Приговор № 1-11/2019 1-262/2018 от 22 мая 2019 г. по делу № 1-11/2019

Дело № 1-11/2019


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

город Северодвинск 23 мая 2019 года

Северодвинский городской суд Архангельской области в составе председательствующего Зелянина В.А.,

при секретаре Максимовой Т.А.,

с участием государственных обвинителей помощника прокурора города Северодвинска Сулеменова Р.Ж., заместителя прокурора города Северодвинска Кононовой И.В., помощника прокурора города Северодвинска Башлачева Д.С.,

подсудимого ФИО1,

его защитников Сафонова О.А. и адвоката Федотова А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, <данные изъяты>, несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации,

установил:

ФИО1 совершил покушение на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

Преступление совершено им при следующих обстоятельствах.

В период до 28 сентября 2017 года ФИО1, имея прямой умысел на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, действуя из корыстных побуждений, незаконно приобрел с целью последующего незаконного сбыта у неустановленного лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, наркотическое средство МДМА (d, L-3,4-метилендиокси-N-альфа-диметил-фенил-этиламин) в количестве 63,48 грамма, что является крупным размером, и наркотическое средство Гашиш (анаша, смола каннабиса) в количестве 67,5 грамма, что является крупным размером, и поместил их на незаконное хранение с целью последующего незаконного сбыта в квартире по адресу: <адрес>. Однако, довести свой преступный умысел на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере ФИО1 не смог по независящим от него обстоятельствам, поскольку 28 сентября 2017 года в 21 час 50 минут он был задержан, а все указанные наркотические средства были изъяты, в том числе наркотическое средство Гашиш (анаша, смола каннабиса) в количестве 2,8 грамма из одежды ФИО1 при его личном досмотре.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании виновным себя в совершении преступления признал частично, указал, что у него не было умысла на сбыт наркотических средств, что он выдал добровольно наркотические средства, хранившиеся по адресу: <адрес>, и поэтому подлежит освобождению от уголовной ответственности. Р.М.Г. плохо относился к родителям и брату С.Г.И., что могло повлиять на его отношение к ФИО1 При телефонных разговорах они с Р.М.Г. кодовых слов и фраз не использовали, о их применении не договаривались. 28 сентября 2017 года у него необходимости в сбыте наркотических средств и поездки к Р.М.Г. не было, он поехал по своим делам. В телефонном разговоре между ними речь шла не о наркотиках, а о блеснах. Изъятые в квартире вещества находились у него и хранились в его квартире с мая 2017 года. Никаких действий с изъятыми веществами он не совершал. У него на иждивении находится бабушка. Он имеет заболевание в форме гепатита.

Из показаний подсудимого ФИО1, данных в ходе предварительного расследования 29 сентября 2017 года, исследованных в судебном заседании в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ (т. 1, л.д. 163 – 166), следует, что он проживает по адресу: <адрес>. В конце мая 2017 года в г. Санкт-Петербурге он приобрел наркотики: 100 грамм гашиша и 200 таблеток «экстази», которые поместил на хранение у себя дома. Для удобства сбыта он расфасовал гашиш на мелкие партии по 1 грамму и убрал его, а также таблетки «экстази» на шкаф в своей комнате для последующего сбыта. Цена гашиша составляла 1 200 рублей за 1 грамм, «экстази» - 1 200 рублей за одну таблетку. 28 сентября 2017 года Р.М.Г. звонил ФИО1 в 07 часов 07 минут и в 21 час 38 минут. Во время разговора Р.М.Г. спросил, может ли ФИО1 заехать к нему, и попросил его взять пару блесен, что означало, что он просит ФИО1 привезти ему гашиш. Р.М.Г. сказал, что ему нужно 3 грамма гашиша. ФИО1 понял его и сказал, что заедет к нему в гости. Дома он взял со шкафа 3 грамма гашиша, упакованного в 3 пакетика с шов-застежками, и положил во внутренний карман куртки, а банку с наркотиком положил обратно на шкаф. В изъятых у него 3 пакетиках с шов-застежками находился гашиш.

Суд признает указанные выше показания, данные ФИО1 в ходе предварительно расследования 29 сентября 2017 года, допустимыми и достоверными доказательствами, так как в ходе судебного разбирательства не установлено обстоятельств, которые согласно УПК РФ могли бы служить основанием для признания их недопустимыми, в том числе оснований для самооговора подсудимого. Указанные показания ФИО1 не опровергаются иными доказательствами по уголовному делу, в том числе представленными стороной защиты, поэтому у суда не имеется оснований ставить их под сомнение.

Доводы защиты о том, что 29 сентября 2017 года показания были даны ФИО1 в результате незаконного воздействия на него сотрудников полиции и следователя, суд не принимает в силу следующего.

Как следует из протокола допроса ФИО1 от 29 сентября 2017 года, допрос был проведен в дневное время, в присутствии защитника адвоката Попретинского Э.П., которому ФИО1 отвода не заявлял и от услуг которого не отказывался. Перед началом допроса ФИО1 были разъяснены все процессуальные права подозреваемого, а также положения ст. 51 Конституции РФ, было разъяснено, в чем он подозревается. ФИО1 указал, что чувствует себя хорошо и желает давать показания добровольно, без какого-либо принуждения. ФИО1 протокол допроса был прочитан лично. Каких-либо замечаний и заявлений по протоколу допроса у него и его защитника не было.

Постановлением от 27 февраля 2019 года было отказано в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников полиции, проводивших оперативно-розыскные мероприятия в отношении ФИО1, а также следователя Р.И.А. в связи с отсутствием в их действиях составов преступлений.

Каких-либо обстоятельств, указывающих на то, что действия сотрудников полиции и следователя Р.И.А. вынудили ФИО1 дать показания, содержащиеся в протоколе допроса от 29 сентября 2017 года, суд не усматривает.

При допросах в ходе предварительного расследования 27 октября 2017 года, 23 марта 2018 года, 29 марта 2018 года (т. 1, л.д. 173 – 176, 182 – 186, 191 - 193) ФИО1 показал, что начиная с 26 сентября 2017 года Р.М.Г. многократно звонил ему и настойчиво уговаривал привезти ему гашиш. Из телефонного разговора 28 сентября 2017 года ФИО1 понял, что Р.М.Г. хочет совместно с ним употребить гашиш. Целью поездки ФИО1 к Р.М.Г. было личное употребление гашиша, стал бы Р.М.Г. употреблять гашиш или нет, ему не известно. Он взял с собой гашиш, расфасованный в 3 разных пакета для удобства личного употребления. Продавать наркотик Р.А.О. он не собирался, так как у Р.М.Г. не было денег.

Показания, данные ФИО1 при указанных допросах, а также в судебном заседании, о том, что у него не было умысла на незаконный сбыт наркотических средств, что находившееся при нем наркотическое средство гашиш он хранил исключительно для личного употребления, что в телефонных разговорах он и Р.М.Г. не использовали кодовые слова и фразы, суд признает недостоверными, так как они опровергаются совокупностью иных исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, в том числе показаниями самого ФИО1, данными 29 сентября 2017 года.

Помимо показаний подсудимого, данных им при допросе 29 сентября 2017 года, вина ФИО1 в совершении преступления подтверждается следующими доказательствами.

Из показаний свидетеля Р.М.Г., данных в судебном заседании, а также в ходе предварительного расследования, исследованных в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК (т. 1, л.д. 126 – 127, 132 – 134, 182 – 186), следует, что ФИО1 сказал ему, что может продавать ему наркотик гашиш по цене 1 100 рублей за один грамм. 28 сентября 2017 года утром Р.М.Г. позвонил ФИО1, так как хотел приобрести гашиш, и предложил встретиться, что означало, что ему нужен гашиш. Они договорились, что ФИО1 заедет к нему вечером с наркотиком. Р.М.Г. звонил ему в 21 час 27 минут и спрашивал, когда он приедет с наркотическими средствами. В телефонном разговоре Р.М.Г. попросил ФИО1 заехать к нему и завезти пару блесен, что означало, что Р.М.Г. хочет приобрести у него два грамма гашиша. Цель приезда ФИО1 была привезти наркотические средства для их покупки Р.М.Г., об этом шла речь в телефонном разговоре. ФИО1 спросил, хватит ли ему два грамма, Р.М.Г. сказал, что если есть три, то он может взять три. ФИО1 ответил, что три грамма есть, и обещал привезти. Ранее они договорились с ФИО1 об использовании зашифрованных слов, чтобы не говорить открыто, а именно, что слово «блесна» означает 1 грамм гашиша, слово «темный» и «желтый» - это цвета гашиша, и ФИО1 было понятно значение слов.

Из показаний свидетеля С.Г.И., данных в судебном заседании, следует, что 28 сентября 2017 года ФИО1 пришел домой в 21 час 40 минут и сказал, что собирается ехать к ее отцу, а затем в гараж, и они вместе вышли из квартиры. В мае 2017 года ФИО1 ездил в г. Санкт-Петербург на 1 день.

Из показаний свидетеля К.А.И., данных в судебном заседании, и в ходе предварительного расследования, исследованных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК (т. 1, л.д. 135 – 136), следует, что 28 сентября 2017 года он и Р.М.Г. неоднократно созванивались.

Из показаний свидетеля О.С.Р., данных в судебном заседании, и в ходе предварительного расследования, исследованных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК (т. 1, л.д. 137 – 138), следует, что летом 2017 года ФИО1 передал ему телефон SAMSUNG, пояснив, что с него он заказывал наркотики в г. Санкт-Петербург.

Из показаний свидетеля Х.А.В., данных в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, исследованных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК (т. 1, л.д. 154 – 157), следует, что с июля 2017 года по 28 сентября 2017 года он участвовал в оперативно-розыскных мероприятиях в отношении ФИО1

Показания свидетелей подробны, последовательны, не опровергаются иными доказательствами по уголовному делу, соответствуют требованиям УПК РФ, поэтому суд признает их допустимыми и достоверными. Оснований для оговора свидетелями подсудимого судом не установлено.

Суд не принимает доводы стороны защиты о том, что свидетель Р.М.Г. оговорил подсудимого ФИО1 в связи с наличием конфликта между Р.М.Г. и родными ФИО1, а также в связи с оказанием на него воздействия сотрудниками полиции, в силу следующего.

Показания, данные Р.М.Г. как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного разбирательства, подробны, последовательны, согласуются с иными доказательствами по уголовному делу, не противоречат им.

Суд не усматривает какого-либо незаконного воздействия сотрудников полиции либо государственного обвинителя на свидетеля Р.М.Г. с целью принудить его дать показания против С.М.Г.

Само по себе проведение сотрудниками полиции в отношении Р.М.Г. проверки согласно ст.ст. 144, 145 УПК РФ не свидетельствует о том, что это вынудило его дать недостоверные показания в отношении ФИО1

Незначительные неточности и расхождения, имеющиеся в показаниях свидетелей, не ставят под сомнение их достоверность, а также не ставят под сомнение совершение подсудимым преступления и обстоятельства, при которых подсудимый совершил преступление.

Согласно протоколу личного досмотра от 28 сентября 2017 года (т. 1, л.д. 37 – 39) у ФИО1 были изъяты 3 прозрачных пакетика на шов-застежке, в каждом из которых находилось спрессованное вещество коричневого цвета, сотовый телефон «Nokia», который затем был осмотрен (т. 1, л.д. 145 – 151).

Согласно заключению эксперта № 4139 от 11 октября 2017 года, справке об исследовании от 28 сентября 2017 года № 11-Н (т. 1, л.д. 41, 89 – 90) твердое вещество коричневого цвета в виде кусочков неопределенной формы, находящееся в 3 пакетах, общей массой 2,80 грамма является наркотическим средством Гашиш (анаша, смола каннабиса).

Согласно протоколу обследования от 29 сентября 2017 года (т. 1, л.д. 43 – 46) была обследована квартира <адрес>. Со шкафа, расположенного в одной из 3 комнат, была изъята пачка из-под кофе «Жокей», внутри которой находился полимерный сверток с 2 полимерными пакетами на шов-застежке, в каждом из которых находилось по 30 прозрачных полимерных пакетов с шов-застежкой с твердым веществом зеленого цвета в каждом. Там же была обнаружена полимерная банка с оранжевой крышкой, внутри которой находилось: 2 полимерных пакета, в которых имелись 3 и 4 соответственно пакетика на шов-застежке с твердым веществом зеленого цвета; полимерный пакет на шов-застежке, в котором находились таблетки различного цвета и формы. Также с полки в указанной комнате были изъяты весы в корпусе черного цвета и упаковочный материал.

Согласно заключению эксперта № 4132 от 11 октября 2017 года и справке об исследовании от 29 сентября 2017 года .....-Н (т. 1, л.д. 48 – 49, 71 – 75) твердое вещество коричневого цвета растительного происхождения в виде кусочков неопределенной формы, находящееся в 67 пакетах, общей массой 64,70 грамма является наркотическим средством Гашиш (анаша, смола каннабиса). Таблетки в количестве 219 штук, находящиеся в пакете, общей массой 63,48 грамма содержат в своем составе наркотическое средство МДМA (d, L-3,4-метилендиокси-N-альфа-диметил-фенил-этиламин). На поверхности грузовой площадки электронных весов выявлены следы наркотического средства тетрагидроканнабинола (наркотически активного компонента конопли и изготавливаемых из нее наркотических средств (каннабис (марихуана), гашиш (анаша, смола каннабиса), масло каннабиса (гашишное масло)).

Согласно протоколу осмотра от 13 ноября 2017 года (т. 1, л.д. 92 – 101) были осмотрены 10 пакетов из прозрачного полимерного материала, закрытые на шов-застежки, с твердым спрессованным веществом коричневого цвета в виде фрагментов неопределенной формы внутри; 13 пакетов из прозрачного полимерного материала, закрытые на шов-застежки, без содержимого; банка из полимерного материала белого цвета с винтовой крышкой из полимерного материала оранжевого цвета; сверток из прозрачной бесцветной полимерной пленки без содержимого; 2 прозрачных полимерных пакета, закрытых на шов-застежку, в каждом из которых находится по 30 прозрачных полимерных пакетов с шов-застежками; 2 прозрачных полимерных пакета, в каждом из которых находятся по 30 прозрачных полимерных пакетов, закрытых на шов-застежки, с твердым спрессованным веществом коричневого цвета в виде фрагментов неопределенной формы внутри; прозрачный полимерный пакет, в котором находятся таблетки различных цветов и размеров; электронные весы в корпусе черно-серого цвета с крышкой; прозрачный полимерный пакет, закрытый на шов-застежку, в котором находятся 57 прозрачных полимерных пакетов с шов-застежками. Впоследствии указанные предметы были признаны вещественными доказательствами по уголовному делу (т. 1, л.д. 102 – 103).

Согласно заключению эксперта № 4133 от 20 октября 2017 года на весах, изъятых 29 сентября 2017 года в ходе обследования по адресу: <адрес>, выявлен след большого пальца правой руки ФИО1 (т. 1, л.д. 77 – 81).

Согласно протоколу осмотра предметов от 28 марта 2018 года (т. 1, л.д. 123 – 124) дактилопленка, содержащая указанный след пальца ФИО1, была осмотрена, а впоследствии признана вещественным доказательством по уголовному делу (т. 1, л.д. 125).

Согласно детализации предоставленных услуг (т. 1, л.д. 177 – 181) абонентом по телефонному номеру 79509637828 является ФИО1 28 сентября 2017 года по указанному номеру были 2 входящих соединения с номером +79214929321 в 07 часов 07 минут и в 21 час 28 минут, а в 21 час 37 минут – исходящее соединение с данным номером.

Согласно протоколу осмотра от 06 марта 2018 года (т. 1, л.д. 116 – 121) был осмотрен диск CD-R «Verbatim», содержащий аудио-файлы «19245461.wav», «19220095.wav» и «19245145.wav» с аудиозаписями телефонных разговоров ФИО1 и Р.М.Г. по номерам телефонов ..... и ..... соответственно. Файл «19220095.wav» содержит запись от 28 сентября 2017 года 07 часов 06 минут, в ходе которой Р.М.Г. спрашивает у ФИО1 заедет ли он к нему вечером, чтобы переговорить, на что ФИО1 соглашается. Файл «19245145.wav» содержит запись от 28 сентября 2017 года 21 час 27 минут, в ходе которой Р.М.Г. спрашивает у ФИО1 заедет ли тот к нему в указанный день, чтобы переговорить, на что ФИО1 отвечает, что заедет через час. На просьбу Р.М.Г. «прихватить пару черных блесен» ФИО1 отвечает согласием. Файл «19245461.wav» содержит запись от 28 сентября 2017 года 21 час 37 минут, в ходе которой ФИО1 спрашивает, хватит ли пары, а Р.М.Г. в свою очередь спрашивает у ФИО1, есть ли у него три, на что ФИО1 отвечает утвердительно. Р.М.Г. просит у него три и говорит, чтобы ему надо, чтобы они были потемнее, на что ФИО1 отвечает утвердительно. На вопрос Р.М.Г., когда ФИО1 поедет, ФИО1 отвечает, что примерно через 10 минут. Впоследствии указанный диск был признан вещественным доказательством по уголовному делу (т. 1, л.д. 122).

Согласно протоколу выемки от 29 сентября 2017 года (т. 1, л.д. 141 – 144) у О.С.Р. был изъят сотовый телефон в корпусе черного цвета, который впоследствии был осмотрен и признан вещественным доказательством по уголовному делу (т. 1, л.д. 145 – 151, 152).

Все вещественные доказательства по уголовному делу (в том числе аудиозаписи) были непосредственно исследованы судом в судебном заседании.

Все указанные выше доказательства являются достоверными, а в совокупности своей достаточными для того, чтобы суд пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления.

Суд не принимает как не основанные на законе доводы стороны защиты о том, что доказательства, полученные в результате проведения оперативно-розыскных мероприятий: обследование помещения, личный досмотр, прослушивание телефонных переговоров, являются недопустимыми доказательствами, так как они получены с нарушениями требований УПК РФ, в том числе ст.ст. 86, 89, 93, 170, 182, 184 УПК РФ, и Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», в том числе ст.ст. 6, 7, 11, 15 данного Федерального закона, в силу следующего.

Согласно ч. 1 ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми.

В силу ст. 89 УПК РФ в процессе доказывания запрещается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам УПК РФ.

Из указанных норм законодательства следует, что в тех случаях, когда материалы уголовного дела содержат доказательства, полученные на основании результатов оперативно-розыскного мероприятия, для признания законности такого мероприятия необходимо, чтобы оно осуществлялось для решения задач, определенных ст. 2 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», при наличии оснований и с соблюдением условий, предусмотренных ст.ст. 7 и 8 данного закона.

Наличие предусмотренных указанным Федеральным законом оснований и условий для проведения оперативно-розыскных мероприятий в отношении ФИО1, в том числе обследования помещения, прослушивания телефонных переговоров, подтверждается постановлениями судей Северодвинского городского суда и Октябрьского районного суда г. Архангельска, при вынесении которых в судебном порядке было проверено наличие предусмотренных законодательством РФ условий для проведения в отношении ФИО1 оперативно-розыскных мероприятий (т. 1, л.д. 42, 115). Оснований ставить под сомнение законность и обоснованность указанных судебных решений не имеется.

Суд полагает установленным, что все оперативно-розыскные мероприятия в отношении ФИО1 были проведены в соответствии с требованиями УПК РФ и Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» уполномоченными должностными лицами, каких-либо нарушений при их проведении сотрудниками полиции не было допущено.

Все полученные в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий предметы, вещества и информация были надлежащим образом, в соответствии с требованиями УПК РФ, приобщены к уголовному делу в качестве доказательств. Все результаты оперативно-розыскных мероприятий в отношении ФИО1 соответствуют требованиям, предъявляемым УПК РФ к доказательствам по уголовному делу.

Также суд не принимает доводы стороны защиты о недопустимости и недостоверности представленных стороной обвинения доказательств, в том числе изложенные в ходатайствах о признании доказательств недопустимыми от 21 марта 2019 года, 26 апреля 2019 года, 13 мая 2019 года, в жалобе от 13 мая 2019 года, в связи с неуказанием в протоколе личного досмотра и протоколе обследования помещения индивидуальных признаков изъятых предметов, несоответствием описания упаковки изъятых предметов в протоколах и справках об исследовании, отсутствием в справках об исследовании и заключениях экспертов указания на изъятую в ходе обследования помещения упаковки из-под кофе «Жокей», что по мнению стороны защиты не позволяет отождествить изъятые предметы с приобщенными к уголовному делу и представленными на экспертизу вещественными доказательствами; а также в связи с осуществлением оперативно-розыскных мероприятий в отношении ФИО1 неуполномоченными должностными лицами, отсутствием постановлений о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности следователю, несоответствием даты и продолжительности исследованных аудиозаписей указанным в протоколе осмотра, так как в действительности никаких обстоятельств, свидетельствующих о недопустимости и недостоверности представленных стороной обвинения доказательств, не имеется.

Какие-либо нарушения процессуального либо технического характера, ставящие под сомнение допустимость и достоверность представленных стороной обвинения доказательств (в том числе протоколов личного досмотра, обследования помещения, протоколов допросов, заключений экспертов, вещественных доказательств), отсутствуют.

Представленные стороной защиты доказательства, в том числе показания свидетелей Е.Д.И., К.К.О., О.М.В., Т.А.Б., С.Р.Г., С.А.П., А.Н.А., Т.П.А., а также показания свидетеля С.Г.И., аудиозаписи разговора С.Г.И. и Р.М.Г., сведения о соединениях между абонентами ПАО «МТС», ООО «Т2 Мобайл», ПАО «ВымпелКом», письменные объяснения С.Г.И. и ФИО1, материалы проверки в отношении Р.М.Г. не дают оснований для признания недопустимыми либо недостоверными указанных выше доказательств, представленных стороной обвинения, так как не содержат каких-либо сведений, указывающих на наличие таких обстоятельств.

Исследовав и оценив доказательства в их совокупности, суд находит вину подсудимого ФИО1 в совершении преступления доказанной и квалифицирует его умышленные действия, направленные на незаконный сбыт наркотического средства МДМА (d, L-3,4-метилендиокси-N-альфа-диметил-фенил-этиламин) в количестве 63,48 грамма, то есть в крупном размере, и наркотического средства Гашиш (анаша, смола каннабиса) в количестве 67,5 грамма, то есть в крупном размере, которые не были доведены до конца по независящим от него обстоятельствам, как покушение на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере.

В ходе судебного разбирательства судом не выявлено оснований для того, чтобы поставить под сомнение виновность ФИО1 в совершении указанного преступления, а также действия, которые он выполнил при его совершении.

Масса наркотических средств, которые намеревался незаконно сбыть ФИО1, относится к крупному размеру.

О наличии у ФИО1 единого умысла именно на незаконный сбыт всех указанных выше наркотических средств указывают данные им в ходе предварительного следствия 29 сентября 2017 года показания. Кроме того, наличие у него такого умысла подтверждается количеством (массой) наркотических средств, изъятых у ФИО1, тем, что наркотическое средство гашиш было расфасовано во множество отдельных пакетиков, наличием электронных весов со следами наркотического средства Гашиш.

Причастность ФИО1 к покушению на незаконный сбыт всех указанных наркотических средств в полной мере подтверждается совокупностью приведенных выше доказательств, из которых следует, что он непосредственно незаконно приобрел и хранил их с целью дальнейшего незаконного сбыта. Оснований для исключения какой-либо части указанных выше наркотических средств из предъявленного ФИО1 обвинения не имеется.

На основании изложенного суд квалифицирует совершенное ФИО1 деяние по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

Суд не усматривает со стороны подсудимого добровольного отказа от совершения данного преступления, так как он не смог довести преступление до конца исключительно по независящим от него обстоятельствам, а именно в связи с пресечением его преступной деятельности и изъятием наркотических средств, которые он намеревался незаконно сбыть.

Также суд не принимает доводы стороны защиты о том, что со стороны сотрудников полиции в отношении ФИО1 была реализована провокация преступления, так как представленными стороной обвинения доказательствами, в том числе показаниями ФИО1, данными 29 сентября 2017 года, достоверно подтверждается, что умысел на незаконный сбыт изъятых у ФИО1 наркотических средств возник у него задолго до дня их изъятия (28 сентября 2017 года) и он незаконно хранил их, в том числе при себе, именно с целью дальнейшего незаконного сбыта, а не с какой-либо иной целью.

В части определения наказания ФИО1 за совершенное преступление суд приходит к следующим выводам.

Исходя из данных о личности подсудимого и его поведения на стадии предварительного расследования и в судебном заседании оснований сомневаться в психическом здоровье ФИО1, его вменяемости по отношению к совершенному им преступлению, а также в способности ФИО1 нести ответственность за содеянное, у суда не имеется.

За совершенное преступление ФИО1 подлежит наказанию. При решении вопросов, связанных с определением вида и размера назначаемого наказания, суд в соответствии со ст.ст. 6, 43, ч. 3 ст. 60, ст. 66 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства, в силу которых преступление не было доведено до конца, данные о личности подсудимого, влияние назначаемого наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, состояние его здоровья и возраст, обстоятельства, смягчающие наказание, а также иные обстоятельства, влияющие на наказание.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд в соответствии с п.п. «г» и «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ признает наличие малолетнего ребенка (т. 1, л.д. 204; т. 2, л.д. 8), явку с повинной (т. 1, л.д. 53 – 54, 56 – 57), активное способствование раскрытию и расследованию преступления, что выразилось в даче признательных показаний, изобличающих подсудимого, участии в следственных действиях и оперативно-розыскных мероприятиях, в том числе обследовании помещения, до начала которого ФИО1 добровольно указал место нахождения всех наркотических средств (т. 1, л.д. 37 – 39, 43 – 46, 145 – 151, 163 – 166, 182 – 186, 191 - 193). При этом данные действия были совершены ФИО1 добровольно и направлены на сотрудничество с правоохранительными органами. Также в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ учитывает признание им вины, раскаяние в содеянном, изобличение других лиц, причастных к незаконному обороту наркотических средств, а именно сообщение органам предварительного следствия всех известных ему сведений о лице, у которого ФИО1 незаконного приобрел наркотические средства для дальнейшего незаконного сбыта, а также о лице, которому он намеревался незаконно сбыть часть наркотического средства гашиш, наличие статуса ветерана боевых действий (т. 1, л.д. 205), статуса донора крови (т. 1, л.д. 206), состояние здоровья, осуществление ухода за престарелой бабушкой (т. 2, л.д. 16).

Иных смягчающих обстоятельств не имеется.

Отягчающих наказание обстоятельств не имеется.

В соответствии с ч. 5 ст. 15 УК РФ совершенное ФИО1 преступление относится к категории особо тяжких преступлений. С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления и степени его общественной опасности, несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, оснований для изменения категории преступления в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется.

Подсудимый характеризуется следующим образом.

ФИО1 не судим (т. 2, л.д. 4), имеет место работы, где характеризуется положительно, в том числе трудовым коллективом (т. 1, л.д. 209 – 210), состоит в браке (т. 2, л.д. 1 – 3, 7), состоит на учете у врача психиатра-нарколога в связи с систематическим употреблением марихуаны (т. 1, л.д. 228), не привлекался к административной ответственности (т. 2, л.д. 14), участковым уполномоченным полиции ОМВД России по г. Северодвинску характеризуется удовлетворительно (т. 2, л.д. 18), по месту жительства, в том числе соседями, характеризуется положительно (т. 2, л.д. 17), по месту прохождения военной службы и по предыдущему месту работы в Архангельском областном Управлении инкассации характеризовался положительно (т. 1, л.д. 207, 208), поощрялся муниципальными и общественными организациями (т. 1, л.д. 211 – 214), родственниками характеризуется положительно, свидетелями Е.Д.И., Ф.С.М., О.М.В. характеризуется положительно.

При назначении наказания подсудимому, учитывая наличие смягчающих обстоятельств и отсутствие отягчающих обстоятельств, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельств, в силу которых преступление не было доведено до конца, личности подсудимого, суд считает, что предусмотренные ст. 2 и ч. 2 ст. 43 УК РФ задачи уголовного закона и цели наказания: восстановление социальной справедливости, исправление подсудимого и предупреждение совершения им новых преступлений, достижимы при назначении ему наказания в виде лишения свободы.

Суд полагает, что с учетом совокупности смягчающих обстоятельств, личности подсудимого, достижение целей наказания возможно без назначения подсудимому дополнительных наказаний, предусмотренных ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Определяя срок наказания подсудимому ФИО1 суд учитывает ч. 1 ст. 62 и ч. 3 ст. 66 УК РФ.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления и позволяющих назначить ФИО1 наказание с применением ст. 64 УК РФ, по уголовному делу нет.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности подсудимого ФИО1, несмотря на совокупность смягчающих обстоятельств и отсутствие отягчающих обстоятельств, отношение ФИО1 к содеянному, его поведение в ходе проведения предварительного расследования и в суде, суд полагает, что исправление ФИО1 возможно только при реальном отбывании им наказания. Поэтому суд не применяет к подсудимому положения ст. 73 УК РФ.

Предусмотренные УК РФ основания для постановления приговора без назначения наказания, для освобождения подсудимого от наказания или для применения отсрочки отбывания наказания отсутствуют.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание подсудимому надлежит отбывать в исправительной колонии строгого режима, так как совершенное им преступление относится к категории особо тяжких преступлений, ранее он не отбывал лишение свободы.

В целях обеспечения исполнения приговора до его вступления в законную силу суд изменяет ФИО1 меру пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу (т. 1, л.д. 194 – 195).

Срок отбывания ФИО1 лишения свободы необходимо исчислять со дня постановления приговора с зачетом согласно п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ времени его содержания под стражей с 28 сентября 2017 года по 29 сентября 2017 года включительно (фактическое задержание), и с 23 мая 2019 года по день вступления приговора в законную силу включительно в срок наказания из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима (т. 1, л.д. 30, 35 – 36, 43 – 46).

В соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ вещественные доказательства: наркотическое средство гашиш (анаша, смола каннабиса) в количестве 2,41 грамма и 58 грамм, его первичные упаковки, сверток из прозрачной бесцветной полимерной пленки, наркотическое средство МДМА (d, L-3,4-метилендиокси-N-альфа-диметил-фенил-этиламин) в количестве 61,29 грамма, его первичная упаковка, прозрачный полимерный пакет, закрытый на шов-застежку, в котором находится 56 прозрачных полимерных пакетов с шов-застежками, подлежат оставлению на хранение в камере хранения наркотических средств ОМВД России по г. Северодвинску до вынесения итогового решения по уголовным делам, выделенным в отдельное производство; диск CD-R «Verbatim», дактилопленка черного цвета подлежат хранению при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего; электронные весы в корпусе черно-серого цвета подлежат уничтожению; мобильный телефон Samsung необходимо возвратить ФИО1 (т. 1, л.д. 102 – 103, 104, 122, 125, 129, 131, 152; т. 2, л.д. 20, 22).

Руководствуясь ст.ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

приговорил:

признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания осужденному ФИО1 исчислять с 23 мая 2019 года.

Согласно п. «а» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации зачесть в срок окончательного наказания ФИО1 время содержания под стражей по настоящему уголовному делу с 28 сентября 2017 года по 29 сентября 2017 года включительно и с 23 мая 2019 года по день вступления приговора в законную силу включительно из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

На период апелляционного обжалования приговора меру пресечения осужденному ФИО1 изменить с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу.

Взять ФИО1 под стражу в зале суда.

Вещественные доказательства: наркотическое средство гашиш (анаша, смола каннабиса) в количестве 2,41 грамма и 58 грамм, а также его первичные упаковки – пакеты из прозрачного полимерного материала с шов-застежками, банка из полимерного материала белого цвета, сверток из прозрачной бесцветной полимерной пленки, наркотическое средство МДМА (d, L-3,4-метилендиокси-N-альфа-диметил-фенил-этиламин) в количестве 61,29 грамма, а также его первичная упаковка – пакет из прозрачного полимерного материала с шов-застежкой, упаковочный материал – прозрачный полимерный пакет, закрытый на шов-застежку, в котором находится 56 прозрачных полимерных пакетов с шов-застежками, оставить на хранение в камере хранения наркотических средств ОМВД России по г. Северодвинску до вынесения итогового решения по уголовным делам, выделенным в отдельное производство; диск CD-R «Verbatim», дактилопленку черного цвета хранить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего; электронные весы в корпусе черно-серого цвета уничтожить; мобильный телефон Samsung возвратить ФИО1, а при отказе от получения – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Архангельском областном суде через Северодвинский городской суд Архангельской области в течение 10 суток со дня провозглашения с подачей жалобы (представления) через Северодвинский городской суд.

В случае подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а в случае подачи апелляционного представления или жалобы другого лица – в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу (представление) в течение десяти суток со дня вручения копии жалобы (представления).

Дополнительные апелляционные жалоба или представление подлежат рассмотрению, если они поступили в суд апелляционной инстанции не позднее пяти суток до начала заседания суда апелляционной инстанции.

Осужденный также вправе ходатайствовать об апелляционном рассмотрении дела с участием защитника, о чем должен подать в суд, постановивший приговор, соответствующее заявление в срок, установленный для подачи возражений на апелляционную жалобу (представление).

Председательствующий В.А. Зелянин