказания, назначенного ФИО4, период с <дата> до дня вступления приговора суда в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима по правилам п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

На основании ч. 3.4 ст. 72 УК РФ подлежит зачету ФИО2 в срок наказания время нахождения его под домашним арестом с <дата> по <дата> из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, а в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ - время содержания его под стражей с <дата> по <дата> включительно, период с <дата> по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

На основании ч. 3.4 ст. 72 УК РФ подлежит зачету ФИО3 в срок наказания время нахождения его под домашним арестом с <дата> по <дата> из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, а в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ - время содержания его под стражей с <дата> по <дата> включительно, период с <дата> по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Таким образом, приговор суда подлежит изменению, апелляционное представление удовлетворению, апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия,

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> в отношении ФИО2, ФИО3, Пашаева Мехрала – изменить:

Указать в резолютивной части приговора о зачете в срок наказания, назначенного ФИО4 период с <дата> до дня вступления приговора суда в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима по правилам п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

На основании ч. 3.4 ст. 72 УК РФ зачесть ФИО2 в срок наказания время нахождения его под домашним арестом с <дата> по <дата> из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, и в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания его под стражей с <дата> по <дата> включительно, период с <дата> по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

На основании ч. 3.4 ст. 72 УК РФ зачесть ФИО3 в срок наказания время нахождения его под домашним арестом с <дата> по <дата> из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, а в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ - время содержания его под стражей с <дата> по <дата> включительно, период с <дата> по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В остальном приговор суда оставить без изменения, апелляционное представление удовлетворить, апелляционные жалобы оставить без удовлетворения.

Кассационные жалобы, представление на приговор или иное итоговое судебное решение районного суда, решение Санкт-Петербургского городского суда, вынесенное в апелляционном порядке, могут быть поданы в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через районный суд в течение шести месяцев, а для осужденных, содержащихся под стражей, - в тот же срок со дня вручения им копии приговора или иного судебного решения районного суда, вступившего в законную силу. Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: